Оружьем жениха владеть одна

– Нет. Я тебя ненавижу. Гниль.

Желает эта юная жена,

Или, точней, пока еще девица.

– Пожалуйста, малыш, – сказал Мейер.

(Обращаясь к рабу.)

Неси вина!

– Ладно, – ответила Анни тоном торговки рыбой. – Я покажу ее тебе.

Пускай она

Владеет им со мною вместе.

Мейер еще раз протер свою шею, надел чистую сорочку и нацепил бабочку. Затем натянул вельветовый пиджак. В пивном баре он сменит его на белый, рабочий.

За женщинами нет вины,

Они ведь не хотят войны,

Послав бутылочку невесте,

Анни вернулась с большой акварелью, на которой была изображена укрепленная крепость среди пустыни. Маленькие человечки в огромных колониальных касках пытались взять крепость штурмом, но было очевидно, что их усилия не увенчаются успехом. Кисть Анни изобразила также какую–то темную массу, падающую на них сверху.

Я не нарушу свой зарок.

Держи, подруга, пузырек.

– Это фекалии африканцев, – объяснила она. – Это мой дом.

(Наливает ей вина.)

Скажи невесте: если хочет,

– Очень красиво, – сказал Мейер.

Чтоб муж немедля сдался в плен,

Пускай она ему помочит

Из этой склянки ночью... копье.

Анни посмотрела на будильник.

Дружка и подруга уходят.

_Дикеополь_ (рабу)

– Дорогой! – воскликнула она. – Сейчас же уходи, ты опаздываешь.

Неси вино назад и спрячь его.

Сейчас, друзья, начнется торжество.

– Да, – ответил Мейер, – я бегу.

_Хор_

Смотрите! Смотрите! Бежит к нам глашатай!

Какой он косматый, какой он измятый!

– Извини меня за сегодняшнее. Я приму гарденал, и все наладится.

Ужасные вести несет он, проклятый!

_Глашатай от армии_ (вбегает и стучит в дверь к Ламаху)

– Не очень увлекайся им, – посоветовал Мейер. В дверях он обернулся. – Я вернусь поздно. У нас собрание.

Все на коней! К оружью! В бой! В поход!

– Ты мне расскажешь?

За Грецию! За Ламаха! Вперед!

– Да, – солгал Мейер.

_Ламах_ (выбегает из дома без доспехов)

Кто там стучит у ворот моего меднобронного дома?

– Извини, что я взвинтилась. Не знаю, что на меня нашло. Это нервы.

_Глашатай_

О Ламах, министра немало тревожит,

– Не бери в голову. Извини за удары бутылкой.

Что враг наш по случаю праздника может

Внезапно пойти в наступленье на нас.

– Я люблю тебя.

Тебе, полководец, привез я приказ:

Ты должен с отборнейшим доблестным войском

– Я тоже, – сказал Мейер и вышел.

Отправиться тотчас в далекий поход

И, рать вдохновляя в порыве геройском,

Он опоздал на пять минут. Пивной бар, расположенный возле вокзала Монпарнас, был битком набит. Мейер надел свою куртку официанта и быстро принялся за дело.

Закрыть неприятелю горный проход.

(Убегает, спеша передать другим военачальникам

– Вы опять порезались во время бритья? – насмешливо спросила кассирша мадемуазель Лабев.

предназначенные им приказы.)

_Дикеополь_ (насмешливо)

– Нет, сказал Мейер. – Это экзема. Когда у меня экзема, я ничего не могу поделать с собой и постоянно чешусь.

Я вижу, эти господа министры

На умные приказы больно быстры!

Мадемуазель Лабев посмотрела на него с отвращением. Мейер не обращал на нее внимания. Он думал о собрании, и это немного утешало его.

_Ламах_

Как для меня печальна эта весть!

На празднике не пить мне и не есть!

_Дикеополь_

Глава 5

А для меня такая весть - отрада!

_Глашатай празднества_ (появляется)

Эй, Дикеополь!

Позвонив Треффэ, Буэнвентура позволил себе вздремнуть. В три часа дня его разбудил будильник. Он сидел на кровати в нижнем белье. Во рту у него пересохло. Накануне он курил, пил и играл в покер до пяти часов утра. Он протер глаза, затем встал и прошел в ванную комнату, умылся, вымыл ноги, почистил зубы и побрился. После этого надел вельветовые брюки и свитер с заштопанными локтями. Вернувшись в комнату, Буэнвентура немного убрал за собой, взбил постель, перенес грязные рюмки в раковину, поставил пустые бутылки у стены, возле двери. На дне одной из бутылок оставалось немного «Марни», и Буэнвентура отправил содержимое в рот. Его передернуло и чуть не вырвало. Он открыл ставни и выглянул на улицу. На террасах многочисленных бистро сидели волосатые студенты. Буэнвентура закрыл окно, собрал разбросанные на складном столике игральные карты, залитые вином, и бросил их в корзину для мусора. Он подумал о том, что надо купить новые карты.

_Дикеополь_

А тебе что надо?

_Глашатай_

Каталонец снова сел на кровать и подвел итог в своей записной книжке.

Скорей! Сейчас начнется торжество!

В честь Вакха мы устроили его!

Ночью он выиграл пятьсот семьдесят три франка. Хорошо. Полоса неудач казалась позади. Ему надо было купить пальто или по крайней мере, дождевик. Становилось прохладно.

Поторопись - ступай туда с корзинами,

Набитыми плодами, дичью, винами,

Все ждут тебя - и стол накрыт давно.

Он рассовал деньги по карманам брюк и поношенного пальто, стертого во многих местах. Надел грязные носки и резиновые сапоги, натянул пальто, замотал шею черным шарфом. Надел на голову черную фетровую шляпу, изготовленную до второй мировой войны в Саррисберге в Пенсильвании. Своим худым и бледным лицом с пышными баками он походил на разбойника из современной постановки «Кармен».

Уже в бокалах пенится вино.

Уже вакханки пляшут полуголые

И гости песенки поют веселые.

Буэнвентура вышел из отеля «Лонгваш» и отправился пешком к д\'Арси, который жил в маленькой однокомнатной квартире в старом доме по улице Роллен. Он постучал в дверь.

Какие яства там - угри, анчоусы,

Бараний бок, изюм, коврижки, соусы...

– Входи! – услышал он голос алкоголика. – Дверь не заперта.

Поторопись! Скорей беги туда,

Где вина, песни, девки и еда!

– Это я, – сообщил для предосторожности Буэнвентура, толкая дверь.

Дионисии! Дионисии!

(Убегает, зазывая других гостей и повторяя приглашение.)

_Ламах_

Дело в том, что бывали дни, когда пьяный д\'Арси прятался за дверью с молотком в руке, готовый нанести удар входящему. Буэнвентура с облегчением увидел, что пьяница лежит на диване в глубине комнаты с бутылкой «Могана» на животе.

\"Не расстилай ковер столь пестрой жизни!\"

Я в смертный бой иду служить отчизне.

Пол был покрыт толстым слоем раздавленных окурков и всевозможного мусора. На кухне на плите варился кофе в кастрюльке, и Буэнвентура налил себе чашку, раздавил муравья в сахарнице и направился к телефону.

Иду я в ночь, в огонь, в кромешный ад,

Вот сколько счастья на пути солдат!

– Мне приснилось, что я строгаю себе трубку, – рассеянно сообщил д\'Арси.

Вперед, за мной!

Буэнвентура ничего не ответил. Он полистал справочник, лежащий возле телефона, и нашел адрес Эполара. Д\'Арси смотрел в потолок.

_Дикеополь_

Видали фанфарона?

– Мне нужно написать матери, – сказал он, – чтобы она прислала денег. Ты не мог бы одолжить мне две или три сотни?

Ну, что ж, мне - Бахус, а тебе - Горгона.

Во время последующих реплик раб Дикеополя и раб Ламаха

Буэнвентура усмехнулся и выпил кофе.

исполняют каждый приказание своего господина.

_Ламах_

– Спасибо за кофе. До вечера.

Раб, принеси мне меч и шлем!

_Дикеополь_

– Ты уже уходишь? – удивленно спросил д\'Арси.

Мне - заливное, джем и крем!

_Ламах_

Эй, мне копье и скакуна!

Каталонец уже закрыл дверь. Он пошел в сторону северо–запада. На бульваре Сен–Мишель его остановил человек в синем пальто.

_Дикеополь_

– Полиция. Ваши документы.

Эй, вертел мне для каплуна!

_Ламах_

Полицейский показал ему свое удостоверение. Буэнвентура с удовольствием дал бы ему по зубам, но неподалеку, возле фонтана, стояла группа из шестидесяти жандармов в касках и с винтовками. Каталонец вынул свои иностранные документы.

Консервы! Как смердят отвратно!

_Дикеополь_

– Ваша профессия?

Жаркое! Пахнет как приятно!

_Ламах_

– Музыкант.

Подай мне, раб, для шлема перья!

_Дикеополь_

– Здесь написано «студент», – заметил полицейский, ткнув в бумагу своим толстым пальцем.

Подай мне, раб, рагу тетерье!

_Ламах_

Всех распугает мой султан!

– Удостоверение просрочено. В то время я был студентом.

_Дикеополь_

Красоток мне! Я сам - султан!

– Необходимо продлить.

_Ламах_

Ты злишь меня своей насмешкой!

_Дикеополь_

– Да, месье.

Ступай скорее в бой, не мешкай!

_Ламах_ (озабоченно)

Полицейский вернул ему бумаги.

Потрачен молью мой мундир.

– Можете идти.

_Дикеополь_ (радостно)

Каталонец продолжал путь дальше, по–прежнему пешком. Прошло время компостеров, когда можно было ездить бесплатно с использованным талоном. Скорым шагом Буэнвентура дошел до улицы Руже де Лиля, что радом с садом Тюильри. Он вошел в дом, в котором жил Эполар, и прочел список жильцов, выставленный за стеклом привратницкой. Затем поднялся на третий этаж. К двери была прикреплена новая медная дощечка, на которой было выгравировано: «Андре Эполар, юридические советы». Под дощечкой находился глазок. Буэнвентура закрыл глазок рукой и позвонил. За дверью послышался шорох.

Потрачу все на пышный пир!

– Кто там? – раздался мужской голос.

_Ламах_

Угадайте, – игриво ответил Буэнвентура. Лязгнул замок, и дверь приоткрылась. Буэнвентура толкнул ее ногой. Дверь распахнулась и с силой ударила Эполара в грудь. Он потерял равновесие и упал навзничь. Буэнвентура быстро вошел в квартиру и запер за собой дверь. Но реакция его жертвы оказалась более быстрой, чем он предполагал: Эполар тут же схватил его за лодыжку, и Буэнвентура оказался на полу. Удивленный, он попытался пнуть Эполара ногой, но промахнулся. В следующее мгновение его уже схватили за уши и стали бить головой о стену.

Врагов я устрашу железом!

_Дикеополь_

– Ты кончил, подонок?

Рабы! Свинью под майонезом!

_Ламах_

Кольчугу!

Буэнвентура взглянул на Эполара. Оба противника не смогли скрыть удивления.

_Дикеополь_

Сыр!

– Тома! – воскликнул каталонец.

_Ламах_

А где узда?

– Карлос!

_Дикеополь_

Подай печеного дрозда!

_Ламах_

– Я уже не Карлос, – заявил Буэнвентура, поднимаясь с пола.

Не издевайся - будет худо!

_Дикеополь_

– А я не Тома, – сказал Эполар. – Меня зовут Андре Эполар. Между прочим, это мое настоящее имя.

А ты не суйся носом в блюдо!

_Ламах_

Вперед! Мы славно повоюем!

– Буэнвентура Диаз, – сказал каталонец. – Это тоже мое настоящее имя.

_Дикеополь_

Вперед! Мы славно попируем!

– Да, такое не придумаешь, – заметил Эполар. – Какого черта ты напал на меня?

_Ламах_

Я всех спартанцев перебью!

– Я не знал, что это ты.

_Дикеополь_

Я всех афинян перепью!

– Не понимаю. Давай выпьем, и ты объяснишь мне.

_Ламах_

Заткнись, невежда, зубоскал!

_Дикеополь_

Мужчины прошли по коридору в кабинет с тяжелым столом и двумя кожаными креслами. У стены стоял железный шкаф цвета хаки. Эполар открыл его и достал оттуда бутылку польской водки и две рюмки. Он сел на стол, а Буэнвентура опустился в кресло.

С рабом я спорил, генерал,

Что лучше - со спартанцем биться

– За это стоит выпить, – заметил каталонец.

Иль ночку провести с девицей?

_Ламах_ (грозно, наступая на Дикеополя)

– Да, мы не виделись с шестьдесят второго года.

Шут!

_Дикеополь_ (пожимая плечами)

Дурням воевать вольно,

– Где ты пропадал?

А я отправлюсь пить вино.

_Ламах_

– В Алжире. Я разрабатывал планы с троцкистами.

Раб, дай мне щит! Бойцы, вперед!

_Дикеополь_

– Глупо.

Раб, дай корзину! Ужин ждет!

_Ламах_

Увы, беды хлебнет герой!

– Ты по–прежнему анархист?

_Дикеополь_

Ура, там будет пир горой!

– Как видишь.

Расходятся в противоположные стороны, за каждым из них идет его раб.

_Хор_

– Ах ты, Господи! – неожиданно воскликнул Эполар. – Ты случайно не связан с неким д\'Арси?

Вперед, вперед, герои, в наступленье!

Но как различен перед вами путь!

– Да.

Один пирует до изнеможенья,

Другой под стрелы подставляет грудь.

– Похищение посла?

Дикеополь возвращается. Его останавливает фабрикант кос.

_Дикеополь_

– Именно.

Что, друг, случилось?

_Фабрикант кос_

Не сердитесь, ибо

– Вы спятили, – сказал Эполар. – А твой д\'Арси – отпетый пьяница. Не уговаривай меня.

Я просто вам хочу сказать спасибо.

Станки мои стояли много лет,

– Надо это обсудить.

Для них, казалось, больше дела нет.

Давно, казалось, позабыли люди

– Не со мной. Лучше объясни, зачем ты сюда пришел и чем вызвана твоя агрессивность. Моя душонка жаждет знаний.

Завод сельскохозяйственных орудий.

Никто за серп не дал бы ни гроша,

Не брала косы ни одна душа,

– Все очень просто. Д\'Арси пообещал привести нам эксперта, некоего Андре Эполара. Я не знал, что это ты. Когда он сказал, что его эксперт отказывается, я решил нанести тому визит, чтобы посмотреть, не собирается ли он болтать о наших планах.

Никто не сеял, граблями не грабил

И каждый лишь чужую землю грабил.

– Забавно, – сказал Эполар. – Если информация выдана, то выдана.

Нахал усердно разве только крот,

А я, казалось, был уже банкрот.

– Но так все–таки надежнее, – заметил Буэнвентура.

Но мир настал, окончились кошмары,

И снова в ход пошли мои товары.

Опять вовсю работает завод

– Вы действительно хотите совершить это идиотское похищение?

И мне дает неслыханный доход.

Теперь вернулись воины из боя

– Да.

И нет от покупателей отбоя.

У каждого, кто повидал войну,

Эполар опрокинул рюмку и с сожалением покачал головой.

Я сорок драхм беру за борону.

Вот этот серп мы поднести сам рады

– Вы просто банда кретинов.

От мирных фабрикантов всей Эллады!

(Вручает Дикеополю маленький золотой серп.)

– Мы были бандой кретинов в шестидесятом году, – сказал Буэнвентура. – И ты тоже был с нами.

_Дикеополь_