Собачник и «Ночная сова» – какая-то связь?
Примерно за год до «Ночной совы» Джек Винсеннс видел всех четырех: Вакса, Стомпа, Пархача и Перкинса – за одним столом на вечеринке.
Джо Сифакис говорил: кто-то отстреливает людей Микки одного за другим, и киллеров трое.
Есть что-то еще – что-то, чего Бад не понимает, что вертится у него в голове и не дается в руки…
- У тебя огромные познания... хоть и теоретические.
- Мы ведь бессмертны, - фыркнул ксато - Мне двадцать пять тысяч лет. Людям кажется что за это время можно собрать все знания мира, но как бы не так! Не уверен в том что собрал даже миллионную долю.
Держусь в рамках.
- Двадцать пять тысяч лет?! - я спешно ухватился за челюсть, которая норовила упасть на пол
- Не удивляйся так. У долгоживущих другой ритм жизни. Скоро ты это поймешь, ведь теперь ты и сам бессмертен. Сколько, кстати, живут грайры?
«Удержание организованной преступности в должных рамках».
- До семисот лет.
- Ну... неплохо. Но мы говорили о перерождении. Давай вернемся к этой теме.
Беседа пошла дальше. Крину было интересно все. Он расспрашивал о нашем мире, живущих в нем разумных существах и животных, о технологиях и псионике... короче, заболтались мы настолько, что я не заметил как стемнело.
Вот чем занимается в мотеле «Виктория» Дадли Смит. Его любимое словцо: «удержание в рамках». Удержать в рамках… держать… «Пора воспользоваться плодами наших трудов…» Допрос Ламара Хинтона – почему его спрашивали о «Ночной сове»? И что там делала Дот Ротштейн, кузина Пархача Тайтелбаума?
- А меня Шалфей не потеряет? - вдруг вспомнил я
- Не боись, не потеряю. Даже если бы ты не был суррогат-архангелом, у меня с собой есть ходячий Ответ На Все Вопросы. Кстати, этот парень мне Тьена напоминает. Их бы познакомить, было бы забавно. Спроси у него, что он думает насчет Огнянки.
- Я думаю, она в него влюбилась.
- Уж наверное! И это не слишком хорошо.
Бад включает воду, брызгает себе на лицо. Спокойно выходит. Стомп:
- Почему?
- Так, потом об этом поговорим. Спроси его об Огнянке на досуге.
Разговор прошел незаметно для Крина, поскольку он ответил. Примерно то же, что и Шалфей. И наша беседа возобновилась снова. Тема причудливо менялась, и, наконец зашла о женщинах. Началось все с моего невинного (как сказать... ) вопроса:
– С облегченьицем тебя.
- А как размножаются ксато?
- Достаточно забавно, что при нашем способе у нас есть разделение на два пола и различия в фенотипе, аналогичные гуманоидным расам.
- Что, все настолько плохо?
– Спасибо. В общем, ты прав: Собачника я ищу за старые грехи. А «Ночная сова» – там, похоже, другое дело…
- Как сказать, - усмехнулся Крин - Для нас секс это способ получения чувственного удовольствия, а оно считается искусством. Художники такого плана очень популярны. Но ты спрашивал не об этом. Ксато не рождаются. Изначально, вместе с Астралом появились ксато. Астрал, вообще-то, необитаемая основа. Единственная из всех четырех. Но тем не менее, мы родом именно с нее. Каждая душа ксато обладает возможностью накапливать энергию Основ и затем использовать ее, чтобы сформировать собственное тело из любого подвернувшегося материала. Обычно мы используем камни и пыль. Некоторые берут воду. Люди обвиняли нас в том, что мы использовали их тела, однако это чушь. Нам это не нужно и крайне противно. Это эфириане не гнушаются таким. Но они тоже не слишком любят.
- Значит, так остается и до сих пор? Ксато накапливает энергию а потом формирует свое тело? И все?
- Да, так мы и появляемся. Не рождаемся, еще не один ксато не умер. Просто прерывали свое существование телесные воплощения.
- М-м-м... тогда я не понимаю твоих отношений с Огнянкой.
- Сеэй? - он задумался а потом наклонился - Я, честно говоря, тоже не понимаю. Она мне понравилось, я с ней познакомился, подружился, переспал... обычная дружба, вроде бы, но ей хочется чего-то еще. И я не понимаю чего.
- Любви.
Джонни, очень спокойно:
- Невозможно, - фыркнул Крин - Это чувство только для существ с материальной основой. Энергетические таковой не испытывают.
- В чем отличие?
– Ага?
- Материальных от энергетических? Почти во всем. Энергетических не так уж и много, на самом деле. Навскидку - ксато, ваги, ратонель... да и все, наверное... а нет, спектры!
- Четыре? По количеству Основ?
Пархач, еще спокойнее:
- Верно. Ксато - астралитяне, ваги - соляриане, ратонель - эфириане ну и спектры, соответственно, спектры.
– А кто же убил-то? Какие-нибудь очередные швугис
[65]? Я-то об этом знаю только то, что в газетах читал.
Бад:
– Может быть. Но, если это не другие ниггеры, выходит, что пурпурная машина у «Ночной совы» – подстава. Ладно, парни, я пойду. Встретите Собачника, скажите, чтобы звякнул мне в Бюро.
Глава 8
Спокойный Джонни барабанит пальцами по бутылке.
Иной путь
Среди ночи к нашей беседе присоединился Шалфей. Для меня она закончилась ближе к полудню, когда мозг окончательно отказался воспринимать информацию, и я отправился спать. Вечером, проснувшись и никого не найдя в доме, задумался. Если Хельг не идет с нами, значит миссия наша провалена. Нужно возвращаться, а как это сделать знает только Шалфей. И где он нынче? Ничуть не удивлюсь, если рассматривает достопримечательности Катальхерона.
Спокойный Пархач натужно кашляет и исходит потом.
- Кетран, проснулся? Тем лучше. Иди на сигнал маячка, есть одна проблемка у меня...
Маячком оказалась металлическая лоза из нанороботов, которая тут же выросла у меня в руке. Повернувшись, она указала направление. Шалфееискатель... ладно, пойду.
В голове настойчиво вертелась мысль о вторичном перерождении. Дотошный Крин, тщательно изучивший все что было у него о грайрах, пришел к выводу что некоторые из них склонны к несколько раз меняться, постепенно достигая своей настоящей силы. Опирался он на наблюдения за пленными грайрами. Рано или поздно, однако все они приобретали какую-то необычную силу и после этого уходили, громко разрушая свои тюрьмы.
В чем же секрет? Ксато они убивали после того, как вырывались из-под воздействия подавляющих установок, так что это не метод высасывания жизни. Может, все из-за этих самых установок? Но почему тогда одним требовалось пара дней, а другим - месяцы? Различное воздействие, возможно, конечно, однако мне кажется что это не так. А даже если и так - испробовать установки на себе у меня не выйдет. Не сейчас.
Спокойный Бад спокойно выходит на улицу, спокойно садится в машину, спокойно заезжает за угол, опрометью выскакивает из автомобиля и прыжками мчится к телефону-автомату. Компания «П. К. Беллз». Один гудок, второй – мать твою, сколько ж можно ждать?!
Шалфей, когда я его увидел, в позе былинного богатыря взирал на закат.
- И нафиг я тебе понадобился?
- Да вот, глянь... - он показал на каменную плиту, исписанную и исчерченную так, что ее изначальный цвет можно было понять только благодаря пяти чистым кругам на ней. Один в центре и четыре по сторонам света.
– Кхм… да, кто запрашивает?
- И что это?
- Вратал... - вздохнул Шалфей - Активируется через шестнадцать часов. До тех пор нужно найти трех желающих отправится вместе с нами.
– Сержант Уайт, полиция Лос-Анджелеса. Нужно проследить звонки.
- В смысле?!
- В прямом. Заклинание разрабатывалась в расчете на пять точек.
– За какой период, сержант?
- Даже если бы все прошло успешно, то нас было бы четверо.
- Шиэльмие еще. Он тоже считается.
– Ближайшие несколько минут. Все частные телефоны и телефоны-автоматы в ресторане «Кошерная кухня Эйба». Скорее! Речь идет об убийстве!
Я задумался.
- И что теперь?
– Секундочку подождите, пожалуйста.
- Я уже сказал. У нас есть чуть больше чем двое суток, чтобы уломать одного вейлера, одного ксато и еще кого-нибудь встать в фокус и отправится с нами.
- Зачем такие сложности?
Щелк-щелк-щелк – и новая телефонная барышня:
- Все пять существ должны быть разных видов, - пожал плечами Шалфей
- Ты проще что-нибудь сотворить не мог?! - возмутился я
– Сержант, что именно вам нужно?
- Чуть больше двух тысяч лет пролететь - да это каждый ребенок может... разве вы сомневались? - хмыкнул Шалфей - Только этот глупый Шалфей все усложняет...
- Извини.
– «Кошерная кухня Эйба», ресторан на углу Пико и Ветеран. Все звонки со всех телефонов в ближайшие пятнадцать минут. И не тяните!
- Да фигня. Если бы не было такого ограничения, я в фокусы просто поставил своих кошек.
- Они тоже считаются?
– Офицер, мы не можем прослушивать текущие звонки.
- Почему нет?
- А как они попадут обратно?
– Не надо прослушивать, черт побери! Просто скажите мне, куда звонили!
- У них свои возможности. Что ж, пойдем теперь к Крину. Побеседуем на тему желающих увидеть этот мир через пару тысяч лет.
– Ну что ж, если речь идет об убийстве… Куда вам перезвонить?
- Судя по тому, что он сказал, таких будет ноль целых и ноль десятых.
- Почему же? Потом запакуем их в цинковые... ой, то есть в защитные гробы и отправим обратно через искажение.
Бад читает номер телефона-автомата:
- Гробы зачем?!
- Ты уже забыл чем нас здесь встретили?
– Гранит – 48112.
Я хлопнул себя по лбу. Действительно, а ведь вроде только вчера мы здесь появились. Вернувшись домой к Крину мы разъяснили ему ситуацию... и один желающий был найден моментально. Сам Крин, которому скучно сидеть дома. Как оказалось, он здесь вообще вынужденно, поскольку его основное занятие - программирование Погодной Ведьмы. А так он шастает между Пересечениями, ищет приключений на разные части тела.
– Перезвоню через пятнадцать минут. И в следующий раз попрошу вас предупреждать заранее, – недовольно говорит барышня и вешает трубку.
- Так как ты тогда отправишься с нами? - поинтересовался Шалфей - Если нужен здесь?
Бад, стоя в будке, считает секунды. В каждой секунде – два слога: Дадли, Дадли, Дадли, Дадли… Наконец звонок. Он хватает трубку, роняет, ловит на лету, подносит к уху.
- Завтра будет великий праздник. На полную катушку запустим koondoro, активируем подъемники и терраморфные машины... Катальхерон взлетит, ну а я буду вновь совершенно свободен.
- Отлично. А есть идеи, кого еще взять с собой?
– Да?!
- Моего секретаря, - не сомневаясь ответил Крин - Она вейлер, так что условие соблюдено.
- Она? - я немного насмешливо передал Шалфею - Бабник он, не находишь?
– Два звонка. Один – Дюнкерк – 32758, зарегистрирован на имя мисс Дот Ротштейн. Второй – Эксминстер – 46811, зарегистрирован на имя мистера Дадли Л. Смита.
- Не-а. Ты местных художниц удовольствия не... в смысле, работ ты их не видел!
- Ты что, уже успел и здесь?
Бад выпускает трубку из рук. Она повисает на проводе: болтовня телефонной барышни доносится откуда-то из дальнего далека – из тихого, безопасного места, куда ему теперь вход воспрещен.
- А что такого? Очень интересно.
Он верил в Линн. Верил в свой полицейский жетон.
- И тебя не смущает что ты спал даже не с резиновой, а с пылевой женщиной?
- Я сам неорганика. Но раз тебя это смущает, не забудь предупредить Аэлиэнэль что ты пятьдесят лет мертв.
Линн его предала. А «Ночная сова» – дело рук капитана полиции Лос-Анджелеса Дадли Лиама Смита.
- Мне не светит в любом случае.
- Почему?! - ужаснулся Шалфей - Неужели... не стоит?!
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ
- Нет! Шильморанны превращают во вневременные статуи любого, кто ко мне прикоснется... причем врагов - ни-ни. Только друзей и только женского пола.
- Ох ты ж е... нда, не повезло тебе.
Джек Винсеннс на больничной койке кается в грехах.
- Не то слово!!!
В том, что в пятнадцать лет от него забеременела девчонка из приюта Святого Анатоля. В убийстве мистера и миссис Скоггинс. В том, что опоил Билла Макферсона и подложил ему в постель красотку негритяночку. В том, что подбросил наркоту Чарли Паркеру, что тряс любителей травки и сливал информацию в «Строго секретно». Пытается встать с кровати, складывая руки, словно в молитве, бормочет: хаб рашмонес, Мейер, бам-бам-бам мой поезд-экспресс. Кается в том, что порой распускал руки с торчками, что был казначеем Эллиса Лоу. Просит прощения у жены – за шлюх, за картинки в тех поганых журналах. И у господа Иисуса – за то, что выпивку и наркоту любил куда больше, чем Бога.
Шалфей даже виду не подал, что одновременно говорит со мной. Задумчиво обрушился в кресло и спросил Крина о третьем желающем.
- Тоже не проблема. Сейчас в Катальхероне гостит Меон.
- Меон Г\'Наэрзис?! - аж поднялся в кресле Шалфей
Карен сидит у его постели, и по щекам ее текут слезы. Хочется убежать, хочется заткнуть уши – не может. Эд пытался ее увести – она не послушалась. Он позвонил в Бюро из Эрроухед: Фиск рассказал ему, что Пирс Пэтчетт убит – застрелен неизвестными, особняк его был подожжен и сгорел дотла. Винсеннса обнаружили на заднем дворе без сознания: надышался дымом, на бронежилете – следы пуль. На Центральной станции скорой помощи врач взял у него кровь на анализ. Результат: в крови Мусорщика обнаружен неизвестный наркотик, представляющий собой усовершенствованный героин с добавлением антипсихотических компонентов. Жить будет. И скоро придет в себя. Надо только подождать, пока прекратится действие наркотика.
- Да. Надо же, даже ты его знаешь.
- По личным причинам, - странно улыбнулся Шалфей - Где он живет?
Медсестра вытирает Винсеннсу лицо. Карен бумажной салфеткой смахивает слезы. Эд перечитывает записку Фиска: «Звонила Инес Сото. Никакой информации о $ делах Р. Д. Р. Д. что-то подозревает??? – говорила коротко и намеками. Д. Ф.»
- Пойдем.
Разгадка желания Шалфея познакомиться с Меоном была найдена через пять минут после того, как мы вошли в его дом. Хозяин был похож на эльфа, но в то же время - значительно отличался. В лучшую сторону. Выше ростом, приятнее лицом. Немного пугали его глаза.
Эд комкает записку, сует в карман. Пока он трахался с Линн, Винсеннс едва не погиб. Кто-то расстрелял Пэтчетта, поджег дом и оставил их погибать в огне.
- Сколько ему лет? - поинтересовался я у Шалфея
- Мелочь... всего лишь шесть тысяч, - ответил он
А в руках у Бада Уайта – факел для костра, на котором скоро запылают оба Эксли, отец и сын.
Меон хмыкнул, и у меня возникло четкое ощущение что он слышал наш разговор.
- Я не ошибся? - уточнил Шалфей
Он не может поднять глаз на Карен.
- Нет. Вейлерские механизмы, даже изготовленные по варварской технологии, не ошибаются. Что тебе нужно?
- Несколько вещей. Во-первых, Эвер не здесь случайно?
– Капитан!
- Аноэр редко надолго где-либо задерживается. И я не видел его давно. Знаком с ним?
- Еще бы, - улыбнулся Шалфей - Вторая вещь. Нам нужна твоя помощь для возвращения домой.
Фиск из холла, полушепотом.
- Выполнимо. Еще что-то?
- Покажи свое оружие.
– Капитан, у меня кое-что есть.
- Предсказуемо, - вздохнул Меон - О чем думать оружию, как не об оружии. Что ж, пойдем.
Он стряхнул с плеч плащ, бросил его на пол и встав на черную подкладку... пропал. Шалфей последовал за ним. Я тоже.
Эд выходит, отводит Фиска от дверей палаты.
Место, в которое мы попали было размером с ангар. Пятую часть занимал склад различных вещей, а остальное - станки и машины.
- Одна из причин, по которой мы непобедимы в бою - это великолепно организованный тыл.
– Что такое?
- Технология внепространственных карманов? - Шалфей удивленно присвистнул - Такой плащ, если бы его делал я, весил бы как раз как этот склад.
- У нас другая технология производства, - он взял со стола и бросил Шалфею какой-то брусок - Эвер попросил меня, чтобы я передал их тебе.
- Когда?!
– Норт Лэйман закончил вскрытие. Причина смерти Пэтчетта – пять пуль, выпушенные из двух винтовок калибра.30\". Рэй Пинкер провел баллистическую экспертизу и обнаружил идентичность с одним старым убийством. Округ Риверсайд, май пятьдесят пятого. Никаких следов, висяк. Тогда застрелили двоих на выходе из ресторана. Предположительно, гангстерские разборки.
Меон беззвучно рассмеялся. А потом снял с одной из полок огромную пушку... и в виду имелся не пистолет. Скорее помесь базуки и пулемета.
Все к одному – к героину.
- Черт подери, это ведь был только прототип! - возмутился чем-то Шалфей - Где ты это взял?
- Ты сам отдашь мне это. Гораздо позже.
– Это все?
- Некисло... - вздохнул Шалфей - Для тебя время это лишь одно из измерений, по которому можно двигаться свободно?
- Да, - Меон прищурился - Но за все нужно платить.
- И чем платишь ты? - поинтересовался Шалфей
– Нет. Бад Уайт разгромил опиумный притон в Чайнатауне, до полусмерти избил троих китайцев. Один из них опознал его по фото. Тад Грин хочет начать внутреннее расследование. Выписать ордер на задержание, сэр? Я знаю, вы этою хотите, и шеф Грин говорит, что это ваше дело. Эд едва не смеется в ответ.
- Тем же, чем и вы платите за свое могущество, - Меон как-то холодно и отстраненно улыбнулся. От его слов мороз пошел по коже - Вы ведь еще не знаете, что такое вечность.
После этого мы оказались в доме Меона. Но его самого не было.
- Уже все? - удивился Крин - Быстренько вы. Он поможет?
- Да, - Шалфей задумчиво вертел в руках брусок. А потом оплел его серебристыми нитями, после чего тот исчез - Он прибудет к месту в нужное время. Крин, а теперь не покажешь ли нам Катальхерон?
– Никакого ордера.
- Конечно, - он загадочно улыбнулся - Но думаю, сначала надо посмотреть на нечто гораздо более интересное.
Он привел нас на летучий корабль, где нас ждала Огнянка в сопровождении симпатичной и совершенно бескрылой девушки. Понятно, для кого вся эта полетная техника.
– Сэр?…
- Знакомьтесь, это мой секретарь, Аина.
- Это и есть грайр-полукровка? - девушка с любопытством посмотрела на меня. Обошла кругом - Да, сайкатена и шильморанны, как ты и говорил.
– Я сказал «нет», и хватит об этом. Теперь вы с Клекнером кое-что для меня сделаете. Свяжитесь с Миллером Сгентоном, Максом Пелтием, Тимми Валберном и Билли Дитерлингом. Попросите их всех прийти в мой офис сегодня в восемь часов, чтобы ответить на несколько вопросов. Скажите, что расследование дела веду я. Скажете: если они не хотят, чтобы о нашей беседе узнали газетчики, никаких адвокатов. И еще: достань мне из Отдела убийств материалы по старому делу Лорена Атертона. Папку Атертона принесешь мне запечатанной. Не хочу, чтобы ты туда заглядывал.
И естественно, она прикоснулась к кристаллам, выпирающим под одеждой. Мне вообще кажется что они влекут женщин, независимо от того к какой расе и к какому виду они принадлежат.
Однако вейлер не стала вопить. Она с интересом посмотрела на наливающиеся синим сиянием пальцы.
– Сэр…
- Крин, убери это, пожалуйста.
- Аина, это временной яд, - он пожал плечами - Убрать может только Кетран.
Эд отворачивается. В дверях – Карен, с сухими глазами:
- На кой черт ты их вообще лапала... они не переносят женщин, - я взял ее руку и лизнул сияющие пальцы
- Это всегда так надо делать?
– Скажите… Как вы думаете… Неужели Джек действительно все это сделал?
- К сожалению, - с раздражением ответил я - Больше не трогайте кристаллы.
Шалфей хмыкнул.
– Да.
- Начинаем?
- Конечно, - Крин подошел к панели - Нам нужно отъехать за пределы Катальхерона до восхода луны.
– Он не должен знать, что я об этом знаю. Обещайте ему не говорить.
Пока корабль летел к неизвестной цели, я наблюдал за Шалфеем. Тот задумчиво погрузился во что-то вроде медитации.
- Шалфей!
- Не мешай, я обрабатываю данные!
Ладно, пусть занимается чем угодно. У меня в кои-то веки выдалось несколько свободных минут, чтобы поразмышлять на тему своего нынешнего состояния. Мысль о том, что может быть противоположным созиданию мучает меня достаточно давно, поскольку очевидное \"разрушение\" не является правильным ответом. А между тем, очень важно узнать, в чем суть вывернутых способностей креатора, поскольку рано или поздно война закончится. И тогда для того чтобы создать что угодно, придется убивать кого-нибудь. Возможно, преступников. Но их еще надо найти, а с этим сложнее. В любом случае, свои силы нужно знать. И еще одно. Что теперь мы будем делать с Личным? Если Хельг отказался помогать, придется искать другой вариант.
Эд кивает, не сводя глаз с приоткрытой двери, за которой Победитель с Большой Буквы молит об отпущении грехов.
- Шалфей.
- Чего?
- Что теперь с Личным-то будем делать?
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ
- Я послал сообщение Отрешенному. Пусть пока они голову ломают. Если не найдут подходящих вариантов, то тогда уже и мы присоединимся.
- А сейчас подумать?
Архивная комната – шкафы по плечо высотой, набитые панками. Бад торопливо просматривает папки, ища подтверждений своей догадке: в голове у него крутятся обрывки мыслей, складываются в стройную версию:
- Кетран, у меня сейчас даже процессоры, которые я использую для управления нанороботами заняты обработкой и сортировкой по базе знаний всей той информации что передал мне Меон. Я то и дело получаю запросы по спорным моментам, после чего приходится просматривать тексты и решать к какой ветви их лучше отнести. Думаешь мне сейчас до каких-то Личных, которые появятся только через пару тысяч лет?
- Понятно, - я вздохнул - Ну, тогда хотя бы предположи... что будет обратным действием по отношению к созиданию?
- Изменение. И все, больше меня не трогай.
«Ночная сова» – дело Стомпа, Тайтелбаума и Ли Вакса. Они же убирали людей Коэна, его «акционеров». Перкинс – из их банды, но о том, что он убивает проституток, они не знают, не могут знать. Гангстеры таких вещей не терпят, убийца-«любитель» может погубить всю шайку. Глава банды – Дадли Смит, больше некому. Все его разговоры об «особом задании» – попытка завербовать Бада. Хинтона Дадли, скорее всего, прикончил, чтобы не болтал лишнего о Пэтчетте и его делах. Дадли с Пэтчеттом – сообщники? Брюнинг и Карлайл – тоже в банде… «Удерживать в рамках»… «в достойных рамках»… «достойное вознаграждение»… Вывод: Дадли пытается взять контроль над организованной преступностью в Лос-Анджелесе.
Изменение? Почему это вдруг, интересно. Не разрушение, а изменение. И Шалфей ни секунды не сомневался. Хм... может, наобум сказал? В любом случае, будет проще один раз попробовать, чем долго сомневаться. Только попробовать-то, в общем-то, не на чем. Или нет...
Я попытался выдернуть прядь волос. Потом вспомнил, что это за тело и с тяжелым вздохом оставил бесплодные попытки. Ну не корабль же менять! Да и странная формулировка - изменение. Стоп, может попробовать изменить самого себя? Ну, скажем, вот так...
Бад просматривает регистрации автомашин за апрель пятьдесят третьего. Его первоначальная версия на поверку оказалась ложной. Ловко подброшенные улики – «меркури» у «Ночной совы», дробовики и гильзы в Гриффит-парке, прежде он считал: убийцам просто повезло. Но если план родился в недрах самой полиции, дело принимает другой оборот: те, кто спланировал убийства в «Ночной сове», имели доступ к полицейским рапортам, выбрали троицу черномазых хулиганов, забавы ради утонявших машины и разряжавших дробовики в белый свет, решили свалить вину на них в надежде, что дебоширов прикончат при аресте, и на том дело и закончится.
Рука моментально покрылась серой корочкой. И я перестал ее чувствовать - она окаменела, как я и хотел. Окаменела - и... отвалилась. А на ее месте немедленно начала расти новая рука, на этот раз из серебристого металла. Шалфей поднял голову на стук камня, увидел и удивленно поднял брови.
- Кетран, только не говори мне, что ты нашел недокументированную возможность организма Архангела.
- Нет, я попробовал изменять, как ты и сказал.
Значит, они должны были раздобыть машину, соответствующую описанию из рапортов. В нужный момент пригнать ее к «Ночной сове». Угонять машину опасно – велик риск, что ее обнаружат. Покупать пурпурную тоже опасно: оставалось купить автомобиль другого цвета и перекрасить.
- Изменять? А, вот оно что... ладно, ты аккуратнее, руки, поверь мне, тебе могут пригодиться.
И он снова погрузился в себя, а я едва удерживался от того сплясать что-нибудь зажигательное, совмещая это с криками восторга. Удалось! Удалось, черт подери. Но... тем не менее, виртуальные когти не исчезли. И энергии на изменение я не потратил ни капли. Значит, вот в чем особенность перерождения. Что ж... говорят, гениальный скульптор видит статую внутри камня.
Бад продолжает работу. Папки сложены в беспорядке: «мерки», «шеви», «кадди», Лос-Анджелес, Сакраменто, Фриско. По фамилии искать бессмысленно – машину наверняка покупали на чужое имя. В одном повезло: на карточках, пришпиленных к документам, указаны расы, даты рождения и приметы автовладельцев. Вспомнив курсы, Бад четко формулирует в уме, что хочет найти: «меркури» 1948 – 1950 гг., владелец проживает в Южной Калифорнии, приметы соответствуют Дадли, Стомпу, Ваксу, Тайтслбауму, Карлайлу или Брюнингу. Проходит несколько часов, прежде чем одна папка останавливает на себе внимание Бада.
- Так и есть, - согласился Крин. А я и не заметил, что произнес последнюю фразу вслух - Посмотри сам. Катальхерон создан из литосферной плиты, в которой каждый ксато, используя вырождение пространства... можно сказать, выгрызал то, что ему нравилось.
- И что ты собираешься нам показать?
«Меркури» 1948 года, цвет серый, куплен 10 апреля 1953 года. Покупатель: Маргарет Луиза Марч, белая женщина, дата рождения 23/7/1918, волосы темные, глаза карие, рост пять футов девять дюймов, вес 215 фунтов. Регистрация по адресу: 1804, Восточный Оксфорд, Лос-Анджелес. Телефон: Нормандия – 32758.
- Видишь, пустыня уже близко... - он улыбнулся - Надо отлететь подальше, чтобы оценить это зрелище во всей его красе.
Я взял свою окаменевшую руку. Попробуем сделать... скажем, вот так...
Тепло? Да нет, горячо! Улица Оксфорд идет с севера на юг, а не с запада на восток. Приметы – точь-в-точь Дот Ротштейн, здоровенная и жирная. Из «Кухни Эйба» ей звонили по номеру ДЮ – 32758 – так и есть, тупая лесбуха дала свой собственный номер, только район поменяла!
Она полностью подчинялась всем мысленным приказам, меняя форму и свойства согласно любой моей прихоти. В конце-концов я попробовал изменить руку Шалфея, и тут столкнулся с непреодолимым сопротивлением. Решил что это особенность Архангела и переключил свое внимание на стоящий внизу камень. Отколол от него кусочек гравитационным ударом и поднял к себе. Но и этот камень удавалось изменять только с огромным трудом. Несколько раз, уже, казалось превращенный в золото, он снова становился камнем. И я чувствовал расход какой-то неправильной пси-энергии. Не моей обычной, а новой, перерожденной.
Что ж, все ясно. Если вспомнить, то креационизм предполагает созидание и разрушение, но не изменение. Здесь же - именно оно, во всей красе и со всеми сложностями, с которыми я столкнулся еще в годы своего обучения. При нормальном креационизме материя сопротивляется разрушению, да и созидание тоже дается трудно. При перерожденном - то же самое. Изменился способ, но не изменились правила. Странно только одно. Каким образом перерождение воздействует на организм? Наши исследователи этого так и не выяснили. Нашли лишь общие закономерности, вроде усиления чувств и послушности симбионтов, но так и не поняли, чем это вызывается. А потом был принят закон и решено убивать перерожденных, как существ, несущих опасность обществу. Мне все-таки мне удалось превратить камень в золото, а потом и в воду.
А потом купила пурпурную краску и…
Тем временем наш корабль отлетел на достаточное расстояние. Басовитый удар, сотрясший воздух отвлек меня от экспериментов.
- Что это такое? - я вскочил
– Есть! – вопит Бад, от избытка чувств лупит кулаками по воздуху, поддевает ногой коробки на полу. А потом при задумывается.
- Катальхерон готов ко взлету, - ответил Крин - Первая функция, активация опор.
В небе вспыхнули полотнища радужного света. Дождь из искр обрушился на землю, и из нее вверх ударили гейзеры белого света. Их становилось все больше и больше, они сливались вместе, разбиваясь на потоки разных цветов. Да это же Границы!
Что дальше? Да, он раскрыл два дела в один день – но кто ему поверит? Прямых улик нет – только косвенные. Дадли – слишком крупная шишка, и едва ли найдется человек, готовый рисковать, чтобы положить конец его блестящей карьере…
Второй удар заставил наш корабль гудеть.
- Вторая функция, собственно взлет.
Или нет. Один такой человек найдется.
Северное сияние, полыхавшее в небе втянулось в башню в центре Катальхерона. Песок в пустыне всколыхнулся и мощной волной помчался от взлетающего города. Воздух завибрировал. Сквозь бушующую внизу песчаную бурю было видно радужные всплески. Катальхерон поднимался медленно, настолько что его движения не было заметно. Тем не менее, песчаная буря улеглась, а город поднимался все выше и выше, оставив внизу огромный кратер.
- Ну вот и все, можно возвращаться. Сейчас начнется грандиозный праздник.
Эксли.
- Сколько времени будет подниматься Катальхерон?
- Всю ночь. А завтра мы займемся уже другими делами.
- Какими? - поинтересовался Шалфей - Терраморфингом?
- Да, - Крин потянулся - Но это уже без меня. Я снова полечу в путешествие по Пересечениям. Но сначала, конечно же, нужно будет прокатиться до вашего времени.
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ
Вернувшись в Катальхерон, мы присоединились к празднику. Одновременно Крин отвечал на вопросы любопытствующего Шалфея. Впрочем, долго ему это не удавалось. Вскоре его мягко отсоединили и утащили в неизвестном направлении три художницы чувства. К моему удовольствию, я заинтересовал гораздо большее число таких девушек. Впрочем, одна из слишком настойчивых, получив темпоральное обморожение распугала остальных. Никак не могу обуздать шильморанны. У настоящих скайфар они атакуют только тех, кто хозяин считает врагом. А у меня что? Даже Аэлиэнель обжигаю.
Карнавал кончился к утру, после чего и ксато, и вейлеры, как ни в чем ни бывало разошлись на свои рабочие места. Меня же выловил Шалфей.
Эд в машине напротив дома, где родился и вырос. Ему не хватает духу взойти на крыльцо.
- Кетран, пойдем. Время возвращаться.
Мы отправились к вырезанной Шалфеем фигуре. Нас там уже ждали трое остальных путешественников.
- Я заберу Крина и Аину обратно сразу же после переноса, - сообщил Меон - Вы нас даже не увидите.
Войти в дом. Задать отцу вопросы, которые уже несколько дней не дают ему покоя. Попросить помощи. Признаться, что выболтал его тайну женщине, – и дал оружие против Престона в руки смертельному врагу. С собой у него дело Атертона: там нет ничего, чего бы Эд не знал. Тот, что делал порноснимки и прикончил Сида Хадженса, – человек, замешанный в деле Атертона. Возможно, он и есть настоящий убийца. Если это выплывет наружу, Престон Эксли рухнет с пьедестала, на который возвел его сын.
- Может проще перенести нас? - спросил я, но Меон только покачал головой
- Не проще, - ответил Шалфей - Он теоретически может перемещаться только сам. Айну и Крина он сможет взять только потому, что от моего заклятья останется перенос во времени. Так, заняли позиции!
Эду не хватает духу войти, не хватает воли бросить об этом думать. Чтобы отвлечься, он перебирает в уме воспоминания.
Мы все встали на фокусы и замерли. Несколько минут пришлось ждать, а потом началось ощущения падения в бездну. Наверное так и должно быть...
Отец купил этот дом для матери. Особняк стал для него знаком прощания со средним классом. Никогда семья Эксли не ставила перед домом украшенную огнями рождественскую елку – отец говорил, что это безвкусно. Маленький Томас однажды упал с балкона, но не заплакал, потому что мужчины из рода Эксли не плачут. Когда Эд вернулся с войны, отец устроил ему торжественную встречу – банкет, куда пригласил только мэра, членов Городского совета и полицейских чинов, от которых зависело продвижение Эда по службе.
- Эй, Кетран, не спи! - заорал Шалфей - Взлетай!
Глянув вниз я тут же остановил свое падение. Перемещение во времени не сопровождалось никакими эффектами. Были в одном времени - оказались в другом.
С крыльца сходит Арт Де Спейн – бледный, осунувшийся, с рукой на перевязи. Садится в машину, скрывается за поворотом. Друг и соратник Престона, наставник Эда. Помнится, однажды он сказал, что не был создан для работы в полиции.
- Где это мы?
- Лес Вечного Дождя, - Шалфей нехорошо усмехнулся - Ну что ж, начнем.
- Что начнем?
Огромный холодный дом нависает над Эдом, кажется, вот-вот проглотит. Эд заводит мотор, едет обратно в больницу.
- Выполнять запасной план, - ответил он - Если мы не можем уничтожить непосредственно Личного, надо уничтожить того кто им управляет.
- Думаешь это возможно? Алэхазей под очень мощной защитой.
- Вот я и посмотрю, как она отреагирует на трайн-пушку.
- У тебя она тоже есть?
- Есть, но внешняя. Прототип с тремя зарядами, Отрешенный в ночь отправления, под предлогом ожидания кошек.
* * *
- Ты знал что Хельг откажет?
- Я вообще все знаю, - фыркнул Шалфей - Нет, естественно, но и этот вариант мы просчитывали.
- Тогда... падаем?
- Спускаемся.