Луи смерил ее долгим внимательным взглядом и спокойно произнес:
— Самое прямое.
— Вы с ума сошли! Джим никогда не станет связываться…
Быстрым взмахом руки Луи отвесил ей пощечину. Удар был не столько болезненным, сколько неожиданным, но самым страшным оказалось то, что внешне Луи не выказал никаких признаков гнева или раздражения.
— Ты давно знакома с Расселом? — как ни в чем не бывало, спросил он.
— Почти два года, но…
— Как часто вы встречаетесь?
К собственному удивлению, Кэрол торопливо ответила:
— Четыре… четыре или пять раз в неделю. Большинство выходных мы тоже проводим вместе. Иногда Джим навещает своего кузена, живущего за городом, а я хожу к подруге. Мы… Но почему… какое отношение имеет ко всему этому Джим?
— Вопросы здесь задаю только я. Вы собирались пожениться?
— Да, конечно, мы…
— Когда?
— В следующем году. Он готовится к экзамену по банковскому делу. Он… он работает в отделе управления и надеется получить назначение за границу. Нам… нам хотелось бы жить за рубежом, и он сейчас проходит специальный курс обучения…
— Ясно, — прервал ее Луи и о чем-то задумался.
Кэрол не могла предугадать, что еще выкинет этот здоровяк, и его молчание пугало ее. Она тщетно пыталась привести мысли в порядок.
— Он много говорит о своей работе? — внезапно спросил бандит.
— Ну… не особенно.
— Отвечай прямо: да или нет?
— Он почти ничего не рассказывает. Я имею в виду… — Кэрол испуганно взглянула на руки Луи, опасаясь, что он опять ударит ее. — Он… он рассказывает мне о том, как прошел рабочий день, в каком настроении пребывали управляющий, помощник управляющего и его… его коллеги, но никогда не упоминает о своей работе, не вдается ни в какие подробности. Мне известно только то, что он ведет дела филиалов банка, расположенных у нас в стране и за границей. Это все, что мне известно. Он никогда не говорит со мной о денежных операциях, если вас это интересует.
— Никогда? — насмешливо переспросил Луи.
— Нечего так смотреть на меня! — закричала Кэрол. — Я уже сказала, что Джим ничего не докладывает мне о своих делах, это конфиденциальные сведения, и он не должен о них распространяться.
— Верно, — заметил Луи таким тоном, словно этот ответ его вполне устраивал. — Конечно, он не должен болтать лишнее. Мне известно, что у твоего жениха прекрасная репутация. Джима Рассела можно охарактеризовать как человека, заслуживающего доверия, не так ли?
— Да, конечно.
— Тогда все сходится, — согласился Луи. Впервые за все это время его лицо немного расслабилось, а на губах появилось какое-то подобие улыбки. — Этот человек заслуживает доверия, и он нам подходит.
— Если вы думаете, что он станет помогать вам…
— А куда он денется? Именно поэтому мы его и выбрали. Он — единственный, кто соответствует всем требованиям. Ты тоже подходишь нам, — добавил Луи. — Если бы не ты, нам пришлось бы придумывать какой-нибудь другой план. Как по-твоему, управляющий доверяет Джиму?
— Конечно, доверяет.
— Тогда все в порядке, — заключил Луи и, к облегчению Кэрол, отвернулся. — Джеки, сейчас — десять минут восьмого, ждать остается более трех часов, поэтому не мешало бы перекусить. Тут нечего пожевать?
— Кое-что есть, — отозвался Джеки. — Я заглянул в кладовую: там осталось несколько яиц и небольшой кусок бекона. Пива я не нашел.
— Ну, нам надо что-нибудь посущественнее. Смени Бена, и скажи ему, чтобы он достал еды. Мне страшно хочется есть. Ступай, а я постерегу ее.
— Хорошо, Луи, — согласился коротышка, но не двинулся с места. — Может, лучше Бена послать за провизией? Бен быстро управится, а если Поль придет и обнаружит…
— Поль поручил это дело мне, — вкрадчивым тоном произнес Луи, — и я — босс. Поэтому делай, что тебе говорят. Понял? И позволь еще кое-что добавить, Джеки. — Луи повернулся на каблуках и подошел к коротышке вплотную. — Мы с Полем долго разрабатывали этот план, и сейчас, когда операция началась, мне нужно сосредоточиться. Поэтому я не желаю спорить с тобой, с Беном или с кем-либо еще. Ты знаешь, как быстро я выхожу из себя, и мне не хотелось бы, чтобы ты стал виновником этого.
Джеки начал бочком продвигаться к двери.
— Я только предложил, — извиняющимся тоном пробормотал он. — Думал, как лучше…
— Вот именно, — отозвался Луи. — Повторяю: пока нет Поля, я — босс.
Джеки вышел и громко хлопнул за собой дверью.
Наступила гнетущая тишина. Кэрол не слышала, как Джеки спустился вниз, как открылась и закрылась входная дверь. Она наблюдала за Луи. Характерной тяжеловатой походкой он подошел к креслу и опустился на подлокотник. Несмотря на отлично сшитый костюм, бандит выглядел как-то нескладно. Луи не предпринимал никаких действий, но даже неподвижно сидя в другом конце комнаты, этот человек пугал ее. Самым худшим было то, что он пристально разглядывал Кэрол, не произнося при этом ни слова, вероятно, оценивая ситуацию и решая, как поступить дальше.
— Тебя зовут Кэрол Ли? — неожиданно громко прозвучал в тишине его вопрос. — Кэрол — это уменьшительное от Каролины?
— Нет, Кэрол — мое полное имя.
— Просто Кэрол?
— Кэрол Энн. Кэрол Энн Ли.
— Звучит неплохо. И знаешь, что еще? На мой взгляд, ты прекрасно смотришься. Одеть тебя пошикарнее, украсить бриллиантами, и ты будешь выглядеть на миллион фунтов. Я разбираюсь в нарядах и знаю толк в женщинах. Хочешь, докажу? Смотри. С такими волосами ты должна носить черное, зеленое или желтое. Тебе также пойдет что-нибудь блестящее. Цвету твоего лица позавидует любая королева красоты. Ты — привлекательная девушка, Кэрол, кстати, я тоже неплох. Меня ждет хорошее будущее. Я иду к намеченной цели напролом. Последние две или три недели я наблюдал за тобой, хотя ты и не подозревала об этом. Я специально отослал Джеки, чтобы поговорить с тобой с глазу на глаз.
Поль — крупный босс, но, завершив это дело, он уйдет на покой, а я займу его место. У него есть особые причины передать дела именно мне. Не доставляй нам неприятностей, делай, что я прикажу, и, когда все кончится, ты не пожалеешь. Никто не пожалеет, если будет помогать Луи… Этот Рассел — не для тебя, понимаешь? Зря тратишь на него время. Ты должна быть рада, что мы выбрали его, а я — тебя. — Замолчав, он медленно дотронулся до плеча Кэрол. Это было как прикосновение змеи, и девушка с трудом удержалась, чтобы не стряхнуть его руку. — Нам необходимо понять друг друга, — невозмутимо продолжал Луи. — Немного взаимопонимания — и все будет в порядке.
Его рука скользнула по ее плечам, затем по груди.
Этого Кэрол уже не смогла стерпеть и резко оттолкнула его руку.
Глава 4
— Я же говорил о взаимопонимании, — яростно прорычал Луи. — А если ты так это воспринимаешь… Я ведь предупреждал…
Кэрол замерла от страха, и неожиданное появление вернувшегося коротышки Джеки показалось ей на этот раз чудесным спасением. Но она рано успокоилась. Увидев Джеки, Луи повелительно взмахнул рукой.
— Свяжи ее, — приказал он. — Да покрепче. Поищи в доме какие-нибудь веревки.
— Ладно, — поспешно проговорил Джеки и направился в кухню.
— Это послужит тебе хорошим уроком, — зловеще улыбнулся Луи, обращаясь к Кэрол.
Через пару минут вернулся Джеки, но с пустыми руками.
— Не мог ничего найти, — извиняющимся тоном сказал он. — Никакой бельевой веревки или чего-либо подобного.
— Разорви хотя бы простыню, — приказал Луи.
— Отличная мысль, — согласился Джеки и направился в спальню. Вспыхнул свет, и девушка увидела, как бандит стал рыться в ее шкафу, потом послышался звук торопливо разрываемой ткани. Вскоре Джеки вышел из спальни, неся в руке простынь, которую он скрутил в виде веревки.
— Сядь! — велел Луи.
Кэрол подчинилась, понимая, что сопротивляться бесполезно. Она села, чувствуя неприятную дрожь во всем теле, а Джеки с самодельной веревкой приблизился к ней.
— Руки назад, — последовал очередной приказ Луи. Кэрол послушно подчинилась.
Джеки молча повернул девушку спиной и крепко связал ей руки.
— Что вы собираетесь сделать с Джимом? — беспомощным голосом спросила Кэрол. — Вы… вы не собираетесь причинить ему зло?
— Мы не причиняем зла тому, кто ведет себя разумно, — вкрадчиво ответил Луи. — Тебе предстоит еще многому научиться, но я — хороший учитель. — Он продолжал наблюдать, как Джеки толкнул девушку на кушетку и, взяв ее за лодыжки, обмотал вокруг них другую полоску простыни и крепко связал. Проделав все это, он усадил ее поудобнее.
Кэрол попыталась успокоиться и отогнать навязчивый образ Джима, но не могла: Джим, с его серьезными карими глазами, которые временами вспыхивали и начинали искриться весельем, стоило ей очутиться рядом. Джим, ее сильный и добрый Джим с вьющимися каштановыми волосами, квадратным подбородком и слегка приплюснутым носом… Он называл себя грубым парнем. Возможно, так оно и было, но она знала, как нежно и заботливо вел себя Джим по отношению к ней. Джим… Нет никакой возможности предупредить его об опасности, остается только дожидаться телефонного звонка. Она должна поговорить с ним. Луи хочет, чтобы она заставила Джима поверить, что все в порядке. А она не станет этого делать! Она предупредит его. Не так уж трудно что-нибудь придумать, и он спасет ее, он сделает все, чтобы освободить ее…
Кэрол сидела и ждала, чувствуя, как от неудобной позы затекают руки и ноги. Время тянулось нестерпимо медленно. Часы показывали половину девятого вечера, а Джим будет звонить после десяти, самое позднее — в четверть одиннадцатого. Ждать оставалось почти два часа. Несмотря на мучившие ее голод и страх, она твердила себе, что необходимо предупредить Джима во что бы то ни стало. Он скоро позвонит, и надо непременно что-то придумать…
Глава 5
Лекция, проходившая в большом зале здания правления банка, закончилась около десяти часов. Лектор занял место рядом с ведущим заседание импозантным и напыщенным мистером Сирилом Уилберфорсом. Тот вытер платком лоб и нервно закурил сигарету. Он вообще был человеком нервным, и пожилые сотрудники банка, проработавшие с ним много лет, хорошо знали об этой черте его характера.
Слушатели расслабились, задвигались, начали перешептываться. Они только что прослушали интересную лекцию, посвященную влиянию неконвертируемости фунта стерлингов в некоторых зонах с твердой валютой.
Джим Рассел, занимавший третий по важности пост в отделе, возглавляемом Уилберфорсом, достал курительную трубку и взглянул на часы.
— Который час? — шепотом спросил его сосед.
— Без десяти десять.
— Что-то сегодня время тянется слишком медленно. Может быть, зайдешь ко мне выпить, дружище?
— Да я… — начал Рассел.
— О, только не отказывайся. Я пригласил еще несколько парней. Вчера у меня был день рождения, так что, есть повод повеселиться.
— Я бы с удовольствием, Том, но мне тогда не удастся вернуться домой раньше одиннадцати. А у меня еще остались кое-какие дела.
— Позвонишь от меня и все уладишь!
— Кое-куда придется позвонить в любом случае. — Джим добродушно усмехнулся. — Поздравляю тебя с днем рождения и прошу извинить, что не сделал этого раньше.
— Не стоит извиняться, старина. Ты поступил великодушно, не напомнив мне о моем возрасте. Подумать только — тридцать восемь лет! Еще два года — и будет сорок! Я уже чувствую себя стариком. Вам, молодым…
Тем временем Уилберфорс благодарил докладчика.
— … я надеюсь, что выражу мнение всех присутствующих, высказав глубокую благодарность профессору Коннингхэму за его интересную лекцию, прочитанную с таким чувством юмора, и мы надеемся, что еще не раз встретимся с профессором в этом зале. А сейчас я бы попросил, — важно продолжал он, — чтобы кое-кто из вас задержался. Полагаю, вы об этом не пожалеете. Мистер Арнольд Бенн, мистер Фредерик Слоукум, мистер Кристофер Уиллис, мистер Джеймс Рассел, мистер Артур Мейсон. Остальные могут быть свободны. До свидания, джентльмены. Доброй ночи…
— До свидания…
— Прощай, первая часть курса, — с гримасой прокомментировал Том. — Пожалуй, тебя выбрали не только от избытка ума, но и из-за красивой внешности.
— Куда выбрали? — не понял Джим.
— Уилберфорс хочет, чтобы ты остался и переговорил с ним. А это означает, что он собирается спросить тебя, готов ли ты ехать туда, куда тебя направит банк — от Парижа до Индокитая, от Буэнос-Айреса до Тимбукту. Советую не отказываться, тогда он порекомендует тебя прославленному мистеру Дандерфилду, и при первой же возможности ты укатишь за границу…
— Не понимаю, о чем ты говоришь? — удивился Джим. — Старик ведь не называл меня…
— Уверяю, он упомянул твое имя. — Том схватил за руку направляющегося к выходу коллегу. — Джефф, скажи, Джим попал в число избранных?
— Да, если это можно так назвать…
— Вот видишь? Тебе повезло. Благослови тебя Бог, Ромео, только не забудь о своей Джульетте. Я все-таки жду тебя в гости и с радостью выпью с тобой. Теперь у тебя тоже есть для этого повод…
Не дослушав его, Джим поспешил к столу, вокруг которого уже толпились несколько счастливчиков. Избранники, явно польщенные оказанной им честью, переминались с ноги на ногу, ожидая, когда Уилберфорс уделит им внимание. Все они были обычными сотрудниками филиалов Мидвейского банка, и кое-кто уже догадался, зачем их попросили задержаться. Том оказался прав: это был неофициальный отбор кандидатов. Уилберфорс собирался рекомендовать лучших сотрудников мистеру Дандерфилду, директору-распорядителю банка, а это означало, что их, вероятно, направят за границу с прекрасными перспективами продвижения по службе.
Джима Рассела смущало только то, что он заставляет Кэрол ждать. Конечно, она не обидится на него, но ему было неприятно нарушать сложившуюся традицию. Кроме того, ему не терпелось сообщить ей еще об одной грядущей перемене: правление банка предпочитало посылать за границу женатых сотрудников…
Но постепенно восторг, который не скрывали коллеги, охватил и его, и Джим забыл о Кэрол. Вероятно, сейчас она, удобно устроившись в кресле, смотрит телевизор. Набив и раскурив трубку, он остановился у стола и приготовился ждать.
— Короче говоря, джентльмены… — начал Уилберфорс. — Счастлив сообщить, что намерен рекомендовать вас на посты директоров филиалов и на другие руководящие должности для работы за границей. Конечно, пока я ничего не могу гарантировать, но все же хотелось бы удостовериться, что каждый из вас готов отправиться в любое место, куда его направит банк. Свои пожелания сможете изложить позже, однако, я надеюсь, вы меня понимаете. Сейчас настало время сообщить, есть ли у кого-нибудь какие-либо причины — семейные обстоятельства или состояние здоровья, — по которым вы не сможете в ближайшее время покинуть Лондон. Как вы понимаете, «ближайшее время» — это относительное понятие, но…
Причин ни у кого не оказалось.
— Превосходно, — продолжил Уилберфорс. — Я всегда чувствовал, что ни один из вас не отклонит нашего предложения, но мне хотелось быть полностью уверенным. Теперь у каждого из вас появится шанс получить приличное место за границей. Вы досконально изучили работу каждого подразделения нашего банка, приобрели некоторый опыт управления небольшими коллективами, у вас были для этого превосходные возможности.
Могу добавить только одно: имеющимся среди вас холостякам следует поторопиться. Что скажете, Рассел? — И Уилберфорс заговорщически хихикнул, остальные поддержали его. Затем он официально пожал каждому руку, похлопал по плечу, поздравил, пожелал спокойной ночи и удалился.
Джим тоже поспешил домой, горя желанием поскорее добраться до телефона. Он уже не был уверен, что сможет дотерпеть до утра… Впрочем, все будет зависеть от настроения Кэрол. Если она слишком устала, то придется отложить разговор на завтра. Правда, он опоздал со звонком на целых полчаса, но она ведь не станет из-за этого сердиться…
Глава 6
Лежа на левом боку, Кэрол смотрела телевизор, изредка бросая взгляды на Луи, который нервно барабанил бледными пальцами по подлокотнику кресла.
Ближе к десяти часам бандиты развязали веревки, стягивающие ее руки, и подвинули кушетку ближе к телефону, чтобы девушка могла дотянуться до трубки.
Телефонный звонок раздался в двадцать минут одиннадцатого.
Вздрогнув, Кэрол в смятении отодвинулась в сторону. Луи немного поколебался, но потом решительно подтолкнул девушку к аппарату.
— Держи себя в руках! — грубо приказал он. — Отвечай!
Руки Кэрол тряслись, губы дрожали. Она сняла трубку, приложила ее к уху и сиплым голосом произнесла:
— Алло.
— Луи здесь? — спросил незнакомый мужской голос.
Это был не Джим, а какой-то чужой человек, которого интересовал Луи. Кэрол не знала, радоваться или огорчаться этому.
Пухлые пальцы Луи крепко сжимали ее руку.
— Алло, позовите Луи. — Голос незнакомца доносился откуда-то издалека.
— Луи… Это вас, — пробормотала Кэрол, обращаясь к здоровяку.
Бандит отпустил ее руку и взял телефонную трубку, не сводя с девушки тяжелого взгляда.
— Я слушаю.
Кэрол заметила, как сузились его глаза.
— Хорошо, — ответил он, а через мгновение добавил: — Да, Поль, она успокоилась. Все идет по плану. Мы ждем звонка Рассела. — Помолчав немного, Луи пробурчал: — Конечно, Поль! Я позвоню тебе. — И, повесив трубку, опустился в кресло.
Кэрол закрыла глаза и попыталась расслабиться. Часы медленно отстукивали минуту за минутой. По телевизору шла какая-то передача. Человек на экране суетился и что-то говорил. Когда передача закончилась, Луи медленно приподнялся и пристально посмотрел на девушку.
— Ты говоришь, что он звонит тебе каждый вечер?
— Да, да. Я сама не понимаю…
— Послушай — Луи придвинулся ближе. — Учти, что водить меня за нос тебе не удастся. Если захочешь поиграть со мной — пеняй на себя.
— Но я ожидаю его звонка с минуты на минуту!
— Что-то не верится. По-моему…
В этот момент зазвонил телефон, и Кэрол вздрогнула. Если она не ответит, Джим поймет, что с ней что-то случилось, приедет сюда и угодит прямо в лапы бандитов. Этого нельзя допустить! Она должна как-то изловчиться и предупредить его!
— Бери трубку и помни, о чем я тебя предупреждал! — Луи нагнулся и схватил ее за руку. — Разговаривай с ним спокойно, веди себя так, словно ничего не произошло. Джим не удивится, если у тебя будет сонный голос. Приезжать сюда ему незачем. Если ты… — Луи неожиданно схватил девушку за горло.
Кэрол ощутила его хватку и, вздрогнув, потянулась к трубке, но телефон вдруг замолчал.
Джеки замер на полпути к кухне и, не моргая, следил за Луи, пальцы которого все сильнее сдавливали горло Кэрол, затем медленно подошел к ним.
Вдруг телефон снова зазвонил.
— Отвечай, как обычно, — спокойно велел Луи, а пальцы его еще сильнее вцепились ей в горло.
— Привет, Кэрол! — Голос Джима звучал взволнованно. — У тебя все в порядке?
— При… привет, Джим! Да, все… я… — Она замолчала, не в силах продолжать, и изобразила зевок.
— Ой, ты спала. Любимая моя, прошу прощения! Я опоздал со звонком, потому что лекция сегодня длилась дольше обычного. Как твои дела?
— Я… я… Все в порядке, Джим, но… — выдавила она хриплым голосом, — …у меня разболелась голова, и… и я пораньше легла спать. Я…
Больше она не могла его обманывать, поэтому снова зевнула и замолчала. Ей хотелось закричать, предупредить Джима, чтобы он был осторожен и не вздумал приезжать, но не смогла преодолеть страх перед Луи.
— Моя прелесть, ты зеваешь. Наверное, очень устала? — продолжал Джим. — Не надо было мне звонить так поздно. Голова сильно болит?
— Уже нет. Мне гораздо лучше.
— Послушай, любимая! Не буду тебе больше надоедать, ложись спать. Я позвоню утром до того, как ты уйдешь на работу. Прими две таблетки аспирина и ложись. Помни…
У них был обычай: когда Джим говорил «помни», Кэрол должна была ответить «я люблю тебя». Ни один телефонный звонок не заканчивался без этих традиционных слов.
— Хорошо, дорогой, я сейчас лягу.
— Любимая, ты, наверное, не расслышала меня. Послушай! Помни…
— Конечно, я люблю тебя, — скороговоркой произнесла Кэрол, однако в ее голосе не было обычной сердечности. Она была до смерти напугана и ощущала, как бешено колотится сердце.
Разговор закончился, и Луи ослабил хватку. А Джеки, переводя дыхание, достал полупустую пачку сигарет и закурил.
— Все в порядке, — с облегчением проговорил он. — Первая часть плана успешно завершилась. — И подобрав с пола кусок простыни, принялся связывать руки Кэрол.
— Теперь нам нельзя терять ни минуты, — заметил Луи. — Надо поскорее уносить ноги. Пойди проверь, не вернулись ли жильцы с первого этажа, а потом подгони к подъезду автомобиль.
Джеки с готовностью подчинился и бесшумно скрылся за дверью. Через некоторое время он вернулся, быстро пересек комнату, поднял с пола обрывок простыни и завязал Кэрол рот. Девушка крутила головой, отчаянно сопротивлялась, но все ее попытки вырваться оказались напрасными.
— Машина готова? — резко спросил Луи.
— Да, стоит у дома, — ответил коротышка. — Вокруг все спокойно.
— Я отнесу ее вниз, а ты через пять минут выключишь радиоприемник и пойдешь за мной.
Луи поднял Кэрол на руки, что-то проворчал и двинулся к двери, которую ему услужливо приоткрыл коротышка.
Глава 7
Джим Рассел опустил трубку и, рывком распахнув дверь, вышел из телефонной кабины. Днем у телефонов-автоматов на вокзале Ватерлоо обычно толпилась масса народу, иногда даже выстраивались очереди. Однако в этот поздний час здесь никого не было, только у одной кабины плакала какая-то девушка. Но Джим не замечал ничего. Он вынул из кармана свою трубку, рассеянно взглянул на нее, но раскуривать не стал, а медленно направился к платформе, от которой должна была вскоре отойти его электричка.
— Ничего не понимаю, — громко произнес он. — Что-то не сходится.
Он перебрал в памяти события последних дней. Может быть, Кэрол на что-то обиделась, и поэтому сразу не ответила на его традиционное «помни». Иногда у них случались размолвки, и он по себе знал, как трудно бывает обиженному человеку вести себя привычным образом, но никак не мог понять, чем же он на сей раз провинился. Разве что опоздал со звонком? Впрочем, Кэрол никогда не была капризной…
Джим предъявил свой билет контролеру, продолжая сомневаться: ехать домой или все-таки навестить Кэрол. Поезд прибудет в Уолтон около полуночи, пожалуй, не стоит так поздно беспокоить Кэрол.
Освещение платформы было тусклым, но у большого рекламного щита ярко горел фонарь. Подойдя к нему, Джим вынул бумажник и достал из него одну из фотографий Кэрол. Этот цветной снимок размером с почтовую открытку нравился ему больше всего. С фотографии на него смотрела красивая веселая девушка. Легкая улыбка играла на ее губах.
Джим убрал фотографию обратно в бумажник и тяжело вздохнул. Они помолвлены уже более года. Целый год она вынуждена выслушивать его обещания, мечтать о будущем, держать под контролем свои чувства… Может быть, стоит все же зайти к ней и сообщить новость о своем назначении?
Подошла электричка. Джим устроился в углу на свободном местечке и уставился в запотевшее окно, за которым мелькали тусклые огоньки Лондона.
Поезд проехал Сербайтон.
Если он выйдет в Хершэме и пройдет пешком мимо дома Кэрол, то к себе доберется вскоре после полуночи. Выходить — не выходить?
Поезд тем временем приближался к Хершэму.
Как только электричка остановилась, Джим вскочил и бросился к выходу.
Спустя десять минут он уже стоял у крыльца дома Кэрол. Весь дом был погружен в темноту, ни одно окно не светилось. Немного поразмыслив, Джим не решился тревожить Кэрол и быстро зашагал к себе домой, не заметив, как из подъезда соседнего дома вышел и направился в противоположную сторону невысокий человек. Это был Бен, тот самый тип, который толкнул Кэрол вечером у Пикадилли. Мужчина добрался электричкой до вокзала Ватерлоо и оттуда позвонил в Челси.
Луи сразу же поднял трубку. Видимо, он ожидал звонка и не ложился спать.
— Рассел был около дома, но внутрь не заходил, — доложил Бен. — Потом отправился в сторону Уолтона. Все тихо и спокойно.
— Хорошо, можешь идти домой, — скомандовал Луи.
Утро в среду выдалось чистым и ясным. Крыши соседних домов и кусты в садике, расположенном позади дома Джима Рассела, покрывал иней. Лучи восходящего солнца окрашивали бледное небо в розоватые тона. Проснувшись, Джим услышал внизу шаги матери и взглянул на часы. Почти половина девятого! Следует поторопиться. Обычно Кэрол как раз в это время выходила из дома. Джим вылез из-под одеяла и, накинув халат, поспешно сбежал по лестнице в холл и набрал номер Кэрол. В телефонной трубке отчетливо слышались длинные гудки. Трубку не снимали. Часы в столовой пробили половину девятого. Джим еще раз набрал номер, но результат оказался тем же. Бросив трубку, он в мрачном настроении поднялся наверх. Пора было собираться на работу, но, как назло, все валилось у него из рук — бритва, мыло, даже зубная паста выдавливалась с трудом.
Мать приготовила завтрак. Она, как всегда, была спокойной и веселой. Джим тоже держался бодро, однако не стал ничего рассказывать о предложении Уилберфорса. Покончив с едой, он наскоро оделся и поспешил на станцию, размышляя по дороге, стоит ли позвонить в офис Кэрол. Еще одно их неписаное правило гласило: звонить друг другу на работу следует только при крайней необходимости. Но разве сейчас не такой случай?
В банк Джим опоздал на двадцать минут. Определенно, день начинался плохо. Но хуже всего было то, что, когда Джим подошел к входным дверям, к зданию банка подкатил черный роллс-ройс, и из него вылез мистер Дандерфилд, директор-распорядитель, известный еще и тем, что знал в лицо каждого из двух тысяч сотрудников главного офиса. Когда взгляд бледно-голубых глаз директора-распорядителя остановился на Джиме, молодого человека обдало холодом. Как говорится, уж если не повезет, так рысью.
Уилберфорс сидел в своем кабинете, остальные коллеги Джима тоже были на своих местах. Джим молча уселся за стол, борясь с желанием немедленно позвонить в офис Кэрол, и принялся за работу. Но в одиннадцать часов он все же не выдержал и набрал номер Кэрол.
— Я бы с радостью соединила вас, мистер Рассел, — ответила телефонистка, — но сегодня утром Кэрол Ли не вышла на работу.
— Не вышла? Почему же?
— Нам позвонили и сообщили, что ее не будет целый день. Сказали, что она себя плохо чувствует.
— Странно, — выдохнул Джим. — Значит, она должна быть дома. — И вспомнив, что Джиллиан в отъезде, спросил: — А кто вам звонил?
— Не знаю. Разговаривала не я.
— Что ж, благодарю. — Джим в растерянности опустил трубку.
Затем он связался с коммутатором банка и попросил телефонистку соединить его с квартирой Кэрол в Хершэме.
— Простите, мистер Рассел, но этот номер не отвечает.
— Не может быть!
— Хорошо, я попробую перезвонить, хотя и так уже дважды набирала.
— Попробуйте, пожалуйста! — попросил Джим и, вернувшись на свое рабочее место, невидящим взглядом уставился на лежащие перед ним бумаги.
Сомнения одолевали его, и он не мог сосредоточиться на делах до тех пор, пока снова не зазвонил телефон.
— Никто не отвечает, мистер Рассел, — ледяным тоном произнесла телефонистка. — Может, стоит перезвонить позже?
— Да, пожалуйста, — рассеянно ответил он. — Буду вам очень признателен.
Теперь Джим обеспокоился не на шутку.
Телефонистка еще несколько раз пыталась дозвониться до Кэрол, но телефон упорно молчал. К часу дня Джима охватила сильная тревога.
Когда он во втором часу отправился перекусить, то решил по дороге остановиться у телефонной кабины и набрал рабочий телефон Кэрол. На коммутаторе дежурила уже другая девушка.
— Да, мистер Рассел, — ответила она, — это я приняла сообщение о том, что мисс Ли сегодня не выйдет на работу.
— Простите, а кто предупредил вас о том, что мисс Ли заболела?
— Какой-то мужчина. Он назвался ее кузеном.
Насколько было известно Джиму, кузенов у Кэрол не было.
Итак, незнакомый мужчина звонит в офис и сообщает, что Кэрол заболела. А дома ее нет. Ситуация выглядела слишком неправдоподобной. За легким ланчем в кафе, расположенном неподалеку от банка, Джим пытался вспомнить, не было ли за последние дни в поведении Кэрол каких-нибудь признаков того, что она увлеклась другим мужчиной.
Вечером телефон Кэрол по-прежнему не отвечал. Не появилась девушка и на вокзале Ватерлоо у книжного киоска, где они обычно встречались. Джим простоял там сорок пять минут, а затем сел в электричку и доехал до Хершэма.
Опередив толпу пассажиров, он достиг того места, где дорога сворачивала в сторону полей, и уверенно направился к дому Кэрол.
Войдя в холл, Джим поспешно взбежал вверх по лестнице, на ходу вынимая ключи, которые ему дала Кэрол на случай, если она потеряет свои, и позвонил. Ему никто не открыл, и, немного поколебавшись, он сам отпер дверь ключом.
Тишина, царившая в квартире, сразу насторожила его.
— Кэрол, — позвал он и медленно прошел внутрь. — Кэрол!
Никто не отозвался, только вдалеке за окном, нарушая зловещее безмолвие, прогрохотал поезд.
Включив свет, Джим огляделся и принюхался: в гостиной стоял слабый запах сигаретного дыма, а ведь ни Кэрол, ни Джиллиан не курили. Значит, тут побывал кто-то посторонний. Но никаких следов посетителя он не обнаружил, все вещи оставались на своих местах. Джим заглянул в обе спальни и не заметил ничего подозрительного, потом осмотрел кухню — там тоже было все в порядке. Тогда он решил проверить, на месте ли одежда Кэрол. Открыв гардероб, Джим внимательно просмотрел вещи, развешанные в шкафу. Отсутствовал костюм, который Кэрол обычно надевала на работу, и ее любимая шляпка. Все остальное, похоже, было на месте.
Он прошел в ванную комнату. Джиллиан хранила свою зубную щетку, пасту и кремы в небольшом стенном шкафчике, а Кэрол держала их на стеклянной полочке над раковиной.
Полка была пуста.
Стало быть, она ушла и забрала свои туалетные принадлежности…
Глава 8
Джим еще раз внимательно осмотрел квартиру, заглянув в каждый уголок. Все вещи были на своих местах, но кое-что показалось ему странным: чашки, блюдца и стаканы в буфете стояли не в том порядке, как обычно, а маленькая сковородка почему-то была на плите рядом с чайником. А ведь Кэрол и Джиллиан любили порядок и всегда убирали сковородки в шкафчик под раковиной.
Джим взял сковородку и заметил сбоку большую вмятину, да и ручка ее почему-то была погнута. Это озадачило Джима: вряд ли легкая сковородка могла бы искривиться так, упав на пол. Но какое отношение имела безобидная сковорода к исчезновению Кэрол, он и представить себе не мог. Джим вздохнул и вернулся в гостиную. Некоторое время он, размышляя, стоял посреди комнаты.
Итак, какой-то мужчина, назвавшийся кузеном Кэрол, позвонил в ее офис и сообщил, что она не выйдет на работу. Вдобавок ко всему, в этой квартире побывал человек, который курил так много, что вся гостиная пропахла табаком.
Джим чувствовал, что с девушкой стряслась беда.
Он решил еще раз перебрать в памяти все имеющиеся факты. Прошлым вечером он впервые заподозрил что-то неладное. Два дня назад Кэрол была страстно влюблена в него, в этом Джим не сомневался. Поэтому абсурдно предполагать, что она могла уехать, ни слова ему не сказав. Но, похоже, дело обстояло именно так. А тут еще мифический «кузен» звонит ей на работу и передает, что она заболела…
Надо связаться с Джиллиан, может, она что-нибудь знает.
Джим вспомнил, что Джиллиан уехала в Суррей навестить заболевшую подругу, но точного адреса он не знал. Фамилия подруги, кажется, Андерсон… Да, точно, Андерсон. Порывшись в гостиной, Джим отыскал телефонный справочник и стал торопливо перелистывать страницы. «Андерсон, Андерсон… Вот! Мистер и миссис У. Р. Андерсон, Мир, Гилфорд, Суррей. Телефон — Мир 0318». Он придвинул к себе телефонный аппарат и попросил телефонистку соединить его с Гилфордом. В трубке послышались гудки, затем знакомый голос вежливо произнес:
— Вас слушают.
— Привет, Джиллиан! Это Джим.
— О, привет, Джим! — Джиллиан была младше Кэрол и на первый взгляд производила впечатление легкомысленной болтушки, хотя была серьезной и соображала не хуже других. — Джим, надеюсь, Кэрол не заболела?
— Насколько мне известно, нет, — ответил молодой человек. — Но сегодня творятся какие-то странные вещи. Она не вышла на работу, и дома ее тоже нет. Она ничего не говорила тебе о том, что собирается уезжать?
— Она никуда не собиралась уезжать, — ответила Джиллиан. — По крайней мере, у нас не было разговора на эту тему. А ты уверен, что Кэрол на самом деле уехала?
— Похоже на то.
— Ну, тогда не знаю, что и думать… Не могу себе представить, куда и зачем она направилась. Тебя она тоже не предупредила?
— Не сказала ни слова.
— Непонятно, — озадаченно заметила Джиллиан. — Обычно она носится по дому, как угорелая, если ей приходится заставлять тебя ждать лишних пять минут. Да, Джим, это на самом деле подозрительно. У тебя нет никаких соображений на сей счет?
— Ни малейших. А ты что скажешь?
— Честно говоря, затрудняюсь ответить. По-моему, ехать ей было некуда.
— У вас есть родственники?
— Фактически нет, — ответила Джиллиан. — Правда, есть одна пожилая тетка, старая дева. Она живет в Корнуолле, но мы не виделись с ней уже много лет.
— И все?
— Да, — решительно произнесла Джиллиан. — Я просто не могу себе представить, куда она запропастилась. Джим, а с ней не мог произойти несчастный случай?
Джим не ответил. Исчезнувшие туалетные принадлежности и телефонный звонок в офис делали это предположение маловероятным.
— Может быть, лучше обратиться в полицию? — внезапно спросила Джиллиан.
Конечно, если ничего не знать об исчезнувших туалетных принадлежностях, то звонок в полицию покажется лучшим выходом. Джим решил не посвящать Джиллиан в подробности.
— Мне не хотелось бы понапрасну поднимать тревогу, — сказал Джим. — Сейчас я нахожусь в вашей квартире и собираюсь подождать здесь еще пару часов, — вдруг Кэрол вернется. Если у тебя возникнут какие-либо идеи, позвони мне. Хорошо?
— Ты сообщишь мне, когда что-нибудь прояснится?
— Конечно.
— Если потребуется моя помощь, я тут же вернусь домой. Хотя, честно говоря, мне не хотелось бы этого делать. Мэрион, моя подруга, тяжело больна, и я ухаживаю за ней. Но если ты считаешь…
— Оставайся в Гилфорде, — успокоил Джиллиан Джим. — Если появятся новости, я сразу же дам тебе знать.
Он положил трубку и надолго задумался. Звонок в Гилфорд не оправдал его надежд; ничего нового выяснить не удалось. А если действительно произошел несчастный случай?
Он должен выяснить это. Но каким образом?
И тут его осенило.
Конечно, Гордон!
Гордон был старшим инспектором Скотланд-Ярда. Джим познакомился с ним чуть больше года назад, когда тот расследовал ограбление банка. А потом, когда дело было закрыто, они не раз пропускали вместе по рюмочке в баре. Ему нравился Гордон, и, если он все еще работает в Скотланд-Ярде, то сможет, по крайней мере, посоветовать, как поступить в подобной ситуации.
Джим набрал номер Уайтхолл 1212.
— Скотланд-Ярд.
— Я могу поговорить со старшим инспектором Гордоном?
— У нас нет инспектора с такой фамилией. Но есть суперинтендант Ян Гордон…
— Да-да, именно он-то мне и нужен.
— Думаю, что он еще не ушел, — сказал оператор. — Пожалуйста, представьтесь.
— Э… Меня зовут Джим Рассел.
— Подождите минуту, мистер Рассел.
Джиму показалось, что прошла целая вечность, прежде чем в трубке раздался мужской голос с легким шотландским акцентом:
— Гордон слушает.
— Вы… вы, наверное, не помните меня, — начал Джим.
Однако Гордон прекрасно его помнил и внимательно выслушал всю историю об исчезновении Кэрол, а потом спокойно произнес:
— Не мне говорить вам, мистер Рассел, что люди иногда совершают самые неожиданные поступки. Не похоже, что это несчастный случай или потеря памяти, но я постараюсь навести справки, а потом позвоню вам. Какой у вас номер телефона?
— Я пробуду у этого телефона некоторое время. Как долго мне ждать?
— Примерно час, — ответил Гордон.
Джим, поблагодарив, повесил трубку. Теперь он уже и не знал, правильно ли поступил, связавшись с Гордоном.
Около девяти часов ему позвонили из Скотланд-Ярда и от имени суперинтенданта Гордона передали, что в списке пострадавших от несчастных случаев, произошедших за последние сутки, нет никого, кто бы соответствовал описанию Кэрол или имел документы на это имя.
Часы пробили полночь. Кэрол не объявлялась.
Не появилась она и к часу ночи.
Измученный ожиданием, Джим покинул квартиру девушки и в кромешной темноте добрался до своего дома. Не став тревожить родителей, он поднялся в свою комнату, лег в постель и попытался заснуть. Но сон не шел. Он беспокойно метался в постели, и лишь под утро забылся тяжелым сном. В половине девятого его разбудила мать, и Джим тут же поспешил вниз к телефону. В квартире Кэрол по-прежнему никто не поднимал трубку.
В банк он опять прибыл с опозданием и, войдя в кабинет, сразу же позвонил на работу Кэрол.
— Нет, мистер Рассел, — ответила телефонистка, — сегодня она тоже не вышла на работу.
По утрам в четверг отдел управления Мидвейского банка был особенно загружен работой. В этот день обычно поступала «добыча».
«Добычей» в банке называли ветхие банкноты и сверхнормативные запасы иностранной валюты, которые все филиалы банка еженедельно отправляли в отдел управления. «Добыча» поступала в банк в мешках, ящиках и картонных коробках, надежно закрытых и опечатанных. В течение дня деньги надлежало рассортировать: часть их предназначалась для пересылки в другие филиалы, часть направлялась на специальные предприятия, занимающиеся восстановлением банкнот, но основную массу денег отвозили в Английский банк, откуда потом ее переправляли на завод по переработке мусора. Самое главное, что номера ветхих банкнот, подлежащих уничтожению, не переписывали, а лишь фиксировали сумму средств, подлежащих списанию со счета.
Для Джима это была обычная повседневная работа, но настолько интересная и захватывающая, что четверги обычно пролетали для него незаметно.
Но сегодняшний день составлял исключение.
Время тянулось слишком медленно. Кроме того, Джиму все время казалось, что Уилберфорс внимательно наблюдает за ним. Вероятно, управляющий заметил, что он несколько рассеян и второй день подряд опаздывает на работу. Джим постарался сосредоточиться, но из этого ничего не получилось. Он ошибался в подсчете денег, в записях, и к обеду Уилберфорс уже не скрывал своего недовольства. Необходимо срочно взять себя в руки.
Завтра, в пятницу, Джиму потребуется помощь всех коллег для окончательной проверки сумм, чтобы к полудню завершить работу, после чего управляющий в сопровождении трех охранников перевезет деньги в Английский банк.
К пяти часам дня большая часть денег была рассортирована и заперта в сейфах. Джим покинул кабинет и, выйдя из здания банка, направился в сторону вокзала Ватерлоо. Он решил еще раз заглянуть в квартиру Кэрол, хотя чувствовал, что это будет напрасной тратой времени. Следовало смириться с фактом, что по каким-то неизвестным причинам Кэрол скрылась от всех без предупреждения.
Очутившись на вокзале, Джим решил на всякий случай подойти к книжному киоску, хотя уже не надеялся встретить там Кэрол. Какой-то мужчина мимоходом налетел на него, и Джим растерянно пробормотал:
— Простите, пожалуйста.
— Ваша девушка попала в беду, — прошептал в ответ незнакомец и торопливо сунул в руку Джима какой-то конверт. Он был невысокого роста, поля низко надвинутой фетровой шляпы скрывали лицо… — Если хотите спасти ее, прочитайте это письмо и оставайтесь дома сегодня и завтра вечером.
— Какого черта… — начал Джим и, протянув руку, схватил прохожего за плечо. Мужчина рывком освободился, метнулся в сторону и затерялся в толпе, прежде чем Джим успел как следует разглядеть его. Письмо, впрочем, осталось в руке. Адрес на конверте был написан рукой Кэрол. Позабыв обо всем на свете, Джим подошел к табачному киоску и вскрыл конверт. Без сомнения, это письмо писала Кэрол. Он сразу узнал ее аккуратный убористый почерк с характерными короткими хвостиками букв.
«ДЖИМ! Я ПОПАЛА В НЕПРИЯТНУЮ ИСТОРИЮ И ВЫНУЖДЕНА БЕЖАТЬ. ПОЖАЛУЙСТА, НИКОМУ НИЧЕГО НЕ РАССКАЗЫВАЙ И НЕ ПЫТАЙСЯ МЕНЯ РАЗЫСКИВАТЬ. Я НАХОЖУСЬ У ДРУЗЕЙ, КОТОРЫМ МОЖЕТ ПОНАДОБИТЬСЯ ТВОЯ ПОМОЩЬ. ПОЖАЛУЙСТА, СДЕЛАЙ ТО, О ЧЕМ ОНИ ПОПРОСЯТ. КЭРОЛ».
Странно, но никогда раньше в своих письмах она не называла его «Джим», а писала «дорогой».
Никогда раньше она не подписывалась «Кэрол», как в этом письме.
Значит, у Кэрол действительно возникли серьезные неприятности.
Глава 9
Этой ночью Джим почти не спал. Лишь на короткие промежутки времени он погружался в забытье, но потом просыпался, вскакивал с постели и тревожно всматривался в темноту за окном, пытаясь догадаться, в какую же историю могла попасть Кэрол. Снова и снова он перечитывал ее письмо, но так и не мог ничего понять. Видно, придется ждать, когда «друзья» Кэрол свяжутся с ним. Прошло несколько часов, прежде чем он погрузился в беспокойный сон…