Шеф Тайной коллегии Кларик неслышной тенью скользил по тёмным коридорам Эрнст-дворца.
Дворец был огромен. Причиной тому была прихоть прадеда ныне царствовавшего властелина, которому в голову однажды пришла в голову блажь провести государственную реформу управленческого аппарата. Впрочем, говоря \"блажь\", мы слегка грешим против истины, ибо у прадеда была довольно веская причина для такого действа. Достоверные источники утверждают, что однажды бессонной ночью, когда прадед решил поработать над планом мелиорации западных губерний, ни одного чиновника из Сельскохозяйственной коллегии под рукой не оказалось. Само собой, поработать не удалось — некому было даже перо с чернильницей подать, и все чрезвычайно умные мысли, пришедшие прадеду в голову по поводу внедрения прогрессивных систем орошения и налогообложения, пропали втуне.
Впрочем, придержим немного упругий темп нашего повествования. Авторы считают что пора! — да, пора уже приподнять завесу таинственности, окружающую таинственного властелина, и представить его, а заодно и его предков, широким читательским массам.
Так вот, властелина звали Эрнст. Имя это досталось ему по наследству от отца, которого тоже звали Эрнстом. Но в отличие от общепринятой мировой практики нумеровать всех одноимённых царствующих особ одного государства (см. Шахризабc I, Шахризабc II, Шахризабc III и т. д. — Прим. авторов), в Дакаске — так, кстати, называлось государство, коим правили Эрнсты — традиция предписывала поступать иначе. Так, нашего таинственного властелина при восшествии на трон перестали называть Эрнстиком, а стали называть просто Эрнстом. Его отца, после того как он помер и, как следствие, уступил трон своему сыну, перестали, в свою очередь, называть Эрнстом и стали называть Праэрнстом. Деда — Прапраэрнстом. С течением времени, а точнее, с каждым новым властителем, имена удлинялись, и соответственно росло величие умерших властителей.
Большое, так сказать, видится на расстоянии.
Самым великим властителем Дакаска на данный момент был Прапрапрапрапрапрапрапрапрапраэрнст, бывший, как уже, наверное, сообразил вдумчивый читатель, прапрапрапрапрапрапрапрадедом нынешнего Эрнста. (Иногда употреблялось следующее написание этого имени — Пра-десять-эрнст, где число \"десять\" есть количество \"пра\". — Прим. авторов. Аб-балдеть. — Прим. переводчика).
Но мы отвлеклись. В общем, Прапрапраэрнст подобным небрежением со стороны Сельскохозяйственной коллегии остался недоволен. Отправив в ссылку главу коллегии, разжаловав Начальника канцелярии в старшие писари и одарив подзатыльником среднего сына, он пришёл к выводу, что эти меры хотя и приятны, но неэффективны. И тогда он стал думать и надумал вот что. Был издан приказ, предписывающий построить Новый Эрнст-дворец. Причем дворец этот должен был стать огромным, чтобы в него влезли все государственные службы вместе с семьями, так что если бы Прапрапраэрнсту вздумалось поработать на благо Дакаска, он бы мог это сделать в любое время не только года, но и дня. Потом сочли, что чиновники вместе с семьями, живущие во дворце — это слишком, и решили учредить для семей отдельный жилой кампус поблизости. В проект самого дворца, тем не менее, никаких изменений вносить не стали.
Идея была замечательная, но, как это часто бывает, при жизни Прапрапраэрнст этот дворец построенным не увидел — слишком уж долго длилось строительство. А Прапраэрнст, при царствовании которого данный дворец был достроен, слыл человеком мнительным. И когда однажды утром, проснувшись против обыкновения не к обеду, а аж в восемь утра, он увидел в окно огромную армию чиновников, спешивших на службу в Новый Эрнст-дворец, он пришёл в ужас. Ведь в этой толпе так легко затеряться убийце! — кричал Прапраэрнст тогдашнему шефу Тайной коллегии. Срочно! Прямо сейчас перевести все государственные службы, кроме гвардейской роты, из дворца!
Так опустел Эрнст-дворец. Теперь, когда стало ясно, почему у в общем-то незлого и нетёмного властелина такой огромный, пустынный и зловещий дворец, мы можем смело продолжать повествование.
Итак, шеф Тайной коллегии Кларик беззвучно доскользил до дверей Эрнст-опочивальни. Остановился, дабы перевести дыхание. Кларик был уже немолод, и беззвучность давалась ему нелегко. Но не нами сказано — положение обязывает; отдышавшись, шеф аккуратно постучал в дверь.
— Кларик, это вы? Входите, — крикнул откуда-то из недр опочивальни властитель Эрнст.
Шеф вошёл.
— Здравствуй, о Светлейший! — и склонился в почтительном поклоне.
— Здравствуйте, Кларик. Чай, кофе? — спросил, выходя из недр опочивальни, властитель Эрнст.
— Чай, — поразмыслив, ответил Кларик.
— Что привело вас ко мне после заката солнца? — спросил властитель Эрнст, наливая чай себе и гостю. С Клариком ему почему-то хотелось говорить возвышенно, чтобы каждое слово несло некий тайный смысл. Такова была аура, которая окружала шефа Тайной коллегии.
— Ну, во-первых, традиция, — усмехаясь краем рта, отвечал Кларик, принимая чашку из рук властителя, — которая велит мне обделывать свои тайные делишки после заката солнца, а во-вторых, — здесь шеф сделал глоточек, — занят был.
— Вот значит как, — сказал властитель. — И чем же был занят?
— Думал, — сказал Кларик и снова отхлебнул. — Всё осложняется. У них появился Претендент.
— Это проверенные сведения? — спросил властитель Эрнст.
Кларик молча пожал плечами.
— Ну что ж, — сказал властитель Эрнст. — Спасибо, Кларик.
— На самом деле это странно весьма, — сказал задумчиво Кларик. — Поэтому мы не можем начать вторжение сейчас.
— Почему это не можем? — неторопливо, после паузы, спросил властитель Эрнст.
— Я так понимаю, что вы получили хорошие новости, — сказал Кларик, улыбаясь ласково.
Властитель Эрнст промолчал, думая о чём-то своём.
— Претендент, — сказал он наконец. — Ладно. Найдите способ его проверить. И убедиться. Насчёт вторжения вы, конечно, правы.
— Проверить и убедиться, — повторил Кларик. — А если всё же…? Вы позволите принять меры?
Кларик пристально глядел на властителя Эрнста.
— Пожалуй, позволю, — подумав, ответил Эрнст. — Печеньку?
И они стали пить чай дальше — властитель и шеф Тайной коллегии, служивший ещё его отцу.
Глава 2,
в которой мы возвращаемся к Микки, и в которой снова появляются наши старые знакомые
— И что теперь? — спросила Аманда.
Микки пожал плечами.
— Ну… наверное, теперь мне надо двинуться в Билгейтц. Хромой Сом же говорил… так что я поеду в Билгейтц. А ты что будешь делать?
— Почем я знаю, — отвечал Эрвин. — Контракт сделан, деньги уплачены, я свободен.
— Как?! — вскричала Аманда. — Ты хочешь сказать, что ты вот так просто уйдешь?
— И это после всего того, что между вами было?! — вскричала Белинда.
— А что между нами было? — удивился Эрвин.
— Но ведь могло бы быть! — твердо заявила Белинда. Меченосец задумался. Пользуясь возникшей паузой, укажем, что разговор сей состоялся у входа в донжон замка Бленд. В самом донжоне полным ходом шла уборка, и разговаривать внутри не было никакой возможности.
— Вообще-то я, конечно, мог бы проводить вас до Билгейтца, — неуверенно начал Эрвин, поглядывая на Аманду.
— Мог бы! — возмущенно фыркнула Белинда. — Как это похоже на мужчин! Наобещать золотых гор, клясться в любви до гроба, и, в конце концов, свести все к одолжению — я бы мог! Обязан! Как самое малое! Как честный человек!
— Клялся в чём? Когда это… ну, хорошо! — с видимой натугой сказал Эрвин. — Раз обязан, тогда, конечно, чего там… прогуляемся… хотя… это, как его… ну да ладно!
— Умочка! — просияла Аманда, а Белинда ощутимо толкнула её в бок. — Чего? А! Но сначала мы сыграем свадьбу!
— Ы! — сказал Эрвин после непродолжительной паузы.
— Боже мой! — вскричала Белинда. — Наконец-то он решился! Так и быть, милый Эрвин, я готова быть свидетельницей!
— Э-э-э… — бойко отвечал меченосец.
— А Микки будет шафером! — вскричала Аманда.
— Ну, я не знаю… — замямлил Микки, неизвестно почему чувствуя себя предателем под укоризненным взглядом Эрвина Кумана.
— Ты не знаешь, как одеться на свадьбу? Я помогу тебе! — заявила Белинда, нежно глядя на победителя драконов.
Позднее в приватной беседе Аманда и Белинда так и не смогли придти к общему мнению, чья именно это была идея, но обе сошлись на том, что экспромт удался блестяще. Следует отметить, что он оказал решающее влияние не только на личную жизнь участников этой беседы, но и на множество последующих событий в Возлеморье, как описанных в наших хрониках, так и не попавших в них. Такова жизнь в Земле Простой — цепочка случайностей и экспромтов, которые на поверку оказываются совсем не случайны и предопределены всем ходом событий.
Церемония венчания проходила в вордисканской часовне замка Бленд. Кстати, в предсвадебной спешке мы забыли упомянуть о целом ряде важных деталей. Замок Бленд имел статус вольного замка; прежний владетель, лорд Бленд, был убит в схватке с Могучим Куином на пороге собственного замка, наследников у него не было, и местные жители, здраво рассудив, что нечего замку стоять без господина, торжественно провозгласили Микки Освободителя лордом Бленда со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Венчать молодоженов должны были два монаха-вордисканца. Они очень волновались; их волнение усилилось, когда они увидели, что свидетелем церемонии является тот самый юноша, который обещал им кое-что показать. Особенно сильно смутило их то, как юноша нарядился для церемонии. На Микки был яркий красно-белый камзол в обтяжку, через плечо была перекинута не менее яркая лиловая (родовой цвет владетелей Бленда) лента с золотой надписью \"Отважный победитель драконов!!!\", шаровары были цвета слоновой кости, основательно почиканой временем, перепоясан был Микки зеленой ленточкой, которую после недолгой душевной и физической борьбы с Амандой ему любезно одолжил Буйб. На голове у юного Спиллейна красовался голубой берет с ярким павлиньим пером, охотно предоставленный Гжегожем Окорункву. Немного портило картину то обстоятельство, что берет был отважному победителю драконов великоват и постоянно норовил свалиться ему на глаза. Но, в общем, Микки производил сильное впечатление на неподготовленного зрителя. Надо сказать, что в этом смысле жених от него нисколько не отставал, и сильно напоминал сведущему зрителю боевую свинью ортасков после помывки, то есть был чистенький, розовенький и вид имел слегка обалделый.
Наступил тёплый приятный вечер, потихоньку стемнело, и новобрачные и гости после пышной церемонии бракосочетания двинулись в донжон, где в главной зале замка Бленд их ожидали накрытые для свадебного пира столы.
Гномы старались сильно не шуметь. Именно таков был первый пункт боевого приказа, оглашенного Кудряшкой Сью перед началом операции. Выполнение пункта второго \"Проникнуть в замок\" изрядно облегчили следующие обстоятельства. Во-первых, ворота замка были повреждены драконом, во-вторых, стража, состоящая из доблестных партизан Бленда, была с похмелья после празднования победы над драконом, в-третьих, все та же стража была пьяна по поводу бракосочетания Эрвина и Аманды, а в-четвертых, хватает и первых трех. Так что так ничего и не поняв, стражники не то чтобы внезапно, но как-то довольно вдруг обнаружили себя связанными и с кляпами во рту. Захватив ворота, гномы стали ждать, ибо согласно пункту четвертому диспозиции, врываться в главную залу замка следовало одновременно с двух сторон. Предполагалось, что с противоположной стороны замка по стенам в замок незаметно проникнут саабиты, коих они наняли для облегчения выполнения своих задач.
Саабиты тоже старались сильно не шуметь и поэтому ругались меж собой шёпотом. Ругаться было из-за чего, ибо через пять минут после того, как они, искусно маскируясь под стадо баранов, переплыли через ров, наполненный водой, и проникли под стены замка Бленд, Гудин Роб внезапно обнаружил, что у его подчиненных нет веревок.
— Эу! — шепотом орал Гудин Роб. — Где веревки?
Через полчаса веревки были найдены (парочка водоплавающих баранов шустро пересекла ров туда, а затем обратно). Но тут обнаружилось, что на них отсутствуют крючья. Наверху неторопливо перекликивалась постепенно пьянеющими голосами стража, а внизу, построив рослых бородатых мужчин в две шеренги, Гудин Роб в качестве наказания лупил их перчаткой для моральных унижений по щекам. Саабиты морщились, но не отворачивались, помня о том, что может быть и хуже. Взять хотя бы сапог для физических вразумлений. Потратив на воспитание двадцать минут, бывший генеральный прокурор распорядился насчет крючьев.
— За здоровье молодых! — вскричал Гжегож Окорункву и, одним движеньем осушив чарку, лихо хлопнул её об пол.
— Ура! — весело откликнулись гости и последовали примеру прославленного командира. По всему залу волной пронесся звон бьющихся чарок. Эрвин исподлобья глянул на невесту и тоже выпил. Аманда, глядя на своего возлюбленного влюбленными глазами, слегка пригубила. Из-под стола высунулись три свиные морды и, весело похрюкивая, мимически потребовали салата.
Из главной залы замка Бленд все сильнее доносились звуки веселья. Свадьба постепенно набирала обороты. Гномы начинали потихоньку злиться. Связанные часовые с кляпами во рту молча таращили на них глаза и потихонечку трезвели. Прошло полчаса.
В конце концов, подумал Кудряшка Сью, должно же быть у этих балбесов хоть какое-то понятие о дисциплине?
Через сорок минут крючья в количестве десяти штук были найдены. Из них три на пескаря, два на форель, один, довольно крупный — на сома, ещё три — сломанных и одна кошка. Настоящая абордажная кошка с тремя крючьями. Гудин построил добытчиков крючьев в одну шеренгу и с формулировкой \"За тупость\" ещё немножко похлестал их перчаткой для моральных унижений по щекам. Затем лучший метальщик Саабита Клеб Бокар взял в руки кошку и ловко метнул её на стену. Ещё через пять секунд Мигуэй Бодрус по прозвищу \"Догада\" сообразил, что они забыли привязать к кошке веревку.
Следующая перемена блюд вызвала в зале ещё большее оживление. Правда, возникла легкая заминка с горячительными напитками, поскольку из-за идиотской выходки Гжегожа Окорункву пирующие остались без чарок. Пока подметали пол, пока бегали за чарками, возникла неловкая пауза, которую удалось замять лишь благодаря находчивости церемониймейстера, объявившего о, так и быть, начале танцев. В воздухе отчетливо запахло флиртом, а из-под стола высунулся Буйб и мимически потребовал партнершу для танцев.
Терпение гномов подходило к концу. Судя по выкрикам, веселье в главной зале замка Бленд было в самом разгаре. Время от времени якобы с целью подышать во двор выскакивали разгоряченные парочки и тут же начинали целоваться. Если бы стены замка были чуть пониже, а во дворе чуть посветлее, то в одной из целующихся парочек, гномы без труда узнали бы Микки и Белинду. (Мда… Авторы с прискорбием признают, что совершенно упустили из виду эту сторону жизни наших героев. Эх, молодость, молодость… — Прим. авторов). Из зала донесся звучный голос церемониймейстера \"Третья перемена блюд, господа!\". Гномы морщились, им хотелось есть, а с пола на них по-прежнему таращили глаза продолжающие трезветь часовые.
Гудин Роб хлестал Бокара по щекам минут десять. Возможно, он хлестал бы его больше, но тут со стены послышалась невнятная реплика стражника \"Ат-та щёшта за железяка?\", и спустя пять секунд с глухим стуком на землю упала та самая абордажная кошка.
— О, мои благородные братья по молоту! — решительно заговорил Кудряшка Сью. — Как изволите видеть, небеса хотят подвергнуть нас суровому испытанию. Наши соратники по причинам, недоступным для нашего понимания, надо полагать, бросили нас.
— О, наш велеречивый вождь! — торжественно отвечал ему гном Бедраэдр. — Боюсь показаться излишне дерзким, но, тем не менее, рискну предположить, что, может быть, стоит ещё немного подождать наших разлюбезных союзников?
— Быть посему! — после недолгого раздумия рёк Кудряшка Сью. — Не будем уподобляться в нетерпении своем неразумным детям и подождем еще полчаса.
С пола на предводителя гномов продолжали таращить глаза совершенно трезвые часовые.
Кошку с привязанной к ней веревкой бросали ещё три раза, и каждый раз с пьяным смехом кто-то сбрасывал её обратно. Отчаяние потихоньку начало было овладевать отважными саабитами, но тут, наконец, сверху послышался заливистый храп, и Клеб Бокар снова взял в руки крюкастую железку.
— Горько! — вскричал Гжегож Окорункву. Эрвин с ненавистью посмотрел на него, и в десятый раз за вечер Аманда со всей дури влепила в его губы сочный и продолжительный поцелуй. За соседним столом одобрительно захохотал приглашённый в качестве почетного гостя Балтазар Флай.
— Браво! — вскричал Микки и неожиданно тоже рассмеялся, поскольку ему показалось, что мир слегка покачнулся. Из-под стола высунулись три боевые свиньи и мимически потребовали, чтобы их тоже кто-нибудь поцеловал.
Через десять минут все саабиты были на стене. Со словами \"Обратной дороги нет!\" по приказу Гудина Роба Клеб Бокар торжественно скинул веревку с кошкой вниз. Мертвецки пьяных часовых Гудин Роб решил на всякий случай быстренько связать, но быстренько не получилось, потому что один из часовых неожиданно проснулся и полез обниматься с Болтремио Гнаком. Пока его угомонили, прошло ещё четверть часа. Наконец, отважные дети гор изготовились к атаке, но тут возникло еще одно препятствие в виде отсутствия лестниц, ведущих со стены во двор замка.
После того как Клеб Бокар получил свою порцию моральных унижений перчаткой за \"невдумчивое выполнение приказа и полное отсутствие чувства юмора\", было принято решение пойти по стене, поскольку Мигуэй \"Догада\" Бодрус неожиданно сообразил, что раз часовые как-то поднялись на стены, значит, где-то должен быть спуск со стен.
Близился рассвет. Слегка отупевшие от голода и недосыпания гномы дошли до крайней стадии раздражения. Отчетливо понимая, что с наступлением утра фактор внезапности будет утерян, Кудряшка Сью принял решение атаковать главную залу замка Бленд своими силами. Он отдал приказ изготовиться к атаке, но тут послышался лязг металла. По воротной башне с грохотом и бряцаньем спускался какой-то вооруженный отряд. Кудряшка Сью тут же изменил решение и приказал изготовиться к обороне.
Стараясь не шуметь, саабиты медленно спускались по винтовой лестнице воротной башни. Первым, напряжённо щуря глаза, особенно правый, шёл Мигуэй Бодрус, то и дело останавливаясь и прислушиваясь. Услышать удавалось немного потому, что когда Мигуэй Бодрус останавливался, в него обязательно врезался шедший следом Клеб Бокар, в Клеба Бокара в свою очередь врезался Доминик Болтрей, в Доминика Болтрея влеплялся в свою очередь Хаст Мулбер и так далее. Щиты, мечи, панцири, шлемы при этом издавали массу шума, и это очень злило Гудина Роба, но увы! — для воспитательных мероприятий на лестнице было слишком тесно и темно.
Тем не менее, осторожность Мигуэя Бодруса почти принесла свои плоды. Сделав следующий шаг, Мигуэй Бодрус не обнаружил ступеньки. Подумав, он решил, что её нет и перешагнул через неё, предварительно сообщив шедшему следом Клебу Бокару, что ступеньки не хватает. Клеб Бокар сердечно поблагодарил Мигуэя за проявленную заботу и бодро перепрыгнул через отсутствующую ступеньку. Через секунду никем не предупрежденный Доминик Болтрей с грохотом покатился вниз и с силой толкнул Бокара в спину, ещё через секунду их догнал кубарем катящийся вниз Хаст Мулбер и так далее.
Гномы были готовы ко всему, кроме этого. В самом деле, сложно быть готовым к тому, что враг будет нападать на тебя, выбрав атакующий порядок в виде беспорядочной кучи наподобие снежного кома из которого торчат руки, ноги и головы нападающих. Тем не менее замешательство гномов длилось недолго и с криком \"Вперед, о дети подземелья! С нами молот Магмы!\" они ринулись вперед.
В главной зале замка Бленд стояла пасторальная тишина. Лишь кое-где виднелись бесцельно присутствующие фигуры отупевших от выпитого гуляк. Эрвин с трудом оторвал голову от стола и попытался сообразить, где он. В это время снаружи послышался страшный шум и крики, вызвавшие у молодожёна до боли знакомые и отчего-то очень неприятные ассоциации.
Через пять секунд после начала свалки Мигуэй \"Догада\" Бодрус вскричал \"Эу! Засада!\", и у предводителя гномов Кудряшки Сью возникли смутные подозрения. Видимо, подобные подозрения возникли не только у него, ибо все гномы клана прекратили бой и дружно отскочили назад, вытаращив глаза на нападавших. Внезапно наступившая тишина была настолько полной, что было отчетливо слышно, как в главной зале замка Бленд Эрвин Куман настойчиво пытается сообразить, кто он и где находится. Первым нарушил тишину Мигуэй Бодрус. \"Эу! Да это же гномы!\" — воскликнул он.
Позднее гномы и саабиты, общаясь с местными жителями, выяснили, что виной всему была архитектурная особенность замка — на стены можно попасть только через башню над воротами. В своё время строители замка рассуждали очень просто. В чем недостаток всех замков? В том, что если враг захватит стены или ворота, то всё — пиши пропало! Либо со стен, либо через ворота враг врывается в замок и сражение проиграно. Поэтому они сделали так, что на стены можно было попасть только через входную башню. Это было очень мудрое решение. Если враг захватывал ворота, он с удивлением обнаруживал, что еще полно врагов на стенах и с ними надо сражаться, если враг захватывал стены, то его тоже ждала неприятность, в виде отсутствия спуска во двор.
Когда союзники, после продолжительной перебранки на предмет выяснения, кто виноват и что делать, ворвались, освещаемые лучами полуденного солнца, в главную залу замка Бленд, их ожидал неприятный сюрприз в виде полного отсутствия сопротивляющихся. Предупреждённые все-таки сообразившим, что происходит, Эрвином, наши друзья уже были в пути.
Глава 3,
в которой читатель удостаивается чести присутствовать при принятии исторического решения
Прежде чем продолжать наше повествование, авторам хотелось бы немножко поговорить о предателях. Кое-кто, являясь по природе своей недальновидным и ограниченным типом, считает, что предателей не должно быть. Мы же (авторы имеют в виду нас — выдающихся мастеров пера, властителей дум и т. д.) придерживаемся несколько иного мнения, а именно мы считаем, что предатели — это очень нужные люди, без них мир был бы скучен и сер, без них герои не попадали бы в трудные положения, из которых с честью бы выходили, то есть, говоря короче, без предателей не было бы героев. Кто бы слышал об отважном пятнадцатилетнем капитане Дике Сэнде, если бы не негодяй Негоро? Кто бы узнал о трагической любви Отелло, если бы не гнусный Яго? А триста спартанцев? Кто бы знал о них, если бы не этот? Как его…
Нет! Предатели всякие нужны, предатели всякие важны! Как критерий честности! Как те, кому можно набить морду и быть при этом правым! Как важнейший источник интриги, наконец! На этом мы заканчиваем лирическое отступление на тему предательства и возвращаемся в зал заседаний Совета Пятнадцати.
— Наш прямой долг — помочь Претенденту! — вдохновенно вещал Боса Нова. — Нам несказанно повезло! Не каждому поколению Магов удается стать свидетелями того, как сбываются Пророчества!
— Ну что мы можем сказать на это! — нехорошо улыбаясь, встал со своего места Паза Скроллок, высокий златокудрый красавец, правая рука магистра и его ближайший помощник, и все хором подхватили:
— Нечего! Слушать! Пре…
— Погодите! — вскочил со своего места Хромой Сом. — Причём тут предательские бредни? Он прав! Мы действительно должны помочь несчастному юноше! Иначе он просто сломается под тяжестью этого бремени!
— Что делать, уж такова претендентская доля! — философски отвечал ему на это Паза Скроллок. И тут неожиданно в разговор вмешался сам магистр Ниса Намлок.
— Господа маги! Позволю себе напомнить о втором поступке Претендента! Каждый из вас знает, что вторым своим поступком Претендент должен стать Королем Нелюди. А это значит, что поскольку первый поступок Претендентом исполнен, то теперь он попытается связаться с Тёмной силой, ибо другой возможности стать Королем Нелюди я не усматриваю.
— Тогда тем более должен быть попечитель, — упрямо сказал Хромой Сом. — Если уж суждено кому-то стать Королем Нелюди, то, по крайней мере, мы должны быть об этом осведомлены из первых уст.
— Вот! То ли дело, клянусь Тремя Нажатиями! — вскричал Тортилл Быстроногий. — Приятно послушать умного человека! Не то, что эти…
И все хором подхватили:
— Предательские бредни!
Паза Скроллок еле заметно поморщился. Затем, немного подумав, он произнес:
— Хорошо! Всё, что вы тут говорите — это прекрасно! — Маги приосанились. — Но кто? Кто возьмет на себя бремя помощи Претенденту? — Маги заметно поувяли. — Кто разделит с ним все тяготы и лишения претендентской жизни? — Маги приняли отчётливо скромный вид. — Кто, наконец, если понадобится, отдаст жизнь, жизнь мага, полную приятностей и излишеств, за жизнь Претендента? — Маги стали совсем уж какие-то незаметные, и тут Боса Нова неуверенно произнёс:
— А может согласно древней билгейтцкой пословице…
— Нечего слушать предательские бредни! — раздался было чей-то одинокий голос. Маги осуждающе посмотрели на кричавшего и тот быстро утух, затем Тортилл Быстроногий широко улыбнулся и вскричал:
— Точно! Молодец, Боса! Как говорится, кто сказал, тот и побежал! — и все радостно посмотрели на Сома.
— Да будет так! — после недолгого раздумья затвердил сказанное магистр Ниса Намлок. — Магу второй гильдии Хромою Сому надлежит доставить Микки Спиллейна в Билгейтц, для подтверждения его притязаний на высокое звание Претендента. Отныне и до окончания его миссии маг второй гильдии Хромой Сом нарекается Попечителем Претендента со всеми вытекающими отсюда последствиями вплоть до обмена жизнь на жизнь! А для того, чтобы скрасить долю Попечителя, приказываю этой миссии придать статус Приключения, Которое Бывает Раз В Жизни!
Все мысленно ахнули. Ахать вслух не позволял статус мага, то есть человека бывалого и многое повидавшего, а мысленно — пожалуйста.
— Гм, — сказал Паза Скроллок, как бы про себя, но так, что все обратили на него внимание. Есть такие люди, которые говорят вроде как себе под нос, а внимание при этом привлекают всеобщее.
Ну так вот…
— Гм, — сказал Паза Скроллок. — Приключение, которое бывает раз в жизни — это, конечно, хорошо. Но давайте подойдём ко всему этому делу чуточку обстоятельнее.
Ниса Намлок поморщился — намёк на то, что дело, которым руководил он, сам магистр, было обставлено не совсем обстоятельно, был ему неприятен.
— Что вы предлагаете, уважаемый Паза? — немножко чуть более резко, чем требовалось, спросил магистр.
— Давайте хотя бы посмотрим, что это за угроза такая, — самым своим рассудительным голосом сказал Паза Скроллок. Все посмотрели на Нису Намлока.
— Ну-у… — сказал магистр, — почему бы и нет.
И все дружно и непроворно стали подниматься со своих мест, чтобы проследовать в тот самый внутренний дворик.
Прошёл добрый десяток минут, прежде чем все собрались вокруг Камня.
Магистр подошёл к Камню, сунул руку вовнутрь и что-то там покрутил. Затем отошёл на два шага и звучным голосом сказал:
— О Камень, покажи угрозу нам!
Все замерли. Воздух над камнем задрожал, словно от сильного жара, заколыхался, и в этом мареве стала проступать некая картинка. Изображение было объёмное и на удивление чёткое.
— Па-азвольте! — от удивления Хромой Сом заговорил вслух. — Это же Микки Спиллейн!
— То есть как Микки Спиллейн? — удивился Тортилл Быстроногий. — Вы же говорили, он — Претендент! А я ясно слышал — покажи угрозу нам.
Тотчас картинка задрожала, расплылась, затем пошла какими-то цветными искрами, на мгновение вообще было погасла, но тут же вспыхнула снова. На этот раз Камень показал какой-то город.
— Ага… нормально, — сказал Ниса Намлок. — Это Эрнст-столица.
— То есть, — бодро сказал Паза Скроллок, — сначала камень просто ошибся.
По окончании совещания маги быстро разошлись по делам. У каждого из них в Билгейтце, столице как-никак, было полно дел — заказы, поручения, покупки и прочая дребедень. Словом, все маги повели себя в высшей степени благочинно. И лишь Паза Скролллок повел себя очень подозрительно. Вернувшись в свои роскошные покои… Да! Мы не оговорились, покои действительно роскошные! Одних ковров, дорогой читатель, насчитывалось пять штук и это только в гостиной! В углу мерно булькал здоровенный аквариум с пятнадцатью золотыми рыбками, семь из которых были говорящими! А шкура асхамедейского тигра, небрежно брошенная на пол! Да и много еще чего!
Ну так вот, вернувшись в свои покои, Паза Скроллок не стал предаваться всей этой роскоши, а первым делом заперся, закрыл плотными шторами окна, затем проверил свои апартаменты на предмет наличия посторонних, затем посмотрел на часы и сдёрнул покрывало с шара магической видимой связи (тоже, между прочим, дорогая штука!) и произнес заклинание видимой связи. По матовой поверхности шара пробежала волнистая рябь, и в полный мах громыхнули первые аккорды гимна Билгейтца, начинавшегося со знаменитых слов \"Нас не погонишь с поля битвы налегке, мы что-нибудь с собою да захватим…\". Паза Скроллок поспешно произнес заклинание уменьшения громкости. По шару прошла какая-то недовольная рябь, затем что-то щелкнуло, и на экране появилась чьё-то лицо.
— Здравствуйте, господин Кларик! — сказал Скроллок и поклонился.
— Здорово-здорово, — сказал кавалер Кларик. — Какие новости? Есть что интересное?
— Есть, — отвечал Скроллок.
— Слушаю тебя внимательно, — сказал Кларик.
— Претендент объявился, — быстро сказал Скроллок.
— Вот как? — задумчиво протянул Кларик. — И кто же он?
— Микки Спиллейн! Тот, кто убил дракона, — ответил Паза Скроллок.
— Убил дракона? — недоверчиво произнес Кларик. — Разве человеку под силу такое?
— Это не обычный человек, господин кавалер, — твердо ответил маг. — Это Претендент.
Кавалер Кларик задумался. По шару магической видимой связи медленно пробегали цветные сполохи, освещая затемнённые покои мага. Пауза затягивалась. Паза Скроллок вынул из кармана кисет, трубку, огниво и, свершив все необходимые действия, закурил.
— Его надо найти! — внезапно сказал кавалер Кларик. Златокудрый маг вздрогнул, выронил трубку и непонимающе уставился на шар.
— К-кого? — наконец выдавил из себя Паза, не замечая как от ковра, лежащего на полу, потянулась вверх тоненькая струйка дыма.
— Претендента! — недовольно сказал Кларик. — Я вообще с кем разговариваю? На кого я трачу цветы своей селезенки?
— А зачем его искать? По имеющимся у меня сведениям Претендент в настоящий момент находится в окрестностях замка Бленд, — немного обиженно сказал Паза Скроллок, бессознательно принюхиваясь к чему-то.
— Замок Бленд, — задумчиво сказал Кларик, — нейтральная территория… Это хорошо!
Изображение в шаре медленно погасло, а Паза Скроллок, неожиданно обнаруживший, что его асхамадейский ковёр дымит, запрыгал по комнате в поисках воды.
Утром следующего дня в складах клана маг второй гильдии Хромой Сом готовился к Приключению. Ему надлежало получить довольно большое количество разного снаряжения, как то: пара лошадей, седла, седельные сумы, тулуп, палатку, дождевик, походный гроб, арбалет с запасом стрел, походный магический жезл, ящик бульонных кубиков, мешок прессованного овса, надувную лодку из склеенных бычьих пузырей и много чего еще. В этом смысле Приключение когда-то было довольно выгодной штукой, поскольку мало кто тащил всю эту гору с собой. Обычно все это добро оставлялось родным и близким, которые с удовольствием всем этим пользовались (особенно походным гробом, в котором было очень удобно замачивать белье), поэтому ныне во избежание такого непотребного использования походного снаряжения на каждый предмет ставилась литера \"П\", и время от времени посредством магической связи наличие снаряжения дотошно проверялось.
Строго говоря, хватило бы одного походного магического жезла и кошелька с деньгами, но с тех пор как один из магов, отправленных в Приключение, потерял и то и другое, вследствие чего благополучно Приключение провалил, на всякий случай стали выдавать кучу всякого добра.
По мере того, как росла гора предметов, выдаваемых управляющим делами магистратуры, Хромой Сом мрачнел все больше и больше. Окончательно добили его увесистая пачка тряпочных трёхразовых зонтиков на все случаи погоды и полное отсутствие туалетной бумаги.
Контрглава,
в которой властитель Эрнст начинает катиться по наклонной
— … А сейчас он находится в Бленде. Сведения совершенно достоверны и получены от нашего человека в Совете Пятнадцати, — закончил шеф Тайной коллегии.
Властитель Эрнст задумчиво покивал головой.
— Хорошо, — сказал он. — Действуйте.
Кларик поклонился и вышел из кабинета.
Властитель Эрнст сделал обычное лицо, подошёл к огромному рабочему столу и сел в кресло. Не люблю предателей, подумал он, но как без них? Особенно в наше время. Раньше было хорошо, раньше даже слова такого не знали — шпион; а сейчас ни одна война без них не обходится. Не говоря уже о мирном времени.
Властитель рассеянно начал перебирать бумаги, лежавшие на столе. Проект приказа о введении карточной системы. Проект приказа о расселении города Ших. Доклад Сельскохозяйственной коллегии. Неутешительный, кстати сказать, доклад. А также секретная информация от шефа Тайной коллегии, содержавшая оценку состояния вооруженных сил Ордена меченосцев, Вентаны и обоих Ортасков.
Нет, подумал властитель Эрнст, надо, надо воевать. И воевать надо внезапно, пока они не готовы. А раз надо воевать, пока они не готовы, стало быть, на скрижалях истории я и мой Дакаск останемся, как фигуры отрицательные. Ну и пёс с ним, совершенно не по-державному подумал Эрнст. Как говорил папа, всё для блага государства. А что до Претендента…
Властитель Эрнст позвонил в колокольчик. На пороге кабинета возник его верный слуга Карел.
— Карел, как только рассветёт, пусть ко мне снова явится Кларик. И ещё…
Злодей так злодей, подумал властитель.
— Приказываю выкрасить мой рабочий стол в чёрный цвет.
И отвернулся, чтобы не видеть испуга, отразившегося в выцветших глазах верного слуги.
Глава 4,
из которой следует, что ночевать надо в проверенном месте
Древняя южноварварская пословица говорит: \"Дорога становится короче, если рядом весёлый попутчик\". Увы, к Эрвину в данный момент эта пословица никак не подходила. Меченосец был невесел, неулыбчив и крайне неразговорчив. Даже близость молодой и красивой жены не смягчала его дурного расположения духа. Белинда и Аманда считали, что меченосец мрачен из-за того, что ему не нравится такое начало медового месяца, ведь он лишён возможности поминутно заключать свою суженую в пылкие объятья. Что поделать, в те времена свадебные путешествия ещё не вошли в моду. Юному Микки Спиллейну же на одном из привалов Эрвин объяснил, что ему вообще не нравится сам факт медового месяца, а также его причина, то есть свадьба с Амандой. Хотя… с другой стороны… здесь меченосец вздохнул и договаривать не стал. Микки воспринял это очень близко к сердцу, и тут же попытался объяснить это Аманде, но тут его ожидал изрядный конфуз, поскольку Аманда тут же рассказала всё Белинде, и они вдвоем нажаловались на Микки Эрвину, обвиняя его в том, \"что этот негодяй хочет разрушить нашу (вашу) любовь до гроба своими клеветническими измышлениями, а ведь я (мы) то знаем, как ты её (меня) любишь, прямо слезы наворачиваются, как подумаешь об этом\", и потребовали принятия самых жестких мер по отношению к этой подлой свинье ой, прости, пожалуйста, Бэйб, Бойб и Буйб, после чего Эрвин, стараясь глядеть мимо своего приятеля, слегка отчитал наследного лорда Бленда. С этого момента сердитых и неулыбчивых путников на дороге стало двое.
Менее всего от этого пострадали Бэйб, Бойб и Буйб, деятельная натура которых вообще мало зависела от настроения хозяев. Они, как и прежде, продолжали описывать вокруг путников замысловатые круги, одновременно осуществляя два, казалось бы, взаимоисключающих занятия, а именно кормёжку и разведку.
Так, пусть немного в мрачноватом расположении духа, но сравнительно спокойно и без приключений они двигались по Западной Окружной дороге по направлению в Билгейтц, нисколько не подозревая, что спокойно ехать им осталось совсем чуть-чуть.
Гостиница выглядела обычной, так же как и остальные заведения подобного рода, расположенные на Западной Окружной дороге. Немного разве что смущало название — \"Ощипанный путник\", но поскольку солнце уже задевало краем горизонт, путники решили не искушать судьбу ночными похождениями, а заночевать здесь, чтобы наутро с новыми силами двинуться в дорогу. Хозяин гостиницы, невысокий крепкий лысый мужчина лет сорока, одетый в неопределенного цвета штаны и просторную красную рубаху навыпуск, непрерывно ухмыляясь и перемигиваясь со своими одетыми во все серое подручными, любезно показал путникам их комнаты — одну для молодоженов и еще одну для Микки и Белинды, а также хлев для боевых свиней. Правда, для того чтобы получить комнату, Микки и Белинде пришлось назваться мужем и женой — обстоятельство, приведшее Белинду в превосходное расположение духа, что, в свою очередь, весьма озадачило владетеля Бленда. Что поделать, все мы в юности бываем подчас недогадливы и нерасторопны!
После ужина путешественники удалились в свои комнаты и уже через полчаса крепко спали, утомленные дорогой.
Микки проснулся словно от толчка. Он поднял голову, оперся о локоть и тревожно оглядел комнату. Все вроде было, как обычно. Качались на стене тени ветвей от полной луны, рядом, отделённая от владетеля Бленда обнажённым Гринписом, тихо сопела Белинда, а в соседней комнате мощно храпел Эрвин. Во дворе что-то со стуком упало, и послышались сдавленные проклятия. Микки осторожно, стараясь не разбудить Белинду, встал с постели и выглянул в окно. По двору бегала стая каких-то необычных волков. Микки удивился. В самом деле, не каждый день увидишь, как по двору бегают волки в штанах и рубашках. Но самым необычным было даже не это: особую жуть наводило то, что волки вели себя совсем не по-волчьи, а именно бегали по двору, пытаясь зубами и передними лапами подволочь к окну лестницу. Время от времени кто-нибудь из них вставал на задние лапы и в отчаянии делал несколько шагов стоймя. При всём при этом волки нещадно ругались. Особенно выделялся в этом смысле волк, одетый в красную рубашку. \"Какого хр-рена! — орал он, энергично грассируя. — Какого хр-р-рена, каждый р-раз такая истор-рия! Днём мы, видишь ли, нападать не можем! И ночью, чер-р-рт побер-ри, не получается!\" В этот миг волкам удалось немножко приподнять лестницу над землей, но тут сноровка им изменила, и они уронили лестницу на заднюю лапу волку в красной рубахе. Тот взвыл.
Микки довольно долго, словно зачарованный, смотрел на суетящихся волков. В это время сзади тихонько подошла проснувшаяся от всего этого гама Белинда и, обняв лорда Бленда, выглянула через его плечо во двор. Её глаза тут же округлились и она набрала в легкие побольше воздуху.
— Тихо, — шёпотом сказал Микки. — Это же оборотни.
И Белинда среагировала вполне адекватно, то есть пронзительно завизжала.
— В чём дело? — раздался недовольный голос Эрвина. Микки обернулся и увидел меченосца, завернутого в одеяло и стоящего на пороге его комнаты с недовольной миной на лице.
— Оборотни, — сказал юноша. Меченосец подошел к окну и выглянул во двор.
— Действительно, — сказал он, — оборотни.
Ситуация во дворе меж тем изменилась. Волки, собравшись в кружок, начали о чем-то совещаться. Совещание длилось недолго, и уже через минуту, стая бодрой трусцой побежала к входной двери. Если до этого мига у кого-то еще были сомнения в характере намерений оборотней, то теперь они исчезли окончательно и бесповоротно.
— Эрвин! — заорал Микки и начал трясти меченосца изо всех сил. — Что делать?
Брякнула дверь — это Белинда, вспомнив об Аманде, метнулась в соседнюю комнату, и через пару секунд ночь была украшена воплями Аманды. Еще через несколько секунд в комнату ворвались обе девицы и, не переставая орать, закрыли дверь и начали её баррикадировать. И вовремя! Послышалось злобное лязганье зубов, и по двери с силой заскребли острые когти.
— Сдавайтесь! Вы окр-ружены! — послышался из-за двери злобный голос, надо полагать, волка в красной рубашке.
— Никогда! — неожиданно для себя громко ответил юный Спиллейн. — Чтобы благородный владетель Бленда сдался?!
— Если вы не сдадитесь, — в бессильной злобе завыли волки, — то мы вообще не знаем…
— Милый! — тут же завопила Аманда. — Сделай что-нибудь, о Эрвин!!!
Эрвин мрачно посмотрел на неё, встал, выглянул во двор, затем неторопливо отломал от табурета массивную ножку. Микки полез на кровать и схватил свой Гринпис. Эрвин посмотрел на юношу, потом вдруг улыбнулся и сказал:
— Ну, пошли, благородный владетель Бленда.
Бноша и меченосец неторопливо раскидали мебель, открыли дверь и шагнули за порог.
— Так значит, говорите — в неизвестном направлении? — еще раз переспросил Хромой Сом.
— Да-да! — бойко отвечал ответственный управляющий замка Бленд Гжегож Окорункву. — В неизвестном направлении! Но обещал вернуться!
— Когда? — быстро спросил маг.
— Позавчера! — все так же бойко ответил Управляющий.
— Что? — не понял маг.
— Пообещал, — уточнил Управляющий.
— Вернуться? — спросил маг.
— Да-да! — радостно подтвердил Окорункву.
— А когда? — вопросил Хромой Сом.
— Я ж говорю позавчера! — еще шире улыбнулся Гжегож. Маги всё-таки не от мира сего.
— А вернуться? — уточнил маг.
— Что? — не понял в свою очередь Гжегож.
— Когда? — еще раз уточнил маг.
— А! Скоро! — радостно ответил Окорункву, и тут же предложил: — Может, пообедаем?
— Некогда мне, — мрачно ответил маг, — мне Претендента надо искать…
И задумался.
— Интересное дело, — бодро сказал Гжегож Окорункву, — тут его еще искали, лорда нашего.
— Кто? — машинально спросил, задумавшийся маг.
— Какие-то черные всадники. Такой, знаете ли, чёрный отряд, — бодро ответил Управляющий. Мгновение маг смотрел на него остановившимся взглядом, а затем кинулся к дверям.
— Ишь ты, — глубокомысленно сказал господин Окорункву кстати подвернувшемуся поварёнку. — Видать, что-то важное я ему сказал.
И в задумчивости пошёл в свой кабинет, коий был оборудован по его распоряжению в донжоне.
Вошедшие в раж Эрвин и Микки усердно гоняли оборотней по всему двору. Оборотни в свою очередь орали, что так нечестно и как могли от ударов уворачивались.
— Карачай бабаевский! — орал, не забывая, однако, при этом убегать, волк в красной рубашке. — В конце концов, кто из нас оборотень? Это мы должны за вами гоняться! Да как вам не стыдно!
Последнюю фразу волк в красной рубашке произнес, встав на задние лапы и укоризненно покачивая головой на манер учителя словесности Дариуша Комэтэру, но, получив от меченосца мощный удар ножкой табурета по голове, оборотень взвыл и снова начал улепётывать на четырех лапах. Гвалт стоял неимоверный. Вдобавок он активно усугублялся Бэйбом, Бойбом и Буйбом, громким хрюканьем из сарая требовавшие свою долю приключения.
Из окна выглядывали бледные от переживаемого Аманда и Белинда. Несмотря на необычность происходящего, девушки уже успели одеться и привести себя в порядок, так что выглядели они в этот миг вполне прилично, во всяком случае, пробегавшие под окнами волки всякий раз норовили остановиться и поглазеть на девиц, но, получив от кого-нибудь из друзей плюху, снова обращались в беспорядочное бегство. Было непонятно, на что надеются волки, но постоялый двор они покидать не хотели, и усердно наматывали круги, взывая к совести Микки и Эрвина.
— Прекратите! — орали они. — В конце концов, кто тут хозяева? Мы или вы? Ведите себя прилично!
Внезапно громко закричал петух, и как-то сразу стало заметно, что на дворе уже довольно светло. Волчья шерсть стала мутнеть и исходить паром. Брызнуло солнце, и с оборотней начали отваливаться рваные клочья шерсти, которые падали на землю и стремительно таяли; и вскоре изумленному взору друзей предстали трактирщик сотоварищи.
— Та-ак, — нехорошим голосом протянул Эрвин, придя в себя. — Это что же получается? Нападаем на беззащитных клиентов?
Трактирщик и его товарищи молча стояли, потупив головы.
— Мы не виноваты, — неуверенно произнес после недолгой тишины трактирщик. — Нас наняли…
— Ага! — горячо подхватили остальные оборотни. — Чтобы мы вас, значит, до утра задержали…
— Значит, на клиентов… — задумчиво повторил Эрвин, наливаясь кровью.
— Да мы не виноваты! — немного осмелел трактирщик, видимо не замечая изменения цвета лица у меченосца. — Это все та девица! Какие деньги нам обещала! Горы золотые! Вы бы тоже не устояли!
— Значит, нападаем… — сказал Эрвин. Микки посмотрел на него и на всякий случай отошел в сторону.
— Но не специально! — с воодушевлением уточнил трактирщик, не замечая, что он остался один, поскольку все его товарищи постепенно очистили театр гражданских действий. — А токмо согласно контракту!
— На беззащитных! — взревел Эрвин и проворно побежал на трактирщика.
— Ы-у-ы! — громко воскликнул тот и не менее проворно ринулся прочь. Неизвестно, какие испытания выпали бы на долю несчастного труженика постоялого дела, но тут на театре гражданских действий (По-видимому, авторы употребляют это нелепое и ни с чем не сообразное выражение столь активно по той простой причине, что они сами его придумали. — Прим. переводчика. И гордимся этим! Если есть театр военных действий, то почему не может быть театра гражданских действий? — Прим. авторов.) появились новые действующие лица. Во двор во весь опор влетела группа вооруженных всадников в чёрных доспехах.
Контрглава,
в которой властитель Эрнст катится по наклонной всё быстрее
Суровым шагом истинного владыки Эрнст вошел в зал и, не отвечая на почтительные поклоны представителей генералитета, прошёл к трону.
По сторонам властитель не смотрел, поскольку с его точки зрения смотреть было не на что. Всё здесь ему было знакомо до запредела, весь этот высокий зал, где всё, что только можно, было окрашено в белый цвет.
Светлейший поднялся на возвышение, сел на трон, принял величественную позу и оглядел господ кавалеров. Господа кавалеры стояли двумя белыми шпалерами, все как один одетые в белые мундиры, предписанные Эрнст-уставом. Среди них серым пятном выделялся Кларик. На лицах кавалеров отчётливо читалось почтительное изумление, ибо вопреки традиции властитель Эрнст, Всем подданным Свет Несущий, был одет во всё чёрное. Даже бриллианты в короне были заменены на морион, да и сама корона была какая-то новая. Очень было похоже на то, что она была исполнена из чернёного железа.
Властитель откашлялся. Все замерли, чувствуя значительность момента.
— Господа кавалеры! — выкрикнул властитель Эрнст. Все вздрогнули. — Пришёл час, которого вы так долго ждали! Меч, который долго не вынимали из ножен, ржавеет! Конь, которого долго не выезжали, слабеет! Солдат, который долго не воевал, тупеет! Вы же, о мои верные солдаты, не воевали так долго, что пришла пора стереть смазку, расправить знамёна, начистить доспех, заточить меч, шагнуть вперёд, одним словом, час пробил!
И властитель Эрнст судорожно вдохнул воздух, в ораторском раже не замечая, что фраза относительно долго не воевавших солдат прозвучала весьма двусмысленно.
— Корпус Невитца готов исполнить свой долг! — воспользовавшись паузой, выкрикнул кавалер Невитц и подпрыгнув упал на правое колено.
— Корпус Колитца готов исполнить свой долг!
— Корпус Нимитца готов исполнить свой долг!
— Корпус Невитца готов исполнить свой долг!
— Корпус Колитца готов исполнить свой долг!
— Корпус Бухольца готов исполнить свой долг!
— Корпус Пикольца готов исполнить свой долг!
— Орлы Зейдлица готовы исполнить свой долг!