– Честер А. Артур, я адвокат в округе Пекос.

– Хорошо, мистер Артур, я вас слушаю.

– Вы нашли брошенный автомобиль к югу от Абилина. «Мерседес-бенц», принадлежащий адвокату по имени Ал Юджин. Сейчас он считается пропавшим.

Послышался стук клавиатуры.

– Хорошо, и что вы хотите нам сообщить? – спросил Родригес.

– У меня есть клиент, который утверждает, что Юджина похитили из его машины и убили неподалеку от того места, где осталась машина.

– Как зовут вашего клиента, сэр?

– Не могу вам сказать, – ответил Ричер. – Это конфиденциальная информация. К тому же я не уверен, что это правда. Однако я бы хотел, чтобы вы проверили истинность его рассказа. Если все так и есть, мне, возможно, удастся убедить его дать показания.

– Что он вам рассказал?

– Он утверждает, что Юджина остановили и уговорили пересесть в другую машину. Потом его отвезли на север, по левую сторону от дороги, где есть немало укромных местечек, застрелили и спрятали тело.

Элис замолчала и искоса посмотрела на Ричера.

– Вот почему я бы хотел, чтобы вы осмотрели эту территорию, – добавил Ричер.

– Мы уже осматривали все вокруг.

– На каком расстоянии от брошенной машины?

– Непосредственно возле нее.

– Нет, мой клиент утверждает, что они отъехали на милю или две на север. Вам нужно осмотреть местность, кустарник, расселины, насосные станции, то есть такие места, куда можно легко подъехать на машине.

– В миле или двух от брошенной машины?

– Мой клиент говорит, не меньше одной, но не больше двух миль.

– Слева?

– Да, он практически в этом уверен, – ответил Ричер.

– Вы можете оставить ваш телефонный номер?

– Я вам перезвоню через час, – обещал Ричер.

Он повесил трубку. Женщина с ребенком ушла. Элис продолжала на него смотреть.

– Что ты задумал? – спросила она.

– Нам следовало с самого начала сосредоточиться на Юджине.

– Почему?

– Каким единственным реальным фактом мы располагаем?

– И каким же?

– Кармен не убивала Слупа!

– Но это лишь твое мнение, а не факт.

– Нет, это факт, Элис. Поверь мне, я знаю.

Она пожала плечами.

– Ну хорошо, и что дальше?

– Значит, его застрелил кто-то другой. Возникает естественный вопрос: зачем? Мы знаем, что Юджин исчез и Слуп убит. Они были связаны – адвокат и его клиент. Давай предположим, что Юджин также мертв. Для простоты. Они вместе подготовили операцию, позволившую досрочно освободить Слупа из тюрьмы. Это наверняка было нечто серьезное, поскольку досрочное освобождение очень непросто организовать. Их не раздают, как бесплатные пирожные. Значит, Юджин и Слуп сумели добыть какую-то важную информацию. Нечто ценное. А для кого-то очень большие неприятности. Предположим, что кто-то убрал обоих, чтобы отомстить или остановить поток информации.

– Откуда у тебя появились такие идеи?

– От Кармен. Она предложила мне поступить подобным образом. Прикончить Слупа, сделав вид, что его убили из-за досрочного освобождения.

– Получается, что Кармен последовала собственному совету.

– Нет, Кармен только рассуждала, – возразил Ричер. – Она действительно ненавидела Слупа, у нее был мотив, и она постоянно лжет, но Слупа она не убивала. Это сделал кто-то другой.

– Да, по ее заказу.

– Нет, так не бывает. Ей просто повезло. Все удивительным образом совпало. Вроде как он попал под грузовик. Весьма возможно, что она рада конечному результату, но вовсе не Кармен стала причиной смерти Слупа.

– И насколько ты в этом уверен?

– Совершенно уверен. Другие объяснения не выдерживают никакой критики. Подумай сама, Элис. Всякий, кто так хорошо стреляет, профессионал. А профессионалы все планируют заранее, по меньшей мере за несколько дней. Но если Кармен наняла профессионалов, зачем она гоняла по всему Техасу и искала парней вроде меня? И зачем ей устраивать убийство Слупа в собственной спальне, где она сразу станет подозреваемой номер один? Да еще из собственного пистолета?

– Так что же, по-твоему, произошло?

– Я полагаю, что команда убийц прикончила Юджина в пятницу и постаралась спрятать его тело, чтобы выиграть время. В воскресенье они убивают Слупа, но все устраивают так, чтобы в этом обвинили Кармен. В ее спальне, из ее пистолета.

– Но она находилась рядом. Как она могла не заметить убийц? И почему ничего не рассказала полиции?

– Может быть, она была с Элли. А потом вернулась в спальню и увидела тело Слупа. Или находилась в это время в душе. Когда Кармен арестовали, у нее были влажные волосы.

– Тогда она не могла не слышать выстрелов.

– Только не в душе. Там шумно, как в Ниагарском водопаде. А выстрел из пистолета двадцать второго калибра совсем негромкий.

– Но откуда ты знаешь, где искать тело Юджина? Если, конечно, ты прав.

– Я подумал о том, как бы сам решил такую задачу. У них наверняка имеется свой автомобиль. Они каким-то образом уговорили Юджина остановиться. Например, сделали вид, что у них спустило колесо. Затем пересадили его в свою машину и увезли. Но они не стали бы долго держать его в своей машине. Слишком рискованно. Две или три минуты, а за это время они могли проехать одну или две мили.

– Но почему на север? И почему слева от дороги?

– Сначала я бы проехал по этой дороге на север, подобрал бы подходящее место, а потом вернулся бы и стал ждать Юджина.

– Убедительно, – задумчиво проговорила Элис. – Но как насчет Слупа? Это просто невозможно. В Эхе появляется так мало посторонних людей. Как они проникли в дом? Неужели они все успели проделать, пока она была в душе?

– Я бы справился с такой задачей, – сказал Ричер. – Полагаю, они ничуть не хуже, чем я. Может быть, даже лучше. Во всяком случае, стреляют они лучше.

– Ты с ума сошел, – пробормотала Элис.

– Вполне вероятно.

– Нет, абсолютно точно. Ведь Кармен призналась! Зачем ей было это делать, если она не имеет к убийству мужа никакого отношения?

– Мы найдем ответ на этот вопрос позднее. А сначала подождем один час.



Ричер предоставил Элис заниматься бумагами, а сам вышел на жару. Он решил, что пришло время взглянуть на музей Дикого Запада. Но когда он туда добрался, музей уже закрылся. Слишком поздно. Однако по переулку можно было попасть во двор. Там имелись маленькие воротца, которые он с легкостью перешагнул. За зданием находилась целая коллекция памятников, посвященных прошлому. Небольшая тюрьма, состоящая из одной камеры, копия здания суда, где работал судья Рой Вин, и дерево-виселица. Все экспонаты образовали отличную последовательность. И еще здесь имелась могила Клея Эллисона. За ней хорошо ухаживали, а надгробный камень был красивым. Клей было его вторым именем, а первым – Роберт. Роберт Клей Эллисон, родился в 1840 году, умер в 1887-м. «Никогда не убивал тех, кого не следовало убивать». У Ричера не было второго имени. Джек Ричер, коротко и ясно. Родился в 1960-м и до сих пор жив. Интересно, каким окажется его надгробный камень? Скорее всего, у него не будет надгробного камня. Об этом некому позаботиться.

Он вновь перешагнул через ворота, вернулся на улицу и оказался перед невысоким двухэтажным зданием из бетона. Первый этаж занимали магазины, второй – офисы. На окне одного из них было написано старомодными золотыми буквами: «АЛБЕРТ Э. ЮДЖИН, АДВОКАТ». В здании находились еще две юридические фирмы. Отсюда было рукой подать до суда. Наверное, здесь работали дешевые адвокаты, подумал Ричер. Они устроились отдельно от бесплатных адвокатов, а конторы дорогих юридических фирм располагались где-нибудь еще, в другом месте. Впрочем, Юджин ездил на «мерседесе». Возможно, он имел большой вес. Или был тщеславным человеком и с трудом выплачивал кредит.

На перекрестке Ричер задержался. Солнце уже клонилось к западу, на южном горизонте появились облака. В лицо дул теплый ветер, достаточно сильный, чтобы дергать Ричера за рубашку и поднимать пыль на тротуаре. Ричер немного постоял, наслаждаясь мгновениями прохлады. Потом ветер стих, и жара вновь навалилась ему на плечи. Однако тучи на юге не исчезали.

Ричер вернулся в контору адвокатов. Элис все еще сидела за столом, продолжая заниматься бесконечными делами. Рядом устроилась пожилая пара мексиканцев. На их лицах застыло терпеливое и доверчивое выражение. Стопка бумаг на столе у Элис заметно выросла. Она показала Ричеру на стул, который все еще стоял рядом с ней. Ричер сел, взял телефонную трубку и набрал по памяти номер полиции Абилина. Вновь назвался Честером Артуром и попросил позвать сержанта Родригеса.

Ему пришлось ждать почти минуту. Потом Родригес взял трубку, и Ричер сразу же понял, что они нашли тело Ала Юджина. Голос Родригеса звучал напряженно.

– Нам необходимо знать имя вашего клиента, мистер Артур, – сказал Родригес.

– Что удалось найти вашим людям? – спросил Ричер.

– Все оказалось именно так, как вы сказали, сэр. В полутора милях к северу, слева, в глубокой известняковой расселине. Пуля попала в правый глаз.

– Калибр двадцать два?

– Исключено. Во всяком случае, у меня совсем другая информация. По меньшей мере девять миллиметров. Большая пушка. Ему снесло полголовы.

– Вы можете оценить время его смерти?

– При такой жаре трудно дать ответ на ваш вопрос. Говорят, что до него добрались койоты. Некоторые части тела, интересующие патологоанатомов, отсутствуют. Но если кто-то скажет, что он убит в пятницу, мы не станем спорить.

Ричер не произнес ни слова.

– Мне нужно имя, – продолжал Родригес.

– Мой клиент этого не делал, – сказал Ричер. – Я поговорю с ним. Возможно, он вам позвонит.

Он повесил трубку, прежде чем Родригес успел хоть что-то возразить. Элис не сводила с него глаз, ее клиенты тоже. Очевидно, они достаточно знали английский, чтобы понять суть разговора.

– Каким президентом был Честер Артур? – поинтересовалась Элис.

– После Гарфилда, перед Гровером Кливлендом, – ответил Ричер. – Один из двух, родившихся в Вермонте.

– А кто был вторым?

– Калвин Кулидж.

– Значит, они нашли Юджина, – сказала Элис.

– Конечно нашли.

– И что теперь?

– Теперь мы пойдем и предупредим Хэка Уокера.

– Предупредим?

– Подумай сама, Элис. Может быть, мы имеем два из двух, но мне кажется более вероятным, что это два из трех. Они были троицей – Хэк, Ал и Слуп. Кармен говорила, что все трое добивались раннего освобождения Слупа. Она сказала, что Хэк вел переговоры с федералами. Значит, Хэку известно все, что знали Ал и Слуп. Он может оказаться следующим.

Элис повернулась к клиентам.

– Извините, мне нужно идти, – сказала она по-английски.



Хэк Уокер уже собирался домой, надел пиджак и закрыл портфель. Было уже больше шести, и за окном кабинета начало темнеть. Они сообщили Уокеру, что Юджин убит, и молча смотрели, как бледнеет прокурор. Черты лица заострились, под обильно струящимся потом обозначились морщины. Он с трудом добрался до стула и рухнул на него. Довольно долго Уокер ничего не мог сказать.

– Наверное, я догадывался, но у меня еще оставалась надежда.

Он повернулся и посмотрел на фотографию.

– Мне очень жаль, – сказал Ричер.

– Мотивы известны? Кто убийца? – с надеждой спросил Уокер.

– Пока нет.

– Почему они рассказали о смерти Ала вам и даже не позвонили мне? – спросил Уокер.

– Ричер догадался, где следует искать тело, – вмешалась Элис. – На самом деле это он им рассказал.

Потом она сразу же перешла к теории Ричера относительно двух из трех. Сделка, какая-то опасная информация, предупреждение. Уокер сидел и слушал. Постепенно его лицо порозовело. Он молчал, напряженно размышляя. Затем тряхнул головой.

– Не может быть, – наконец заговорил он. – Сделка была самой обычной. Слуп сдался и согласился выплатить налоги и штраф. Вот и вся сделка, ничего больше. Он отчаялся, не мог больше сидеть в тюрьме. Такое часто случается. Ал связался с ВНС, сделал предложение, они и глазом не моргнули. Дело передали в местное отделение налоговой службы – им занимался младший персонал. Все шло своим чередом. Потом документы следовало подписать окружному прокурору, то есть мне. Естественно, я их подписал, возможно, все произошло немного быстрее благодаря мне, но не более того. Обычная сделка с ВНС. Поверьте мне, никого не убивают из-за таких сделок.

Он вновь тряхнул головой, но тут его глаза широко раскрылись и Уокер замер.

– Я хочу, чтобы вы ушли, – сказал он.

Элис кивнула.

– Мы вам сочувствуем. Мы знаем, что вы были друзьями.

Но Уокер заметно смутился, словно сейчас его беспокоило совсем другое.

– В чем дело? – спросил Ричер.

– Нам больше не следует разговаривать, – сказал Уокер.

– Но почему?

– Потому что мы ходим по кругу, но наши хождения закончатся совсем не так, как бы нам хотелось.

– Мы ходим по кругу?

– Подумайте сами. Никого не убивают из-за сделок с ВНС. Или убивают? Слуп и Ал собирались забрать деньги траста у Кармен и большую их часть передать государству. Слуп и Ал мертвы. Два плюс два будет четыре. Теперь у нее появился еще более убедительный мотив. Если мы будем продолжать вести подобные разговоры, мне придется говорить о преступном сговоре. Теперь смертей две. У меня нет выбора. Но я не хочу этого делать.

– Никакого сговора не было, – возразил Ричер. – Если она наняла людей, зачем тогда был нужен я?

Уокер пожал плечами и предположил:

– Чтобы всех запутать? Чтобы обелить себя?

– Неужели она настолько умна?

– Думаю, да.

– Так докажите это. Убедите нас, что она кого-то наняла.

– Я не могу.

– Нет, можете. У вас есть ее банковские документы. Покажите нам выплаты.

– Выплаты?

– Вы полагаете, люди работают бесплатно?

Уокер скорчил гримасу, вытащил из кармана ключи и отпер ящик письменного стола. Выдвинув его, он достал стопку документов. «ФОНД ГРИРОВ», номера от 1 до 5. Ричер затаил дыхание. Уокер принялся просматривать одну страницу за другой. Затем выровнял документы и повернул их к Ричеру и Элис. Его лицо застыло.

Элис потянулась за документами. Ричер быстро просмотрел их, обращая особое внимание на четвертую колонку, которая соответствовала расходам. Расходов было много. Но все они оказались мелкими и бессистемными. Самая большая выплата – двести девяносто семь долларов. Несколько раз Кармен снимала суммы, не превышающие ста долларов.

– Сложите расходы за последний месяц, – предложил Ричер.

– Получается девятьсот долларов, – сосчитала Элис.

– Даже если она их не потратила, девятьсот долларов – это слишком мало. Во всяком случае, профессионалы за такие деньги работать не станут.

Уокер молчал.

– Нам необходимо с ней поговорить, – сказал Ричер.

– Мы не можем, – вздохнул Уокер. – Ее отправили в тюрьму штата.

– Она не убивала Слупа. Она вообще ничего не делала. Кармен невиновна.

– Но почему она сделала признание?

Ричер закрыл глаза и некоторое время сидел, не шевелясь.

– Она была вынуждена, – сказал он. – Кто-то ее заставил.

– Кто?

Ричер открыл глаза.

– Я не знаю, кто именно, но мы можем выяснить. Попросите принести записи судебного пристава, и мы узнаем, кто ее посещал.

По застывшему лицу Уокера все еще стекал пот, но он поднял трубку, набрал внутренний номер и попросил, чтобы ему срочно принесли журнал, в котором фиксировались посещения. Они молча ждали. Через три минуты из коридора послышались тяжелые шаги, и в кабинет вошел судебный пристав. Это был мужчина из дневной смены. Он учащенно дышал после того, как бегом поднялся по лестнице. В руках он держал толстую книгу.

Уокер взял ее у пристава и открыл, быстро просмотрел и положил на стол в открытом виде. Потом пальцем ткнул в нужное место. Кармен Грир прибыла ранним утром понедельника. Ее увезли два часа назад представители управления исправительных учреждений Техаса. За это время у нее дважды был один и тот же посетитель. В девять часов утра в понедельник и в полдень во вторник к ней приходил помощник окружного прокурора.

– Сначала предварительный допрос, а потом признание, – сказал Уокер.

Других записей в журнале не было.

– Здесь все верно записано? – спросил Ричер.

– Гарантирую, – сказал судебный пристав.

Ричер еще раз посмотрел в журнал. Первый визит помощника окружного прокурора продолжался две минуты. Очевидно, Кармен Грир отказалась давать показания. Второй раз допрос продолжался двенадцать минут. Затем ее отвели наверх, чтобы записать на видеокамеру признание.

– И больше никто не заходил? – спросил Ричер.

– Были телефонные звонки, – ответил судебный пристав.

– Когда?

– Весь понедельник и во вторник утром.

– И кто ей звонил?

– Ее адвокат.

– Ее адвокат? – удивилась Элис.

Пристав кивнул.

– Он все время морочил мне голову. Пришлось постоянно выводить ее из камеры к телефону.

– И как зовут ее адвоката? – поинтересовалась Элис.

– Нам не разрешено задавать этот вопрос, мэм. Это конфиденциальная информация. Все беседы с адвокатом остаются тайными.

– Это был мужчина или женщина?

– Мужчина.

– Латиноамериканец?

– Не думаю. Он говорил нормально. Впрочем, голос казался немного приглушенным. Наверное, какие-то проблемы на линии.

– И каждый раз звонил один и тот же человек?

– Думаю, да.

Немного помолчав, Уокер отпустил судебного пристава. Они слышали его удаляющиеся шаги по коридору. Потом дверь за ним захлопнулась.

– Она не говорила нам, что ее кто-то представляет. Более того, Кармен заявила, что ей не нужен адвокат, – сказал Уокер.

– Она и мне сказала то же самое, – проговорила Элис.

– Необходимо выяснить, кто этот человек, – заметил Ричер. – Пусть телефонная компания проверит телефонные звонки.

Уокер покачал головой.

– Это невозможно. Разговоры между адвокатом и его клиентом являются конфиденциальными.

Ричер пристально посмотрел на Уокера.

– Вы действительно считаете, что это был адвокат?

– А вы думаете иначе?

– Я совершенно уверен, что ей звонил какой-то мужчина, который заставил ее солгать. Подумайте сами, Уокер. Когда ваш помощник попытался допросить ее в первый раз, Кармен отказалась с ним говорить. А через двадцать семь часов во всем призналась. И за это время она общалась только с человеком, звонившим ей по телефону.

– Но какими угрозами ее можно было заставить признаться в убийстве?



Команда убийц чувствовала себя неловко – няньками им быть еще не приходилось. Все они испытывали похожие чувства, и причины на то были одинаковыми. Они никогда прежде не держали в заложниках ребенка. Забрать девочку было обычной практикой, они и раньше использовали детей в качестве приманки. Женщина и высокий светловолосый мужчина отправились в «Красный дом» вместе, поскольку считали, что именно так должны действовать социальные работники. Они приехали в большом официальном седане и вели себя с профессиональной деловитостью. К тому же они с лицемерным видом повторяли, что выше всего ставят благополучие ребенка. Они привезли большую стопку фальшивых бумаг. Впрочем, бумаги были на официальных бланках. Однако бабушка ребенка даже не взглянула на них. Она не стала возражать, что показалось им странным, и сразу же отдала им ребенка, словно хотела побыстрее от него избавиться.

Девочка тоже не сопротивлялась. Все время, пока парочка убийц оставалась в красном доме, девочка молчала и не задавала вопросов. Казалось, она старалась произвести хорошее впечатление. В результате ее усадили в машину и увезли. Никаких слез, скандалов или истерик. Все прошло очень удачно. Так же гладко, как и с Алом Юджином.

Но потом ситуация изменилась. Радикально. Обычно они отвозили жертву в тихое место и спускали курки. Прятали тело и старались побыстрее унести ноги. Но сейчас они получили совсем другое задание. Им приказали спрятать ребенка. И не причинять ему вреда. Во всяком случае, в ближайшее время. Может быть, в течение нескольких дней. Ничего похожего им делать не доводилось. Профессионалы всегда испытывают тревогу в непривычных для них ситуациях. Тут уж ничего не поделаешь, такова природа профессионалов. Профессионалы остаются на высоте, пока действуют по привычной схеме.



– Позвоните в службу опеки, прямо сейчас, – предложил Ричер.

Хэк Уокер уставился на него.

– Вы задали мне вопрос, – сказал Ричер. – Что могло заставить Кармен сделать признание? Неужели вы сами не понимаете? Они могли захватить ее ребенка.

Уокер с трудом вышел из ступора, вздохнул и открыл ящик стола. Он вытащил оттуда тяжелую черную папку, полистал, нашел нужный номер и поднял телефонную трубку. Никто не ответил. Он набрал другой номер – очевидно, там имелись вечерние дежурные. Когда трубку сняли, Уокер сразу же назвал полное имя Элли, Мэри Эллен Грир. Последовала долгая пауза. Потом ему что-то ответили. Уокер внимательно выслушал. Ничего не ответив, он аккуратно повесил трубку, словно она была из стекла.

– Они ничего о ней не слышали, – сказал он.

Никто не произнес ни слова. Уокер прикрыл глаза, но через мгновение открыл их.

– Ладно, – сказал он. – У нас возникнут проблемы с людскими ресурсами. Конечно, нам поможет полиция штата. И ФБР, поскольку речь идет о похищении. Сейчас все решает быстрота. Они могли увезти девочку куда угодно. Вот почему я хочу, чтобы вы отправились в Эхо и поговорили с Расти. Нам необходимо описание внешности похитителей и все остальное.

– Расти не станет говорить с нами, – возразил Ричер. – Она не скрывала своей враждебности. Почему бы не воспользоваться помощью шерифа Эха?

– Он совершенно бесполезен. Сейчас он почти наверняка пьян. Нужно, чтобы этим занялись вы.

– Напрасная трата времени, – сказал Ричер.

Уокер открыл ящик стола, вытащил из коробки две хромированные звезды и бросил на стол.

– Поднимите правые руки и повторяйте за мной, – велел он.

Они повторили за ним слова клятвы. Уокер кивнул.

– Теперь вы стали помощниками шерифа в округе Эхо. Расти вынуждена будет говорить с вами.

Ричер лишь молча посмотрел на него.

– Что? – спросил Уокер.

– Здесь такое все еще возможно? Назначать помощников шерифа?

– Да, конечно, – кивнул Уокер. – Как на Диком Западе. А теперь давайте не будем терять время. Мне необходимо сделать миллион звонков.

Ричер взял хромированную звезду и встал. Впервые за последние четыре с лишним года он вновь представлял закон. Элис тоже встала.

– Встретимся в моем кабинете. Удачи вам, – сказал на прощание Уокер.

Через восемь минут они уже ехали на желтом «фольксвагене» на юг, в сторону «Красного дома», второй раз за сегодняшний день.



Трубку подняла женщина. Звонок прозвенел четыре раза, пока она вытаскивала из сумки и включала прибор, изменяющий голос. Но он ей не потребовался. Женщине вообще не пришлось ничего говорить. Она выслушала сообщение, довольно длинное, но четкое и однозначное, а потом сообщение повторили. Как только голос в трубке смолк, женщина нажала на рычаг и убрала электронное устройство в сумку.

– Сегодня, – сказала она.

– Что будет сегодня? – спросил высокий мужчина.

– Дополнительная работа. В Пекосе. Похоже, положение несколько ухудшилось. Они нашли тело Юджина.

– Так быстро?

– Дерьмо, – пробормотал смуглый мужчина.

– Да, дерьмо, – согласилась женщина. – Поэтому мы должны сделать дополнительную работу прямо сейчас, пока ситуация не вышла из-под контроля.

– Кто наша мишень? – спросил высокий мужчина.

– Его зовут Джек Ричер. Бродяга, бывший военный. Я получила описание внешности. С ним девушка-адвокат. Ей тоже нужно уделить внимание.

– И мы должны сделать это, одновременно нянчась с девчонкой?

Женщина пожала плечами.

– Как и договорились, мы будем держать ребенка здесь, пока это возможно, но у нас есть право все закончить, если возникнет необходимость.

Мужчины переглянулись. Элли наблюдала за ними с постели.

Глава 15

Ричер был не слишком разговорчив, пока они ехали на юг. Первые полтора часа он просто молчал. Сумерки спустились быстро, и он зажег свет в салоне, чтобы изучить карты, которые он вытащил из бардачка. Особое внимание Ричера привлекла крупномасштабная карта, на которой была изображена южная часть округа Эхо. Границей округа служила совершенно прямая линия, идущая с востока на запад. От ближайшей точки границы до Рио-Гранде оставалось пятьдесят миль. Тут было кое-что неясное Ричеру.

– Не понимаю, почему она солгала насчет бриллианта, – наконец заговорил он.

Элис пожала плечами. Она выжимала из своей желтой машины все, на что та была способна.

– Кармен лгала обо всем, – сказала она.

– Но с кольцом все иначе, – возразил Ричер.

– Почему?

– Другой вид лжи. Как яблоки отличаются от апельсинов.

– Я не понимаю.

– Кольцо – это единственная ложь, которую я не могу для себя объяснить.

– Единственная?

– Все остальное легко укладывается в схему. Кроме кольца.

Они проехали еще милю. Мимо проносились столбики указателей миль, возникавшие в свете фар на несколько мгновений.

– Ты знаешь, что происходит, верно? – не совсем уверенно сказала Элис.

– Ты когда-нибудь конструировала что-то при помощи компьютера? – спросил Ричер.

– Нет.

– Я тоже.

– И что?

– Но ты имеешь представление о процессе?

– Довольно смутное, – призналась Элис.

– Можно выстроить на мониторе целый дом, автомобиль или еще что-нибудь столь же сложное. Можно раскрасить его, изменить какие-то детали, можно его рассматривать. Если это дом, то ты можешь войти внутрь или обойти его. Ты можешь вращать изображение, смотреть на фасад и на обратную сторону. Если речь идет о машине, посмотреть, как она выглядит при дневном освещении и ночью. Ты можешь вертеть ее во всех плоскостях, изучать с любого направления. Ты можешь устроить катастрофу и посмотреть, что получится. Все кажется реальным, но на самом деле дом и машина реальны только в виртуальном мире.

– И каков твой вывод?

– Я представляю всю ситуацию в своем сознании, как дом в памяти компьютера. Изнутри и снаружи, сверху и снизу. За исключением кольца. Кольцо все портит.

– Не хочешь мне объяснить?

– А зачем? Сначала я должен разобраться сам, – ответил Ричер.

– С Элли все будет в порядке?

– Надеюсь. Мы туда едем именно для этого.

– Думаешь, ее бабушка поможет нам?

Он пожал плечами.

– Сомневаюсь.

– Так чем же эта поездка поможет Элли?

Ричер ничего не ответил. Просто открыл бардачок, положил карты обратно и вытащил «хеклер-и-кох». Достал обойму и проверил ее. «Никогда ничего не принимай на веру». В обойме по-прежнему оставались все десять патронов. Он вставил обойму на место и отправил патрон в ствол. Потом взвел курок и поставил пистолет на предохранитель. Откинувшись на сиденье, Ричер засунул оружие в карман.

– Ты считаешь, тебе понадобится пистолет? – спросила Элис.

– Рано или поздно, – ответил он. – У тебя в сумочке есть запасная обойма?

Она покачала головой.

– Мне и в голову не приходило, что я когда-нибудь воспользуюсь оружием.

Ричер ничего не ответил.

– Ты в порядке? – спросила Элис.

– В полном порядке. Примерно так, как ты чувствовала себя во время процесса по делу Гарсия, но до того, как Бревер отказался платить.

– Да, я испытывала приятные ощущения, – согласилась Элис.

– То было твое дело, верно?

– Пожалуй.

– А это мое дело. Именно для таких дел я создан. Ради возбуждения, которое испытываешь, преследуя врага. Я следователь, Элис, всегда им был и всегда им буду. Я охотник. И как только Уокер дал мне звезду, у меня заработала голова.

– Ты знаешь, что происходит, верно? – снова сказала Элис.

– Если не считать кольца с бриллиантом.

– Расскажи.

Он не ответил.

– Расскажи, – настойчиво попросила Элис.

– Ты когда-нибудь ездила на лошади?

– Нет, я городская девочка. Самое большое открытое пространство, какое мне довелось увидеть в детстве, – центральная часть Парк-авеню.

– А я садился на лошадь однажды – вместе с Кармен.

– И что же?

– Лошади очень высокие. Наездник находится высоко в воздухе.

– Ну и?

– А на велосипеде ты каталась? – спросил Ричер.

– В Нью-Йорке?!

– А на роликовых коньках?

– Немного, когда это было модно.

– Ты когда-нибудь падала?

– Один раз, и довольно сильно.

Он кивнул.