– Там много чего лежит! – смущенно признался Бом. – И много чего дарят! В прошлый раз боты выпросил! Мировые люди! Щедрые!
– Люблю тематические вечера! – не промолчала и Кирея.
– Рос! Я у тебя никогда ничего не просил! – пробасил гном. – Дай приглашение!
Ну да, коротышка сейчас переживает, что останется без приглашения и его ненаглядная Кэлен отправится туда, куда он при всем желании не сможет попасть.
– Ладно! – сдался я. – Мне не жалко! Идите и тусите, дети мои! Но только после того, как забьем всех крабберов!
– Я их всех сама сейчас замочу! – зловеще пообещала Кэлен, сжимая загоревшиеся алым пламенем кулаки. – Ради приглашения!
– Все-все, – замахал я руками. – Не расслабляйтесь! Через пару минут выступаем! Думаю, мы совсем рядом со стоянкой крабберов.
Все замолкли, и я облегченно перевел дух.
«Тематическое чаепитие»… я не я буду, если эта самая «тематика» не связана с морским делом. Как-никак, будущий поход к Зар’грааду сейчас самая модная тема. Писк сезона. И явно на «чаепитии» будет немереное количество народа, так или иначе связанных с кланом Неспящих либо напрямую, либо косвенно.
И после торжественной части за меня вновь плотно возьмутся. Надо брать с собой Киру… без союзника мне там не выстоять.
Или вовсе забить и не ходить? Пусть камрады веселятся, а я по пустошам побегаю и монстров нашинкую…
Варианты так себе…
Последнюю остановку перед решающей битвой мы сделали еще через сорок с лишним минут. И большую часть этого марафона по гулким подземельям мы сделали по колено в затхлой воде, перебираясь с одного каменистого островка на другой. Никогда раньше я и не думал, что канализация Альгоры настолько громадна! Даже представить себе такого не мог! Мы преодолели километры! Целые лиги под землей! Каких только монстров не видели! Каких только растений! Прямо-таки подземный затерянный мир… давящий на психику, словно чудовищная наковальня.
Но все когда-нибудь заканчивается. И вот сейчас мы лежали тихо, словно мышки, затаившись в воде, между иззубренных каменных осколков. Лежали и неотрывно смотрели вперед и вниз. По сути, мы находились на самом краю глубокой впадины, больше всего похожей на гигантский кратер от бомбы. Там, среди грязевой жижи, копошилась целая уйма монстров, непрерывно водящих ужасный хоровод вокруг пяти крабберов, застывших в полной неподвижности. И над всем этим скоплением висел здоровенный зеленый шар, источающий довольно яркий, но какой-то тусклый и потусторонний свет.
Все наше внимание, поначалу рассредоточенное по всей зоне, постепенно и неотвратимо сосредоточилось в центре грязевой ямы, где торчал большой каменный обломок, вздымаясь над грязью на пару метров. И на этом самом обломке, словно на троне, величественно сидел невероятно отвратный и гигантский краббер. Панцирь разрисован несметным количеством узоров и непонятных символов, плечи окрашены в серебристый цвет – выглядело точь-в-точь как погоны офицерского состава. Вернее, эполеты. Клешня также окрашена в золотой и серебряный цвета. В полоску. В общем и целом при одном только взгляде на этого монстра сразу создавалось впечатление, что он уж точно не простой рядовой из войска крабберов. Больше смахивал на генерала, почему-то оказавшегося во главе совсем небольшого отряда.
Но и центральная фигура краббера-предводителя вскоре потеряла свою значимость для нас. Потому как мы ошиблись. Это был не просто временный лагерь крабберов. И даже не постоянный. Крабберы здесь работали.
Стоило приглядеться повнимательней, и сразу становилось ясно, что внешне бессмысленная возня в зловонной грязи имеет глубокий смысл. Все эти крутящиеся, ползающие и прыгающие создания вполне осмысленно копошились в грязевой жиже, постепенно выталкивая ее от центра к краям, откуда она стекала в узкие щели и уходила дальше, уносясь по бесчисленным стокам канализации Альгоры. Орудовали всем, что имелось в наличии: плавниками, мордами, всем телом и прочими отростками и придатками. Прямо говоря, мы сейчас наблюдали за крайне медленным и вывернутым наизнанку грязевым водоворотом. Волны грязи медленно оттекали от центра к краям, и этот цикл повторялся безостановочно. Крабберы не просто нежились в грязи. Они наблюдали за тем, как их приживалы старательно углубляли яму, погружаясь все глубже и глубже.
Мы все это видели, но ответа на главный вопрос не знали.
Зачем крабберы это делали?
Что-то искали?
Несомненно.
Но тогда что именно они ищут со столь большой старательностью?
Это могло быть что угодно.
– Сами себе могилу роют, – кровожадно прошептал Бом, залегший в расщелину и накидавший на себя лоскуты мха. Прямо-таки вылитый замшелый валун.
– Или нам, – столь же тихо ответил я. – Та еще толпа… запинают и не заметят. Кирея…
– Секунду, – ответило мое чудо, замаскировавшееся под грязевой холмик. – Анализирую. Не отвлекайте.
Больше я ее не тревожил, вернувшись к созерцанию грязевых монстров. Мне не переплюнуть громадный боевой опыт Киры, основанный на групповых боях и совместной тактике. Я-то всегда был одиночкой. А вот Кира участвовала в настоящих войнах, возможно, даже целые полки водила в атаку, не говоря уж об осадах.
Поэтому я и не стал мешать ей «анализировать». Пусть себе думает. Может, и надумает чего-нибудь этакого…
А я пока за уродцами понаблюдаю. Правда, кроме как на крабберов, смотреть было не на что. Все из-за грязи. Каждое копошащееся в жиже существо было облеплено толстенным слоем черной грязи. Идентифицировать их можно было только по неясным контурам тела и по надписям. Множество тонких змеиных тел, скользящих по грязевой жиже и оставляющих за собой медленно исчезающий извилистый след. Что-то вроде очень жирного пингвина. А вот существо, крайне похожее на тюленя с длинным рогом на лбу. Та еще мешанина… Наособицу выделялась парочка гигантских крабов, ловко передвигающихся в яме и орудующих сразу несколькими конечностями. Прямо-таки живые экскаваторы, с легкостью выдирающие комки грязи из общей массы и выворачивающие редко попадающиеся каменные обломки.
Черные подземелья, черная яма, черная грязь и черные монстры… так и напрашивалось на язык словосочетание «черные археологи». И, похоже, это самое словосочетание попадало точно в цель. Ведь крабберы на самом деле усиленно занимались раскопками в поисках чего-то очень им нужного.
– В общем, так, – ожила Кирея. – Дело плохо. Эта толпа шутя сомнет нас еще до того, как в бой включатся крабберы. Слишком уж их много.
– Ты всегда умела меня обнадежить, – безрадостно улыбнулся я.
Отступать? После всего, что мы преодолели? Провалить задание… или же вернуться за подмогой и вновь блуждать по многокилометровым подземельям? Та еще перспективка…
– Поэтому, если хотим выжить, действовать надо очень умно, – продолжила девушка, утирая со щеки потекшую грязь. – Слушайте внимательно. Монстры разнородны. Во всем. Размеры, силуэт, приспособляемость к суше, выживаемость, скорость и прочее. Самый главный фактор – это их усталость. Видели, как часто некоторые группы прекращают рыть и замирают в неподвижности на несколько минут?
– Н-нет, – с запинкой признался я. Остальные сопартийцы так же отрицательно покачали головами.
– М-мда… – сокрушенно вздохнула Кирея. – Вы их, наверное, и на группы-то не разделили. Просто видите кучу монстров, да?
– Ага, – радостно кивнул Бом. – Точняк! Монстро-солянка, замешанная на грязи.
– В этом и есть главная проблема любителей, – еще раз вздохнула Кира. – Так вот, эти группы останавливаются в разное время, но иногда время их неподвижности совпадает. Именно в этот момент мы и должны ударить оставшейся массой издали и продолжить огонь на поражение всем дальнобойным арсеналом, что есть в наличии. Причем сделать это надо до того, как они окончательно прекратят раскопки. Вы же поняли, почему они иногда останавливаются?
– Усталость? – первым высказал я забрезжившую догадку.
– Угу. Усталость. Выносливость мобов небезграничная. Они так же выдыхаются, как и мы с вами. Это и есть их самое слабое место. Я набросала план боя, сейчас озвучу.
– Ты что, в реале полковник? – ошарашенно пробормотал Крей.
– Не… – хмыкнула девушка. – Просто опыт игры. Слушайте. Я подсчитала интервалы между остановками и периоды, когда эти интервалы совпадают. Где-то через семь с половиной минут будет самая большая остановка – замрут сразу три условные группы. Это примерно процентов шестьдесят от общего числа противников. Что самое вкусное – замрут наиболее многочисленные группы. Вот в этот самый момент мы и должны ударить, когда враг обессилен и не в состоянии двигаться. Что даст нам много преимуществ. Первое – они не смогут сразу перейти в атаку. Второе – они не смогут маневрировать и уклоняться, что позволит нашему массированному удару попасть в цель почти со стопроцентной вероятностью. Третье – тем из врагов, кто еще будет обладать мобильностью, придется атаковать нас снизу вверх, двигаясь по скользкому и довольно крутому склону. Четвертое – на нашей стороне эффект внезапности. Пятое – наша группа обладает заклинаниями-препятствиями, типа «терновая стена» и «каменные пики». Это еще больше замедлит противника. Шестое – вражеский командир не сможет распоряжаться всем имеющимся войском, потому как отряды ошарашены, дезориентированы и обессилены. Тем самым у нас появятся все шансы уничтожить практически всю мелочь и много крупняка еще до того, как они приблизятся на расстояние атаки, и до того, как воины ближнего боя вступят в схватку. Я оцениваю наши шансы довольно высоко, при условии, что все будут действовать слаженно, вовремя, и если никто не наделает глупостей. Все ясно?
Ответом была ошарашенная тишина.
Я и то с трудом удерживал каменное выражение лица. Столь подробного плана я еще никогда не слышал.
– Я… ясно, – выдавил Док. – Это… Кирея, тебе в «реале» работа не нужна случайно? Могу устроить! Хорошая должность! Хорошие деньги!
– У меня уже есть работа, – мило улыбнулась Кира. – Я приглядываю за одним чудиком… Итак, в чем будет заключаться наша стратегия, вы уже поняли. Теперь перейдем к тактике. Текущие позиции вполне удобны, только Бому и Крею сразу после начала атаки надо будет выдвинуться вперед на пару метров, чтобы соединиться со мной в единую связку. Док встанет сразу за нами. Док, как только начнется атака, сразу же врубай все ауры, что у тебя есть. Рос, Орбит и Кэлен позади всех. Классика жанра, проверенная опытом. Осталось три минуты. Достаем все, что есть из «массы». Все полностью. От самого крутого до самого маломощного. Самая главная наша задача – нанести максимум ущерба врагу при первой же атаке. Второго шанса не будет. Приступаем, бойцы. Маги, не забудьте достать все запасы эликсиров, восполняющих ману. Всем, у кого есть усиливающие зелья, – выпить их сразу же после начала боевых действий.
– Охренеть просто, – едва-едва слышно пробормотал я, подтягивая к себе мешок. – Котенок оказался саблезубым тигром… а я его гладил по шерстке… как не сожрал…
– Что-то не нравится? – столь же тихо поинтересовалась Кира, единственная, кто услышал мое бормотание.
– Что ты, что ты, – прошептал я. – Просто восторгаюсь вслух.
– Ну-ну, – хмыкнула Кира и уже громче добавила: – Две минуты до часа икс.
Короткое движение, и перед будущей паладиншей появился набор из пузырьков разных форм и размеров. Особняком выделялось шесть флаконов, больше всего смахивающих на выполненные из хрусталя боевые гранаты. Внутри лениво пузырилась пронзительно-синяя жидкость, а на этикетке красовалось объемное облако взрыва и разлетающиеся обломки. Взрывные зелья. Наверняка такие же, какие использовал Влас, когда гонял горных троллей, сидя верхом на грифоне.
– Последнее слово в переговорах, – проинформировала Кира, поймав мой заинтересованный взгляд.
– Фига себе у вас переговоры проводятся, – фыркнул я, доставая из мешка куда более бедный ассортимент.
Зелья маны в основном. Энергия мне понадобится прежде всего.
– Всем воинам подгрести к себе как можно больше камней, – продолжала командовать Кира, полностью поглощенная деталями будущей схватки. – Мелочь не гребите. Выбирайте такие большие камни, чтобы как раз по силе приходились. Чем больше камень, тем больше шансов, что при попадании врага собьет с ног. Или с плавников… или со щупалец… блин… собирайте камни, короче. Первую прорвавшуюся сквозь боевую магию волну встретим именно ими. Док, собери у всех «светляки» и «столбы». Как только скомандую, сразу зажигай все без остатка. Пусть будет светло и жарко. Нам хорошо, а врагам так себе – ни прицелиться, ни толком рассмотреть. Все, что увидят, так это только слезы в своих прищуренных глазах.
Красиво сказала…
Что удивительней всего – мы все слушались Киру безоговорочно. Никто не возражал, никто не предлагал свои варианты, никто не обсуждал уже имеющийся план действий. А ведь у нас в группе нет установленной иерархии. Формально я лидер, но никогда не ставил себя выше других. Кира поступает так же. Но ее слушают, хотя она самый новый член группы. В который раз убеждаюсь, что она самый настоящий паладин и по классу, и по духу. Предводитель, окутанный сияющей аурой…
Еще несколько минут пролетели незаметно, занятые спешной подготовкой.
Выждав секунд двадцать, внимательно всматривающаяся в монстров Кира рывком выпрямилась в полный рост, скидывая со сверкающих доспехов корку грязи, и в голос произнесла:
– Понеслось!
Два взрывных зелья по пологой дуге унеслись к центру грязевой ямы. Еще до того, как они упали, в воздухе прошелестела следующая пара «бомб», на этот раз направленная в разные точки в пределах ямы.
Не отставая, я выставил руку и рявкнул:
– Огненный шар!
С моих рук сорвался гудящий сгусток пламени и унесся прямо к медленно копошащимся внизу монстрам.
– Огненный шар! – поддержала меня Кэлен. – Сгусток яда!
Рядом со мной пролетел еще один огненный шар и здоровенная капля тягучей зеленой жидкости.
– Камень «куриная ляжка»! – рыкнул лысый эльф, бросая в сторону врага самый обычный камень. От такого «заклинания» я едва на ногах устоял.
В одно мгновение грязевая яма превратилась в проснувшийся гейзер. Там и сям в воздух вздымались фонтаны липкой грязи и каменного крошева, в воздухе крутились тела противника. Огненные шары с фырканьем врезались в сплоченные группы и шеренги монстров. К фонтанам добавилось бушующее пламя. А мы продолжали щедро тратить весь скудный запас свитков. Тратить без остатка, тратить прицельно, выискивая взглядом самые большие скопления тварей.
– Каменный дождь! Облако дыма! – как заведенная тараторила боевая волшебница, а с ее рук падал дождь праха от израсходованных свитков.
Громыхнуло, над ямой пошел ливень из камней. Верещащих, свистящих и пищащих уродцев вбивало в грязь по самую макушку. Яму заволокло пепельно-серым облаком, дезориентирующим и ослепляющим врагов. А нам это не мешало – контуры ямы проглядывались, больше и желать нечего. Бей в центр и не ошибешься.
В дымном мареве сдвоенно грохнуло. Последние взрывные зелья показали себя во всей красе. Перед моими глазами бежал нескончаемый список полученного опыта, мелькали причудливые названия убитых монстров, полыхнуло радостное сообщение:
Вы получили новый уровень!
Эффект «почувствуй себя терминатором». У него так перед глазами бежал поток информации, когда он глядел на врага. Вот и у нас то же самое. Только в удесятеренном количестве. Каждая строчка – убитый монстр. А этих строчек уже десятки. Твари умирали пачками. А мы еще даже не сдвинулись с места.
Оставшись без свитков, я выставил перед собой руки, и где-то там, посреди бушующей грязи и дыма, возникли сразу две «терновые стены». Колючие и цепкие. На этом я не остановился, продолжая и продолжая повторять верное заклинание, высаживая настоящий лабиринт из колючих зарослей. Мана уходила как в бездонную яму, но сейчас меня это не смущало. Больше! Больше терновника! Больше колючек! Больше растительных стен! Больше веселеньких белых цветочков! Будут цветами на их надгробиях!
– Каменные пики! – подключилась к бойне Кэлен Ищущая, так же «палящая» сразу с двух рук. – Пики! Пики! Пики! Пики!
– Буби! – заорал Орбит, бросая в сторону врага очередной камень.
Несколько поредевшая дымовая завеса раздалась в нескольких местах, в нашу сторону рванулось несколько десятков мобов. Очухались твари. Вот и первая волна.
– Игнорируем! – звонко выкрикнула Кира. – Продолжаем бить в центр всем, что есть! Там целые лежбища остались! Воины! Камнями самых ближних!
– Бей тюленей! – проорал Бом, с натугой поднимая над головой огроменный камень размером чуть ли не с корову. – Пошел!
С опозданием в долю секунды поднапрягшийся Крей бросил вниз и свой не менее внушительный «подарок».
Нагнувшись, я подхватил с грязи пузырек маны и в один глоток высосал его, восполняя энергию. Косой взгляд вниз – и я как раз застал момент, когда упавшие каменюги накрыли самых ретивых ворогов. Накрыли и неудержимо покатились дальше, подминая под себя попавшихся на пути тварей. С удвоенной скоростью я продолжил «высаживать» терновник, упорно целясь по центру перелопаченной грязевой ямы.
– Рос, подсеки уродцев первой линии! – скомандовала Кира, и я сместил прицел чуть ниже, высадив пяток «терновых стен» прямо среди обессиленных и израненных монстров. После чего заглотнул сразу два пузырька маны, одновременно «тасуя» заклинания и «вливая» в правую руку «угли». Скоро придет пора прицельного огня на ближней дистанции.
– Кэл! Теперь ты!
Боевая волшебница не заставила себя ждать и, выкрикнув что-то звонкое и явно нецензурное, взмахнула руками. Переваливающегося в грязи мордастого жителя океанских глубин, больше всего похожего на помесь морского котика с бульдогом, насадило на мокрый иззубренный скальный пик и мгновенно убило. А место его гибели тут же заполонили рвущиеся вперед враги. А ведь мы видели картину боя только урывками, частями, фрагментами. Строчки опыта продолжали бежать и бежать. Там в грязи безостановочно гибли самые мелкие приживалы крабберов – крохотные змейки, черви, рыбки, прочие невероятные создания. А мы их даже не замечали среди пузырящейся и чуть ли не кипящей грязи. А еще мы пока не видели самих хозяев – крабберов. Где эти чертовы крабы-переростки?
– Огонь по первым рядам! – отдала Кира хлесткий приказ, в то же время швыряя вниз несколько каменных обломков.
Следующие пятнадцать секунд я безостановочно «палил», накрывая «стенами» и «углями» всех, кто на глаза попадется, стараясь целиться в самых ретивых и при этом стараясь не «пересекаться» огнем с Кэлен, чтобы равномерно рассредоточить боевую магию по всем рядам.
Получалось неплохо. Врагов насаживало на терновые колючки, на каменные пики, сбивало с ног камнями и обжигало «углями». Сплошное месиво из скрюченных в грязи, кувыркающихся или ковыляющих тварей. Как в кошмарном сне. Про слух и говорить нечего – лично у меня он давно уже практически отключился, избирательно реагируя лишь на голоса сопартийцев. Потому что от дикого визга, скрежетания, скулежа, свиста и хруста у меня закладывало уши. Враги не желали умирать молча. Каждый из погибавших монстров вносил свой вклад в общий шум, отчего нам не становилось легче.
– Вот они! – с напряжением произнесла Кэлен.
– Трое! – поддержал ее отлично видящий Крей. – Закрывают буркала клешнями, уроды! Молоток, Док!
Док?
Ах да… свет.
У меня совсем выпало из головы. А Док сработал вовремя, и теперь над нашими головами и у земли сияли ярчайшие магические прожектора. Мы буквально купались в свете. Тонули в нем. Но продолжали отчетливо видеть противника.
А вот врагам, в отличие от нас, приходилось туго. Они в прямом смысле слова «шли на свет». И больше не видели ничего. Только свет, и ничего, кроме света.
Обычно свет означает спасение. Выход. А в нашем случае свет означал смерть. Шли, чтобы умереть. Как мотыльки, что слетаются на манящий свет лампы.
– Маги! Огонь на крабберов! Орбит! Призраков на первые ряды врага! Бей!
Наши с Кэлен руки синхронно нацелились на смутные и раскачивающиеся силуэты грозных крабберов. Убрав из левой ладони «стену», я поместил туда «осколки», и сейчас на груди идущего впереди варвара глубин расцветали огненные вспышки и разлетались ледяные брызги от моих попаданий. Краббера шатало, он спотыкался, но упорно шагал вперед, переставляя все четыре свои ноги и с каждым шагом становясь все ближе к нам. А я еще возомнил себя терминатором. Я ошибся. Настоящие терминаторы там, впереди, что идут к нам, принимая на себя магические удары, но упрямо игнорируя их.
За ним, как за флагманом, прикрываясь его телом, шагало еще два костяных урода. Причем один был совсем плох – он ковылял только на трех ногах. Четвертая безвольно волочилась по грязи. Еще один красовался глубоким разломом на грудной броне. А еще двоих я не видел. Не было их! Где эти твари?! Где предводитель?! Убегает?! Обходит с фланга?! Залег в укрытии?!
– Это еще что за хрень?! – ошарашенно прогудел Крей, задирая голову вверх.
Там, под темным сводом пещеры, прямо над зеленым светильником крабберов, висела в воздухе белоснежная фигура ангела с золотым нимбом над головой. Ангелы явились нам…
– Пусть себе висит! Пусть наблюдает! – крикнула Кира, поднимая копье для броска. – Не вздумайте пальнуть по нему!
– Интере-е-есно ведь! – разочарованно произнес Орбит, взмахом руки отзывая кинувшегося было к ангелу одного из своих духов.
На кровавую бойню пожаловал Бес. А чертов лысый эльф едва не саданул по нему! Вот было бы весело!
Через секунду белая фигура подернулась радужным маревом и исчезла. Ангел покинул нас.
Зачем Бес приходил? Кто его знает. Но вмешиваться он не может. Игровой процесс свят. Так что плевать на ангелов. Бей крабберов!
Хоть я и отвлекался на ангела, мои руки продолжали действовать сами собой. С каждой ладони безостановочно срывались боевые заклятья. Краббер пошатнулся, его ноги подогнулись, и он тяжко упал в грязь, придавив нескольких из своих прилипал. Он еще был жив, пытался подняться, но боевая магия все била и била по нему, срывая фрагменты костяной брони и оставляя подпалины на сочленениях. Мы были беспощадны. Сосредоточенный огонь двух боевых магов сделал свое дело, и краббер с последним криком-стоном рухнул плашмя и замер, уткнув голову-шлем в черную грязь. И все-таки он еще не умер – они очень живучи. Вскоре тварь встанет, если мы ей позволим.
– По первым рядам!
И вновь мы переместили огонь, на ходу тасуя заклинания. И вновь подобравшихся вплотную монстров накрыло колючими зарослями и зазубренными каменными шипами. И вновь я глотал эликсиры маны. А воины заглатывали усиливающие зелья, готовясь встретить врага мечами и топорами.
Я действовал как автомат, двигаясь рывками и по наитию выбирая цель. Перед глазами мелькали разрозненные фрагменты схватки.
Ползущая в грязи толстая змея хищно вскинулась, как кобра, но на ее голове тут же повис визжащий Нафаня, многочисленными туманными лапками впиваясь ей в глаза и шею.
Овальный, похожий на мяч для регби камень, с хрустом влетел в переносицу тюленя-переростка, отбрасывая его назад, прямо в колючие объятья «терновой стены». Хорошая работа, Бом.
Еще один призрак накрыл собой двух морских угрей, украшенных шипами вдоль хребта. Накрыл, засветился и тут же опал, рассеявшись клочьями тумана. А Орбита пошатнуло, его жизнь скакнула вниз. Откат. Дух не справился и погиб. Бдительный Док прекратил бросать мелкие камни и комья грязи, бросившись к пострадавшему. А лысый эльф, вытирая слезы скорби, уже вызывал еще одного призрака.
С озлобленным рычанием Тиран бросается на проворного слизняка и треплет его, словно тряпку. Откидывает обмякшего противника в сторону и кидается на следующего – крохотную пятнистую водяную змейку, скользящую по грязи.
Кира, подавшись всем телом вперед, бросает последнее трофейное копье, насквозь пронзая тело монстра, больше всего похожего на комок спутанных морских водорослей.
Позади раздается паническое причитание лохра, спрятавшегося по моему приказу в глубокой расщелине. Лохр в дикой панике, но сейчас нам не до его переживаний.
Упавшая на колени Кэлен с двух рук проходится по всей длине первых рядов наступающих монстров, рассылая веер «углей». Ее лицо искажено, нижняя губа прикушена, в глазах плещется дикий азарт. Либо мы их, либо они нас.
Крей с размаху всаживает топор в грязь у своих ног, убивая сразу несколько мелких, но наверняка ядовитых змей. Док кидается к гному, заметив, что шкала его жизни немного скакнула вниз. Змейки все-таки зацепили Крея.
– Хорошо! По крабберам! Все, кроме меня, Бома и Крея! Пора прикончить уродов! Это наша земля! – громогласно выкрикнула Кирея Защитница, потрясая мечом в воздухе.
– Это не наша земля! – заорал я в ответ. Похоже, Кира забылась. Вспомнила старые времена, когда их клан защищал свои земли. Вот, значит, как она вдохновляла соратников… воистину паладин из паладинов… И дурак Гоша послал такого бойца на перерождение?
– По привычке ляпнула! Все равно бей!
– Бью, бью, – прохрипел я, отступая назад на несколько шагов.
Маг не любит ближней дистанции, а она становилась все короче и короче. Но и врагов все меньше.
Запущенная нами мясорубка не снижала оборотов, но «мясо» подходило к концу.
– Урове-е-ень! – торжествующе завопил Док. – Еще один! Е-е-е-е!
Вот и опыта насобирали. Скоро и другие «апнутся». Что меня как лидера не может не радовать.
– Еще двое! – хрипло завопил Крей, мощным пинком отбрасывая попытавшееся впиться в его ногу непонятное создание, чем-то смахивающее на мохнатую медузу. – Босс!
– Вот теперь весело будет! – заорал я в ответ, глядя, как к нам размашисто шагает еще двойка свежих крабберов. Последним двигался предводитель. Тот самый, позолоченный и посеребренный. Вот только насколько я мог видеть, позолота и серебро остались лишь на чудовищной клешне, тогда как на плечах и груди были лишь клочки былого великолепия. Первые наши взрывы все-таки достали урода. А судя по обильным потекам грязи на его броне, возможно, что и прикопали ненадолго. Уж что-что, а с трона мы его скинули точно. Да прямо мордой в грязь. То-то он таким обиженным на весь мир выглядит. С трона прямиком в могилу – на такое любой обидится.
– Выкладываемся по полной! – звонко вопила Кирея, сноровисто орудуя мечом и щитом. – До того, как они дойдут, надо добить всех остальных, включая крабберов-рядовых! Рос! Бей только по лидеру! Мы займемся всеми остальными!
– Есть, мэм! – дурашливо и немного невнятно отозвался я, заглатывая ману. – Сейчас долбанем!
И вновь завертелось. По моим подсчетам, из приживал крабберов в живых осталось не больше трех-четырех десятков. Их уже можно было смело сбрасывать со счетов. Один из крабберов целовал землю, двое других искалечены и обожжены. Главную опасность представляла последняя пара относительно целых и крайне злющих варваров глубин.
Глядя, как мои «пламенеющие» угли с жужжанием безобидно отлетают от грудной пластины предводителя, я не на шутку заволновался. Я вообще толком не наносил этой четырехногой громадине никакого урона. Чувствовал себя, как подросток, с рогаткой вышедший против танка.
Это понял не только я, но и наш паладин.
– Воины! Готовьтесь к броску! Пятнадцать секунд атаки, и сразу отступление! По моему сигналу! Орбит! Убери призраков назад! – надсаживаясь, прокричала Кира, доставая из поясной сумки белоснежный лист пергамента. – Последний козырь! Лед!
Белый свиток разлетелся на тысячу крохотных снежинок и миниатюрным снегопадом устремился к земле. А все раскинувшееся перед нами поле боя с похрустыванием накрывало ледяной коркой. Грязь застывала до каменной твердости и покрывалась льдом. Лужи воды промерзли полностью. Все живое, попавшее в лед, мгновенно застывало гротескными ледяными статуями и либо погибало, либо было не в силах двигаться. Замерли и крабберы, превратившись в ледяных истуканов.
– В атак-у-у! – с боевым кличем Кира ринулась вперед, увлекая за собой остальных воинов.
Кэлен перешла исключительно на «каменные пики», разумно не используя огонь. По льду заскользили призраки эльфа, буквально обнимая вмороженных в лед врагов, приникая к ним всем телом и убивая.
А я… а я на пару секунд выпал из боя, завороженно смотря на снег. Перед глазами мелькнуло видение ледяного берега с накатывающейся на него почти черной водой с пляшущим на ее поверхности ледяным крошевом.
– Ро-о-ос! – крик Киры вырвал меня из состояния ступора, и я рывком вернулся к реальности.
– Норма! – заорал я, понимая тревогу Беды.
Но я в порядке. В абсолютном порядке.
А в моих ладонях светится боевая магия. Никаких углей или терновника. Только «ледяные осколки» вылетели из моих рук, устремляясь к целям, как пули. Лед против льда.
Зрелище феерическое, незабываемое, не стираемое из памяти даже спустя годы и десятилетия.
По бугристой ледяной корке, поскальзываясь и размахивая руками, мчатся темные фигурки воинов, сопровождаемые туманными призраками. Они на мгновение замирают у очередной ледяной статуи, коротко обрушиваются мечи, врубается в лед топор, и статуя со звоном разлетается на куски. А воины и призраки уже мчатся дальше, не обращая внимания на то и дело визжащие над ними очереди ледяных осколков и на вырастающие изо льда серые каменные шипы. Воющие призраки иногда проносятся прямо сквозь лед и замерзшие тела врагов, и тогда статуя обрушивается, казалось бы, сама собой, разлетаясь в мелкое крошево. Последние пять секунд растягиваются очень долго, время словно бы замирает – настолько мы сосредоточены на нанесении максимального урона. Воины и призраки разбиваются на две группы. Бом с Креем с яростными воплями избивают первую тройку крабберов, тогда как Кира во главе своры призраков налетает на застывшего исполина-предводителя, уже ворочающего своей страшной клешней, крошащей лед.
Летящие перед глазами строчки опыта уже не замечаются мною, равно как и получение очередного уровня.
Вы получили новый уровень!
Сейчас мне глубоко плевать на опыт. Стиснув зубы, я прицельно бью по врагам, превратившись в изрыгающую лед пушку, гордо стоящую на вершине склона. Рядом стоит боевая волшебница, что-то яростно шипящая сквозь зубы, непрестанно создающая все больше и больше каменных пиков.
– Наза-а-д! – круто развернувшись, Кира мчится назад. Поскользнувшись, она рушится на землю, но тут же подхватывается, и серебряный воин продолжает свой бег, догоняя гнома с полуорком. На поле боя остаются лишь надсадно воющие призраки, продолжающие терзать противника. И боевая магия продолжает бить врага.
Огромное ледяное поле трещит и покрывается зияющими трещинами, с каждым мигом становящимися все шире. А предводитель крабберов уже высвободился из плена и сбивает с себя последние куски магического льда. Его клешня ударяет по стоящему рядом крабберу, ломая окружающую его ледяную корку. И в этот момент прямо под его ногами раздается громкий взрыв. Обеих тварей подбрасывает в воздух и раскидывает в разные стороны. То ли случайность, то ли молниеносная реакция Кэлен, но предводитель с размаху налетает броневой спиной прямо на выросший из оттаивающей грязи каменный шип и корчится на нем, словно букашка на булавке. Насквозь не пробило, но спинная броня должна быть повреждена.
Но взрыв?! Еще одно взрывное зелье?
Да. Наверняка. Потому что Кира этого явно ожидала и, круто развернувшись, вновь мчится к дезориентированным и сбитым с ног врагам.
Вот это паладин! Она не только успела поорудовать мечом, но и подложить припасенное зелье. Вовремя ушла из зоны взрыва и сразу же вернулась назад. Опытный игрок всегда имеет в рукаве пару тузов. Лед и граната – неплохой набор на все случаи жизни.
Сообразившие, что к чему, Бом с гномом уже бежали следом, нацелившись на краббера-рядового. Их опередила стая призраков, налетевших на ворочающегося среди грязи и кусков льда краббера, словно стая голодных волков на оленя. Налетели и принялись рвать на куски, вцепляясь призрачными клыками и лапами куда попало, лишь бы зацепить, лишь бы нанести удар. Краббер одним рывком подался в сторону, перекатился, с диким воем несколько призраков рассеялись клочками тумана, Орбита швырнуло на колени. Подлетевший к нему Док ухватил эльфа за плечи, вливая в него жизнь.
С ожесточенными криками воины били предводителя, все еще не сумевшего встать на свои четыре крабьи лапы.
Мы тоже не стояли на месте и впервые за весь бой перешли в наступление. Два мага, заклинатель духов и лекарь бежали вниз по склону, торопясь приблизиться на дальность прицельной стрельбы. Сейчас, когда врагов закрыли спины наших товарищей, выпускать боевую магию наугад было невозможно. Док бежал впереди всех, смешно задирая длинные ноги. Похвально. Наплевав на собственную безопасность, доктор спешил на помощь нуждающимся. Следом за Доком радостно мчится черно-белый волчонок, не пожелавший остаться в стороне.
Плашмя рухнув в грязь, я выставил руки перед собой и засадил очередь «ледяных осколков» в плечо краббера, отчетливо видимое с моей позиции. Едва успел. Через секунду под броневым плечом вырос каменный пик, подбросив монстра вверх, прямо под лезвие опускающегося топора.
Вновь завертелась карусель смерти, раскручиваемая нами изо всех сил.
Хруст дробящейся брони, крики друзей и вспышки магии. Сплошная мешанина посреди глубокой грязи. Я хрипло зову Тирана, через пару томительных секунд передо мной предстает покрытое грязью нечто, в котором я с величайшим трудом узнаю своего волчонка.
Повоевал, и хватит. Тем более что уже все закончено.
Два краббера еще живы, включая предводителя. Но это уже агония. Моя интуиция давно говорит, что победа осталась за нами.
А вот и доказательства – мелькнувшая перед глазами строчка свидетельствует, что предпоследний краббер отправился в рай.
И едва это случилось, Кира пронзительно закричала:
– Стоп! Стоп! Не бить! Стоп!
Воинам было непросто остановиться, и еще пару минут слышались глухие удары, пока, наконец, над превратившейся в бойню грязевой ямой не повисла тишина.
В глубокой грязи стояли измученные победители. Все в грязи. Неузнаваемые. Еще не успевшие обрадоваться победе или даже осознать сам факт того, что победа осталась за нами.
С долгим облегченным стоном Док отлепляет ладони от широченной спины полуорка и падает на колени.
– Я справился! Все целы… все живы… никто не улетел… – срывается с его губ. Раскинув руки, тощий лекарь плюхается спиной в грязь и счастливо улыбается. Все верно. Он вправе торжествовать. Все мы уцелели, никто не улетел на локацию возрождения. Что может быть радостней для лекаря?
– Мы… мы сделали это? – неверяще улыбается Кэлен. – Сделали?! Сделали! Да-а-а!
Тяжко поднявшись на дрожащие от переизбытка чувств ноги, я шагаю к Кире и тоже не могу сдержать радостной ухмылки, расползающейся по моим губам.
Мы сделали это!
Бом дрожащими руками убирает меч и щит за спину, хрипло, но радостно матерится сквозь зубы.
Крей внешне невозмутим, но в его взглядах, бросаемых на танцующую в грязи Кэлен, светится законная гордость.
Орбит не разделяет общей радости – по его щекам катятся обильные слезы. Эльф скорбит по погибшим призракам. Я бы тоже прослезился при виде столь горестного лица, если бы не зажатый в его ладони страшенный ножик. Лысый эльф скорбит, но при этом уже ищет, кого превратить в очередного духа.
– Я знал! Я знал! – шлепая по грязи, к нам пробирается Пенек Лупоглаз, решившийся покинуть свое убежище. – Герои! Герои!
Лохр радуется, но пока не торжествует. Ведь один из их заклятых врагов еще жив.
Тиран крутится под ногами Кэлен, присоединившись к ее танцу победы.
А я не свожу глаз с Киры, стоящей в боевой позе над распростертым и дергающимся предводителем крабберов. Он явно не способен уже продолжать бой. Но пока еще не умер. Почему Кира не добивает его?
– Кира?
– Он хочет говорить, – пожимает плечами девушка. – С тобой.
– Да ну? – устало поражаюсь я. – Краббер?! Говорить?! Да еще и со мной?
– С лидером, – уточняет Беда.
Я останавливаюсь рядом с девушкой и устремляю взгляд вниз, на поверженного врага, безвольно лежащего в грязи. Его броня буквально изломана в крошево. Сплошные дыры в, казалось бы, несокрушимой защите. Сапог Киры прочно упирается в его израненную грудь, острие ее меча застыло у горла краббера. Одно движение, и враг умрет.
– Ты-ы-ы… – со свистом вылетает изо рта предводителя. – Ты ведешь их…
– Ага. Я. Что ты хотел? – бесцеремонно приступаю я к делу.
Мне не хочется разговаривать. Я устал. Один удар мечом, и мое задание будет выполнено. К чему тянуть?
– Это была славная битва, – пророкотал умирающий лидер отряда крабберов. – Славная… вы победили… на этот раз…
– Это все, что ты хотел мне сказать?
– Победили нас. Я не справился. Я подвел, – выплевывает краббер. – Но придут другие! Мы не отступимся!
– Бывает, – пожал я плечами с полным безразличием. – Это все?
– Рос! – вмешивается Кира. – Дай-ка я спрошу… эй, крабовое мясо, зачем вы пришли сюда? Что ты хочешь?
– Зачем мы пришли? – голос краббера набрал силу. – Мы пришли за своим богом! Богом, что вы отняли у нас! И мы никогда не отступимся! Мы пришли за своим богом! Верните его нам! Верните нам бога!
Слова краббера услышали все без исключения. И вновь над полем завершившейся битвы повисла тишина.
Нужно было время, чтобы наши усталые мозги смогли переварить и осознать столь громкое заявление.
– Что я хочу? – продолжал скрежетать краббер. – Я знаю, что вы защищали этих бескостных и никчемных лохров… трусливых тварей, позорящих чистоту дарящей жизнь воды! Вам не спасти их! Не мы, так другие уничтожат их! И так будет продолжаться до тех пор, пока мы не добьемся своего!
– Так что же ты хочешь от меня, враг мой? – повторил я. – Скажи! Тебе что-то надо от меня?
– Да! Если поможете, если вернете нам то, что по праву принадлежит нам, мы уйдем из этих мест с вонючей и сладкой водой! Мы оставим это место вашим прикормленным тварям лохрам… Пусть живут! Но только если вы вернете принадлежащее нам по праву!
– Что именно? Что вернуть-то?
– Бога! Верни нам бога! – вырвался из глотки яростный рев. – Верни!
– Та-а-ак… – протянул я, переглядываясь с Кирой. – Вернуть бога?
– Да!
– А можно поподробней, уважаемый умирающий? – попросил я, заглядывая в тускнеющие глаза предводителя крабберов. – Люблю детали…
Глава 7
Молитвенный рык краббера. Кто убил Бога? Где логово Твари?!
– С тех пор как наш бог пал, участь нашей расы незавидна! Незавидна участь тех, кто позволил своему богу пасть! С тех пор нам осталось лишь мстить всем подряд! Мы покидаем воды океана и нападаем на наземные поселения, проходясь по ним клешнями, несущими смерть!
Содрогающийся предводитель крабберов вздохнул, сплюнул сгусток зеленой жижи и продолжил, буравя меня непокорным взглядом:
– Во время одного такого похода один из отрядов наткнулся на израненного и уже умирающего человека. Прежде чем клешня одного из воинов сомкнулась на его мягком податливом горле, он успел выкрикнуть имя нашего бога, звенящим эхом отозвавшимся в наших горюющих сердцах! Одно только слово напомнило нам о том, что произошло много приливов назад! Воин успел сдержать свой удар, и человек заговорил! Каждое его слово звенело в наших ушах, словно набат!..
Святой Боже… как же я устал от длинных и страстных речей в последнее время.
Но приходилось напрягать уставший мозг и внимательно вслушиваться, не пропуская ни слова. Постепенно начинала складываться еще одна игровая и вполне реальная легенда о божестве крабберов, предательски убитом! Убитом! Боге! Что в принципе было невозможно, и поэтому, несмотря на жесткие слова краббера, речь шла лишь о «падении бога».
Краббер продолжал говорить, а мы, выстроившись полукругом, внимали его словам. Я устало, Орбит безразлично, Бом нетерпеливо, Крей и Кэлен завороженно, Док пораженно, а Кира Беда несколько удивленно.
Крабберы изначально были антиподами ахилотов, составляя им реальную конкуренцию на океаническом дне. Но ахилоты были куда более многочисленны и организованны, вследствие чего неумолимо теснили крабберов по всем позициям. И соответственно, чтобы придать крабберам больше сил, к ним явился бог, представший пред ними во всем своем великолепии. С тех пор в океанических глубинах воцарилось шаткое равновесие. Ахилотов все равно было куда больше, и они по-прежнему оставались сильнее, но теперь несли куда более серьезные потери. Бог – это Бог. Неумолимая и всесокрушающая сила. Крабберы продолжали умирать пачками, но кровожадных варваров это мало волновало. Ведь враги умирали тоже! А мечтания о бессмертии – это удел слабых.
Бога звали Диграций. Звучно и злобно. И он полностью оправдал надежды своих новых верующих, оказавшись жутко кровожадным. Именно во времена великого Диграция крабберы начали нападать на прибрежные города, неся с собой смерть и опустошение. И божество шло вместе с ними в облике гигантского краба. (В этом моменте повествования я едва слышно хмыкнул. Похоже, Бесы не стали проявлять особой фантазии, пойдя по логическому пути и подарив крабоподобным крабберам бога-краба.) Впрочем, это была не единственная ипостась бога – в обычное время он предпочитал пребывать в форме огромного облака светящегося планктона. А краб – это чисто боевая форма. Ипостась Твари.
Те времена можно было смело назвать эпохой крестовых походов. И до сих пор на побережье можно найти утонувшие в песках руины некогда славных городов. И это, кстати, самая что ни на есть правда – руин на побережьях Вальдиры было в избытке. Крабберы атаковали и поселения мирных лохров, безжалостно уничтожая отступников, – в свое время лохры отказались присягнуть на верность кровожадному Диграцию, чем вызвали его ненависть. Судя по всему, остальные расы Вальдиры крабберы ненавидели по умолчанию. Надо же кого-то ненавидеть.
Но ничто не может длиться вечно. Однажды, в роковой день, орда крабберов, возглавляемая Диграцием, вышла из океанических вод и вступила в небольшой прибрежный городок Веселая Устрица. Тихое и мирное поселение без малейших следов укреплений. Ни защитных стен, ни крепостей, ни боевых судов поблизости. С небес накрапывал дождь, смачивая панцири крабберов-воинов, а пасмурные облака надежно закрывали от иссушающего солнца. Идеальные условия для нападения. Но все пошло не так. Едва только крабберы углубились в узкие улочки, едва только крушащий несокрушимым панцирем все на своем пути бог Диграций добрался до центра городишки, там разверзся ад.
Рассказывающий нам эту легенду краббер сам был очевидцем недавних событий и выжил лишь потому, что возглавлял один из последних отрядов и в роковой момент все еще находился по пояс в воде. Он описал произошедшее, используя доступные и довольно лаконичные слова. После чего я мрачно подытожил – в Веселой Устрице подорвали ядерную бомбу. Трижды. Именно трижды вспыхивало невыносимо яркое пламя над мгновенно исчезнувшим с лица земли городком. Удары были настолько сильными, что прибрежный городок с милым названием Веселая Устрица попросту расплавился до основания! Когда пламя рассеялось, взорам крабберов представилась огромная воронка с остекленевшей поверхностью, на дне которой с ужасным ревом бился их великий бог Диграций. Бог, жестоко искалеченный, потерявший большее количество своих смертоносных лап, с растрескавшимся панцирем и сожженными глазами. От орды сопровождавших его крабберов не осталось даже следа!
А по краю воронки целеустремленно спускались ряды воинов, возглавляемые черноволосой женщиной, облаченной в черную блестящую кожу, в чьей руке что-то невыносимо ярко сияло. Настолько ярко, что рассмотреть очертания предмета было попросту невозможно. А над головами человеческой рати гордо реяли флаги с изображением широко распахнутого глаза.
В этом моменте повествования я уже не хмыкал, а зашелся в длительном и надсадном приступе кашля.
А лысый эльф радостно осклабился и протянул:
– Бу-у-уся-я!
Умирающий и все никак не могущий умереть предводитель отряда крабберов на мгновение прервался, смерил нас взглядом и продолжил, явно не в силах остановиться, пока не выговорится до конца.
Множество воинов окружили еще не восстановившегося Диграция. В тело бога вонзились пылающие пики! Его опутали сверкающие цепи! Из ниоткуда появившаяся громадная скала прижала его к сплавившемуся песку! Растительные щупальца пробили стеклянную корку и опутали все вокруг! После чего свершилось страшное – женщина в черном подошла к голове ослепленного бога, вздела над головой невыносимо яркий предмет и одним ударом вонзила его в голову Диграция! Полыхнула такая яркая вспышка, что спешащие на помощь богу крабберы рухнули на колени! Над побережьем раздался столь дикий рев, что в этот самый момент все до единого верующие в Диграция забились в конвульсиях! И неважно, где они находились – рядом или на другом конце огромного океана!
Не миновала сия участь и рассказчика. Корчась в песке, он видел, как бог Диграций боролся за свою жизнь. Как он ломал вонзившиеся в его тело пики, как рвал цепи и раскидывал врагов. Краббер не мог помочь своему богу – тело не слушалось его.
Но он видел!
Видел, как ненавистная женщина в черном одним движением вырвала из тела бога нечто сверкающее!
В этот момент бог Диграций умер.
А вместо него родилась Тварь!
Женщина исчезла во вспышке телепорта, унося с собой самое сокровенное! Унося с собой душу бога!
Предводитель крабберов закашлялся, заново переживая произошедшее, а я оцепеневшим взором смотрел в никуда, пытаясь осознать полученную информацию.
Не душу бога. Нет. Судя по всему, воспользовавшись неизвестным и крайне мощным артефактом, женщина в черном вырвала из бога Диграция одну из его ипостасей. Скорей всего, предмет. Вещь, наделенную божественной силой. После чего Диграций автоматически превратился в жутчайшее чудовище. Разум покинул его. А тело осталось.
И я лично знал только одну женщину в черном, могущую возглавлять войско воинов под флагами с изображением широко раскрытого глаза. Господи Иисусе… неужели краббер хочет, чтобы я…
Собраться с мыслями не удалось. Сипло ревя, предводитель крабберов подошел к завершению своего повествования.
Враги один за другим исчезли, а Диграций остался. Ненадолго. Огромный краб разорвал путы, медленно поднялся на несколько уцелевших лап и кинулся прочь, ломая на своем пути вековые деревья и раскалывая камни. Это был последний раз, когда кто-либо из крабберов видел своего бога. Диграций навсегда исчез. Лишенный разума, превратившийся в Тварь, поверженный бог бежал прочь.
Прошло много времени, крабберы неустанно искали Диграция и беспрестанно атаковали прибрежные города, вымещая свою дикую ярость и утоляя чувство мести.
И однажды, совсем недавно, они впервые наткнулись на след. След слабый и зыбкий. Но это был след! Один из пленников, выторговывая свою жизнь, поведал им, что под одним из великих городов, во тьме канализации, в лабиринте катакомб, некто видел огромнейшего чудовищного краба с панцирем, окрашенным в золотой и серебряный цвет. Пленник рассказал, что увиденный им издалека краб-переросток медленно погрузился в жидкую грязь и исчез в ней бесследно. И что в тот момент он вспомнил о жестоких и кровавых легендах, где упоминался такой краб и в которых рассказывалось, как безжалостно разорялись прибрежные города! В диком страхе он бежал прочь из катакомб.
В мире мог существовать только один краб с такой расцветкой панциря – и это великий Диграций! Их бог!
К ярости крабберов, человек больше не сумел поведать им ничего полезного – смерть от ран настигла его раньше, чем он сумел выговорить название города, под которым скрывался обезумевший Диграций. Но слово «великий» могло относиться только к пяти наземным городам мира Вальдиры! В их числе была и Альгора!
Именно поэтому по всем пяти городам были отправлены отряды крабберов, дабы найти своего потерянного бога и вернуть его обратно в океан.
– Ты услышал меня, человек! – провозгласил умирающий краббер. – Ты услышал меня!
– Я услышал, – согласился я. – Так что ты хочешь от нас, враг мой?
– Найдите нашего бога! Найдите великого Диграция и верните его нам! – проскрежетал краббер, его клешня яростно щелкнула в полуметре от моей ноги. – Если вы это сделаете, крабберы больше никогда не потревожат покой великих городов! И всем вам, кто поможет найти бога, будут возданы чести, достойные вождей! Будут преподнесены дары, достойные старших вождей! Но! – Краббер дернулся и выпростал из-под себя вторую конечность, что так была похожа на человеческую. В его пальцах был зажат небольшой кусок чего-то красного, больше всего смахивающего на окаменелое растение, с яркой пульсирующей искрой внутри. – Но! Если вы откажетесь! Если вы обманете! Тогда вашим вонючим друзьям лохрам придет конец! Только откажитесь, и завтра же начнется масштабное вторжение моих сородичей в подземелья под городами! Мы найдем каждую нору, куда забились дрожащие лохры! Мы уничтожим каждого из этих вонючих болотников, посмевших отринуть бога Диграция, а теперь мешающих найти его! Мы будем искать их повсюду! Это не предложение, человек! Это ультиматум! Ты слышишь меня?! ЭТО УЛЬТИМАТУМ ВСЕМ ВАМ! Всем тем, кто встал у нас на пути! Хотя… эту жалкую дрожащую тварь – лохра… он может уползать в свою нору и начинать ждать конца! И конец придет быстро, потому что мы, великие крабберы, долго ждать не будем!
Внимание!
Чрезвычайно важная ситуация!
Вам выдвинут Ультиматум!
Требования: «Найти Диграция!»
Найти обезумевшего бога Диграция, покровителя крабберов, бродящего где-то по просторам Вальдиры, после чего либо пленить и вернуть его крабберам, либо указать им его точное местоположение!
Время на выполнение выдвинутого ультиматума: пять дней!
При невыполнении ультиматума в установленный временной срок: отборные отряды крабберов вторгнутся в места обитания лохров-изгоев и начнут их планомерное и целенаправленное уничтожение!
При удовлетворении выставленных требований: крабберы больше не потревожат ни один из великих наземных городов Вальдиры. + Почести и дары, достойные старших вождей.
При немедленном отказе от ультиматума: отборные отряды крабберов вторгнутся в места обитания лохров-изгоев и начнут их планомерное и целенаправленное уничтожение! Вы и каждый из текущих членов вашей группы (и тех, кто находился в ее составе в течение последнего часа) будут объявлены злейшими врагами крабберов на веки вечные!
Вы лидер. Принятие решения возложено на вас.
Вы принимаете ультиматум? Да/Нет.
– Я жду твой ответ, человек! Вы вернете нашего бога?!
– Для мертвеца ты чересчур разговорчив! – буркнул я, с трудом удержавшись, чтобы не пнуть чертова краббера. – Кирея! Лучше бы ты его прибила сразу же!
– Кто же знал, – выдохнула Кира. – Блин… Рос, бери задание! Ведь если откажемся, крабберы уничтожат всех лохров-изгоев! Принимай задание! У него в руке что-то вроде передатчика! Это передатчик! Он связан с другими крабберами!
– Верно! Они сейчас слышат каждое мое слово! – злорадно прохрипел предводитель. – Каждое! И ждут вашего ответа! Ну же, человек! Мы не звали тебя! Мы не просили совать свой мягкий нос в наши дела! Ты сам пришел! Так решай же! Каков будет твой ответ? Ты встанешь на защиту никчемных лохров либо же позволишь им умереть? У тебя есть время на принятие решения, но поторопись, ибо искра моей жизни угасает. А со мной вместе угасают надежды твоих любимых лохров… Решай!
Перед моими глазами зажегся алый таймер на убывание: 00:10, 00:09, 00:08…
– Рос! Бери задание! – вскрикнула Кирея.
– А остальных ты спросить не забыла? – зло рыкнул я, кивая на товарищей. – Это вообще-то всех нас касается! У каждого перед глазами висит такой вот «подарочек»!
– Это ультиматум! Что тут думать?! Как не поверни, все равно проблема! Рос! Соглашайся!
00:04, 00:03, 00:02
– Время вышло! Решай, человек! Судьба лохров в твоих руках! Жить им или умереть в агонии?
Ультиматум
Глава 1
А я такой дурной… а друзья мои так вообще! Радость Бома
УЛЬТИМАТУМ!
Требования: «Найти Диграция!»