– А они уже давно знакомы? – спросила Лиззи, живо ухватившись за возможность узнать побольше об их отношениях. Она только надеялась, что ее голос не прозвучал с той стервозностью, которую сейчас она в себе ощущала.

– Да уже долгие годы. Он ею очень увлечен, – ответила Ванесса.

Настроение у Лиззи резко упало. Действительно, почему бы ему не быть без ума от Электры?

– А ты сама с ней в хороших отношениях? – спросила она, пытаясь создать впечатление, будто бы ожидает, что Ванесса начнет уверять, какой прекрасный человек Электра, когда узнаешь ее поближе.

– Я на самом деле не так уж близко с ней знакома, – пожала плечами Ванесса. – Но если она позовет меня в подружки невесты, я, по крайней мере, могу быть уверена, что она выберет себе стильное платье.

В этот миг у Лиззи возникло ощущение, будто ее ударили под дых, хотя она и сама понимала, что это нелепо. Ей ведь с самого начала было известно, что Хьюго с Электрой пара, пусть даже еще не поженившаяся.

– А они помолвлены? – уточнила Мэг.

Ванесса покачала головой.

– Пока что нет. Но мне кажется, Хьюго уже заказал кольцо. В семье все ждут, что в любой момент объявят о помолвке. – Тут она рассмеялась. – У Электры будет самый четкий и выверенный свадебный список в истории бракосочетаний! Это одно из многого, что объединяет моего старшего братца с Электрой – организованность. А еще – большие амбиции. Хьюго стремится стать судьей Верховного суда, как наш отец и как наш дедушка. И как, к слову сказать, отец Электры. Так что она разбирается в вопросе и станет для него, пожалуй, идеальной супругой.

– Никто не желает потанцевать? – громко предложила Лиззи, не в силах больше слушать, как хорошо подходят друг другу Хьюго и Электра. Она вспомнила про собрание пластинок, что второпях приобрели для сегодняшнего вечера, включая и ту долгоиграющую пластинку, которую им одолжил Луиджи, где оказалось много стремительных гитарных пассажей и очень страстных, но недоступных пониманию текстов. Свои пластинки Лиззи оставила в родительском доме, у Мэг тоже собственных не имелось. Музыкальные вкусы Александры, казалось, были навеяны гувернанткой-француженкой, некогда служившей у них в доме, так что единственное, что она способна была предложить, – это Франсуазу Арди да Джонни Холлидея. Впрочем, решила Лиззи, если и невозможно понять слова песен, это вовсе не означает, что под них нельзя потанцевать.

– Я предпочитаю танцевать под живую музыку, – сказала Ванесса.

– О, я тоже, – подхватил Бен. – Тогда я бы вам сыграл. Я же все-таки музыкант!

– А на чем ты играешь, Бен? – заинтересовалась Ванесса. – Мне бы хотелось тебя послушать.

Поднявшись, Бен взял ее за руку:

– На скрипке и на фортепиано.

Ванесса широким жестом указала на рояль, который задвинули в самый дальний угол гостиной, так что он оказался за распахнутыми настежь двойными дверями:

– Тогда – прошу!

Поглядев туда, Бен засмеялся:

– Мне там даже к клавиатуре не подобраться – разве что забраться сверху на крышку. К тому же, сильно подозреваю, его уже много лет не настраивали. Зато я знаю, где стоит еще один инструмент! – воскликнул он. Не успели Лиззи с Мэг сказать ни слова, как он схватил Ванессу за руку и повлек из гостиной к лестнице.

– Ничего, что они отправились к пианино? – спросила Лиззи у Александры, которая вскоре появилась в гостиной. – Дэвид не будет против?

– Он не так ревностно относится к пианино. И даже будет очень рад, если кто-то захочет попеть. Хотя, если Бену вздумается сыграть что-то серьезное и глубокомысленное из классики, Дэвида это не сильно осчастливит, – тихонько хохотнула Александра. – Если он попытается сыграть какой-нибудь концерт Чайковского, инструмент умрет от шока.

– Пошли посмотрим, что там сейчас будет, – сказал кто-то из оставшихся молодых людей, и компания устремилась вниз по лестнице, оставив в гостиной только Лиззи, Мэг и Александру.

– Мы отдраили в этом огромном доме каждый дюйм, – в шутку возмутилась Александра. – А все равно все всегда заканчивается на кухне!

– Так всегда бывает, когда вечер удается, – заметила Мэг. – Это не очень удобно для кухонного персонала – но ведь у нас-то никакого штата нет, так что и волноваться нечего!

– Идемте тоже, – позвала подруг Лиззи, которой уже не терпелось оказаться у пианино. У нее сейчас было настроение спеть что-нибудь грустное и сентиментальное. Спускаясь по ступеням, она поймала себя на том, что напевает «Не могу не любить своего мужчину».

* * *

Спустя час Ванесса стояла у пианино и пела под аккомпанемент Бена. Кто-то из гостей расположился на мягкой мебели, потягивая вино или чай, кто-то подпевал. Даже Кловер была счастлива, поскольку ее гладил всякий, кто желал выразить свою симпатию. Лиззи помогала Луиджи насухо вытирать бокалы. Он едва не сорвал голос, во всю глотку распевая О Sole Mio. У Лиззи тоже от пения саднило горло, и она решила помочь Луиджи, дабы не чувствовать себя виноватой оттого, что гость работает на кухне.

В наружную дверь цокольного этажа послышался негромкий стук. Удивившись, кто это мог быть – поскольку все, кто обычно пользовался этой дверью, были дома, – Лиззи пошла открывать.

Там оказался Хьюго.

– О! Привет еще раз! Ты приехал за Ванессой?

Бен перестал играть, и все одновременно поглядели на Хьюго.

– Хьюи! – вскричала Ванесса. – Я же сказала, что меня отвезет домой Бен!

– Да я вовсе не для того приехал, чтобы забирать тебя домой, Несс, – возразил Хьюго. – Я просто вернулся убедиться, что вы тут без меня не слишком бурно веселитесь.

Рассмеялась только Лиззи. Стоя рядом с Хьюго, она видела, как на его обычно серьезном лице мерцает веселый огонек.

– Мы тут вообще не веселимся, Хьюго, – сказала она. – Заходи, сам убедишься!

Он подошел к пианино и положил ладонь на плечо сестре.

– Мне сразу вспоминаются одни чудесные каникулы из нашего детства. Родители тогда сняли домик в Шотландии. Там не было электричества, а потому дядя Джеймс вечерами играл на пианино, и мы все вместе пели. Нам светили только керосиновые лампы. И каждый вечер мы перепевали песенник шотландских студентов от начала до конца.

– Классные были каникулы, правда? – с нежностью улыбнулась Ванесса.

Глядя сейчас на них, Лиззи поняла, что Хьюго и Ванесса действительно друг друга очень любят. Она печально вздохнула: иметь такого брата, как Хьюго, наверное, почти так же замечательно, как иметь такого молодого человека.

Глава 12

– Даже не верится, что сегодня последний день на курсах! – воскликнула Лиззи, когда они с Мэг и Александрой шли утром в школу домоводства в Пимлико. – Столько всего произошло за это время!

– Я так рада, что вы обе решили не возвращаться к той беспечной и уютной жизни, что вели до нашего знакомства, – сказала Александра. – Теперь вы живете со мной в старом доме, который с каждым днем все больше рассыпается.

– Я думаю, мы все рады, что оказались у тебя, – ответила Мэг. – И, уверяю тебя, моя жизнь перестала быть беспечной после того, как умер Уильям и нам пришлось похитить Кловер.

– Я как-то не припоминаю, чтобы вы ее похитили, – сказала Лиззи. – А выкуп требовали?

Мэг шутливо пихнула подругу локтем.

– Мы просто сказали родственникам Уильяма, что это наша собака, иначе они бы ее усыпили.

– Теперь вспомнила, – кивнула Лиззи. – Интересно, а у нас будет какой-нибудь экзамен, как вы думаете? У мадам Уилсон?

– Нет, – ответила Мэг. – Мы все научились делать меренги, все способны приготовить хороший бешамель, домашнюю выпечку и даже creme patissiere[41]. Равно как и многое другое. По-моему, это все, чему могла надеяться обучить нас мадам Уилсон за столь короткий срок.

– Не говоря уже о кройке и шитье, составлении букетов и уроках французского, – добавила Лиззи.

– А все же было здорово! – воскликнула Александра. – Я пошла на курсы только потому, что на этом настояли мои опекуны, но сейчас я этому искренне рада. Я наконец узнала, как же это замечательно, когда у тебя есть подруги. Дэвид, конечно, чудесный человек, но все же женщины среди друзей, по-моему, тоже необходимы.

– Однозначно, – кивнула Лиззи. – Я тут как раз думала: как бы я была рада, будь у меня брат или сестра. Но вы вдвоем – это, пожалуй, даже лучше!

– А с чего вдруг ты подумала об этом, Лиззи? – прищурилась Александра.

Лиззи замялась, немного стесняясь своих чувств.

– Я просто наблюдала на нашей вчерашней вечеринке за Ванессой и Хьюго. И я завидовала тому, как он то и дело заботливо поглядывал на нее, убеждаясь, что с ней все в порядке и что она снова радуется жизни.

– Не думаю, что все братья такие, – усмехнулась Александра. – Некоторые бывают просто жуть!

– И все же быть единственным ребенком в семье – большая ответственность, – задумчиво сказала Мэг. – Особенно если твоя мама – вдова. С вами рядом я об этом чаще всего просто забываю. Впрочем, на данный момент у моей мамы все хорошо, у нее новая работа и все в порядке.

– Прости, я совсем забыла, – смутилась Александра. – А где она сейчас работает?

– Она помощница заведующей хозяйством в пансионе для мальчиков. Говорит, что ей там нравится. Хотя, конечно же, очень скучает по Кловер.

– Ну, вот мы и пришли, – сказала Лиззи, когда они свернули на ту улицу, где обосновалась школа мадам Уилсон. – О! А вон и Ванесса! Видите, машет нам рукой? И настроение у нее явно приподнятое.

– Даже не верится, как я перед ней робела, когда встретилась с ней впервые, – сказала Мэг, по-прежнему раздумывая о чем-то своем. – А на самом деле она вполне нормальная девчонка и вообще очень славная, стоит узнать ее поближе.

– Большинство людей оказываются вполне даже ничего, когда познакомишься с ними получше, – заметила Александра. – Бывают, разумеется, исключения, но о таких не стоит и говорить.

– Привет, девчонки! – вскричала Ванесса, когда они оказались в пределах слышимости. – Сегодня наш последний день! Мы все же выстояли! Вот уж не думала, что научусь делать такие меренги, чтобы мадам Уилсон не сжимала брезгливо губы!

– Я тоже! – подхватила Лиззи.

– Я очень рада, что застала вас троих. Хочу пригласить вас на вечеринку в наш загородный дом. Получится, по-видимому, на все выходные. Но я не могу пригласить туда всю группу с ночевкой, поскольку приедут еще наши тети и дяди, и гостевые спальни будут заняты. А потому я приглашаю в первую очередь вас.

– Как замечательно! – воскликнула Лиззи. Но тут же ее охватили сомнения. Ведь туда обязан будет приехать и Хьюго, а новая встреча с ним вряд ли поможет ей справиться с влюбленностью. К тому же присутствие Электры (а ей наверняка тоже понадобится там быть) сделает все это на порядок болезненнее. – Хотя я не уверена, что смогу приехать, – добавила она.

– Ты же пока даже не знаешь, когда это будет! – возразила Ванесса. – Ну, не испорти нам праздник! Хьюго очень огорчится, если ты не приедешь.

– Хьюго? – удивилась Лиззи. – С чего бы это?

– Потому что он считает, что ты очень хорошая подруга для меня, – объяснила Ванесса. – На самом деле он всех вас считает отличными подругами.

– Мне кажется, там будет очень весело, – сказала Александра. – Большое спасибо, что пригласила нас. Уверена, что мы сможем приехать.

– Да, спасибо, – добавила Мэг.

– Ну, судя по всему, приглашение всеми принято, – сказала Лиззи и улыбнулась, довольная тем, что ее, можно сказать, силой заставляют сделать то, что позволит ей снова повстречаться с Хьюго. Она честно попыталась быть благоразумной – но ее усилия были решительно отвергнуты друзьями. Да и мама будет в полном восторге, узнав, что Лиззи пригласили в такое великосветское поместье.

– Давайте-ка пойдем внутрь, – поторопила подруг Мэг. – Уже девять часов.



Мадам Уилсон велела ученицам напоследок приготовить канапе. Когда задание было выполнено, она принесла шампанское, и все друг с другом чокнулись. Лиззи про себя отметила, что сразу можно отличить тех, кто часто пьет шампанское, от тех, для кого это редкое удовольствие. Сама она определенно была из последних.

В качестве подарка лучшей слушательнице курсов Мэг вручили комплект кулинарных книжек Элизабет Дэвид. Мадам Уилсон поблагодарила девушек за то, что оказались такими хорошими ученицами, и велела рассказать всем подругам о ее школе домоводства.

– Я п’едпочитаю, чтобы ко мне п’иходили исключительно по личной ‘екомендации, – пояснила мадам Уилсон. – У меня ведь эксклюзивная школа, здесь учатся лишь доче’и а’истократов и джент’и.

Мэг с Лиззи насмешливо переглянулись.

– Похоже, записав нас с тобой, она порядком промахнулась! – шепотом сказала Мэг.

– И кто бы говорил! Звезда курсов!

Отпущенные наконец восвояси, большинство девушек отправились отмечать это событие в ближайший паб. Выйдя оттуда примерно через час, все были в легком подпитии.

– Надо было перед пабом пойти куда-нибудь пообедать, – сказала Александра. – О, знаю! Пойдемте к Марии и Франко!

В итоге осталась совсем небольшая компания, которую с радостью приняли, накормили вкусной и сытной итальянской едой и напоили кофе. Последними из заведения вышли Лиззи, Александра и Мэг. Когда они наконец отправились домой, у них были полные сумки с ароматной итальянской выпечкой для Дэвида и обрезками ветчины для собаки. Так что такси до дома оказалось как никогда более кстати.



Официальное приглашение на праздничный уик-энд к Ванессе им доставили спустя пару дней, и Лиззи мгновенно решила, что ей необходимо подкоротить прическу.

– На сей раз за это придется заплатить, – обмолвилась она подругам, когда они вместе завтракали на кухне. – Но благодаря тому, что ты, Мэг, в последнюю минуту пристроила меня официанткой на банкет, у меня появились кое-какие дополнительные деньги, и я могу себе это позволить.

– А еще нам надо подумать об одежде, – напомнила Александра.

– Вот именно, – кивнула Мэг. – Мы же не можем заявиться к Ванессе как бедные родственники.

– Или как малоимущие ученицы, которых Ванесса подцепила на курсах домоводства.

– Давайте-ка еще разок взглянем на приглашение, – предложила Лиззи. – Если не ошибаюсь, нас позвали приехать в пятницу к чаепитию.

– А значит, нам вечером понадобится еще что-то надеть к ужину, – заключила Александра.

– А еще нужна будет одежда на следующий день. А потом еще в субботу вечером на праздничный ужин, – присовокупила Лиззи.

– Да уж, костюмированный бал в каком-то смысле был бы куда проще, – усмехнулась Александра. – Сразу вспоминаются те многочисленные чемоданы с одеждой, что у меня на чердаке.

– Платье к чаепитию, платье к завтраку – так, что ли? – сказала Лиззи. – Я понимаю, к чему ты клонишь. В те времена все это было естественно. Но в нашем случае, я уверена, понадобится только вечерний наряд к ужину. А днем мы наверняка можем ходить просто в брюках и джемперах.

– Главное, чтобы у нас имелась удобная обувь для прогулок – тогда все будет в порядке, – добавила Александра. – По моему личному опыту, загородные уик-энды всегда предполагают прогулки по окрестностям.

– Мне только надо убедиться, что Дэвид сможет присмотреть за Кловер, – сказала Мэг.

– Наверное, ты можешь взять ее с собой, – предложила Александра. – Вот только на ночь ей придется остаться где-нибудь в конуре или на кухне. Сможет она там переночевать?

– Сомневаюсь, – вздохнула Мэг. – Она уже так привыкла спать на кровати.

– Наверняка, если понадобится, мы сможем ее втихаря пронести наверх, – сказала Лиззи.

– Я все же предпочла бы ее оставить с Дэвидом, если можно, – ответила Мэг.

– Он скоро, думаю, спустится, – сказала Александра. – Вчера он вроде ходил смотреть спектакль, где играл его приятель. Поэтому так поздно вернулся.

– То есть ты слышала, как он вернулся? – уточнила Мэг.

Александра кивнула.

– А можно мне воспользоваться телефоном? – попросила Лиззи. – Наверное, мне стоит позвонить Джине – убедиться, что она будет рада, если я приеду повидаться. А то я чувствую себя немного виноватой, что за все время пребывания в Лондоне ни разу к ней больше не наведалась.

– Виноватой?! Она же тебя, можно сказать, выставила на улицу! – возмутилась Александра. – Хотя не то чтобы я как-то возражала по этому поводу. Она потеряла – мы нашли!



Спустя пару дней Лиззи с новенькой стрижкой сидела в маленькой гостиной своей тети. У ног девушки стояла сумка с весьма удачным «уловом» из остаточных отрезов, найденных ею в отделе тканей универмага Peter Jones.

– Наверное, вряд ли стоит спрашивать тебя, Лиззи, как жизнь, – сказала Джина, подавая племяннице бокальчик шерри. – Выглядишь ты замечательно! Ты влюбилась?

Лиззи чуть не поперхнулась.

– Я?! Нет! С чего ты взяла?

– У тебя искорки в глазах, моя радость. Ты уверена, что у тебя в сердечке никого?

Сделав большой глоток вина, Лиззи почувствовала, что вполне может поделиться своими переживаниями с Джиной. Хотя жившие с ней бок о бок подруги и представляли примерно, что она чувствует, им все же не следовало знать, насколько сильно она влюбилась. У нее имелась своя гордость, а Мэг с Александрой и без того уже увлеченно пытались свести ее с Хьюго.

– Ну есть на самом деле кое-кто, кто мне очень нравится. Но он уже занят. И нет ни малейших шансов что-либо изменить. Он почти уже помолвлен со своей идеально красивой девушкой, которая работает моделью. – И Лиззи печально улыбнулась, ясно давая понять, что ничего с этим не поделать.

– Ах, моделью! – с усмешкой воскликнула Джина, явно отказываясь принимать ее намек. – Это означает, что она кожа да кости, да к тому же плоская, как блин!

С этим Лиззи никак не могла поспорить.

– Ну да, она довольно худенькая, но очень изысканно одевается.

– Держу пари, что ты намного симпатичнее, и у тебя есть грудь.

Джина, очевидно, не желала ее понимать.

– Без груди одежда смотрится еще лучше, а у Электры к тому же длинные волосы, которые она то распускает, то убирает в узел. И в любом случае она всегда выглядит безупречно. – Лиззи невольно вздохнула. – А я со своей короткой стрижкой и мини-юбками выгляжу рядом с ней какой-то желторотой малолеткой.

Впрочем, дело было не только в этом. У Лиззи возникло такое ощущение, будто Электра догадывалась о ее чувствах к Хьюго и считала их жалкими и нелепыми.

– Кожа да кости и к тому же отставшая от века, – фыркнула Джина.

Лиззи рассмеялась, решив на сей раз сменить тему разговора.

– Ну а у тебя что новенького, Джина?

– Да ничего на самом деле. Жизнь в основном катится, как и прежде. Большей частью в удовольствие. Но мне как раз хочется послушать про тебя. Как тебе удалось убедить родителей оставить тебя в Лондоне после окончания курсов? Я-то уж думала, они начнут тебя таскать на всевозможные светские мероприятия, какие только может предложить Суррей, – всякие балы, вечеринки в загородных клубах, садовые фуршеты и прочее в том же духе.

– Ну, мне помогло отчасти то, что однажды в воскресенье, после проведенных дома выходных, они решили отвезти меня назад. Родители посмотрели дом, где я сейчас живу, и это произвело на них впечатление.

Кстати, родители больше ни разу не заикались о том, как странно Дэвид вдруг из сантехника преобразился в дворецкого. По-видимому, доводы насчет «давнего слуги этого дома» прозвучали для них достаточно веско.

– А еще я их сумела убедить, – продолжала Лиззи, – что если мне удастся устроиться работать в ту же кейтеринговую фирму, что и моя подруга, то я смогу там повстречать достойного мужчину. – Она пожала плечами. – Предел мечтаний моей матушки – это безупречная загородная свадьба. С красивым свадебным шатром, с хорошенькими подружками невесты, с длинным платьем по ее собственному выбору и, разумеется, с богатым женихом, который будет должным образом меня холить и лелеять. Скука смертная!

– То есть тебя эта мечта со свадьбой не сильно-то прельщает?

– Ни капельки не прельщает! То есть будь у меня любимый человек, за которого я бы хотела выйти замуж, я бы, может, и мечтала о свадьбе. Но поскольку на данный момент такой вопрос вообще не стоит, то я, естественно, не хочу об этом даже думать.

– Вот и умница, рада за тебя! На мой взгляд, сильно недооценивается вариант, когда женщина одинока и независима.

Лиззи с улыбкой приняла тетушкину похвалу.

– А с другой стороны, мама в большом восторге от того, что нас всех пригласили на праздник в загородное имение. Причем на весь уик-энд. Отчасти потому-то я и освежила себе стрижку и прикупила тканей. Нам же понадобятся новые платья.

Джина с любопытством подалась вперед:

– Расскажи-ка поподробнее.

Она всегда умела дать дельный совет насчет того, как лучше одеться, умела в чем-то убедить или подбодрить.

– Представительницы высших классов зачастую совсем не разбираются в одежде. И пока ты не заявишься в том же самом наряде, что и на них, никто и внимания не обратит, что на самом деле на тебе надето. Главное, лошадей не напугать!

Лиззи прыснула со смеху.

– Маму, кажется, больше беспокоит то, какое впечатление я произведу на тамошних слуг. Говорит, я непременно должна что-то оставить в спальне для горничной.

Джина согласно кивнула.

– Думаю, это стоит сделать. Мне сразу вспоминается, как я – еще когда мне не было двадцати – некоторое время жила в Ирландии. Все мои вечерние платья были с достаточно глубоким вырезом. И однажды, когда я поднялась к себе переодеться к ужину, то обнаружила, что кто-то – по всей видимости, горничная – попришивал в мои декольте сеточки.

Лиззи изумленно ахнула.

– Бог ты мой, Джина! И ты с этим так просто смирилась?!

Тетушка качнула головой.

– Ну да, а что мне на самом деле оставалось? Хотя, честно говоря, я бы, наверное, предпочла, чтобы эти вставки были из теплой фланели. В доме можно было промерзнуть до костей. В больших особняках постоянно держится одна и та же температура – что зимой, что летом, и там всегда намного холоднее, чем хотелось бы. Кстати, не забудь взять с собой теплую одежду.

– Какую-нибудь «двойку» с кардиганом и нитку жемчуга?

Джина кивнула.

– Я знаю, это ужасно старомодно. Но, может, для первого чаепития будет в самый раз. Вас же пригласили и на чай?

– Да. А как думаешь, нормально будет надеть с утра слаксы?

– На мой взгляд, вполне. Но все же возьми на всякий случай какую-нибудь практичную юбку. Пока там пятничное чаепитие, ужин да завтрак – глядишь, уже и разберешься, что к чему. Главное – возьми крепкие удобные туфли. Там придется много гулять.

– Вот и Александра нам то же самое сказала.

– Ну, судя по ее советам, ты явно в хороших руках. Еще шерри?

Джина уже занесла было графин над бокалом Лиззи, но та покачала головой:

– Нет, спасибо. Мне уже пора домой. Но было очень приятно тебя повидать.

– И мне тебя тоже! И помни, что я всегда рядом – если тебе понадобится хороший совет или помощь или обсудить что-то, о чем ты не можешь говорить с матерью.

Лиззи прикусила губу.

– Да считай, что ни о чем.

– Просто она чересчур печется о тебе, ведь ты ее единственный птенчик, и в ее жизни нет ничего важнее тебя.

Помня, что ее мать с Джиной никогда по-хорошему не ладили, Лиззи про себя высоко оценила ее слова.

– Я это знаю, – ответила она, – и очень признательна за все, что они для меня делают – вернее, за все, что они сделали для меня, – но мне пора и повзрослеть.

Уже в дверях, прощаясь, Джина сунула в руку племяннице денежную купюру.

– Будешь как настоящая девушка из Челси. Возьмешь до дома такси. Как выйдешь на Кингс-роуд, там его сразу и поймаешь.

Лиззи поцеловала тетушку в щеку:

– С удовольствием. Ты очень добра.

Глава 13

Дэвид с присущей ему отзывчивостью вызвался в пятницу к назначенному времени отвезти девушек в загородный дом Ванессы. И хотя выехали они с изрядным запасом времени, однако умудрились несколько раз заблудиться, пока отыскали нужное имение.

Но наконец они его увидели. Дом стоял на небольшом возвышении в окружении просторных лугов, которые окаймляла извилистая река.

– Боже правый! – с восхищением воскликнул Дэвид. – Какой великолепный особняк! Скорее всего, времен королевы Анны[42]. Разве что оба крыла здания достроены попозже. Но в целом дом великолепен. Надеюсь, вы, юные создания, способны будете оценить, в каком потрясающем месте оказались!

– Наверняка мы можем и тебя, Дэвид, туда втихую провести, – сказала Александра. – Уверена, тебя ни за что не заметят.

– Ха! Ха! Ха! – без малейшего юмора отозвался Дэвид.

У Лиззи пересохло во рту. Родители Хьюго жили в старинном поместье! Как ее только угораздило втрескаться в человека, выросшего в таком доме!

И теперь ее не на шутку встревожило: что будет, когда какой-нибудь ливрейный лакей или дворецкий подойдет открыть им дверцу автомобиля? Старенький «Ситроен» Дэвида смотрелся не слишком-то шикарно.

Однако в действительности их появления возле особняка никто, похоже, не заметил, и девушкам пришлось постучать в парадную дверь старинным молоточком в виде львиной головы.

– Быть может, мы сильно опоздали? Или, наоборот, явились слишком рано? – занервничала Лиззи. – И мы вообще прилично выглядим?

Она изрядно потрудилась, чтобы одеться должным образом. Памятуя, что в доме может быть очень холодно, Лиззи надела платье-сарафан, а под него – джемпер с высоким воротом. Из той ткани, что осталась после проделывания на платье глубокого овального выреза, девушка сшила себе маленькую косынку и миниатюрную сумочку. И все то, что во время шитья представлялось чрезвычайно удачным, теперь казалось ей плохо сочетающимся, и Лиззи чувствовала себя манекенщицей, демонстрирующей какой-то модный фасон из журнала.

– Мы прекрасно выглядим, – уверенно сказала Александра, которая, как всегда, была одета сдержанно и стильно. Ее сумочка довоенных лет смотрелась настолько элегантно, словно ее лишь на минувшей неделе купили на Бонд-стрит.

– Хотелось бы надеяться, что мы прибыли к назначенному времени, – произнесла Мэг. – Но боюсь, мы опоздали. Уж полчаса как минуло четыре.

– Но мы все же приехали, – невозмутимо возразила Александра. – И им чрезвычайно повезло, что три такие восхитительные юные особы прибыли украсить собой их дом. О! Я слышу, кто-то идет.

Лиззи начала было надеяться, что никто не выйдет им открыть и им придется со своими чемоданами тихонько, пока никто не видит, уйти прочь по подъездной дороге, а потом сказать Ванессе, что они попали по пути в аварию. Мысль о загородной вечеринке, ранее казавшаяся столь приятной, теперь заставляла Лиззи трепетать от смущения.

– Мисс Александра Хейг с подругами, – чинно представилась Александра.

– Вас ожидают, – поклонился дворецкий.

К огромному облегчению Лиззи, тут же появилась и Ванесса.

– Ну наконец-то! Слава богу! Если вы не против, то просто загляните в ванную, вымойте руки – и пойдемте пить чай. А то мы уже начали, а мама у меня просто помешана на пунктуальности. – Ванесса, казалось, была чем-то сконфужена.

– Мы просто немного заблудились, – объяснила Лиззи. – Мы очень извиняемся.

– Ох, надо же! А вы что, не стали брать такси от станции? – спросила Ванесса, ведя подружек в ванную на нижнем этаже.

– Нас привез Дэвид, – ответила Мэг.

– Вещи свои просто оставьте здесь. Их отнесут к вам в комнаты… – Запнувшись, Ванесса добавила: – Точнее, спальня у вас будет одна на троих. Ничего, что так?

– Ну, разумеется, – успокоила ее Лиззи.

– Я подожду вас в коридоре, – сказала Ванесса.

Когда девушки вышли, приведя себя в порядок настолько, насколько это вообще представлялось возможным, учитывая скромность уборной на нижнем этаже, Ванесса с тревогой поглядела на Лиззи:

– Боже… какое у тебя короткое платье! Старайся не попадаться на глаза моему отцу. А то он не преминет сказать что-нибудь язвительное. Он совершенно не одобряет современную моду. А ты сама не боишься, что покажутся резинки чулок?

– Нисколько, – ответила Лиззи. – На мне колготки.

Колготки, разумеется, были дорогим удовольствием, и Лиззи очень надеялась, что ничем их не зацепит. Достаточно одной спущенной петли – и вся пара на выброс!

– Ну, хорошо! По крайней мере, не подаришь нежданного удовольствия дяде Берти, показав ему верх бедер. – Затем Ванесса, нахмурившись, быстро оглядела прическу Лиззи и сказала: – Ну, пойдемте. Наш дом сегодня переполнен родственниками.

Чувствуя, как сердце у нее ушло в пятки, Лиззи последовала за подругами. Платье получилось короче, чем хотелось бы, но остаточный отрез ткани на деле оказался слишком мал. Лиззи хотела было сделать по низу широкую кайму, но потом на что-то отвлеклась.

Огромная гостиная была, казалось, сплошь уставлена диванами и мягкими креслами, а также приютившимися возле них многочисленными маленькими столиками. На этих столиках возвышались подставки для выпечки, виднелись чайники, небольшие пирожковые тарелки, чашки с блюдцами. Служанки в одинаковой форме сновали по залу, обнося гостей закусками. Лиззи сразу подумалось, что она словно очутилась в каком-то фильме. Вот только на деле все это было до кошмарного реальным. Зачем они только сюда приехали?! Никакая веселая вечеринка не стоила того, чтобы сперва пройти через такое!

– Сейчас я только представлю вас маме с папой, – сказала Ванесса. – Не пугайтесь, если они покажутся вам немного… официальными. Просто у них такая манера общения.

Лиззи пристроилась позади подруг и свесила сумочку перед коленями, надеясь, что за счет этой хитрости платье будет выглядеть длиннее. Если бы она знала, что так будет, то прихватила бы с собой еще и шаль, а не оставила ее в чемодане.

– Мама! Папа! Позвольте, я представлю вам своих подруг с курсов мадам Уилсон?

От родителей Ванессы веяло отталкивающим сочетанием недоумения и раздражения.

– Ах да! – холодно изрекла мать Ванессы. – Припозднившиеся гостьи.

– Это Александра… – Ванесса представила по очереди своих подруг, и каждая почтительно кивнула.

Улыбки на лицах родителей были натянуто-холодными, а их интерес к подругам дочери – довольно мимолетным. Александра заранее предупредила девушек, что отец Хьюго и Ванессы – баронет[43], а потому к нему следует обращаться «сэр Джаспер». Его супругу, соответственно, надлежит называть «леди Леннокс-Стэнли». Впрочем, перемолвиться с ними хоть словом девушекам не выпало возможности. Ванесса торопливо увела подруг в дальний конец гостиной, где стоял старый кожаный пуф и пара высоких стульев с подлокотниками.

Уже отходя от надменных родителей Ванессы (Лиззи даже удивилась, что им не пришлось пятиться), Лиззи услышала, как сэр Джаспер произнес:

– Похоже, эта девица забыла надеть юбку. Надеюсь, к ужину она оденется более подобающе.

– Давайте-ка выпьем по чашке чая и съедим чего-нибудь, – предложила Ванесса. – Ужин будет только в восемь, и если вы плотно не подкрепились за ланчем, то к этому времени совсем оголодаете. – И она придержала проходившую мимо прислугу, что несла блюдо с несколькими подсохшими сэндвичами и парой ломтиков торта.

Лиззи присела на один из стульев с прямой высокой спинкой. Даже будучи в колготках, она не хотела, чтобы ее платье задралось еще выше.

– Большинство из тех, кого вы тут видите, после ужина уедут, – сказала Ванесса, обводя рукой гостиную. – Но все равно, опасаюсь, много кто останется.

– А нас это как-то касается? – спросила Мэг.

– Ну да! Электра вызвалась помочь миссис Пи, нашей экономке, распределить гостей по спальням, но забыла ей сказать, что приедете вы.

– То есть тебе необходимо, чтобы мы вернулись домой? – спросила Лиззи. Она отчаянно надеялась, что Ванесса ответит «да».

– Ну что ты! Нет, конечно! – рассмеялась Ванесса. – Что за вздор! У нас достаточно комнат, просто… – Умолкнув на мгновение, она предложила: – А давайте прихватим с собой сэндвичи, и я вам покажу ваши комнаты? Главное, чтоб мама не видела.

Уже выйдя в коридор, Александра спросила:

– Скажи, Ванесса, что-то не так?

– И да, и нет. Идем наверх, там все объясню.

Однако не в силах ждать, Ванесса принялась говорить уже на ходу, поднимаясь по лестнице:

– Я спросила маму, можно ли мне устроить здесь небольшую вечеринку. Я была уверена, что родители уедут на скачки и весь дом будет в нашем распоряжении.

Тем временем они поднялись на площадку второго этажа, откуда сразу в нескольких направлениях расходились длинные коридоры. Однако, к удивлению Лиззи, Ванесса повела их на следующий лестничный пролет.

– А затем вдруг Электра решила, что ей надо устроить званый ужин (мне кажется, Хьюго планирует сделать ей официальное предложение), и матушка мгновенно наприглашала всех наших дядей и теть. О какой-то маленькой веселой вечеринке уже не было и речи, и мама совершенно забыла, что я пригласила вас раньше.

Теперь уже не было сомнений, что они направляются в помещения для прислуги. По крайней мере, им хоть не надо было самим тащить чемоданы. Разумеется, приехать налегке не было никаких шансов. Каждой требовалось бальное платье, одежда к завтраку, одежда для прогулок и, вполне вероятно, как недовольно сетовала Мэг, – одежда к легкому второму завтраку. Лиззи сомневалась по поводу своих нарядов куда больше, чем ее подруги, а потому и одежды с собой набрала чуть ли не на месяц.

Наконец Ванесса остановилась возле одной из дверей и распахнула ее.

– Свою спальню мне пришлось отдать Электре – мама об этом попросила. Так что я временно обитаю в своей бывшей детской.

Вслед за Ванессой они вошли в просторную комнату со множеством окон. О том, что здесь размещалась детская, можно было и не предупреждать, подумалось Лиззи. Перед одним из окон стояла лошадь-качалка, на столе в углу виднелся кукольный домик, а рядом с ним – маленький детский столик и пара стульчиков.

Перед газовым камином располагались несколько небольших разнородных кресел, а вокруг очага имелась металлическая защитная решетка – в точности такая же, какая была у Лиззи в детстве. Вдоль стены тянулись полки, по-прежнему заставленные игрушками и детскими книжками. В этой огромной комнате едва ли не терялась односпальная кровать с небольшой тумбочкой у изголовья.

– Как тут замечательно! Вам удалось очень мило все обустроить, – похвалила Александра.

Ванесса согласно кивнула.

– Вон там находятся спальни, – указала она на двери в углу комнаты. – В одной из них спала моя няня, и при ней имеется ванная. Кстати, из этой большой комнаты получилась бы отличная гостиная. Я как-то предложила маме, чтобы у меня была здесь своя маленькая квартирка. Но она посмотрела на меня так, будто я предложила всей семьей отправиться на Луну. – Ванесса с улыбкой пожала плечами. – Но я и не возмущаюсь по пустякам. Обычно я живу на втором этаже, и у меня прелестная комнатка. Потому-то Электра ее сейчас и заняла.

– Так что, где мы будем спать? – спросила Мэг. – Мы вполне могли бы все тут поместиться.

– Я как раз это и предложила, – подхватила Ванесса. – Но получила в ответ целую лекцию о том, что прислуге тогда придется делать лишнюю работу, перетаскивая сюда кровати, притом что у нее и так сейчас забот невпроворот. Вы разместитесь вот здесь, – открыла она двери в две небольшие спальни. В одной стояли две кровати, в другой – только одна. – Отдельная комната была для няни. Мне так неловко, что вам придется спать здесь! Наверное, мама решила, что если я узнаю, что вас придется поселить тут, то сразу отменю приглашение. Но ведь вы мои подруги! И почему вообще Электра должна отнять у меня праздник? И ведь, черт возьми, у нее это почти что получилось!

Лиззи ступила в узкую мансардную комнату с двумя односпальными кроватями, задвинутыми под скат крыши. На полу был жиденький коврик, на окне – тонкая занавеска. Сразу ощущалось, что это комната для прислуги. Еще имелся крохотный камин, в котором, похоже, уже долгие годы не разжигали огня. Впрочем, в этой простоте было какое-то очарование, пусть даже и немного спартанское.

– Ой, глядите – цветы! – воскликнула Лиззи, когда взгляд ее неожиданно наткнулся на маленький аккуратный букетик, стоявший на небольшом комоде между кроватями.

– Ну да! Я решила, что они сделают комнату немного уютнее. Мне пришлось не один час расставлять цветы по всем спальням в доме, но поскольку именно вас я пригласила к себе на выходные, то решила, что у вас тоже должны быть цветы.

– Думаю, нам здесь будет очень даже хорошо, – сказала Мэг. – Не беспокойся.

– Да, мы отлично разместимся, – согласилась с ней Александра.

– Очень на это надеюсь, – сказала Ванесса. – Я так замечательно провела время у вас в гостях. Это по-настоящему меня оживило после Теда… Ну, вы сами понимаете, после нашего расставания. Кстати, сегодня придет Бен. Он с друзьями отдыхает тут поблизости.

– Бен? – переспросила Мэг. – Как здорово.

– Сегодня? – не поняла Лиззи. – Я думала, бал ожидается завтра.

– Сейчас объясню, – сказала Ванесса. – Давайте только перейдем в детскую. Раз уж на то пошло, я принесла сюда хлеб и масло. Так что сейчас можем сделать тосты.

– Ух ты! А какао сделать можно? – встрепенулась Александра. – Прямо как в книжках о пансионах, которые мне так когда-то нравились!

– Можно. Мы могли бы и позавтракать здесь. Нормального завтрака не подают до девяти, и предполагается, что дамам разнесут подносы в спальни. – Ванесса смешливо фыркнула. – Но мамочка сказала, что мне, пожалуй, неуместно требовать, чтобы нам сюда доставляли подносы с едой. А потому я спросила у миссис Кэннок – это наша повариха, – нельзя ли нам перекусить с утра на кухне. Она не против.

Лиззи почувствовала себя очень неловко. В этом доме, казалось, было чересчур много правил, не имеющих здравого смысла.

– Послушай, а если мы занимаем комнаты для прислуги, – спросила она, – то где живут все те горничные, которые внизу подавали чай?

– В ближней деревне, – пожала плечами Ванесса. – Так намного удобнее.

Глава 14

Когда Лиззи достала из своего чемодана кардиган, Ванесса потянула подруг обратно в бывшую детскую.

– Как же тут все-таки замечательно! – сказала Александра, выглядывая в окно. – И такой чудесный вид!

– Это верно. И здесь достаточно уединенно, потому-то мне и нравится здесь ночевать. – Открыв один из шкафчиков, Ванесса достала бутылку вина. – Как насчет того, чтобы раскупорить бутылочку?

– А нам не надо переодеться к ужину? – спросила Лиззи, которой хотелось уже поскорее избавиться от чересчур короткого платья и «журнальной» сумочки. К тому же, в отличие от всех остальных, она сильно мерзла, несмотря на теплый кардиган.

– Насчет этого не волнуйся, – успокоила ее Ванесса, доставая стаканы, предназначенные для чистки зубов. – Для этого дадут звонок. Мы его здесь услышим.

– Звонок? – удивилась Мэг.

Ванесса разлила вино по стаканчикам.

– Да. Чтобы сообщить всем, что пора одеваться.

– Боже ты мой! – воскликнула Лиззи. – Кто бы мог подумать! Звонок для одевания!

Когда все сделали по глотку теплого белого вина, Александра спросила:

– И что? Какие наши планы?

– Давайте я начну сначала, – сказала Ванесса, которой, судя по всему, необходимо было, чтобы подруги ее внимательно выслушали. – Во-первых, спасибо вам огромное за то, что вы приехали. На Электру я зла до безумия.

– Отчего же? – спросила Лиззи, обрадовавшись возможности послушать колкие отзывы о самой ненавистной для себя особе.

– Она же меня просто-напросто оттерла! Честное слово! И теперь вместо вечеринки с друзьями и подругами и танцев со сверстниками нас ждет полномасштабный официальный бал с пожилыми родственниками.

– Официальный бал? – заволновалась Мэг. – У меня, конечно, есть с собой длинное платье, но его вряд ли можно назвать бальным.

– У тебя очень красивое платье, – успокоила ее Лиззи, которой пришлось изрядно потрудиться, пришивая длинный волан к одному из отданных Джиной платьев, чтобы оно доходило до пола.

– Не сомневаюсь, что у вас с платьями все как надо, – сказала Ванесса. – По крайней мере на сегодняшнюю ночь.

– А что, сегодня ожидаются два мероприятия? – уточнила Александра.

Ванесса кивнула.

– Честно говоря, это единственный возможный способ все исправить. Иначе вообще была бы катастрофа!

– Почему? – спросила Мэг. – Не то чтобы я тебе не верила – просто хотелось бы знать поподробнее.

– Помимо того факта, что завтра ожидается самое что ни на есть официальное мероприятие, на котором не будет разве что королевской семьи? Это ты имеешь в виду? – съязвила Ванесса. – Проблема на самом деле даже не в этом. Все дело в музыке.

– А, понятно! – воскликнула Александра. – Они наняли ансамбль музыкантов, да? Я даже представляю каких. Они прекрасно играют вальсы и фокстроты, но когда выдают что-то более современное, это всегда звучит довольно странно.

– Вот именно! – с готовностью закивала Ванесса. – Все тот же ансамбль, что и всегда! Они приезжают в белых сценических костюмах, играют музыку по заказу гостей, и их к тому же только пятеро – чтобы было проще накормить. – Тут Ванесса снова исполнилась возмущения. – Нет, вы можете себе представить?! Электра тут недавно поинтересовалась, а надо ли их вообще кормить – это при том, что играть им придется с восьми вечера до четырех утра!

– Ничего себе! – фыркнула Лиззи и тут же подумала: а у нее самой хватит энергии танцевать всю ночь?

– Сперва гости будут степенно танцевать вальсы под музыку довоенной поры, а потом кто-нибудь наверняка попросит их сыграть что-нибудь из Beatles, и они, разумеется, сыграют – хотя будет и близко непохоже на Beatles, – и все эти старички примутся по мере сил изображать твист и зарабатывать себе межпозвоночную грыжу.

Ванесса ненадолго умолкла, переводя дух.

– А что! Звучит очень здорово! – улыбнулась Мэг.