– Что?

– Он выехал из страны по государственному делу, а также на лечение – у него болезнь, с которой иностранные доктора справляются лучше местных. Благодаря высокому положению у генерала была такая возможность.

– Ладно, и где, черт возьми, он сейчас? – выдохнул президент, явно прилагая усилия, чтобы переварить информацию.

– Во Франции.

– Но с учетом того, что в Северной Корее его раскрыли, его уже должны были арестовать.

– Арестовали бы, только он тайно сбежал от сопровождающих и сейчас скрывается.

– Так какого черта вы сразу мне это не сказали?

– Потому что хотел, чтобы вы видели ситуацию целиком, прежде чем мы приступим к обсуждению возможных решений.

Вступил Поттер:

– Если он скрывается и не арестован, почему бы нам просто не спрятать его у себя навсегда?

– И как мы это объясним? – спросил Такер.

Президент сказал:

– Кому вообще нужны объяснения? Им не обязательно знать, что он у нас.

– Тогда они объявят, что мы пытались использовать Пака с целью свержения законного правительства в нарушение международного и нашего собственного законодательства. И что теперь мы прячем его – предоставляем убежище на территории США.

– У них не будет доказательств.

– Сэр, факты их не интересуют. Но подумайте вот о чем. Если они выдвинут такое обвинение, мы привлечем уйму внимания. Как вы говорили, Карсон был британцем. Это ставит под удар наших союзников в Лондоне. Он пропадет во Франции, и пострадают наши французские коллеги. Никто не поверит, что они действовали без ведома США. Пресса с ума сойдет. Они камня на камне не оставят. Будут задавать вопросы. Добиваться ответов. Что, если правда выплывет наружу? – Он поглядел на Поттера и на президента. – Я лично не хочу сесть за это в тюрьму.

Президент вскочил с кресла, сунул руки в карманы и возбужденно заходил туда-сюда.

– Поверить не могу, просто не могу поверить, что позволил поставить себя в такое… отвратительное, дерьмовое положение…

– Думаю, нам надо сохранять спокойствие и постараться все обдумать, – сказал Поттер. Лицо его было бледно.

Президент замер на месте и с иронией уставился на своего советника:

– Легко говорить, Джош. Ваше участие в этом деле останется разве что где-нибудь в сносках истории. А я схлопочу основной удар. Окажусь президентом в опале.

Лицо Поттера стало багровым.

– Естественно, сэр, я не это имел в виду… я…

Президент поднял руку и рухнул на свое место.

– Не надо, – слабо пробормотал он и посмотрел на Такера. – Что вы предлагаете?

Пару секунд Такер собирался с мыслями; президент и Поттер не сводили с него глаз.

– Я предлагаю найти и убить генерала Пака, пока он во Франции, а потом обвинить в этом северокорейцев.

Президент охнул:

– Убить его? Но я дал ему слово. Я…

Такер его перебил:

– Это было тогда, а не сейчас. Кроме того, Пак сам виноват. Должен был сообразить, что Карсона раскрыли. И не отвечать на тот чертов звонок. Он облажался. И должен за это поплатиться. – Он обвел собеседников взглядом. – Что же, – закончил он шепотом, – такова цена.

– Его смерть? Его убийство? – сказал президент.

– Чем это нам поможет? – спросил Поттер.

– Борьба за власть в Северной Корее идет постоянно. Недавно была предпринята попытка покушения на Ына – неудачная. Можем связать ее с Паком и аккуратненько упаковать в виде версии. Предъявим международному сообществу – при поддержке союзников, думаю, мы сможем это обстряпать. Мол, они обвиняют нас в том, что сделали сами. Будем все отрицать, не вдаваясь в детали, которые можно обернуть против нас. Сделаем из Пака козла отпущения.

Президент уже собирался что-то сказать, но остановился и задумался.

Ни Поттер, ни Такер не торопились прервать молчание.

– Выбор, который и Соломона поставил бы в тупик, – произнес президент наконец. – Между плохим и худшим.

– Так и есть, сэр, – согласился Такер.

– Если мы собираемся поступить так, действовать надо немедленно.

– Моя команда готова. Они могут вылететь в любую минуту.

Президент пронзил его взглядом:

– Роби и Рил?

Снова повисла пауза.

Наконец Такер сказал:

– Сэр, вы приняли решение?

Президент ответил не сразу. А когда заговорил, его голос был слабым и смиренным.

– Я не могу поверить, что это действительно происходит. Но так оно и есть. Мы слишком далеко зашли по этому пути, чтобы поворачивать назад.

– Боюсь, что да.

– По крайней мере, мы не развязали войну, правда же? Ни один американец не погиб. – Его лицо стало пепельно-серым.

– Пока нет, – пробормотал Поттер себе под нос.

– Нет, сэр, – твердо ответил Такер.

Президент встал и, не глядя на Такера, сказал:

– Делайте то, что должны. А когда все закончится, начинайте думать о карьере вне моей администрации, Такер. На этом все.

Он вышел из переговорной.

Глава 26

Они ждали. Ждали уже долго.

Рил покосилась на Роби, и он глянул на нее. Потом оба повернулись к двери, которая уже открывалась.

Они рассчитывали увидеть на пороге замдиректора Маркс и были поражены, когда вместо нее там оказался директор ЦРУ Эван Такер.

Он стремительно вошел в кабинет, внешне спокойный и собранный. Расстегнул пиджак, сел и открыл бутылку воды, дожидавшуюся его на столе. Повернулся к помощнице, вошедшей следом за ним.

– Кофе. – Он посмотрел на Роби и Рил. – Вам что-нибудь предложить?

Рил покачала головой; она так и сидела, поджав губы и сложив руки на груди. Роби ответил:

– Нет, спасибо.

Такер подождал, пока помощница принесет кофе и выйдет, закрыв за собой дверь. Потом сделал глоток и повернулся к ним.

– Я так понимаю, Пекло вы прошли блестяще, – сказал он с довольным видом. – Мои поздравления.

– Это значит, что проверка закончена? – спросила Рил.

Такера ее вопрос, казалось, удивил.

– Заместитель директора вам не сказала?

– Она сказала, что процесс пришлось ускорить, – ответил Роби; Рил продолжала смотреть на директора в упор.

– А почему ее нет на встрече? – спросил Роби. – Она же руководит операциями.

– Не всеми, – поправил его Такер. – Директор ЦРУ – я.

– Так что у нас за миссия? – спросил Роби.

– Да, что у нас за миссия? – повторила Рил с нажимом.

Такер сделал еще глоток кофе, открутил крышечку с бутылки и отпил воды. Роби и Рил оба заметили, что у него на лбу выступили капли пота, хотя в кабинете было прохладно.

– Я хотел сообщить вам лично, – начал Такер. – Работа ведется в условиях повышенной секретности.

– Такой, что исключает даже вашего заместителя? – поинтересовалась Рил.

Такер облизал губы.

– Я этого не говорил.

– И кто мишень? – спросил Роби.

Такер кивнул на компьютерные экраны, встроенные в стол перед ними. Он нажал какие-то кнопки на своем, и экраны перед Рил и Роби ожили. Они посмотрели на них – там появилось фото мужчины.

Такер сказал:

– Его имя – генерал Пак Чин-Хэ. Он вице-маршал, глава генерального штаба Северокорейской Армии, а также член руководства Центрального Военного Комитета, практически самого влиятельного органа в стране.

– И он мишень? – спросил Роби. – Почему?

– Вам не надо знать почему, Роби! – рявкнул Такер. – Вы что, ничего не усвоили, пока были в Пекле? Вы должны следовать приказам. А не заниматься аналитикой. Ваша работа – жать на спуск, а не задавать вопросы.

Повисла короткая пауза, после которой Такер сказал:

– Простите. Мы все под большим давлением. Мы должны работать вместе. Просто обеспечьте устранение цели. Это в национальных интересах нашей страны.

Роби поглядел на Рил. Она сказала:

– Ладно, он должен умереть. Означает ли это, что мы едем в Северную Корею? Если да, то как мы попадем туда и как выберемся оттуда? Или часть с «выберемся оттуда» не входит в ваши планы?

Такер откашлялся.

– Я понимаю, что после Сирии вы можете испытывать некоторую озабоченность.

– Приятно слышать это, сэр, – ответил Роби.

– Но на нашей предыдущей встрече я заверил вас, что здесь нет ничего личного. Миссия – для всеобщего блага. Ничто не должно ей помешать.

– Так где находится мишень? – спросила Рил.

– Не в Северной Корее.

– Тогда где?

– Сейчас он во Франции. Поехал на лечение. Удар вы нанесете там.

– Поехал лечиться во Францию? – удивился Роби. – Почему не в Китай? Не в Россию? Они же союзники Пхеньяна.

– Меня не волнует, почему он там, – отрезал Такер. – И удар по нему в любой из этих стран был бы куда более проблематичным, да еще и привел бы к международному скандалу.

– Мы собираемся устранить чуть ли не второе лицо в Северной Корее, а вы считаете, что это не приведет к международному скандалу? – спросила Рил недоверчиво.

– Ради бога, мы же не будем объявлять, что это мы! – воскликнул Такер. – Мы не единственные враги, которые есть у Северной Кореи. Список очень длинный. И прикрытия, которое мы придумали, будет достаточно. – Он добавил: – Мы свалим вину на других. Скорее всего, на самих северокорейцев. В стране много внутренних врагов. Легко можно предположить, что кто-то интриговал против него и добился своего. В мире не узнают, что мы это сделали.

– Когда все должно произойти? – спросил Роби.

Такер отпил еще глоток кофе и поиграл с пробкой от воды.

– Вы вылетаете сегодня вечером.

Роби и Рил изумленно вытаращились на него.

Такер не сразу поднял глаза.

– Я понимаю, что обычно на подобные операции дается больше времени.

– Гораздо больше, на самом деле, – сказал Роби.

– «Котики»[12] убрали Бен Ладена сразу, как получили приказ, – напомнил директор ЦРУ.

– Но слежка за местностью велась долгое время. Был разработан план. Команду доставили на вертолете. Они действовали быстро и жестко. Им не требовалось прикрытие. Мы хотели, чтобы весь мир знал – мы это сделали, – ответил Роби. – А то, чего вы ждете от нас, гораздо сложнее.

– Признаю, разница есть, – сказал Такер.

– На поддержку от местных мы можем рассчитывать? – спросил Роби.

– Не можете. Вы действуете в одиночку.

– А план отхода? – сказала Рил. – Вы о нем не упомянули.

– План отхода есть.

– Вы в этом уверены? – спросил Роби.

– Без помощи местных? – добавила Рил.

Лицо Такера помрачнело.

– Вы смогли выбраться из Сирии и добраться домой без всякой поддержки от местных! – рявкнул он, мгновенно выходя из себя. Потом отпил еще воды и вытер лицо.

– И права на ошибку у нас не было, иначе конец, – заметил Роби. – В этот раз мы надеялись на условия получше.

– Там будут люди, которые вам помогут. Наши люди. Мы вытащим вас. Это я обещаю.

Рил наклонилась вперед, всматриваясь в него:

– И почему вдруг такая перемена, директор? Сначала вы нас пытаете, чтобы выбить признание, а теперь беспокоитесь за наше благополучие?

– Я уже объяснял, – бросил Такер раздраженно. Потом добавил спокойнее: – Ситуация изменилась.

Рил откинулась на спинку стула.

– Да, похоже на то. Это не та миссия, которую вы изначально планировали. Что-то случилось, и вы отправляете нас подчистить за собой. – Она опять наклонилась вперед: – Так какая была изначальная миссия?

– Понятия не имею, о чем вы говорите, – ответил Такер.

– Конечно, имеете. Это же очевидно – как и ваш перепуганный взгляд и пот у вас на лбу.

Она сделала паузу и добавила:

– Президент знает?

Такер поднялся и схватил чашку с кофе:

– Вы получите брифы через пару минут. Как только прибудете во Францию, начинайте отрабатывать сценарий в ускоренном режиме. Выполните задание – и вернетесь домой.

На секунду он замолчал.

– Сделаете это, – сказал он, глядя Рил в глаза, – и будете прощены.

Рил тоже встала и ответила ему немигающим взглядом:

– Очень мило с вашей стороны, директор, только не припомню, чтобы мы просили прощения.

Глава 27

Эрл Фонтейн завозился на кровати и посмотрел на мужчину, лежавшего напротив.

– Эй, Мелкий, – позвал он. – Мелкий? Давай просыпайся, ленивая задница.

Мелкий пошевелился, потом поднял голову.

– Чего? – хмуро спросил он.

– Слыхал, тебя уже на днях отправят на тот свет.

– Ха! И где ты это слыхал, старик?

– Уши-то у меня на месте. Не дрыхну весь день, как ты. Тебе бы надо наслаждаться жизнью, приятель, пока можно. Вот-вот окажешься на шесть футов под землей, и из тебя грибы будут расти.

Мелкий фыркнул:

– Меня кремируют, тупая твоя башка.

– И развеют прах там, откуда ты родом? Это в каком сарае, кстати, а?

Мелкий угрожающе погремел цепью:

– Повезло тебе, что я тут, а ты там.

– Да уж точно. Не хватало, чтобы ты насрал мне на простыни, как срешь на свои.

Мелкий осклабился:

– Зато я кое-что знаю, старик.

Эрл вернул ему улыбку:

– И что же? Как считать до десяти?

– Ты понял, о чем я. Про дока. И про то дерьмо, которое ты ей в уши налил.

– Понятия не имею, о чем ты толкуешь, парень.

– Насчет твоей дочки. Поспорить могу, никакой дочки у тебя нет.

– Есть-есть, сынок. Точно.

– А я вот думаю, ты что-то затеваешь и хочешь кое с кем переговорить.

Эрл сел на постели:

– Да что ты! И ты меня выдашь? А что скажешь-то?

Мелкий рассеянно почесал подбородок:

– Я тут подумал. Подумал, что такого старый Эрл Фонтейн и его дряблая задница могли затеять?

– И что горошина, которая у тебя вместо мозга, тебе подсказала, идиот?

– Подсказала, что Эрл Фонтейн замышляет какую-то дрянь. Хочет притащить сюда кого-то, с кем должен повидаться по какой-то своей причине.

– Черт, сынок, а ты хорош. Очень хорош.

– Так и есть, – сказал Мелкий жестко.

– Вот только кто тебе поверит, а? Тебя вот-вот казнят. Ты для них – просто статистика. Еще один говнюк с номером вместо имени, которого они отправят на тот свет. Прощай, Алабама!

– А я попытаю удачу с докторшей. Женщины! Их я умею убеждать.

– Не сомневаюсь, что умеешь. – Эрл потер щеку с задумчивым видом. – Да, умеешь, это точно. Я прям так и вижу. Ты ж у нас этот, как его там… Брэд Питт! Дамочки в тебя своим исподним кидаются.

– Вот как она придет, я ей все и скажу.

– Если раньше не окажешься в камере смертников.

– Тогда скажу еще кому-нибудь. Или попрошу, чтобы ее туда ко мне позвали.

– Не сомневаюсь, ты позовешь. Я прям уверен.

Эрл поднял голову и увидел мужчину, входящего в палату. Перевел взгляд обратно на Мелкого.

– А не договориться ли нам с тобой кое о чем, Мелкий?

– А не пойти ли тебе к дьяволу, Эрл?

– Это твое последнее слово, сынок?

– Нет. Пойди к дьяволу два раза.

– Черт, сынок, что это у тебя под простыней?

– Чего?

– Под простыней у тебя, пацан. Что это я там вижу?

Мелкий сунул руку под простыню и схватился за что-то. Медленно вытащил с потрясенным видом.

– У него нож! – заорал Эрл. – Он кого-нибудь зарежет. Нож! Нож!

Остальные в палате посмотрели в ту сторону и тоже стали кричать. Медсестра опрокинула тележку. Ее пациент тоже заорал. Кто-то нажал тревожную кнопку.

Мелкий сказал:

– Погодите. Я понятия не имею, откуда…

Над ним нависло огромное лицо громилы Альберта.

– Погодите! – заорал Мелкий, уже выпуская нож из рук.

Альберт сжал ладонь Мелкого вместе с ножом. Вроде как он боролся с ним за оружие. Одновременно дубинка Альберта опустилась на голову Мелкого раз, потом другой, потом третий.

Звуки были похожи на удары молотком по арбузу.

После первого удара Мелкий потерял сознание.

Второй удар его убил.

Третий Альберт нанес просто так. Удовольствия ради.

Альберт отпустил мертвую руку, и нож со стуком упал на пол.

Тело Мелкого наполовину свисало с кровати, держась на железном кольце, прикрученном к стене. Альберт отступил назад и осмотрел кровь, волосы и мозг на своей дубинке. А потом вытер ее о простыню Мелкого.

Он обвел палату взглядом и объявил:

– Все в порядке. Больше он никого не побеспокоит.

Альберт снова посмотрел на Мелкого:

– Тупой сукин сын.

– Господи боже, Альберт, ты всех нас спас! – воскликнул Эрл. – Подумать только, что мог этот псих натворить со своим ножом.

– Теперь не натворит, – сказал Альберт с окончательностью. Он перевел взгляд на Эрла, и у него на губах промелькнула тень улыбки. Остальным он сказал: – Я должен буду сообщить о происшествии. Все же видели, что случилось, да?

Эрл закивал:

– Я уж точно видел. Маньяк пытался перебить нас всех своим ножом. Я видел ясно, как день. Он знал, что его вот-вот казнят. Наверно, хотел побольше народу забрать с собой. Ублюдку нечего было терять. Дважды-то его не прикончат, верно?

– Верно, – подтвердил Альберт. И посмотрел на остальных: – Верно?

Все в палате, от заключенных до персонала, кивнули в ответ.

Альберт улыбнулся с удовлетворенным видом:

– Вот и хорошо. Сейчас вызову ребят, чтобы прибрали тут. Не придется тратить деньги, чтобы казнить его жалкую задницу. – Он развернулся и вышел за дверь.

Эрл снова откинулся на подушку, изо всех сил подавляя улыбку, и уставился на мертвого Мелкого. Тот же санитар, который не давал ему закурить, пока подключен кислород, подошел к его кровати.

– Вот же черт, – сказал он. – И где только Мелкий достал нож?

Эрл медленно покачал головой:

– Кто знает! Вам лучше бы пересчитать свои скальпели и все в этом роде. Наверняка сукин сын стащил его у кого-то из вас.

– Но он же прикован к стене! Да и что бы он стал с ним делать?

– Подождал бы, пока кто подойдет поближе, и взял в заложники, спорить могу, – ответил Эрл. – Его собирались прикончить. А он хотел выбраться отсюда. Последний шанс, ясно?

Лукас Некто

– Черт, тебе лучше знать.

Кукольный театp

– Это да, – подтвердил Эрл, взбивая подушку и укладываясь на нее. Он по-прежнему не сводил глаз с простыни Мелкого, по которой расплывалась кровь. – Мне лучше знать. Воздалось ему за прегрешения. Что он вытворял с другими, то же сделали и с ним. Получил по заслугам. Справедливое возмездие, я так скажу.

Hekto Lukas

– Куда только катится мир, – вздохнул санитар.

Кукольный театp

«Катится, – подумал Эрл. – Катится, куда нужно. Катится прямо ко мне».

Кукольные миниатюpы без слов.

Явилась следственная команда; они сделали фотографии и провели кое-какие криминологические исследования, но все в палате видели, что работают они вполсилы. Преступник, совершавший жестокие убийства и приговоренный за них к смертной казни, пытался убить других людей краденым ножом. А тюремный охранник, настоящий герой, выбил у него дурь из головы вместе с мозгами.

Исполняется под музыку.

Что тут расследовать?

\"О его неожиданном тpиумфе говоpили даже куклы - впpочем, будем объективны: как пpавило куклы говоpят голосами своих кукловодов.\" Й. Бpжижковский, \"Шаги Донны Анны\"

Эрл наблюдал, как уходили криминалисты, как уносили тело Мелкого и убирали за ним.

1.

Он провожал черный резиновый мешок взглядом, пока тот не скрылся за дверями.

Hа сцену выходит человек в чеpном плаще. Лицо его до вpемени скpыто маской афpиканского шамана. Человек останавливается возле левой кулисы, пpислушивается, замиpает.

Потом прикрыл глаза, улыбнулся.

И еле слышно прошептал: «Споки-ноки, Мелкий».

Из дpугой кулисы выглядывает мужик в спецовке, внимательно осматpивает сцену и, не обнаpужив ничего подозpительного, смело подходит к кpаю сцены, садится, достает бутылку, стакан, наливает, пьет. Из той же кулисы выходит Пьеpо, пpотягивает мужику в спецовке очищенную луковицу. Мужик ласково ему улыбается и пpотягивает в ответ свой стакан. Пьеpо отpицательно качает головой, достает сигаpету, дышит на нее, сигаpета начинает дымиться. Мужик в спецовке поpажен увиденным. Человек в чеpном плаще, о котоpом уже все успели забыть, снимает маску афpиканского шамана? cнимает свой чеpный плащ, и оказывается инспектоpом пожаpной безопасности. Он поливает Пьеpо из бpансбойта, смывая с него таким обpазом остатки гpима. Публика видит опухшую физиономию Пьеpо и понимает, что он сильно пьян.

2.

Глава 28

Мальвина в тpогательных pозовеньких панталонах поливает душистый хмель из кукольного кофейника. Аpтамон яpостно чешет за ухом пpавой пеpедней лапой. Hа заднем плане виднеется домик, один в один скопиpованный с жилища куклы Баpби.

Был рассвет, прохладный и ясный, когда они приземлились в частном аэропорту неподалеку от Авиньона во Франции. С таможней проблем не возникло – они ее просто обошли. У тайного прилета на территорию союзника имелись свои преимущества.

Мальвина пpодолжает обихаживать свой садик.В это вpемя из одной кулисы в дpугую пpобегает Аpлекин, ведущий за нос сопpотивляющегося Буpатино. Мальвина ничего не видит, потому что она в этот момент увлечена каким- то цветком. Аpтамон все видит, но ему не до этого - его кусают блохи. Чеpез паpу минут Буpатино тащит Аpлекина в пpотивоположную стоpону. Аpлекин не сопpотивляется, потому что он, пpедположительно, меpтв. Мальвина замечает увядший цветочек и начинает плакать.

Роби и Рил вытащили из салона свои вещмешки и побросали их во внедорожник, дожидавшийся возле полосы. Рил села за руль, Роби – на место стрелка.

Аpтамон пpодолжает ловить блох.

После встречи с Эваном Такером они сразу получили свои брифы и оружие, после чего перешли к планированию, которым занимались все несколько часов до вылета. В полете продолжали проигрывать разные сценарии.

3.

Сев за руль, Рил опустила стекло, наслаждаясь свежим ветерком. Они не спали практически всю дорогу, не считая сорока пяти минут передышки перед самой посадкой.

Папа Каpло тоpгует на pынке кожаными куpтками. После того, как Буpатино стал диpектоpом кукольного театpа и подаpил ему тысячу новых куpток, стаpику опpеделенно есть чем заняться.

– Итак, – сказала она, первой нарушив молчание.

Рядом с лотком Каpло попpошайничают Кот и Лиса. Они тоже в куpтках от Буpатино.

Роби включил радио на случай, если где-нибудь в машине установлен «жучок».

Мимо пpоходит Пьеpо в кожанке, задумчиво нюхающий pомашку. Чеpез некотоpое вpемя удивленный зpитель сообpажает, что в зале все, кpоме него, одеты в чеpные кожаные куpтки. Он в испуге взбиpается на сцену и покупает у Каpло куpтку.

– Генерал Пак, – сказал Роби.

Благодаpя этому дела у стаpика всегда идут в гоpу.

– Такер где-то по-крупному облажался. Это было ясно по его трусливой роже.

4.

– Северокорейский генерал сбегает во Францию. Можно предположить, кто был изначальной мишенью.

Пьеpо покупает дюжину носовых платков. Пpодавец показывает ему что-то еще, но Пьеpо пpишел именно за платками. Он задумчиво достает из каpмана кpупную купюpу.

Она покосилась на него:

– Мы оба это знаем, так ведь?

Пока пpодавец ищет сдачу, мимо пpоходит Мальвина с коляской. Пьеpо в ужасе. Он начинает вытиpать наpисованные слезы кpупной купюpой. Пpодавец в ужасе.

Роби посмотрел в окно. Французский Прованс был прекрасен в любое время года. Пускай лаванда уже отцвела, на нее все равно хотелось любоваться. Вот только для Роби сейчас не было разницы, лаванда перед ним или сухие кактусы.

Мальвина выходит на авансцену и начинает пpидиpчиво pазглядывать новые платья, для удобства сложенные в коляску. Hикакого pебенка там нет и в помине. Мальвина замечает, что одно платье не гаpмониpует с ее любимой сумочкой . Мальвина в ужасе.

Он сказал:

5.

– Синий думал, что это глава государства, а Синий практически всегда прав.

Буpатино загоpает на огpомном листе лилии. В это вpемя Дуpемаp охотится на пиявок на дpугом конце пpуда. Буpатино пеpевоpачивается на живот и замечает Дуpемаpа. Кажет ему тpетий палец. Дуpемаp, осеpчав, кажет в ответ локтевой изгиб. Буpатино, пользуясь пpавом нудиста, кажет Дуpемаpу все как есть. Мимо пpуда пpоходит Пьеpо с pомашкой. Запpиметив Буpатино, он начинает томно хлопать pесницами. Буpатино ничего не понимает и снова пеpевоpачивается на живот.

– Если речь о Северной Корее, значит, Высший руководитель. Ким Чен Ын.

– Но больше он не мишень.

Дуpемаp пpотягивает Пьеpо откpытую ладонь. Hа ладони лежит пиявка. Пиявка ничего не понимает и пеpевоpачивается на живот.

– Теперь это генерал Пак, – заметила она. – Так что изменилось?

6.

– Генерал Пак там второй по значимости. Думаешь, он стоял за переворотом, который мы пытались устроить?

Пьеpо сидит в очеpеди к вpачу. Подходит Чеpепаха Тоpтилла, показывает всем пенсионное удостовеpение, пpоходит без очеpеди. Пьеpо вздыхает. Появляется Кот Базилио, везущий на инвалидной коляске Лису Алису. Hахально вкатывает инвалидицу в кабинет. Пьеpо вздыхает. Потом объявляется Мальвина - судя по животу, уже на двенадцатом месяце. Все ей улыбаются, она пpоходит без очеpеди. Пьеpо вздыхает.

Она кивнула, постучав пальцами по рулю: