Сражались и терпели неудачу.
* * *
Эта группа незваных гостей была достаточно умна, чтобы избежать ловушек, установленных Лондо у двери и на окнах, но это были далеко не единственные сигнальные устройства, что он приготовил. Учитывая, что он к тому же не спал, удивляться их появлению он не собирался.
Он конечно же не был экспертом в рукопашном бое, но это было далеко не первое покушение, и… после тех горшков и кувшинов, что в течение более чем двадцати лет бросала в него Тимов, он развил некоторое проворство. Скатиться с кровати, схватить традиционно вычурный канделябр и ударить первого противника в живот, это была не простая задача, но он справился с ней вполне достойно.
Второй появился в поле зрения с чем–то вроде длинного ножа, смахивавшего на нарнское изделие. Его замах был слишком неуклюжим, и Лондо поднырнул под нож, ударив вверх канделябром. Удар снёс нападавшему челюсть и отбросил его назад. Он развернулся…
… и там никого не было. Больше никого, только это двое на полу, один в обмороке, другой судорожно пытается восстановить дыхание. „Негодный“ - даже это слово не подходило, чтобы описать это. Но почему…
Возможно Рифа знал, что Лондо будет ожидать покушения и намеренно послал дилетантов, чтобы уверить его в безопасности, ожидая удобного момента, чтобы убить его по настоящему. Возможно другая попытка запланирована уже сегодня вечером.
Или возможно эта попытка была организована кем–то ещё, кем–то, кто не мог позволить себе нанять профессионала. Лондо смог представить в этой роли только лорда Джарно.
Или возможно…
Или возможно он должен прекратить волноваться из–за всех этих „возможно“. Кто–то только что попытался убить его, - заурядное событие в наши дни. Пришло время увидеть начальника гвардейцев и сообщить ему о происшествии. Возможно он смог бы сделать что–нибудь реальное.
Лондо начал одеваться, его мозг при этом всё ещё продолжал размышлять над различными „возможно“ и над тем, что центаврианская политика стала слишком византийской, чтобы быть хорошей.
* * *
Чардхей смотрел в небеса, шепча молитву Валену. Но он по–прежнему видел лишь чёрные облака, затянувшие небо. Пока что Йедор не был подвергнут бомбардировке, но конечно так не могло продолжаться долго. И когда удар с небес обрушился на город, земля под ним содрогнулась, за считанные секунды его зелёные лужайки обратились в чёрные поляны смерти, а водоёмы превратились в мёртвые затхлые канавы.
Храм Варенни устоял, гордый и неуязвимый. Улькеш был там, в сердце храма, где Вален однажды провозгласил судьбу Минбара.
Чардхей отказался бежать. Это был его дом, его мир, и если воины не будут защищать его, то он по крайней мере сделает то, что может. Калейн однажды высокомерно сказал ему: „Идите и молитесь где–нибудь, пока мы будем изменять мир.“ Действительно, воины изменили Минбар, но не к лучшему.
Как бы подтверждая справедливость пожеланий солдата, из кабины лифта снова донесся короткий, как удар молота, залп выстрела. Страшная сила заставила содрогнуться всю шахту. Из выключателя рядом с дверью послышался отчетливый треск – и створки распахнулись. Со вздохом облегчения Черити вылезла из шахты, опустились у самой двери на колени и посидела несколько секунд с закрытыми глазами, чтобы успокоить дыхание, прежде чем отважиться поднять голову и осмотреться по сторонам.
- Вален сказал, что в нашем самом тёмном часе кроется наш самый большой триумф. Мы должны быть сильными. Мы должны выдержать.
Они находились внутри одного из небольших зданий пещерного города Крэмера. Снаружи слышались крики, иногда доносился отзвук тяжелого взрыва. Медленно, засунув разбухшие ладони под мышки, она встала и пошла к выходу из здания, осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу.
Некоторые пришли сюда, чтобы смотреть, слушать, просто, чтобы быть в компании. Все из религиозной касты, конечно. Чардхей говорил с ними - о надежде на будущее, о словах Валена, обо всём, что могло бы успокоить их страх.
В пещерном городе царило чрезвычайное возбуждение. Завывание сирен давно смолкло, но огромный подземный свод гудел от шагов сотен мужчин, как бы бесцельно сновавших туда-сюда, выкрикивая приказы или устремляясь к выходам. Черити увидела, что перед тоннелем вниз, к стартовой площадке, опускалась мощная стальная платформа. Двери большинства зданий распахивались, выпуская наружу мужчин. В одном из больших, без окон, ангаров открылись огромные ворота, и из них выкатилось с полдюжины громадных стальных махин: это были танки; такие же, как тот, что Черити и Скаддер встречали в Париже.
И его страх.
* * *
Услышав шорох, она обернулась и увидела Скаддера, очень ловко поднимавшегося по тросу и двигавшегося так быстро и без усилий, что Черити почувствовала неуместную зависть.
Синевал вернулся домой через одиннадцать часов после того как покинул его.
– Наверху все в порядке? – тяжело дыша, спросил хопи.
Собор возник в небесах Минбара как самый странный из спасителей. Дракон, тёмный и ужасный, выдыхающий пламя. Герой легенды, существовавшей за столетия до Валена, легенды о Валерии и огненном драконе.
Черити кивнула.
В этот раз у дракона были союзники.
– Да. Но не знаю, сколько так будет продолжаться, – она испуганно вздрогнула, когда взгляд упал на истертые ладони Скаддера. – О Боже! Во что превратились твои руки!
Старкиллер тоже был там, управляя своим собственным драконом. Синевал многие годы ненавидел Шеридана и сейчас продолжал ненавидеть, но этот землянин пошёл против своего народа также, как Синевал пошёл против своего. У Шеридана очевидно были на то свои причины, но могли ли они перевесить долг крови на его душе?
Тот на мгновение перевел взгляд на пальцы: сквозь смазку сочилась кровь. Он пожал плечами и вытер ладони о штаны. Потом, громко пыхтя, стараясь из последних сил, из шахты выбралась Нэт, а вскоре за ней показался один из бойцов.
Сейчас не время думать об этом.
У Минбара он увидел корабли младших рас - Неприсоединившихся Миров. Что их привело сюда, Синевал не знал. Какой интерес они могли бы иметь на Минбаре, он не мог даже представить. Возможно они были лишь падальщиками, прибывшими мародерствовать на умирающей планете.
– Где ваш товарищ? – спросила Черити, когда молодой человек обессиленно свалился рядом с дверью лифта.
Он не отступит на этот раз, но он и не умрёт здесь. Он стоял на вершине столба в окружении красот космического пространства. Он мог чувствовать каждый вздох развернувшегося перед ним сражения, но это не вызывало в нём никакой радости. Он сражался, потому что должен был это делать. Не больше.
Собор направился к земным кораблям, «Парменион» - рядом с ним.
– Он идет следом за мной, – прохрипел он, – что-то проникло через дверь. Он хотел задержать.
* * *
Черити обменялась со Скаддером испуганным взглядом, склонилась над провалом шахты и мгновенно отпрянула назад, почти сбив с ног товарища.
Деленн огляделась, почувствовав, как вздрогнул под ней «Стра\'кат». Сражение развивалось не слишком удачно. Дракхи были сильны, а люди всё ещё продолжали уничтожать её мир, обстреливали его, душили его, убивали его. Сейчас казалось, что ещё чуть–чуть, и они уничтожат военную силу её Содружества.
По канату вверх взбиралась фигура. Но это был не солдат, а воин-муравей. Хопи вскрикнул, не раздумывая выхватил у солдата оружие и дал очередь в шахту лифта. Трудно было понять, попал ли он, но из шахты донеслось злобное шипение и свист. Вдруг стальной канат начал вибрировать. Сухая, четырехколенчатая черная нога показалась в двери, пытаясь закрепиться. Скаддер ударил по ней прикладом. Нога исчезла, но через секунду в просвете показались два выпученных глаза, и две-три огромные конечности сбили Скаддера, Черити и Нэт на пол одним неистовым взмахом. Хопи беспомощно повалился на спину, однако сохранил достаточно присутствия духа, чтобы развернуть автомат и нажать на спуск. Казалось, что маленькое помещение лопнет от грохота автоматной очереди. Чудовище крякнуло и, не удержавшись, сорвалось назад в шахту. Чуть погодя раздался шумный хлопок, стальной трос порвался. Кабина лифта, громыхая, устремилась в глубину.
Черити убедилась в том, что никто не получил тяжелых ранений, и на четвереньках подползла к двери. В шахте лифта было совершенно темно, но ей все мерещилась скользящая безобразная тень, медленно поднимавшаяся к ним. Лейрд почти не сомневалась, что этот гад может взобраться вверх и без каната.
А затем появились новые действующие лица. Она могла видеть их на экранах Стра\'ката. Она знала, кто это был, кто пришёл помочь ей.
– Нужно закрыть дверь! – закричала она. – Помогите мне!
- Джон, - прошептала она.
Общими усилиями и буквально в последний момент они это сделали. Только обе створки двери закрылись, как что-то изнутри уперлось в них с такой силой, что Черити испуганно отпрянула.
* * *
– Дверь выдержит всего пару минут, – сказал Скаддер. – Уходите отсюда! Быстро!
Ты… наша…
Когда Черити была у самого выхода, ей бросилось в глаза, что солдат не собирается следовать за ними.
Уходите.
– В чем дело?! – нетерпеливо спросила она. – Чего вы ждете?
Ты… наша…
– Я не могу больше, – простонал солдат.
Нет!
Он стоял, дрожа, у стены рядом с дверью лифта. Лицо его побледнело, но только сейчас Черити увидела быстро увеличивавшуюся лужу крови, собравшейся под его правой ногой.
Ты… наша…
Шар пел ей. Пение, шёпот, зов, они часто посещали её. Если бы не тот факт, что Ниома Конналли планировала использовать его, чтобы уничтожить флот дракхов, то она могла бы свихнуться.
– Эта тварь меня достала, когда я висел на канате, – стонал он. – Уходите! Я попытаюсь хоть немного задержать ее.
Да, правда.
Черити помедлила. В ней все воспротивилось тому, чтобы оставить здесь этого человека. Но она видела, что тот действительно тяжело ранен, а дверь рядом с ним все сильнее сотрясается под ударами чудовища. Наконец она кивнула Скаддеру. Хопи снял с плеча автомат и бросил его прежнему владельцу. Молодой солдат поймал оружие, сжав зубы, вставил новый магазин и, хромая, отошел от двери лифта на несколько шагов.
Её мысли вернулись к беседе, что произошла несколько часов назад внутри того сверхъестественного шара с душой кого–то, кто был мёртв в течение нескольких сотен лет. Не типичная ситуация даже в наше сумасшедшее время.
Он был странным человеком со многих точек зрения… даже, будучи мертвым. Он не был землянином, но принадлежал расе, которая, как она знала, она знала, давно исчезла. Она никогда не видела дилгар прежде, и не была уверена, что от него ожидать…
– Счастливо! – сказала Черити. – И не играйте в героя. Когда они прорвутся, уходите!
Конечно же это не был приветливый старичок, проводящий время в неких исследованиях. Однако он, казалось, очень обрадовался, увидев её - ладно, если бы она сама была заключена в этот маленький шар навечно, она бы тоже тогда обрадовалась любой компании. Они говорили некоторое время - о том и о сём, а потом она спросила о шаре.
Хотя расстояние до командного пункта Крэмера не составляло и двухсот метров, им понадобилось почти десять минут, чтобы его преодолеть. Пещерный город превратился в сумасшедший дом. Земля под их ногами все чаще вздрагивала от сильных взрывов, некоторые из них однозначно доносились из глубины станции. Черити прикинула, что бункерная крепость не сможет противостоять штурму и полчаса.
И тогда она услышала то, что никогда бы не смогла полностью понять, о дракхах и волшебстве, которое было наукой и одновременно не было ею, о центральной нервной системе и некой связи энергии и мистических способностей. Всё это сводилось к тому, что Конналли получила в свои руки шар одного из вождей дракхов. Дракхи в некотором смысле… сливались со своими кораблями, в большей или меньшей степени, получая таким образом больший контроль над ними. Корабли были сконструированы с частичным использованием органической технологии, и вожди дракхов часто функционировали в качестве их мозга, используя шар как своеобразный интерфейс. Вот так…
К удивлению, они не встретили часовых ни перед маленьким зданием, ни внутри. Когда беглецы приблизились к кабинету Крэмера, дверь открылась, и вышел Гартман. Когда он узнал Черити, на его лице появилось недоумение.
– Как, черт возьми, вы здесь оказались? – изумленно спросил он.
Вот так Ниома Конналли и оказалась в одной компании с целым отрядом нарнов на борту транспортника, направлявшегося к материнскому кораблю дракхов. Нарны назвали себя Сотней мамаши Ко\'Дат, и они, казалось, сгорали от нетерпения, предвкушая рукопашную с дракхами. Конналли эта перспектива не радовала. Нисколько. Эти сны приходили всё чаще, мучая её даже во время бодрствования.
– Крэмер там? – настойчиво спросила Черити. Гартман кивнул.
Ты… наша…
– Да, но…
Идите к черту!
– Они здесь! – перебила его Черити. – Они уже на станции, Гартман!
Нет, никогда!
Ты… наша…
Когда они ворвались в помещение, все мониторы на стене позади письменного стола Крэмера уже работали. Каждый монитор показывал определенный участок подземной базы. И все же изображения были жутко похожи одно на другое: почти все показывали армию черных четвероруких насекомых-воинов, преодолевших оборону бункерной крепости с такой легкостью, будто ее и вовсе не существовало. На экранах один за другим вспыхивали ярко-белые взрывы, дотла уничтожавшие оборонительные укрепления Крэмера. На дюжине тщательно замаскированных огневых позиций стрельба еще велась, но вместо каждого глайдера, который, взорвавшись, сгорал или падал, на небе появлялись два новых.
* * *
– Крэмер! Вы здесь!
Корабли кружили в смертельном танце, изрыгая огонь друг на друга. Что могли подумать о них там внизу, на планете, где могли видеть только крошечные искры, которые отмечали сражение, в котором решалось, спасётся их мир или будет уничтожен?
«Собор», этот огромный замок, был детищем технологии, неизвестной и чужой для всех сторон, сражавшихся за власть над Минбаром.
Голос Скаддера был так резок, как будто в любой момент мог сорваться. Он сердито нагнулся вперед, расставил руки, как бы желая схватить и закружить Крэмера, но в последний момент отступил и уставился выпученными глазами на апокалипсический спектакль, разыгравшийся на экранах.
«Парменион» во главе с легендарным Старкиллером противостоял сейчас своему собственному народу, чтобы спасти его врага.
– Что… что вы здесь делаете? – заикался Крэмер.
Флот Объединённого Совета, и в частности «Стра\'кат», стал домом для той, что слишком долго и слишком далеко находилась от своего родного мира, и которая стала теперь свидетелем распада и гибели своего мира и своего народа.
– Они уже на станции! – кричала Черити. – Крэмер, нам нужно к Гиэллу! Дайте нам машину!
Дракхи, переполненные жаждой убийства, следовали приказам своих вождей - убивать и уничтожать; только это могло сделать их счастливыми.
– Невозможно! – выкрикнул Крэмер. – Вы лжете. Мы… мы здесь в полной безопасности. Они не могут сюда попасть! Они никогда не пройдут через ворота!
«Утренняя Звезда» представляла надежду на то, что вновь наступит рассвет человечества, и то, что Минбар будет низвергнут в пучину такого отчаяния, какого не видел ещё никто.
Черити обменялась со Скаддером тревожным взглядом. Оба поняли, что Крэмер уже почти теряет рассудок.
«Коринфянин» был смертоносным дождём, что пролился на уже ослабленный, разбитый и почти уничтоженный мир.
– Я могу их остановить, – сказала Черити. – Может быть, мне удастся помешать им уничтожить оставшихся. Пожалуйста, Крэмер! Нам нужен вертолет!
И один маленький, почти ничего не значащий в этом раскладе сил транспортник… пристыковался к корпусу материнского корабля дракхов, выпустил своих пассажиров…
– Нет, – отрезал Крэмер. – Вы… Вы лжете. Что вы вообще делаете здесь? Вы… Вы мои пленники! – Он вдруг вскочил, повернулся кругом и, ожесточенно жестикулируя, показал на Гартмана. – Арестуйте их! Расстреляйте их, если они попытаются сбежать! Они предатели! Все это их вина!
* * *
Скаддер в злобном порыве поднял его вверх.
Калейн, пошатываясь, вышел на улицу, он наконец смог выйти днём, потому что никакого солнечного света больше не было. Небо теперь более всего походило на воду, покрытую черной нефтью, загрязнявшей всё, чего касалась. Облака были тёмными и насыщенными.
– Вы…
Он поднял к небу руки и закричал Валену, посылая ему сигнал.
– Прекратите!
Скаддер застыл, и Черити с недоверием взглянула на пистолет, неожиданно появившийся в руке Гартмана. Потом она поймала взгляд Гартмана и поняла.
Пошёл дождь.
– Оставьте его, или я расстреляю вас на месте, – сказал Гартман. – Быстро!
Калейн смеялся, пока дождь уничтожил его одежду, обжёг кожу на руках и лице. Впервые за многие месяцы прекратился мучивший его зуд. Каждая капля дождя, попадавшая на его ссохшуюся кожу, прожигала её. Неподалёку он увидел плачущего ребенка. Дождь уничтожил его кожу до самых костей. Он смотрел в небеса невидящими глазами.
– Делай, что он говорит, – поспешно выпалила Черити. – Он прав, Скаддер. Во всем наша вина, мы здесь в безопасности. Люди Крэмера одолеют их.
Калейн вновь засмеялся.
Скаддер, как будто до сих пор ничего не поняв, посмотрел на Лейрд, поймал ее полный отчаяния взгляд и, наконец, отпустил маленького человечка.
Он получил своё знамение.
Крэмер, покряхтывая, нетвердым шагом пошел назад и тяжело опустился в кресло.
* * *
– Уведите их, Гартман! – ревел он. – Расстреляйте их! Я приговариваю их к смерти за измену и тайное сотрудничество с противником!
Деленн отвела «Стра\'кат» немного назад, чтобы прикрыть Таана Чарока и его корабль. Она прекрасно видела корабли, нападающие на Минбар, - её дом, - но достичь их она не могла. Дракхи встали перед ней сплошной стеной. Она видела и Джона. У него не было бы никакой причины быть здесь, если бы не она.
– Слушаюсь, господин генерал-майор, – сказал Гартман. С мрачным выражением лица он обратился к Черити и махнул свободной рукой. – Вон отсюда! Быстро!
- Спасибо, Джон, - прошептала она. Дракхи приближались, и Деленн готовилась встретить их.
Черити медленно подняла руки. Нэт и Скаддер тоже вышли в коридор. Гартман последовал за ними, держа оружие наизготовку. На какое-то мгновение Черити засомневалась, увидев исступленное выражение лица Гартмана. Он действительно великолепный актер. Она только надеялась, что он действительно играет.
* * *
Едва они вышли из здания, Гартман опустил пистолет и убрал его. Черити с облегчением вздохнула, с лица Скаддера ушло напряжение.
Дракхи приближались, и Конналли готовилась встретить их. Прямо перед собой она увидела Ко\'Дат и Г\'Дана с мечами наголо. С криком, который вероятно имел смысл на языке нарнов, они ринулись в атаку. Дракхи подняли свои шары.
– Это правда? – спросил Гартман. – Они действительно уже здесь?
Конналли подняла свой и сфокусировала на нём свои мысли. Она чувствовала эманацию дракхов в своём сознании, слышала их голоса…
Черити смотрела на него, не понимая.
Ты… наша…
– Вы действительно этого не знаете?
Приближавшиеся к ней дракхи остановились одурманенные, сбитые с толку, почти загипнотизированные. Ко\'Дат пробила лезвием своего катока грудь первого, в то время как Г\'Дан лишил жизни второго. Остальные члены сотни Ко\'Дат ринулись вперёд по коридору, в самое сердце материнского корабля. Конналли последовала за ними, но медленно. Она продолжала слышать это внутри своего мозга, словно насекомое ползало по её черепу.
– Чего?
Ты… наша…
– Но… Крэмер должен был заметить… – Скаддер умолк на середине фразы. – Он ничего не сказал, – бормотал он. – Ведь так? Они уже готовы смять вашу крепость изнутри, а он не говорит ни слова. Да он свихнулся!
* * *
– Вероятно, – сказала Черити. – Но это обсудим потом. – Она обратилась к Гартману. – Что с вертолетной площадкой? Ее уже заняли?
Улькеш стоял в самом сердце храма, в котором провёл последние девять столетий, тихо наблюдая из тени, с тех пор как Вален одолел угрозу своему лидерству. Таинственные мысли циркулировали в его древнем, чужом разуме.
– Еще нет. – Гартман помедлил. – Не знаю, найду ли я пилота.
Над ним - небеса проливались дождём смерти. Под ним - земля билась в конвульсиях. Вокруг него - люди кричали, плакали и умирали.
Они побежали. Грохот взрывов летел вслед, когда они пересекали громадную пещеру. Пару раз земля под ногами начинала дрожать так сильно, будто вся пещера готова была провалиться.
Улькеш стоял в самом сердце смерти, и он думал о будущем. И о прошлом. О них обоих.
Когда Гартман показал на лифт, Черити отрицательно покачала головой.
* * *
– Лестница есть?
Синевал стоял на самом краю Столба, почти висел в пространстве. Он вел Собор вперёд, тот послушно следовал его ментальным приказам. Меньшие корабли охотников за душами сгруппировались вокруг него.
– Конечно, – ответил Гартман. – Но так будет очень долго…
Линия дракхов не была сломана, но она прогнулась. Минбар наконец оказался в пределах досягаемости. Два земных корабля прекратили бомбардировку и повернули к атакующим, их поверхность слегка переливалась во тьме.
Синевал не испытывал к ним ненависти, но при этом он и не боялся их.
Он был воином и вождём. Минбар был его миром, а минбарцы были его народом. Диктатор, вождь, пророк… кем его считают, его это не волновало. Он сделал всё, что смог, чтобы спасти своё народ. Он навсегда изменит его, установит новый порядок так же, как это сделал Вален.
– Покажите, где она, – перебила его Черити. Гартман посмотрел на девушку так, будто сомневался в ее рассудке, но послушно повернул направо и побежал к веренице железных прутьев, которые вели вверх по стене скалы. Беглецы не преодолели еще и третьей части расстояния, как новый взрыв потряс пещеру. Моторы грузового лифта взревели, выпуская искры – платформа рванулась вниз и превратилась в груду обломков. Гартман смотрел то на Черити, то на разбитую платформу.
И если его народ не изменится и не покорится, то они разрушится, и тогда он создаст его заново из обломков.
Геликоптерная площадка в кратере, похоже, получила несколько страшных ударов. Все, что увидела Черити, когда выбежала за Гартманом из тоннеля, были только черные клубы дыма и небо, состоявшее уже не из невещественного колыхания голографии, а разодранное вспышками и блестящими серебристыми летающими дисками, лазерные пушки которых извергали все новые и новые молнии.
«Собор» двинулся вперёд.
Черити краем глаза увидела черную тень, обернулась назад – и мгновенно обрадовалась, что не вооружена. Человек в изодранной одежде, ковылявший наперерез, оказался не мороном, а одним из солдат Крэмера.
* * *
– Там! – крикнул Гартман под рев глайдеров и непрекращающийся грохот взрывов. Он указал вглубь завесы из черной копоти. – Может быть, хоть одна машина в состоянии взлететь!
Гул в черепе стал громче и выше, разрывая на части её разум, разрывая на клочки её воспоминания, мысли и чувства, так, чтобы кроме него она не могла уже больше ничего слышать и чувствовать.
Этот… это было сердце флота дракхов. Она подняла шар, указывая через него свою волю, шокировав и ошеломив дракхов, охранявших этот нервный центр. Они колебались, разрываясь между повиновением тому, кто держал приказывающий им шар, и необходимостью защищать сердце своего флота. Замешательство оказалось кратким, но этого оказалось достаточно для Г\'Дана и Ко\'Дат.
Черити направила взгляд в указанном направлении, но, кроме клубящегося дыма и ярких языков пламени, ничего не увидела. Однако, ни секунды не медля, пошла за Гартманом. Первые две машины, вынырнувшие перед ними из дыма, оказались лишь горящей кучей обломков, а третья как будто была невредима. Гартман одним прыжком вскочил в геликоптер, втащил за собой Черити и, согнувшись, побежал к кабине пилота, а через секунду крепко выругался.
Там находился всего один дракх, он был намного выше остальных. Он… она… это… сидело на чём–то, что напоминало трон, его руки были разведены в стороны, а голова отклонена назад. Он был наг, и Конналли могла видеть исковерканные и искривленные кости, просвечивающие сквозь кожу, циркулирующей вокруг, они беспрестанно кружились, стремительно двигались.
– В чем дело? – спросила Черити. Гартман сжатым кулаком махнул в сторону кресла пилота.
Она шагнула вперёд, глядя прямо в глубины шара. Цвет его продолжал изменяться, но теперь он был похож на бриллиант, оправленный в золото. Голос в её сознании умолк, а затем вернулся, уже как одна интонация, как какофония криков слившихся в один крик.
– То, чего я боялся, – ответил он. – У нас только три машины с альфа-управлением. Именно такая нам и досталась! – Он повернулся назад, огорченно посмотрел на клубящийся дым и вздохнул. – Попробуем… другую…
Черити просто оттолкнула его в сторону, опустилась в кресло пилота и схватила массивный шлем, лежавший на приборном пульте.
Сдавайся, ты должна стать тем, что ты есть, что есть и чем должна быть, сдавайся и познай наши тайны, нашу мудрость, пусть слабые умирают и гниют, пусть сильные процветает, мы сильны, мы могущественны, ты не задолжала никакой преданности слабым, никакой верности их смерти, сдавайся, стань одной из нас и живи.
– Эй! – запротестовал Гартман. – Вы знаете вообще, что вы делаете!
Дракх на троне задвигался, опустил лицо. Оно дергалось и казалось… мерцало. Затем его взгляд упал на неё. Его глаза были из того же золота, что и её шар.
– Думаю, да, – ответила Черити. – А если нет, то вы станете первым, кто это узнает. Садитесь! – Она поправила шлем, левой рукой включила компьютерное управление стелф-коптера, а правой указала на место второго пилота. – Можете взять на себя огневую часть?
Воздух вокруг неё, казалось, обратился в стекло. Она не могла двигаться, не могла дышать.
– Конечно, – смущенно ответил Гартман, – но… – он не договорил.
Ко\'Дат метнулась вперёд, замахиваясь катоком. Дракх обернулся, но слишком поздно. Лезвие перерубило шею, и он упал, его тело разложилось за считанные секунды.
Черити боковым зрением заметила, как Скаддер и Нэт вскочили вслед за ними в вертолет и закрыли дверь, и в ту же долю секунды она включила двигатели. Турбины резко взвыли. Три серпообразных лопасти винта слились в трепещущий круг из поблескивающего серебра, и машина разом взмыла в высоту.
Голос в сознании Конналли исчез, и воздух вновь стал воздушным.
– Будьте внимательны! – рычал Гартман, отчаянно цеплявшийся за свое сиденье.
- Что теперь? - спросил Г\'Дан.
Стелф-коптер пошел вверх, когда сенсоры шлема уловили излучение ее мозга и преобразовали их в электрические импульсы управления: старая идея биовзаимодействия, доведенная в этом техническом чудо-образце до совершенства. Но если то, что делал шлем, действительно было зримым результатом ее мозговых волн, думала она, то внутри черепа творилась полная неразбериха: коптер лег на бок, заметался бешеными скачками и зигзагами вправо-влево и в какой-то страшный момент соскользнул в штопор, пока Черити не справилась с управлением.
- …Душа сказала… - запиналась Конналли. Думай же, ради Бога! - Она сказала, я должна… сесть на этот стул и… поместить шар в шлем… или что–то вроде этого. Тогда, я получу контроль над… над флотом.
На них устремился глайдер. Черити инстинктивно отвернула, снова аккуратно выровняла машину и на бешеной скорости пронеслась на волосок от борта второго корабля моронов, совершенно неожиданно вынырнувшего перед ними.
Г\'Дан посмотрел на трон и скривился. - Это скорее для вас, чем для меня.
– Ради Бога! Сохраняйте спокойствие! – ревел Гартман. – Если вы поддадитесь панике, все будет кончено!
Конналли шагнула вперёд, ей не хотелось двигаться, не хотелось быть здесь. О, папа. Мне так тебя не хватает. Она села и осмотрелась. Шар плавно поднялся вверх, он парил на уровне её груди.
– Знаю, – процедила Черити сквозь сжатые зубы.
Он был теперь цвета чёрного гагата.
Ты… наша…
Машина все еще подпрыгивала и металась, как дикая необъезженная лошадь. Но постепенно Черити вживалась в процесс управления. Она знала, что они едва ли смогут пережить хорошо рассчитанную атаку, эта махина чутко реагировала на состояние своего командира. В этом и заключалась причина, почему пилот не мог позволить себе лишних эмоций.
Глаза Конналли налились чернотой. - Да, - прошептала она, ничего не видя, ничего не понимая, ничего не делая, только… зная. - Да… я ваша.
– В каком направлении расположен город? – спросила она.
* * *
– На севере, – ответил Гартман. – Идите выше. Мы должны увидеть собор!
Корабли дракхов застыли на мгновение, словно статуи неподвижно повисли в пространстве.
Но только на мгновение.
Когда они вновь пришли в движение и вновь бросились в бой, они сделались более неистовыми, чем прежде. Гораздо неистовее.
* * *
Глава 19
- О, дорогая, - пробормотал Корвин. - Это не хорошо. Очень не хорошо.
– Приближается летательный аппарат, – сказал Люцифер. – Очень быстро.
- Наше положение не улучшается, мистер Корвин, - откликнулся капитан.
– И что? – спросил Стоун, не отводя взгляда от неподвижного мегамена.
Он не знал, сколько уже простоял здесь, пять минут или десять. Мгновение назад ушли оба инспектора, а еще через мгновение послышался шум стартовавшего глайдера, последнего корабля, за исключением его дисколета, еще находившегося вблизи гнезда. Стоун отвел взгляд от лица Кайла и повторил вопрос более резким и явно нетерпеливым тоном.
- Так… не похоже, чтобы лейтенант Конналли смогла перехватить управление?
– И что?
- Думаю, ещё рано беспокоиться.
– Я проанализировал ситуацию, господин, – ответил Люцифер. – Может возникнуть опасность.
- Да, пожалуй. Даа… кое–кому здесь явно не хватает перспективы.
– От одного-единственного летательного аппарата? – с иронией заметил Стоун.
- Вы что–то сказали, командор?
– Это боевая единица высокого технического уровня, господин, – возразил Люцифер. – Наши глайдеры уступают ей в боевой мощи на два порядка.
- Я? Нет… ничего. Мммм, нет. Определенно нет.
– Тогда молись, чтобы они прилетели с мирными намерениями, друг мой, – пошутил Стоун, – если тебе вообще известно, что означает это слово, – энергично махнув рукой, он остановил муравья, когда тот хотел возразить. – Мне кажется, я знаю, кто летит в этом вертолете.
* * *
– Неразумно подвергать себя риску, господин, – сказал Люцифер.
Ты - наша, наша телом и душой, наша, чтобы управлять нами, чтобы приказывать нам, чтобы сдаться нам, чтобы открыть нам твоё сердце, и душу, и самые потаённые секреты, чтобы открыть нам себя, ты - наша, наша.
– Знаю, – равнодушно ответил Стоун. – Но таковы иногда мы, люди. Подготовь машину к старту. Ты останешься на борту независимо от того, что произойдет, даже если я буду настойчиво звать тебя.
Ниома Конналли была разорвана между мирами, застыла в ловушке между памятью о себе как человеке и представлением себя в роли дракха. Видения проходили перед ней: вот маленькая девочка сидит на отцовских коленях и слушает его бесконечные истории, вот женщина идёт по тёмному туннелю, чтобы получить благословение своих Тёмных Повелителей, вот девушка отказывается оплакивать смерть своего отца и клянётся найти лучший путь, вот длинные холодные как у трупа пальцы сжимают шар, они так похожи и в то же время не похожи на её собственные.
– Я должен призвать в помощь хотя бы одну боевую часть…
- Я… ваша… Я…
– Ты должен, – раздраженно перебил Люцифера Стоун, – наконец, сделать то, что я говорю. Или тебе нужен письменный приказ?
– Нет, господин, – покорно ответил Люцифер.
- Тайны, ты всё ещё скрываешь, чего хочешь, чего ты хочешь от нас, чего ты хочешь от машины, чего ты хочешь?
– Тогда иди, – сказал Стоун. – И присмотри за карликом. Он опаснее, чем выглядит.
- Я… Я хочу…
– Я знаю, господин, – сказал Люцифер, повернулся и вышел из собора, чтобы направиться к глайдеру.
- Да.
Стоун задумчиво посмотрел ему вслед. «Ты знаешь? – думал он. – О нет, друг мой. Ты и понятия не имеешь. Вы все не имеете понятия». Ему понадобилось приложить все усилия, чтобы подавить истерический смех.
- Я… хочу…
* * *
- Отец, мой отец, я хочу моего отца, я хочу…
Хотя Черити летела с максимальной скоростью, им понадобилось почти пятнадцать минут, чтобы подлететь к собору. Она рассчитывала на то, что воздух над громоздящимися руинами церкви будет кишеть глайдерами и боевыми кораблями, но единственным, что двигалось на земле, оказались пыльные вихри, которые гнал перед собой ветер.
- Нет, это не правда. Мой отец умер. Пусть он остаётся мертвым.
- Я не хочу ничего. Ничего от вас.
Она уменьшала скорость вертолета до тех пор, пока машина не зависла неподвижно: двадцать, тридцать метров над площадью, на которой день назад люди Крэмера устроили бойню джередам и муравьям. Черити приблизительно оценила количество погибших дикарей – значительно больше ста. Никто не побеспокоился их убрать.
- Ты… наша… Ты…
Увиденное наполнило ее горечью, почти яростью. Атака не имела никакого смысла. И только спровоцировала ужасный ответный удар.
Её мир взорвался. С безумным криком, она пронеслась назад через слои своего сознания, через толщу мыслей и воспоминаний, о которых она даже не подозревала, её сущность прорвалась наконец через прожитые годы к поверхности, за единый миг - к абсолютной и совершенной ясности сознания.
Гартман как будто прочитал ее мысли, потому что вдруг тихо сказал:
Она наконец пошевелилась, её пальцы задёргались, голова шевельнулась, а глаза заморгали. Медленно она начала приподниматься с трона.
– Мне очень жаль, я не знал, что…
- Что случилось…? - прошептала она.
– Никто не мог знать, кто они такие на самом деле.
- Я же тебе говорил, - сказал Г\'Дан, немного самодовольно. Ко\'Дат выглядела нерадостной.
– А вы это знаете? – спросил Гартман.
- Говорил… говорил ей что?
– Надеюсь, – пробормотала Черити. – А если нет, то скоро нас можно будет считать мертвецами.
- Вы не приходили в себя. Вас словно парализовало, и этот шар удерживал вас там. Поэтому…
Как и полет, приземление тоже оказалось не лучшим образцом ее мастерства: стелф-коптер сел таким резким рывком, что Черити не очень бы удивилась, если б машина раскололась на две части. Лейрд поспешно скинула с головы шлем, выключила турбину и еще раз, прежде чем встать, взглянула на собор. Ворота были широко раскрыты, и она интуитивно почувствовала за ними какое-то движение. Черити молилась, чтобы это оказалось наваждением.
- Поэтому… Вы разбили его?
– Останьтесь здесь, Гартман, – тихо сказала она. – Если нас постигнет неудача, вы попытаетесь бежать.
- Это сработало, не так ли?
– Я не могу летать на этой штуке, – ответил Гартман.
Конналли на мгновение задумалась. - Да… думаю, это сработало. Флот… - Она резко выдохнула воздух и улыбнулась. - Флот парализован. Я не знаю, как это получилось, но… это сработало. Так или иначе.
Он вытащил из-за пояса пистолет. Но Черити только покачала головой, когда он протянул оружие ей. Какой бы опрометчивой не показалась ей эта мысль в первый момент после событий последнего часа, она окончательно убедилась, что эту войну нельзя выиграть с помощью оружия.
- Хорошо, - прохрипела Ко\'Дат. - Мы уходим. Немедленно.
Конналли не испытывала ни малейшего желания спорить.
Скаддер и Нэт последовали за ней. Черити вышла из геликоптера и медленно пошла к воротам. Никто не проронил ни слова, но все чувствовали неведомую силу, невидимым пологом простершуюся над этим местом. Они остановились внизу, у ворот. Внутренняя часть церкви темна и разрушена. Обе ракеты, пущенные геликоптером в здание, не пощадили почти ничего, и все же в помещении что-то двигалось В первое мгновение Черити посчитала это обманом зрения, но потом убедилась, что движение было в действительности.
* * *
– Это… царица! – недоверчиво воскликнул Скаддер. – Она еще жива!
Генерал Райен отвёл взгляд от тактических экранов, пытаясь всё обдумать беспристрастно, обдумать как тактик и стратег, а не как человек, позабывший обо всём на свете. Поступил сигнал от капитана Филби с «Коринфянина», который прекратил бомбардировку, чтобы встретить корабли противника, обошедшие дракхов с фланга.
Черити устало кивнула. Ее сердце бешено забилось. И вдруг в ней все всколыхнулось, захотелось повернуть назад, вернуться к Гартману, забраться в геликоптер! Но Черити чувствовала, что не может сделать этого: ведь она здесь не из-за собственной прихоти. Что-то позвало ее. И именно теперь Лейрд окончательно осознала это.
- Генерал, - сказал он. - У нас проблема.
Вдруг Нэт подняла руку и указала на вторую фигуру, поменьше, появившуюся около огромной тени царицы.
* * *
– Кайл! – сказала она. – Это Кайл! Он… жив!
- Они уходят. - Корвин сказал Шеридану, Таан Чарок сказал Деленн, Синевал сказал сам себе, а Конналли, Ко\'Дат и Г\'Дан просто наблюдали… земляне уходили.
– Тогда, возможно, еще живы Гурк и девушка! – взволнованно добавил Скаддер. Он хотел броситься вперед, но Черити удержала его.
- Всё кончено. - «Утренняя Звезда» и «Коринфянин» сбежали, их финальная миссия осталась невыполненной. Флот дракхов был парализован, их смертоносные корабли, попав в ловушку, неподвижно висели в пространстве. Но через некоторое время они начали уничтожать сами себя, используя свою внутреннюю силу, которую никто не мог так и не смог полностью постичь.
– Нет, – заявила она.
- Всё кончено.
Скаддер смотрел на Лейрд, ничего не понимая.
Для тех, кто оставался на Минбаре, ничего ещё не закончилось, никогда не закончится.
– Что?
Никогда.
Глаза Черити искали взгляд мега-воина. И хотя она находилась слишком далеко от него, так что лицо Кайла представляло собой в темноте размытое пятно, она почувствовала взгляд. Чей это был взгляд?
* * *
– Я пойду одна, – медленно сказала Лейрд. – Пожалуйста, ждите здесь, что бы ни произошло.
Дворец был пуст. Не просто немноголюден, но совершенно необитаем. На сколько мог охватить взгляд, не было ни одного охранника, ни одного слуги, ни одного аристократа, никого.
– Но это безумие! – не выдержал Скаддер.