Завернувшись в полотенце, она сидела перед зеркалом и красилась, когда в дверь постучалась Шатти.
Внезапно нечто похожее на звериную лапу появилось между решетками в окошке клетки и схватило его за голову, закрывая рот. Джек в ужасе сделал несколько вдохов и схватился за лапу руками.
Хоуви бросил на друга отчаянный взгляд: дескать, помалкивай и, ради всего святого, уходи побыстрее.
— Пойдем, я что-то тебе покажу. Только закрой глаза.
Вдруг знакомый голос со звериным рыком проговорил ему на ухо:
Неужели еще один подарок? — думала Гэрриет. Нет, не может быть. Под ногами был ковер, значит, они шли по коридору в сторону лестницы. Потом резко свернули вправо. Комната Джона, догадалась Гэрриет. Тут на нее дохнул ледяной ветер.
Джиму стало ясно, что Хоуви боится своего помощника.
— Нет, еще пока рано, — говорила Шатти, подталкивая ее вперед. — Все, уже можно.
– Спокойно, Джек. Это я.
Открыв глаза, Гэрриет увидела прямо перед собой распахнутое окно и за ним, над самыми верхушками вязов, тоненький серпик молодого месяца.
Ну и дела!
— Загадывай, — торжественно сказала Шатти. — Если смотреть через стекло, то ничего не получится, я уже проверяла. Загадай, чего бы ты хотела больше всего на свете. Я загадала свою любимую жвачку.
Мальчик опешил, но не двинулся с места. Охранник прошел мимо: пожав плечами, он продолжил свой обход.
Из открытого окна донеслись печальные грачиные крики. Гэрриет вдруг смутилась.
Джим озадаченно тряхнул головой. Дейв, конечно, не подарок — грубоватый, неотесанный, гора мышц и очень мало ума. Такого можно бояться. Но ведь Хоуви платит деньги, он босс, а Дейв работник. У Хоуви нет ни малейшего резона терпеть что-либо от него. Если Дейв начнет хамить или плохо выполнять свои обязанности — Хоуви может попросту уволить его, и весь сказ.
Впервые за много месяцев ставшее уже привычным желание — вернуть Саймона — не загадалось у нее само собой. Он был ее наркотиком, ее виски для алкоголика, и встреча с ним неминуемо разрушила бы и без того хрупкое равновесие, сложившееся в ее жизни, — а она сейчас не хотела ничего разрушать. На какой-то миг мысли ее переметнулись от Саймона к Кори, но она тут же приструнила сама себя. «Хочу, чтобы нам с Уильямом было спокойно и хорошо, все равно где», — мысленно произнесла она.
Тогда Джек медленно обернулся. В синем мигающем свете факелов он разглядел державшую его лапу. Она одновременно напоминала человеческую руку и лапу животного. Сквозь решетку мальчик мельком увидел дикие, сверкающие глаза.
Но коль скоро Хоуви так мягкосердечен, то он, Джим, останется, дождется, когда Дейв выйдет из ванны, и скажет этому зарвавшемуся болвану пару ласковых слов!
Когда она обернулась, в дверях стоял Кори и молча смотрел на нее. По его лицу невозможно было определить, о чем он думает.
– Альсан? – неуверенно спросил он.
— Надеюсь, что это окажется какое-нибудь разумное желание, — ехидно заметил он. — Например, чтобы у нашего драгоценного Севенокса появилось хоть немного собачьего соображения. Он только что сгрыз задники у моих единственных парадных туфель.
— Пожалуйста, — умоляющим тоном произнес Хоуви, — уходи.
Он пнул Севенокса ногой, и тот пополз к Гэрриет, жалобно закатывая глаза, но при этом довольно игриво виляя хвостом.
– Да, парень. Открой дверь.
Шатти обняла его за шею.
Джим непонимающе уставился на друга. Что происходит? Почему он так боится Дейва? Неужели тот как-то притесняет его или издевается над ним? Чем он сумел так запутать Хоуви?
— Севенокс у нас такой умный, — сказала она. — Он просто не хочет, чтобы ты уходил, вот и сгрыз твои туфли.
Джек заметил острые клыки и задумался.
— Он отличный пес, па, — вступился Джон, только что приехавший на выходные.
— Послушай, Дейв не позволяет себе чего-нибудь такого? — тихонько спросил Джим. — Он тебя, часом, не обижает?
– Альсан, что с тобой произошло?
— Ага, отличный, — кивнул Кори. — Отличный от всех приличных.
— Нет.
– Проклятье! Открой уже эту дверь! – зарычал принц. – Ты, кажется, пришел, чтобы спасти меня, разве нет? Но какого черта ты торчишь в этом подземелье, в самом логове змей, разодетый в гадюку?
— У Райд-Росс блохастый пес, — пропела Шатти.
— Ты не обязан терпеть его выходки. Тебе достаточно уволить его и найти другого помощника...
Джек неловко улыбнулся. Существо напоминало Альсана (мальчику и в голову не пришло задумываться о том, каким чудом тот узнал его). Он взглянул на замок и, без лишних колебаний достав из ножен Домиват, нанес по двери удар. Под магическим огнем петли разлетелись на мелкие кусочки.
Дом Райд-Россов был большой и старый — вероятно, начала прошлого века. От шоссе к нему вела длинная подъездная дорога.
В прихожей женщины прижимались друг к другу щеками и обменивались надушенными поцелуями. Одна из них — в черном платье с глубоким остроконечным вырезом — была, как люстра, увешана ослепительными бриллиантами. Это оказалась Элизабет, хозяйка Самми.
— Мне будет достаточно, если ты сейчас уйдешь.
И тут за спиной он почувствовал ледяное дуновение ветра. Кирташ. Инстинкт заставил его обернуться.
Гэрриет раздевалась наверху в одной из спален, где кровать уже была завалена шубами.
Все произошло слишком быстро. Джек отскочил в сторону, и Кирташ поднял свой меч. Альсан с диким ревом ринулся на дверь и одним ударом снес ее…
Осмотрев себя в высоком золоченом зеркале Арабеллы Райд-Росс, Гэрриет снова убедилась, что ее новое платье из ангорки ей к лицу. Скромное и неброское, оно тем не менее очень мило обхватывало ее бедра, что смотрелось довольно пикантно. Господи, только бы кто-нибудь со мной заговорил, думала она, спускаясь вниз по лестнице; только бы не быть обузой для Кори.
— Я...
Альсан и женщина-тигр бросились на Кирташа. Захваченный врасплох юноша среагировал не сразу, но зато точно. Одним ударом он убил тигрицу, одним движением откинул ее в сторону и через мгновение вскочил на ноги.
Но Альсан и Джек уже бежали по коридору к выходу.
— Ради всего святого, ступай к себе! В голосе и в глазах Хоуви было столько отчаянной мольбы, что Джим поневоле сдался.
Кирташ взглянул на только что убитое им существо. Рядом с ним в проходе появился Эльрион. Юноше не нужно было спрашивать, где все это время находился колдун: он прекрасно знал, что в сложные моменты тот никогда не показывался.
Он ждал ее в прихожей — высокий, худощавый, с бледным и бесстрастным, как мрамор, аристократическим лицом.
— Ладно, ухожу, — сказал он.
Когда они вошли в гостиную, все обернулись и уставились на них.
Эльрион пнул тело женщины-тигра.
— Ас Дейвом я сам разберусь. Обязательно. Но только сам. Хорошо?
– Ох, – только и смог произнести колдун, глядя на свое мертвое творение.
— Кори, дорогой! — Навстречу им выпорхнула Арабелла в длинной, похожей на попону юбке и розовой блузе. Ее волосы были стянуты большим бантом на затылке. — Я уж думала, ты не приедешь!
— Хорошо. Если тебе нужна моральная поддержка или свидетель, я готов...
Кирташ посмотрел в ту сторону, где только что скрылись Альсан и Джек.
Пальцы ее мертвой хваткой вцепились в руку Гэрриет.
– Вы тоже не очень-то хотите вести борьбу лицом к лицу, – прошептал он.
— Пока что просто уходи. Джим кивнул.
— Я провожу твою няню в соседнюю комнату, пусть немного пообщается с ровесниками.
– Кирташ? – нерешительно окликнул его колдун.
— Хорошо, хорошо...
Тогда юноша вернулся в реальность.
— Завтра утром я тебе позвоню, — сказал Хоуви.
– Позови Ассасера и Соссета и позаботься, чтобы все воины бросились на охрану выходов из крепости, – приказал он. – Мы не можем допустить, чтобы они сбежали у нас из-под носа.
В соседней комнате она подвела Гэрриет к толстой молодой немке и сказала:
— Утром я к тебе забегу.
Эльрион кивнул.
— Хельга, познакомься, это няня Эрскинов. Хельга у нас смотрит за моими племянниками. Можете пока обсудить какие-нибудь свои дела.
— Да иди же ты!
После ее ухода Гэрриет чуть не расхохоталась. Надо же, как лихо ее поставили на место. Скоро, однако, в комнате появились еще ее ровесники — два похожих друг на друга долговязых юноши с одинаково неразвитыми подбородками. Типичные маменькины сыночки, решила Гэрриет. Сыночки принялись рассказывать ей об охотничьем сезоне, который, судя по всему, складывался в этом году весьма неудачно.
Колдун ушел, и Кирташ на мгновение остался в коридоре один. Тогда он задал себе вопрос: почему он так долго откладывал поиски посоха? Как бы страстно он ни желал покончить раз и навсегда с Джеком, ему следовало признать, что на первом месте для него все еще стояла его миссия. К тому же…
Джим подхватил свои книги и направился к двери. Взявшись за ручку, он услышал голос Дейва, вышедшего из ванной комнаты под громкий звук воды из смывного бачка.
Через полчаса Гэрриет позволила себе отвлечься от сказания о гончих с лисицами и оглянулась. Кори стоял в дверях гостиной в окружении трех изысканных дам — из таких, которым пошло бы сидеть при свечах на террасе, задумчиво пожевывая листик мяты. Все трое явно претендовали на его внимание.
Вдруг он вспомнил о Виктории. Да, в ней было нечто такое, что вызывало в нем интерес…
А что, ведь он вполне достоин внимания, ревниво подумала Гэрриет. Странно, что она не замечала этого раньше.
— Я же предупреждал тебя, чтоб и ноги твоего дружка здесь не было! — произнес Дейв.
Но тут Кори поднял глаза и, слегка улыбнувшись ей, спросил одними губами: «Все в порядке?» Гэрриет кивнула, и ее ревность тотчас улетучилась.
— Пару лисиц мы сделали в среду, — говорил один из сыночков, с виду более благообразный. — Послушайте, — прервав себя, вдруг обратился он к Гэрриет, — может, потанцуем?
— А я предупреждал тебя, чтоб ты не смел указывать мне, что мне делать, а что нет! — отозвался Хоуви.
XII
У него были длинные светло-русые волосы, голубые глаза и нежный румянец на щеках.
— С удовольствием, — сказала Гэрриет.
«Пойдем со мной…»
Джим тихонько закрыл за собой дверь. В коридоре он подождал пару минут — на случай, если в комнате возникнет громкая перепалка. Так и не дождавшись признаков продолжения ссоры, молодой человек некоторое время поглядывал на золотистую ручку двери. Может, все-таки удостовериться, что с Хоуви все в порядке? Ведь он только прикрыл дверь за собой, а не запер. Достаточно повернуть ручку...
В полутемной комнате, откуда доносилась музыка, никого не оказалось, но Гэрриет рассудила, что вряд ли такой сыночек набросится на нее во время первого же танца.
— Нас толком не познакомили, — сказал он. — Меня зовут Билли — Билли Бентли. Интересно, как это я вас до сих пор не видел? Вы, вероятно, гостите у Арабеллы?
– Эй! – сказала Виктория. – Смотри, они уходят!
— Нет. Работаю у Кори Эрскина.
Но в его ушах звучала умоляющая интонация Хоуви, он помнил и его умоляющий взгляд. Если после таких настоятельных просьб он вломится в комнату, Хоуви ему этого никогда не простит.
— О, значит, у вас интересная работа. Кори малый с головой: столько всего читал, и с собаками управляется прекрасно, спуску им не дает.
Это уж точно, подумала Гэрриет, вспомнив про Севенокса.
С камнем на душе Джим медленно побрел по коридору к своей комнате. Он чувствовал себя виноватым, хотя ума приложить не мог, в чем же именно состоит его вина.
— Надо будет как-нибудь вывезти вас на охоту, — сказал Билли Бентли.
Они еще немного потоптались молча.
Действительно: сзиши отступали. Словно получив беззвучный приказ, они все разом направлялись в крепость. Виктория поднялась на ветку повыше, чтобы лучше разглядеть происходящее сквозь листву дерева.
Глава 21
— Мне, наверное, давно пора предложить вам чего-нибудь выпить, — сказал он. — Но, по правде говоря, с вами так приятно, что я готов хоть весь вечер так танцевать.
Когда они выходили из комнаты, у Гэрриет приятно кружилась голова, но через несколько шагов ее перехватила Арабелла.
– Что там творится? – спросил стоявший под ней Шейл.
— Послушайте, няня, — сказала она, оттащив ее в сторону. — Вы не могли бы немного помочь на кухне? У нас не хватает людей.
Кори был слишком далеко, и Гэрриет пришлось подчиниться. Когда спустя полчаса она вышла из кухни, до ее слуха донесся не очень трезвый мужской голос.
1
– Они строят вокруг крепости живую изгородь. Возле каждого выхода стоит большая группа воинов.
— Я вижу, Кори наконец-то выполз из своей берлоги. И выглядит как будто неплохо, да?
– Значит, они уже обнаружили Джека и хотят не дать ему уйти.
— Еще бы ему не выглядеть, — ехидно бросила в ответ какая-то женщина. — Хватает же у человека наглости таскать за собой любовницу под видом няни. Арабелла говорит, у нее маленький ребенок. Интересно, чей, не его ли?
Брэд Макдональд опаздывал на занятия. Однако сегодня ему было наплевать на это.
Держа в руках поднос с напитками, Гэрриет, с пылающими щеками, вошла в гостиную и в дверях буквально наткнулась на Кори.
– Ох, только не это!
— Черт побери, Гэрриет, что это значит?
Первая лекция — по антропологии — начиналась ровно в час, и обычно Брэд въезжал на студенческую автостоянку не позже, чем в двенадцать пятнадцать. Место найти было непросто, приходилось ждать в очереди. Припарковавшись, он задерживался в машине, чтобы неторопливо съесть пару сандвичей.
Она отвела глаза.
– Это же хорошая новость, Вик. Значит, Джек все еще жив и не взят в плен. Минуточку…
— Арабелла попросила меня помочь на кухне.
Но сейчас была уже половина первого, а он только-только появился на стоянке. Музыка в салоне звучала на полную мощность, и Брэд, рассеянно поглядывая по сторонам, ездил взад и вперед между рядами машин в надежде, что кто-то уедет и освободит место. И вот наконец удача — одна блондиночка в микроавтобусе уезжала, и Брэд юркнул на ее место — прямо перед носом \"тойоты\", которая стояла ближе. Водитель \"тойоты\" опустил окно и сердито крикнул:
Виктория услышала в голосе Шейла волнение и обернулась к нему.
— Ах, Арабелла попросила!.. Сейчас же поставь этот чертов поднос! Ты вся дрожишь. Что с тобой?
— Эй ты, задница! Убирайся прочь, ты без очереди пролез!
— Ничего особенного, — высоким, срывающимся голосом ответила Гэрриет. — Ну, поработала немного прислугой, только и всего.
– Что?
Брэд проигнорировал его, вынул ключ из замка зажигания, вышел из машины, запер дверцу и, весело насвистывая, открыл багажник. Не прекращая бодро насвистывать, он достал из багажника пистолет с глушителем и направил его на водителя \"тойоты\". Тот без промедления нажал на газ и был таков.
И, пробормотав, что ей нужно поправить макияж, она почти бегом бросилась вверх по лестнице.
Когда, все еще дрожа, она возвращалась в гостиную, ее остановил красивый седеющий блондин.
Отъехав на приличное расстояние, водитель \"тойоты\" крикнул:
— Ба! Какие девушки в наших краях!
Гэрриет отпрянула.
– Мне кажется, что ушли не все. Спущусь-ка я.
— Ты чокнутый! Я запомнил номер твоей машины, сукин ты сын!
— Чарльз Мандер, — окидывая ее блудливым взглядом, представился он. — Вы, вероятно, нездешняя?
— Здешняя, — не очень любезно отвечала Гэрриет. — Работаю няней у Кори Эрскина.
Но Брэд его слова не расслышал, да и не пытался расслышать. Плевать ему на всяких там придурков!
— Няней? О, как это романтично! Счастливчик Кори. — Его взгляд медленно пополз по ее телу сверху вниз, словно ощупывая ее сквозь платье.
— Интересно, а с Ноэль вы уже виделись? — Он расхохотался. — Хотя нет, конечно же, нет. Ноэль же не дура, чтобы терпеть у себя в доме этакую куколку.
– Шейл, нет…
— Что вы хотите этим сказать? — сердито прищурилась Гэрриет, и в этот момент около нее наконец-то появился Кори.
Он захлопнул багажник. До сегодняшнего утра Брэд ни разу в жизни не держал в руках пистолет. Но ощущение в ладошке было приятное, и он быстро привыкал к греющей душу тяжести в правой руке. Такое чувство, словно ты родился с этой штукой в ладони — так славно, так естественно она лежит между пальцами. Брэд зашагал к центру студенческого городка.
— Привет, Чарльз.
– Оставайся здесь. Помни: если Кирташу достанется посох, то всем нам придет конец.
— Привет, Кори, старина. Что-то давно тебя не было видно.
Впервые он не испытывал робости перед университетом. Бояться соучеников он привык с раннего детства. Рос он тщедушным неуклюжим коротышкой. По настоянию отца у него вечно была старомодная стрижка. Слабость маленького Брэда и его дурацкая стрижка были вечным источником насмешек. Ребята постарше, а порой и одногодки, глумились над ним, изредка и поколачивали. Однажды несколько мальчишек схватили беднягу и крепко держали, пока их товарищ стаскивал с Брэда штаны. Парень заходился от крика, весь покраснел от стыда и злости, но справиться с обидчиками не мог. Они забросили его штаны и трусы на дерево. Пока он прыгал, пытаясь сорвать их с ветки, мальчишки позвали девчонок, и Брэд битый час скакал с голым задом под деревом под хохот небольшой толпы зевак.
Виктория в ответ испуганно кивнула. Колдун одним прыжком слез с дерева и посмотрел по сторонам. Какая-то тень проскользнула перед ним. Шейл улыбнулся.
Несмотря на дружеский обмен «приветами», Гэрриет готова была поклясться, что эти двое ненавидят друг друга.
В школе, а потом и в университете он неизменно выступал в роли легкой жертвы.
— Я только что познакомился с твоей милой — гм-м… — нянюшкой. Поздравляю тебя, Кори, ты нашел прекрасное занятие для долгих зимних вечеров. Кори вытряхнул из пачки две сигареты — одну для Гэрриет, другую для себя, чиркнул зажигалкой и только после этого ответил:
– Наконец-то ты осмелился вступить в открытый бой, – сказал он.
В младших классах его нещадно преследовали более сильные ребята. Несколько раз макали головой в корзинку для мусора — прямо в банановую кожуру, остатки бутербродов и грязные салфетки. Поэтому последнюю ночь каникул он всякий раз проводил без сна: идти в школу мучительно не хотелось, он страшился извергов-одноклассников.
— Что делать, Чарльз, у тебя ведь соображение никогда не поднималось выше пояса.
Другой колдун сделал несколько шагов навстречу. Лунный свет озарил черты лица сзиша.
Чарльз Мандер снова расхохотался.
Хотя родители Брэда не были религиозны, мальчик каждый день произносил перед сном свою особую молитву: \"Господи, сделай так, чтобы меня завтра не били, чтоб не стаскивали с меня штаны и не совали головой в мусор. Аминь\".
Шейл не смог скрыть удивления. Он не знал, что среди сзишей тоже могут быть маги. Разве единороги награждали людей-змей магической силой?
— Помнишь, мы в детстве пели песенку: «Пусть будет няня здорова, и пусть она будет добра», — кажется, так? Да, я бы и сам не отказался завести себе такую няню.
В университете, где он отучился уже почти три семестра, Брэд мог бы прибегать к той же молитве. Разумеется, там с него больше не стаскивали штаны и не совали головой в корзинку для мусора. Однако унижения продолжались — они просто стали утонченнее. Ему предстояло узнать, что словом можно причинить гораздо большую боль, чем тычком в спину или плевком в лицо. Однокурсники быстро раскусили его слабость, и Брэд с первых же недель стал \"мальчиком для битья\" — на нем студенты оттачивали свое остроумие.
На некоторое время повисла ледяная пауза, а когда Кори заговорил, то от его голоса у Гэрриет мурашки поползли по спине.
– Ты выглядиш-ш-шь удивленным, колдун, – прошипел он. – Пос-с-смотрим, на что ты спос-с-собен.
— Будь я джентльменом, Чарльз, я бы сейчас дал тебе в челюсть. Хотя вряд ли бы это помогло: ты был бы только рад покрасоваться в роли мученика. — И, обернувшись к двери гостиной, откуда нетвердыми шагами выходила пышная блондинка, добавил:
Однако сегодня впервые он шел в аудиторию без страха. Вечером накануне он радостно предвкушал поход в университет — совершенно небывалое дело!
— Какая досада, твоя жена опять еле держится на ногах.
Шейл кивнул и приготовился к бою. Ему уже доводилось сходиться с другими колдунами в магическом поединке. Когда он был еще учеником, он участвовал в мелких столкновениях с другими ребятами. А с момента вступления в ряды «Сопротивления» ему не раз приходилось сражаться с самим Эльрионом. И почти всегда юноше лишь чудом удавалось скрыться, потому что Эльрион был могущественным и опытным колдуном, и Шейл не мог с ним сравниться. Вместе с тем ему казалось, что сзиш – весьма посредственный маг, ничем особенным не отличающийся. Ведь в противном случае он не прятался бы за несколькими линиями воинов.
Брэд пересек аллею между биологическим корпусом и корпусом ИВИ и вышел на центральную площадь. В руке он по-прежнему сжимал пистолет. Площадь была почти пуста.
Почти всю дорогу назад Кори и Гэрриет не разговаривали. Дружеская легкость, установившаяся в их отношениях в последние несколько недель, рассеялась как дым.
Почему он вдруг решил сразиться лицом к лицу?
Брэд остановился и посмотрел на здание биологического факультета. Было приятно сознавать, что внутри сотни тел, в которые можно всаживать пули. Сейчас эти придурки сидят за столами, строчат за профессорами или скучающе смотрят в окна, не подозревая, что он уже здесь, что он может выбрать любого. Шесть этажей мяса! Только выбирай!
— Мне жаль, что все так вышло, — заговорил наконец Кори. — Все довольно просто: Чарльз — бывший любовник Ноэль, а может быть, и нынешний. Поэтому он при всякой возможности старается меня уязвить. Скажи мне лучше: что было, когда ты вышла из кухни? Тоже наслушалась чего-нибудь в этом духе?
Сзиш приготовился к своему магическому нападению. Шейл сконцентрировался на невидимой защите и понял вдруг, почему колдун решил атаковать именно сейчас.
Гэрриет кивнула.
Нет, это будет не здесь.
— Что они говорили?
Он все еще чувствовал себя слабым, и его магических сил хватит ненадолго.
Гэрриет пришлось сделать над собой усилие, чтобы ответить.
— Говорили, что Уильям твой ребенок.
Брэд ускорил шаги. Немногочисленные студенты, шедшие ему навстречу или сидевшие на лавочках, не обращали внимание на пистолет в руке молодого человека. Если кто и заметил оружие, то не обеспокоился: Брэд нес его так невинно, что у студентов никаких дурных мыслей не возникало. Очевидно, парень несет бутафорский пистолет на занятия по криминалистике или в театральную студию.
– Мне нуж-ж-жны лиш-ш-шь пос-с-сох и девчонка, – сказал сзиш.
— Превосходно, — процедил Кори. — Им не о чем посудачить, потому что охота в этом сезоне никак не складывается. По правде говоря, мне самому на них плевать. Но все равно — я же знал, что ты чувствительна сверх всякой меры. Не надо было тащить тебя в этот змеюшник.
— Все было так хорошо, — пролепетала она. — А теперь…
– Только через мой труп, – ответил Шейл.
— Ничего, может, еще не все потеряно, — сказал он, сворачивая к дому.
Вместе они поднялись наверх и дошли до ее комнаты. Задержавшись у дверей, Гэрриет неловко пробормотала положенное «спасибо за приятный вечер».
Брэд решительно направился в сторону библиотеки, для чего пришлось пересечь всю площадь. Именно в библиотеке он впервые услышал Голос. Именно там к нему обратился Хозяин и объяснил, что необходимо сделать. Свой высокий долг Брэду предстоит исполнить в библиотеке.
– Пус-с-сть будет так, – с улыбкой прошипел человек-змея.
— Я рад, что ты хоть ненадолго выбралась из дома. — Он поднял руку и отвел темную прядь, упавшую ей на лоб. — Знаешь, я следил за тобой сегодня. У тебя было такое печальное, немного нездешнее лицо — как у луны, когда она появляется среди дня. Признаться, я в последнее время много думал о тебе.
Гэрриет удивленно вскинула глаза, но лица Кори не было видно в темноте. В следующую секунду им обоим пришлось вздрогнуть от неожиданности. Из туалета донеслись звуки, которые трудно было с чем-либо спутать: Севенокс лакал воду из унитаза. Напряжение спало, и Гэрриет залилась неудержимым смехом.
Он поднялся по ступеням и вошел в холл. У стойки на проходной стоял его знакомый Майк Фернандес и лениво сортировал карточки читателей. Увидев Брэда, парень презрительно искривил губы и сказал:
* * *
— Эта чтобы мы с тобой не наговорили лишнего, — сказал Кори. — Иди спать, девочка, и не беспокойся ни о чем.
Гэрриет пошла спать, но спать не могла. Кори много думал о ней? Но что он мог о ней думать? Их отношения с Кори казались ей легкими и неуловимыми, как пламя свечи, и надо было прикрывать это пламя обеими руками, потому что все кругом старались его загасить.
— Привет, ослиные уши!
Джек старался не смотреть в глаза созданию, которое некогда было Альсаном, принцем Ваниссара, а сейчас превратилось в получеловека-полузверя. Он ограничился тем, что следовал за ним, изо всех сил пытаясь не отставать, и всей душой надеясь на то, что это животное знает дорогу.
Пистолет был заряжен. Брэду оставалось только поднять его и прицелиться. Майк даже не успел толком испугаться. Его брови испуганно взлетели вверх, а в следующий момент пуля оставила дыру на месте его носа. Фонтан крови — и тело ударилось о белую стену. Упало, как мешок с дерьмом, и даже не дернулось.
Альсан несся по коридорам крепости. Зверь словно с цепи сорвался. Никому из охранников, встречавшихся ему на дороге, не удавалось вовремя среагировать и избежать когтей и клыков. Сталкиваясь с воином – будь то человек или сзиш, – животное давало себе волю и с наслаждением впивалось в плоть. Но то человеческое, что еще жило внутри него, заставляло его продолжать свой путь, чтобы поскорее убежать из тюрьмы.
Брэд удовлетворенно усмехнулся и пошел дальше, больше не интересуясь Майком Фернандесом. В холле было человек пять-шесть, но никто из них и слова не промолвил. Даже девицы не взвизгнули. Все присутствующие просто застыли на своих местах. Ни один из них не поднял глаза на Брэда, пока тот шел через весь холл к лифтам.
Альсан тоже избегал смотреть на Джека. Мальчик все еще выглядел как сзиш, но волчий инстинкт подсказывал ему, что под маской рептилии прятался человек, молодое мясо, которое в тысячи раз вкуснее и нежнее любого холодного, покрытого чешуей человека-змеи.
Замечательно.
Альсан прищурился и низким тоном прорычал.
Так и должно быть. Сразу поняли, слюнтяи, что с Брэдом Макдональдом шутки плохи!
«Я по-прежнему Альсан, сын короля Бруна и принц Ваниссара», – напомнил он самому себе.
Молодец!
Юноша спросил себя, что случится, когда они вернутся в Идун. Примут ли его в качестве наследника престола, а затем, когда его отца не станет, признают ли его правителем?
Глава 16
Альсан знал: ответ – нет.
Никогда.
Утром она проснулась совершенно больная. Голова раскалывалась, сил едва хватило на то, чтобы покормить Уильяма. Шатти тотчас почуяла слабинку и принялась капризничать.
— Мы с папой едем на охотничьи сборы, — объявила она. — Можно я надену свое бальное платье?
* * *
— Нет, нельзя, — сказала Гэрриет.
— А тогда красное бархатное?
Шейл не успел выставить магический барьер. Атака сзиша пришлась прямо в тело, и юношу отбросило назад.
— В брючках будет теплее.
— Я не хочу в брюках! Я не мальчик.
– ШЕ-Е-ЕЙЛ! – закричала Виктория.
— Ради Бога! — взмолилась Гэрриет.
— Шатти! — Завязывая на ходу галстук, в кухню вошел Кори, уже в сапогах и белых обтягивающих бриджах. — Чтобы я этого больше не слышал. Поедешь в штанах, и точка.
Она видела, как колдун ударился головой о ствол дерева и без сознания упал на землю. Забыв о собственной безопасности, она соскочила на землю и подбежала к своему другу. Девочка уловила дыхание Шейла и выдохнула с облегчением: живой. К счастью, заклинание сзиша не попало прямо в него: защита, хоть и ослабленная, сработала. Юноша потерял сознание, но раны на его теле были неглубокими и не представляли угрозы для жизни.
Шатти попробовала переменить тактику.
— Па, купи мне двухколесный велосипед с двумя колесиками по бокам, — сказала она.
Но, как бы там ни было, Виктории предстояло сражаться одной и ждать возвращения Джека… с Альсаном или без него.
— Куплю, если будешь слушаться Гэрриет. Кстати, как ты себя чувствуешь? — спросил он Гэрриет, оборачиваясь к ней.
— Отвратительно, — сказала Гэрриет.
Глубоко дыша, с посохом в руках, она поднялась на ноги и посмотрела прямо на колдуна-сзиша.
— Я тоже. Черт знает, что нам там вчера наливали. Плодово-ягодный растворитель для краски, наверное. То-то мне все казалось, что у меня эмаль с зубов осыпается.
– Я ж-ж-ждал тебя, – сказал человек-змея.
— Па, зачем ты надеваешь смокинг? — спросила Шатти. — У тебя же после него утром всегда болит голова.
Виктория ничего не ответила, но приготовилась к обороне.
У Гэрриет было подозрение, что Кори вчера немало выпил уже после того, как она ушла спать.
— А можно Гэрриет поедет с нами на сборы? — спросил Джон.
Она не подозревала, что, спрятавшись в тени, за ней с большим интересом наблюдает пара холодных, синих глаз.
— Ой, да, можно? Можно? — запрыгала Шатти.
— Боюсь, с Уильямом это будет сложновато, — сказала Гэрриет.
* * *
Кори стоял с сигаретой в зубах и переливал бренди в поясную флягу.
Альсан резко остановился, и Джек вместе с ним.
— Так оставь его с миссис Боттомли, — сказал он. — Немного свежего воздуха тебе не повредит. Кстати, у меня на куртке оторвалась пуговица. Пришей, хорошо?
Они оказались в камере, где Эльрион проводил опыты. Там стояла клетка с лежащим в ней мертвым волком, платформа с закрепленными ремнями и другие странные инструменты, напоминавшие Джеку орудия пыток.
— Ты берешь Пифию? — спросила Гэрриет.
— Беру, второй лошадью. Хочу попробовать ее в деле.
– Почему мы здесь? – спросил он. – Что ты хочешь найти?
Лошади уже отправились к месту сбора в закрытом фургоне. Кори вместе с Гэрриет, Джоном, Шатти и собаками поехал на машине.
Когда туман сполз с холмов, день оказался солнечным и теплым. Плющ уже выбросил светлые блестящие листочки; из земли, обгоняя траву, лезла молодая крапива. На деревьях покачивались дымчатые сережки, а папоротники и прошлогодние курчавые листья на дубах светились красновато-коричневым светом. Лужи на дорогах и белые каменные заборы слепили глаза.
«Эльриона», – прорычал волк.
— Мне жарко, — сказала Щатти. — Почему ты не дала мне надеть бальное платье?
– Непобедимый Сумлярис, – ответил Альсан.
— Шатти, я тебе сто раз говорила… — начала Гэрриет.
Он нашел свой меч в углу, рядом с пюпитром, на котором Эльрион оставил книгу с заклинаниями. Альсан взял оружие и направился к выходу. Вдруг, проходя мимо клетки, он на мгновение остановился и посмотрел на мертвого волка. На его лице застыло странное, получеловеческое-полузвериное выражение. В глубине души ему было жаль животное, и одновременно он тосковал по телу, которое потерял.
— Не сто, а только два.
Джек выглянул в окно.
— Не груби Гэрриет, — сказал Кори.
– Мы в осаде, Альсан, – заметил мальчик.
Некоторое время ехали молча.
Он вспомнил вдруг о Шейле и Виктории и от всего сердца пожелал, чтобы с ними все было хорошо. Особенно с Викторией.
— Дождик, дождишко, — запела Шатти. — У деда одышка. Дед лежит, не может встать, надо доктора позвать. Доктор дернул за шнурок, обвалился потолок!..
– Надеюсь, у тебя есть план, как нам выбраться отсюда, – прорычал Альсан.
– Нет, я не…
Дети залились радостным смехом, — Доктор дернул за шнурок… — опять затянула Шатти.
– Потрясающе, – из груди Альсана вырвался низкий, гортанный смех. – Значит, вскроем пару чешуйчатых глоток.
— Помолчи! — приказал Кори.
Джек ничего не ответил, хотя план, по правде говоря, пришелся ему не совсем по вкусу.
* * *
— Ой! А Севенокс на меня наступил!
Небо резко затянулось тучами, и на Викторию обрушилась вызванная колдуном молния. Разряд, однако, попал не в нее, а прямо в Посох Айшел. Девочке пришлось немного подождать, а молния тем временем трещала, освещая ее испуганное, но решительное лицо.
— Давайте остановимся, купим чего-нибудь вкусненького, — сказал Джон. — В Гаргрейве есть классный магазинчик.
Вдруг девочка развернула молнию в сторону колдуна-сзиша.
Они обогнали нескольких всадников, неторопливо трусивших на сборы, и скоро влились в поток легковых автомобилей и фургонов с лошадьми.
Тот хотел было применить магическую защиту, но ничего не смог сделать против несущегося на него потока энергии, в которую превратилось его заклинание.
Наконец Кори съехал на обочину и заглушил мотор.
Выбившаяся из сил Виктория наблюдала, как тело ее врага пожирало пламя. «Готово, – подумала она. – Шейл теперь в безопасности».