— Терри напал на малышей. Его… Утопили.

— Объясни, — прошу я. — Терри, конечно, был ирландский терьер, эту породу отличает редкое упорство, но не мог он, в свои-то годы, зайти так далеко в болото.

Сара косится на меня с интересом. Жирный плюс мне за собаку. Надеюсь, не будет повода говорить о птичках. В них я ни бум-бум.

— Они упали туда, — Сара показывает грязным пальцем с обгрызенным ногтем. — На самый край. Это я перетащила корабль в озеро. Случайно. Хотела спрятать его, и у меня как-то само вышло. Вы не поверите, я только сейчас научилась им управлять, а тогда — прыг! Очень захотела.

— Внутри корабля по центру стоит такая штука, — я рисую в воздухе дугу, — с выступами на краях, ты сунула в нее голову…

— Нет, там купол. Колпак.

— Страшно было? — интересуется Билли.

— Не-а. Мне было очень жалко малышей, они погибали. Теперь будут жить. Полетят со мной. Я сейчас водила их посмотреть на цветы, здесь на краю острова растут красивые цветы. Я хотела, чтобы малыши увидели себя. Они такие же.

«Цветочки» в серебристых комбинезонах по-прежнему стоят полукругом. Изредка они слабо шевелят длинными пальцами на длинных руках.

— И куда собираешься лететь? — спрашиваю я, делая вид, что не очень-то и интересно.

— К ним домой. Сначала, конечно, заскочу с мамой попрощаться. Так стыдно. Но я не могла по-другому, понимаете? Я их нашла, они умирали. И потом все как-то само получилось. Малышей нельзя было оставить больше, чем на пару часов. Один раз я попробовала сбегать домой, но в последний момент поняла, что теряю их, и повернула назад. Думаете, я маму не хотела видеть? Еще как хотела! Но малышам нужен постоянный уход, они такие нежные…

Ничего себе нежные — шкуру скальпель не берет. У них, девочка, программа самоуничтожения включилась.

— Их ведь было не семеро, а больше?

Джон Уайтман

— Да, я похоронила в озере шестерых. И пилота. Они упали, потому что умер пилот. И шестерых потеряла я. Грустно. Я просто не сразу поняла, как надо с ними обращаться. Хорошо, что у нас воздух похожий. А то бы малыши все умерли. И у них еда скоро кончится, надо лететь, иначе не успеем. Они… Как ваше имя, простите?

Галактика страха 5: Дух Джедая

— Айвен.

Пролог

— Вас не так зовут.

Дверь шаттла открылась, и можно было увидеть серый пейзаж мертвого мира. Ветер выл на сухой равнине, свистя между острых, зубчатых скал, которые, казались, росли из земли, подобно каменным деревьям.

Билли несколько раз осторожно стукается головой о борт тарелки.

— Что с тобой, Абрам? — интересуется Сара довольно брезгливо.

Борборигмус Гог вышел из шаттла. Он был расстроен.

— Это нервное, Сарочка, ангел мой. Не обращай внимания, хлоп твою железку!

Его расстройство перерастало в чистую ненависть к тому, когда он увидел того, кто ожидает его на поверхности планеты.

— Я не твой ангел, Абрам, — говорит Сара. — Я их ангел. Они мои теперь, я за них отвечаю. Их нельзя бросить. Вот! Понятно?!

– Какая неожиданная радость, – иронизировал он.

— А с чего ты взяла, лапочка, что мы собираемся тебе мешать? — удивляется Билли. — Хотели бы — давно бы помешали. На, забирай свой дешевый маркер, пригодится…

Дарт Вейдер стоял на ветру, возвышаясь над зубчатыми камнями, что были рядом с ним.

– Я здесь, чтобы спасти проект \"Звездный крик\".

— Меня зовут Иван, — говорю я.

Гог был ошеломлен.

Сара жжет Билли взглядом, но я таки успел вклиниться в диалог. Билли уже собирался объяснить, куда Сара может засунуть маркер. Мой напарник талантлив, но вечно заигрывается. А спектакль «добрый полицейский и злой полицейский» с такими умненькими девочками надо исполнять на полутонах.

– Проект \"Звездный крик\" не нуждается ни в чьем спасении.

Впрочем, я ловлю себя на мысли, что давно не играю. И даже Сарины «цветочки» не вызывают прежнего отвращения.

Вейдер чуть наклонился вперед, смотря свысока на доктора.

Сара глядит на меня. Склоняет голову набок. В этом простом движении столько от ее матери, что меня словно окатывает теплой волной.

– Вы в этом уверены? Хул показал себя достойным противником. Я предупреждал вас, чтобы вы не были столь самонадеянны. Теперь Хул уничтожил первые четыре стадии \"Звездного крика\", и он все еще на свободе, благодаря вашей некомпетентности.

— А вы мою маму давно знаете, Иван?

Кожа на спине Гога слегка дрогнула. Он ненавидел Вейдера, ненавидел его силу и высокомерие. Гог хотел обрести еще большую власть, чтобы сменить Вейдера у трона Императора. Гог был шиидо, и мог превращаться в различных существ. Он чувствовал, что сможет превратиться в ледовое чудовище вампу и перережет горло Вейдера. Ученый взглянул на световой меч, который висел на поясе Вейдера. Гог был уверен, что сможет достигнуть Вейдера раньше, чем темный Лорд достанет свое оружие.

Билли опять стучится головой о тарелку.

— Ребята, я погуляю, а?

Но Вейдер мог управлять Силой, а против нее Гог был беззащитен. По крайней мере, пока.

— Гуляй, Абрам, — разрешает Сара. — Далеко не ходи, а то снова куда-нибудь с берега навернешься.

– Проект сейчас находится в очень важной стадии. Его пятая часть является основной составляющей. Кроме того, сам Император назначил меня ответственным за проект \"Звездный крик\". Это я за него отвечаю.

Билли глухо рычит, удаляется к развалинам и там ложится на бревнах, закинув руки за голову.

Дыхание Вейдера было хриплым.

— Я знаю твою маму два дня, Сара. Это важно?

– И сам Император приказал мне позаботиться о том, чтобы никто не помешал вам. Я уже приказал убить Хула и его семью.

— Да, Иван, это… Очень интересно.

– Нет! – вырвалось у Гога.

— Послушай, девочка. Я хочу, чтобы между нами была полная ясность. Мы с Билли согласились искать тебя добровольно. Нас попросил лейтенант Гибсон…

Голос темного Лорда прозвучал угрожающе:

— Этот говнюк умеет просить?

– Что?!

— Добрая ты, Сара, — говорю. — Воспитанная и корректная.

Гог опомнился и спокойно сказал:

— Да! — смеется. — Я такая. А Гибсон жирный говнюк!

– Есть что-то необычное в племянниках Хула. Особенно в его племяннице. Их стоит изучить более подробно.

Смех у нее чудесный. Отголосок смеха Веры. Чистого и беззаботного, какого я еще не слышал толком, но надеюсь.

Вейдер лишь усмехнулся.

— Мы заехали в город по делам. И согласились помочь в поисках. Так я познакомился с твоей мамой… Сара, не перебивай! Ну дай же досказать!

– Вы уже попытались сделать это с помощью вашей машины ночных кошмаров и претерпели неудачу. А теперь они угрожают всему.

— Вы мне нравитесь, Иван. Я совсем не против того, что вы влюбились в маму. Она хорошая, только несчастная. Ей одиноко.

– Но…

– Заказ уже сделан, – прервал его Вейдер, – я уже послал убийц найти их.

Мне приходится сделать несколько глубоких вдохов. Потом я спрашиваю:

С этими слова Вейдер повернулся и пошел вдаль. Где-то там, вдали, очевидно, был его шаттл и солдаты.

Гог боролся с желанием вытянуть бластер и выстрелить Вейдеру в спину. Темный Лорд почувствовал бы это, даже не оборачиваясь, а Гог даже не успел бы достать свое оружие. У Вейдера была Сила.

— Можно теперь я побьюсь головой о твою летающую тарелку?

Сила. Если его план удастся, то скоро Гог сможет бороться с этим.

— Это нервное? — Сара опять смеется. Как она дико соскучилась по общению — кто бы знал. А сейчас вдобавок перед ней сидит такой же, как она, ненормальный экстрасенс. Подарок судьбы, человек, который все понимает.

Он лишь холодно улыбнулся. Шиидо не сказал Вейдеру, почему его так заинтересовали племянники Хула, особенно племянница. И почему пятая фаза эксперимента была столь важна. Она имела отношение к Силе.

Гог знал, что теперь он должен действовать быстро, если хочет опередить Вейдера. Он засмеялся. Вейдер хочет убить Аррандов. Гог хотел взять их живыми. Если Хулу и его друзьям повезет, то убийцы Вейдера найдут их прежде.

Хотя Билли нравится ей больше. Сара чувствует, какой он веселый. Она его этим «Абрамом» затюкает теперь. Ну, и Билли за словом в карман не полезет. Нашли друг друга.

Ненадолго.

Глава 1

О чем я думаю, черт меня возьми совсем?! Душу просто рвет на части. Кажется, я играю сразу в несколько игр — обманываю Сару, ОВС и себя. Делаю вид, что последнее решение останется за девочкой.

Еще один лазерный выстрел раздался рядом. Даже слишком близко. Одна из вспышек энергии отскочила от судна, и Таш с Заком почувствовали как остов \"Савана\" вздрогнул при взрыве. \"Саван\" был хорошим кораблем.

А почему бы и нет?

– Он выдержит, – сказал Зак, – я думаю.

И словно доказывая его неправоту, другой лазерный взрыв сотряс судно.

— Ладно, Сара, теперь слушай. Мы начали тебя искать как частные лица, помогающие местной полиции. Но твое исчезновение было настолько таинственным, что за него взялись спецслужбы. А мы с Билли офицеры Объединенных Вооруженных Сил. Знаешь про ОВС? Умница. Но позволь, я расшифрую, что это означает для тебя и твоих подопечных. Это хуже, чем правительство Америки и самые засекреченные его агентства. Пока в Белом доме решат, как к тебе относиться, ты успеешь десять раз слетать в туманность Андромеды и обратно. А вот для ОВС космос — повседневная забота. Поэтому ОВС вцепились в тебя мгновенно. Ты, Сара, попала в сферу жизненных интересов не одной страны, а всей Земли.

– В бой входят еще два корабля, – сказал Диви.

— Земля не отпустит меня?

– Я вижу их, – ответил дядя Хул.

— Угадала. Нам только что приказали доставить корабль, экипаж и тебя на базу Райт-Паттерсон. Сюда идет транспорт с охраной.

Он быстро развернул корабль налево, и в это время Таш смогла увидеть одно из преследующих их судов. Имперский звездный разрушитель.

Сара упирается руками в землю, чтобы вскочить, по полукружию ее свиты пробегает короткая волна беспокойства.

Дюжина лазерных орудий стреляла по ним. К счастью, \"Саван\" был быстрым кораблем, а потому Хул смог избежать большинства из них.

Билли лениво приподнимает голову, потом снова ложится.

– Мы не сможем так долго держаться, – сказал Зак.

Как он сказал вчера — «нарвались вы на хищников»? Именно. Белоснежка и семь гномов могут подраться с нами. Физически. И только. Правда, на тарелке должна быть лучевая пушка, но пока эта братия снаружи, фиг чего у них получится.

– Тише! – приказал Хул, – расчет координат для гиперпространственного прыжка почти завершен. Я почти ввел все необходимое.

— Почему же вы… Не выполняете свой приказ?

Таш пыталась не думать о фактах. Имперские звездные разрушители были самые мощные суда в галактике. Они были огромны и у каждого из них были сотни орудий, способных просто превратить большинство других судов в пар. Несмотря на свои размеры, они были невероятно быстры. И очень немного кораблей могли состязаться с ними в скорости. Один звездный разрушитель мог уничтожить целый флот мелких судов.

— А ты нам нравишься! — кричит Билли.

Но \"Саван\" преследовали четыре звездных разрушителя.

— Нравишься, — повторяю я.

Это стало бы концом для Хула и ребят Арранды после того, как они только что спаслись из Мира голографических забав. Некоторое время Хул думал, что они потеряли их, но имперские суда просто послали сигналы другому флоту, и теперь они были почти окружены.

Убойный аргумент. Им взрослого можно ввести в ступор, не то что одиннадцатилетнюю девочку, хоть она вся из себя умница и без пяти минут студентка.

Прямое попадание из орудия звездного разрушителя сотрясло корабль. На пульте управления появились угрожающие сигналы.

— У тебя в запасе четыре с половиной часа, Сара. Даже меньше, четыре. Потом в город приедут наши коллеги, известные тем, что выполняют любые приказы всегда. Это тоже особенные люди, отбиться от них ты не сумеешь. Теперь ответь мне на простые вопросы: ты уверена, что надо лететь? Куда? Сколько? Зачем? И как тебя примут в конечной точке маршрута?

– Мы потеряли главный щит дефлектора, – крикнул Зак, – следующий выстрел просто испарит всех нас.

– Почти готово, – сказал Хул.

Сара опять садится.

Его пальцы быстро летали по кнопкам управления.

– Они стреляют снова!

— Поесть бы тебе, — говорю. — И помыться.

– Есть! – крикнул Хул.

И повернул главный включатель на контрольной панели \"Савана\". Корабль дернулся вперед, как будто от сильного толчка, звезды растянулись в белые линии, и ушел в гиперпространство.

— Тогда захочется спать.

Несколько часов спустя, \"Саван\" все еще мчался сквозь гиперпространство. В кабине четверо спешно обсуждали то, что было на приборной доске, которое горела красным цветом от предупреждающих сигналов, в то время как корабль путешествовал на самую окраину галактики.

— И поспать тоже неплохо бы.

– Куда мы направляемся? – спросила Таш Арранда.

— Я высплюсь через неделю. Когда долечу. Что вы так смотрите? Хотите сказать — сумасшедшая девчонка? Ну, скажите. Все это говорят, даже мама иногда. Я привыкла. Иван, я должна лететь. Иначе они умрут. Как меня встретят, не представляю. Но я отвезу малышей домой!

– Я не узнаю в этих координатах ни одно из мест, – сказал ее брат, Зак.

Билли тоскливо зевает. Он уже знает все — что скажу я, что ответит Сара, и так далее, и тому подобное. Он счастлив: не ему вести эти переговоры.

– Если не ошибаюсь, – вступил в разговор дроид ДВ-9, – это координаты направляют нас далеко за внешний рубеж. Это наименее колонизированная часть галактики, и достаточно далеко от центра имперской власти.

То, что нас посадят за невыполнение приказа как миленьких, Билли не учитывает. Он просто не верит, что его могут посадить. Русская пословица «от сумы да от тюрьмы не зарекайся» для него пустой звук. Хотя еще вчера, по историческим меркам, здесь таких черненьких, как он, вешали. Такие беленькие, как я. Без суда и следствия. Надо будет ему напомнить об этом, а то совсем генетическую память растерял. Валяется, понимаешь, зевает тут! Расслабился, ниггер.

– Правильно, Диви, – кратко ответил Хул.

— Вы чего разозлились вдруг, Иван?

Таш и Зак переглянулись. В течение этих семи месяцев, что они знали его, дядя Хул всегда был сдержан и упрям. Они полагали, что он всегда был в плохом настроении, потому что был шиидо. Представители шиидо всегда были более серьезны и сдержаны, чем люди. Но в течение прошедших нескольких часов, Хул словно взорвался с силой суперлазера. Он не оставлял кабину, пока вел \"Саван\" в этом ужасном путешествии, перелетая из одной звездной системы в другую, нигде не останавливаясь, и даже замедляясь.

— У твоих малышей, Сара, — говорю, — есть хозяева. Ты сравнила малышей с цветами, теперь подумай о цветоводах. Они закрыли для нас дальний космос. Никогда не думала, почему на Луне только роботы ковыряются, собирая топливо, хотя люди гибче, дешевле и могли бы в несколько раз поднять добычу?

Зак указал на красный свет индикатора.

Сара мотает головой.

– Одно из силовых сцеплений перегревается.

— Такие вот милые летающие тарелочки, — киваю в сторону корабля, — жгли электронику в наших автоматических разведчиках. Потом стали делать то же самое с обитаемыми кораблями. Нас заставили свернуть пилотируемую астронавтику до уровня позапрошлого века. Типа сидите, ребята, на орбитальных платформах и никуда не суйтесь. Мы не добрались даже до Юпитера. Есть тысяча вариантов ответа на вопрос, почему землян держат взаперти. Мне близок один, самый правдоподобный. Видишь ли, человеческое бессознательное…

– Не обращай внимания, – ответил Хул.

Зак моргнул. Он знал кое-что о механике, и также знал то, что если горит предупреждение, то что-то не так.

— Я знаю это слово, Иван.

– Если мы не дадим нашим двигателям остыть, то одно из этих сцеплений попросту взорвется вместе с нашим кораблем и тогда…

– Не обращай внимания, – вновь сказал Хул, – это самая маленькая из существующих наших проблем.

— Верю. Слушай, откройся хоть чуточку. Надоело трепать языком. Я покажу тебе проблему. Так ты глубже осознаешь.

Таш посмотрела на брата и сказала только два слово:

Серебристый полукруг издает легкий шелест. И барьер, отсекающий Сару от меня, становится тоньше. Чуточку.

– Это… Плохо…

Гляди, Сара. Вот оно как.

Девушка спрашивала себя, что может быть еще хуже, чем то, что уже случилось после их спасения из мира голографических забав. Зак и Таш были почти пойманы там в ловушку злым ученым по Борборигмус Гог. И спаслись только благодаря своим быстрым размышлениям и помощи доброго игрока по имени Ландо Калриссиан и героизму дяди Хула. Подобно всем шиидо, Хул мог менять свой облик. Замаскировавшись под имперского штурмовика, он освободил Ташу, Зака и других, и они ускользнули из лап Гога. Но их спасение, кажется, не принесло облегчение Хулу, который оставался по-прежнему очень напряженным.

Вырвавшись за пределы Земли, человек начинает влиять на пространство. Неосознанно. Он что-то меняет вокруг себя. Это драма первых лунных экспедиций. Черт его знает, где их носило. Поэтому возникло столько недоуменных вопросов, и Америка решила, что ее водят за нос. Некоторые из программы «Аполло» точно были на Луне. А некоторые — на какой-то другой Луне.

– Дядя Хул, – мягко спросила Таш, – можете вы нам сказать, что еще хуже может быть?

Но главное дальше. Дальше от Земли. Чем глубже мы забираемся в космос, тем серьезнее он влияет на нас. Меняемся уже мы сами. И появляются такие, как я, как Билли. Те, кто носит на шеях осколки метеоритов, пряча за ними приобретенные таланты.

Хул лишь сжал челюсть, вводя в навигационный компьютер новые координаты для гиперкосмического прыжка.

Те, кто выжил. Остальные умерли. Большинство. Но так или иначе, мы с космосом взаимодействуем, и это не нравится хозяевам малышей. Земляне способны переродиться в еще одну расу звездопроходцев. И перемещаться мы будем на тех же принципах. Только эффективнее. Подумал — и прыгнул за сотню парсеков… Неудачный термин — «звездопроходец». Космос вовсе не пустота со звездами. Космос живой. И мы научимся жить в нем, жить с ним. Но нам мешают.

– Я знаю несколько больше, чем вы, Таш. Гог руководит экспериментом под названием \"Звездный крик\". В его успехе заинтересовано имперское правительство на самом высоком уровне. Мало того, что мы уже стали личными врагами Гога, так теперь еще можем попасть в поле зрения лично Императора.

Такие дела, Сара. Вот во что ты вляпалась. Теперь думай. Я все показал тебе. И конечно, я вбухал в свое видение проблемы всю боль, обиду и злобу, накопившуюся за почти двадцать лет, которые Иван Кузнецов был связан с программой дальней разведки ОВС.

Таш и Зак с трудом сглотнули. Император? Рассказы о его могуществе и о его жестокости были широко известны по галактике.

Очень жаль, Сара, но у нас есть веские причины ненавидеть хозяев «малышей», истинных хозяев известной части Вселенной. У всех нас, землян. И у тебя в том числе.

— Билли! Хватит зевать! Надоел, честное слово!

— Осознал, командир, хлоп твою железку!

Сара смотрит так, будто хочет вывернуть мне душу наизнанку и посмотреть, какие там швы.

Когда начались их приключения, и Хул поступал странно, Таш вначале думала, что ее дядя работает на Империю. Казалось, что он всегда знал, что делают имперцы и где их найти. Но постепенно Таш поняла, что Хул не был имперцем. Фактически, казалось, что он был против Империи. Новая мысль возникла в сознании Таши. Может быть, Хул был повстанцем? Может быть, Хул следил за Гогом для повстанцев? Таш была уверена, что Хул знает некоторых лидеров Альянса. Однажды, когда они спасались от одного из экспериментов Гога, с ними путешествовали двое мужчин, женщина, два дроида и вуки. Тогда она подумала, что их спасли повстанцы. Сейчас она своего мнения не изменила.

— Иногда они бывают очень жестоки, Сара, — я хотел бы молчать, да не могу. — Жестоки и хитры. Нашему флагману они выбили противометеоритную защиту. Такие вот малыши на симпатичном летающем блюдечке. Прошли рядом, и все посыпалось. Флагман не смог вовремя уклониться от атаки метеоров. Погибло десять человек. И поди докажи, что причина не естественная. Весело? Мы для них ничто. Если понадобится, они будут убивать нас тысячами. А ты собралась прямо к ним в зубы. С семью биороботами, которые хозяевам не нужны даром! О них давно забыли!

Зак прервал ее размышления.

Сара оглядывается на свой эскорт. Серебристые гномы стоят как вкопанные. Они теперь ее. Они умрут без нее.

– Если вся Империя против нас, что мы можем сделать?

Думай, Сара. Осознавай.

Таш пристально посмотрела на дядю Хула и твердо сказала:

— Как вы их должны ненавидеть… — шепчет девочка. — Бедный Иван. Простите. Я… — ее голос крепнет. — Я все узнаю, все пойму! Клянусь! Сами видите, я умею договариваться с тем, что живое. А их хозяева, эти цветоводы, они же не мертвые. Поверьте, у меня получится. Я вернусь и расскажу вам.

– Может быть, мы должны попытаться лично выйти на контакты с повстанцами.

— Значит, летишь, идиотка?

Хул ответил без колебаний.

Я говорю это мягко и обреченно. Ни грамма фальши. Я действительно так чувствую.

– Я бы давно сделал это, если бы знал как.

Она погибнет. А нас посадят.

– Вы имеете в виду, что вы не знаете, как? – с удивлением переспросила она.

Сара придвигается ко мне и ласково проводит грязной ладошкой по моей щеке. Все ее хваленое умение договариваться, запитанное от «малышей», черпающих энергию из бездонного астрального колодца, направлено на то, чтобы утешить бедного Ивана. Это очень трогательно, однако совершенно не по делу.

Хул поднял бровь.

Игра провалена. Сара улетит. Она верит, что я оплакиваю ее сейчас, но это не влияет на выбор девочки. Ей наконец-то подвернулась задача, от масштабов которой у любого ребенка закружится голова.

– Конечно же, нет. Если бы повстанцев было так легко найти, то Империя бы уже давно уничтожила их.

Упертая девка до невозможности. Вся в отца.

– О, – сказала она, разочарованно, – я только думала… Я считала…

Я отстраняюсь, встаю, прячу руки за спину и до боли сжимаю кулаки. Мне страсть как хочется треснуть Сару по голове, взвалить на плечо и вызвать «тэшку». А с серебристыми гномами пускай Билли дерется.

Хул почти улыбнулся.

Это моя трусость взывает к моему благоразумию.

– Ты считала, что я повстанец? Нет, Таш, меня связывает с Альянсом не больше, чем тебя.

Билли прыжком вскакивает на ноги. Некоторые из «малышей» обеспокоенно поворачиваются к нему.

– Но как же тогда вы узнали о проекте \"Звездный крик\"? Как так много знаете о Гоге, и кажется, он о вас знает не меньше? Почему вы заинтересовались его экспериментами?

— Сара, быстро! — кричит Билли. — Сними эту долбаную защиту! Мне надо выглянуть!

Хул сделал паузу.

Сара послушно тянет руки к свите. И на меня обрушивается мир.

– У меня на то есть свои причины. Но ты подала мне одну идею, Таш.

Только сейчас я понимаю, в какой совершенной глухоте мы сидели тут, на острове, под энергетическим колпаком, возведенным подопечными Сары. Просто я был полностью сосредоточен на девочке и не мог отвлекаться. А мир-то никуда не делся, он жил за барьером.

Таш не успела задать новый вопрос, потому что Хул начал быстро вводить в навигационный компьютер новые координаты. Она, Зак и Диви лишь были вжаты в свои кресла, когда застонав \"Саван\" набрал еще более высокую скорость. Датчики тут же начали сердито пищать, а двигатели жалобно застонали. Таш и Зак подумали, что сейчас корабль разлетится на кусочки, но Хул, некоторое время держа руку на рычаге управления, повернул его. Звезды из белых полос вновь превратились в сияющие точки. На фоне звездного неба они могли видеть яркую желтую планету.

И чего только в нем не изменилось.

– Что это такое? – спросила Таш.

— Ур-р-роды! — рычит Билли. — Кто так делает?!

Хул вел корабль к планете, которая как желтая сфера росла на экранах.

Я «сажусь» на волну напарника, слышу, что он на самом деле говорит, вижу, из-за чего это, и мне, в свою очередь, хочется сказать много теплых слов.

– Это место достаточно скрытое от имперских глаз. Если нам повезем, то здесь мы сможем узнать, как связаться с повстанцами.

Слова русские, поэтому я без стеснения произношу их. Громко.

– Большое спасибо, что вы нашли безопасное место, – вздохнул Диви.

Хул посмотрел своими темными глазами на дроида и двух подростков.

Дурак и карьерист Мастерс, вечно озабоченный тем, чтобы приказ не выполнить, а перевыполнить, гонит транспорт верхним резервным эшелоном. Гонит, как психованный. Его летучая галоша так отчаянно тужится, будто собралась родить маленький самолетик хвостом вперед. Истребители эскорта болтаются поодаль, боясь. Их пилоты видят, что транспорт бьет мировой рекорд скорости, но там ведь Мастерс, целый подполковник ОВС, матерый космический волк, сто заправочных пистолетов ему в рот и адмиралтейский якорь в ухо!

– Я не говорил, что мы в безопасности. Напротив, мы направляемся в центр предательства и подлости.

Он будет здесь через час с небольшим.

\"Саван\" несся к планете. Корабль был почти незаметен в флоте из различных грузовиков, которые приземлялись в небольшом городке, который был просто раскален под действиями двух сверкающих солнц. Они вышли от корабля и Хул повел их к зданию, где какой-то высокий инсектоид арендовал и продавал наземные транспортные средства. Немного поторговавшись, Хул взял в аренду скрипящий лэндспидер, который парил над землей. Репульсоры лэндспидера поскрипывали, когда Зак, Таш и Диви взбирались на борт. Спустя некоторое время, лэндспидер уже нес их в широкую пустыню.

И еще с трех сторон к городу несутся, все в мыле, плотные группы машин. С одним и тем же интересом. Федералы, спецотдел Пентагона и, лопни мои глаза, Си-эн-эн! Мастерс их обставит, конечно. На верный час. Если не развалится.

Таш смотрела на горизонт, где желтый песок соединялся с ясным синим небом.

Стервятники. Один учуял добычу, и тут же за ним рванула целая стая. А как она могла не рвануть, если тяжелая машина ОВС показывает Америке пролет Тунгусского метеорита?!

– Мне кажется, что эта целая планета состоит из песка, – прошептала она.

Мне даже не интересно, зачем Джонсон разрешил Мастерсу такое откровенное шоу. Просто обидно.

– Ты права, – ответил Хул, – это место называется Татуин. Я проводил однажды тут свои исследования. Это сухая и довольно опасная планета. Я был счастлив покинуть ее.

Ну, я вам, гады, устрою гонку за тухлым мясом.

– Тогда, что мы здесь делаем? – спросил Зак.

— Джонсон, сволочь! — кричу я. — Ты это видишь? Зачем?! Как ты ему позволил?! Эй, полковник! Считай эти мои слова рапортом об отставке! И заявлением об уходе!

– Увидите, – ответил Хул.

Сара недоуменно хлопает глазами — видит же, что у меня нет кома. Билли беззвучно аплодирует.

— Харт! Тревога! Всех людей и технику на точку сбора А — и ждать указаний!

Он повел лэндспидер дальше в пустыню. Ландшафт был настолько безжизненным и пустынным, что Таш подумала о том, что дядя Хул заблудился. Но в тот момент, когда ее убеждение в том, что они потерялись, окрепло, на горизонте появилась массивная крепость, которая была похожа на жабу, сидящую на скалистой горе.

Девочка рот открыла от изумления. Это ничего, лишь бы Харт не задумался, а начал действовать.

— Сара! Кто тут трещал, будто может управлять этой колымагой? Ну-ка, докажи! Лети к маме, быстро! Экипаж, на борт! Давай-давай, руки в ноги, шевелись, жопа косоглазая!

Хул подвел лэндспидер к воротам дворца и вышел. Когда он приблизился к дверям, то большой электронный глаз высунулся из люка и посмотрел на него. Он задал вопрос на языке, который был неведом ни Заку, ни Таше.

«Малыши» гурьбой бросаются к тарелке.

– Я хочу увидеть вашего хозяина, – ответил Хул на основном галактическом языке, – скажите ему, что Хул здесь.

Зато Сара приросла к земле.

Глаз стража скрылся. Мгновение спустя сильный грохот потряс землю и ворота начали открываться, чтобы впустить их. За воротами их ждала темнота, как будто это был вход в мир криминала.

А я виноват, что тоже… «Умею договариваться»? Когда меня вызверят как следует!

– Держитесь близко ко мне, – приказал Хул.

— Сара Сэйер! Через шестьдесят минут ты отправляешься. Либо на базу Райт-Паттерсон, либо к чертям собачьим в космос. Выбирай. А сейчас — на полном газу к маме! Мы за тобой.

Дважды им повторять было не надо. Зак и Таш цеплялись за его синюю одежды, в то время как они прошли в прихожую. Таш услышала клацанье из тени. Обернувшись, она увидела, как мимо них проследовал механический паук, его металлические ноги при ходьбе по каменному полу и издавали эти звуки. На его туловище был прозрачный шар. А в нем живой мозг.

Сара медленно кивает, потом оглядывается в сторону дома. Ну да, оттуда еще одно откровение прискакало.

– Отвратительно, – лишь сказала Таш, сдерживаясь, чтобы не закричать.

«Тэшка» на форсаже звучит необычно. То ли с хрустом, то ли с треском прыгает к нам из-за леса алая капля. Летающая тарелка может, конечно, быстрее. Но ее эволюции какие-то игрушечные. Видали мы те тарелки. Жутковато, однако неубедительно. То ли дело, когда на тебя пикирует «Тэ-пятая эво». Не захочешь — осознаешь. Бронепоезд не остановить.

— Сара, — говорю я вкрадчиво. — Тебя пинками гнать на борт? Или хочешь прокатиться с нами?

– Паук-мозгоносец, – отметил Диви, – очаровательно. Я слышал о них, но никогда не видел их.

— Есть, сэр! — тявкает девчушка, кидается к тарелке и ныряет в невесть откуда возникший люк.

– Хорошо, я надеюсь, что я никогда не увижу его вновь, – добавил Зак с дрожью.

— Жаль, — говорит Билли. — Очень жаль, хлоп твою железку. И чего ты не стукнул девку по кумполу? Ты ж хотел! А я бы косоглазым руки-ноги пооткручивал! Сдали бы всю братию Мастерсу под роспись, и дело с концом…

Спустя мгновение они были остановлены двумя охранниками, похожими на свиней. Когда Хул назвал свое имя, охранники позволили ему пройти.

Я приказываю «тэшке» развернуться и сесть. Летающая тарелка мертвым грузом валяется в болоте.

– Куда он ведет нас? – думала Таш.

Чтоб ты сломалась, думаю я, чтоб ты пополам треснула, чтоб на твоей корме болотное чудовище повисло и не пустило!

К ней пришла мысль, куда более пугающая, чем встреча с пауком мозгоносцем: дядю Хула знали в этом месте.

— Если Сара тебя возненавидит, Вера тебя не разлюбит, — продолжает нудеть Билли. — А вот если Сара и правда улетит… Ты хотя бы на минуточку представляешь, чем все кончится?! Ох, какому богу помолиться, чтобы этот космический металлолом гавкнулся… Ванья, ну придумай решение, хлоп твою железку! И отпустить Сару некрасиво, и нашим отдать глупо! Что скажешь, а?..

Когда они приблизились к концу коридора, Таш услышала звуки музыки и голоса, раздающиеся снизу. И как только они начали спуск вниз на Ташу нахлынуло отвращение к этой грохочущей музыке, запахам и всему тому, с чем она столкнулась.

«Тэшка» открывает двери.

– О, нет, – сказал Диви.

А тарелка с неестественной легкостью отрывается от болота. Будто подвешенная за ниточку, она скользит на бреющем в сторону дома Сэйеров.

Они вошли в большой зал, где были собраны разные расы, ели, пили, играли, как, например, банда гаморреанцев, которые играли на трех низких скамьях. Шесть многоруких существ играли в кости в другом углу, в то время как в третьей оркестр других существ исполнял какую-то мелодию. В этой какофонии звуков, зал занимался своими делами. Но в одном углу тихо сидел человек, который наблюдал все это безумие.

— Соси бензин, Абрам! — говорю я с чувством.

В центре зала, четверо мужчин мучили кого-то маленького, существо, что напоминало грызуна раната. Ранат был ослеплен, а его уши залеплены воском. Слепое и глухое существо визжало и тыкалось вокруг. Люди уворачивались от раната, смеясь над своей жестокой игрой.

Как все нормальные люди, Билли терпеть не может выбирать одно плохое решение из двух плохих.

Посреди этого хаоса, на высокой платформе сидел, похожий на огромного слизняка, хатт, облизывающий губы, Он брал извивающихся угрей и отправлял себе в рот еще живых. Хатт засмеялся, когда слепой и глухой ранат упал на колени.

Хул спустился в это безумие и шагнул к платформе. Словно по команде музыка стихла, а жестокая игра окончилась. Глаза всех были устремлены на вновь прибывших. Массивный хатт громко засмеялся, увидев шиидо и его попутчиков.

– Хорошо, хорошо! – быстро сказало существо на платформе, – это же лично доктор Хул. Я всегда знал, что когда-нибудь вы вновь попадете в мои руки. Добро пожаловать обратно во дворец Джаббы Хатта.

Глава 2

Джабба Хатт. Это имя пронзило ум Таши и заставило холодок пробежаться по ее спине. Джабба Хатт. Каждый в галактике знал это имя. Джабба был легендарен. Он был криминальным, преступным боссом. Правитель криминальной империи контрабандистов, воров, убийц. Старшие дети использовали его имя, чтобы пугать младших: \"Будешь плохо себя вести, придет Джабба и заберет тебя\". Имя Джаббы было кодовым словом для любой опасности, которая скрывалась в тенях галактики. Таш всегда считала, что Джабба это всего лишь слово. Она не думала, что он реален. И все же теперь она стояла лично перед могущественным хаттом, который раскачивал своим жиром.

И дядя Хул знает его. Таш хотела тут же задать своему дяде тысячу вопросов. Но она кусала свои губы, сдерживая их. Сейчас это не ко времени.

– Поздравляю, Джабба, – сказал Хул сдержанно, – это было довольно давно.

– Не так уж давно, – прогрохотал хатт, – у хаттов хорошая память. Я не забывал то, что вы покинули меня годы назад.

– Уверяю тебя, великий Джабба, что в этом не было ничего личного, – ответил Хул, – я уходил и от многих других, включая некоторых твоих врагов.

Голос Хула изменился. Шиидо старался выглядеть вежливым и дружественным, но он был достаточно смел для того, чтобы выдержать пристальный взгляд криминального босса. Таш чувствовала, что сейчас происходит важная игра, игра, в которой решается их жизнь и смерть. Если бы дядя Хул оскорбил Джаббу, хатт для того, чтобы сохранить свой авторитет мог убить бы их. Но если бы Хул показал любой признак слабости, то Джабба перестал бы уважать его и убил бы его просто так, из скуки.

Среда. Последний час

Джабба достал из заполненного водой шара существо, похожее на жабу. Оно громко визжало и изо всех сил пыталось вырваться из хватки Джаббы. Вдруг визг оборвался, поскольку массивный хатт отправил живую жабу себе в рот. Потом облизнул пальцы.

– Теперь расскажи, что привело тебя к моему скромному местожительству?

Возле дома Сэйеров было настоящее столпотворение. Здесь оказалось три патрульных машины. И народная милиция в полном составе ломанулась сюда из точки сбора А — имей после этого дело с гражданскими! И просто зевак тут бродило до черта.

– Я нуждаюсь в твоей помощи! – ответил Хул.

– Ха-ха-ха, – комната наполнилась смехом.

На крышном паркинге блестела чистыми боками летающая тарелка. Дом, накрытый стофутовым диском, выглядел, как жилище инопланетянина.

Родианцы, викуайсы, дюжина других разных существ рассыпались в смехе следом за хаттом.

А на крыльце стояла, широко расставив ноги, Кларисса. В синей патрульной форме. В фуражке, надвинутой на глаза. С пистолетом в кобуре. И громадным пулеметом-резинострелом для подавления массовых волнений на плече.

– Я не понимаю, что в этом настолько смешного, – шепнул Диви.

– Это похоже, как будто вся галактика смеется над нами, – пробормотал Зак.

Я потерял дар речи секунд на тридцать.

Хул впился взглядом в своего племянника. Потом он обернулся к Джаббе, который смотрел на них.

– А почему я должен помогать вам? Я могу вас всех легко скормить изумительному ранкору. Я его только что приобрел.

Билли, тот вообще как из «тэшки» высунулся, как углядел Клариссу, так и плюхнулся обратно.

Хул сглотнул. Зак подумал, что сейчас он напоминает игрока, который готов разыграть последнюю ставку. Шиидо ответил: \"Потому что думаю, что живой я буду тебе более полезен, нежели мертвый. Кроме того, если ты поможешь мне, то знаешь, что сможешь рассчитывать на мою помощь, когда тебе понадобится.

Существа, окружающие хатта забормотали. Джабба прикрыл свои глаза. Хммм…