Картинка снова сменилось, показав невероятно скрупулезный и сложный ситский ритуал, не шедший ни в какое сравнение с тем, что прежде делал Бейн. Легкими касаниями Силы перелистывая страницы проецируемого изображения, он начал понимать, что на тщательное изучение ритуала уйдет далеко не один месяц. Но все же... секрет создания голокрона теперь у него в руках!
С большим удовлетворением он отключил голокрон. Настало время покинуть Титон и вернуться на Амбрию. Если все удачно, ученица будет ждать его в лагере.
Бейн вышел на воздух, направляясь к «Незримому». Едва собравшись зайти на борт, он увидел в отдалении другое судно, идущее на посадку. Он протянул к кораблю ниточку Силу и ощутил внутри Занну... вместе с кем-то еще.
«Лоранда» села в пятидесяти метрах от «Незримого». Бейн невозмутимо ждал появления Занны. Ученица показалась из корабля, вслед за ней вышел молодой человек. Темный повелитель ощутил в юнце Силу, но та была слишком мала. Когда он увидел культю вместо его правой руки, все сразу встало на место.
- Мы должны были встретиться на Амбрии, - ощерился Бейн. - Зачем ты прилетела? И зачем привела его?
- Я здесь, чтобы предупредить вас, - быстро ответила девчонка. - Джедаи знают, что вы выжили при взрыве ментальной бомбы.
- Он сказал, - заметил Бейн, кивнув в сторону юноши.
- Он собирался говорить с Советом джедаев, - объяснила Занна. - В случае его пропажи, они могли проигнорировать слухи.
- Почему ты просто его не убила? - грозно спросил Бейн.
- Он целитель, - пришел быстрый ответ. - Он знает, как снять с вас орбалисков.
Занна отвечала слишком быстро, и Бейну это не нравилось. Как видно, она заранее заготовила слова, по нескольку раз их отрепетировав.
- Это правда? - потребовал он у юнца.
- Я не могу сделать это здесь, - ответил Даровит. - Нужны медикаменты. Специальное оборудование. Это опасно, но, я думаю, что выполнимо.
Бейн задумался. Ему не было дела до возможной опасности; он сам знал, что любая процедура, призванная освободить его от инвазии, будет сопряжена с риском. Теперь его сдерживало лишь одно: он понял, что все его неудачи с голокроном никак не связаны с орбалисками, тянущими из него силу, и хотел вновь взвесить все за и против этого решения.
За плечом ученицы проступили неясные очертания другого корабля, летевшего слишком далеко, чтобы можно было различить его модель и принадлежность, и ход мыслей Бейна оборвался. Через мгновение он ощутил на борту корабля безошибочное присутствие светлой стороны.
Занна, похоже, почувствовала то же; она обернулась, посмотрев в направлении корабля, затем перевела на Бейна тревожный взгляд.
- Что-то не так? - спросил целитель, заметив, как учитель и ученица обменялись взглядами. - В чем дело?
- За нами следили, - буркнула Занна.
Корабль заходил на посадку. Он летел слишком быстро, чтобы можно было зайти на борт и взлететь. А если попытаться, вражеское судно польет их огнем из орудий прежде, чем они оторвутся от земли.
- В крепость, - приказал Бейн. - Джедаи нашли нас.
Глава 21
«Несущий справедливость», звездолет мастера Раскты, был, вероятно, самым быстрым кораблем из тех, на каких Джоану доводилось летать. Малогабаритный персональный крейсер вмещал экипаж из четырех человек. К немалому облегчению Джоана, рядом с ним сидели еще трое джедаев.
За приборной панелью находилась мастер Раскта, эчани. Ее кожа отливала серым, волосы снежно-белые, а в серебристых глазах отражались звезды. По росту она догоняла Джоана и обладала прекрасным сложением и куда лучшей физической подготовкой, свойственным представителям культуры, превозносящей бой как наивысшую форму искусства и самовыражения. Мастер Раскта, названная в честь легендарного воина-эчани Раскты Фени, величайшего фехтовальщика своего времени, всю жизнь посвятила боевым искусствам, чтобы однажды сойтись на равных, и даже превзойти бучшего своего противника.
За свои заслуги мастер Раскта получила редкий и престижный ранг мастера оружия. Она отгородилась от всех областей знаний, отказалась от развития иных способностей обращения с Силой, целиком и полностью посвятив себя техникам сражения на светомечах и рукопашному бою. Превратила себя в средство для убийств.
Теперь Раскта обучала послушников фехтованию на светомечах, но когда-то принимала активное участие в руусанской кампании. Не признавая другого оружия, кроме голубого клинка в каждой руке, на поле брани она заставляла противников проникнуться страхом и ужасом. Джоан отчетливо помнил, как мастер-джедай выкашивала неприятелей в глубоком тылу, оставляя после себя след из тел. Поговаривали, что по окончании войны от ее мечей полегло столько же повелителей ситов, сколько погибло при взрыве ментальной бомбы.
На месте стрелка, напротив пилота, сидел Сарро Саж, падаван Раскты во времена войны. Этот темнокожий великан с пучком черных волос на лысой голове был лишь годом старше Джоана. Двухметрового Сарро с весом в полторы сотни килограмм, основная часть которого приходится на мускулы, было проще спутать с безволосым вуки, чем принять за человека. Но, не смотря на габариты, он был достаточно быстр и проворен, чтобы поймать на лету муху-зисс. Этот гигант, семь лет назад ставший рыцарем, пытался во всем походить на учителя. Он направил усилия на освоение массивного, длиной почти в 3 метра, двухклинкового меча. Джоан не мог и представить, что в Галактике найдется кто-то, кто сможет выстоять под яростным напором его голубых клинков.
В кресле навигатора на корме восседал мастер Воррор, иторианин. Длинная, плоская шея джедая выгибалась вперед и вверх к Т-образной голове, на концах которой с обеих сторон выдавались огромные, выпуклые глаза. Невежды так и называют «молотоголовыми» представителей этой расы за столь необычную внешность.
Фамилию мастера Воррора могли произнести лишь счастливые обладатели двух ртов и четырех гортаней, присущих всем представителям этой расы. Джоан как-то слышал, что один джедай-иторианин так направлял Силу, что преобразовывал свои многочисленные голоса в грозное звуковое оружие.
Мастер Воррор, однако, являлся целителем, и сила его заключалась в другом.
На Руусане он входил в число советников генерала Хота, и принес победу во многих сражениях, даже не прикасаясь к светомечу. В бою иторианин не нападал на врага, а поддерживал союзников навыками целителя и редким искусством боевой медитации. И хотя его талант не позволял в одиночку решить исход крупномасштабного сражения, в близком бою джедай, с помощью Силы, насыщал энергией тело, разум и дух каждого, кто сражался на его стороне, расширяя круг возможностей своих союзников.
Сбоку от навигатора сидел четвертый член экипажа - мастер Фарфелла, в задачи которого входила помощь пилоту, стрелку и навигатору. Он следил за астронавигационными картами, показаниями двигателей, статусом оружейных систем, отчетами сканеров и всем, что требовалось другим для работы.
Джоан находился в кокпите вместе с Расктой и Сарро, занимая пассажирское сиденье позади пилота. Пока они не достигли Титона, все, что требовалось от него - не мешаться.
Следуя по давно заброшенному гипермаршруту, найденному на инфокарте в Архиве, экипаж «Несущего справедливость» проникал в Глубокое Ядро. Мастер Раскта выразила опасения еще в начале пути: согласно последним записям, данные гиперпространственные пути имеют дурное свойство неожиданно разрушаться. Звездолет, следующий по любой точке этого коридора за наносекунду до его искажения, сгинет навеки. Неустойчивость маршрута, вкупе с другими опасностями Глубокого Ядра - такими, как блуждающие черные дыры, способные растерзать корабль даже в гиперпространстве - привела к тому, что он был покинут и, в конечном счете, забыт почти на тысячу лет.
Воррор просчитал риск коллапса в ходе путешествия, и вычислил, что тот составляет не больше двух процентов - и все же Джоан с облегчением вздохнул, когда они вышли целыми и невредимыми в нескольких тысячах километров от цели.
- Орудия заряжены и готовы к бою, - сказал интерком голосом Сарро. - Нас не встречают?
- На орбите ни души, - доложил Фарфелла. - Похоже, все чисто.
- Иду на посадку, - сообщила Раскта. - Держите уши на макушке.
- Вижу ионный след, - сказал Фарфелла, когда корабль коснулся границ атмосферы. - Похоже, они только прилетели.
- Фиксирую след… есть.
Даже за треском интеркома глубокий бас Воррора эхом рикошетил от стен корабля.
- Запускаю автопилот, - сказала Раскта. - Поглядим, куда он нас приведет. Сарро, держи палец на гашетке.
Автопилот повел корабль сквозь атмосферу Титона, и несколько долгих секунд за иллюминатором перед Джоаном висела плотная завеса серых облаков. Миновав верхние слои атмосферы, джедаи поняли, куда летят.
- Кажется, я знаю, где они, - пробормотал Сарро.
Под кораблем стелились плоские, лишенные жизни поля. На линии горизонта высилась темная крепость, единственное сооружение на много километров вокруг.
- Принимаю сигналы от двух кораблей на поверхности, - сообщил Фарфелла. - Снаружи никого.
Сейчас они были так близко, что Джоан разглядел две оплавленные башни, поднимавшиеся с обеих сторон от фасада цитадели.
- Вижу жизненные формы внутри сооружения, - заметил Фарфелла. - Судя по всему, их… трое.
- Только трое? - разочарованно буркнул Сарро. - Слишком легко.
- Я бы на это не рассчитывал, - предостерег Фарфелла, когда Раскта повела корабль на посадку.
* * *
Занна пыталась сосредоточиться, собраться с силами для грядущей битвы. И действия учителя немало ее отвлекали.
Дарт Бейн, с мечом наизготовку, вышагивал взад и вперед, словно обозленный ранкор. Занна чувствовала собирающуюся в нем силу темной стороны, которая, по большей части, питалась от злости. Злости на джедаев; злости на Даровита, что раскрыл их; злости на Занну, что привела джедаев на Титон. Она почти не сомневалась, что в любой момент Бейн мог сорваться и выпустить на волю ярость, усиленную орбалисками, но учитель пока держал свой гнев под контролем, сберегая его для скорой битвы.
Бейн привел их в крепость, в большой, просторный зал, двери с обоих концов которого вели наружу. Держать оборону у единственного выхода было бы проще, но Бейн не хотел угодить в западню. Если джедаи загонят их в угол, то устроят длительную осаду в ожидании подкрепления. А Занна и ее учитель, последние из ситов, не могли себе такого позволить. Потому важно иметь наготове альтернативные пути к отступлению.
Зал был пуст и начисто лишен предметов интерьера. Осмотревшись, Занна предположила, что почти квадратное огромное помещение служило когда-то для тренировок или учебы. Помимо двух выходов, в боковой стене нашлась крохотная дверца, ведущая в маленькую каморку. Вероятно, давным-давно там размещался склад оружия, мишеней и других принадлежностей, используемых на занятиях.
Согласно указаниям Бейна, она спрятала инфокарту из Архива в каморке, а учитель пристроил туда голокрон Белии Дарзу. Там же, по совету сестры, укрылся и Даровит. Оружия при нем нет, и для обеих сторон он бесполезен.
- Не высовывайся, пока мы не закончим, - предупредила его Занна, поймав сердитый, неодобрительный взгляд учителя. - Он бы только мешал, - объяснила она, когда Даровит закрыл дверцу.
Теперь оставалось только дождаться врага. И это ожидание долго не продлилось.
Двери с обоих концов зала одновременно распахнулись: джедаи разделились на группы, чтобы успешнее согласовать атаку. Женщина-эчани с голубыми клинками и мастер-джедай в пестрых одеждах и с золотистым мечом шли прямо на Бейна. А тощий, подвижный джедай, вооруженный зеленым клинком, и груда мышц, в какой-то степени напоминавшая человека, с длинным, двухклинковым голубым мечом - заходили на нее.
Занна зажгла сдвоенный светомеч и встала в защиту, быстро вращая оружие, которое казалось маленьким и жалким в сравнении с голубым чудовищем противника-великана. Прежде чем джедаи атаковали, Занна отступила в угол, оставив позади место для маневров. Это позволит не только защитить фланги, но и оставит достаточно пространства, чтобы можно было пригнуться, увернуться и избежать оружия противника.
Краем глаза она заметила, что Бейн предпринял совсем другую тактику. Полагаясь на броню из орбалисков, он лоб в лоб попер на мастеров-джедаев.
И в этот момент на Занну набросились оба врага. Всего за несколько секунд она поняла, что рослый джедай куда опаснее, чем показалось вначале. За время, что потребовалось другому джедаю для двух ударов зеленым клинком, она отклонила не меньше полудюжины атак его напарника. Заметная разница ощущалась и в стиле и эффективности нападений. Взмахи зеленого меча были грубыми и предельно простыми. Атакуя, джедай полагался либо на силу, либо на скорость, но никогда не использовал их одновременно. Клинком он заходил либо сверху, либо снизу, не меняя в процессе угол атаки. Здоровяк же, напротив, атаковал под неожиданными и своеобразными углами, на середине удара меняя положение массивных голубых клинков. Каждый выпад джедая легко мог войти в пособие по смертоносной эффективности - все они состояли преимущественно из быстрых и мощных ударов и контрударов, о направлении которых противник мог только догадываться.
Пока Занна вращала клинками, сохраняя скорость и инерцию, она могла с легкостью парировать атаки обоих оппонентов, во многом благодаря тому, что джедай с зеленым мечом, сам того не замечая, работал против напарника. Он пытался чередовать атаки с атаками здоровяка, вероятно рассчитывая, что они смогут поочередно атаковать и отклоняться, не позволяя Занне нанести удар. Но огромный размах оружия гиганта не позволял тому развернуться в полную силу; джедай боялся ранить или убить товарища всякий раз, когда молодой дурень сломя голову кидался в бой. В результате, великан постоянно ретировался и не мог провести полноценную атаку. Наступая и отходя, он вынужден был подстраиваться под неуклюжесть своего товарища, нежели противника.
Все это Занна видела через неприступный барьер своих клинков, довольствуясь ролью пассивного участника сражения. Если бы не превосходное фехтование рослого джедая, она могла бы с ходу переключиться на агрессивную манеру ведения боя и быстро обезоружить мальца. С другой стороны, если бы младший джедай не был так бездарен, его более умелый товарищ заставил бы Занну показать все, на что та была способна, лишь бы устоять на ногах. Пока что расстановка сил подходила Занне как нельзя лучше, ведь оба противника играли друг против друга. Ей даже не нужно их убивать, только отвлекать, пока Бейн, в своей неуязвимой орбалисковой броней, не покончит со своими противниками и придет на подмогу.
Она выждала момент очередной атаки молодого джедая и просчитала его до смешного предсказуемый выпад. Точно зная, куда придет клинок по траектории его замаха, она смогла на миг отвлечься от боя и бросить взгляд на учителя.
К немалому ее удивлению, оба джедая все еще стояли на ногах. Да, они были достойными противниками. От ее внимания не ускользнул и пятый джедай: иторианин, державшийся поодаль от сражения. Его глаза закрыты, точно в медитации. Занна как раз вовремя вернулась к своим противникам, дабы избежать верной смерти.
Короткий взгляд на учителя, но этого оказалось достаточно, чтобы великан бросился вперед, пытаясь клинком выжечь ей глаз. В последнюю секунду Занна увернулась, услышав шипение лезвия, отсекшего ей локон. Незапланированный маневр лишил ее равновесия, спутал координацию, а меч, отбив удар зеленого клинка молодого джедая, утратил крутящий момент и остановился.
И в эту секунду, которая потребовалась ей на возвращение подвижности запястьям и сплетение новых замысловатых узоров двойных клинков, она была как никогда уязвима. Верзила высоко поднял меч, замахиваясь в голову и заставляя пригнуться, а обратным ударом в ноги вынудил Занну подпрыгнуть, прежде чем та приняла более устойчивое положение. Девушка избежала удара, но приземление было весьма неуклюжим. И на нее обрушился новый удар. Неправильная позиция вынудила ее лишь блокировать клинок, вместо того, чтобы его отклонить. Удар противника был столь мощным, что Занна пошатнулась и упала на пол.
Ее спас джедай с зеленым мечом. Он подобрался ближе, стремясь прикончить ее, и помешал товарищу, мечтающему о том же. Не без помощи унылой атаки мальца, Занна быстро поднялась и мгновенно перешла к последовательности движений, составлявших основу ее почти неуязвимого стиля.
На краткий миг она заметила брешь в обороне противника, но позволила джедаю жить, понимая, что тот помеха скорее для своих товарищей, чем для нее.
С другого конца зала последовал крик:
- Джоан! Сарро! Нам нужно подкрепление!
- Иди, - рявкнул здоровяк. - Я справлюсь.
Джедай с зеленым мечом исчез.
Смуглый гигант выпрямился в полный рост, и Занна осознала, что тот выше и сильнее даже Бейна. Воздух зашипел; длинным мечом верзила описал узор вокруг тела. Взглянув на Занну сверху вниз, он улыбнулся.
И великан пошел в атаку.
* * *
Минуло много лет с той поры, как Фарфелла сражался с помощью боевой медитации Воррора. Он почти забыл, сколько скорости и сил приносил ему поразительный талант иторианина. Сила текла в нем с удвоенной энергией, переполняла его. Но даже с теми возможностями, что давал Воррор, Валентайн не знал, как долго продлится это противостояние.
Когда они ворвались в зал, человек, без сомнения, сам Дарт Бейн, безрассудно кинулся им навстречу. Раскта обогнала Фарфеллу в попытке покрошить сита на аккуратные маленькие кусочки. В любых других обстоятельствах, это сулило бы нападавшему верную смерть.
Невидимыми для глаз клинками Раскта нейтрализовала исступленную атаку противника и нанесла полдюжины смертельных ударов в грудь и живот. Но вместо того, чтобы упасть замертво, здоровяк продолжал наступать. Он едва не сбил Раскту с ног, грозя затоптать ее тяжелыми сапогами, но в последнюю секунду мастеру удалось увернуться и броситься на пол.
Бейн, не сбавляя темпа, по инерции несся на Фарфеллу. Необычный защитный покров из плотных, блестящих раковин под одеждами сита на мгновение отвлек внимание мастера-джедая. Но его боевые рефлексы, улучшенные силой Воррора, позволили вовремя отскочить от живого тарана.
Раскта снова была на ногах и бросилась в сторону сита. Бейн развернулся на каблуках и ударил невидимой волной темной стороны. Мастер оружия была не сильна в защите от подобных атак. Сила удара чуть не размазала Раскту о ближайшую стену, но Фарфелла поднял щит, сберегая эчани. И даже не смотря на это, ее мускулистое тело оторвало от пола и отбросило назад, но Раскта успела кувырнуться в воздухе, приземлившись на ноги.
Ощутив вмешательство, спасшее Раскте жизнь, повелитель ситов развернулся к Фарфелле. Бейн вытянул руку и послал мощный разряд ситских молний, в мановение ока, собрав всю силу. Джедай успел поднять силовой барьер, но разряды электричества прошли насквозь и понеслись к нему. Раскта пришла ему на помощь, заслонив своим телом, выплачивая долг длиною в несколько секунд. Благодаря боевой медитации Воррора она мгновенно переходила из стиля в стиль, ее руки и клинки слились в размытые пятна, выписывая в воздухе восьмерки, подхватывая и поглощая разряды темной энергии.
Их противник с большей агрессией ударил разрядами молний. Раката вновь пришла на защиту Фарфелле. Она припала к земле, яростно атакуя бедра и голени сита, пытаясь лишить того ног и заставить корчиться в агонии. Ее клинки вспороли сапоги и прорезали широкие дыры в штанах, но обнаружили под ними только новые хитиновые раковины.
Бейн опустил светомеч на эчани, и та, скрестив свои клинки, попыталась блокировать и захватить оружие противника в точке пересечения. Но атака оказалась отвлекающим маневром, и в последнее мгновение сит выдернул оружие и локтем ударил ее под ребра. Удар сбил джедая с ног и опрокинул на землю. Бейн прошел мимо, направляясь прямиком к Фарфелле.
Мастер-джедай встал в элегантную защитную стойку, готовясь принять вызов.
- Рукоять! - задыхаясь, крикнула Раскта, пытаясь подняться.
Предупреждение заставило Фарфеллу обратить внимание на крючковатый светомеч врага, и непривычную хватку, которой тот требовал. Оружие изменяет характер его атак, заставляет наносить их под особенными и непривычными углами. В условиях строгой дисциплины, единообразия и предельной точности дуэлей на световых мечах между джедаями и ситами, необычное оружие мгновенно превращало технику Бейна в нечто уникальное и неожиданное.
За долю секунды рассчитав свои действия, Валентайн изменил угол атаки оружия ровно настолько, чтобы блокировать удар, который иначе скользнул бы по кромке его клинка и отсек руку у локтя. Но сила атаки все же вырвала золотистый клинок Фарфеллы из руки, отшвырнув светомеч на пол. Безоружного, беззащитного перед лицом врага, его вновь спасла Раскта.
Понимая, что клинкам броню сита не пробить, она сзади сделала подсечку. Бейн, опрокинувшись назад, превратил падение в перекат и вскочил на ноги. Задержка позволила Фарфелле оглянуться и, с помощью Силы призвать оружие к себе в руку.
Он снова вступил в схватку, видя, как мастер оружия перешла в наступление, быстрыми и резкими ударами клинков метя в незащищенное лицо Бейна - как видно, единственную часть его тела, не прикрытую неуязвимыми раковинами. И, что удивительно, Бейн начинал отступать.
- Не вмешивайся! - крикнула эчани Фарфелле. - Будешь только мешать.
Валентайн послушал совета, и вновь призвал силы светлой стороны для создания защитного барьера, на случай если сит применит против джедая темные силы.
Раскта, казалось, была везде и всюду - перед Бейном, возле него, кружила рядом, и низко припав к земле, высоко выпрыгивала, отражая его клинок одним из своих и нанося три быстрых укола подряд в направлении его глаз. Здоровяк пригибался и уходил, крутился и уворачивался, избегая ударов и попутно пытаясь организовать контрнаступление.
Мастерство Раскты в обращении со светомечами почти не имело равных, но даже с ее талантом, в немалой степени усиленным боевой медитацией Воррора, она не могла нанести предельно точный удар и обойти защиту Бейна. Свирепость новой тактики играла ей на руку... или Фарфелле так казалось.
Бейн отступал, уворачиваясь от клинков Раскты, но внезапно развернулся и рванул прямо на безоружного иторианина, неподвижно стоявшего в дверном проеме.
Боевая медитация требовала от мастера Воррора предельной концентрации и полной самоотдачи; у него не было ни единого шанса. Если Бейн убьет иторианина, джедаи утратят единственное преимущество, которое позволит им выжить в схватке.
Фарфелла выпустил на волю собранную энергию в одном направленном ударе. Бейн замер на месте, облачившись в мерцающее стазисное поле, сотканное из частичек света. Но оно лишь краткий миг продержалось под напором темной стороны. Мерцающее поле рассыпалось, и темный повелитель вырвался на волю. Секундная задержка дала эчани шанс встать между иторианином и ситом.
Клинки зажглись вновь, зайдясь гудением и свистом: Раскта не собиралась подпускать Бейна к Воррору. Любой ценой.
И Фарфелла вдруг осознал, что даже двоим здесь не справиться. Сит обладал не только физическими данными, но и виртуозным владением темной стороны. Все равно, что бороться со стихией.
- Джоан! Сарро! Нам нужно подкрепление!
* * *
Джоан повернул голову на голос Фарфеллы.
- Иди, - крикнул Сарро. - Я справлюсь.
Джедай бросил взгляд в другой конец зала и мигом сообразил, что происходит. Мастер Воррор в опасности; его нужно защитить, иначе боевая медитация - и любая надежда на победу - будет утрачена.
Он прыгнул через зал, подхваченный невидимой рукой Силы, и приземлился недалеко от Раскты, сошедшейся в схватке с Дартом Бейном; мастер-джедай отчаянно пыталась оттеснить сита от мастера Воррора, стоявшего в паре метров за ее спиной. Джоан атаковал не сразу, заметив на теле повелителя ситов необычные наросты.
- Целься в лицо! - крикнул Фарфелла, вместе с Джоаном ринувшись в гущу сражения.
Втроем они смогли удержать сита на расстоянии: Фарфелла с левого фланга, Джоан с правого, а Раскта - по центру. В перерывах между блоками и защитой они пытались нанести удар Бейну в лицо, и их объединенные усилия, наконец, заставили противника уйти в оборону.
Молодой джедай мог лишь восхищаться скорости и свирепости клинков Раскты. Если неуклюжие усилия Джоана и мешали Сарро в битве с ученицей, то Раскте, похоже, его присутствие играло на руку. Когда он шел сверху, она заходила снизу. Стоило ему ударить слева, она била справа. Частично, это была заслуга ее оружия: по отдельности, каждый из ее мечей был более точен и меток, чем безразмерные клинки Сарро. Но дело не столько в оружии. Рефлексы Раскты были так быстры, боевые инстинкты настолько отточены, что она ощущала и предчувствовала то, что должен был сделать Джоан, и, в конечном счете, использовала его атаки себе на пользу.
С противоположной от Раскты стороны Фарфелла наносил аккуратные, элегантные удары, беспокоя правый фланг Бейна. Им удавалось держать позиции, но шанса оттеснить и уничтожить сита не существовало в принципе.
Они зашли в тупик, ни одна из атак не обнаруживала уязвимых мест на теле Бейна. И вдруг Джоан уловил полоску белой кожи, приоткрывшуюся между бронированной перчаткой сита и раковинами на его предплечье. Прореха была узкой, но вполне достаточной, чтобы смог пройти хорошо нацеленный клинок.
Джедай ударил в новую цель. Сила, переполненная энергией Воррора, прошла сквозь него и направила меч. Удар был лишен безупречности; клинок скользнул по грани бронированных раковин и лишь поверхностно соприкоснулся с плотью. Вместо того чтобы отнять руку, меч лишь резанул нервные окончания и сухожилия.
Бейн издал яростный вопль и выронил оружие, пальцы раненой руки обмякли и лишились подвижности. Но прежде чем Джоан или кто-то еще смог раз и навсегда покончить с безоружным противником, джедаев отшвырнуло назад мощным взрывом энергии темной стороны - острая боль лишь придала сил их врагу.
Придя в себя на полу в метрах десяти от сита, Джоан в ужасе наблюдал, как светомеч темного повелителя подскочил с пола и влетел обратно тому в ладонь. Удивительно, но пальцы обхватили рукоять и зажгли багряное лезвие; его раны каким-то образом почти мгновенно зажили.
Теперь между Бейном и иторианином никто не стоял; как и Джоана, Фарфеллу и Раскту отбросило на пол. Повелитель ситов поднял клинок, намереваясь оборвать жизнь Воррора, и Джоан воззвал к Силе.
Он знал, что ему не преодолеть защиту Бейна, поэтому не здоровяк был его целью. Толчок огромной силы отбросил Воррора в угол, в тот самый миг, когда красная дуга светомеча намеревалась разделить мастера надвое.
Джоан ощутил, как силы и энергия покидают его. Стоило Воррору потерять концентрацию, как тут же нахлынула волна изнеможения и усталости. Но мастер-джедай был еще жив, а Фарфелла с Расктой уже поднялись на ноги. Если они задержат Бейна на несколько секунд, иторианин с помощью боевой медитации сможет вернуть утраченное преимущество.
* * *
Занна скользнула в сторону, непрерывно вращаемым оружием изменив направление вражеского клинка, убрав его от своего горла и без вреда пропустив над плечом. Противоположный конец меча верзилы опасно приблизился к ее бедру, и она ушла от лезвия в перевороте назад, сохранив устойчивость. Девушка кисло подумала, что до сих пор не понимала истинного значения термина «боевые искусства».
Атаковавший ее воин возвел единоборство в высшую степень искусства. Он передвигался с грацией танцора, его исполинский клинок запевал смертоносную песнь войны. Движения отличались абсолютным изяществом, почти одержимостью. Занна понимала, что к другим формам он слишком уязвим, но тот теснил ее так напористо, что у нее не оставалось шанса собраться с силами.
Если бы джедай обладал тем же преимуществом, что давала орбалисковая броня Бейна, их схватка давно бы подошла к концу. Бейн, для преодоления ее защиты, мог не обращать внимания на смертельные для других удары, поступаясь чувством собственной безопасности при дерзком наступлении. В противоположность учителю, ее огромный и сильный противник не был застрахован от смертельного выпада светомеча. Ему приходилось держать оборону, но стиль его был менее агрессивен, поэтому не оставлял бреши в защите. Хотя техника джедая была гораздо изящнее техники учителя, ей удавалось сдерживать натиск… до этих пор.
Здоровяк в очередной раз перешел в наступление, с огромной скоростью меняя положение клинка на середине удара, от чего казалось, что тот гнется и извивается. Тяжело дыша, Занна ответила на серию ударов яростным защитным шквалом. Ее стиль ставил цель затянуть бой, изнурить противника, пока тот пытается прорвать ее оборону. Но всякий раз, как она скрещивала мечи со смуглым гигантом, то безумно и отчаянно растрачивать энергию приходилось вовсе не ему. Мало-помалу он вытягивал из нее остатки сил.
И дело тут было не в таланте и тренировке джедая. Занна чувствовала вмешательство чего-то иного: текущую в нем Силу, казалось, направлял кто-то другой.
Обмен ударами понемногу теснил ее назад; противник отрезал пути к отступлению, загоняя девушку в угол и ограничивая движения. В более узком пространстве не было возможности противостоять его силе. И она ничего не могла поделать. Отступив еще на шаг, она уперлась ногой в стену. Отступать дальше некуда; конец близок.
С другого конца комнаты раздался яростный крик Бейна, и Занна приготовилась к последней битве, из которой уже не выбраться живой. Противник провел длинный двухклинковый светомеч вокруг себя, раскручивая его для новой атаки. И вдруг, совершенно внезапно, пропала вся Сила, которую в него направляли. Девушка почувствовала, как та потухла, словно свеча на ветру.
Великан замешкался, бросив быстрый взгляд на товарищей, чтобы узнать что случилось. Пользуясь моментом, Занна сплела пальцами сложный узор, опустив на врага ситские чары.
Джедай широко распахнул глаза, отошел от нее на подкашивающихся ногах, рассекая светомечом воздух в попытке одолеть воображаемых демонов. В безрассудном ужасе круша невидимых чудовищ, он даже не заметил Занну, которая оборвала его жизнь единственным длинным, диагональным росчерком по мускулистой груди.
Когда великан упал, девушка обратила внимание на Бейна. Тот спокойно продолжал сражение с джедаями, медленно тесня их к иторианину, помятой кучей лежащего в углу.
Собрав энергию темной стороны, Занна навела маскировку, чтобы скрыть свою силу, как делала в Храме джедаев. Проделывая трюк, она заметила, что иторианин медленно встает и, закрывая глаза, пытается сосредоточиться. Она почувствовала, как по залу растекается волна энергии Света. Это заметили и Бейн и его противники. Внезапно обретя второе дыхание, они насели на учителя, направляя все свои удары ему в лицо и на запястья, где орбалиски оставили крохотные бреши в броне.
Занна бросилась на подмогу, тихо подкравшись к джедаям со спины. Маскирующее заклинание помогло ей подойти незаметно. Первой ударом клинка она убила эчани, прошив ту насквозь. Джедай вскрикнула, как подкошенная упав к ногам Занны. Один из нападавших слегка обернулся, на мгновение забыв о противнике. Бейн воспользовался ситуацией и отсек руку джедая, сжимающую зеленый клинок. Тот вскрикнул и упал на колени, зажав здоровой рукой прижженный обрубок. В мыслях Занны мгновенно всплыл образ руусанской пещеры, где она так же поступила со своим кузеном.
Она быстро отбросила воспоминание. Ее замешательство позволило молодому джедаю откатиться в сторону, подальше от боя. Занна колебалась, решая, убить ли его сразу, или помочь учителю одолеть мужчину, с которым тот еще сражался. Ответ пришел сам собой, когда мгновением спустя Бейн оттолкнул золотистый светомеч джедая закованным в орбалиски левым предплечьем и клинком снес противнику голову.
Иторианин прервал медитативный транс, почувствовав поражение товарищей. Но прежде чем он смог что-либо предпринять, Бейн подпрыгнул высоко в воздух и приземлился прямо перед ним, одним махом разрубив все четыре его гортани. Иторианин рухнул на пол, и темный повелитель развернулся, чтобы покончить с одноруким джедаем.
Занна ощутила, как учитель собирает силу темной стороны, но за мгновение до того, как тот дал волю пурпурным молниям, лежащий на полу иторианин вытянул руку и схватил его за щиколотку. Смертельно раненый джедай в финальном аккорде освободил собственную силу, и их обоих накрыла мерцающая голубая сфера.
Молнии, слетевшие с пальцев Бейна, не добрались до однорукого джедая, а отразились от внутренней поверхности закрывшей их оболочки. Разряды яростно заметались внутри, образовав такой плотный ураган энергии, что Занне пришлось прикрыть глаза и отвернуться. За пронзительным треском электричества она разобрала усиливавшийся вопль Бейна, и когда вновь посмотрела в его сторону, сфера уже исчезла, а учитель повалился на пол грудой обожженной и дымящейся плоти.
Она побежала к нему, но остановилась, увидев, что единственный выживший джедай медленно ползет к откатившемуся светомечу, не желая прекращать сражение несмотря на потерю руки.
Нацепив на лицо гневную маску, она шагнула к нему, воздев клинок над своей головой. Джедай умоляюще взглянул на нее, но Занна ответила одним коротким ударом, навсегда оборвав нити его жизни.
Глава 22
Добравшись до Бейна, Занна была в полной уверенности, что учитель мертв. Молнии обратили в прах его одежду, расплавили перчатки и сапоги. Плоть на лице и руках сита обуглилась, обгорела и покрылась волдырями, из которых сочился склизкий оранжевый гной. Несколько паразитов на груди и животе погибли, их коричневые раковины почернели и растрескались под воздействием электрического разряда. Из-под скорлупок ползли едва заметные струйки черного дыма, неся с собой такую тошнотворную вонь, что у Занны скрутило желудок.
Но грудь Бейна едва заметно, но все же вздымалась; дыхание было слабым, почти неразличимым. Похоже, учитель лишился сознания от шока нестерпимой боли. Занна подождала, надеясь, что опаленные ткани начнут процесс регенерации, но раны Бейна не могли исцелить даже способности орбалисков, и результата не последовало.
Звук открывшейся двери заставил Занну повернуться: Даровит высунулся из своего укрытия. Он окинул взглядом устилавшие зал тела, увидел Занну, склонившуюся над учителем.
- Он...? - Даровит оставил вопрос недосказанным.
- Он жив, - со злостью бросила девушка, поднявшись на ноги.
Даровит не спеша выбрался из каморки, здоровой рукой прижимая к груди голокрон Белии и инфокарту. Когда кузен подошел ближе, Занна протянула руку и выхватила ношу. Даровит, похоже, даже не заметил; он не мог оторвать взгляда от человека у ног сестры, - обожженной, полуживой оболочки, - каким-то непостижимым образом до сих пор цеплявшегося за жизнь.
- Собери мечи, - приказала Занна. - Мы уходим.
Даровит, сочтя за лучшее не обсуждать приказ, принялся подбирать оружие павших джедаев: трофеи триумфа ситов на Титоне.
Занна убрала инфокарту и голокрон в карманы на поясе, глубоко вздохнула и сосредоточилась. Призвав Силу, девушка подняла тело Бейна, и удержала над полом на весу.
Так она пронесла учителя всю дорогу до выхода из крепости. Даровит, не отставая, плелся позади. Задумавшись, на каком из двух кораблей лучше лететь с Титона, Занна все же остановила выбор на «Лоранде». Он был гораздо больше, и, к тому же, имел полностью укомплектованный медицинский отсек.
- Открой трюм, - приказала девушка, кивнув на корабль.
Даровит помчался выполнять приказ, а Занна осторожно приподняла учителя и направила его внутрь «Лоранды».
На борту они подключили Бейна к насосу, подающему бакту. Было очевидно, что травмы темного повелителя требовали полного его погружения в бакта-камеру как минимум на несколько дней, но такими излишествами Занна похвастаться не могла. Бакта-насос был лучшим из того, что имелось в наличии; он впрыскивал большую дозу целительной жидкости прямо в вены, прокачивал ее по телу, затем отфильтровывал и повторял процесс.
- Состояние стабильное, - сообщил Даровит. - Но долго он не протянет. Погибая, орбалиски отравляют носителя.
- Ты читал инструкции на диске, - сказала Занна. - Сними их с него.
- Даже если я смогу, это не поможет, - сказал Даровит, вспоминая сухие строки текста. - Уже слишком поздно. В момент смерти орбалиски пустили токсины в ткани носителя. Они разрушают живые клетки на микроскопическом уровне. Он умрет через пару дней.
- Ты же драный целитель! - взорвалась девушка. - Так помоги ему!
- Я не могу, Занна, - сказал Даровит еле слышно. - Не здесь. У нас нет оборудования и медикаментов. А если бы и были, я бессилен. Когда токсины орбалисков проникают в тело носителя, обратить процесс уже невозможно.
Ты не можешь умереть,- с горечью думала Занна, кусая губу. -Ты столькоеще долженмне рассказать!
Способности учителя лежат далеко за границей ее достижений. Она могла бы превзойти Бейна - он сам говорил ей об этом - но пока о его силе можно только мечтать. Слишком много тайн осталось ею непознаны. Тайн, позволявших обрести могущество - гораздо большее, чем то, что принадлежало ей сейчас. Если Бейн умрет, знание будет утрачено. Быть может, однажды она обретет его самостоятельно; уроки темного повелителя гарантировали успех.
Но все минувшие десять лет она лишь только училась контролировать силу. Тогда как учитель начал складывать кусочки мозаики, которые однажды позволят ситам подняться с колен и взять в свои руки бразды правления Галактикой.
Бейн организовал обширную сеть шпионов и информаторов, но Занна не имела представления ни об истинном количестве вовлеченных в нее людей, ни о том, как с ними связаться. Он привел в движение сотни далеко идущих планов, служивших цели укрепления силы и, тем самым, ослабления Республики. Только теперь Занна начала понимать весь масштаб и сложность политических махинаций учителя.
Бейн был провидцем, смотрел далеко в будущее. Он четко понимал, как в собственных интересах использовать слабости и уязвимости Республики. Знал, как не дать джедаям увидеть темную сторону, и как заставить их сделать первые шаги на долгом пути, который приведет их к полному и бесповоротному вымиранию. Он умело манипулировал людьми, организациями и правительствами, высаживая семена, которые пролежат в земле много лет, прежде чем дать ростки.
Если Бейн умрет сейчас, все, в чем ему удалось преуспеть за минувшее десятилетие, сойдет вместе с ним в могилу. Занне придется начинать с самого начала. Придется найти и обучить ученика, хотя сама она еще не до конца познала собственную силу. Она будет слепо идти вперед, всегда в окружении врагов. И рано или поздно сделает роковую ошибку, которая ее погубит... а вместе с ней и ситов.
Этого нельзя допустить. Во имя Ордена, она должна сохранить Бейну жизнь. И пусть Даровит не обладает знаниями и силой, чтобы вылечить учителя, она знает того, кто на это способен. Того, кто однажды уже спас ему жизнь.
- Не позволяй ему умереть, - пригрозила она Даровиту.
Занна вышла из медотсека, зашла в кокпит и села за приборную панель. Она задала курс на Амбрию, но полетят они не в лагерь. Они полетят к человеку по имени Калеб.
* * *
Хотя жилище Калеба стояло почти в сотне километров от их лагеря на Амбрии, Занна никогда не встречалась со знахарем. Она знала о нем только из рассказов учителя. Бейн говорил, что Кэлеб знает толк в Силе, но контактирует с ней совсем иначе, нежели джедаи и ситы. Светлая сторона, темная сторона - для него все едино; он черпает силы самой природы.
Тогда слова учителя показались бессмысленными, но, заходя на посадку у крохотной, ветхой лачуги, что Калеб звал своим домом, Занна начала понимать. В этом месте обретала энергия; она взывала на необычном и чужом языке.
Она почувствовала ее в воздухе, едва отворились створки трюма, ощутила ступнями, спрыгнув на землю. Казалось, с каждым шагом земля под ногами дрожит, фонит звуком, слишком высоким для человеческого уха, но достаточно низким, чтобы приплясывать на кончиках зубов.
Даровит шел следом, орудуя рукоятками, направлявшими медицинские носилки «Лоранды». Они плыли в метре над землей, неся тело Бейна. Учителя вновь бесцеремонно перемещали, как обыкновенный груз. На сей раз, однако, его поддерживали репульсоры, а не Сила.
- Потрясающее место, - выдохнул Даровит. - Я такого никогда не чувствовал. Сила тут такая... грубая.
Занна запоздало вспомнила, что хотя кузен не обладает способностями джедаев или ситов, он может чувствовать Силу. А что если Даровит может то же, что и Калеб? Правда, теперь это уже не важно, решила Занна. С момента отлета с Титона прошло четыре дня, и Бейну становилось все хуже. Если не найти помощи здесь - учитель непременно умрет.
Беглый взгляд на лагерь не прибавил надежды. Как и всюду на Амбрии, со всех сторон к нему подступали глухие, бесплодные пустоши, тянувшиеся вдаль, насколько хватало взгляда. За исключением пары-тройки каменных глыб единственным, что выделялось на горизонте, была лачуга Калеба и костровая яма. Как видно, лагерь был безлюден.
Размеры лачуги не превышали несколько метров в диаметре. Стены жилища под острым углом сходились к вершине, отчего сооружение напоминало грубую версию пирамиды. Сложно сказать, где и как Калеб раздобыл древесину для постройки домишки, но он, очевидно, давно не делал ремонт. Древесная обшивка почернела и выгорела за годы, проведенные под лучами местного солнца, и хотя не гнила в засушливом климате Амбрии, на ее поверхности при испарении влаги появились сотни длинных вертикальных трещин. В стене, смотревшей на костровую яму, чернел провал невысокого входа. Поверх свисало драное покрывало, легко покачивающееся на пустынном ветру.
Яму для костра окаймляли кругляши камней, почерневшие и опаленные многолетним дымом и пламенем. По центру давно остывших углей висел огромный железный и пустой котел, поддерживаемый металлической стойкой.
Занна вспомнила слова Бейна о том, как Калеб опустил руку в кипящую похлебку. Он обварил себе кисть, доказывая учителю, что не боится боли, равно как и чужих угроз.
Десять лет назад знахарь отказал в лечении наставнику, но Бейн смог убедить его, пригрозив смертью дочурки. Занне почему-то казалось, что если они и найдут старика, то тот снова откажется тянуть Бейна с того света.
- Есть кто? - позвал Даровит, его голос показался тоненьким в окружающей пустоте. - Эй?
Занна медленно подошла к обветшалой лачуге, приоткрыла покрывало над дверью. Внутри была лишь маленькая лежанка, пристроенная в углу. Занна отошла от двери и окинула взглядом пустошь, окружавшую лагерь, проверяя, не мог ли Калеб укрыться где-то еще. Даровит осмотрелся на ее манер, после чего озвучил единственно логичное заключение:
- Тут никого.
А ведь пропал не только Калеб, неожиданно поняла Занна. Куда-то подевались и все лекарства, которыми знахарь врачевал больных. И где продукты первой необходимости - еда, вода, топливо для костра - необходимые для выживания?
Занна вспомнила, что Калеб прилетел на Амбрию, спасаясь от войны джедаев и ситов. Ему крупно не повезло: война, в конечном счете, увязалась за ним даже на захолустную планету. И все же знахарь хранил твердый нейтралитет на протяжении конфликта, наотрез отказываясь помогать представителям обоих воюющих лагерей; один лишь Бейн вынудил его сделать исключение из правил. Быть может, по окончании войны, Калеб решил прервать добровольную изоляцию и вернулся на родину, в лоно галактического общества? Это лишь одно из многих возможных объяснений его исчезновения.
Он мог умереть. Прошло десять лет с тех пор, как Бейн наведывался в лагерь Калеба, и хотя тот был далеко не древним стариком, нельзя было спускать со счетов возможность несчастного случая. Амбрия была опасным и суровым миром; на знахаря могли напасть хссиссы - жуткие плотоядные ящеры, временами выползавшие из глубин озера Натт, чтобы всласть наесться.
На планете хватало и вполне гуманоидных хищников. Горстка людей, что еще жила на планете, выживала лишь за счет ковыряния в отбросах, оставшихся после сражения на поверхности и в небесах; из мусорных куч они извлекали поврежденные предметы и устаревшую технику, которые еще можно было починить и продать заезжему гостю. Большинство «старьевщиков», как они сами себя называли, были простыми людьми, с трудом сводившими концы с концами. Но часть населения пошла по иному пути, избрав преступную стезю и убивая даже за полкредита, - что и говорить о пропавших лекарствах и припасах Калеба.
А еще знахарь мог помереть от болезни или недуга, против которых даже он оказался бессилен. Умри Калеб по естественным причинам, не прошло бы и часа, как останки его, не оставив после себя никаких следов, растащил бы пестрый балаган пустынных стервятников.
Понятно, что здесь они помощи не найдут, но идти куда-то еще просто бессмысленно. Бейн протянет, самое большее, день, прежде чем токсины орбалисков в тканях его тела достигнут смертельной концентрации. Занна застыла на месте, не в силах даже думать о том, что делать дальше. И вспомнила еще одну деталь из рассказа учителя.
Калеб пытался скрыть от Бейна дочь. Учитель без труда нашел ее в лачуге; больше в крохотном лагере спрятаться негде. По крайней мере, так было десять лет назад.
- Жди здесь, - приказала Занна Даровиту, оставив его приглядывать за Бейном.
Она вернулась к лачуге, зашла внутрь, и ногой отбросила лежанку, явив взору потайную дверцу в полу. Применив Силу, она распахнула ее и получила награду: из тесного подвала на нее глядел человек.
На лице мужчины не читалось ни страха, ни гнева. Скорее уж, что-то другое. Он имел утомленный вид; словно знал, что все это ведет его к долгой и нудной перепалке.
- На выход, - приказала Занна, отойдя на шаг от дверцы и положив ладонь на рукоять светомеча.
Не говоря ни слова, мужчина поднялся по хлипкой лестнице и вытянулся в лачуге в полный рост. Худощавый, среднего роста пятидесятилетний человек. Прямые черные волосы спадали до плеч, за прошедшие десять лет кожа потемнела и обветрилась под жгучим солнцем Амбрии. Внешность мужчины не давала повода предположить, что тот обладает какими-то особыми способностями или хоть чуточку необходим, но Занна нутром чуяла его огромную внутреннюю силу.
- Ты знаешь, кто я? - спросила она.
- Знал еще тогда, когда ты и твой учитель стали лагерем неподалеку, - чуть слышно ответил мужчина.
- И знаешь, зачем я пришла?
- Я почувствовал, что ты идешь. Я затаился.
Занна, заглянув в подвал, приметила полки, битком набитые бутылочками, мешочками, сосудами, сумками с лекарствами и целебными снадобьями, которыми пользовался знахарь. В углу обнаружилась горка пищевых пайков, рядом с которыми лежали маленькие квадратные контейнеры для припасов.
- Когда ты это построил? - с любопытством спросила девушка.
- Вскоре после моей встречи с твоим учителем, - ответил мужчина. - Я боялся, что однажды он вернется, а моей дочери нужно было надежное укрытие.
Он вдруг расплылся в улыбке, но движении губ не наблюдалось ни удовольствия, ни веселья.
- Теперь моя дочь стала взрослой, - сказал он. - Она покинула этот мир, уже не вернется. У тебя нет власти надо мной.
- То есть, ты не поможешь учителю? - спросила Занна, позабыв вложить в голос угрозу.
- Теперь меня не заставить, - ответил знахарь, и Занна уловила в голосе мужчины чувство глубокого удовлетворения.
Она поняла, что Калеб готовился к этому все десять лет.
- Война между джедаями и ситами окончена, - сообщила Занна. - Учитель больше не солдат. Он обычный человек, который нуждается в твоей помощи.
Мужчина улыбнулся вновь, хищно сверкнув зубами.
- Твой учитель никогда не станет обычным. И умрет он совсем скоро.
Одного взгляда на руку знахаря, изувеченную ожогами после «свидания» с кипящей похлебкой, было для Занны достаточно, чтобы оставить всякую мысль касательно воздействия пыток на мнение старика. А подчинить его разум с помощью Силы тоже вряд ли удастся; воля Калеба слишком крепка, и его не сломить.
- Я дам тебе денег. Ты будешь купаться в богатстве.
Мужчина обвел руками простое убранство крохотной лачуги.
- Какова нужда в кредитах у человека, как я?
- А как же твоя дочь? - настаивала Занна. - Только подумай, насколько проще ей стало бы жить.
- Даже если бы я хотел для моей дочери твою кровавую плату, я не нашел бы способа ее передать. Для полной безопасности я настоял, чтобы она сменила имя при первой возможности. Мне не известно ее новое имя; я не знаю, куда она ушла.
Закусив губу, Занна решилась на отчаянный шаг.
- Если ты не поможешь учителю, я отыщу твою дочь. Я найду ее, буду пытать, а потом убью, - пообещала она, для выразительности делая ударение на каждом слове. - Но сначала заставлю смотреть, как я пытаю и убиваю всех, кто ей дорог.
Калеб усмехнулся, позабавившись пустой угрозе.
- Что ж, вперед. Иди и ищи ее, а меня оставь в покое. Мы оба знаем, тебе никогда ее не найти.
И снова он взял кон. Не зная ни имени, ни примет, будет почти невозможно разыскать девушку, которая может быть на любом из миллиона республиканских миров.
Нахмурившись, Занна вновь опустила взгляд на изувеченную руку мужчины. Шрамы служили немым свидетельством того, что ей не сломить знахаря одной грубой силой, не важно, насколько ему будет больно. Но так как иные пути себя исчерпали, она все же решила попробовать.
Протянув перед собой незримую руку Силы, она подняла Калеба в воздух. Ноги знахаря оторвались от пола лишь на несколько сантиметров, но голова прижалась к низкому, наклонному потолку. Занна начала сжимать «кулак», сдавливая внутренние органы мужчины, медленно разрывая их и причиняя Калебу такие мучения, какие лишь немногим довелось испытать. Не тронутыми оставались только легкие - девушка постаралась дать ему достаточно воздуха, чтобы дышать и говорить.
- Ты знаешь, как это прекратить, - сказала она холодно. - Скажи, что вылечишь учителя.
Знахарь стонал и корчился от боли, но продолжал упорствовать.
- Занна! Ты что творишь?
Даровит заглянул в лачугу, озадаченный, вероятно, ее долгим отсутствием. Он стоял в дверях, в ужасе взирая на сцену пытки.
- Прекрати! - крикнул он. - Ты же его убьешь! Опусти его!
Тяжело и раздраженно вздохнув, Занна разжала хватку, позволив Калебу рухнуть на пол. Даровит кинулся к знахарю, но старик покачал головой и взмахом руки отогнал юнца. Он приподнялся на четвереньки, затем встал в полный рост, опершись руками в бока, и несколько раз медленно и глубоко вдохнул.
Даровит повернулся к Занне.
- Ты зачем это сделала? - разозлился он.
- Он отказывался нам помогать, - сказала девушка, обнаружив в своем голосе больше оправдания, чем ей хотелось.
- Я не спущу это чудовище на Галактику во второй раз, - заявил Калеб сквозь плотно стиснутые зубы; он все еще мирился с последствиями пытки. - Ты не убедишь меня спасти его.
Занна опустилась на колено перед знахарем.
- Я могу пробудить твои худшие кошмары и оживить их перед твоими глазами, - прошептала она. - Я могу страхом свести тебя с ума, порвать в клочки твое сознание, и на всю оставшуюся жизнь сделать из тебя полоумного идиота.
Даровит глядел на нее, не в силах вымолвить ни слова. Калеб же сверкал выводящей из себя улыбкой.
- Сделаешь это, - спокойно ответил знахарь, - и твой учитель умрет все равно.
Занна посмотрела на знахаря и закусила губу. Одним движением она встала на ноги и вылетела из лачуги, оставив Даровита с Калебом наедине.
Глава 23
В крайнем раздражении, Занна одним порывом пересекла местность от лачуги Калеба до парящих носилок. где лежал учитель.
Она проверила датчик с боку носилок, контролировавший жизненные показатели Бейна. Пока жив, но протянет недолго. Совсем скоро учитель умрет, забрав с собой все знания и секреты.
Занна стояла, склонившись над носилками, когда через несколько минут из лачуги показался Даровит. Он пересек лагерь и встал рядом, опустив взгляд на Бейна.
- По крайней мере, - сказал он, утешая кузину, - он умрет в покое.
- Покой - это ложь! - осклабилась Занна. - Не важно, умрешь ты во сне или в бою, смерть - она и есть смерть.
- Он хотя бы не чувствует боли, - ответил Даровит. Еще одна тупая банальность.
- Если чувствуешь боль, - ответила Занна, - это значит, что ты все еще жив. Каждый день жила бы с болью, только покоя не надо.
- Никогда бы не подумал, что услышу такое от тебя, Занна, - скорбно протянул Даровит, качая головой, - Разве не видишь, что он с тобой сделал?
Он сделал из меня сита, - подумала девушка. Но вслух сказала:
- Он сделал меня сильной. Дал мне власть.
- И это все, что тебе нужно, Занна? Власть?
- Через власть я познаю победу, через победу мои оковы рвутся.
- Власть не всегда приносит победу, - возразил Даровит. - Даже со всей властью, тебе не заставить Калеба помочь.
Бейн смог бы, - с горечью подумала она, но не сказала ни слова.
- Я знаю, что с тобой стало, - сказал кузен, в знак утешения положив руку ей на плечо, - Ты была ребенком. Была напугана. Одинока. Бейн нашел тебя и взял под свое крыло. Я понимаю, почему ты так ему верна. Понимаю, почему ты о нем заботишься.
Занна стряхнула руку Даровита и развернулась к нему, взглянув на брата широко распахнутыми глазами, полными недоверия.
- Я - сит. Я забочусь только о себе, и больше ни о ком.
- Ты заботишься обо мне.
Занна не ответила; ей не хотелось снова возвращаться к разговору, имевшему место по пути на Титон.