– Рельсы, – пробормотал Эндрюс, с опаской махнув стволом своего «стоунера-5,56» в сторону своеобразной железнодорожной ветки. – По всей видимости, они рассчитаны на тяжелые грузы.

Мередит внимательно оглядел и те, и другие ворота. Видимо, один выход вел к днищу кратера. По обе стороны от вторых ворот виднелись очень знакомые на вид металлические фигуры.

– Давайте-ка посмотрим, что там, – сказал он, устремляясь ко вторым воротам.

Когда до ворот оставалось пятнадцать метров, «горгоньи головы» выскочили из укрытий, заковыляли на паучьих лапах к засову и, заслонив его своими металлическими телами, застыли.

– Все в порядке, – обращаясь к ним, как к парочке домашних доберманов, спокойно сказал Мередит.

Он подошел поближе, ласково провел рукой по их металлическим панцирям и после этого, беспрепятственно пройдя между ними, стал осматривать замковое устройство. Долго ломать голову не пришлось – створки ворот заскрипели и разъехались. То, что открылось взору Мередита, могло быть только космическим кораблем.

Да, это был огромный звездолет, конечно, не такой массивный, как «Аврора» или «Следопыт», но вполне сравнимый по величине и внешнему виду с построенными ктенкри курьерскими кораблями ООН. Он покоился на платформе с колесами, которая, видимо, могла передвигаться по рельсам. Мередит подозревал, что, несмотря на свой древний возраст, и грузовая платформа, и сам звездолет все еще были в рабочем состоянии – как и Космическая Прялка.

– Теперь хотя бы понятно, – пробормотал за его спиной Эндрюс, – зачем им понадобилось строить такой огромный кратер. Заглянем в него, полковник?

Мередит беглым взглядом осмотрел ангар и заметил, что вдоль стен тут и там лежат запчасти и летное оборудование.

– Не сейчас, – сказал он лейтенанту. – Здесь мы вряд ли найдем оружие, которое поможет справиться с Данлопом, а если и найдем, поиски отнимут слишком много времени. Надо как-то пометить эти ворота – позже пришлем сюда специалистов. – Выйдя из ангара, он огляделся в поисках другой двери. – Давайте вернемся к лифту, – решил он. – Надо спуститься на уровень ниже.

Он снова угадал. Через минуту они бесшумно двигались по коридору, который, по мнению Мередита, вел к пещере. Через пару часов они должны добраться до мятежников Данлопа – если, конечно, не заблудятся в подземном лабиринте.





Враждующие стороны разделяла баррикада. Жаркая словесная перепалка показалась Хафнеру очень долгой, хотя длилась она всего полчаса. Сосредоточенно поглощая разогретые консервы, Хафнер напрягал слух, чтобы услышать как можно больше. Главное ему удалось уловить без труда: последние слова Переса, усиленные мегафоном и акустикой самого тоннеля, внесли разброд в ряды мятежников. Перес все-таки добился своего. Если он не врал, если на самом деле сторону Мередита безоговорочно приняли все жители Астры, банде Данлопа грозило неминуемое поражение, а возможно, и смертная казнь. Очевидно, предметом перебранки были дальнейшие действия: мятежники никак не могли прийти к окончательному решению – то ли им продолжать оборону и морально готовиться к поражению, то ли попытаться овладеть контрольной башней. Хафнер не мог толком понять, к чему склоняется сам Данлоп, но, когда спустя несколько минут майор подошел к нему, геолог увидел, что губы его побелели от гнева.

– Подъем, доктор, – приказал он и добавил, пытаясь сгладить грубость тона неловкой имитацией любезности, – если вы, конечно, не против. Мы уходим вперед.

– Вот как? – Перед тем как лениво подняться на ноги, Хафнер намеренно медленно выскреб ложкой дно банки и доел консервы. – А я-то думал, что вы сдадитесь – это было бы разумнее.

Очевидно, в голове Данлопа уже созрел какой-то план, поэтому он не обратил внимания на колкость Хафнера.

– Мы отведем вас к башне, – проворчал он. – С ее верхнего этажа далеко видно – мы возьмем под прицел каждого, кто попытается приблизиться. Вы, наверное, уже поняли, что, если мы засядем в башне, Мередит не осмелится открывать ответный огонь. Полезайте в машину – через несколько минут мы уезжаем.

Хафнер подчинился. Мысли его лихорадочно сменяли одна другую. Не зная, какая роль отводилась ему в этой опасной игре, он изводил себя бессмысленными вопросами. Может, Мередит специально посеял панику, вынуждая Данлопа отступить на дальние рубежи? Может, он надеялся, что Хафнеру удастся воспользоваться суматохой и сбежать? Стоит ли ему делать такую попытку? Или полковник надеется, что Хафнер ускользнет, когда будет нанесен контрудар? «Жалко, что мы никогда не задумывались о подобных вещах, – думал он, наблюдая за тем, как солдаты сворачивают лагерь. – Мы могли бы предусмотреть все случайности, все ходы, договориться о кодовой связи – хоть как-нибудь подготовиться. Ума не приложу, какую игру он затеял».

Но что бы ни затеял Мередит, исполнение его плана явно откладывалось – машины спокойно ехали в глубь пещеры по городу прядильщиков. Глядя в окно, Хафнер заметил, что четырнадцать солдат – четвертая часть отряда Данлопа – остались у баррикады. Ему стало тошно. «Он разделил свое войско, – подумал Хафнер. – Значит, боится, что нас атакуют где-то на полпути».

Но на улицах, по которым они проезжали, было тихо: никто и не думал атаковать, ни одного выстрела не прозвучало и тогда, когда машины остановились у Великой Стены. Четверо мужчин прошли сквозь узкую щель, и Хафнер непроизвольно напрягся. Удостоверившись, что путь свободен, те четверо позвали остальных. Когда Хафнер и его стражники прошли за ограду, он убедился, что засады нет – внутри на самом деле было пустынно. Тишь да гладь, только ковыляют вдали привычные «горгоньи головы».

«Но почему они разгуливают?» Хафнер стиснул зубы, чтобы у него не вырвался изумленный возглас. Обычно «горгоньи головы» толпились у подножия башни – именно к такой картине он привык с самого первого посещения пещеры. Почему же сейчас добрая их половина ковыляет к башне откуда-то с тыла? Наверное, они возвращаются из задних тоннелей, чтобы изучить захватчиков…

Сердце чуть не выскочило из груди Хафнера. Как он раньше не догадался! Мередит нашел второй вход в пещеру; он сам или Барнер провели сюда людей; они опередили медлительных «горгоньих голов» и затаились внутри башни со станнерами наготове. Через пять минут все будет кончено…

Когда до башни оставалось сто метров, Данлоп внезапно приказал остановиться.

– Смит, Коркоран, проверьте, нет ли в башне засады, – приказал он двум солдатам.

– Они не смогут войти без меня, – поторопился подать голос Хафнер. – «Горгоньи головы» их задержат.

Данлоп посмотрел на него изучающим взглядом.

– Ладно, – сказал майор, – тогда остановитесь, не доходя до «голов», и киньте внутрь парочку гранат. От этого ведь ничего не разрушится?

Хафнер молча покачал головой, не спуская глаз с солдат, уже шагавших к башне. Когда им оставалось пройти всего пять шагов, в дверном проеме внезапно возникли фигуры троих мужчин в форме цвета хаки со станнерами в руках. Падая на землю, Хафнер почувствовал, как по спине поползли мурашки. Он слился с землей, и тут же оглушительный грохот автоматных очередей заполнил воздух.

Грохот еще не затих, когда чья-то рука схватила Хафнера за воротник и рывком поставила на колени. Краем глаза он видел распростертых на земле солдат – дула их автоматов были обращены к башне, но гораздо больше Хафнера занимал пистолет, который Данлоп приставил к его голове.

– Мередит! – крикнул майор прямо в ухо Хафнеру. – Здесь со мной Хафнер, ты меня слышишь? Сдавайся – или я убью его! Я не шучу!

Он замолчал – то ли чтобы вдохнуть побольше воздуха, то ли ожидая ответа, и в наступившей тишине Хафнер услышал слабые звуки отдаленной стрельбы. Рука Данлопа дрожала. Пока он медлил, со стороны башни донесся голос Мередита:

– Не стоит, Данлоп. У тебя нет никаких шансов.

– Со мной Хафнер! – снова крикнул майор. – Ты хочешь, чтобы я убил его?

– Не будь кретином, – отозвался Мередит. – В башню тебе не войти, твоих людей у входа в пещеру уже разоружили. Никто не поможет тебе, и бежать тебе некуда. Так на кой же черт тебе заложник? Что ты собираешься выторговывать?

– Заткнись! – взревел Данлоп.

– Майор, – робко заговорил сержант, – может, нам лучше сдаться…

– Подобные разговоры считаю дезертирством! – злобно окрысился на него Данлоп. – Мередит! Предлагаю тебе сделку. Ты вызываешь корабль ООН, пусть он отправит за нами шаттл. Отзови своих людей и дай нам улететь.

– А доктор Хафнер?

– Как только мы окажемся на борту корабля, я попрошу Мзию прислать его обратно на Астру.

– Забудь об этом, – отозвался Мередит. – Я предлагаю другое. Обещаю, все вы будете доставлены на корабль ООН, если ты немедленно освободишь Хафнера.

– Ты думаешь, я настолько туп, что поверю тебе? Мы уходим, Мередит, так что лучше отзови своих парней. – Данлоп осторожно поднялся и потянул Хафнера за собой. – Значит, так: всем встать – и по машинам.

Медленно, с видимой неохотой солдаты подчинились приказу и стали отходить. Хафнер наблюдал за ними, и от него не скрылось выражение ужаса на их лицах.

– Проклятье! – пробормотал кто-то из них.

Увлекшись перестрелкой и переговорами, Хафнер напрочь забыл о «горгоньих головах». Но те о людях не забыли, и, когда он увидел шеренгу из шести «голов», неподвижно стоявших между мятежниками и Великой Стеной, он понял, что в игру включилась еще одна компьютерная программа. Механические щупальца извивались, как разозленные ядовитые змеи, роботы выглядели непривычно агрессивными – словно чувствовали напряженность момента и собирались вмешаться. Даже Хафнеру, хорошо знакомому с этими машинами, стало не по себе. Солдаты же при виде злобных чудовищ совсем растерялись. Сначала послышались изумленные возгласы, потом заклацали затворы – мятежники приготовились открыть огонь.

– Спокойно, – сказал Данлоп, подталкивая Хафнера к стене. – Пока с нами док, они нас не тронут.

– Все может быть, – заговорил Хафнер, лихорадочно соображая. – Видите ли, они вооружены, и я сильно сомневаюсь, что им нравится видеть пленного супервайзера.

Если бы он смог оторваться от солдат хоть на несколько метров – якобы чтобы успокоить «горгоньи головы», – тогда бы он проскользнул между ними и спрятался…

– Даже если нарисовать им картинку, они все равно не поймут, что такое «пленник». И потом, кто сказал, что они вооружены? – возразил Данлоп. – А ну-ка, живее, ребята.

– К черту, – пробормотал кто-то за его спиной. – Мередит! Я принимаю ваше предложение!

Данлоп развернулся, выпустил из рук рубашку Хафнера и направил пистолет на ослушника.

– А ну марш в строй, ты! – гаркнул майор, и в это время Хафнер бросился к «горгоньим головам».

Он пробежал почти половину разделяющего их расстояния, как вдруг что-то ударило его в бедро. Ему показалось, что взорвалась маленькая бомба, и он упал на землю. Крик боли вырвался у него из горла, и тут прозвучала вторая автоматная очередь. Хафнер сжался в ожидании новой вспышки боли, но ничего не случилось. Последнее, что он почувствовал, был резкий запах озона. С трудом оторвав голову от земли, Хафнер обернулся. Сознание его помутилось, но кое-что он все-таки успел увидеть.

На том месте, где только что стоял Данлоп, лежало обуглившееся тело. Вокруг него стояли оцепеневшие солдаты. Их оружие было опущено. Со стороны башни к ним бежали какие-то люди.

– Ну что, съел? – услышал Хафнер свой собственный голос, показавшийся ему страшно далеким. – Я ведь говорил, что они вооружены.

И спасительная тьма поглотила его.



ГЛАВА 29

Мередит был занят наведением порядка в пещере прядильщиков, и ему удалось вырваться в Юни, в госпиталь, только через час после того, как туда перевезли Хафнера. Там он застал Эндрюса и Кармен – они сидели в крохотной приемной.

– Новости есть? – спросил он, усаживаясь в кресло напротив них.

– Похоже, умирать он не собирается, – сказал Эндрюс. – Врачи не уверены, удастся ли спасти ногу – бедренная кость сильно повреждена.

Мередит устало кивнул:

– Понятно. Кармен, прости меня.

– Вы ни в чем не виноваты, полковник. – Лицо ее было мокрым от слез, но голос звучал ровно. – Данлопа надо было остановить.

– «Головы» перестарались. С Данлопом покончено навсегда. – Он взглянул на Эндрюса. – Ты ей рассказывал?

Тот кивнул.

– Кто-нибудь знает, что это было?

– Простая старушка-молния. Очевидно, очень высокого напряжения. Или пробила фундамент, сделанный из кабельного вещества, или в почву пещеры встроена какая-то другая энергосистема.

– Значит, теперь супервайзеры возведены в ранг богоподобных существ, – пробормотала Кармен. – Теперь они могут разить своих противников молниями. – Она вздохнула. – «Горгоньи головы», оснащенные наступательным оружием, не внушают мне доверия.

Эндрюс пожал плечами:

– Не думаю, что найдутся другие охотники бунтовать.

– Да, сейчас все просто отлично. Но что будет через двадцать лет?

– К тому времени мы что-то придумаем, – заверил ее Мередит. – Я уже понял, что первым делом надо заняться разработкой системы охраны супервайзеров. Мы сможем заранее готовить себе смену.

– Я не об этом. – Кармен покачала головой. – Просто я подумала, что мы обнаружили еще один способ ведения войны, придуманный прядильщиками. Неужели они создали эту фабрику в военных целях? Или это мы, люди, во всем видим только одно оружие…

– Во Вселенной существует масса вещей, которые можно использовать и в благородных, и в гнусных целях, – сказал Эндрюс. – Если прядильщики были настолько чисты душой, что не видели оборотной стороны своих творений, их, должно быть, уничтожила первая же банда, осознавшая это.

– Или обратила в рабство. – В подсознании Мередита уже зарождалась смутная идея. – А может, саму Космическую Прялку построили рабы.

Кармен вздрогнула.

– Ужасная мысль. Жить на планете рабов…

– Ты говоришь об этом, как о жизни в Освенциме, – сказал Эндрюс. – Не забывай, все это происходило сотни тысяч лет назад.

– А кроме того, – сказал Мередит, – я сильно сомневаюсь, что надсмотрщикам, следившим за рабами, нужна была та большая спасательная шлюпка, которую мы обнаружили.

Кармен удивленно заморгала:

– Что? Где же она?

– Она припрятана в подземном ангаре неподалеку от вулканического конуса, – сказал ей Мередит. – Пока что никто не знает о ее существовании – вот почему Эндрюс сейчас смотрит на меня таким странным взглядом.

Эндрюс порозовел.

– Простите, полковник, я думал, вы не собираетесь рассказывать еще кому-нибудь об этом корабле.

– Я и не собирался. Но потом я подумал, что у нас может возникнуть желание прокатиться на этом корабле, а для этого потребуется пилот.

У Кармен отвисла челюсть.

– Вы же не хотите сказать… вы что, на меня намекаете?

– Так точно. Я хочу, чтобы завтрашнее утро ты посвятила изучению пульта управления. Тебе понадобится перечень команд, которые наш лингвист – доктор Вильямс – уже перевела. Я прослежу, чтобы она сделала для тебя копию.

– Но почему я? – запротестовала Кармен. – У вас есть множество более опытных пилотов.

– Верно, – согласился Мередит. – Но после выступления Данлопа я стал осторожным. Мне кажется, на Астре не так много людей, которым можно доверять без оглядки. А среди этих немногих только у тебя есть опыт пилота: стало быть, этот корабль – твое детище.

Кармен покачала головой, все еще не принимая его слова всерьез.

– Лейтенант, окажите любезность, объясните полковнику Мередиту, что с тем же успехом я могу под водой переплыть Мертвое море – мне ни за что не справиться со звездолетом.

– На самом деле, вряд ли это будет так сложно, – сказал Эндрюс. – Если это спасательная шлюпка, значит, она должна быть сконструирована таким образом, что с ее управлением справится простой смертный. Она наверняка напичкана автоматикой. Хотя… – добавил он, взглянув на Мередита, – не знаю, для чего она нам может понадобиться.

– Когда мы получше познакомимся с ней, тогда и решим, – важно сказал Мередит. – Вы случайно не в курсе, хисты забрали свой кабель?

– Да, – кивнула Кармен. – У меня не было возможности сообщить: этот кабель оказался совсем не клейким.

– Не клейким? – удивился Мередит. – Что за чертовщина?

– Нет-нет, ничего страшного, – поспешила успокоить его Кармен. – Это всего лишь означает, что кабель покрыт миллиметровым слоем резино-подобного вещества, которое вроде бы поглощает или перенаправляет поверхностное тяготение. Они попытались удалить этот слой с одного конца – это оказалось совсем несложно. Под пленкой был самый обычный кабель – такой же, как все предыдущие продукты нашей Космической Прялки.

Мередит вздохнул с облегчением:

– Здорово ты меня напугала. Ну и как хисты отнеслись к этому?

– Ох, вы ведь знаете их взгляд на жизнь – они решили, что это просто шутка. Вы думаете, люди Данлопа повредили что-то на контрольной панели?

– Ни один из них даже в башню не вошел, – сказал Мередит. – Потом мы обсудим этот вариант с доктором Хафнером. Мне кажется, скорее это произошло из-за того, что заработал экскаватор.

– Ах да, я и забыла, – устало покачала головой Кармен. – За эту ночь я все мозги растеряла.

– Тогда отправляйся домой и немного отдохни, – сказал Мередит.

– Я хочу дождаться врачей – что там у Питера с ногой.

Она смутилась. Ей явно не хотелось останавливаться на этой болезненной теме.

Эндрюс понял ее замешательство и пришел на выручку:

– Полковник, а что мы решим относительно Мзии? Хотя у нас нет никаких доказательств, совершенно очевидно, что за спиной Данлопа стояла ООН. Мы можем попросить рушрайков выдворить его из нашей системы?

– Наверное, но не знаю, стоит ли. Каким бы образом мы ни решили вопрос об иммиграции и оказании помощи бедным странам, чтобы наш план сработал, нам хотя бы на первое время понадобятся мирные отношения с ООН. И так Салех с подозрением смотрит на то, что мы делаем.

– А если они снова станут мутить воду? – спросила Кармен.

– Как? Данлопа нет, кто еще будет помогать Мзии?

– А те пять ученых, которых протащил Крис? Вы уже забыли о них? Что, если Салех пригрозит расправиться с их семьями, если они откажутся сотрудничать?

– Ну и как он это сделает? Чтобы угрожать, надо хотя бы передать эту угрозу, а наши приятели там, наверху, не имеют возможности связаться с ними.

– Но они выходили на связь с Данлопом, – напомнил ему Эндрюс. – Помните тот радиоперехват на сверхвысоких частотах? Мзия каким-то образом снабдил его радиопередатчиком.

Мередит выругался.

– Я и забыл, – признался он. – Нам обязательно надо узнать, как это вышло, и перекрыть все каналы. Мы можем попросить орсфамов проследить за этими частотами, может, будут другие контакты.

Мередит перевел взгляд на открывающуюся дверь. В приемную спокойным шагом вошел главный хирург Астры. Его бледно-зеленый халат был запятнан высохшей кровью.

– Ну что? – с волнением спросил полковник.

– Скажем так: я на восемьдесят процентов уверен в том, что ногу удастся сохранить. – Усталый голос хирурга звучал удовлетворенно. – Большая потеря крови, разорвана артерия, но, кажется, нам удастся ее восстановить. Кость сама по себе не проблема: мы можем вживить в нее пористое керамическое тело, и оно обрастет костной тканью. – Его взгляд остановился на Кармен. – Он будет под наркозом еще десять часов – а может, и дольше, если мы решим, что его состояние достаточно стабильно для начала операции по пересадке кости. Так что вы можете спокойно разойтись по домам.

– Спасибо, доктор, вы отлично поработали, – сказал Мередит, вставая. – Эндрюс, проводите Кармен до дому, а потом и сами идите спать. Спокойной ночи.

Через пять минут он был уже в своем кабинете. Из угла поглядывала на него соблазнительная кушетка. Заставив себя не думать о ней, он уселся за стол и позвонил дежурному офицеру на базу Мартелло.

– Мне нужно побеседовать с командующим орсфамов, – сказал он ему. – Соедините меня с ним по секретному радиоканалу. Потом проверьте, есть ли связь с кораблем рушрайков. Мне нужно срочно передать особое распоряжение.

– Есть, полковник.

Откинувшись на спинку кресла, Мередит сверился с часами. На установку контакта понадобится несколько минут, и возможно, втрое больше на то, чтобы разобраться в тонкостях служебной иерархии орсфамов и подозвать именно того, кто был ему нужен. Значит, времени должно хватить.

– И соедините меня с кораблем ООН, – проинструктировал он офицера.

Он чувствовал настоятельную потребность сказать Мзии несколько теплых слов.



ГЛАВА 30

За три недели нога Хафнера зажила настолько хорошо, что он начал совершать небольшие прогулки на кресле-каталке, и – вот забавное совпадение! – те же три недели понадобились Кармен, чтобы понять, что она не в силах справиться с поставленной перед нею задачей.

– Я так ничего и не добилась, – сказала она Мередиту, в сердцах швырнув на стол записную книжку. – Когда читаешь переводы Лоретты, в них виден какой-то смысл, но сопоставить их со всеми этими закорючками на пульте никак не получается.

– Но ведь язык тот же самый? – спросил он ее. Она беспомощно пожала плечами:

– Даже этого не могу сказать. Использованы те же сорок шесть символов – вот все, что я знаю. Если вы хотите разобраться в этом звездолете, нужно впустить туда Лоретту. Пусть она поработает вместе со мной.

Мередит задумался, и Кармен затаила дыхание. Если он откажется выполнить ее просьбу, ей придется провести на борту проклятой спасательной шлюпки всю оставшуюся жизнь.

– Могу подсластить эту пилюлю, – сказала она. – Если получу от вас разрешение, майор Барнер сможет вернуться на свой пост в башенный командный пункт. Питер сказал, что ему бы хотелось включиться в работу. А так как он явно не в состоянии целыми днями бегать взад-вперед по башне, почему бы не посадить его на корабль вместе со мной и с Лореттой: «горгоньим головам» безразлично, кто сопровождает нас – Барнер или Хафнер.

Мередит отвернулся от окна и усмехнулся:

– Кажется, ты слишком долго была нашим главным торгпредом – здорово научилась торговаться. – Он покусал губы. – Ну ладно, – задумчиво произнес он. – Если уж на то пошло… будь по-твоему. Мы возьмем их на корабль завтра утром. Но до утра никому ни слова, идет?

– Да, сэр. Благодарю вас. Я знаю, вам хотелось сохранить в тайне этот корабль, но мне кажется, другого выхода нет.

Лицо его затуманилось, но только на миг. Потом он снова усмехнулся:

– Да. Думаю, ты права. Попрощавшись, он ушел.

«Весьма странные замечания, – думала Кармен, шагая к выходу из пещеры. – Но не стоит думать об этом. Обычно Мередит знает, что делает».





– Звездолет прядильщиков. – Мзия не скрывал своего удовлетворения, повторяя вслух слова Ермакова. Наконец-то найден тот ключ, который откроет все двери, ведущие к тайникам политической власти, о которой он так мечтал. Теперь он разделается с Мередитом и предаст его унижению и позору. – Он на ходу?

– Вильямс ничего не знает наверняка, но Мередит в этом уверен, – донесся голос Ермакова из колонки, встроенной в пульт. – Она узнала о существовании звездолета всего два дня назад.

– И она будет работать вместе с другими до тех пор, пока не раскодирует все системы?

– Она не сказала, – смутился Ермаков. – Мне кажется, разумно было бы снабдить ее новым радиопередатчиком, если это возможно. После поражения Данлопа она очень холодна со мной.

– А вы ей объяснили, что радиопередатчик в ее магнитофоне самоуничтожился? Что Мередит никак не мог заподозрить ее в связи с мятежниками?

– Если уж об этом зашла речь, – сухо ответил Ермаков, – мне кажется, недовольство вызвал у нее сам мятеж. Может быть, следует провести с ней небольшую беседу и напомнить ей о ее ответственности перед ООН.

Мзия улыбнулся сам себе. Скорее всего, Ермаков видит в своей миссии на Астре исполнение долга перед матушкой Россией, только прикрываясь союзничеством с ООН. «Трудно расставаться со старыми привычками, – подумал он, – но Советы тоже очень скоро узнают, что с нами шутки плохи».

– Вы можете передать доктору Вильямс, что детали запасного радиопередатчика встроены в ее фен, – сказал он Ермакову. – Пусть соберет его и пользуется. Ее этому обучали. Я буду ждать возобновления прямых контактов.

Ермаков молчал. Наверное, решил Мзия, гадает, снабжен ли он сам вторым радиопередатчиком… и вообще, что еще может быть спрятано среди его личных вещей. Самодовольная улыбка Мзии стала еще шире; хороший руководитель умеет сочетать политику пряника с политикой кнута. Ничего, пусть поволнуется, лучше будет работать.

– Передам, – сказал наконец Ермаков.

– Хорошо. Тогда послушаем ваш собственный рапорт.

Мудреные разглагольствования Ермакова об электронике он слушал уже вполуха – все равно идет запись, в детали вникать будут специалисты на «Тригви Ли». Нового было мало: даже он, непрофессионал, это понял. И все же не исключена вероятность дальнейших крупных открытий, так что, когда русский закончил докладывать, Мзия воздержался от критических замечаний. Напротив, перед тем как попрощаться, он сердечно поблагодарил агента.

Потом он смотрел в иллюминатор, наблюдая за Астрой и окружающим ее хороводом звезд, и размышлял об услышанных новостях. Наконец-то найдено новое чудо технологии пришельцев – самодостаточное и – самое главное – способное передвигаться. Лучшей возможности покончить с монополией Мередита и не придумаешь, и Мзия не намерен упустить эту возможность. Как только Вильямс разберется в устройстве этой спасательной шлюпки, он придумает способ украсть ее.

Взглянув на комнатные часы, он позвонил стюарду и приказал принести еще чаю. До выхода на связь следующего агента, ученого-программиста из Индии по фамилии Удани, оставалось еще десять минут.



ГЛАВА 31

Мередит дважды прочитал донесение и почувствовал, как сжалось сердце – это состояние в последнее время стало для него привычным. Он знал, что когда-то это должно было произойти, и все же новость подействовала на него как гром среди ясного неба, и в самое неподходящее время. Он нажал на клавишу, убрав страницу с экрана в секретный файл, выругался вполголоса и откинулся на спинку кресла, глядя на падающий за окном снег.

Самое обидное то, что именно он не рассчитал время. Ведь Кармен с самого начала предлагала проводить выборы раз в год, а сократить срок работы совета до шести месяцев было его идеей. : В то время совет казался невинной затеей, но тогда не было ни Космической Прялки, ни прибыли. И не было жарких дебатов о разделе этой прибыли.

Самое ужасное заключается в том, что позиции обеих фракций не лишены здравого смысла, и это только усложняло дело: мнение Мередита становилось решающим. Перес по-прежнему настаивал на немедленной иммиграции, утверждая, что вынужденные жить по законам несправедливых социально-политических систем бедняки-земляне не в состоянии будут улучшить свое положение, независимо от размеров присылаемой им помощи. С другой стороны, группа Хафнера с его альтернативной версией основывалась на том, что Космическая Прялка – слишком лакомый кусок, так что не исключены ни саботаж, ни попытка ее захвата. Эта фракция призывала к выработке особой тактики, которая вынудила бы бесчестные правительства стран «третьего мира» делиться со своими народами. Ее символом был Хафнер на своих костылях, ему пророчили место спикера. Сейчас, когда до выборов оставалось всего три недели, страсти разгорелись не на шутку, и отношения между пятью супервайзерами стали натянутыми .

А теперь еще эта неприятность.

Приподняв руку, Мередит набрал номер Кармен. Телефон не отвечал. Тогда он позвонил дежурному офицеру в пещеру прядильщиков и оставил для нее сообщение. Снова придвинув кресло к столу, он вывел на экран складские описи и начал составлять список снаряжения, которое могло потребоваться в полете.

Когда Кармен приехала, он уже занимался составлением перечня внутренних инструкций на время своего отсутствия.

– Вы меня вызывали? – спросила она, закрывая за собой дверь.

– Да. – Мередит жестом пригласил ее садиться. – Спасательная шлюпка должна быть готова к завтрашнему утру. Это возможно?

Кармен замерла на месте, глаза ее расширились от удивления.

– К утру?

– Да. Вы уже знаете, как ею управлять? Она устроилась поудобнее и упрямо сжала губы.

– Не знаю, что и сказать. Да, мы перевели все надписи и обнаружили в компьютере руководство для пользователя. Управлять этой игрушкой до смешного легко. Но нельзя проверить ни двигатель, ни другое оборудование до тех пор, пока мы не поймем принципы их действия. А это вопрос далекого будущего. Мередит кивнул.

– Придется рискнуть. Хотя имея записи прядильщиков, думаю, мы ничем не рискуем. Хорошо. Хотелось бы, чтобы ты, доктор Хафнер и доктор Вильямс сейчас же вернулись туда, все проверили и постарались выяснить, как она запускается. Однажды ты сказала, что их навигационная система похожа на детскую игру, ты и сейчас так думаешь?

Она кивнула.

– Компьютер показывает карту и все возможные варианты, так что нужно только выбрать один из них. Выбор предоставляется довольно странный – выбираешь из нескольких выведенных на карту звезд, но выводятся только те звезды, которые находятся на расстоянии от пяти до пятнадцати дней полета.

– Может, они показывают только те звезды, на которых существуют аварийные станции, – пробурчал Мередит. – Ну ладно. Я приеду туда сегодня вечером со всеми необходимыми вещами и приведу еще одного пассажира.

– Да, сэр. – С ее губ был готов сорваться недоуменный вопрос– А… позвольте спросить… что, собственно, происходит?

Мередит вздохнул:

– Что происходит? У нас на носу три очень важных события – наступающие выборы, обнаружение звездолета прядильщиков и… – он заколебался, – сегодня утром вышла из строя система безопасности, вмонтированная в «горгоньи головы ».

– Вы имеете в виду программу «Супервайзер»? – удивленно произнесла она. – Я и не думала, что Удани с Ермаковым так далеко зайдут.

– По всей видимости, это все-таки произошло, – сказал Мередит, не вдаваясь в детали. Кое-какие вещи он не хотел доводить до сведения Кармен. – Наверное, тебе понятно, что нам грозит кризис. Отныне мы, пятеро супервайзеров, уже не обладаем всей властью над контрольной башней. Любой житель Астры сможет теперь беспрепятственно разгуливать по запретным территориям. Для этого понадобится только разрешение, данное властями.

– Или кем-нибудь из ООН, – тихим голосом закончила она его мысль. – Так вот чего вы опасаетесь? Вы думаете, кто-то проинформирует об этом Мзию и он снова пойдет в атаку?

– И не только Мзия. Тошно представить, какие грязные политические спектакли будут разыграны. Мятеж Данлопа провалился главным образом из-за того, что единственным способом проникнуть в командный пункт был для него захват заложника. А что будет, если, скажем, Перес протащит туда дюжину своих приспешников и сделает их супервайзерами?

– Крис никогда не сделает этого, – не очень уверенно произнесла Кармен.

– С таким же успехом дюжина фанатиков может силком затащить его в башню, – пожал плечами Мередит. – Результат будет аналогичным.

– Думаю, у нас все равно не получилось бы утаить все детали.

– Все тайное когда-нибудь становится явным, – сказал Мередит. – Как только все это станет достоянием гласности, как только все узнают, что программа раскодирована, начнется борьба за власть.

– И чем же тогда нам поможет полет на корабле прядильщиков?

– Мы сможем выиграть немного времени, полет отвлечет внимание от страстей, разгоревшихся вокруг дележки денег. Большего я сейчас сказать тебе не могу.

Кармен привстала.

– Вам виднее. Вы знаете, что делаете, – сказала она. – Мы с Лореттой и Питером сейчас же идем туда. Когда мы будем на борту, я могу им все рассказать?

– Обязательно. – Мередит задумался, потом выдвинул средний ящик стола и вынул оттуда маленький станнер. – После того, как расскажешь, ни он, ни она не должны возвращаться в пещеру, – спокойно сказал он, протягивая ей оружие.

С суровым видом она взяла его и перед тем, как спрятать в карман, немного подержала в руках. Потом молча вышла.

Мередит подождал, пока дверь за нею закроется, и вздохнул огорченно и в то же время с облегчением. Он не сомневался в том, что Кармен в точности выполнит приказ, но как же ему не хотелось взваливать эту ношу на ее плечи! А что поделаешь? Немногим на Астре можно верить до конца.

В течение следующего часа он обзвонил нескольких человек, отдавая распоряжения и рекомендуя просмотреть созданные им особо секретные файлы. После этого он растянулся на кушетке, подложив под голову свернутую скатерть. Предстояла трудная ночь.

* * *

К тому времени, когда он подъехал к защитному ограждению, окружавшему вход в тоннель и несколько стоявших возле него строений, уже стемнело. Охранники пропустили его машину, и несколько минут спустя он двигался по длинному тоннелю, одной рукой придерживая пальто: здесь еще чувствовалась наступившая снаружи зима. Постоянный климат поддерживался только в пещере – там была вечная весна.

Майор Барнер ждал его в операционном центре, к Великой Стене они поехали уже вместе. Там они погрузили на два автокара вещи, взятые Мередитом из Юни, и повезли их к контрольной башне. Оставили тележки у входа, поднялись на лифте на последний этаж и зашагали к командному пункту.

– Здравствуйте, полковник. Привет, майор, – кивнул им Перес. – Я думал, сегодня моя очередь последняя.

– У меня к вам особое дело, – сказал ему Мередит, поглядывая в сторону троих ученых, возившихся у пульта управления. Похоже, только Ермаков лениво повернул голову, выказывая интерес к предстоящему разговору, двое других – Удани и бразильский физик Ариас – были увлечены работой. – Мне понадобится ваша помощь внизу, – сказал он Пересу. – Оставшееся время за вас подежурит майор Барнер.

Перес пожал плечами:

– Мне повезло. Пошли.

– Кармен с Хафнером кое над чем работали в одном из дальних помещений, – объяснил Мередит уже в лифте. – Мы отвезем им некоторое оборудование на этих вот автокарах.

– Однажды я видел, как они уходят куда-то в ту сторону, – сказал Перес, кивая. – Но они никогда не говорили, чем они там занимаются. Хотя в связи с возникшим у доктора интересом к изоляционистской политике мы вообще очень мало общаемся.

– Скоро вы все узнаете, – пообещал Мередит. От пещеры до лифта, соединявшего тоннель с ангаром, было не больше десяти минут езды. Погрузив ящики в лифт, они стали спускаться. Когда они прошли мимо «горгоньих голов», Мередит дотронулся до огромных ворот.

– Добро пожаловать в восточный космопорт Мартелло, – сказал он.

Перес шепотом выругался по-испански.

– Звездолет прядильщиков? – пробормотал он. – Невероятно!

– Вы совершенно правы, он самый. Живее, надо затащить внутрь эти ящики.

Единственный люк, о котором знал Мередит, находился на середине причудливо изогнутого корпуса, к нему вел узенький трап. Вдвоем с Пересом они вручную перенесли груз и оставили его возле дверцы люка. Потом, мысленно перекрестившись, полковник повел Переса внутрь.

Кармен, Лоретта и Хафнер ожидали их в рубке.

– Мы слышали, как вы входили, – спокойно сказала Кармен. – Насколько я понимаю, все готово.

– Готово для чего? – спросил Перес, окидывая помещение подозрительным взглядом.

– Мы отправляемся в небольшое путешествие, – сказал Мередит, указывая на несколько кресел, расположенных в другом конце рубки. – Вам троим следует пристегнуться ремнями…

– Но куда? – спросил Перес.

– На родную планету прядильщиков.

При этом известии даже у Кармен глаза расширились.

– Вы шутите, – заворчал Перес. – Я, например, слишком занят, мне не до путешествий. Особенно на неиспытанном корабле пришельцев.

– Майор Барнер и доктор Николс наверняка отлично справятся с дежурством в пещере за время нашего отсутствия, – сказал ему Мередит, вытаскивая из кармана станнер. – Не стоит прибегать к насилию, не так ли? Мне бы хотелось, чтобы во время путешествия все вопросы решались мирным путем.

Перес окинул Кармен и Хафнера недобрым взглядом.

– А как же выборы? – спросил он, обращаясь к Мередиту. – Или таким изощренным способом вы просто-напросто устраняете меня от общественной жизни Астры? Надеетесь лишить меня влияния?

– Разве вы не видите, что доктор Хафнер тоже едет с нами? – урезонил его Мередит. – Если вы считаете, что и это несправедливо, должен заметить, что майор Барнер получил инструкции отложить выборы до нашего возвращения.

– Что вы пытаетесь этим доказать? Что вы все еще являетесь единовластным правителем Астры?

– Сейчас у меня не больше власти, чем у кого-либо из вас, – спокойно сказал Мередит. Взявшись за дуло станнера, он отдал оружие Пересу. – Просто меня замучило любопытство, за эти месяцы накопилось чертовски много вопросов, на которые я не в состоянии дать ответ. Наконец-то мы получили возможность увидеть своими глазами, что делали прядильщики с произведенным на Астре кабелем. Может, мы даже узнаем, что же в конце концов с ними случилось. По-моему, каждому, кого волнует будущее Астры, должно быть интересно, что явилось причиной их исчезновения – уж не тот ли факт, что они были владельцами этого кабеля? Ну и что вы на это скажете?

Перес долго смотрел на него. Потом, не говоря ни слова, он пошел к одному из указанных Мередитом кресел и уселся, небрежно бросив станнер на соседнее сиденье. Мередит двинулся за ним, поднял оружие и, убрав его в карман, присоединился к Кармен, сидящей у пульта управления под смотровым окном.

Кармен наклонилась над пультом и нажала на несколько кнопок. Пол тут же задрожал под их ногами, и корабль пополз по рельсам в направлении двойных ворот. Кармен взглянула на экран, усыпанный символами прядильщиков, и на экран установленного по соседству компьютера-переводчика и нажала еще несколько кнопок.

– Похоже, теперь до самого взлета все будет работать автоматически, – сказала она Мередиту, волнуясь. – А потом, как я и говорила, мне нужно будет всего лишь указать на карте место, куда мы полетим.

– Отлично.

Теперь они находились в следующем помещении ангара и приближались ко вторым двойным воротам. Усевшись в кресло рядом с Кармен, Мередит подивился диковинному виду ремней безопасности пришельцев. Когда он снова взглянул в иллюминатор, они опускались в напичканный аппаратурой огромный зал, не имеющий потолка.

– Мы уже на дне кратера, – буркнул он, осматривая окружавший их лес металлических тросов и механизмов причудливой формы. – Гм, посмотри, что там наверху, у стены? Не такие ли спусковые салазки, по которым мы сами сейчас едем?

– Похоже на то, – согласилась Кармен. – Вероятно, второй ангар, через который мы только что проехали, когда-то вмещал еще одну спасательную шлюпку.

– Вот вам и объяснение того, почему нашим кораблем так и не воспользовались, – раздался из-за спины Мередита голос Хафнера. – Когда они улетали, их оставалось на Астре так мало, что второй корабль оказался лишним.

Мередит оглянулся на него. Сидя рядом с Лореттой в инвалидном кресле, ученый имел вид человека, который сам испугался вырвавшихся у него слов. Мередиту пришло в голову, что независимо от того, удастся ли ему сохранить единство на Астре или не удастся, он может потерять доверие этих людей, от которых зависит будущее планеты. Но сожалеть о принятом решении было уже поздно.

– Вы полагаете, что здесь могла быть чума или что-то в этом роде? – спросил он Хафнера.

– То есть в самом конце здесь работала небольшая горстка прядильщиков. Ведь именно это вы и хотите доказать, разве не так?

Мередит кивнул и отвернулся. Теперь спасательная шлюпка остановилась, и он заметил, что более тонкие тросы снаружи начали слабо шевелиться.

– Отсасывается воздух, – пробормотал он. – Наверное, нас запустят с помощью гравитатора.

Едва он произнес эти слова, как рубка подпрыгнула и вместе с этим все иллюминаторы стали черными.

– Что, черт побери…

– Должно быть, мы пролетаем по шахте, – сказала Кармен. – Когда корабль поднял нос вверх, окна стали непрозрачными – скорее всего, из соображений безопасности.

– Разве нос поднялся?

Ему казалось, что пол остается горизонтальным. Ах вот оно что! Значит, прядильщики могли не только снимать гравитационное поле, но и создавать его.

– В корабле такого размера? – Изумление заставило Переса нарушить гордое молчание. – Невероятно.

А Мередит мрачно подумал о том, что черный список Астры увеличился еще на один пункт – обнаружен аппарат, который может пригодиться в случае войны.

Он уповал только на то, что проклятые прядильщики, каким бы ни был их конец, все-таки оставили после себя ответ на некоторые невыясненные вопросы.





– То, что мы засекли их, чистое везение, – неуверенным тоном сообщил Мзии капитан «Тригви Ли». Он явно сомневался, стоило ли будить начальство из-за этого сообщения. – В соответствии с вашими инструкциями мы направили телескоп на Олимп…

– Да-да, – прервал его Мзия, поспешно натягивая одежду и запихивая ноги в тапочки. – Они уже улетели?

– Нет, сэр, – сказал тот. – Похоже, они направляются в далекие от Астры края.

– Или просто хотят замести следы, чтобы мы не смогли проследить за ними, – проворчал Мзия.

Он не сомневался, что Мередит примет все меры предосторожности. – В погоню, капитан. Когда они покинут систему, мы не должны потерять их из виду.

– Есть, сэр. Через пять минут мы покидаем орбиту.

«Ловкий трюк, полковник, – удовлетворенно улыбаясь, подумал Мзия. Загудела сирена, предупреждая экипаж о готовности к старту. – Но тебе не удастся отобрать у меня этот корабль. Он будет моим… или не достанется никому».

«Тригви Ли» завибрировал, и Мзию замутило. Пошатываясь, он зашагал к капитанскому мостику.



ГЛАВА 32

– Так почему же мы не переместились? – спросил Перес.

– Не теряйте головы, – бросил Мередит через плечо. Он и сам испугался. – Ну что там? – спросил он Кармен, когда она очистила экран и откинулась на спинку кресла.

Кармен в отчаянии всплеснула руками.

– Я все проверила – нет никакой ошибки, – сказала она. – Курс выбран правильно, мы движемся не вслепую, так что, по всей видимости, корабль знает, что делает. Или так ему кажется.

– О\'кей. – Мередит задумался. – Значит, компьютер уверен, что до родной планеты прядильщиков четыре дня полета, так ты сказала?

– Да, четыре их дня. Это около ста двенадцати часов.

– Может, впереди есть какой-то перевалочный пункт? Может, нас ждет другой звездолет, скажем, более приспособленный к межпланетным путешествиям?

Кармен недоуменно пожала плечами.

– Сейчас все равно ничего не увидишь.

– Смешно, – фыркнул Перес. – Тут явно что-то не так. Давайте вернемся на Астру, пока не поздно.

– По-моему, это не лучший вариант, – сказал Мередит. – Смотрите, справа по борту движется что-то похожее на пламя репульсаров – скорее всего, перехватчик.

– Что? – Перес подошел к смотровому окну и взглянул. – Кто это может быть?

– Какая разница? Кто бы это ни был – ясно одно: наш преследователь хочет во что бы то ни стало захватить этот корабль. Видимо, кабель прядильщиков его мало волнует.

– Но как они засекли нас? Кармен, ты ведь говорила, что мы взлетели с помощью гравитатора. Значит, не было никаких вспышек.

– Мзия наблюдал за нами с корабля ООН, – тихо сказала Лоретта. – Он знал о спасательной шлюпке.