Мостик покачнулся, как только «Энтерпрайз» принял очередной удар от своего двойника. Из динамиков на мостике раздался напряженный голос Джорди Ла Форжа.

– Инженерная мостику.

– Минутку, мистер Ла Форж, – ответил Пикард. Он повернулся в своем кресле и посмотрел на Спока. – Самонаводящийся маяк Кирка все еще на корабле или на уже шаттле?

– Маяк прекратил работать пятьдесят две секунды назад, – сказал Спок. – Как раз перед запуском шаттла.

Еще один удар качнул мостик.

– Капитан! – настойчиво произнес Ла Форж. – Противник концентрируется на критических границах поля над гондолами.

– У них был месяцы, чтобы обнаружить все слабые места этого корабля, – сказал Пикард, все еще не полностью пришедший в себя от потрясения, которое он почувствовал, когда клингоны обнаружили второй «Энтерпрайз» на орбите Кроноса. Хотя Монтгомери Скотта это не удивило. На борту «Энтерпрайза» Пикарда он изучил записи сенсоров клингонов и гордо объявил:

– Я знал, что это был не транспортер!

Почти восемь месяцев назад «Энтерпрайз» был захвачен силами клингонских и кардассианских агентов из зеркальной вселенной. Они переправили корабль к секретному комплексу, скрытому в обширных плазменных штормах Золотой Неоднородности. На том комплексе строилась таинственная конструкция, напоминающая космический док. Когда строительство приблизилось к завершению, «Энтерпрайз» поместили туда, и для всех присутствующих стало очевидно, что это устройство было своего рода транспортером, который используют, чтобы переместить «Энтерпрайз» в зеркальную вселенную, чтобы он служил Тиберию.

Но несмотря на то что все размышляли над этим устройством, Монтгомери Скотт был единственным голосом в звездных просторах, который объявлял всем, кто желал слушать, что это устройство не могло быть транспортером, потому что нельзя было сделать такой большой функционирующий транспортер.

Когда на короткое мгновение транспортер активировали, были зарегистрированы эффекты транспортации, но «Энтерпрайз» не исчез. Исчезли только его части: критические сердцевины компьютеров, некоторые консоли на мостике, даже кресло капитана Пикарда. Специалисты Звездного Флота терпеливо выслушали возражения Скотта, но чиновники пришли к выводу, что капитаны Пикард и Кирк успешно нарушили планы врагов транспортировать «Энтерпрайз» в зеркальную вселенную. Устройство вокруг «Энтерпрайза», которое было разрушено, восстановили и идентифицировали как огромное множество транспортеров, использующих – прогрессивные – технологии. Это был конец расследования, но Скотт не признал эти выводы. И у него была на это серьезная причина.

– Это был репликатор, – заявил Скотт Пикарду на Кроносе. – Разве вы не видите, капитан – Зачем красть один звездолет, когда можно реплицировать целый флот?

Пикард и Ла Форж осторожно выслушали анализ Скотта. Как устройство, названное транспортатором, в действительности могло оказаться репликатором. Скотт просчитал, что если бы не вмешательство Кирка и Пикарда, учитывая плазменную энергию и массу астероидов, доступных в Золотой Неоднородности, Тиберий мог бы реплицировать звездолет класса «Суверен» каждые восемь с половиной дней.

«Естественно», – объяснил Скотт, – «не каждый компонент корабля можно было продублировать. Именно поэтому концентрированными лучами транспортатора удалили некоторые важные части оборудования, особенно компьютеры и блоки управления.»

В этот момент Пикард прервал доклад Скотта.

– Мистер Скотт, в добавок к компьютерам корабля Тиберий украл и мое кресло.

Скотт пожал плечами.

– Согласен, с технической точки зрения это не имеет смысла. Но возможно это было что-то личное.

Столкнувшись с конкретным доказательством существования дубликата «Энтерпрайза», который транспортировал Кирка из клиники на Кроносе, а затем исчез с орбиты, Пикард был вынужден принять объяснения мистера Скотта. Но отсутствующее кресло все еще его беспокоило. Он еще мог понять, если бы Тиберий захотел украсть кресло Кирка.

Но почему именно мое – спрашивал себя Пикард. Если только, подумал он, кресло предназначалось не для Тиберия…

Мостик снова содрогнулся, сотрясаемый взрывами непрерывного заградительного фазерного огня.

– Щиты на шестьдесят три процента, – предупредил Слоан.

Пикард обратился к своей команде на мостике.

– Можем мы что-нибудь сделать против них?

Первым ответил Спок.

– Сигнатура их щитов не соответствует технологии Звездного Флота. Полагаю, что дубликат «Энтерпрайза» оснащен другой оборонительной системой.

– Технологии Тантала? – спросил Пикард.

– В настоящее время неизвестно, – ответил Спок.

Внезапно главный экран вспыхнул от света, и от мощной волны две консоли систем жизнеобеспечения взорвались фонтаном искр.

– Что это было? – потребовал Пикард.

– Какой-то энергетический импульс, – ответил Слоан.

– Капитан Пикард, – произнес Ла Форж по коммуникатору из инженерного. – Эта энергетическая волна вырубила две резервные системы варп ограничителя. Мы не можем принять больше.

Руки Пикарда схватились за подлокотники кресла.

Мы повержены отражением моего собственного корабля! Было очевидно, что Тиберий снабдил свой зеркальный «Энтерпрайз» новым, иным оружием и щитами.

– Пикард Райкеру. Статус команды высадки?

Ответ Райкера последовал мгновенно.

– Сэр, обе команды собраны и готовы идти. Но мы не можем транспортироваться сквозь поверхность астероида. Сенсоры показывают, что там есть слои вырожденной материи, которые могут блокировать любые подпространственные передачи.

Пикард снова обратился к Споку.

– Если мы не можем транспортироваться на базу, то как же мы войдем?

Спок поднял бровь.

– Я не знал, что транспортация невозможна. Насколько я помню, есть только один главный вход внутрь, подходящий для кораблей. – Спок ответил на следующий вопрос Пикарда раньше, чем Пикард смог его задать. – Этот вход смещен на три градуса от центральной оси астероида от номинального северного полюса внутри большого своеобразного кратера. Однако проход так изогнут, что транспортация через него тоже невозможна.а от

– Понимаю, – сказал Пикард. – Рулевой, уходим от астероида, варп фактор четыре.

Секунду спустя увеличенное изображение астероида на экране стало стремительно сокращаться. Два последних залпа фазеров качнули корабль, а потом все прекратилось.

– Никаких признаков преследования, – сказал лейтенант Маран из-за навигационной консоли.

– Продолжайте медленно отходить на импульсной, – сказал Пикард. Он знал, что Спок стоит рядом с ним с руками, скрещенными за спиной.

– Я говорю вам, – сказал Спок, – что как бы ни было трудно вступить в бой с зеркальным «Энтерпрайзом», сразиться с кораблем класса «Фезариус» просто невозможно. Если такой корабль и в самом деле есть на базе.

– Не бойтесь, капитан Спок. Я не оставлю Джима. Это только смена тактики.

– Страх нелогичен, – сказал Спок.

– В этом случае, – ответил Пикард, – я совершенно несогласен.

Потом он отдал новые распоряжения Райкеру и Дейте. Как бы не беспокоился капитан настоящего «Энтерпрайза», это сражение было далеко от завершения.то невозможно.



ГЛАВА 8



Даже если бы был свет, шаттл, приземлившийся на безымянном астероиде, остался бы незамеченным. Внутри маленького корабля Кирк услышал скрежет, когда посадочные опоры шаттла вступили в контакт с поверхностью астероида. Других ощущений не было. Местная гравитация была настолько несущественна, что он ничего не почувствовал в искусственном поле шаттла. Тиберий снизил мощность шаттла. Внутреннее освещение стало теплого ятарного цвета. Кирк видел, что он отключил даже систему жизнеобеспечения. Меньше чем через два часа температура внутри упадет ниже 200 градусов. Что бы ни планировал Тиберий, понял Кирк, он не собирается возвращаться к этому шаттлу.

Тиберий оставил Кирка привязанным к его пассажирскому креслу, а сам направился к складскому помещению на корме. Передние видовые порты были совершенно темными, и Кирк следил за отражением Тиберия как в темном зеркале. Тиберий надевал скафандр. Ведь у шаттла не было шлюза. Если Тиберий откроет люк, Кирк задохнется в течение минуты. Он дернул руками, но индукционные веревки не поддались. Пока в них была энергия, они были столь же твердыми, как и металл корпуса.

Кирк услышал тяжелые шаги. Уставился на экран, и увидел Тиберия, стоящего в скафандре модели Звездного Флота с шлемом под мышкой. Тиберий тоже смотрел на отражение Кирка в окне, так же как Кирк следил за ним.

– Теперь вы понимаете? – спросил Тиберий.

Кирк смотрел на отражающую поверхность, и на короткий миг дезориентации ему показалось, что там вместо двух отражений было одно, и что он беседует с самим собой.

– Понимаю что? – спросил Кирк.

– Где вы находитесь. Что должно произойти. Что это за шаттл.

Как от внезапного удара ножа Кирк понял, что имел ввиду Тиберий. И даже в тусклом освещении Тиберий наверняка заметил расцвет понимания в глазах своего двойника.

– Верно. Вы пришли к концу. Вы умрете. И этот шаттл – ваша могила.

Тиберий положил руку на спинку кресла Кирка.

– Подумайте об этом, Джеймс. При температуре межзвездного пространства ваша плоть станет тверже чем скала. Никакого разложения. Никаких искажений. Вы станете вечным памятником моей самой великой победе.

Кирк попытался выдернуть руки из индукционных пут.

– Никогда!

– А, ну конечно, – сказал Тиберий. – Предсказуем до конца.

Потом он водрузил шлем на место, запер его и включил системы жизнеобеспечения скафандра. Кирк смотрел с неистовым отчаянием как Тиберий повернулся к нему спиной и направился к корме шаттла. К кормовому погрузочному люку.

– Нет! – закричал Кирк.

Тиберий говорил не об этом. Он собирался взять Кирка на базу. Они собирались идти вместе. Кирк хотел воспользоваться шансом напасть на свое темное отражение и уничтожить его. Но Тиберий солгал. В своих методах император был таким же предсказуемым, каким, как он часто утверждал, был Кирк. Следующий крик Кирка был бессловесным. Это был примитивный невнятный вопль добычи, когда клыки хищника вонзаются в беззащитное горло. В отражении Кирк видел, как Тиберий повернулся к пульту управления на переборке. Потом все огни погасли.

В абсолютной темноте шаттла Кирк почувствовал вибрацию внутреннего оборудования, оживших под палубой. Он знал, что должно быть это очнулись двигатели погрузочного люка, предрешая его смерть. Он затаил дыхание.

«Энтерпрайз» приближался к астероиду на варп факторе шесть.

– Зеркальный «Энтерпрайз» направляет всю энергию на щиты, – сообщил Слоан.

Пикард кивнул. В такой же ситуации он сделал бы тоже самое, если бы имел такие же защитные силовые поля на своем корабле: пластины примут первый удар атакующего, зато можно увидеть, какой будет стратегия его противника. Но стратегия Пикарда не имела никакого отношения к зеркальному «Энтерпрайзу».

– И… начали! – объявила лейтенант Маран.

И тотчас же «Энтерпрайз» Пикарда сбросил скорость до варп один. Внезапный хлопок компенсаторов Гейзенберга прозвенел по всему кораблю.

– Отсек ангара один, – объявил Ла Форж из динамиков мостика. – «Томбаг» пошел.

– Отсек ангара два, – добавил Монтгомери Скотт. – «Лоуэлл» тоже.

– Возобновить варп шесть, – приказал Пикард.

Корабль без труда разогнался за пределы нормального космоса. Позади него защищенные высокими стенами того, что на первый взгляд было обычным кратером чуть больше двух километров в поперечнике, два шаттла использовали маневровые двигатели, чтобы изменить свою ориентацию, пока их носы не опустились вниз. Мгновение спустя импульсные отверстия обоих маленьких кораблей запылали, и шаттлы направились вниз к дну кратера, пока не стало очевидно, что в кратере располагалось отверстие к сооружению, скрытому глубоко внутри астероида.

Хотя кратер был не в том месте, которое помнил Спок. Сто лет назад, когда Спок был здесь в последний раз, астероид вращался стабильно, и хотя у него не было магнитного поля, по условиям картографии Федерации использовали вращение, чтобы определить северный и южный полюса по концам вращательной оси. Но за последнее столетие вращение было нарушено. Теперь астероид колебался во время замысловатого периода вращения без абсолютной оси. Пикард надеялся, что это означает, что Первая Федерация удалила все ценное оборудование, включая и инерционные демпферы, управляющие вращением астероида, и звездолеты, которые были целью Тиберия.

Но так как надежды было недостаточно чтобы гарантировать выживание Федерации, Пикард с удовлетворением слушал, как рапорторовали командиры кораблей – Райкер с Клайда Томбаге, и Дейта с Персиваля Лоуэлла.

Хотя высокоскоростные варп транспорты были техникой, медленно совершенствуемой Звездным Флотом и все чаще использовались в чрезвычайных ситуациях, Дейта еще никогда не слышал о попытке транспортировать два заполненных экипажем шаттла из грузовых транспортеров одновременно с варп. Дейта не знал также о причине, по которой это было невозможно сделать. Так как Пикард редко позволял невозможному вставать на его пути, маневр был предпринят, и вполне успешно. Что бы ни надеялся Тиберий обнаружить внутри базы Первой Федерации, теперь он найдет там две полностью вооруженные партии приземления.

– Сэр, – внезапно сообщил Слоан. – Зеркальный «Энтерпрайз» меняет орбиту. Он движется к кратеру.

Это было главным беспокойством Пикарда: обнаружит ли капитан другого корабля шатлы, когда они их транспортируют – Очевидно командующий обнаружил.

– Все сначала, – приказал Пикард. – Резерв на фазеры и квантовые торпеды.

Теперь единственный шанс для его десанта остановить Тиберия только если он сам сможет остановить второй «Энтерпрайз». Пикард задавался вопросом, кто им командует. Но учитывая действия корабля, он был уверен, что уже знает ответ на этот вопрос. Тот же самый ответ объяснял, почему было похищено капитанское кресло Пикарда. Это было личное. Пока Кирк сражался с самим собой где-то на поверхности, Пикард готовился к сражению с самим собой в космосе.

Легкие Кирка натянулись. Его тело напряглось. Он знал, что в момент, когда откроется погрузочный люк, и внутри шаттла произойдет взрывная декомпрессия, он должен будет выдохнуть, чтобы предотвратить разрыв леких. Но в его кровотоке останется немного кислорода. То, что этим он покупает себе всего несколько секунд сознания и жизни не беспокоило его. Если бы он мог, он боролся бы только ради этой единственной дополнительной секунды. Но в тот момент, когда он вдохнул то, что могло стать его последних вдохом, он придумал план.

Индукционные веревки, удерживающие его в пассажирском кресле, работали от тока системы распределения энергии шаттла. Тиберий отключил генераторы шаттла, поэтому вся энергия, используемая для маскировки Тантала, аварийных огней, двигателей люка и индукционных веревок шла от термоядерных батарей. А контроль батареей располагался на центральной консоли. Кирк был уверен, что сможет дотянуться до него ногой, и выключить ударом каблука ботинка. С отключенным питанием индукционные веревки освободят его, и он сможет закрыть люк, и вторично герметизировать шаттл.

Он просчитал, что это действие потребует, чтобы он оставался в сознании в полном вакууме на протяжении почти минуты, но Звездный Флот обучал своих кадетов функционировать еще дольше. Единственное, что беспокоило Кирка: помнит ли он эти уроки. Сейчас он иногда думал, что трудно поверить в то, что он вообще когда-то был кадетом.

Грохот под палубой прекратился, но только на мгновение. Кирк напряженно прислушивался к моменту мгновенного порыва воздуха, который будет сопровождать открытие люка. Вместо этого он услышал гул, а затем шаттл наполнился ярким синим светом. Гул прекратился; синий свет медленно восстановился до свечения аварийных огней. Его легкие грозили разорваться, и Кирк посмотрел в видовой порт, чтобы увидеть, что делает Тиберий в кормовой части шаттла.

Тиберий исчез. Кирк выдыхнул. Было только одно возможное объяснение: падд транспортера в кормовой части шаттла. И осознав это, Кирк сразу понял план Тиберия. В то время как Пикард ищет Тиберия в этой вселенной, Тиберий только что транспортировался в зеркальную вселенную.Там он пробьется к центру базы Первой Федерации, и транспортируется обратно в эту вселенную, и сможет выбрать любой из оставленных кораблей класса «Фезариус». Точно такую же тактику использовала T\'Вэл, чтобы сбежать от Альянса на Луне, когда она похитила Кирка и отвела его на встречу с зеркальным Споком. Но Кирк проследит, чтобы на этот раз эта стратегия не сработала.

Он переместился в кресле, замахнулся ногой и ударил по контролю батареи. Вторая попытка была успешной. Тотчас же аварийные огни снова исчезли, исчезла и гравитация, а индукционные веревки стали бессильными прядями мягкого углеродистого волокна. Кирк воспарил над креслом, удерживаемый внизу только руками. Он закрепился коленями под полетной консолью, затем дернул, и освободил от веревок сначала одну руку, потом другую. Мгновение спустя он вращаясь медленно поплыл к палубе почти в полной темноте. Он оценил, что естественное тяготение астероида составляет примерно одну двадцать пятую от нормального земного. Это не приносило пользу.

Продвигаясь с осторожностью, Кирк оттолкнулся руками и поплыл от палубы к креслу пилота. Он мог видеть дугу Млечного Пути за окном, так что он по крайней мере знал, что полетная консоль находится прямо под ним. Но света далеких звезд было явно недостаточно, чтобы увидеть в шаттле что-то еще.

Он воспользовался рукой, чтобы ухватиться за кресло пилота и удержать положение, потом слегка прикоснулся второй рукой к консоли, в поисках контроля главного генератора. Он был механическим, предназначенным для использования на случай отключения компьютеров. Он нашел их: три маленьких рычажка выключателя, почти антиквариат по дизайну.

Но прежде чем включить их, он спросил себя, что бы он сделал будь он Тиберием. Он медленно убрал руку от главного контроля, уверенный, что генераторы сделаны так, чтобы взорваться в момент повторного включения. Вместо этого он нашел центральную полетную консоль, и начал нажимать на поверхность управления, пока снова не включил батареи. Аварийные огни вернулись. Гравитация медленно нарастала. Звезды за окном исчезли как только восстановилась маскировка Тантала.

Кирк быстро двинулся к кормовой части шаттла, и обнаружил, что падд транспортера углублен в палубу. Он узнал этот нестандартный проект. Рядом с ним располагались две съемные панели. Сняв одну он обнаружил скрытый пульт. Другая, оказалось, скрывала только пустую нишу примерно того же размера.

Кирк открыл шкафчик грузового отсека и нашел оставшийся на шаттле скафандр. Прежде чем одеть скафандр, он разыскал трикодер. Он просканировал костюм в поисках любых признаков саботажа. И ничего не нашел. Минуту спустя он уже был в скафандре и устанавливал на место шлем. Он активировал системы жизнеобеспечения скафандра, а затем снова воспользовался трикодером, чтобы определить, не было ли утечек. И снова ничего не нашел.

Кирк изучил контроль транспортера на переборке, и установил его, чтобы продублировать последний луч, и в последний раз воспользовася трикодером, чтобы убедиться, что транспортер не настроен на самоликвидацию при активировании системы. Шаттл вокруг него распался в потоке света. Он приготовился к изменению гравитации, которую должен был почувствовать, когда материализуется на астероиде в зеркальной вселенной. Он знал, что там не будет шаттла, и потому ждал, что появиться на его бесплодной поверхности.

Свечение эффекта транспортации исчезло так же, как и искусственное поле тяготения шаттла. В очередной раз Кирк оказался в почти полной темноте, если бы не река звезд, формирующих Млечный Путь. Он ждал, когда его ноги коснутся поверхности астероида. Но этого не произошло. Он посмотрел вниз – неуклюжее движение в скафандре – и увидел звезды. Только звезды. Они продолжали свое движение в космосе под ним. И в какой-то момент потрясения вестибулярный аппарат Кирка сообщил ему, что его начинает кружить в нулевой гравитации.

Кирк обратился к трикодеру. По квантовой сигнатуре блуждающих молекул газа устройство подтвердило, что Кирк оказался в зеркальной вселенной. Но астероид исчез. Кирк медленно кружил в пустом межзвездном пространстве в сорока трех световых годах от ближайшей звезды. Совершенно один. Без надежды. Он почти слышал смех Тиберия.

Зеркальный «Энтерпрайз» изменил курс. Вместо того, чтобы продолжать двигаться к входу в кратер астероида, он развернулся лицом к нападавшему, нос к носу. Первый залп квантовых торпед последовал спустя мгновение.

– Мистер Маран, удерживайте курс, – скомандовал Пикард. – Фазерные батареи цель по торпедам, огонь по готовности.

Пикард знал свой корабль. «Энтерпрайз» сможет противостоять по крайней мере дюжине торпед без угрозы для его щитов. При нормальных обстоятельствах даже несколько ударов фазера – независимо от энергии стреляющего корабля – не станет причиной для беспокойства. Проблема была в том, что командующий зеркальным «Энтерпрайзом» тоже знал все слабые места корабля Пикарда. Если бы вражеские фазеры продолжали обстреливать границы наложения щитов варп гондол, щиты «Энтерпрайза» не смогли бы защитить корабль, даже при пятидесяти процентах от оптимальной силы. Звездный Флот знал об этом небольшом недостатке проекта, и наметил на следующий месяц установку перестроенных генераторов щита.

Пикард почувствовал как качнулся мостик от первого воздействия квантовых торпед на передние щиты. В тот же самый момент лучи энергии заиграли на гондолах.

– Он снова бьет по тем же слабым точкам, капитан, – предупредил из инженерного Ла Форж. – Еще минута, и они их пробьют.

Пикард знал, какую игру затеял его противник. Но он был уверен, что у командующего зеркального «Энтерпрайза» были приказы, которые делали сражение с «Энтерпрайзом» Пикарда менее приоритетными. Главное беспокойство того капитана было направлено на два шаттла, уже направляющиеся вглубь базы, чтобы перехватить Тиберия, и предполагалось, что сам Тиберий следовал туда же в своем замаскированном шаттле. Пикард был намерен позволить противнику вернуться к его первичной миссии.

– Второй залп торпед, – сообщил Слоан.

– Я хочу чтобы вы уничтожили половину из них, – приказал Пикард. – Мистер Ла Форж, будьте готовы начать продувку.

– Готов, – подтвердил Ла Форж.

Пикард напряженно улыбнулся от покорности в голосе своего инженера. Ла Форж не был уверен, что план Пикарда сработает. Вероятно он не был убежден, что это разумно.

– Попадание торпед через пять секунд, – сказал Слоан.

Он начал обратный отсчет, и когда произнес – ноль – , Пикард сказал:

– Действуйте, мистер Ла Форж.

Так же как и прежде в момент детонации первых квантовых торпед на передних щитах «Энтерпрайза», зеркальный «Энтерпрайз» открыл фазерами разрушительный заградительный огонь, сконцентрированный на гондолах. Но на этот раз одновременно с этим произошло еще кое-что. Из каждой гондолы Джорди Ла Форж выбросил десять процентов запасов антиматерии «Энтерпрайза». Антипротонные газовые облака быстро распространились в вакууме космоса, переместились от гондол, и собрались в тыловой части щита подобно ветру, пойманному в надувшийся парус.

Три секунды спустя с каждой платформы транспортера на «Энтерпрайзе» в те облака транспортировали канистры с газом: медицинский кислород, азот из биолабораторий – тип газа не имел значения. Почти мгновенная реакция нормальной материи канистр и их герметичнго содержимого с антиматерией была похожа на возгорание облака испарившегося гидразина в небьющейся бутылке. Тотчас же весь внутренний объем пространства, окружающего «Энтерпрайз» и содержащийся внутри его щитов, осветился плазменным взрывом. В течение нескольких секунд то, что когда-то было звездолетом, теперь казалось стало сверхновой.

На мостике Пикард и остальные зажали ладонями уши, когда звук сотрясения от взрыва прокатился через корпус. Но Пикарду не нужно было отдавать приказы перекрывая оглушительный рев. Ла Форж и его команда инженеров наряду со Слоаном и командой мостика точно знали, что они должны были делать, и последовательность действий. План Пикарда был точен.

Как только взрыв материи и антиматерии начал угасать, Ла Форж выполнил экстренное отключение варп двигателей корабля и реактора материи-антиматерии. Потом он взорвал люк варп ядра, и начал трехминутный обратный отсчет до катапультирования реактора. В это же самое время на мостике коммандер Слоан глубоко вздохнув отключил щиты корабля, включил низкомощные навигационные силовые поля, смахнув с кормы межзвездную пыль. У рулевой консоли лейтенант Маран также отключил автоматические системы стабилизирующих маневровых двигателей, а потом неохотно убрал руки с контроля.

В конце концов «Энтерпрайз» вспыхнул газообразной шаровой молнией, протянувшей струи пылающей плазмы, и медленно накренился кормой к носу, пока не перевернулся на левый борт. Его корпус почернел. Его бегущие огни замерцали и погасли. Его люк варп-ядра кружился вдали подобно листу в шторме. Корабль Пикарда был обесточен, без управления, и всего в трех минутах от полной потери способности к деформации, если уже не потерял ее. Точно так, как и планировал Пикард.

На затемненном мостике Пикард в ожидании следующего шага противника постукивал пальцем по подлокотнику кресла. Если бы это было просто соревнование между двумя капитанами звездолетов, как каждый владеющий своей судьбой, Пикард знал, что зеркальный «Энтерпрайз» приблизится сзади, и либо нацелит на свою жертву фазеры пока Пикард не сообщит о сдаче, либо пустит всю огневую мощь против незащищенного «Энтерпрайза» и превратит звездолет в облако ионизированного газа.

Но Пикард подозревал, что командующий зеркального «Энтерпрайза» не был хозяином самому себе. Никто из служивших Тиберию этого не мог. Прошли долгие секунды.

– Нас сканируют, – сообщил Слоан.

Пикард ожидал этого. Сенсоры его противника покажут, что «Энтерпрайз» движется на аварийной мощности, его варп двигатели отключены, а ядро деформации катапультируется через две минуты тридцать секунд. По внутренним коммуникационным системам корабля проигрывались многочисленные записи сценариев тренингов по аварийным ситуациям на голодеке, заполняя радио и подпространственные частоты экстренными объявлениями, детализирующими жертвы, отказ систем и отчаянные просьбы покинуть корабль. Главный экран показывал звезды, мчащиеся на кружащийся «Энтерпрайз», на тот случай, если зеркальный «Энтерпрайз» был способен так же принять и визуально-информационный канал.

– Да! – внезапно крикнул из-за своей станции Слоан. – Они возобновляют курс на вход в кратер.

Команда мостика возликовала.

– Замечательный блеф, – сказал Пикарду Спок.

– Благодарю, – ответил Пикард.

Он знал, что игра еще далека от окончания.



ГЛАВА 9



Кирку не нужен был Спок, чтобы сказать ему, что паника нелогична. Или что частое, неконтролируемое дыхание слишком быстро расходует запасы воздуха в скафандре. Поэтому вместо паники он сконцентрировался на борьбе со всеми инстинктами своего тела, расслабил каждый мускул и замедлил дыхание с полным пониманием ситуации. И тогда один, плывущий в сторока трех световых годах от ближайшей планеты и ближайшей надежды на выживание, Кирк исследовал варианты.

Для начала он отложил проблему того, почему астероид Первой Федерации не существует в этих координатах в зеркальной вселенной. Ведь все другие астрономические тела существовали в обеих вселенных. Независимо от этого единственного отличия на этот вопрос ответить можно будет позже. Он должен был сосредоточиться над тем, как Тиберий планировал избежать этой самой дилеммы.

Еще раз Кирк обратился к своему трикодеру. Тот подтвердил, что координаты зеркальной вселенной, в которые он транспортировался, были теми же самыми, которыми несколько минут назад до него воспользовался Тиберий. То, что Тиберия здесь больше не было означало, что Тиберий воспользовался каким-то средством, чтобы вернуться во вселенную Кирка с очевидным намерением вновь появиться внутри базы Первой Федерации. И это означало, что у Тиберия был доступ к другому транспортеру. Но как – И где

Мысли Кирка мчались. Поскольку было маловероятно, что Тиберий устроил так, чтобы в этих координатах в зеркальной вселенной присутствовал другой корабль – особенно учитывая то, что он не знал, куда его поведет Кирк – у Тиберия с собой должно было быть какое-то устройство транспортации. Кирк тотчас же представил пустое хранилище, которое было спрятано под палубой шаттла.

– Портативный транспортер? – сказл вслух Кирк.

Он не был уверен можно ли построить настолько маленький транспортер, чтобы его мог унести один человек. Но борги разработали миниатюризированную технологию персонального транспортера. И если транспортер, который использовал Тиберий, был каким-то образом основан на танталовой технологии Балока, Кирк был согласен смириться с тем, что такое устройство было не только возможно, но и вероятно неизбежно.

А это означало… Кирк активировал свой трикодер и настроил его так, чтобы он улавливал признаки жизни. И он нашел их. Человек на расстоянии в два и три десятых километра удалялся со скоростью двадцать два километра в час. Тиберий. Пульс Кирка участился. У него был еще один шанс. Он быстро нацелил систему маневрирования скафандра, засек положение своего двойника, направление и скорость по трикодеру, а затем лег на перехват.

– Точка пересечения траектории рассчитана, – заявил компьютер скафандра.

– Вперед, – сказал Кирк.

Сразу же он почувствовал, что его ранцевые двигатели развернули его серией коротких микровзрывов, удерживае его положение. Секунду спустя он потерял дыхание, когда его ранец внезапно толкнул его вперед. Несколько мгновений он чувствовал острое давление в спину, а затем двигатели отключились и ощущение движения прекратилось. Но данные на маленьком дисплее шлема показали, что теперь он двигается со скоростью сорок четыре километра в час относительно своей цели.

– Цель перехвата через шесть минут пятьдесят пять секунд, – объявил компьютер.

Тиберий был все еще слишком далеко, чтобы Кирк смог увидеть его, и было так мало света, что Кирк понимал – без трикодера слишком велики были шансы пройти мимо противника в нескольких метрах, и не заметить его. Но Кирк не мог допустить этого.

Он знал орбитальных скайдайверов, которые выбрасывались из своих шаттлов без атмосферных парашютов, рассчитывая на свои способности встретиться со вторым скайдайвером в нескольких тысячах метров от поверхности так, чтобы оба смогли приземлиться в тандеме на одном парашюте. Пропущенная стыковка означала совсем не мягкое приземление несколько секунд спустя. И все же Кирк знал, что он находится в другом положении.

Если он не сможет догнать Тиберия раньше, чем он запустит свой портативный транспортер, то Кирк продолжит свое падение в пространстве со скоростью сорок четыре километра в час на протяжении более миллиарда лет, пока не получит крохотный шанс приблизиться к другому миру. И единственное, что заставило бы Кирка смириться с такой судьбой – если Тиберий упадет вместе с ним.

Управляемый только станцией маневровых двигателей зеркальный «Энтерпрайз» направился к астероиду, словно собирался разбиться там. Но его целью был кратер. Корабль медленно прошел вдоль зазубреных стен, затем скользнул вниз в изогнутый проход шириной в километр, который вел внутрь полого астероида. Сам зеркальный корабль был длиной в 680 метров – больше половины ширины прохода. Команда Звездного Флота сочла бы пилотирование огромного корабля внутри узкого прохода похожей на маневрирование в тесных пределах космического дока, но зеркальным «Энтерпрайзом» управляла не опытная команда Звездного Флота.

Он повернул слишком близко к одной из стен прохода, скорректировав, неуверенно сменил направление на противоположное, затем нерешительно остановился словно собирался вернуться. Но возвращение не было вариантом. Всего в нескольких километрах впереди лежала цель корабля. Два крошечных шаттла. Когда зеркальный «Энтерпрайз» поймает их, у них не будет шансов.

– Они… уходят, – сообщил Слоан.

Пикард тотчас же отдал распоряжения.

– Отменить катапультирование варп ядра. Мистер Маран, направьте корабль точно на курс на кратер.

«Энтерпрайз» прекратил свои дикие кувыркания в пространстве. Снова лег на курс на астероид. Через минуту после того как зеркальный «Энтерпрайз» вошел в проход чтобы поохотиться на два шаттла Пикарда, корабль Пикарда вошел туда же, чтобы поохотиться на охотника.

– Перехват через тридцать секунд, – объявил компьютер.

Кирк перевел взгляд с дисплея своего шлема на звездное поле прямо перед ним. Там! Он увидел, как тень затмила горстку звезд. Быстро растущий силуэт – тень – изменила форму. Тиберий обернулся: он почувствовал приближающуюся опасность. Кирк прихлопнул свой трикодер к магнитному держателю на поясе, затем воспользовался контролем на предплечье, чтобы отменить вывод компьютера своего скафандра.

– Перехват через пятнадцать секунд.

Его добыча начала скользить вбок на фоне звезд, используя маневровые двигатели скафандра, чтобы изменить курс и отклониться от преследования. Кирк скорректировал свой вектор, чтобы остаться на цели, и оказался при этом настолько близко, что увидел, что Тиберий несет большой прямоугольный объект размера нестандартной панели транспортера, которую Кирк видел в углублении в палубе шаттла.

– Пять секунд, – предупредил компьютер.

Серия желтых огней начала светиться на цели, когда двойник Кирка медленно вращаясь снова изменил направление, сосредоточившись на действиях с контролем объекта, вместо того чтобы управлять маневровыми двигателями. Кирк заставил себя замедлить движение, но не так аккуратно, как мог бы сделать компьютер. Он заколебался, увидев что собирается сделать Тиберий. Большая круглая линза на объекте начала пульсировать синим светом. Свет он узнал безошибочно: активируемый транспортер.

Кирк знал, что если Тиберий сумеет транспортироваться вовремя, пульт транспортера останется на месте. Но учитывая его размер он сомневался, что в нем хватит мощности для второй транспортировки. Он должен добраться до Тиберия раньше чем начнется полный эффект транспортации.

Тиберий оторвался от портативного пульта, и в синем свете дематериализационной линзы Кирк увидел, как его собственное лицо оглянулось на него. Потом Тиберий активировал маневровые двигатели и начал скользить в другом направлении. Инерция пульта транспортера притормозила его на мгновение, пока Тиберий не подтянул его поближе.

Кирк увидел свой шанс. Он выбросил руку, пролетая мимо, и сумел поймать край пульта. Теперь и он и Тиберий начали медленно кружиться вокруг центра силы тяжести пульта. Кружение дезориентировало. Рука Кирка казалась все тяжелее и тяжелее. Тиберий подтянул себя к пульту. Он протянул другую руку пытаясь коснуться ярко светящейся линзы пульта. Кирк тоже потянулся к линзе. Он должен блокировать Тиберия. Если эффект транспортации замкнется на руке Тиберия, он распространится по его телу и пошлет его назад во вселенную Кирка.

Два метра отделяли Кирка от его копии. Линза находилась меньше чем в метре от каждого из них. Оба мужчины могли видеть друг друга в свете транспортатора. Пальцы Кирка начали соскальзывать с пульта. Равновесие снова изменилось. К вращению добавились невообразимые колебания. Тиберий усмехнулся. Кирк усилил захват, затем перестал тянуться к линзе, и хлопнул по всем кнопкам управления маневровыми двигателями сразу.

От сильного удара несбалансированная комбинация пульта транспортера и двух фигур в скафандрах начала быстрое вращение в трех направлениях. Рука Тиберия отпрянула от линзы, когда он схватился, чтобы удержать пульт. В этот момент рука Кирка соскользнула, и он отделился от пульта и своего врага, словно падая в ад. Но оглянувшись назад он увидел, что внезапное изменение в массе снова изменило направление вращения, вынудив Тиберия так же потерять захват.

Кирк видел, как портативный пульт транспортера – единственный способ возвращения в его вселенную – закувыркался прочь, мигая светом линзы. Через секунду он стал всего лишь мерцающей синей точкой света. Кирк потянулся к трикодеру, чтобы проинструктировать компьютер костюма засечь пульт, и направиться к нему. Но его пояс был пуст, трикодер исчез.

От удивления Кирк посмотрел на пояс, а затем понял, что сделав это он потерял визуальный контакт с удаляющейся панелью. Он снова повернулся назад, но не смог ее увидеть. Зато он увидел движущуюся тень на фоне звезд. Тиберий направлялся к пульту. Кирк двинулся за Тиберием.

На главном экране грубые каменные стены прохода плавно изгибались; мощные навигационные прожекторы «Энтерпрайза» бросали отблеск на рельеф испещренной поверхности. Пикард сидел в своем кресле подавшись вперед, внимательный к каждому постороннему звуку на мостике. Каким-то образом Первая Федерация ввела вырожденную материю в кору астероида, сделав его совершенно непроницаемым для сенсоров. Только линейные визуальные сканеры могли сказать ему, что находилось прямо перед его кораблем.

Именно поэтому невозможно было узнать, насколько далеко впереди находился зеркальный «Энтерпрайз». Он мог появиться в любой момент за следующим поворотом прохода прямо впереди, или же приютившийся у стены в одном из случайных расширений прохода. И если тот корабль активировал маскирову Тантала, у Пикарда не получил бы никакого предупреждения о его присутствии до тех пор, пока тот не опустит маскировку и запустит торпеду.

Хотя единственная торпеда не могла нанести больших повреждений самому «Энтерпрайзу», она могла разрушить каменный проход, заперев судно Пикарда в положении, неспособном защищаться от последующего залпа. Пикард посмотрел вверх, когда лейтенант Каро отрапортовал.

– Сэр, сенсоры продолжают улавливать значительные следы гидразина.

– Это означает, что они все еще маневрируют на реактивных маневровых двигателях, – быстро добавил Слоан.

Хотя Пикард не любил офицеров, говорящих очевидные вещи, он позволил себе улыбнуться энтузиазму Слоана. Лейтенант Маран умело вел «Энтерпрайз» через проход на одном импульсе. Пока он использовал реактивные маневровые двигатели только дважды. С другой стороны, если зеркальный «Энтерпрайз» был укомплектован неопытной командой, то было еще более обидно, что этот корабль дважды остановил в бою сам «Энтерпрайз».

– Приближаемся к пятидесяти километровой отметке, – объявил от рулевой консоли Маран. – Есть отметка.

Пикард повернулся с креслом и оглянулся на Спока.

– Капитан Спок, вы помните насколько простирается этот проход?

– Во время моего посещения базы, – сказал Спок, – мы летели на «Фезариусе». Тот корабль пересек проход меньше чем за минуту.

В очередной раз Пикард поразился технологии Первой Федерации. Сейчас он был поражен тем, что один из его офицеров смог благополучно вести «Энтерпрайз» через то, что было не намного больше кроличьей норы со скоростью в 100 километров в час. Мчаться через резкие изгибы и повороты быстрее чем в десять раз было даже вне способностей Дейты. Пикард снова вернулся к своей миссии.

– Есть ли признаки импульсного следа от от «Томбауга» или «Лоуэлла»? – спросил он свою команду на мостике.

– Еще нет, сэр, – ответил Слоан.

Ответ не взволновал Пикарда. Любой след, который могли оставить челноки Райкера и Дейты, без сомнения рассеялся при прохождении дубликата «Энтерпрайза». И все же он вздохнул от нетерпения. Естественно проход скоро закончится. Пикард отчаянно надеялся, что когда это произойдет, его «Энтерпрайз» снова столкнется со своим двойником, а не с не знающим страха флотом Первой Федерации.

– Приближаемся к пятидесятипяти километровой отметке, – отозвался Маран.

– Сэр, – внезапно сказал лейтенант Каро. Средний выступ на лице болианина напрягся от беспокойства. – След гидразина только что выпал из диапазона чувствительности.

Пикард наклонился вперед.

– Может быть они наконец-то перешли на импульс, – сказал он. Или возможно они найдут обломки зеркального «Энтерпрайза», рассыпанные вдоль стен прохода.

– И я снова улавливаю следы импульсов шатлов, – добавил Слоан. – Никаких признаков повреждений или… – Его голос затих.

Пикард объединил оба сообщения, и понял их значение. Если след гидразина исчез, значит зеркальный «Энтерпрайз» остановился. И если след импульсов шатлов снова видны, значит корабль, который охотился за шатлами, должно быть еще не проходил через эту секцию перехода. А это могло означать только… Мостик дернулся вперед, когда «Энтерпрайз» взбрыкнул в ответ на мощный взрыв.

– Сэр! – закричал Слоан, снова произнося очевидное. – Другое судно позади нас.

Охотника снова преследовали.ом экране Тибериймезд. Тиберий направлялся к пульту.ав это он потерял остранстве.



ГЛАВА 10



В последние несколько секунд не осталось времени для ясной рациональной мысли. Все или ничего. Кирк снова ясно увидел пульт транспортера. Он медленно кружился всего в нескольких дюжинах метров от него, и его синий свет все еще вспыхивал с каждым оборотом. И снова он отчетливо увидел силуэт Тиберия на фоне звезд на расстоянии вдвое меньшем от транспортера чем Кирк. Был только один способ добраться до пульта раньше Тиберия. Кирк хлопнул по управлению, врубив все маневровые двигатели на полную мощность. В его шлеме прозвучал приглушенный щелчок.

– Реактивная масса маневровых двигателей исчерпана, – вежливое объяснение компьютера стало смертельным похоронным звоном, сказавшим Кирку, что он больше ничего не может сделать.

Кирк видел, как его победная немезида достигла кувыркающегося пульта и схватила его. Он видел, что пульт транспортера продолжает кружиться в руках похитителя, хотя добавочный вес Тиберия замедлил вращение. Почти бесстрастный в момент своей самой большой неудачи, Кирк отметил, как импульс Тиберия изменил траекторию пульта.

Теперь Кирк не дотягивался до цели всего несколько метров. А без достаточного количества реактивной массы в маневровых двигателях у него не было возможности изменить свой собственный курс. Он стал всего лишь простым свидетелем того, как Тиберий пытается еще больше замедлить свое вращение с пультом.

Пять секунд, подумал Кирк. Через пять секунд Тиберий дотянется до операционной стороны пульта, и начнет процесс транспортации. Пять секунд. В этой вечности внимание Кирка рассеялось. Затем внезапно остановилось. Реактивная масса. Он вдыхал ее.

Быстро работая на инстинкте и не учитывая того, чего могло ему стоить его следующее действие в самом ближайшем будущем, Кирк нащупал запасной клапан выходного отверстия кислорода на груди, открутил его, затем твердо нажал большим пальцем опуская щиток.

Сразу же в его шлеме зазвенел сигнал тревоги декомпрессии, когда взрывной порыв тонких ледяных кристаллов ударил по нему. Кирк выпустил в космос запас воздуха своего скафандра, но отреагировав на выход воздуха, его тело снова начало вращаться, направляясь к пульту, который держал Тиберий.

Кирк закрутил клапан и попробовал вздохнуть, но система жизнеобеспечения еще не наполнила скафандр. Звезды проносились мимо его еще недавно затуманенного визора шлема. Сигнал разгерметизации все еще звенел в ушах, но из-за низкого давления он звучал как бы издалека. Он видел сияние эффекта транспортации прямо перед собой словно рассвет синего солнца. Тиберий стал существом из света. Кирк потянулся за ним. Он не мог дышать, не мог думать. Мог только кружиться в бескрайней звездной ночи. А потом сознание покинуло его прежде, чем он смог узнать, схватила ли его рука что-нибудь или нет.

Отклоненный взрывом «Энтерпрайз» отбросило от его оси к ближайшей каменной стене.

– Поднять все щиты! – приказал Пикард перекрывая пронзительный сигнал угрозы столкновения.

Пикард знал, что если бы здесь присутствовал Райкер, его первый офицер подверг бы сомнению этот приказ. Поднятые щиты в узком проходе фактически удвоили бы объем формы, которую должен был вести лейтенант Маран. Щиты простирались настолько далеко от корабля, что они неизбежно заденут стены прохода, оттолкнув «Энтерпрайз» как надводный кораблик, попавший в речной каньон бросало бы от скалы к скале, сдирая при этом дно на каждой стремнине.

Но Слоан не Райкер. Он не протестуя активировал щиты. Второй взрыв качнул мостик, хотя и не так сильно, как первый. Потом мгновение спустя щиты основного корпуса соприкоснулись со стеной прохода под кораблем. «Энтерпрайз» резко нырнул вниз, затем отскочил вверх, пока щиты надстройки не ударились о противоположную стену.

– Сэр! Все кормовые батареи готовы к залпу. – Крикнул Слоан.

Но Пикард не собирался участвовать в смертельном сражении в проходе. Если проход разрушится, он даже не сможет передать призыв о помощи через кору астероида.

– Все батареи в ждущий режим, – приказал Пикард. – Рулевой, максимальная скорость.

– Есть, сэр! – подтвердил Маран.

Пикард знал, что трилл был третьим хозяином симбионта, но даже при всем опыте предыдущих двух жизней он не смог убрать напряженность из своего голоса.

– Мистер Слоан, – продолжил Пикард. – Опустите все щиты кроме кормовых.

И снова молодой лейтенант выполнил приказ без возражений. Пикард следил за изменяющимся изображением на главном экране, следя за быстрым увеличением скорости.

– Хорошая работа, лейтенант, – сказал одобрительно Пикард. – Мы знаем, что можем опередить их здесь.

Корабль содрогнулся от новой атаки. Самонаводящиеся торпеды! Пикард задался вопросом, когда другой коммандер подумает о том же. Различные модели квантовых торпед могли летать на варп скоростях, в почти любом диапазоне импульсной скорости, или даже затаиться в ожидании, удерживаемые на месте маневровыми двигателями. Хотя в этом проходе варп был бы непрактичен, но даже минимальной импульсной скорости в несколько сотен километров в час будет достаточно, чтобы поразить «Энтерпрайз». Секунду спустя пришло подтверждение от Слоана.

– Капитан, они запускают самонаводящиеся торпеды, – объявил он.

Пикард отдал следующий приказ.

– Следите за кормовыми щитами, мистер Слоан. Следующие несколько минут будут нелегкими.

– Есть, сэр.

Теперь «Энтерпрайз» накренился и резко вильнул, когда Эллидий Маран, использовал всю сосредоточенность своих объединенных разумов, чтобы предвидеть случайные изгибы прохода впереди. Корабль Пикарда медленно увеличивал скорость, хотя каждый следующий взрыв делал еще более трудным преодоление поворотов на оптимальном курсе. Снова и снова удлиненный корпус блюдца корабля оказывался в метре от камня. Передние купола его главных гондол сталкивались с тем же самым риском.

И каждые несколько секунд новая торпеда присоединялась к погоне, чтобы добавить еще энергетической нагрузки уже и без того перегруженным кормовым щитам. Но корабль, запустивший эти торпеды – корабль, который, как и предполагал Пикард, включил импульсные двигатели – начал отставать все больше и больше. Навыки его рулевого не могли соперничать с навыками лейтенанта Маран.

К сожалению Пикард знал, что не скорость определит результат этой охоты. Даже если бы зеркальный «Энтерпрайз» имел стандартную загрузку квантовых торпед Звездного Флота, этой огневой мощи было более чем достаточно, чтобы в конце концов одолеть кормовые щиты «Энтерпрайза» Пикарда.

Подобно Тесею, преследующему в лабиринте минотавра, зеркальный «Энтерпрайз» преследовал «Энтерпрайз» Пикарда. Пикард надеялся, что судьба его корабля будет не такой, как судьба этого животного. Если будет так, его «Энтерпрайз» не сбежит.

Кирк очнулся, когда стена синего света медленно рассеялась, и вернулась тьма. На мгновение время остановилось, и он понял, что потерпел нудачу. Тиберий транспортировался в вселенную Кирка, оставив Кирка в… Его скафандр снова был заполнен воздухом. Легкие работали без напряжения. Звезды исчезли.

Кирк мог ощущать, как вращается его тело, поэтому он знал, что все еще находится в космосе. Он мог видеть огни статуса на дисплее шлема, и поэтому знал, что его глаза все еще функционируют. А так как все звезды не могли исчезнуть разом, он понял, что что-то закрывает их от обзора во всех направлениях. Был только один возможный ответ. Он вовремя поймал Тиберия. Они оба транспортировались во вселенную Кирка. И они теперь были в полом центре астероида, на базе Первой Федерации.

Кирк помнил, что эта база была огромным сооружением в несколько километров в поперечнике. Но когда он видел ее в прошлый раз, она была ярко освещена вереницами огней, отслеживающих экваториальную полосу вокруг искусственной центральной стыковочной пещеры. Но Кирк не видел вообще никаких огней, что подарило ему надежду на то, что база покинута, а корабли удалены.

А потом снова в абсолютной темноте он понял, что он и его двойник могут кружиться в пространстве всего в нескольких дюжинах метров от корабля класса «Фезариус», и не смогут даже увидеть его.

По крайней мере Тиберий находится в таком же положении, подумал Кирк. А затем он задался вопросом, а транспортировался ли Тиберий. Кирк попытался вспомнить силу их столкновения. Каковы шансы на то, что он вытолкнул Тиберия из зоны транспортации, оставив его навсегда дрейфовать среди звезд зеркальной вселенной – Что Тиберий обрел смерть, которую он желал Кирку – Кирк подумал о том, что знание о судьбе Тиберия сделает его смерть здесь более легкой.

Вспышка тусклого многоцветного света привлекла его внимание; вспышка настолько быстрая, что Кирк почти проигнорировал ее, решив, что это результат действия беспризорной частицы космической радиации, поразившей его сетчатку – иллюзия, которую испытывали все космические путешественники начиная с первых лунных рейсов. Но мгновение спустя он снова увидел свет. Теперь уже более яркий. Ближе.

Когда он в третий раз увидел свет, он понял, что это что-то приближается к нему, и что именно быстрое вращение его собственного тела заставляет свет мигать. Когда он в четвертый раз увидел это, он понял что это было: отражение от внутреннего дисплея шлема другого скафандра, несущегося прямо на него. На вопрос Кирка был ответ. Он приготовился к столкновению.

Команда Пикарда быстро приспособилась к сражению внутри прохода. Чтобы продлить действие кормовых щитов, две команды инжееров направили лучи трала от «Энтерпрайза». Лучи отклоняли или, по крайней мере, замедляли квантовые торпеды, которые мчались позади. Ла Форж сбросил немного антиматерии из гондол, когда на мгновение опустили щит. Облако антипротонов начало заполнять проход по следу судна. Секунды спустя облако засветилось. Передняя часть быстро рассеивающегося газа антивещества реагировала с нормальной материе стен прохода. В результате произошли несколько миллиардов маленьких, хотя и впечатляющих, взрывов.

Внутренности первых квантовых торпед, достигших облака, рассеялись в энергию, сбив торпеды с курса, и так сильно повредив их механизм, что они были просто не в состоянии взорваться при столкновении со стенами прохода. Мгновение спустя зеркальный «Энтерпрайз» достиг облака. Его передние щиты утрамбовали газообразную антиматерию, сжав облако до более плотного и более опасного состояния, когда оно более яростно начало реагировать с окружающим камнем. Град обломков от каменных стен поразил корабль сразу после того, как переместились щиты.

Двойник замедлился, словно его рулевой решил, что корабль ударился о стены. «Энтерпрайз» Пикарда мчался вперед к приближающемуся концу прохода.

– Все еще никаких торпед, – сообщил Слоан.

Пикард кивнул, удовлетворенный успешным маневром. Столетия назад выброс антивещества использовался в космических сражениях, но от этого маневра быстро отказались. Газ слишком быстро рассеивался в вакууме, чтобы сделать нечто большее, чем просто опалить корпус вражеского корабля, или немного подпортить его сенсоры.

Но в узком пространстве этого прохода старая техника обрела новую жизнь. Единственный недостаток был в том, что Ла Форж теперь настаивал, что «Энтерпрайз» больше не может позволить себе сбрасывать антивещество, если все еще собирается вернуться на ближайшую звездную базу.

– Капитан Спок, – сказал Пикард. – Каковы ваши предварительные подсчеты?

Вулканец находился возле рулевой консоли и разговаривал с лейтенантом Маран, даже когда он вел корабль через изгибы прохода. Пикард одобрил консультацию. Триллы были исключительно хорошо тренированы, чтобы одновременно рассеивать внимание на две разные задачи.

– При этой скорости, – сообщил Спок, – и основываясь на дополнительных размышлениях после моего первого посещения этого сооружения, полагаю мы достигнем внутренних районов астероида не раньше чем через три минуты пятнадцать секунд и не позже чем через четыре минуты десять секунд. Сожалею, что не могу быть более точным.

Пикард подавил улыбку.

– И мистар Маран знает чего ожидать?

– Меня проинформировали, сэр, – ответил он.

Пикард устроился в своем кресле. На протяжении больше минуты не было никаких торпед. Был шанс, что зеркальный «Энтерпрайз» их больше не преследовал.

– Капитан, – сказал внезапно Спок. – мы находимся в заключительной части прохода.

Пикард уставился на изображение на главном экране. Казалось ничего не изменилось. Грубые изогнутые стены продолжали проноситься мимо со скоростью больше трехсот километров в час, время от времени освещаемые прожекторами «Энтерпрайза».

– Откуда вы знаете? – спросил Пикард.

– Проход теперь прямой. Мы не больше чем в двадцати километрах от базы.

– Проход совершенно прямой?

– Верно, – сказал Спок.

– Тогда не можем ли мы идти быстрее, рулевой?

– Да, сэр. – Руки Маран коснулись консоли, и проносящиеся стены затуманились. В этот момент лейтенант Каро сообщил из-за тактической консоли.

– Сэр, я обнаружил конец прохода. Шестнадцать и четыре десятых километра.

Пикард избавился от ощущения нереальности. Он привык иметь дело со скоростями превышающими скорость света, и с расстояниями, измеряемыми в световых годах. До сих пор, пока его «Энтерпрайз» не ограничили пределами, не отличающимися от границ антикварного атмосферного летательного аппарата. А затем он понял, что если корабль сможет лететь быстрее в прямой части прохода, тогда… Зазвучала сигнал угрозы столкновения. Живот Пикарда напрягся. Зеркальный «Энтерпрайз» вступил в последний отрезок пути. И извлек из этого пользу.



ГЛАВА 11



Кирк воспользовался руками, чтобы оградить визор своего шлема. Он согнулся вперед и подтянул колени, чтобы изменить центр тяжести и ускорить темп вращения. И в этот момент последовал удар. Тиберий ударил его боком, сжал его, не отпуская. Они вместе кувыркались в темноте. Интуитивно Кирк зарегистрировал дезориентирующее движение. Он почувствовал подступающую тошноту.

И в этот момент рука нащупала управление на предплечье скафандра. Одна рука Кирка заблокировала руку Тиберия, а его другая рука захватила часть скафандра двойника. Внезапный рывок, и вдруг и он и Тиберий оказались лицом к лицу. Магнитные замки на их поясах с оборудованием сцепились. Они оказались неразрывно связанными, теперь уже неспособными разъединиться, и свободными использовать обе руки, чтобы повредить скафандры друг друга.

Кирк видел свое собственное лицо в шлеме Тиберия, освещенного огнями дисплея. Он знал, что Тиберий видел то же самое лицо – освещенное, с бисеринками пота, с затуманеным от усилий владельца визором шлема. Тиберий попытался обеими руками дотянуться до аварийного клапана кислорода на груди Кирка. Кирк вскинул свои руки между руками Тиберия и развел их в стороны. А потом он направил их прямо к замку шлема Тиберия.

Вспышка понимания в глазах Тиберия подсказала Кирку, что его враг понял, что смерть была от него в каких-то сантиметрах, в каких-то секундах. А потом подушечки пальцев Кирка нащупали первый выпускной клапан на воротнике шлема Тиберия. Точно так же, как пальцы Тиберия нащупали первый выпускной клапан Кирка.

– Четыреста метров до столкновения, – начал отсчет Слоан. – Триста девяносто.

– Почему они не стреляют? – спросил Пикард.

Две инженерных консоли внезапно вспыхнули от перегрузки. Пикард услышал и почувствовал как его корабль загремел и содрогнулся.

– Их щиты столкнулись с нашими! – сообщил Слоан. – Щиты вышли из строя!

Пикард знал ответ. Любой взрыв на таком расстоянии повредил бы оба корабля. Тем более что несовместимые щиты, действующие на тех же самых частотах при случае могли нейтрализовать друг друга.

– Расстояние до базы! – сказал Пикард.

– Девять километров! – ответил Маран.

– Расстояние до другого корабля!

– Двести метров до контакта! – ответил Слоан.

Пикард стукнул по внутри корабельному контролю на подлокотнике своего кресла.

– Всем приготовиться к столкновению! – Он обернулся к станции безопасности. – Мистер Слоан, всю мощность на поле структурной целостности!

Мостик заполнился воем корабельных генераторов, когда усилилась сеть внутренних микросиловых полей.

– Девяносто метров! – крикнул Слоан. – Восемьдесят… семьдесят… они собираются протаранить нас!

Пикард ухватился за подлокотники кресла. Он не желал проигрывать.

– Мостик инженерному! – позвал он.