— Точно! — щелкнул пальцами Вадим. — А теперь его вдруг находят едва ли не в самом центре обжитого пространства!

— Ну, на счет центра это ты загнул, — усмехнулся Сергей.

— Ладно, пусть на периферии… Растолкуй мне, как корабль, четыре года назад отправившийся в Темную Зону, оказался на окраине обжитого пространства?

— Прошел через гиперспейс.

— И ни один ОКС не засек его выход из гиперспейса? Дружище, это тебе не прогулочный глиссер, а корабль дальнего поиска длиной в двести метров! Массой около…

— Мы уже сто раз это обсуждали! — недовольно хлопнула ладошкой по столу Герда. — Какой смысл спорить о том, чего мы все равно не знаем?

— Смысл спора заключается в поиске истины, — возразил ей Вадим. — На вопрос, как «Дельта-Гермес» оказался там, где он сейчас находится, должен существовать разумный ответ.

— Да, но мы его не знаем. И от того, что вы с Сергеем станете тыкать друг в друга пальцами и показывать языки, истина не окажется ближе.

— Ну, это как сказать, — многозначительно и загадочно произнес Вадим, не привыкший сдаваться даже в самой безнадежной позиции.

— Постойте! — вскинул руки с растопыренными пальцами Джеффри. — Вы хотите сказать, что где-то неподалеку находится вернувшийся из Темной Зоны «Дельта-Гермес»?

Пауза.

— Я предупреждал, что тебе крышу снесет, — усмехнулся Вадим.

— И об этом никто не знает?

— Кому надо — тот знает. Герда же ясно сказала: это информация с центрального сервера Орбитальных комплексов слежения. Корабль обнаружен, идентифицирован и в понедельник его отбуксируют в закрытый док, где им займутся специалисты.

— Я все равно не понимаю, — удрученно покачал головой Джеффри. — Вернулся корабль дальнего поиска, а до этого никому нет дела?

— Не вернулся, а объявился, — уточнил Сергей. — К тому же один, без экипажа.

— Как это?

— Корабль пустой. Биосканирование показало, что на борту нет живых существ. Поэтому и не стали торопиться вскрывать его, а решили оттащить в закрытый док, чтобы там спокойно во всем разобраться. Но первыми «Дельта-Гермес» обследуем мы.

— Так вы собираетесь устроить там заезд?

— В точку! Экстрим-слайдинг на борту корабля-призрака! Прикинь, как это круто!

— Но противозаконно…

— Почему же? Ты знаешь, еще во времена мореплавания существовало правило: брошенный корабль вместе с грузом принадлежит тому, кто его нашел.

— Но «Дельта-Гермес» нашли не мы.

— Зато мы первыми до него доберемся!

— Кроме того, мы ведь не собираемся мародерствовать, — заметила Герда. — Нас интересуют только сувениры. Да и много ли можно собрать за полчаса? — девушка откусила кусочек блина. — Для нас это всего лишь приключение. Вряд ли когда-нибудь еще представится шанс побывать на брошенном корабле.

— Ишимура, наверное, уже локти до костей сгрыз.

— Да, не повезло Сэму.

— Зато тебе, парень, несказанно повезло!

Джеффри почесал нос.

— Согласен.

— Здорово! — Герда кинула на тарелку вилку с недоеденным блином и снова дернула к себе планшет. — Сегодня пятница. Отправляемся в субботу вечером. Наш рейс в одиннадцать сорок две. До пересадочной станции Оллариу-18 три с половиной часа. То есть на месте мы будем примерно в два пятнадцать. Там нас уже будет ждать арендованный глиссер.

* * *

«Стимп-Универсал», ожидавший слайдеров на пересадочной станции Оллариу-18, оказался далеко не новым. По правому борту розовая краска была ободрана, в обшивке имелась вмятина. Быть может, результат встречи с метеоритом или еще каким космическим мусором. Хотя, скорее всего, пилот неумело завел транспорт в док. Как бы там ни было, глиссеры типа «Стимп» отличались надежностью и хорошим ходом.

Быстро побросав вещи и доски в грузовой отсек, слайдеры заняли места на борту. За пультом по-хозяйски устроился Сергей, считавший себя в этом деле непревзойденным мастером. Хотя всем известно: глиссеры настолько просты в управлении, что водить их могут даже дети. Если, конечно, найдется ненормальный взрослый, рискнувший доверить управление глиссером ребенку.

Получив от диспетчера команду «Готовность», Сергей включил тестирование всех систем. Дождавшись, когда на табло загорелся ряд зеленых датчиков, он включил проверку герметичности. Затем оценил запасы кислорода. Полный порядок. Сергей включил двигатель в режиме антиграва и послал диспетчеру команду: «На старт!». Створки люка под днищем глиссера расползлись в стороны, и розовый «Стимп-Универсал» провалился в черную, бездонную дыру.

Вырулив на открытое место, Сергей перевел рычаг скорости в нейтральное положение. Для того чтобы двигатель Хайма-Дрешера вошел в режим прыжка, его нужно как следует разогнать. А пока Сергей вводил в бортовой компьютер координаты места назначения.

— Как я и говорил, — радостно сообщил он спустя пару минут, — доберемся в три прыжка!

Ему никто не ответил. Все четверо чувствовали себя не в своей тарелке. Хотя старательно делали вид, что ничего необычного не происходит. Мол, эка невидаль, брошенный экипажем корабль! Нас интересует экстрим — и только!

Когда глиссер нырнул в восьмое измерение, картина на обзорном экране изменилась. Если раньше это была черная пустота с крошечными серебристыми точками звезд, сверкающими, словно пригоршня бриллиантовой пыли, рассыпанной на черном бархате, то теперь от каждой из звезд в пустоту тянулись тонкие, как паутинки, нити, переливающиеся всеми цветами спектра. Каждый, кто впервые видит подобную картину, начинает мучительно вспоминать, что же это ему напоминает? Но никому еще не удалось ответить на этот вопрос. Хотя бы приблизительно. А психологи даже не решаются высказывать предположения; с чем может быть связан сей необычный эффект.

— Я понимаю, что это нас не касается, — первым прервал напряженное молчание Джеффри. — Но что могло случиться с экипажем «Дельта-Гермеса»? Есть хоть какие-нибудь соображения?

— Космос велик и необъятен, — глядя на экран, затянутый странной паутиной восьмого измерения, глубокомысленно изрек Вадим. — Он скрывает множество тайн и загадок.

— К тому же это была Темная Зона, — добавил Сергей.

— Отовсюду только и слышно: Темная Зона, Темная Зона… — пожал плечами Джеффри. — А что в ней такого?

— Да ничего, — в тон ему ответил Вадим. — Кроме того, что про нее ничего не известно. Я в свое время интересовался этим вопросом, материальчики просматривал. До «Дельта-Гермеса» было семь экспедиций, целью которых являлся сбор информации о Темной Зоне. Они даже не заходили в нее глубоко, так, прошлись по краешку. И все равно несколько суток после возвращения члены команд вели себя как сумасшедшие. Не понимали, кто они и где находятся, несли какую-то чушь про высший разум и прорыв в неизвестное. Спустя три, четыре, пять дней — срок для каждого свой — все приходили в себя. Практически без последствий. Но они не помнят почти ничего из того, что с ними произошло.

— А бортовые приборы?

— Тоже фиксировали какую-то чушь. Будто их забыли настроить и откалибровать. А некоторые — и включить. Так, например, система искусственного климата на одном из кораблей зафиксировала условия, при которых человек не протянул бы и пары минут. Атмосферные датчики показывали наличие газовой оболочки снаружи корабля. Камера внешнего наблюдения записывала древние мультики. Самое любопытное, что, по словам специалистов, качество записи превосходило сохранившиеся копии.

— Это анекдот?

— Нет, серьезно. Темная Зона — нечто совершенно непостижимое. По крайней мере, человеческий разум с этим справиться не в состоянии.

— Так почему же тогда в Темную Зону отправили корабль дальнего поиска?

— Ну, это уже вопрос не ко мне, — усмехнувшись, покачал головой Вадим. — Я такого решения не принимал.

— Быть может, те, кто отправил «Дельта-Гермес» в Темную Зону, знали что-то такое, чего не знаем мы?

— Несомненно, — усмехнулся Вадим. — Или хотели узнать.

— Так сильно, что решили пожертвовать кораблем? — спросила Герда.

— Вообще-то, информации об этой экспедиции было очень мало. Только самые общие слова. «Герои-первопроходцы… Дальний поиск… Последняя неразгаданная тайна Вселенной… На благо всего человечества…» Во всяком случае, я не помню, чтобы речь шла о каких-то конкретных целях.

— Но как «Дельта-Гермес» смог вернуться? Один, без экипажа?

— На автопилоте, — предположил Сергей.

— А экипаж? Они, выходит, послали корабль назад, а сами решили остаться?

— В очень давние времена, — Герда начала говорить таинственным и задумчивым голосом, — когда грузы перевозили по морю большие парусные корабли, порой происходили странные, необъяснимые вещи. Моряки, плывущие на торговом корабле, встречали в море, далеко от земли, другой корабль, идущий под всеми парусами. Однако на корабле никого не было. Ни единой души. Когда моряки поднимались на борт брошенного корабля, то с удивлением отмечали, что все выглядело так, будто экипаж всего минуту-другую назад спешно, но без паники покинул судно. Все деньги и ценности не тронуты. На столах стояли еще неостывшие кружки с кофе. В плите, на которой готовилась еда, горел огонь. В пепельнице дымились недокуренные трубки. Даже спасательные шлюпки были на своих местах.

— И куда делись люди?

— Неизвестно.

— До сих пор?

— А что, с тех пор многое изменилось?

— Теперь мы летаем в космос.

— Освоение космоса — это результат научно-технического прогресса. Человек остался прежним. Со всеми своими достоинствами и недостатками. И со своими загадками.

— Странно все это… Все эти тайны, загадки… Вопросы, на которые не существует ответов… Ну, вроде того, что было до Большого Взрыва? Когда ничего еще не было?.. Порой мне кажется, что все это специально подстроено.

— Кем?

— Без понятия…

Когда глиссер в третий раз вынырнул из гиперспейса, Сергей первым делом отключил навигационный маяк.

— Все! — сообщил он, откинувшись на спинку кресла и положив руки за голову. — Теперь никто не знает, где мы находимся. Даже мы сами.

— А где астероиды? — приник к обзорному экрану Вадим.

Сергей прижал палец к джойстику управления камерой внешнего обзора. Изображение на экране начало плавно смещаться влево.

— Пожалуйста! — На экране появилась россыпь серых ноздреватых каменных глыб. — Думали, я вас не туда завез?

Луч синхронизированного с камерой прожектора медленно переползал с одной каменной глыбы на другую. Временами среди серых обломков яркими искрами вспыхивали выходящие на поверхность металлические жилы.

— «Дельта-Гермеса» не видно, — покачала головой Герда.

— Камни закрывают обзор.

— Ты уверен, что он здесь?

— Конечно. Если Сэм не напутал с координатами.

Осторожно подойдя к ближайшему астероиду, похожему на гигантскую головку ноздреватого сыра, от края которой отхватили кусок, Сергей зачалил на нем глиссер.

Легкий скафандр из упругого полимера с внутренней прослойкой теплоизоляционного материала с электроподогревом плотно облегает тело и голову. Лицевая маска крепится с помощью быстро твердеющего герметика. Бесспорным плюсом такого скафандра является то, что он практически не сковывает движения. Минус: его легко можно порвать, зацепившись за острый угол. Но именно это ощущение близкой опасности придает экстремальному слайдингу особый вкус. Острый, чуть с горчинкой.

На то, чтобы облачиться в скафандры, ушло десять минут. Слайды с притороченными к ним реактивными движками были уже готовы. На спине у каждого слайдера имелся маленький баллон с запасом кислорода ровно на тридцать минут. Дополнительные баллоны, которые слайдерам необходимы для того, чтобы добраться до корабля и вернуться назад, были закреплены на слайдах.

Шлюзовая камера глиссера считается двухместной, но слайд с закрепленным движком и баллоном занимает почти столько же места, сколько и человек. Поэтому выходить пришлось по очереди. Последним из шлюза выплыл Сергей. Перед выходом он погасил все прожекторы и сигнальные огни глиссера. То, что они собирались совершить, было все же не совсем законным.

— Порядок? — спросил на всякий случай Джеффри.

Сергей показал большой палец.

Теперь им помогал только свет фонарей, закрепленных в носовых частях слайдов. Два небольших фонарика встроены в верхние углы лицевой маски, но они освещают пространство лишь на расстоянии вытянутой руки. У каждого слайдера имелся вспомогательный фонарь, закрепленный на левом запястье. Но пока не время их включать. Вставив ноги в стремена и ухватившись за поручни на досках, слайдеры включили движки и медленно поплыли над самой поверхностью астероида. Оказавшись на противоположной стороне, они начали удаляться от изъеденной оспинами каменной стены. Их путь лежал в проход между двумя огромными шарообразными астероидами. Над головами нависала еще одна каменная глыба, похожая на пирамиду со срезанными углами.

— Отстаем от графика, — сообщила Герда. — Сейчас мы должны уже входить внутрь корабля.

Они обогнули еще одну ноздреватую каменную скалу, парящую в пустоте. И в свете носовых фонарей перед ними предстал борт «Дельта-Гермеса». Плита из бравосплава была почти столь же черная, как мрак вокруг. И казалась такой огромной, будто разделяла мир надвое.

— Ищите маркировку, — скомандовал Сергей. — Нужно определить, где мы находимся.

Рыская по борту корабля лучиками фонарей, слайдеры разошлись в разные стороны.

— Есть! — крикнул через пару минут Джеффри.

Хотя кричать было, в общем-то, совершенно не обязательно. Остальные приблизились к нему. «Е-12-25» — было выжжено на плите.

Сергей набрал код маркировки на гибком сенсорном экране, обернутом вокруг запястья.

— Поздравляю! Мы почти у цели! Там, — указал он направо, — метрах в сорока, находится аварийный люк, ведущий в ангар со спасательными ботами. В случае необходимости его можно выбить, просто дернув за рычаг. Но мы этого делать не станем. Мы войдем через вспомогательный шлюз, что находится рядом с аварийным люком.

Сергей оттолкнулся ногой от обшивки корабля, включил движок на минимальную тягу, потянул нос слайда на себя и поплыл вдоль корпуса. Остальные последовали за ним.

— А как мы откроем шлюз? — поинтересовался Джеффри.

Почему-то раньше вопрос о том, как они проникнут внутрь корабля, не приходил ему в голову. Одно дело — списанные и частично демонтированные корабли, брошенные на свалке. И совсем другое — невесть откуда взявшийся корабль-призрак. Вряд ли он ждет их, гостеприимно распахнув люки.

— В принципе, любой шлюз корабля легко открывается снаружи, — авторитетно заявил Сергей. — Этого требуют элементарные правила безопасности.

Они приблизились к аварийному люку. Большому, массивному и надежному, как врата в Запретный город. Квадратный люк был наглухо закрыт и выглядел так, будто его вообще ни разу не открывали. Чуть правее находилась врезка шлюзового люка. Пошарив лучиком фонарика по боковым скобам, Сергей потянул одну из них сначала на себя, затем в сторону. В металлической плите открылось небольшое квадратное оконце с кнопочным наборником внутри. Рядом желтой флуоресцентной краской был написан трехзначный код. Сергей набрал код, и шлюзовая заслонка беззвучно отошла в сторону.

Шлюз оказался достаточно большим для того, чтобы в нем поместились все четверо вместе со слайдами. Устроившись внутри, Сергей потянул вниз рычаг радом с дверью. Внешняя заслонка шлюза встала на место. На внутренней заслонке загорелся красный индикатор — заработала система продувки.

— Продувка работает вхолостую. Внутри корабля нет воздуха.

Через полминуты загорелся зеленый индикатор и внутренняя заслонка отошла в сторону, открывая проход в темные глубины «Дельта-Гермеса».

— А что, света здесь нет? — почему-то шепотом спросил Джеффри.

Оказавшись внутри корабля, он тут же припечатал ладонь к стене, чтобы погасить плавное, почти незаметное скольжение вперед. Ему почему-то совершенно не хотелось двигаться дальше. Тьма вокруг была настолько неестественно глубокой, что, казалось, готова поглотить любого, кто рискнет в нее погрузиться.

— Свет включается персональным пультом, который имеется у каждого члена экипажа, — объяснил Сергей. — Или из командного центра.

Поставив слайд на ребро, Герда повела им слева направо, освещая носовым фонарем внутреннее пространство. Из темноты выплывали и снова исчезали округлые бока стоящих ровными рядами спасательных ботов.

— Всё на месте. Команда не пыталась бежать с корабля.

— Однако здесь ее тоже нет.

— Эй, не начинайте снова! Мы здесь не за тем, чтобы разгадывать тайны. У нас слайдинг!

Перебирая руками скобы на стене, Сергей подплыл к двери, ведущей в глубь корабля, и дернул ручку. Дверь легко откатилась в сторону. Прежде чем вернуться, он включил фонарик на запястье и выглянул. Проход по другую сторону двери был достаточно широким, чтобы в нем могли разойтись двое человек. Правда, для этого одному из них пришлось бы прижаться к переборке. Сергей посветил фонариком сначала в одну сторону, затем в другую. Не встречая преграды, свет фонаря скользил по стенам и тонул в темноте.

— Все в порядке. — Сергей вернулся к остальным. — Переборки между отсеками открыты.

— Это очередное свидетельство того, что аварийной ситуации на корабле не было, — не преминула заметить Герда.

— На всякий случай, чтобы не было недоразумений, несколько напоминаний. Катаемся парами: я — с Сергеем, Герда — с Джеффом. Во время слайдинга связь только внутри пар. У нас с Сергеем — первый канал, у Герды с Джеффом — второй. В случае возникновения нештатной ситуации — общая связь по третьему каналу, как сейчас. Герда с Джеффом работают в носовой части корабля — это направо по коридору. У вас — мостик, командный центр, рекреационная зона, жилые помещения. Мы с Сергеем — в кормовой. Соответственно, налево. Там тоже находятся жилые каюты, а также машинное отделение, технические и вспомогательные службы, медицинская часть. На все про все у нас тридцать минут. Так что времени попусту не теряем. То есть, — указательный палец направлен на Герду, — собираем сувениры, а не пытаемся разгадать тайну исчезновения экипажа «Дельта-Гермеса».

Герда коротко кивнула.

— В случае возникновения проблем — любых проблем! — немедленно сообщайте по общей линии. Джефф, ты с нами впервые, так что эта информация главным образом для тебя: мы не рискуем попусту!

— Ты мне это уже говорил.

— И повторяю еще раз: никакого глупого ухарства! Мы просто развлекаемся. Пара все время должна иметь между собой визуальный контакт. В случае его потери — немедленная общая связь. Наши кислородные датчики настроены так, чтобы подать звуковой сигнал, когда воздуха останется ровно на пять минут. Где бы вы в этот момент ни находились и чем бы ни занимались, начинайте двигаться к точке встречи. Пяти минут достаточно для того, чтобы добраться сюда из любого конца корабля — если не возникнет непредвиденных проблем, вроде завалов, запертых дверей или поломки слайда. Возникла проблема — немедленно сообщить о ней по общей связи. Если одна пара вернулась на место встречи, а другой в назначенное время нет, следует немедленно перебраться на глиссер и вызвать спасателей. Хотя, скорее всего, смысла в этом уже не будет… Так что главное требование — это предельная осторожность и постоянный контакт со своим напарником. Все ясно?

— Да.

— Вопросы?

— Нет.

— Вспомогательные баллоны — на стену.

Слайдеры распределились вдоль стены, берущей начало от шлюза. Большие кислородные баллоны, прежде закрепленные на слайдах, с помощью магнитных захватов зафиксировали на переборке.

— Готовы?

— Да.

— Переключаемся на основные баллоны — и вперед!

* * *

Чего Джеффри никак не ожидал, так это того, что двигаться по переходам брошенного, погруженного во мрак корабля будет настолько жутко. Разумом он понимал, что бояться вроде бы нечего. Но какая-то совершенно необъяснимая, инфернальная жуть то и дело пробегала холодком по позвоночнику, отдавалась дрожью в суставах и заставляла оглядываться по сторонам. Размытые пятна от света фонарей, скользящие по полу и стенам, вкупе с невесомостью создавали ощущение нереального, вывернутого наизнанку пространства, похожего на то, что придумали Калаби с Яу. У Джеффри могло бы возникнуть желание махнуть на все рукой, в том числе и на то, как посмотрят на него после этого новые товарищи, и повернуть назад. Но Герда на своем слайде, занявшая на правах ветерана позицию ведущего, уверенно и с хорошей скоростью продвигалась вперед. Сосредоточившись на том, как бы не отстать, Джеффри почти забыл обо всем остальном. В конце концов, коридор, по которому они двигались, мало чем отличается от слайд-трека. Разве что темный.

— Где мы сейчас? — не останавливаясь, спросила Герда.

Джеффри посмотрел на гибкий дисплей, обернутый вокруг запястья.

— Зона «Семь-А». Каюты экипажа.

— В них мы ничего искать не станем.

— Почему?

— Потому что это личные каюты. Там личные вещи…

Джеффри надавил левой рукой на тормоза.

— Что?

Герда притормозила и развернула слайд. Ровно на столько, чтобы посмотреть назад.

— Давай только заглянем.

— Зачем?

— А вдруг здесь то же, что и на тех кораблях, о которых ты рассказывала?

— То есть?

— Не глупи. Только время потеряем.

— А мы быстро.

Джеффри направил носовой фонарь на ближайшую дверь. На табличке: «Лейтенант У.Цинк».

— Табличку тоже брать не станем?

— Нет.

Герда ногой толкнула дверную ручку. Дверь легко откатилась в сторону, и за ней открылся темный провал. Ожидая увидеть все, что угодно, Джеффри направил внутрь свет носового фонарика. Насколько можно было судить при беглом осмотре, в каюте все на своем месте. Гамак с тонким матрасом, стенной шкафчик с плотно закрытыми дверцами, откидной столик и вращающийся стул с крепящимися к полу ножками. На столе — толстая тетрадь или книга, прижатая зажимом, и прозрачный пенал с канцелярскими принадлежностями. Никакой мистики. Никаких загадок.

— Катим дальше!

Герда захлопнула дверь.

— Через две переборки будет рекреационный сектор. Комната для релаксации, спортивный зал и бассейн.

— Вот туда и заглянем.

Дверь в рекреационный сектор оказалась заперта. Герде пришлось поковыряться в замке отмычкой. Много времени это не заняло, благо замок оказался не хитрый, а некоторый опыт в этом деле у Герды имелся.

Едва свет фонарей упал в створ открытой двери, как оба слайдера невольно подались назад. Закрывая дверной проем, перед ними висело странное, бесформенное образование, тускло, будто из самых глубин, отражающее падающий на него свет. Оно медленно покачивалось, словно не решаясь двинуться вперед, но и не собираясь сдавать назад. Немного воображения — и можно увидеть в нем живое существо. Допустим, не агрессивное, но настроенное так, что сразу и не поймешь, что оно собирается делать.

— Кисель с молоком!

Герда резко развернула слайд и с размаха ударила ладонью по тому, что находилось за дверью.

Огромный бесформенный пузырь лопнул и рассыпался на два или три десятка мелких. Герда стряхнула с пальцев повисшие на них капли воды и заглянула внутрь помещения. Все внутреннее пространство отсека оказалось заполнено большими и маленьким водяными пузырями, неспешно, плавно перетекающими с места на место. Зрелище было завораживающее. Им можно было любоваться без конца, как летящими в ночное небо искрами костра.

— Зря только время потеряли! — Герда в сердцах хлопнула дверью. — Должно быть, когда отключилась гравитация, бассейн был заполнен водой!

— Выходит, никто не был к этому готов?

— Или никому до этого не было дела.

Герда резко развернула слайд, до предела вдавила клавишу скорости и полетела вдаль по коридору. Джеффри рванул следом за ней.

— Куда мы теперь?

— У нас осталось тринадцать минут! Катим прямиком на мостик! Там наверняка что-нибудь найдем!.. Вот! — Герда на скорости мазнула по стене светящимся маркером. — Сними бирку! А потом сразу за мной!

Джеффри резко затормозил у отметки.

К боковой переборке была приделана пластиковая бирка с эмблемой корабля и датой первого выхода из дока. Что ж, неплохая добыча. Герда молодец, сам бы он бирку, наверное, не заметил. Из закрепленной на поясе сумки Джеффри достал кусачки, аккуратно срезал клепки и спрятал находку вместе с инструментом.

К этому времени свет Гердиного фонаря исчез вдали. Джеффри стабилизировал слайд, собираясь последовать за ней. Но, прежде чем двинуться, он зачем-то оглянулся. Может быть, хотел убедиться, что темнота не смотрит ему в спину тысячью глаз. К своему удивлению, слайдер увидел тусклый свет в конце коридора. Сам не зная, зачем это делает, Джеффри автоматически погасил фонарь своего слайда. Свет в конце коридора стал отчетливым. Фонари. Не один, а по меньшей мере три. Значит, это не Сергей с Вадимом, зачем-то появившиеся здесь.

Кто же тогда?

— Герда, — негромко позвал Джеффри.

— Я в командном центре, — тут же отозвалась девушка.

— Здесь кто-то есть.

— Шутишь?

— Нет. Я вижу свет фонарей.

Герда среагировала моментально.

— Перехожу на общую частоту. Сергей! Вадим! Вы следуете за нами?

— Нет. А в чем дело?

— Кто-то движется за нами с включенными фонарями.

— Что?!..

— Я не шучу. Джефф, ты выключил свой фонарь? Сможешь добраться до меня, не включая его?

— Попробую.

— Герда! Джеффри! Что там у вас?

— Кроме нас на корабле находится кто-то еще!

Джеффри осторожно, плавно тронулся с места. Он двигался вперед в полной темноте, полагаясь только на интуицию. В принципе, это было не очень сложно. Нужно только держать слайд прямо…

Прямо…

— Я здесь!

Герда поймала его за локоть и потянула в сторону.

— Как ты меня увидела?

— Налепила на маску дак-фильтр. У тебя тоже должен быть в сумке.

Верно!

Джеффри двумя пальцами выудил из бокового кармашка самоклеющуюся пленку фильтра ночного видения, сорвал подложку и налепил на маску. Вышло чуть кривовато, но зато стало видно, что происходит вокруг. Может быть, не совсем все, но распластавшуюся на слайде Герду он видел отчетливо.

Джеффри осторожно выглянул в дверной проем.

По коридору, совершенно не таясь, шли люди. Фонари у них были такие яркие, что дак-фильтр не сразу среагировал, и Джеффри пришлось на несколько секунд закрыть глаза. Открыв их, он смог прикинуть примерное число гостей: человек восемь или десять. Одеты в одинаковые форменные скафандры повышенной защиты с треугольными нашивками на рукавах.

— Кто это такие, черт возьми? — шепотом спросил Джеффри.

— Служба Контроля, — так же тихо ответила Герда.

— Кто? — задал вопрос Вадим.

— Спецслужба, в задачи которой входит помощь при нештатных ситуациях. Например…

— Я знаю, — резко оборвал ее Вадим. — С чего ты взяла, что это контролеры?

— У них на рукавах шевроны с эмблемой СК.

Джеффри удивленно посмотрел на Герду. Та в ответ помахала зажатым в руке портативным электронным биноклем.

— Я их тоже вижу, — раздался голос Сергея.

— Что они здесь делают?

— Хороший вопрос.

Джеффри и Герда снова выглянули в коридор. Люди с фонарями были заняты каким-то своим делом. Слайдеров они не заметили. И им дела не было до того, что происходит вокруг. Время от времени они останавливались и крепили на стены небольшие серые коробочки с тускло мерцающими индикаторами. Пока одни делали свое дело в коридоре, другие ненадолго заходили в каюты. Потом снова выходили, менялись местами, переходили на другие позиции и доставали из сумок новые серые коробки.

— Нужно уходить, — подал голос Вадим. — Немедленно!

— Как? — спросила Герда.

Джеффри повел пальцем по дисплею на запястье. На экране загорелся план «Дельта-Гермеса».

— Из командного пункта есть выход на вторую палубу, ту, что над нами. Если контролеров там нет, мы сможем, прокатившись через научную лабораторию, изолятор и криокамеру, выйти к трапу, ведущему вниз. Спустившись по нему, окажемся чуть дальше входа в ангар со спасательными ботами. И, если там нет охраны, мы сумеем незаметно пробраться в ангар.

— Отлично, действуйте!

— А вы как?

— Тут неподалеку есть шлюз. Вылезем через него и доберемся до аварийной палубы вдоль борта.

— Может, вам сразу вернуться на глиссер?

— Кислорода не хватит.

Джеффри посмотрел на счетчик: кислорода в баллоне оставалось чуть больше, чем на пять минут. Для того чтобы вовремя добраться до аварийного ангара, двигаться придется на предельной скорости.

— Как у тебя? — спросил он Герду.

Та все поняла.

— Пять двенадцать.

— Вперед!

Джеффри включил фонарь на носу слайда. Конечно, опасно — так их могли заметить, — но быстро двигаться в полной темноте, ориентируясь лишь по расплывающимся контурам, что воспроизводил дак-фильтр, было невозможно. Зависание изображения даже надолго секунды, неизбежное в процессе декодирования, могло привести к аварии.

В ушах раздался резкий писк. Пять минут.

Выход на вторую палубу представлял собой вертикальную трубу с двумя металлическими поручнями. Сначала выбралась Герда. Джеффри передал ей слайды и вылез следом. Они оказались на небольшом пятачке, от которого в разные стороны расходились три коридора. Выглянув в один из них, Герда тут же отшатнулась назад.

— Они уже здесь, — сообщила она и посмотрела на счетчик.

Времени оставалось в обрез. Выбирать новый маршрут было бы чистым самоубийством.

— Герда? У вас проблемы? — спросил Сергей.

Джеффри выглянул в проход, рядом с которым на стене была нарисована пиктограмма, обозначающая научную лабораторию.

— Здесь пока чисто. Герда, быстрее!

Он покрепче ухватился за поручни слайда и «газанул». Слайд сорвался с места и понесся по коридору. Джеффри сосредоточил все внимание на том, чтобы не проскочить мимо нужного поворота.

— Впереди! — крикнула Герда.

Джеффри тоже видел свет фонарей в глубине коридора. Но он уже заметил и поворот, за которым находилась нужная дверь.

— Успеем!

Он погасил фонарь и еще крепче прижал клавишу к поручню. Хотя смысла в этом не было, слайд двигался на предельной скорости. Мысленно сосчитав до шести, он надавил клавишу тормоза и изо всех сил потянул на себя правый поручень. Получилось! Слайд развернулся почти на месте и точно вписался в левый проход, лишь слегка, самым краем левого крыла зацепившись за угол. Он тут же включил фонарь на запястье и увидел прямо перед собой Герду. Они находились так близко друг к другу, что едва не соприкасались масками. Да уж, следовало отдать должное этой девчонке: гонять на слайде она умела.

— Они нас заметили?

— Может быть.

Джеффри развернул слайд, наклонился и потянул за ручку дверь лаборатории. К счастью, та оказалась не заперта. Герда, наверное, смогла бы вскрыть замок отмычкой, но это займет время. А у них сейчас не было ни одной лишней секунды.

— Ребята, где вы?

— В лабораторном отсеке!

— Мы выходим из корабля. Так что какое-то время связи с нами не будет.

— Ясно.

Слайды с включенными фонарями стремительно скользили мимо длинных лабораторных столов, стеллажей с уснувшими, должно быть навсегда, приборами, мимо сенсорных экранов, вспыхивающих отраженными отсветами проносящихся мимо огней. Притормаживать приходилось лишь возле прозрачных двухстворчатых дверей, разделяющих лабораторные помещения. Фотоэлементы не работали, и нужно было ногой оттолкнуть одну из дверных створок. Изолятор, вход в который был отделен от третьей лаборатории коротким тамбуром, представлял собой узкий коридор с тремя запертыми дверями по левой стороне. Джеффри пришлось задрать нос слайда к самому потолку, чтобы не врезаться в очередную дверь, возникшую перед ним. Там находился коридор, по крутой дуге огибающий какое-то подсобное помещение и упирающийся в дверь криокамеры. Замка на двери не было, но она оказалась закрыта на пару хитроумных защелок, с которыми пришлось повозиться.

Внутри криокамеры находились три ряда ячеек для хранения био-образцов, расположенные вдоль правой стены, три застекленных бокса и два металлических стола, накрытых пластиковыми колпаками. Первый стол был пуст — лишь вспыхнули на миг-другой, скользнув по металлической плоскости, огни фонарей. Но на втором под колпаком находилось нечто такое, что заставило Герду нажать на клавишу тормоза и, упершись ногами в стремена, потянуть на себя поручни. Слайд с седоком перевернулся вверх днищем. И замер, зависнув над прозрачным пластиковым колпаком, под которым находилось то, чему не существовало названия. Что это могло быть? Живое существо или некое неорганическое природное образование? Больше всего оно напоминало гигантскую раздавленную медузу. С той лишь разницей, что было абсолютно черным. Тело, распластанное под колпаком, поглощало все фотоны, попадающие на его поверхность, а потому, казалось, не имело объема. Оно лепилось к металлической поверхности стола, будто нелепая фигура, вырезанная из черной бумаги. Но при этом — Герда готова была поклясться! — оно двигалось. Не перемещалось с места на место, а как будто перетекало в пределах заданной формы. Это было нечто макабрическое. От одной только мысли о том, что ты не в состоянии понять, что перед тобой, становилось жутко, пальцы рук начинали подрагивать, а икры сводила судорога.

— Герда! — обернувшись, крикнул Джеффри. — Ты что там застряла?

— Джефф… — Герда быстро провела языком по внезапно пересохшим губам. — Ты должен на это взглянуть…

— Это ты взгляни на счетчик! Дышать надоело?

В этом он прав: времени уже почти не оставалось.

Герда все еще содрогалась от необъяснимого, противоестественного ужаса, но ее тело само знало, что нужно делать. Оттолкнувшись ногой от потолка, она вместе со слайдом легла на бок и одновременно включила движок. Слайд полетел к двери, едва не касаясь стены.

Неподалеку от двери находился вертикальный колодец с трапом, ведущий на первый уровень. Джеффри бросил взгляд на счетчик: времени меньше минуты. Прижавшись всем телом к слайду он надавил на поручни и резко дернул вверх стремена. Слайд перевернулся носом вниз и на полной скорости нырнул в круглый колодец. Джеффри едва не взвыл от боли, зацепившись коленом о перекладину трапа. И все же ему удалось сохранить равновесие и на выходе из пике вернуть слайд в горизонтальное положение. Но, оказавшись в коридоре, который должен был привести их к аварийному шлюзу, Джеффри вдруг с ужасом понял, что не может сориентироваться и понять, в какую сторону двигаться дальше?

— Что встал?

Герда оттолкнула его плечом и рванула вперед по коридору. Джеффри ничего другого не оставалось, как только последовать за ней, надеясь: девчонка понимает, что делает.

— Мы уже на месте! В ангаре! Джефф! Герда! Где вы?

— На подходе!

— Кислород есть?

— Я же с тобой разговариваю…

Впереди замелькали фонари. Теперь они определенно светили в их сторону. А значит, слайдеров не могли не увидеть. Но выбора у них уже не оставалось. Так же, как и воздуха.

Следом за Гердой Джеффри влетел в предупредительно открытую дверь ангара. Вадим поймал его за локоть и протянул шланг с переходником. Сергей помогал девушке перейти на вспомогательный баллон с кислородом.

— Надо убираться отсюда! — Джеффри закрепил баллон на слайде. — Немедленно! Контролеры в коридоре!

— Нас тут больше ничего не держит.

Вадим подтолкнул его в сторону шлюза.

Выбравшись из корабля, слайдеры на предельной скорости рванули в направлении зачаленного на астероиде глиссера. Что, впрочем, нисколько не мешало им обмениваться впечатлениями. Казалось, все уже позади. Теперь уж точно. Все целы — это главное. А что сувениров почти нет — так это ерунда! Зато впечатлений куча! Страшное напряжение последних нескольких минут сменилось безудержным, почти истеричным весельем. Все говорили одновременно и хохотали без удержи, взахлеб.

Оказавшись внутри глиссера, слайдеры первым делом избавились от скафандров. Сергей прыгнул в кресло перед пультом и включил круговой обзор. Как и прежде, большую часть экрана заполняли бесформенные каменные глыбы. Никаких заметных изменений в их размещении не произошло. Да и с чего бы?

— Ладно, — Сергей включил режим предстартовой подготовки. — Убираемся отсюда!

— Постой! — поймал его за руку Вадим. — Корабль СК где-то поблизости!

— Ну и что?

— Они засекут нас, как только мы войдем в режим перехода.

— Верно.

— Ну и что? Они уже видели нас на «Дельта-Гермесе».

— Они не знают, кто мы. А если они сядут нам на хвост…

— Зачем мы им нужны? Мы ничего не сделали. Я лишь одну бирку отодрать успел!

Джеффри кинул на консоль пластиковый прямоугольник с эмблемой «Дельта-Гермеса».

— У нас пара авторучек с логотипом и пластиковый подстаканник. Вадим показал свою добычу.

— Так, кто выиграл? — лукаво прищурилась Герда.

— Ну, вообще-то у нас три предмета…

— Да, но это всего лишь одноразовые авторучки и пластиковый подстаканник.

— Эй, эй! — замахал руками Сергей. — Мы еще не дома!

— Сергей, ты можешь определить местоположение корабля СК?

— Естественно, — Сергей хмыкнул и включил автоматический поиск корабельного маяка в радиусе ста километров.

Через минуту, когда поисковик выдал отрицательный результат, он расширил зону поиска до двухсот километров. Чуть погодя — до трехсот. На большем расстоянии поисковик в автоматическом режиме не работал. Можно было попытаться провести выборочный ручной поиск в узком секторе пространства. Но, скорее всего, в этом не было смысла.