– Бетти! – завопила Флисс. – Кто это?

Она протянула сестре руку и потащила вверх, на палубу. Бетти перевалилась через борт, ловя ртом воздух. С нее лилась вода; она дрожала и часто дышала, глазами обшаривая взбаламученную воду.

– Где он? – закричала Бетти. – Куда он делся?

Теперь ничто не остановит бурю.

– Может быть, утонул? – тихо спросила Агни, заглядывая за борт.

Кэролин физически ощущала холодную ярость, исходящую от Рэйсы. Рэйса выпустила её и скрылась в другой комнате. Сняв со стены винтовку, она прошла в кабинет, разбила торцом стекло и прихватила коробку пуль. Кэролин в ужасе наблюдала за её действиями.

Парнишка всплыл перед лодкой и закашлялся. Лицо покраснело – то ли от злости, то ли от нехватки воздуха, не понять. Когда он снова ушел под воду, стало ясно, что происходит.

– Нет, нет, ты не можешь! – помчалась Кэролин к Рэйсе, когда та зарядила оружие и щелкнула затвором. Рэйса не видела и не слышала её.

– Он тонет, – охнула Флисс. – Бетти, кинь ему спасательный круг!

Это случилось в одно мгновение. Их мир рухнул, когда Андреас вошел через одну дверь, в то время как Мэтт – через другую.

– У нас нет спасательного круга! – крикнула Бетти.

Кэролин пыталась остановить Рэйсу, и рука женщины ударила её, опрокинув на пол в тот момент, когда появился Саймон. Мальчик увидел падение матери и кровь, собирающуюся в уголке её рта.

Ее вдруг охватил страх. А что, если парень из-за нее попал в беду? Она хотела застать его врасплох, но не собиралась причинять никакого вреда.

Рэйса направила оружие на Мэтта, и Андреас бросился к ней. Прозвучал выстрел в воздух. Мэтт оказался рядом с ней, когда она уже вырвалась от Андреаса. Рэйса нанесла мужчине удар в живот торцом винтовки, и он, задыхаясь, упал на колени. Она дико вскрикнула и ударила его по голове. Когда Мэтт упал, по полу разлилась лужа крови.

– Тогда веревку! – Флисс шарила по палубе, раскидывая вещи в разные стороны. – Нельзя дать ему утонуть!

Пока Андреас и Кэролин в ужасе смотрели, как она снова взводит курок, чтобы пристрелить Мэтта, Саймон закрыл собой отца. Рэйса направила винтовку ему в грудь.

– Уйдите от моего папы! – крикнул Саймон на пределе легких.

– Веревки тоже нет. – Бетти про себя ругала отца за то, что он так плохо снарядил лодку. Под руку подвернулась сеть, которой они собирали блуждающие огоньки. Перегнувшись через борт, она кинула ее пареньку: – Лови! Я тебя вытяну.

Ненависть в глазах мальчика ошеломила её. Воспользовавшись её замешательством, Андреас подошел сзади и забрал винтовку из её рук.

– Я ненавижу Вас! Ненавижу! Вы сделали папе больно. Мама, мамочка, – кричал Саймон.

Он успел гневно на нее взглянуть, явно отказываясь от предложенной помощи, и опять пошел ко дну. Затем с жутким булькающим звуком всплыл, сдался и схватился за сеть. Бетти осторожно подтягивала ее, пока парень не оказался прямо под ними.

Внезапно Рэйса заметила на полу Кэролин, из носа и разбитой губы которой текла кровь.

Теперь, когда она смотрела на него в упор и морская вода смыла грязь, было видно, что загар у него еще более золотистый, чем казалось сразу, а на груди начали пробиваться волоски. На шее мальчишки болтался тонкий кожаный шнурок с остроконечной раковиной кремового цвета. Что, ворона его заклюй, он тут делал совсем один?

Рэйса была как в тумане. Она оглянулась вокруг, и внезапно осознала весь ужас содеянного. Её мир рушился у неё на глазах. Она тяжело оперлась на брата.

– Возьми меня за руку. – Она старалась говорить как можно строже. – Все в порядке. Ты просто наглотался воды.

Кэролин подошла к Саймону, который разрыдался у неё на руках.

Парень схватил ее руку. Бетти приготовилась его тянуть… и ахнула, когда он с неожиданной силой дернул ее вниз. Слишком поздно она заметила нахальную ухмылку и решимость в его удивительных золотистых глазах. Потеряв равновесие, она вывалилась за борт и полетела головой вниз.

– Она и тебе сделала больно, мама. Я хочу уйти отсюда. Она убила моего папу, она убила папу!

Соленая вода обожгла глаза и хлынула в рот, разинутый от растерянности. Бетти и забыла, как это мерзко, когда вода заливается в нос. Горло саднило от боли и унижения. Ну конечно, он умеет плавать! Просто обманул! Из всех подлых, отвратительных поступков этот…

Мэтт пошевелился и застонал. Из его головы текла кровь.

Она выплыла на поверхность как раз вовремя, чтобы увидеть, как парень подтягивается на руках и перелезает через борт. Флисс и Агни замерли на месте, и Бетти тут же поняла, что он собирается скинуть всех за борт и забрать лодку.

– Папа!

– НЕТ! – взревела она и снова закашлялась, отплевываясь водой. Она поплыла к лодке, но тело, ослабевшее от встряски, плохо слушалось. Парень уже приближался к Флисс. Та смотрела на него, словно испуганная лань.

Саймон покинул объятия матери и бросился к отцу. Мэтт медленно сел.

Кэролин в оцепенении смотрела на Рэйсу. Их глаза на мгновенье встретились, и Кэролин отвела глаза. Всё было кончено.

Бетти добралась до лодки и ухватилась за борт, но понимала, что уже не успевает. Последовала пауза: взгляд парня задержался на лице Флисс – а потом, к изумлению Бетти, с этого лица сошел всякий испуг. Флисс пригнулась и отcкочила в сторону. Одним стремительным движением она схватила вторую сеть, взмахнула ей и накинула парню на голову.



Тот удивленно взвыл, когда Флисс с силой толкнула его и скинула за борт. Потом втянула сеть обратно, подхватила Бетти и помогла взобраться на палубу.

– А эта штука может пригодиться в «Потайном кармане» под вечер, – заметила Флисс, оглядывая сеть. – И я даже ноготь не сломала!

***



Бетти не сдержала улыбку.

Сестры настороженно наблюдали за парнем, который барахтался в воде и изрыгал проклятия. Сплюнув сквозь зубы, он угрюмо воззрился на них.

Внезапно окружающие звуки ворвались в её голову. В комнату вбежало несколько слуг в сопровождении Ноны. Саймон рыдал. Кэролин сидела на полу как неживая, а Андреас держал сестру сзади.

– Кто ты? – спросила Бетти. – Почему ты за нами шпионил?

Рэйса стояла на ногах лишь благодаря поддержке Андреаса.

– Это моя работа. – Он снова сплюнул и чуть не окатил ее водой.

Отступив на пару шагов, Бетти пристально посмотрела на него и скрестила руки на груди:

Нона приказала слугам закрыть все двери и окна и не впускать других гостей. Выстрелы разбудили многих, и гул голосов приближался.

– Ты сейчас провернул очень подлый трюк.

Андреас очнулся первым. Он развернул Рэйсу и усадил её на ближайший стул. Она не двигалась. Он поверил, что она всё еще в шоке. Когда он отпустил её, она вскочила и бросилась к Кэролин.

Парень пожал плечами и сощурился, глядя на Флисс:

– Кэролин! Кэролин! – кричала Рэйса, пока Андреас тащил её назад.

– Ее трюк тоже подлый.

– Кто ты? – повторила Бетти, не особо рассчитывая на ответ.

С истеричными криками Саймон потянулся к матери:

– Плюй, – сказал он.

– Мама! Мама!

– Не буду я плеваться, – вознегодовала Флисс. – Это гнусная, омерзительная привычка!

– Кэролин! Пожалуйста… Пожалуйста, Кэролин! – продолжала просить Рэйса.

– Да нет же! Плюй, – сказал он. – Меня так зовут. – Повернул голову и сплюнул, на этот раз в другую сторону.

– Плюй? – недоверчиво переспросила Бетти. – Не может быть, чтобы тебя действительно так звали! Разве есть такое имя? Это же прозвище.

Мэтт попытался подняться. Нона приказала одному из слуг помочь ему сесть на диван, а сама направилась к Рэйсе.

– Никакое не прозвище. – Кажется, его задело за живое. – Другого имени у меня нет, ясно вам?

– Mi angel…ella no es para ti, – Мой ангел… она не для тебя, сказала Нона мягко, пытаясь обнять Рэйсу.

– Так кто ты такой? – спросила Бетти. – Не считая того, что плохой дозорный?

– Yo la amo….ella es mia Nona. Yo la amo! – Я люблю её… она моя, Нона. Я люблю её! – умоляюще кричала Рэйса.

– Почему это плохой? – возмутился Плюй.

– Ты оставил рубашку сушиться около иллюминатора, – сказала Бетти. – Это тебя и выдало.

– No mi angel…ella no es para ti, – Нет, мой ангел… она не для тебя, крепко удерживая её, убеждала Нона.

Плюй пожал плечами:

Рэйса позволила воплю вырваться наружу, выпуская всю боль, что была у неё внутри, и разрыдалась на руках у Ноны.

– Сюда кто только не лезет, и все ищут что-то. Пытаются взять то, что им не принадлежит. Но большинству для острастки хватает таблички.

– Yo la amo….Yo la amo, – Я люблю её… я люблю её, всхлипывала она как ребенок.

Без всякого предупреждения он снова ловко подтянулся и запрыгнул на палубу – прежде чем они успели что-то сказать. Бетти шагнула назад. Плюй был сильнее и выше. И в глазах читалось, что больше его не застать врасплох.

Она упала на пол, и Нона опустилась рядом с ней на колени, снова обняла её и стала укачивать в своих объятиях.

– И что ты хочешь этим сказать? – уточнила она.

Андреас подошел к Кэролин и помог ей подняться. Их глаза на миг встретились. – Я думаю, всё еще можно исправить, – прошептал он ей.

– Хочу сказать, что те, кто попытается ограбить корабль, за это поплатятся, – пояснил Плюй. – Тут все наше.

– Нет … ничего не выйдет, – Кэролин прижала Саймона к себе и направилась к Мэтту.

– Чье? – робко спросила Агни.

– Моей команды, – сказал Плюй не без гордости. – Ржавых проныр.

– Так это ваши сокровища там лежат? – брякнула Бетти.

Флисс и Агни ахнули:

– Там что, сокровища?

Плюй вздохнул, покачал головой, с которой стекала вода, и шагнул к Бетти. Она инстинктивно подалась назад, осознавая ошибку. Зачем, ну зачем она упомянула сокровища?

– Ну, то есть у вас наверняка там что-то лежит, правда? – попыталась выкрутиться она. – Не то чтобы я что-то разглядела, там было так темно… – Она умолкла, встревоженная тем, как помрачнел Плюй.

– Я надеялся, что ты ничего не видела, – сказал он. – Ржавые проныры… они не любят, когда люди говорят о них или что-то разнюхивают.

– Я ничего не видела! – запротестовала Бетти, но и сама слышала, как неубедительно это звучит. – Я ничего не знаю!

– Видела, – вздохнул Плюй. – И боюсь, что это… все усложняет.

Флисс положила руки Агни на плечи.

– Мы не хотим неприятностей, – мягко сказала она. – И никому не желаем зла – мы и сами достаточно натерпелись. Просто забудь, что нас видел, и мы уберемся отсюда.

Бетти видела, что Плюй колеблется. Посмотрел в теплые карие глаза Флисс и опустил взгляд.

– Простите, – сказал он наконец. – Но вы знаете слишком много. Я не могу вас отпустить.

Глава 15. Пираты!

Флисс несколько раз моргнула, взмахнув длинными ресницами. Но Плюй определенно преисполнился решимости на нее не смотреть.

– Так, слушай, – нетерпеливо отчеканила Бетти. Раз обаяние Флисс не сработало, оставалась только прямота. – Нас больше. Если мы захотим уплыть, ты не сможешь помешать. Даже и пытаться не стоит.

Плюй переступил с ноги на ногу и дважды сплюнул. Флисс поморщилась.

– Я, может, и не смогу, – угрюмо сказал он. И махнул рукой вдаль, за корабль, в сторону зубчатой каменной гряды. – Но они смогут. И уж поверьте, их больше, чем вас. Намного больше.

Бетти затаив дыхание посмотрела на скалы. Но ничего не увидела – только сверкающую на солнце гладь воды.

– Это какая-то уловка? Там никого нет!

– Значит, скоро появятся, – сказал Плюй почти извиняющимся тоном.

И Бетти увидела: продолговатый нос большого корабля появился из-за скал. Значит, все это время он скрывался там от глаз.

– Отсюда непонятно, какие эти скалы высокие, – тихо сказал Плюй. – Расстояние обманчиво.

Бетти нервно сглотнула. Увидела, как напряглись плечи Флисс: сестра тоже заметила корабль. Вместе они смотрели, как тот неумолимо приближается.

– Откуда они узнали? – сдавленно спросила Бетти. – Ты им подал какой-то сигнал, да?

– Он не мог! – возразила Флисс. – Мы же с него глаз не спускали…

– Я даю им сигнал, когда все спокойно, – сказал Плюй. – Каждый час. – Он кивнул на смятый парус, свисающий с мачты разбитого корабля. – Одна из этих веревок протянута до самого вороньего гнезда. Достаточно дернуть за нее, и парус поднимется. Так они и узнают, что все тихо. Если парус не поднимается – значит, что-то не так.

– И что же… что же с нами теперь будет? – спросила Агни, испуганно глядя на приближающееся судно. Она стала ужасно белой, почти прозрачной. Бетти ощутила внезапный позыв защитить ее.

– Трудно сказать, – ответил Плюй. – Когда тут последнего человека отловили – заставили прогуляться по доске…

– По доске? – переспросила Бетти. Она слышала про эту страшную казнь. – А ну-ка погоди. – Ее тревога постепенно перерастала в панику. – Если ты все время подслушивал, ты знаешь, что мы не собирались ничего брать. Нам не нужны ваши сокровища. Мы пришли сюда только за одним.

Плюй поскреб в затылке и осмотрел свои ногти.

– Может, увидят, что вы еще совсем зеленые, и будут с вами помягче. Но, вообще, все зависит от их настроения.

– От настроения? – переспросила Бетти. Возмущение вытеснило страх. – От настроения? Знаешь, какое у меня настроение? Отвратительное! Нашу сестру похитили, а нас с минуты на минуту возьмет в плен шайка каких-то… пиратов!

Она шагнула вперед и ткнула Плюя кулаком в грудь. И, сверля его глазами, резко добавила:

– Мы уходим. А когда они сюда доберутся, скажешь, что мы хотели полюбоваться на затонувший корабль, только и всего. Скажешь, что заснул и поэтому не поднял парус…

– Не могу я такое сказать! – рявкнул он. Щеки его покрылись багровыми пятнами и багровели еще сильнее, как только он оглядывался на корабль. Тот уже вышел из-за скал, было видно, как паруса наполняются ветром. – Я дозорный, чуть ли не самая жалкая работа! Если скажу, что заснул, они решат, что от меня вовсе нет проку.

– Тогда скажи, что мы остановились спросить дорогу… что наш якорь зацепился за парус и ты не мог его поднять, – умоляюще сказала Флисс. – Пожалуйста, не выдавай нас.

Плюй посмотрел ей в глаза. На лбу и над губой у него блестел пот.

– Слушайте, будь моя воля, я бы вас отпустил, но тут они решают, а не я, – бесцветным голосом произнес он. – Они насторожились, как увидели, что парус не поднялся. Если попробуете уйти, мигом вас перехватят.

– Но мы же ничего не сделали, – запротестовала Агни.

Плюй отправил за борт еще одну струйку слюны. Бетти начала подозревать, что эта привычка усугубляется, когда он нервничает.

– Знаю, – сказал он. – Вам их надо убедить, не меня.

– Но с чего нам их убеждать? – сердито спросила Бетти. – У твоей команды не больше прав на этот корабль, чем у нас!

– Это море, – глухо сказал Плюй. – Тут одно правило: побеждает сильнейший.

– Да неужели? Что ж, возможно, правила пора менять. – Бетти взглянула на Флисс, надеясь, что та и без слов поймет ее задумку. Флисс едва заметно кивнула. – Видишь ли, Плюй, мы умеем кое-что необычное, – продолжила Бетти. – Умеем исчезать без следа. Так что предлагаю продумать свой рассказ, прежде чем они окажутся здесь и тебе придется отвечать на множество неудобных вопросов.

– А? – Плюй посмотрел на Флисс, потом снова на Бетти. – Исчезать? О чем это вы?

– Растворяться в воздухе. – Бетти щелкнула пальцами. – Раз – и нету. Удивительная штука.

– Но как… – начал он и затряс головой. – Это невозможно. Никто не умеет исчезать. – Он тревожно покосился на приближающийся корабль. – Слушайте, может, вы думаете, что самые хитрые, раз у вас есть на лодке тайник какой-то или вроде того, но поверьте: если вас найдут, если узнают, что вы их провели, мы все покойники.

У Бетти свело живот от страха.

– Нас не найдут, – наконец сказала она. – Если будешь держать рот на замке, ни с кем ничего не случится.

– А как же ваша лодка? – недоверчиво нахмурился Плюй. – Тоже исчезнет?

– Нет, – ответила Бетти. – Только мы. Пусть считают лодку своим трофеем. Это ненадолго.

Она стиснула зубы. В голове бешено вращались шестеренки: рождался план. Дерзкий, безумный план, который зависел от каждого из них. Она бросила отчаянный взгляд на корабль, который подходил все ближе, потом на Флисс. Времени оставалось в обрез.

– Ответь честно только на один вопрос: этим утром тут был еще кто-нибудь кроме нас? Двое мужчин в форме стражников и маленькая девочка?

– Стражники? – поразился Плюй. – Что вы такое натворили?

– Это не настоящие стражники, – вмешалась Флисс. – Это самозванцы, и они похитили нашу сестру. Ответь нам, пожалуйста.

Плюй покачал головой:

– Нет. Вы единственные, кто тут был со вчерашнего заката.

– Клянешься? – строго взглянула на него Бетти.

Он плюнул на пальцы и поднял руку над головой:

– Даю слово. Кроме вас, не видел ни души.

У Бетти перехватило дыхание. Она почувствовала то ли страх, то ли облегчение – а может быть, и то и другое сразу. Облегчение от того, что они не разминулись с Чарли; страх от того, что с тех пор, как сестренка покинула «Потайной карман», о ней не было ни слуху ни духу.

– А ты? – спросил Плюй с сомнением. – Ты говоришь правду? Я слышал разные истории и видел всякие диковинные вещи, но не настолько диковинные, как то, что вы якобы умеете.

– Я докажу, – пообещала Бетти. – Дай мне что-нибудь свое, скорее. Например, вот эту ракушку с шеи.

Плюй неуверенно протянул ей ракушку:

– Главное, верни…

– Не бойся, не украду.

– Бетти! – Флисс предостерегающе на нее посмотрела.

– Все в порядке, – пробормотала Бетти.

Она вовсе не собиралась показывать Плюю матрешек и выдавать секреты. Пусть себе гадает. Немного таинственности им будет только на руку. Поспешно прихватив одежду, она побежала в рубку.

– Ты куда? – спросил Плюй. – Стой так, чтобы я тебя видел!

– Мне надо одеться, – сказала Бетти, надеясь, что это прозвучало достаточно церемонно.

Плюй отвел глаза:

– Только давай побыстрее.

В рубке Бетти первым делом проверила, на месте ли огонек. Тот по-прежнему светился в старой масляной лампе. Бетти почувствовала, что накатывает паника. План еще не до конца сложился, а в нем уже появились дыры – из-за огонька, который невозможно спрятать. Она накрыла лампу тряпкой и натянула одежду. Паниковать было некогда.

Убедившись, что ее собственный волос лежит во второй матрешке, Бетти осторожно положила ракушку в третью – где уже лежали волос Флисс и козявка из носа Агни. Закрыла обе, а следом и первую, но выравнивать половинки не стала. Спрятала матрешек в карман, нащупала пальцем ключ, вырезанный на деревянном боку куклы, и вышла на палубу.

Она вздрогнула, когда увидела, как близко подобрались Ржавые проныры. Уже можно было различить крошечные фигурки на палубе, множество крошечных фигурок, и Бетти поняла, что время не ждет. Если они видят пиратов, то и пираты могут их увидеть.

– Посмотри на свое отражение в воде, – велела она Плюю.

– Снова какая-то уловка? – с подозрением спросил он. – Опять меня толкнешь, и я…

– Просто посмотри, – отрезала Бетти. – В воде или в стекле рубки, неважно. Найди, в чем отражаешься.

Плюй скрестил руки на груди и уставился в стекло:

– Ну давай.

Бетти глубоко вдохнула и беззвучно зашевелила губами – со стороны казалось, будто она шепчет заклинание.

Рука в кармане возилась с матрешкой – совмещала половинки ключа. Бетти глядела на отражения в окне, не прекращая шевелить губами. В тот момент, когда половинки выровнялись, отражения пропали: в стекле остались только небо и море.

– Ч-что? – запинаясь, проговорил Плюй. Он непонимающе уставился сначала на окно рубки, потом на Бетти. Повернулся к Флисс, к Агни, снова к окну. – Ничего не п-понимаю… Я вас вижу, но в отражении нас нет!

– Мы все исчезли, – объяснила Бетти. – Мы можем друг друга видеть, а все остальные не могут.

Плюй подошел к окну, приставил к нему руки и заглянул внутрь:

– Это какой-то…

– Это не фокус, – сказала Бетти. – Все по-настоящему. Посмотрись в воду, если мне не веришь.

Он с подозрением на нее взглянул, подошел к борту и посмотрел вниз. И поднял голову еще больше ошарашенный.

– Мы теперь невидимки, все четверо, – подтвердила Бетти.

Она с отчаянием наблюдала за пиратским кораблем. Галки-нахалки, да сколько народу в его экипаже? Казалось, что с каждой секундой на борту появляются все новые и новые люди, и при виде каждого по спине пробегал холодок. Времени почти не осталось. Требовалось быстро соображать.

– Ладно, слушайте, – обратилась она ко всем. – Плюй, я снова сделаю тебя видимым. Я придумала для тебя историю. Скажешь, что кто-то из нас нырнул за сокровищами и попал в беду. Остальные отправились на поиски, но никто так и не всплыл.

– Ох, Бетти! – в ужасе воскликнула Флисс и быстро сделала знак вороны. – Нельзя так говорить! Не искушай судьбу!

– Можно, если это спасет нам жизнь, – мрачно возразила Бетти. – Это наш единственный шанс выпутаться и никому не навредить. – Она посмотрела Плюю в глаза: – Включая тебя.

Плюй шумно сглотнул.

– А что, если они вас обнаружат? Или поймут, что я вру? Добром не кончится. Вы их просто не знаете. – У него задрожал голос. – Я такое уже видел. Предательство – худшее, что может совершить пират. Я… я не могу.

Он выпятил подбородок, стараясь казаться решительным и непреклонным, но Бетти видела, что это далеко не так.

– Придется, – сказала она. И, улучив момент, когда Плюй отвернулся к морю, вынула раковину из матрешки и положила в карман. Быстро закрутила кукол, чтобы они с Флисс и Агни снова растворились в воздухе, и добавила: – Потому что иначе я сделаю так, что ты исчезнешь. Навсегда.

Заметив, что снова отражается в стекле, а все остальные пропали, Плюй вздрогнул:

– Что?

– Я навсегда сделаю тебя невидимым. Не думаю, что твои дружки-пираты это оценят.

– Ну, не знаю, не знаю, – сказал Плюй. Глаза у него так и бегали. Теперь, когда его собеседницы пропали, он явно чувствовал себя не в своей тарелке. – Может, команде как раз понравится, что среди них есть невидимка. А мне по меньшей мере не придется снова втискиваться в это вонючее воронье гнездо.

Бетти, не ожидавшая такого, колебалась. На выручку пришла Флисс.

– Некоторым, может, и понравится, – сказала она. – Но пираты – суеверный народ, так ведь? Вряд ли они будут рады про́клятому члену команды. Ты станешь изгоем. Одиноким голосом, затерянным в море, – немногим лучше блуждающего огонька.

– Ну нет. – Плюй снова скрестил руки на груди, хотя на лице его мелькнула тень сомнения. – Все равно не могу. Я дал присягу, поклялся Ржавым пронырам, что буду одним из них. И должен хранить верность им, а не вам. – И тихо, едва слышно прибавил: – Что бы они ни делали. И как бы туго вам ни приходилось.

– Какая досада! – Флисс щелкнула языком. – Обидно быть невидимкой, когда ты такой… симпатичный.

Плюй выпятил грудь, словно голубь:

– С-симпатичный?

– Очень, – промурлыкала Флисс.

Со лба у него скатилась капля пота. Плюй смахнул ее и взглянул на корабль Ржавых проныр.

– Ну ладно! – буркнул он. – Сделаю, как просите. Но если вас найдут, я на себя вину брать не стану! Скажу, что вы и меня обвели вокруг пальца.



– Договорились, – проворчала Бетти в ответ, благодарная сестре за ее обаяние.

– Бетти, – выдохнула Флисс, оцепенев при виде надвигающегося корабля, – они уже почти здесь. Что делать с лодкой? Даже если мы останемся на ней, пираты ее заберут! Это наш единственный шанс спасти Чарли, и мы его лишимся!

***

– Не лишимся, – тихо сказала Бетти. Во рту у нее пересохло от соли и страха, и она, сама себе не веря, произнесла: – Потому что мы разделимся.



– С ума сошла? – прошипела Флисс. – Мы уже потеряли Чарли! А теперь еще и тебя потерять? Ни за что! Я категорически против.

– Флисс, придется, – настаивала Бетти. – Другого выхода нет. Вы с Агни останетесь на лодке, невидимые, и спрячетесь. При первой же возможности, когда Ржавые проныры потеряют бдительность, сбежите и вернетесь ко мне.

Андреас взял всё на себя. Для Рэйсы время, казалось, остановилось. Она знала, что всё было кончено. Она видела это в глазах Кэролин. И всё же она не могла принять этого.

– А где будешь ты? – спросила Флисс. – Неужели ты думаешь, что все получится?

Рэйса внезапно пришла в себя и поняла, что потеряла счёт времени. Она знала, что вызывали доктора, и Мэтт оправится от сотрясения. Она не убила его. Он забрал у неё все, что имело для неё значение, и теперь она ненавидела его больше, чем когда–либо. Она поняла, что Кэролин уедет с ним. Так же, как это сделала её мать… и она никогда больше не услышит её, не вдохнет её аромат, не почувствует её вкус. Она знала, что должна найти Кэролин. Она должна была найти Кэролин прямо сейчас!



– У нас нет выбора, – сказала Бетти. – Если появится Чарли… когда появится Чарли, – поправилась она, – кто-то из нас должен поджидать здесь. Я останусь на «Компасе колдуна».

***



– Это, возможно, худший из всех твоих планов, Бетти Уиддершинс, – дрожа, пробормотала Флисс.

Она вышла из комнаты, поставив перед собой цель. Она должна была найти Кэролин, должна заставить её остаться. Она не позволит ей уйти. Она заставит её…

– Другого плана у нас нет, – сказала Бетти. – Если мы хотим найти Чарли, придется ему следовать.

Рэйса тряхнула головой. Она чувствовала, что теряет контроль. Все, что она знала наверняка, что её жизнь без Кэролин не имеет смысла. Она не была готова к этому. Она была полна эмоций, неукротима и свободна.

– Но…

– Никаких «но», – яростно прошептала Бетти. – Нет времени. Они уже здесь.

Она обыскала весь дом, затем выбежала на веранду, которая тянулась по всему второму этажу. Повернув голову, она увидела силуэт Кэролин. Инстинктивно Кэролин обернулась в тот же самый момент. Их глаза встретились: в одних была неуверенность, другие были полны печали.

Рэйса оказалась перед Кэролин прежде, чем та сумела вздохнуть. Рэйса протянула руку, и Кэролин отступила назад.

– Нет, – отрезала она.

Глава 16. Живыми или мертвыми

Рэйса так и застыла с протянутой рукой, и приглушённый крик сорвался с её губ.

Корабль, разрезая волны, шел к ним. С каждым порывом ветра, раздувающего красные паруса, он вырисовывался все отчетливее.

– Не подходи…

«Красные, – мрачно подумала Бетти. – Цве́та опасности. Цве́та крови».

Кэролин только тряхнула головой, когда слезы полились из глаз.

На самом большом парусе был изображен вороний скелет. В клюве мертвая птица сжимала ключ, как будто предупреждала: «Мы доберемся до ваших сокровищ. И… мы откроем любой замок и заберем все, что найдем».

– Я не могу остаться здесь… постарайся понять, – убеждала она сквозь слёзы.

В памяти прозвучало бабушкино предостережение – так же ясно, как и в тот день, когда Бетти его услышала. С этими словами бабушка отдала ей волшебных матрешек:

Внезапно замолчав, она пыталась подавить рыдания.

«Подобные предметы нельзя использовать безответственно, особенно в таком месте, как Вороний Камень. Здесь большинство жителей так или иначе связаны с заключенными. Это опасные люди, они на все пойдут, чтобы завладеть такими вещами…»

Рэйса подошла к ней и грубо обняла её. Она попыталась найти губы Кэролин, но та оттолкнула её.

– Нет! – Кэролин снова оказалась на безопасном расстоянии. – Нет! Одного желания не достаточно! Я не могу остаться здесь! Куда бы я ни посмотрела… вокруг меня сплошная жестокость… этот круг насилия никогда не разорвать, – Кэролин положила руки на живот. – Я не буду рожать ребенка в этой стране… Я не могу так жить, – рыдала она.

Сестры на собственном горьком опыте убедились, что бабушкины страхи оправданны, когда один из заключенных похитил Чарли, чтобы с помощью ее магии совершить побег. В то время мысль об узниках Вороньего Камня нагоняла страху, но теперь Бетти понимала, что есть в мире куда более страшные вещи – и люди. Узники, по крайней мере, сидели за решеткой. А здесь, в открытом море, некому было держать в узде Ржавых проныр. Они сами устанавливали себе законы и ни перед кем не отвечали.

– Мы можем вместе уехать из Венесуэлы… Я отправлюсь за тобой, куда бы ты ни пожелала! – просила Рэйса.

Кэролин видела отчаяние в её глазах.

– Скорее, прячьтесь, – велела она Агни и Флисс, чувствуя, как сжимается сердце. – С минуты на минуту здесь все будет кишеть пиратами! Помните: они могут вас услышать или коснуться. Если найдут, вам не жить!

– Нет… я не могу… – сказала Кэролин мягко и опустила глаза.

На один жуткий миг ей показалось, что Флисс в таком ужасе, что не может двинуться с места. Бетти в отчаянии пихнула ее:

– Не можешь или не хочешь?

– Ну давай же!

Флисс наконец встряхнулась и подтолкнула Агни под скамью, а сама – благо тоненькая и ловкая – залезла под соседнюю.

Рэйса не пыталась снова прикоснуться к ней. Через несколько минут Кэролин подняла глаза и была поражена видом стоящей перед ней новой женщины.

Бетти прокралась мимо Плюя, задев его краем одежды и заметив, что он дернулся. Осторожно, чтобы не выдать себя всплеском, опустила ноги в воду. Юбка и чулки тут же намокли и потянули ее вниз. Сделав глубокий вдох, Бетти погрузилась в воду. Над ее головой Плюй тревожно мерил шагами палубу «Дорожной сумки». Он трижды плюнул в море – бульк-бульк-бульк.

Эта новая Рэйса была холодна и полностью владела собой. Она сделала несколько шагов к перилам веранды, а затем медленно обернулась.

Бетти вплавь обогнула огромный полузатопленный корпус корабля. Возле таблички-предупреждения, оставленной Ржавыми пронырами, она уцепилась за обрывок такелажа и полезла вверх. Если удастся вскарабкаться достаточно высоко, можно будет увидеть, как там Агни и Флисс. Бетти знала, что для пиратов они невидимы, но ей нужно было убедиться. С той стороны «Компаса колдуна» уже слышался гул голосов.

– У компании есть филиал в Техасе. Мэтт там преуспеет. Он получит легкую работу, от которой не сможет отказаться. Твой сын будет жить в цивилизованной стране, а твой будущий ребенок станет американцем. Ты превратишься в одну из многих \"Копеко\"-жён. Твой муж изредка будет крутить интрижки, а затем возвращаться домой и трахать тебя, когда у него будет время.

Кэролин безмолвно стояла, потрясенная этой речью.

А вот о чем она не подумала – так это о воде, которая с журчанием полилась с промокшей одежды в море. Этот звук показался Бетти кошмарно громким, способным ее выдать. Она замерла и подождала, пока поток не превратится в тонкую струйку. Потом осторожно взялась за подол и принялась его отжимать. Вода побежала вдоль наклонного борта, к счастью, уже беззвучно.

– Рэйса… – начала она.

Рэйса подняла руку, призывая её к тишине.

Бетти вскарабкалась повыше. Черное сухое дерево, теплое от солнца, согревало продрогшее тело. Она миновала разложенную рубашку Плюя и остановилась на краю, откуда было видно мачту и воронье гнездо. Пиратский корабль подошел совсем близко и встал почти бок о бок с «Дорожной сумкой», хотя старался держаться на безопасном расстоянии от скал, погубивших «Компас колдуна». Корабль Ржавых проныр был таким же огромным, как «Компас», – лодка семьи Уиддершинс на его фоне казалась крошечной.

– Не нужно меня благодарить. Однажды ты проклянешь меня. Потому что это твоё наказание, Кэролин… Ты проклянёшь меня за это.

Кэролин в страхе отступила перед этой незнакомкой.

У Бетти душа ушла в пятки, когда она пригляделась к пиратам, сновавшим на палубе под красными парусами. Их было десятка два, а ведь кто-то наверняка остался внутри! На воду уже спускали шлюпку с тремя людьми. Двое парней с худыми, но сильными руками сели на весла. Третья – женщина – встала на нос и достала подзорную трубу.

– Твоя кровь будет пылать, как моя. Ты будешь мечтать о моих прикосновениях и о моих губах. Ты будешь хотеть меня каждый день своей жизни. Я проклинаю тебя, Кэролин! Я никогда не прикоснусь к тебе снова! – на этой ноте Рэйса развернулась и ушла.

На женщине был жилет из коричневой кожи, в тон загару. К черным волосам, очень коротко остриженным, были привязаны длинные ленты и лоскуты всех цветов радуги, которые развевались у нее за спиной. На поясе висела кривая сабля, а к голенищу одного из высоких шнурованных сапог крепился кинжал. На шее и запястьях сверкали драгоценности. Бетти знала: чтобы так щеголять богатством, нужно быть или смелым, или глупым, или непобедимым.

Андреасу понадобилось несколько дней, чтобы всё устроить. Мэтт, Кэролин и Саймон улетели назад в Каракас. Мэтт принял извинения и согласился с условиями, не говоря ни слова. Он получил повышение по службе и планировал с семьей вернуться в США в ближайшее время. Кэролин больше не видела Рэйсу до отъезда из\"Вираго\", и Мэтт не требовал от неё никаких объяснений.



И уж глупой эта женщина точно не выглядела. Она явно была из тех, с кем шутки плохи. Из тех, кто привык раздавать приказы и подчинять других своей воле. Но удивительнее всего был кот, непринужденно восседавший у нее на плече. Весь белый, только две передние лапы черные как смоль, и такое же черное пятно вокруг глаз, похожее на маску грабителя. Лодка скользила по волнам, а кот сидел неподвижно, не сводя глаз с затонувшего корабля. В какой-то момент Бетти показалось, что он смотрит прямо на нее, и у нее замерло сердце, но кот лениво моргнул и перевел взгляд на воду, как будто высматривая рыбу.

***

Прежде чем Плюй открыл рот, Бетти уже знала, как он обратится к этой женщине. Он вытянулся и кротко отдал честь:



– Капитан.

Кэролин уведомила школу, что Саймон туда не вернётся. Она связалась со своими родителями, которых очень обрадовало их скорое возвращение в США. Через две недели они покинут Венесуэлу.

– Плюй.

Напряжение в городе только возросло с тех пор, как она последний раз была здесь. Повсюду на стенах были политические надписи. Общественный транспорт бастовал. Какие-то люди захватили улицу, и для восстановления порядка была вызвана армия.

Хотя женщина говорила тихо, ее глубокий бархатный голос далеко разносился над водой. Голос человека, привыкшего, что его слушают. Она кивнула на «Дорожную сумку», растянув в улыбке полные губы:

Всё произошло очень быстро. Отряды захватили радиостанции и окружили резиденцию президента \"Casa Rosada\". Всё вылилось в гражданскую войну. На улицы вышла полиция. Повсюду раздавались выстрелы, в небе кружили вертолеты. Часами можно было слышать танки и автоматные очереди. Мир страха, который предсказывала Кэролин, наступил. Начались грабежи и уличные беспорядки.

– Что это у нас тут?

Мэтт куда-то вышел и не вернулся, слуги оставили попытки добраться домой, и Кэролин осталась с Саймоном одна. Когда она услышала звук пролетавшего вертолета и раздавшийся вскоре стук в дверь, её колени подогнулись от страха. Саймон в ужасе спрятал лицо в руках. Кэролин знала, что начались грабежи.

Плюй харкнул в воду, все еще стоя по стойке смирно:

Раздался звук ломающейся двери, и трое мужчин вошли в дом. Кэролин сильнее прижала к себе Саймона и в этот момент она увидела Рэйсу.