По истечении времени, показавшегося курсантам бесконечным из-за влажной жары и бесчисленных укусов насекомых, с десяток голов одновременно показались из воды. Одна из амфибий легко вскарабкалась на берег и подошла к людям. Ростом она была по плечо Мэтту. Оскар обратился к ней с приветствием. Амфибия посмотрела на него.

— Моя мать сказала мне, что не знает тебя.

— Наверно, она просто забыла, будучи занята гораздо более важными делами.

— Возможно. Давай отправимся к моей матери, чтобы она обнюхала тебя.

— Это очень приятно для нас. Ты не могла бы помочь моей сестре? — Оскар показал на Турлова. — Она больна и не сможет закрыть рот под водой.

Венерианка кивнула. Она позвала одну из своих спутниц, и вместе с Оскаром они начали оживленно разговаривать. Оскар показал, как следует закрыть рот лейтенанта Турлова и сжать его ноздри, потому что в противном случае «вода возвратит мою сестру к матери моей матери». Вторая венерианка немного поспорила, но затем согласилась.

Текс наблюдал за происходящим с нескрываемым изумлением.

— Послушай, Мэтт, — взволнованно обратился он к другу на бейсике, — неужели они собираются вести нас под водой?

Воскресный вечер и ночь всегда были для него удачными, потому что большинство его клиентов как раз к этому времени оказывались без наркотиков. Он продал немало пакетиков возле рок-заведений по всему городу, сбыл довольно много травки, и все прошло без лишнего шума. Но поколесить пришлось изрядно, и к тому времени, когда он вернулся домой, Рэндолл ощутил себя выжатым, как лимон.

— И тебе придется согласиться на это, разумеется, если не хочешь, чтобы тебя заживо съели насекомые. Впрочем, мне это тоже не очень нравится.

Он еще лежал в кровати, когда на следующее утро Джози пришла для еженедельной уборки. Рэндолл впустил ее в дом и приготовил себе завтрак, потом оделся и побрился. Затем спустился в погреб проверить запасы. Оказалось, что травка подходит к концу, пришлось подняться и позвонить Гонзалесу. Они договорились встретиться в Малхолленде в девять.

— Да бросьте вы, ребята, я побывал в первом для меня венерианском доме еще в девять лет. Не впадайте в панику, расслабьтесь, и они потащат вас за собой. Только не забывайте делать глубокий вдох перед каждым погружением, которое может продлиться несколько минут.

Он вышел из спальни уже после ленча. Джози пылесосила ковер и всхлипывала.

— Мы все понимаем, Оскар, и все-таки лучше передать их предводительнице, что для нас это вновь.

— Ну что ж, попытаюсь.

– Эй, – спросил он, – Что с тобой?

Амфибия, однако, несколькими словами заверила их, что никакая опасность людям не угрожает. Тут же она подала команду, по две амфибии встали рядом с каждым курсантом, а оставшиеся три подняли лейтенанта Турлова и погрузились с ним в воду. Одной из этой тройки была та амфибия, которая участвовала в разговоре с Оскаром.

Она лишь покачала головой, продолжая плакать.

Мэтт глубоко вдохнул и нырнул. Вода была теплой и чистой. Он открыл глаза, увидел поверхность озера и тут же оказался над ней. Маленькие руки обхватили его с боков и повлекли вперед. Мэтт решил, что лучше всего будет повиноваться всем движениям амфибий.

Через некоторое время ему стало даже приятно, когда он понял, что странные создания не собираются погружаться с ним под воду. Однако он помнил советы Оскара и старался быть наготове к возможному погружению. К счастью, он заметил, как погрузилась впереди плывущая пара, тянущая Текса. Мэтт успел глубоко вдохнуть.

– Выключи эту проклятую штуку, – велел он. – Вот тебе салфетка.

Они погружались все дальше и дальше, пока у него не заболели барабанные перепонки. Когда начался подъем к поверхности, боль в груди стала почти невыносимой. Ему хотелось открыть рот и вдохнуть воду, настолько сильна была эта боль. И тут они снова вынырнули на поверхность.

Он подождал, пока она не высморкалась и не перестала шмыгать носом.

Мэтту пришлось перенести еще три подводных рывка, разрывающих легкие; когда они вынырнули последний раз, он понял, что над ними уже не небо.

– Ну вот, как-то лучше. А теперь садись и рассказывай.

Пещера, если это была пещера, была около ста футов длиной и вдвое меньше в ширину. В центре виднелось отверстие, через которое они попали сюда. Оно было освещено сверху какими-то светящимися оранжевыми гроздьями.

Джози села рядом со столом, качая головой.

– К чему вас расстраивать, мистер Рэндолл. Это мои проблемы, вот и все.

Все это Мэтт заметил после того, как выбрался на берег. Первое, что он увидел, — толпу венерианок, окружавших подземное озеро. Судя по всему, они проявляли большое любопытство к своим гостям и шептались о чем-то между собой. Мэтт прислушался и разобрал несколько слов, причем одна фраза — «… порождение слизи» — ему совсем не понравилась.

Джози была хорошей женщиной, не особо умной, но прилежной работницей, прибиравшей дом Рэндолла уже несколько лет. Ему было очень неприятно видеть ее такой расстроенной.

Из глубины вынырнула тройка, поддерживающая лейтенанта. Мэтт вырвался из рук своих помощниц и помог втащить на берег тело командира. Сначала ему не удалось отыскать пульс, и Мэтт чуть было не пришел в отчаяние; затем он заметил частые и неравномерные сокращения бьющегося сердца. Турлов открыл глаза и взглянул на него.

– Давай, выкладывай, – сказал он.

— Мэтт — включи гироскопы… — прошептал он.

— Все в порядке, командир, успокойтесь.

То, что Джози вывалила на него, оказалось очень похожим на мыльную оперу – один из сыновей арестован за угон машины, младший связался с бандой, а тип, с которым она сожительствовала, смылся прошлой ночью, украв деньги, которые она отложила на ремонт машины.

— Как у него дела, Мэтт? — спросил Оскар, стоявший рядом.

— Вроде приходит в себя.

– Остынь, – посоветовал ей Рэндолл. – Парни твои достаточно взрослые, чтобы думать сами за себя – теперь тебе не в чем себя винить. А тип, что тебя обокрал – просто сволочь. Смотри веселей – там где ты его подцепила, есть еще много других, получше.

— Может быть, купание пошло командиру на пользу.

Джози покачала головой.

— А вот мне на пользу оно не пошло, — вмешался Текс. — Во время последнего ныряния я проглотил галлон воды. Эти маленькие жабы такие неловкие.

— Они больше походят на тюленей, — возразил Мэтт.

– Да на кой мне искать другого мужика? Хватит. Дети ушли, денег нет, кругом одни неприятности. Я почти готова со всем этим покончить.

— Это не жабы и не тюлени, а разумные существа. А теперь постарайтесь установить с ними дружеские отношения. Это относится и ко мне. — Он повернулся, стараясь отыскать старшую среди амфибий.

– Ты найдешь себе кого-нибудь, вот увидишь.

Толпа расступилась, и по образовавшемуся коридору к ним направилась амфибия в сопровождении трех других. Оскар посмотрел на нее.

— Приветствую тебя, почтенная мать многих.

– Да я всего лишь старуха-уборщица. Кто на меня польстится?

Амфибия внимательными глазами осмотрела его с ног до головы и ответила, но не ему.

— Я так и думала. Уведите их.

У Джози был такой вид, словно она сейчас снова зарыдает. И как раз в этот момент к нему в голову пришла идея. Он подошел к столу и вынул камеру.

Оскар начал протестовать, но безуспешно. Их окружило четыре маленьких существа.

– Что это у вас такое? – удивленно уставилась на него Джози.

– Сиди спокойно. Хочу тебя сфотографировать.

— Ну как, Оскар? Задать им как следует? — выкрикнул Текс.

– Меня… прямо в таком виде?

— Нет! — резко скомандовал Оскар. — Не смейте сопротивляться!

– Верно, – кивнул Рэндолл, наводя камеру. – Фотографии не лгут. Ты симпатичная женщина, и я хочу тебе это показать. А теперь сиди спокойно. – Он нажал кнопку. – Готово.

Через несколько минут их втолкнули в маленькую комнатку, мрак в которой нарушала лишь одна светящаяся сфера, висящая на потолке. Положив на пол бесчувственное тело Турлова, амфибии вышли, задвинув за собой что-то вроде занавеса. Текс оглянулся по сторонам, пытаясь разглядеть хоть что-то в тусклом освещении.

Он вытащил карточку и положил ее на стол проявляться. Постепенно появилось изображение.

— Уютно, как в могиле. Напрасно, Ос, ты запретил нам сопротивляться. Мы запросто победили бы их.

– Вот, взгляни сама. – Он показал ей фото. – У тебя не будет никаких проблем, поверь мне.

— Не говори глупостей, Текс. Предположим, нам это удалось, я сомневаюсь в этом, но предположим; каким образом мы сумели бы проплыть обратно?

— А я не стал бы и пытаться. Прокопали бы туннель к поверхности — ведь у нас два ножа.

– Может, и так. – Джози все еще сомневалась, но, по крайней мере, перестала плакать.

— Ну, ты, конечно, так бы и поступил, а вот я бы не рискнул. Дело в том, что Маленький Народ обычно сооружает свои города под дном озер.

Рэндолл широко улыбнулся.

— Об этом я как-то не подумал. Да, это плохо. — Текс взглянул на потолок, будто ожидая, что он вот-вот обвалится. — Ты знаешь. Ос, мне кажется, что мы не под озером — стены нашей темницы совершенно сухие.

— Маленький Народ обладает немалым опытом в подобных вещах.

– А теперь кончай разводить сырость и займись делом.

— Ну… ну, хорошо, они поймали нас; ты не думай, Ос, что я ворчу, но мне кажется, лучше бы нам было остаться на лужайке.

– Сейчас.

— Ради Бога, Текс, замолчи! У меня и так тошно на душе! Если не хочешь ворчать, то не ворчи. Наступила тишина.

Она снова включила пылесос, а он спустился в погреб подсчитать недельную выручку.

— Извини меня, Ос, — послышался голос Текса. — Это все мой длинный язык.

— Да и мне не следовало терять самообладание. Рука разболелась.

Когда он кончил и вышел из погреба, становилось темно, и Джози уже ушла. Рэндолл подошел к двери проверить, принесли ли газету.

— А! Ты думаешь, я неправильно ее вправил?

Он отнес газету на кухню, чтобы почитать за ужином. Приготовив салат и разогрев бобы, он поставил тарелку на стол и уселся, потом развернул газету на первой полосе. Тут он все и увидел.

— Нет, по-моему, все в порядке, вот только больно. И дьявольски чешется под повязкой. Ты что это, Мэтт?

Проверив состояние лейтенанта, которое оставалось прежним, Мэтт подошел к двери и принялся рассматривать занавес, сделанный из какого-то жесткого, эластичного материала, пристегнутого по краям. Он как раз пробовал разрезать его ножом, когда услышал голос Оскара.

«АДВОКАТ ПОГИБ В АВАРИИ

— Нож не берет, — ответил Мэтт на вопрос Оскара.

Фрэнк М. Ламли, известный местный адвокат, был смертельно ранен ранним вечером в субботу, когда автомобиль, которым он управлял, врезался в ограждение возле дома 4125 на Кули-драйв. По сообщению полицию, машина потеряла управление из-за неисправности рулевой колонки. Представитель коронера говорит, что смерть наступила из-за повреждения…»

— Тогда успокойся и сядь. Мы ведь не собираемся выбираться отсюда, по крайней мере, пока.

Рэндолл не стал читать дальше. Есть он тоже не стал.

— Это почему?

— Об этом я и говорил с Тексом. Я не утверждаю, что это санаторий, но здесь все-таки намного лучше, чем там, где мы были пару часов назад.

— Ты так считаешь?

— Тебе никогда не приходилось задумываться о том, что значит провести ночь в венерианских джунглях под открытым небом? Когда темнеет и из слизи выползают огромные черви, которые начинают щипать тебя за ноги? Нам, может быть, удалось бы провести невредимыми ночь, даже две, если бы нашли в себе силы все время двигаться и если бы нам очень, очень повезло, но как быть с ним? — Оскар показал на неподвижное тело лейтенанта. — Именно поэтому я и решил прежде всего отыскать туземцев. Здесь мы в безопасности, хотя и не на свободе.

Мэтт вздрогнул от отвращения. Венерианские черви, живущие в слизи болот, не имеют зубов; вместо них они выделяют кислоту, растворяющую все, что служит для них пищей. Средняя длина таких червей около семи футов.

— Ты убедил меня. Оскар, — пробормотал Мэтт.

— Жаль, что с нами нет дяди Боди, — донесся голос Текса.

— Это верно. По крайней мере, он не дал бы тебе болтать. Мне кажется, нам не следует пробовать выбраться отсюда, пока нас не накормят. Да и поспать не мешало бы. Возможно, к этому времени командир очнется и примет решение.

— Почему ты считаешь, что они будут кормить нас?

— Я не утверждаю, просто мне так кажется. Если этот Маленький Народ похож на туземцев, живущих в приполярных районах, нас накормят. Морить голодом живые существа, которых они же и заперли — такое им в голову не придет. — Оскар замолчал, стараясь отыскать нужные слова. — Не знаю, поймете ли вы меня, но у Маленького Народа нет такой жестокости, как у людей.

— Да, я слышал, что их считают мягкой, не способной на войну расой. — согласился Мэтт. — Не думаю, что они понравятся мне, но просматривая учебные кассеты, я пришел к выводу, что это добродушные существа.

— Ну, это ты брось. В тебе говорят расовые предрассудки. Жители Венеры нравятся мне куда больше, чем многие люди.

— Ос, ты несправедлив, — запротестовал Текс. — У Мэтта, как и у меня, нет расовых предрассудков. Возьми лейтенанта Петерса: разве для нас имеет какое-нибудь значение то, что он черен, как туз пик?

— Неудачное сравнение; жители Венеры — это существа совершенно иного порядка. Думаю, чтобы воспринимать их как нечто само собой разумеющееся, нужно вырасти рядом с ними. Но у них все не такое, как у нас, например, мы еще ни разу не встречали венерианца мужского пола. Всюду одни женщины.

— Как ты считаешь, Ос, почему? Существуют венерианцы-мужчины или это просто суеверие?

— Существуют, разумеется. Маленький Народ, вне всякого сомнения, двуполые существа. Но амфибий мужского пола до сих пор обнаружить не удалось. Те, кто утверждает обратное, как правило, обманщики. В их рассказах нет достоверности.

— Почему они так чувствительны к этому?

— Откуда мне знать? Скажи, почему индусы не едят мясо? Совсем не обязательно искать какую-то причину. Я согласен с общепринятой теорией: венерианцы мужского пола маленькие и слабые, нуждаются в защите.

— Хорошо, что я — не венерианец, — заметил Мэтт.

— А вот мне кажется, что им неплохо живется, — возразил Текс. — Вот если бы кто-нибудь защитил и обогрел меня сейчас.

Оскар оказался прав. Им принесли пищу. Кто-то отбросил в сторону занавес, на пол поставили поднос, и занавес снова задвинулся.

Курсанты подошли поближе; там стояла тарелка с какой-то массой неопределенного цвета и формы, и рядом лежал предмет, похожий на яйцо страуса. Оскар поднял тарелку, обнюхал ее, отщипнул кусочек и попробовал.

— Вполне съедобно, — объявил он. — Можно есть.

— А что это? — поинтересовался Текс.

— Это… впрочем, неважно. Ешь. Это не причинит тебе вреда и снабдит нужным количеством калорий.

— И все-таки? Я хочу знать, что ем.

— Знаешь, Текс, мне хочется напомнить тебе, что ты либо съешь то, что нам принесли, или останешься голодным. Если я скажу тебе, что это такое, твои предрассудки лишат тебя аппетита. Сделай вид, что это помои, но их нужно съесть, чтобы не умереть с голода.

Оскар принялся за пищу, и быстро прикончил свою порцию. Посмотрев на лейтенанта, он неохотно заметил: «Ему тоже нужно оставить». Мэтт осторожно попробовал незнакомую пищу.

— Ну, что это, Мэтт? — обеспокоенно спросил Текс.

— Ты знаешь, съедобно. Похоже на пюре из соевых бобов. Слишком соленое — хочется пить.

— Тогда пей, — предложил Оскар.

— Пей? Но что? Из чего?

— Из пузыря для питья, разумеется, — и Оскар передал ему «страусиное яйцо». Несмотря на очевидное сходство с яйцом, предмет оказался мягким. Мэтт держал его в руке, не зная, что делать дальше.

— Не знаешь, как пользоваться? Смотри… — Оскар взял пузырь, нашел нужный конец и поднес его к губам.

— Бери! — Оскар передал Мэтту пузырь и вытер губы. — Только не нажимай сильно, иначе все выльется на тебя.

Мэтт последовал его примеру и напился. Казалось, он пьет из бутылочки с соской.

— Он сделан из желудка рыбы, — объяснил Оскар. — Гладкий снаружи и похожий на губку внутри. Не будь таким брезгливым, Текс! Он совершенно стерилен!

Текс попытался выпить воды, не смог справиться с собой и взялся за пищу.

После еды курсанты устроились поудобнее, чувствуя себя намного лучше.

— Здесь неплохо кормят, — заявил Текс, — но знаете, что мне сейчас хочется? Горячие оладьи, мягкие и золотистые…

— Заткнись, Текс!

— … на сливочном масле и политые сиропом. Ну, хорошо, хорошо. Если хотите, могу и заткнуться. — Он расстегнул сумку и достал оттуда гармонику.

— Вы только посмотрите! — удивленно воскликнул он. — Совершенно сухая!

Он взял несколько нот, затем исполнил мелодию «Косоглазый летчик».

— Перестань, Текс, — попросил Оскар. — Мы в одной комнате с больным — как-то неловко.

— Думаешь, он слышит нас? — Текс с беспокойством посмотрел на офицера.

— Не думаю. Наверно, нужно дать ему напиться. Оскар приложил пузырь к губам Турлова и нажал, причем так осторожно, что почти не пролил воду. Лейтенант, не приходя в сознание, пошевелил губами и начал втягивать в себя жидкость. Наконец он остановился.

— Значит, ты считаешь, что ему нужно оставить немного пищи? — спросил Текс, глядя на тарелку.

— Лучше доесть. Давай, Текс, ешь, пока она не испортилась. Через несколько часов после того, как… в общем, может протухнуть.

— Знаешь, мне что-то расхотелось, — признался Текс.

Они спали в течении длительного времени, пока внезапно их не разбудил шум — звуки человеческого голоса.

— Эй, не толкайте! Я требую, чтобы меня отвели к твоей матери! — Голос раздавался у самого входа.

— Придержи свой язык! — А вот это был явно голос амфибии; занавес распахнулся, кого-то втолкнули в комнату и снова задвинули занавес.

— Привет, незнакомец! — воскликнул Оскар. Человеческая фигура, едва различимая в полумраке, резко повернулась.

— Люди! Здесь люди! — и человек зарыдал.

— Здравствуй, Вонючка! — произнес Текс. — А ты как здесь оказался?

Перед ними стоял Жирар Берк. В комнате воцарился бедлам. Берк рыдал и дрожал всем телом. Мэтт, проснувшийся позже всех, не мог понять, что происходит, еще не отойдя от сна, и все говорили одновременно.

— Тишина! — скомандовал наконец Оскар. — Давайте выясним главное. Берк, насколько я понимаю, ты прилетел сюда на «Гэри»?

— Да, я капитан «Гэри».

— Вот как? Черт побери, мы ведь знали, что имя капитана Берк, но никому не пришло в голову, что это и есть «Вонючка» Берк. Так кто был этот безумец, который доверил тебе космический корабль?

— Это мой собственный корабль, вернее, моего отца. И прошу называть меня не Вонючкой, а «капитан Берк».

— Слушаюсь, капитан Вонючка.

— Но как он оказался здесь? — недоуменно спросил Мэтт.

— Он только что объяснил, — заметил Текс. — Именно этот доблестный капитан и обратился с мольбой о помощи. Вот как его появление отразится на нашей судьбе: это равно что раздать карты при игре в бридж и получить тринадцать пик.

— Не знаю, — пожал плечами Оскар. — Это действительно совпадение, хотя и не такое уж невероятное. Он прилетел на космическом корабле, обратился с просьбой о помощи, и Патрульная Служба, естественно, реагировала на эту просьбу. Совершенно случайно именно нас послали ему на помощь.

— Одну минуту, — вмешался Берк. — Значит, вас послали мне на помощь?

— Конечно.

— Слава Богу, мою просьбу услышали, хотя и послали таких недотеп, что сами попали в ловушку. А теперь я хочу знать, насколько велика спасательная экспедиция и как она вооружена? С местными туземцами нелегко справиться.

— Что? О чем ты говоришь, Вонючка? Ты видишь перед собой всю экспедицию, в полном составе.

— Что? Мне не до шуток. Я потребовал полк космической пехоты, снаряженный для военных действий как на суше, так и на воде.

— Мало ли что ты потребуешь. Перед тобой те, кто высланы в ответ на твой запрос. Командир группы — лейтенант Турлов, но он сильно ударился при посадке, так что я временно заменяю его. Рассказывай, что там приключилось?

Услышанное потрясло Берка. Он замер, глядя перед собой широко открытыми глазами.

— Прекрати спектакль, Вонючка, резко бросил Оскар. Для того чтобы разработать план действий, нам необходима конкретная информация.

— Значит, все напрасно, — прошептал Берк и повернулся к Оскару. — Они убили весь мой экипаж. Убьют и меня. А затем вас.

XV. ЕСТЬ ПИРОГ НУЖНО ВИЛКОЙ

— Хорошо, — кивнул Оскар. — Все понятно. А теперь расскажи о том, что случилось с твоим экипажем.

Транспортный космический корабль «Гэри», построенный на верфях корпорации «Реактора Лимитед» и переданный для эксплуатации фирме «Систем Энтерпрайзиз», принадлежащей семье Берка, был приспособлен для операций на поверхности Венеры и полетов вокруг этой планеты. Старший Берк назначил командиром корабля своего сына и дал ему в помощь опытный экипаж. Целью экспедиции было выяснить сообщение о крупном месторождении трансурановых элементов.

Информация подтвердилась; трансурановые элементы, или, вернее, руды трансурановых элементов, были обнаружены в огромном количестве. Берк-младший начал затем вести переговоры с местными венерианскими властями с целью оформления на имя фирмы права эксплуатации исключительно ценного месторождения до того, как прибудут другие экспедиции; не приходилось сомневаться в том, что они прибудут и очень скоро.

Ему не удалось заинтересовать «мать многих» местного племени и добиться разрешения; она дала понять Берку, что болото, в районе которого находилось месторождение, было запретной территорией, «табу». Берк, однако, сумел заманить ее на корабль. Когда она оказалась на «Гэри», Берк снова попытался убедить ее, но безуспешно. И тогда он отказался отпустить ее с корабля.

Он еще не избавился от потрясения, когда поехал на встречу с Гонзалесом. Каким-то образом он довел встречу до успешного конца, но она прошла для него, как в тумане – его мысли постоянно возвращались к разговору с Ламли накануне. Должно быть, он погиб вскоре после того, как уехал от него, потому что до Кули-драйв от его дома было меньше мили.

— Значит, ты похитил ее, — заметил Мэтт.

— Ничего подобного. Она вошла на борт «Гэри» добровольно. Просто, когда ей захотелось уйти, я не открыл перед ней люк и продолжал убеждать ее.

Разумеется, то был несчастный случай, и полиция это подтвердила. Проклятые автоматические трансмиссии вечно отказывают в самый неподходящий момент. Но нечто в самой цепочке событий упорно не давало Рэндоллу покоя.

— Неужели? — язвительно отозвался Оскар. — И как долго ты убеждал ее?

Ответ пришел к нему лишь тогда, когда он вернулся домой. Две смерти подряд, это не случайность. Сперва собака, затем Ламли.

— Нельзя сказать, чтобы очень долго.

А если все же случайность? Оба события ничто не связывает… или связывает?

— А точнее? Нечего скрывать от меня, я все равно узнаю от туземцев.

И тут он вспомнил про фотографии. Он снял сперва собаку, потом адвоката. А сегодня сфотографировал Джози…

— Ну, ладно. Сутки, не больше. Что в этом преступного?

Он уже вышел из машины, вошел в дом и направлялся в переднюю, когда в комнате зазвонил телефон.

— Я не знаю, составляет ли это преступление по местным законам. На Марсе, как нас учили в Академии, я уверен, что и тебе это известно, наказание заключается в том, что тебя привяжут к столбу и оставят в пустыне точно на такой же срок.

Еще не подняв трубку, он ощутил тошнотворную слабость, словно заранее знал, что ему сейчас сообщат. Он услышал сдавленный голос Айры, младшего сына Джози.

— Но, черт побери, я не причинил ей никакого вреда! Ты что, за дурака меня принимаешь? Мне просто нужно было заручиться ее согласием.

– Мама умерла. Я пришел вечером домой, а она лежит в ванной на полу. Съела целую бутылочку пилюль, что дал ей доктор от бессонницы…

— И чтобы добиться согласия, ты прибегнул к силе. Обращаясь к юридическим терминам, ты удерживал ее на корабле, заманив обманом, и требовал выкупа в виде согласия на разработку рудного месторождения. Ну, хорошо, ты удерживал ее в течение суток. Что произошло, когда ты все-таки решил отпустить ее?

Айра все говорил и говорил, Рэндолл слышал собственный голос, произносящий нужные слова, говорящий парню, что она была в полном порядке, уходя от него, и если он может чем-нибудь помочь…

— Именно это я и пытаюсь объяснить. Я просто не успел сделать этого. Разумеется, я собирался, однако…

— Да неужели?

Конечно, он знал, что ему следует сделать. Когда парень наконец повесил трубку, Рэндолл вбежал в комнату, включил лампу и взял со стола фотографию Джози.

— Не надо сарказма. На следующее утро они напали на мой корабль. Тысячи, буквально тысячи этих зверей!

Она сидела на ней возле стола – четкое изображение, хорошие цвета. А рядом, на столе, виднелось нечто, чего не заметили ни он, ни она, когда разглядывали фото.

— И тогда пришлось отпустить ее?

— Я испугался. Мне казалось, что пока она у нас, с нами ничего не случится. Но я ошибся — они облили люк какой-то жидкостью, которая мгновенно разъела металл, и туземцы ворвались внутрь корабля, прежде чем мы успели остановить их. Они перебили экипаж, буквально задавили нас огромным численным превосходством, и все-таки нам удалось убить по крайней мере в два раза больше!

Маленькая пластиковая бутылочка, наполненная красными таблетками.

— А почему не убили тебя?

— Я заперся в рубке и послал сигнал бедствия. Меня нашли только после того, как туземцы обыскали весь корабль, отсек за отсеком. Я, должно быть, потерял сознание от ядовитых паров, потому что очнулся уже здесь.

— Понятно.

Рэндолл моргнул и уставился на крышку стола. Сейчас на ней не было никакой бутылочки. Не было ее и тогда, когда он фотографировал.

Но на снимке бутылочка была.

Оскар задумался, глядя вдаль и упершись локтями в колени.

Он открыл ящик, порылся в нем и отыскал остальные снимки – с Ламли и собакой.

— Скажи, Вонючка, ты впервые на Венере?

А не могли ли снимки оказаться предупреждением? Вдруг они предсказывают, как наступит смерть?

— Ну, в общем-то, да.

В случае Джози это оказались таблетки. И внезапно он понял, что на снимке Ламли сидит в той самой машине, которая его убила. Но как с собакой? На снимке ничего не было, кроме нее самой.

— Я так и думал. Совершенно ясно, что ты не имеешь представления, какими упрямыми становятся местные жители, когда их пытаются принудить к чему-то.

Тут он вспомнил, что чума – это болезнь, какой-то вид вируса, а их увидеть невозможно. Они были на снимке, оставаясь невидимыми – внутри собаки, в ее будущем. Выходит, камера действительно оказалась с секретом. Но каким?

— Теперь-то я понимаю это, — кивнул Берк. — Именно поэтому я и потребовал, чтобы сюда прислали полк космических пехотинцев. Просто не понимаю, о чем думал Департамент, когда послал вместо них трех курсантов и вахтенного офицера. Подумать только, насколько велика тупость военных! Ну, ничего, мой отец устроит им колоссальный скандал, как только я вернусь обратно и расскажу ему о случившемся.

Он уже протянул к ней руку, когда кто-то постучал в дверь. Он торопливо сунул фотографии в ящик, задвинул его и быстро вошел в прихожую.

— Неужели ты считаешь, что Патрульная Служба существует для того, чтобы спасать таких кретинов, как ты? — презрительно фыркнул Текс.

Через глазок он увидел перед дверью незнакомца, какого-то молодого хмыря в джинсах. У него были коротко подстриженные светло-каштановые волосы и небольшая песочного цвета борода. Выглядел он достаточно безобидно, но кто знает…

— Ах ты…

— Замолчи, Берк. Текс, не поддавайся на провокационные замечания. Мы ведем расследование происшествия, а не занимаемся философскими спорами. Разве тебе не известно, Берк, что Патрульная Служба никогда не посылает космическую пехоту до тех пор, пока не будут закончены переговоры?

Рэндолл приоткрыл дверь на цепочке, только чтобы получше разглядеть посетителя. Парень тут же уставился на него.

— Разумеется, известно! Именно поэтому я и потребовал космическую пехоту, чтобы покончить с бюрократической волокитой и добиться конкретных действий.

– Чарльз Рэндолл? – спросил он.

— Ты обманываешь себя, Берк. К тому же, бессмысленно говорить о том, что произойдет после твоего возвращения. Мы не знаем, сумеем ли вообще выбраться отсюда.

– Да.

— Ты прав. — Берк задумчиво пожевал нижнюю губу. — Послушай, Йенсен, я знаю, что во время учебы у нас были не самые лучшие отношения. Теперь, однако, это не имеет значения — мы все в одной лодке и должны выбираться отсюда вместе. У меня есть предложение. Ты знаешь этих жаб лучше меня…

— Разумных существ, а не жаб.

– Я Милтон Десмонд.

— Хорошо, хорошо. Ты знаком с туземцами и местными обычаями. Если тебе удастся уладить дело, договориться с туземцами относительно эксплуатации месторождения и помочь мне выбраться отсюда, я возьму тебя в долю…

— Думай, о чем говоришь, Берк!

Десмонд – так звали того мага. Должно быть, это один из его сыновей.

— Перестань заноситься, Йенсен. Выслушай мое предложение, ладно? В конце концов, я имею право свободно выражать свое мнение, верно?

– Пожалуйста, мистер Рэндолл. Мне надо поговорить с вами…

— Пусть говорит. Ос, — посоветовал Текс. — Мне нравится его утонченная манера выражаться.

Рэндолл снял цепочку и открыл дверь. Он провел молодого Десмонда в комнату и сел за свой стол.

— Я отнюдь не собираюсь предложить что-то, способное бросить тень на твою девственно чистую репутацию. В конце концов, вас послали сюда, чтобы спасти меня; разве я не имею права предложить вознаграждение за это? В этом болоте, право на эксплуатацию которого я хочу получить, находится огромное количество трансурановых элементов — от элемента 97 до элемента 104. Думаю, тебе не надо объяснять, что это значит: элементы 101 и 103 входят в состав жаростойких сплавов для ракетных двигателей, 100 — для лечения рака и так далее; я не говорю об использовании этих элементов как катализаторов. Только при использовании их в качестве катализаторов можно заработать миллионы! Я не хочу загрести все это несметное богатство себе; каждому из вас выделю долю, скажем, по десять процентов.

– А вы рано появились, – заметил он. – Я думал, раньше конца этой недели вы не вернетесь из Южной Америки.

— Это и есть твое предложение?

— Не совсем. В случае, если ты сумеешь добиться, чтобы нас освободили и не мешали отремонтировать «Гэри», чтобы уже во время первого полета мы смогли доставить на Землю полный трюм урановых руд, я дам каждому по двадцать процентов от прибыли. Тебе понравится мой корабль; «Гэри» — самый лучший транспортный корабль в Солнечной системе. Но если это тебе не удастся и вы доставите меня на Землю на своем корабле, все равно получите по десять процентов.

Десмонд моргнул. – Так вы знаете?

— Закончил?

– Ламли мне говорил, – кивнул Рэндолл, сохраняя невозмутимость. – А где ваш брат?

— Да.

– Майк остался, чтобы провести последнее представление. Но когда мы после выходных не получили никаких вестей от Ламли, он велел мне сесть в самолет и выяснить, что произошло.

— Если бы я не знал, от кого исходит такое предложение, то почувствовал бы себя оскорбленным. Думаю, что выражаю наше общее мнение.

— Ну, хорошо, пятнадцать процентов. Перестань лезть в бутылку, Йенсен: ведь вам все равно поручено спасти меня.

– Вы знаете, что произошло, если читали газеты.

— Как ты думаешь, Ос. — спросил Мэтт, — нам действительно нужно выслушивать эту чепуху?

– Да. – Десмонд пристально посмотрел на него. – Но к_а_к это произошло?

— Нет, больше не нужно, — решил Йенсен. — Он уже сказал все, что хотел. Итак, Берк, постараюсь быть беспристрастным. Ты знаешь, что нельзя подкупить Патрульную Службу. Далее…

– Авария, – пожал плечами Рэндолл. – Он был в полном порядке, уезжая отсюда.

— Я и не собирался подкупать вас; просто хотел выразить свою благодарность, вот и все.

– Значит, он встречался с вами.

— Не перебивай, Берк. Мы выслушали тебя, правда? Так вот, далее, у нас нет корабля, по крайней мере, сейчас.

– Мы поговорили.

– О чем?

— Нет корабля? — Берк выглядел потрясенным. Оскар коротко рассказал ему о том, что произошло сразу после посадки. На лице Берка отразилось изумление и ужасное разочарование.

– Давайте не будем прикидываться, – покачал головой Рэндолл. – Он сделал мне предложение, а я его отшил. Камера здесь, в ящике стола.

— Надо же было мне встретиться с такими идиотами! Я забираю обратно свое предложение — вы не можете за него расплатиться.

– Вы ведь ничего ей, надеюсь, не снимали?

— А мы и не принимали его. Думаю, что это лучше и для тебя самого. Мне только хотелось бы напомнить тебе, что мы не рискнули бы совершить посадку в джунглях, если бы такой кретин, как ты, не запросил помощь. И все-таки я надеюсь вытащить шаттл из болота, если мне удастся загладить твое преступление, а это, поверь мне, будет совсем не просто.

— Вот как? Если вам удастся уладить неприятности и вытащить корабль, мое предложение сохраняет силу.

Рэндолл решил играть в открытую.

— Я еще не кончил. Ты знаешь, как действуют офицеры Патрульной Службы. Находясь в отдаленных местах Системы и не имея возможности установить связь с Департаментом, офицер должен полагаться на законы и свой здравый смысл, выполняя порученное ему задание. Поэтому мне нужно кое-что узнать от тебя. Скажи, Маленький Народ встречался с Землянами до встречи с тобой?

– А какая была бы разница?

— Ну… разумеется, они слышали о людях. И здесь побывал Стивенс.

— Кто этот Стивенс?

– Никакой. – Но вид у Милта Десмонда был очень встревоженный. – Дело в том, что я и мой брат хотим эту камеру, и согласны за нее заплатить.

— Геолог, работает в компании, принадлежащей моему отцу. Это он провел здесь короткое обследование и проинформировал отца о трансурановых рудах. Вместе с ним был и пилот его разведывательного корабля.

– Сколько?

— Ты считаешь, это были те люди, с которыми встречались туземцы до прилета «Гэри»?

– Любую разумную сумму. Пятьсот долларов.

— Да, насколько я знаю.

Рэндолл почувствовал, как вдоль его спины пробежал холодок возбуждения. Его догадки оказались верны. Но когда он заговорил, в голосе его прозвучало притворное удивление.

– За камеру ценой в сорок долларов?

— Ты и твой отец потревожили осиное гнездо. После того как новости, касающиеся месторождения ценных руд, распространятся по планетам Солнечной системы, сюда начнут прилетать экспедиции. Ты продемонстрировал туземцам, что ждет их после появления людей, поэтому отношения будут ухудшаться до тех пор, пока здесь не начнется партизанская война между людьми и местным населением. Волнения могут охватить всю планету, вплоть до полюсов. Задача Патрульной Службы — не допустить подобного развития событий, уладить трения еще до того, как они перейдут допустимые границы. Я считаю, что в этом и состоит наша миссия, а вовсе не в том, чтобы спасти Берка, виновного в происшедшем. Мне придется пойти к местной повелительнице и попытаться сгладить первое неблагоприятное впечатление, оставшееся у нее от встречи с людьми.

– Уверен, мистер Ламли объяснил вам, почему мы так заинтересованы – это последнее приобретение в коллекции отца – и для нас это вопрос личной привязанности…

— Давай, Йенсен. Ты можешь даже сделать вид, что арестовал меня. Между прочим, отличная мысль! Я не буду возражать, лишь бы спастись отсюда.

– Не вешайте мне лапшу на уши. За такие деньги здесь явно должно быть нечто большее.

— Я могу арестовать тебя, если она пожелает, — покачал головой Оскар. — Не хочу, однако, вселять в тебя напрасные надежды: ты совершил преступление, нарушил местные законы и подлежишь не мнимому, а настоящему аресту.