- А как же. А тебя все предчувствия одолевают? Кендрик посмотрел на море:

- И ты готов все это оставить за спиной?

- Вряд ли я проживу больше пары-тройки лет до того, как меня убьют эти усиления, - сказал Бадди очень спокой-

но. - А с тобой не так. Не хочешь поделиться?

- У меня было что-то вроде видения, Бадди. Думаю, то, что видели вы. Будто карнавальная поездка через историю вселенной.

- До самого конца?

- До самого конца, - кивнул Кендрик. Бадди наклонил голову набок:

- Но ты все равно в это не веришь? Кендрик вздохнул и отвернулся от платформы. Он вспомнил разговоре Мак-Кованом.

- Не так, как вы. Не было откровения, не было твердого ощущения, что именно так и надо поступать.

- Кендрик, для большинства тех, кто с нами, другого пути нет. Даже если они будут знать, что шанс ничтожен, они все равно рискнут. Либо так, либо оставаться на Земле, где их ненавидят и презирают, и ждать долгой и мучительной смерти. Выбор не особенно большой. Ты вспомни, я Дрегера ненавижу не меньше тебя, я хочу, чтобы ты нашел то доказательство, которое ищешь. Но мне не нравится мысль оставаться здесь и медленно умирать, быть может, где-нибудь за решеткой спецкарантина. Кендрик покачал головой.

- Послушай, одну вещь я о Дрегере знаю: он не лжет. Он может тебе всадить нож в спину, но слишком он горд своими достижениями, чтобы делать утверждения, которые ему нечем подкрепить.

- Ты говоришь о лечении, которое он тебе предложил?

- Я в Ангкор-Вате видел человека, который мне сказал, что у него усиления после Дрегеровского лечения стабилизировались. И точно такое же лечение я получал от Харденбрука.

Бадди посмотрел на него недоверчиво:

- То естъ ты хочешь сказать, что вернешься с «Архимеда», привезя улику против Дрегера, но потом все равно его лечение примешь?

- Если Дрегер действительно нашел способ подчинить себе лаборокрысовские усиления, то аналогичные способы могут найти и другие люди. И даже если такого средства пока нет, я все равно хочу вернуться. Надежда есть всегда.

- Для тебя, Кендрик, быть может, - если захочешь пойти на риск. - Бадди покачал головой. - Но я тебе уже говорил: я больше верю в Светлых, чем в любые шумные заявления насчет лечения того, чего вылечить, как я твердо верю, нельзя.



Похоронная служба не состоялась, поскольку доктор Нюмарк считала своим долгом как можно быстрее сжечь останки Кэролайн в качестве предосторожности. Кендрик чуть не психанул, когда она ему сказала, что даже сохранить пепел для последующей церемонии он у себя не сможет, потому что прах тоже должен быть изолирован. А Кендрик ощущал, что как-то обозначить уход Кэролайн для него просто жизненно необходимо.

Недопустимо, возражала доктор Нюмарк, раз есть хоть малейший шанс нарушения карантина. Кендрик чуть не рассмеялся ей в лицо, объясняя, что он сам - ходячее нарушение карантина, и для него особой разницы нет. Она с каменным лицом ответила, что, к сожалению, с ним она ничего сделать не может.

В конце концов он вытащил на палубу Бадди, так как среди еще живых лаборокрысов только он был знаком с Кэролайн, помимо самого Кендрика. Они дернули по глотку виски прямо из бутылки, приобретенной Бадди у какого-то матроса, и долго молча смотрели в океан. И мало чего тот или другой могли бы заставить себя сказать.



В течение часа всех перевезли на шлюпке на пусковую платформу, и каждому дали легкий космический скафандр, помеченный цветной эмблемой частной ракетной компании Сабака. Где-то около сотни лаборокрысов столпились на платформе, не слишком отличаясь по виду от богатых туристов, которые решили покрутиться денек на орбите вместо катания на лыжах в Альпах.

Вскоре Кендрик оказался внутри стальных стен домика, установленного на лесах пусковой установки, откуда был виден шаттл во всю его длину - до самых двигателей.



27 октября 2096 года. Морская пусковая платформа «Коча Каньон»



Вечернее небо над головой было по-прежнему ясным, океан - по-прежнему спокойным. Обслуживающий персонал в комбинезонах и касках трижды тщательно проверил космические скафандры пассажиров. Кендрик слышал неумолчное пощелкивание диагностических систем в ближайшем интеркоме.

И когда закончились все проверки, тогда и началась атака.

Сперва появились темные пятна на горизонте. Потом, когда Кендрика вместе со всеми повели по опорам к помосту возле дверцы шаттла, мимо платформы мелькнули три тощих серебристых стрекозы, миновали танкер Дрегера и пошли дальше по длинной изогнутой траектории.

В тот же момент с палубы корабля Дрегера взлетел вертолет, приземлился на посадочную площадку платформы уже через минуту, оттуда вышли семь человек, маленьких на таком далеком расстоянии, пригибаясь от жужжащих лопастей, быстро отошли в сторону. Среди них был Дрегер, и наверняка были те, кто ждал тогда в Лос-Анджелесе в тени разрушенного дома. И все одеты в космические скафандры, усиленные черной кевларовой броней.

Секунда - и из вертолета вышел еще один человек. Машина поднялась и полетела обратно к танкеру. Человеком этим был Смиби.

- Господи! - ахнул кто-то позади. Кендрик обернулся и увидел Сабака. - Вы только посмотрите!

Все как один повернули головы - и увидели три одновременных ослепительных вспышки с главной палубы танкера. Что-то полыхнуло, устремившись к трем самолетам, разворачивающихся для нового захода на платформу. На этот раз, Кендрик был уверен, чтобы по ней стрелять.

Он огляделся и увидел, насколько же они отличная мишень. Времени завести всех в шаттл не хватит ни за что, да и там тоже безопасно не будет.

Потом стало видно, что самолеты заходят на такой курс, что шаттл будет у них прямо на линии огня. Через секунду два самолета резко вильнули в сторону, уходя от ракет, пущенных с корабля Дрегера. У Кендрика было такое чувство, будто сердце забилось в горле, когда две преследующих ракеты рухнули в океан и взорвались соленой пеной.

Но следующая ракета достигла третьего самолета, пилот которого слишком сильно прижался к волнам, и когда он взял вверх, уходя от океана, ракета его настигла. Они столкнулись, расцветая огненным шаром в полукилометре от платформы. Стоящие вокруг Кендрика люди заорали и заулюлюкали, видя, как летят по небу обрывки самолета. Платформа вздрогнула до самых своих глубин.

Кендрик глядел на шаттл, ощущая, как пересохло в горле. Черт побери, чуть не попали!

- Надо стартовать немедленно! - крикнул он Сабаку, стоявшему рядом, - Бога ради, загоняй всех на борт!

Сабак посмотрел на него сердито:

- А что ж я, по-твоему, делаю?

Кендрик оглянулся. Два оставшихся самолета уходили прочь - их преследовали с полдюжины вертолетов Дрегера.

В голове очереди вдруг возник конфликт. Кендрик мол -ча смотрел, как пожилая пара с уродливыми от одичавших усилений лицами отказывалась взойти на борт. Он их вполне понимал - садиться в летающую бомбу, по которой еще и стреляют. Пара протолкалась мимо него: старуха плакала, ее спутник шел с каменным лицом, но был донельзя перепуган. Обернувшись, Кендрик увидел, что да хвоста очереди к ним кто-то подошел - быть может, уговорить их не пятиться назад.

- А нам ничего не грозит? - спросила женщина, стоящая перед ним. - Эти самолеты не вернутся?

У нее глаза были круглые от страха. Как и остальные, она держала шлем в ранце за спиной, но надела неуместно яркий цветной шарф, покрывающий почти всю шею там, где она выступала из-под горловины скафандра,

- Думаю, все будет в порядке, - солгал Кендрик, но голос его прозвучал сдавленно. - Сядем в шаттл, а потом…

Она кивнула. Кендрик увидел, как сильно она дрожит, оглядел очередь, пораженный тем, сколько же тут человек в последней стадии одичания усилений. Этим было нечего терять, кроме веры в то, что где-то, в далеком будущем, они смогут приобрести все.

Он снова посмотрел в сторону горизонта, но оттуда, где он стоял, ничего не увидел. Если вертолеты еще продолжали преследование, то по ту сторону платформы.

Кендрик, двигаясь вместе с очередью, дошел до воздушного шлюза, вставленного на месте пары дверей грузового отсека. Стоящий у входа техник быстро провел его внутрь. Кендрик успел обернуться и увидеть, что огромный лифт, поднявший их на леса, снова идет вверх. Оттуда вышел Дрегер, одетый в серо-синий космический скафандре восходящими полосами на руках, с легким шлемом под мышкой. Рядом с ним появился Марлин Смиби, а следом - вся свита Дрегера.

Кендрик обменялся парой слов с техником, который заводил всех на борт, потом подождал, пока Дрегер и его люди строго в порядке очереди не дошли до шаттла. Сабак о чем-то тихо говорил с Дрегером, а когда заметил, что Кендрик ждет, глянул на него с тревогой. Все остальные уже были на борту.

Дрегер посмотрел на обоих твердым взглядом темных глаз и натянуто улыбнулся.

- Я ценю вашу помощь в
этом вопросе, - сказал он. - В нескольких тысячах миль над нами происходят интереснейшие вещи. Скоро мы сможем стать свидетелями того, что очень мало кто увидит - в этой жизни по крайней мере.

Кендрик обернулся на Смиби - тот ответил ничего не выражающим взглядом. А Смиби, как знал Кендрик, как раз было о чем беспокоиться. Смиби - правой руке Дрегера.

Дрегер неискренне улыбнулся. Кендрик отвернулся от него и вошел в шаттл.

Еще трое техников проводили его в высокий вертикальный
отсек, заполненный креслами - все повернуты вверх. Кендрик попытался не обращать внимания на головокружение, но в этом не преуспел. Его по сложной системе лестниц провели к креслу и тщательно привязали. Бадди сидел рядом, они кивнули друг другу.

- Уверен, что людей было больше, чем здесь сейчас, - сказал Кендрик Бадди, перекрывая гомон.

Некоторые пассажиры плакали, не без причин. Двое-трое даже молились, хотя Кендрик не мог удержаться от мысли, кому бы это они могли молитвы направлять.

Бадди пристально посмотрел назад на Дрегера и его людей, которых провели к креслам у самой задней стены пассажирского отсека. До Кендрика дошло, что места им остались по единственной причине: из-за лаборокрысов, которые отказались лететь или не дожили до полета. Вспомнился Эрик, погибший на зимнем северном берегу, Одри в Лос-Анджелесе. И Кэролайн. Оглядываясь на Дрегера, он лелеял ненависть, горевшую глубоко в душе.

Наконец все техники ушли, пассажиры остались одни. В воздухе гудели обрывки нервных разговоров, несмолкаемое бормотание немногих молящихся.

В мозгу у Кендрика снова и снова мелькал образ: третий шаттл «Лос Муэртос», едва оторвавшийся от земли церед взрывом, его отлетающие борта и пламя, жидкое пламя, бьющее из-под них, когда все живое внутри сгорело в мгновение ока…

Он до боли стиснул подлокотники.

Инстинкт кричал Кендрику, что надо бежать из этого шаттла, бежать наружу, кидаться в океан и плыть отсюда подальше. Но тут по кораблю пробежала вибрация, нарастая в мощный и ровный рев. Шаттл резко дернулся, и Кендрик вскрикнул. Кричали и люди вокруг него, думая, как и он, что это вернулись самолеты, платформа пробита и тонет. На миг ему показалось, что шаттл выбило из крепления, и он падает в океан. От мощной вибрации у него застучали зубы.

А шаттл едва заметно качнулся. Кендрик в панике глянул на Бадди и увидел, что его друг скалится счастливой улыбкой. Обернувшись к Кендрику, Бадди показал ему большой палец.

Корабль бешено рванулся и задрожал с яростной силой. Будто огромная невидимая рука пыталась придавить лицо и грудь Кендрика, а он отчаянно выворачивался.

- Когда стартуем? - крикнул чей-то голос над хаосом воплей.

- Уже стартовали! - заорал в ответ Бадди, и радостные вопли и улюлюканье были ему ответом.

Корабль взлетел.



Через пятнадцать минут Сабак отстегнулся и подплыл к Бадди, о чем-то коротко с ним посовещался. Кендрик сидел, вцепившись в подлокотники, уверенный, что падает, хотя знал, что ощущение это связано только с отсутствием гравитации. Пассажиры в основном будут пристегнуты на этом кратком пути к космической станции. А Кендрик все никак не мог поверить, что их не сбили.

Оказалось, впрочем, что к свободному падению не так Трудно приспособиться, как он ожидал. Когда он вылез из своего кресла; оно оказалось даже забавным.

Бадди отстегнулся следующим й подплыл к Кендрику.

- Нам надо с Сабаком еще поговорить насчет Дрегера, и у нас не так много времени, чтобы решить, куда направимся, когда попадем на «Архимед».

- Единственное, что по-настоящему имеет значение - это чтобы никто не стал ему доверять. Вот это была бы ошибка.

- Вот эти, которые с ним…

Кендрик посмотрел назад, туда, где Дрегер уже отстегнулся, как и Смиби и прочие его спутники. И они тщательно держались в стороне от всех прочих.

- Ты можешь предположить - и не ошибешься, - что эти ребята тоже усиленные, - сказал Кендрик.

Бадди посмотрел на него вопросительно:

- В смысле - что они лаборокрысы? С виду не…

- Не лаборокрысы. Это на черном рынке сделано - по крайней мере у одного из них. Я видал и других, в том числе женщину, работавшую на Дрегера. Она была усиленной, но я бы очень удивился, узнав, что она бывала где-нибудь ближе чем в тысяче миль от Лабиринта.

Бадди нахмурился:

- Так есть же чертова уйма международных законов насчет… - он остановился, прижал одну руку к щеке. - Так, слушай, ты, значит, уже имел с ними дело?

- Только со Смиби. - Кендрик кивнул в его сторону. - Ему тоже ни при каких обстоятельствах нельзя доверять.

Люди вдруг зашевелились. Бадди и Кендрик посмотрели и увидели, что Сабак открыл крышку на переборке. За ней оказался небольшой люк, и Дрегер подплыл, чтобы выглянуть.

Оглядывая других пассажиров, Кендрик по напряжению и злости на их лицах понял: они теперь тоже знают, кто этот нежеланный гость.

Сабак подплыл по воздуху и положил руки на плечи Кендрику и Бадди.

- Джентльмены, прошу подойти и посмотреть, куда именно мы направляемся.

Кендрик неуверенно замешкался, но Бадди крепко взял его за плечо и помог через герметичные двери выйти В кабину.

Там была команда из четырех человек, и Кендрик заподозрил, что один или двое из них могут оказаться лаборокрысами. Но все они были в скафандрах, и точно сказать было невозможно.

Позади виднелись звезды, светлый круг Земли - сбоку, и что-то еще вдали: темно-серый цилиндр, парящий на фоне черного бархата.

Сабак двинулся вперед поболтать с пилотами. Все они выглядели спокойными и довольными, и Кендрик им позавидовал - его состояние было от этого далеко.

Вскоре Сабак вернулся.

- Очень скоро пойдем на сближение.

- А насколько мы уже близко? - спросил Кендрик.

- Очень близко. - Сабак приподнял брови. - Чертовски близко. Мне трудно это признать, но единственная причина, что мы так далеко добрались - Дрегер. - Он покачал головой. - Очевидно, он одержим «Архимедом», раз хочет на него попасть лично. Это требует некоторого мужества.

Бадди кивнул:

- Ага, но он будет оставаться дружелюбным лишь до тех пор, пока мы служим его цели. Надо быть очень, очень осторожными.

- Сэр?

Сабак обернулся к члену экипажа, который его окликнул. Тот продолжал:

- У нас визуальный контакт с теми двумя шаттлами «Лос Муэртос».

Кендрик пристально вгляделся в растушую станцию, увидел грубо сделанную трубу, покрытую хрупкого вида конструкциями и причалами. Один из шаттлов все еще находился на внешних лесах, и нос его смотрел в середину главного корпуса станции. Но второй шаттл вроде бы сумел вырваться, и только десятки мощных с виду тросов привязывали его к станции. Они медленно извивались и вертелись, как змеи, и корпусу шаттла казался потрепанным и разбитым, очевидно, от регулярных соударений с корпусом «Архимеда». Еще ближе стала видна мерцающая искорка света в глубокой ране корпуса шаттла.

- Похоже, у них там горело что-то внутри, - сказал Сабак. - Такого бы не могло быть, если бы что-то не питало огонь - наверно, лопнувшие топливо- или воздухопроводы. Можете показать крупнее?

- Конечно, - ответил один и пилотов, и на экране показался крупный план подбитого шаттла.

- Похоже, у него двигатель взорвался, - сказал Бадди. - Что-то внутри взорвалось и вспороло корпус.

- Да отчего же такое может быть? - спросил Кендрик недоуменно.

- Других кораблей вблизи не было; - ответил пилот, чуть поворачиваясь в кресле и многозначительно глядя на Кендрика. - Если бы я не знал, что такого не могло быть, я бы решил, что они пытались оттуда вырваться.

Второй пилот, женщина, посмотрела через плечо, и на лине ее был написан вопрос: «Какого черта здесь творится?» Кендрик перехватил ее взгляд и едва заметно пожал плечами. Она нахмурилась и снова отвернулась.

Он продолжал с интересом разглядывать «Архимед», а Сабак обсуждал с пилотами план подхода и стыковки. Через несколько минут они выбрали другую ферму, расположенную чуть дальше по окружности станции. Сейчас они уже были ближе к внешней поверхности «Архимеда», и Кендрик смотрел на разорванный шаттл с завороженным ужасом. «После такого никто выжить не мог», - подумалось ему.

Шаттл подплывал к выбранной ферме, «Архимед» под ним вращался все медленнее, и наконец это вращение перестало быть заметным. Сабак отвел Кендрика и Бадди к задней стенке рубки, где к переборке крепился ряд сидений из пластика.

Они пристегнулись и стали ждать. Вскоре по корпусу прошел тяжелый звенящий гул - и гравитация вернулась.

Эта внезапная перемена оказалась очень неприятной. Кендрик представил себе, как шаттл теперь крутится вслед за вращающейся станцией; она будто пытается выбросить пришедший корабль, и возникает искусственная гравитация.

Шаттл ошвартовался брюхом наружу, и можно было внутри ходить без неприятного чувства, что мир перевернулся с ног на голову.

Сабак отстегнулся и жестом предложил Кендрику и Бадди поступить так же. Потом он вывел их обратно в короткий коридор, соединяющий кабину с пассажирским отсеком.

- Буквально одну секунду, - сказал он им, отодвигая секцию переборки, за которой открылась глубокая ниша. Там хранилось оружие - автоматы, пистолеты, что-то вроде гранат. И два бруска пластида.

Сабак достал два пистолета в кобурах - для каждого из своих спутников. Бадди удовлетворенно кивнул и явно привычным жестом взял оружие.

Кендрик с опаской смотрел на пистолет у себя в руках.

- Ты просто держи его при себе, - посоветовал Бадди. - Вряд ли тебе придется пускать его в ход. Дай-ка сюда… - Он взял у Кендрика оружие и вставил обойму. - Вот эта штучка наверху - предохранитель, и смотри, чтобы она всегда вот тут была, кроме случаев, когда уже стрелять надо. Понятно?

- Вроде бы.

- А пока что убери его с глаз. Не надо, чтобы люди Дрегера знали, что мы вооружены. Любое мелкое преимущество стоит использовать.

Кендрик поймал взгляд Сабака:

- Дрегера и его людей обыскивали? Проверяли, есть ли у них оружие?

- Не было ни времени, ни возможности, - мрачно ответил Сабак. - Тем более важно, чтобы мы были ко всему готовы.

Подошли летчики шаттла, и Сабак раздал оружие и им, присматривая за дверью в пассажирский отсек. Оттуда осторожно вошли несколько лаборокрысов - Кендрик узнал Велиза, - и им Сабак тоже раздал оружие.

-  С
остальными что делать будем? - спросил Бадди, кивая головой на дверь. - Из них никто не ожидал, что здесь придется драться.

- Мне это известно, - ответил Сабак так же мрачно. - Когда войдем, нам следует разделиться на две группы. Первая пойдет вперед и разберется со всеми «Лос Муэртос», которые могли там остаться. Вторая останется здесь, возле причальных зон, и будет охранять всех остальных наших людей.

- А Дрегер? - спросил Кендрик.

- Вопрос в том, попытается ли он что-нибудь выкинуть, когда мы войдем внутрь.

- Можете не сомневаться. Но тут весь вопрос в том, станем ли мы отдавать ему то, что он хочет. - Кендрик посмотрел на Сабака вопросительно.

- Я не ожидал, что нам там придется иметь дело с Дрегером. Что, быть может, было самой вопиющей нашей ошибкой. - Сабак обернулся к Бадди. - У тебя не меньше военного опыта, чем у меня, так что когда мы там будем, ты присматривай за Дрегером и его громилами. И вопрос все тот же: вооружены ли они?

Бадди пожал плечами:

- Полагаю, вооружены, и серьезно. Сабак согласно кивнул:

- О\'кей, тогда исходим из допущения, что мы в какой-то момент встречаемся с сопротивлением. Если выживших с шаттлов «Лос Муэртос» не окажется, может быть, напряжение несколько снизится. Кроме того, что связано с Дрегером.

- Дрегер будет искать те же записи, которые интересуют меня, - напомнил Кендрик.

Сабак прищурился:

- «Архимед» большой. Там пару недель надо, чтобы найти что-то конкретное. А вот пары недель как раз и не будет.

Кендрик покачал головой:

- 
Мне нужно найти лабораторию во втором отсеке. Вот именно там я найду, что ищу.

Сабак медленно покачал головой:

- Лаборатория?

Один из космолетчиков сказал:

- Оттуда осуществляется централизованное управление всеми функциями станции, сэр. Компьютерные системы равномерно распределены по всему корпусу, чтобы станция в случае серьезной травмы могла функционировать дальше. Но эта лаборатория - центр, куда постоянно вводятся данные и откуда исходят их сводки.

- И нельзя исключить саботаж, - сказал Бадди. - Мы не знаем, что могли сделать там «Лос Муэртос», опередив нас.

Кендрик никак не мог избавиться от глубокого чувства ужаса перед тем, что может оказаться там, внутри «Архимеда». Все, что они пока что узнали, было профильтровано через оптику изломанного, мертвого разума Роберта. И сейчас на самом деле никто из них понятия не имел, против чего же они выступили.



Они прошли через пассажирский отсек, превратившийся из вертикального цилиндра в длинный зал с низким потолком. Бадди, Сабак и космолетчики снова проверили на всех скафандры на герметичность.

Как-то получилось, что все, не сговариваясь, оставили Дрегера и его людей самих о себе заботиться. Через несколько минут внешний шлюз открылся в длинную гибкую трубу, связанную уже непосредственно с «Архимедом». Труба оказалась неожиданно тонкостенной и непрочной на вид.

Кендрик надел шлем, и голоса окружающих превратились в далекое электронное кваканье. Он встал в очередь, и пилоты вывели его к платформе с достаточным количеством поручней - очевидно, чтобы везти прибывающих внутрь станции.

Примерно двадцать минут ушло на перевозку по трубе всех прилетевших. Кендрик и его спутники оказались в помещении, которое было задумано явно как вестибюль для оформления приезжающих - множество конторок и длинные низкие скамейки. Кендрик стал рассматривать предупреждения и плакаты, все еще висящие на пастельных стенах.

Сабак и космолетчики собрались возле герметичной двери в противоположном конце этого вестибюля. Судя по надписи на ней, там был вход в саму станцию.

Кендрик посмотрел на экран, встроенный в рукав его костюма, поиграл с меню. Нашел информацию, что атмосферное давление за пределами скафандра в данный момент нулевое. Он подумал, как вышло, что из этой секции ушел весь воздух, и значит ли это, что вся станция разгерметизирована.

Он подошел к шлюзу, где стоял Сабак. Один из пилотов открыл панель в стене рядом с дверью и подсоединил какое-то устройство к торчащим оттуда проводам. У Кендрика мелькнула мысль, отчего они не попросили его или другого лаборокрыса открыть двери своим волшебством, потом вспомнил, что никто никогда не пытался этого сделать в громоздком космическом скафандре.

После некоторых усилий шлюз открылся, и стали видны расходящиеся в разные стороны коридоры. А прямо за дверью открылся широкий зал, обставленный низкими диванами пастельного цвета.

- Воздуха нет, но свет есть, - сказал Бадди в интерком скафандра.

- Энергия подается от солнечных батарей на обшивке, - пояснил Сабак. - Это значит, нам не придется двигаться на ощупь.

Бадди засмеялся дробным смехом:

- Знаешь, лучше не напоминай.

Подошла небольшая группа лаборокрысов, и один из космолетчиков стал их инструктировать, стараясь не давать им разбредаться, но чтобы и под ногами не путались.

Сабак подошел к Кендрику:

- Вы знаете, как переключиться на конфиденциальный канал? Нет? Потому что сейчас вы вещаете на общем канале всем. Если хотите говорить только со мной, сделайте вот что.

Он показал Кендрику цепочку меню на нарукавном экране.

В вестибюль вошли Дрегер и его люди. Кендрик обратился к одному из пилотов, у которого на скафандре было имя Ру.

- Я должен у вас кое-что спросить, - начал он по конфиденциальному каналу.

- Секунду, - ответил пилот. - Так, теперь можем говорить один на один.

- Я возвращаюсь с вами обратно, - сказал Кендрик. - Вот поэтому меня интересует, когда вы летите - сейчас или потом?

- Подождем, убедимся, что у всех все в порядке, а потом мы с еще одним пилотом поведем шаттл домой. Сейчас вот вернемся и будем ждать на борту. Хотите с нами?

Кендрик покачал головой.

- Сперва мне тут кое-что сделать надо.

Эмоции Ру были написаны у него на лице: немножко изумления по поводу того, что здесь происходит, того, чего ему при всем старании не понять. Кендрик ощутил приступ сочувствия к возвращающимся пилотам: у них должно быть такое чувство, будто они помогают организации массового самоубийства.

- О\'кей, - сказал Ру. - Если до того больше не увидимся, остаетесь здесь. Помните, мы тут максимум часа два будем еще торчать.

- Спасибо.

Кендрик коротко улыбнулся и отошел. Его наполняло какое-то тупое отчаяние: он даже сам себя не мог убедить, что не совершает самоубийства. Очень велик шанс, что он вообще не вернется домой, и эта мысль ужаснула его.



28 октября 2096 года. На борту «Архимеда»



На стене висела карта станции. На ней видны были несколько уровней, или палуб, перебиваемых двумя огромными искусственными полостями - одну из них Кендрик «видел», в определенном смысле, в тех видениях, что вызывали в нем усиления. Рядом с картой висели панорамные снимки интерьеров этих полостей. Там сотрудники с внешностью фотомоделей брали образцы почв или же выполняли какие-то лабораторные процедуры под огромными зеркалами, предназначенными для отражения солнечного света внутрь станции.

Кендрик подумал, что именно это, по замыслу руководства, и должны были видеть перспективные инвесторы сразу после прибытия. Здесь они ждали начала экскурсии.

Он задумался, не была ли разгерметизация результатом сбоя в системе жизнеобеспечения. Если так, то системы освещения, во всяком случае в этой части «Архимеда», этот сбой не затронул. Панели в потолке и стенах мягко светились рассеянным светом.

Кендрик посмотрел на Дрегера, на его людей, которые шли вслед за всеми, тщательно сохраняя дистанцию. В ответ на его изучающий взгляд Смиби сердито зыркнул.

Сабак переместился в центр этого зала и поднял руки, привлекая общее внимание, потом повертел головой, оглядывая всех и демонстративно указывая пальцем на свой нарукавный экран - он просил всех переключиться на общий канал. Кендрик постучал пальцами по своему экрану, и уши наполнились шумом окружающих голосов.

- Мы добрались! - объявил Сабак, улыбаясь под прозрачным забралом шлема. - Мы добрались сюда, слава Светлым!

Несколько радостных завываний, общий приветственный шум.

- Если у кого-то из вас появились сомнения, если кто-то решил, что слишком многое покидает навеки, - самое время сказать, - продолжал Сабак. - Никто о вас не будет плохо думать. Да, дело наше монументальное, но сами мы - всего лишь люди. Тот, кто хочет вернуться домой, может вернуться - с нашим искренним благословением.

Он оглядел собравшихся, но никто не сказал ни слова, никто не вышел вперед. Даже те, кто раньше заливался слезами, теперь решительно молчали.

- А он что тут делает? - спросил кто-то, указывая на Дрегера. Кендрик тоже посмотрел на миллиардера - лицо Дрегера за забралом осталось бесстрастным.

- Мистер Дрегер помог нам сюда добраться целыми и невредимыми, - тщательно выговаривая слова, объяснил Сабак. - Если бы не он…

- Если бы не он, - перебил кто-то другой в треске помех, - мы бы вообще в это дерьмо не вляпались! Какого черта он тут делает? Мы его не звали!

Настроение вмиг переменилось, крики и обвинения слились в неразличимый гвалт. Было ясно, что еще чуть-чуть - и толпа выйдет из-под контроля Сабака. С полдюжины людей Дрегера - считая его самого - и во много раз больше рассерженных лаборокрысов.

Кто-то вдруг бросился на Дрегера, неуклюже в условиях низкой гравитации. Кендрик с ужасом увидел, как Смиби выхватил из глубокого кармана тупоносое оружие и прицелился, держа его обеими руками.

Кендрик стал пробираться вперед, придумывая на ходу способ разрулить ситуацию. Под стеклом шлема нападавшего видно было лицо мужчины средних лет со следами давно одичавших усилений на лбу.

Будто по волшебству в скафандре нападавшего образовалась дыра. Лаборокрыса развернуло в почти пародии на балетное фуэте, он налетел на соседний диванчик и свалился, как тряпичная кукла.

Кендрик что-то заорал, но и сам не услышал своих слов за искаженным электроникой общим воплем.

- Все назад! - рявкнул Смиби по общему каналу. Остальные люди Дрегера тоже вытащили такое же оружие.

Кендрик с ужасом смотрел на тело убитого лаборокрыса. Ниже носа лица просто не было, и красный океан хлестал из остатков челюсти, фонтаном выплескиваясь из разбитого шлема.

Он отвернулся, борясь с тошнотой. Сейчас будет бойня. Он нашел свой пистолет, стиснул его в руке, слишком живо представляя себе все опасности получения раны в вакууме. Люди Сабака достали оружие и сейчас стояли против людей Дрегера.

- Мы идем вперед, - напряженно объявил Смиби. - Если кто попытается идти за нами, стреляем на поражение. Всем ясно?

Сабак смотрел мимо него, в глаза Дрегера.

- Светлые убьют вас. Вы это понимаете? - спросил он.

Дрегер посмотрел в ответ сверкающими глазами, и у Кендрика защекотало ладонь, будто по ней пробежал слабый электрический ток. Возникло неодолимое желание что-нибудь тронуть: стену, пол, что угодно.

- Мы пройдем через вот эту дверь, - объявил Смиби сквозь треск помех. - Никто другой за нами туда не пойдет в течение двадцати минут как минимум. Все меня поняли?

Сам Дрегер был безмолвен.

Из вестибюля было только четыре выхода, и три из них вели в коридоры, сворачивающие и исчезающие из виду вдоль закругления корпуса. Четвертый закрывала герметичная дверь, рядом с которой двое людей Дрегера сейчас и возились. Остальные трое вместе со Смиби держали под прицелом лаборокрысов.

Яркая вспышка на миг ослепила Кендрика, и герметичная дверь отворилась - за ней тоже оказался коридор, Дрегер и его группа быстро протиснулись туда, не отводя оружия от лаборокрысов, и дверь снова закрылась, скрыв за собой отряд Дрегера.

Сабак бросился вперед сразу же. Остальные за ним; один потянулся к панели управления.

- Назад! - крикнул Сабак. - Ничего не делать без моего приказа! Дайте ему время уйти. Все назад!

Кендрик постучал по нарукавной панели и перешел в режим личного разговора с Сабаком. -Их никто отсюда не выпустит.

- У нас свои приоритеты, вам ясно? - в голосе Сабака звучала злость. - Так нам хотя бы не придется смотреть на них все время.

Кендрик подвинулся ближе:

- А вы не подумали, что он там будет делать? Вы вообще подумали, что он может сделать после того, как найдет, что ищет?

- Это если он вообще куда-нибудь попадет, - ответил Сабак. - Светлые пока не показали недостатка сообразительности, когда им нужно было выкидывать отсюда абордажные команды. А кроме того, ему не вернуться на Землю без нашей помощи.

- Если он не найдет способа добраться до уцелевшего шаттла «Лос Муэртос». Нет причин предполагать, что шаттл неисправен. И я не верю, чтобы Дрегер залез сюда, не будучи уверен, что средства возвращения у него есть.

- Им займутся Светлые, - уверенно сказал Сабак.

- А может быть, мы все его очень долго и очень сильно недооценивали. И он запланировал нечто такое, чего мы не ожидаем. Вы понимаете, что тут поставлено на карту? Вот что я предлагаю: я сам и еще пара человек можем пойти вперед на разведку. А вы тем временем можете перейти в более безопасное место.

Сабак, казалось, был готов взорваться под щитком шлема.

-  О
Господи! Ладно, делайте, что считаете нужным. Но если с вами там что-нибудь случится, я никого не буду за вами посылать.

Бадди шагнул к ним и вмешался в разговор:

- Джерри, хватить ругаться. Надо найти герметичное помещение, пока у людей воздух не стал кончаться. - Он посмотрел на Кендрика: - Сейчас это наша главная задача, и каждый человек будет на счету.



Сабак принял решение идти по переходу, ведущему прямо в одну из главных полостей - в надежде по дороге найти место, где можно будет подышать, не расходуя своего воздуха. А у Кендрика было все то же жгучее желание - снять перчатку и что-нибудь потрогать.

Но это привело бы к фатальной потере воздуха. Мелькнула мысль, не может ли он повторить свои ощущения с военно-воздушной базы - когда оказалось, что он совершенно перестал дышать, но он решил лучше не экспериментировать - а то как бы не кончилось тем, что он рухнет и забьется в судорогах, отчаянно пытаясь надеть шлем обратно.

Войдя в широкий коридор, Кендрик заметил, что через каждые несколько метров на стенах были установлены узлы для мобилов. Эти старомодные устройства выдавали возраст станции и придавали ей этакое старинное изящество. Вдруг оказалось удачно, что Кендрик сохранил мобил, который дал ему в Лабиринте Бадди.

Он навел мобил на ближайший узел, экранчик мобил а быстро замигал, информируя, что скачивает путеводитель по станции. В нем оказалась объемная версия той карты, что висела в вестибюле.

Он шел посреди толпы лаборокрысов - несколько растерянных после гибели одного из них. Кендрик оглянулся, изучая лица под забралами шлемов: особо героических, храбрых или рисковых видно не было. Но «Архимед» подавлял, и Кендрик чувствовал, что и его давит эта громада.

Здесь жили микроскопические чудовища, здесь посланцы богов разгуливали в своих снах, здесь в пустых темных коридорах зарождались тайны. Само сознание, что ты на борту «Архимеда», достаточно
сковывало любой язык - по крайней мере на время.

Кендрик ощутил чувство сродни зависти. Вот эти люди знали, чего хотят, они бросили все ради последнего шанса выжить. Они добровольно взошли на шаттл, не думая когда-либо вернуться домой.

«Так почему же я не такой?»

Вдруг ему не просто захотелось поверить - он почувствовал, что мог бы
поверить. Он был свидетелем конца всего и начала чего-то такого, что даже осознать невозможно, чего-то, уголком чего могли бы - всего лишь могли бы - оказаться? Небеса.

И почти в тот
же
миг Кендрик понял, почему так трудно было ему поверить: он просто боялся,
только и всего. Теперь, когда он ощутил хоть частътого, что наполняло Бадди и про-чихтакой уверенностью, он боялся, что это
может оказаться неправдой, ложным сном, рожденным высокими технологиями. И поэтому легче было просто
не верить.

Он продолжал изучать карту «Архимеда», показанную на экране мобила. Вскоре уже будет первая полость, и эта мысль его ужасала. Вдруг там помчатся к нему со всех сторон крошечные крылатые создания, и воздух превратится просто в суп из них?

Бадди подошел и встал рядом, ткнув пальцем в экран показаний у себя на скафандре. Кендрик заметил, что там такая же карта.

- Впереди - герметизированная зона, - сообщил Бадди по личной связи.

- Откуда ты знаешь?

- Зеленый - герметичная, красная - разгерметизированная.

Посмотрев на собственную карту, Кендрик увидел те же цветовые коды.

Коридор уперся в очередной шлюз. Прямо впереди в нескольких метрах коридора перед шлюзом играли какие-то искорки.

Серебристые волокна? У Кендрика по спине пробежал холодок, он огляделся и увидел, что не только он заметил это. По коже поползли мурашки от ужаса, когда некоторые из лаборокрысов протянули руки в перчатках - дотронуться до нитей. Он представил себе, как эти нити находят путь через материал скафандров, вторгаются в изборожденную усилениями кожу…

Сабак вел вперед, окруженный полудюжиной лаборокрысов, которых он вооружил еще на борту шаттла. Судя по тому, как они держались вместе, Кендрик предположил, что они общаются по закрытому конференц-каналу.

Они остановились возле люка, и у Сабака с некоторыми из них завязалось оживленное обсуждение. Потом он протянул руку и коснулся какой-то панели - дверь шлюза распахнулась, за ней оказалось помещение с высоким потолком, достаточно просторное, чтобы там поместились все. Кендрик вошел вместе с другими, заметив в противоположной стене еще одну герметическую дверь.

Первая дверь закрылась, и через некоторое время слабое, но все более усиливающееся шипение сообщило, что в камеру закачивается воздух. Над обеими дверьми замигали лампочки, потом Сабак снял с себя шлем, чтобы заговорить. Его голос глухо отдался в камере - он просил всех тоже снять шлемы.

Когда Кендрик снял свой, открылась другая дверь камеры, и за ней был свет. И деревья, и трава.

Люди толпой повалили в дверь и оказались в заднем конце очень просторной галереи с низким потолком, с панорамным стеклянным окном, выходящим на лесной участок. Деревья росли слишком правильными интервалами, чтобы это было естественно. Почва снаружи была аккуратно сложена в небольшие холмики - снова-таки попытка обмануть зрение, выдав среду за естественную. А дальше за стеклом земля круто уходила вверх.

Люди, вошедшие после Кендрика, уже сняли с себя шлемы.

Он глубоко втянул воздух в легкие и поразился его свежести - сам он наполовину ожидал, что воздух будет затхлый, как в Лабиринте. Хотя нанитовые волокна уже обозначили здесь свое присутствие, но такого заражения еще и близко не было. Кендрик шагнул к стеклянной стене и посмотрел на теплицу.

Вскоре к нему подошел Бадди, небрежно держа шлем в руке. Он просто сиял, такой счастливый и довольный, каким его Кендрик еще никогда не видел.

И вдруг - неожиданный шум.

Кендрик глянул вбок, вдоль фасада здания, где вилась между деревьев тропинка.

- Ты слышишь?

- Нет, я…

Что-то загудело - механический звук, всколыхнувший глубокие воспоминания. Кендрик отступил от окна и пошел вдоль него, пока не оказался между выходом шлюза и входом в здание.

Там что-то блестело между деревьями. И что-то было навязчиво-знакомое в услышанном шуме.

Он подошел к дальнему концу просторного зала - заглянуть между стеной дома и деревьями за ним, где росли когда-то ухоженные, а ныне одичавшие сады. Кендрик наклонил голову, прислушиваясь, и услышал серию коротких резких ударов. В ту же самую секунду он глянул через левое плечо - и увидел, как главный вход здания осыпался внутрь осколками стекла.

Кендрик свалился на мраморный пол, закрывая голову руками, и почти одновременно с этим разлетелись все окна. Ползком, на четвереньках, он бросился под сомнительное прикрытие простенка между двумя стеклянными панелями, прижался к полу, и пули завизжали у него над головой. С глухим звуком они ударяли в стены напротив окон.

Присмотревшись, Кендрик заметил тонкие следы нани-товых нитей, быстро распространяющихся по мраморным плитам. Покалывание в ладонях стало повелительным, почти неодолимым. Хотелось почесать ладони, хотелось…

В этот миг он понял, что от него требуется. Слегка перевернувшись набок, он стащил с себя перчатку, отбросил ее в сторону и уставился на обнажившуюся левую ладонь. Тончайшие золотые узоры еще виднелись в коже руки.

Всего несколько дней назад он был свидетелем войны на уничтожение, разыгравшейся на молекулярном уровне глубоко под землей. Может быть, на этот раз все выйдет по-иному.

Кендрик растопырил пальцы и приложил ладонь к мраморным плитам пола. Когда его плоть соединилась с холодным камнем, он вскрикнул. Жгучая боль ударила в мозг, пули продолжали свистеть в дюймах над ним.

Слышны были людские крики - и вопли раненых.

Сквозь туман мучительной боли он смог воспринять, что рядом с ним всего в нескольких футах лежит труп с кровавой кашей вместо головы. По-прежнему невозможно было оторвать руку от плит, и Кендрик вертел головой, пытаясь посмотреть, что у него за спиной. Почти все лаборокрысы отступили в относительную безопасность переходной камеры.

Стены галереи были построены в виде чередующихся стеклянных панелей и бетонных опор, и где-то около двадцати лаборокрысов сумели укрыться за бетоном. И не менее дюжины валялось в неподвижности смерти.

Кендрик схватил себя за запястье, все еще пытаясь оторвать руку от пола. У него на глазах золотые нити выползали из-под кожи, выискивая ближайшие серебряные волокна - и те вмиг становились золотыми.

Наконец он понял, что стрельба снаружи прекратилась.

- Это я, Кендрик! - крикнул он в наступившей внезапно тишине. - Меня кто-нибудь слышит?

- Кен! - Голос Бадди. - Я думал, тебя завалили!

- Тут пулеметные турели стоят! - крикнул Кендрик. - Такие же, как в Лабиринте были!

- Не напрягайся, Кен, мы заметили.

Кендрик вывернул шею, мельком увидел припавшего за бетонной скамьей Бадди возле центра галереи.