9. о грехе, что не веруют в меня;
Ошибка в том, что они не поверили в мое учение.
10. о правде, что я иду к отцу моему, и уже не увидите меня;
Справедливость в том, что я веду к отцу и что еще не понимали моего учения.
11. о суде же, что князь мира
1 сего осужден.
И приговор в том, что смерть приговорена.
12. Еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить:
Хотя бы и желал я многое сказать вам теперь, но вы не в силах понять.
13. когда же приидет он, дух истины, то наставит вас на всякую истину; ибо не от себя говорить будет; но будет говорить, что услышит, и будущее
2 возвестит вам:
В эту же зиму к Подгайскому вернулась жена. Он написал ей письмо, просил приехать, и она действительно приехала. От радости он не знал, как ее встретить, чем угодить. Она также была счастлива, и от счастья даже плакала. Она с трудом Верила, что для нее, жены пьяницы, еще возможно счастье на земле.
Когда же придет дух истины, он покажет вам путь ко всякой правде; потому что он не будет говорить от себя, но что он услышит, то скажет, и на всякий случай будет возвещать вам;
14. он прославит меня, потому что от моего возьмет и возвестит вам;
Теперь было всё иначе. Свекровь довольная, дети здоровые и ласковые, внутри всё чисто убрано, весь домишко на зиму заботливо устроен. Мартын и мать исправно добывали на хлеб.
он будет судить так же, как я, потому что из моего возьмет и возвестит.
Жена принесла с собой кое-что из сбереженного жалованья и сразу уплатила все долги. Купила для свекрови, детей и мужа одежду, обставила кухню посудой. Как уютно теперь выглядело все здесь! А давно ли еще это было гнездо слез, горя и нищеты? И вдруг, в какой-нибудь год, даже меньше, такая перемена! Такое чудо! Где тому причина? В трезвости! Опомнился человек. В себя пришел. Из пьяной пасти дьявола вернулся под сильную и крепкую руку Господню. И тут вернулись к нему жена и семейное счастье.
15. всё, что имеет
3 отец, есть мое; потому я сказал, что от моего возьмет и возвестит вам.
Мартын сидел вечерами в кругу своей семьи и думал: « И такую радость, такое счастье, да не свое только, а целой семьи, я променял на кабацкое пойло, на дьявольский дурман. Слава Богу, что Он спас меня от гибели!»
Всё, что есть отец, всё это мое, поэтому я и сказал, что он из моего возьмет и возвестит вам.
Былую свою пьяную компанию Мартын теперь уже давно забыл. Он собирал вокруг себя совсем другое общество. Приходили родные, знакомые, соседи, и по праздникам маленький дом был полнехонек. Мефодий в таких собраниях обыкновенно читал чтонибудь, а потом шли о прочитанном разговоры. Вскоре Мефодия стали приглашать и в другие дома.
— Мефодий, мне кажется, что ласточки начали собираться к полету, — сказал как- то раз Самко. — Ты говорил тогда в лесу, что вся наша деревня должна собраться в Божью стаю и что мы обязаны положить тому начало. Теперь, видимо, дело идёт к тому.
ПРИМЕЧАНИЯ
— Трудно, Самко. Недаром сказано: « Тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их». Но ничего. Не станем унывать. Будем указывать людям путь. А если никто и не пойдет тем путем вслед за Иисусом, мы сами должны идти за Ним. Он каждому сказал: « Следуй за Мною». Ты, ты сам следуй. К тебе прежде это слово Христово, а потом уже к другим.
1) Князь мира значит смерть.
На неделе Ондранчики возили лес для дома Мефодия: к весне хотели начать строить. Мефодий заготавливал всё заранее. Холм был уже снесен. Кирпичей наделано достаточно. Довольно было и плит для фундамента. Черепицу для крыши они также завезли загодя и сложили у Ондрачика. Из лесу натаскали молодняка на колья. Мефодий хотел обнести забором всё свое владение.
2) Ερχόμενα — идущие, следующие обстоятельства.
Как-то утром Ондрачики получили печальную весть. Дочь Анна, которая жила с мужем в Америке, писала, что муж ее серьезно болен и доктор советует ему немедленно уехать домой, чтобы окончательно не ослепнуть. Поэтому они тотчас же собрались в дорогу, как только муж выписался из больницы.
3) Έχω я перевожу: быть, значить.
Как удручающе подействовала бы на них подобная весть, случись это раньше! Но теперь, когда они научились молиться, они сказали только:
Стихи с 18–го главы XV и до стиха 16–го гл. XVI Иоанна составляют 3–й отдел беседы.
— Да будет воля Божья! Если Господь это допустил, будем нести испытание.
И как раз на этой неделе, когда у Петрачей должна была справляться свадьба, куда приглашены были и Ондрачики, к последним прибыли больной зять и заболевшая в дороге дочь. Дорке тут было не до свадьбы: управиться бы дома с работой!
В первом Иисус говорит о том, что для него есть смерть. Он говорит, что он не умрет, а как разумение будет жить в тех, кто соблюдает его учение. Во втором отделе он говорит о том, что есть отец, что есть разумение и какая заповедь отца и разумения — любить друг друга. Теперь, в 3–м отделе, Иисус говорит о том, что это разумение не принято миром и не будет сразу принято миром, и что его будут гнать и что это не может быть иначе. Вот он показал им путь к отцу, и они опечалились, но он говорит им правду — другого утешителя нет, как истина; что самый он же, Иисус, как дух истины, будет жить в избранных; для вас лучше, чтобы я умер и пришел бы дух истины. Этот дух истины убедит мир в том, что учение мирское ложно; в том, что правда только в сыновности к отцу и в том, что плоть бессильна. Я же, хотя и имею, что сказать, не могу, но дух истины (я сам в духе) откроет вам всё и будет открывать во всяких случаях жизни. Он будет говорить не новое что-нибудь, но всё то же, что и я, — о сыновности вашей к отцу.
И не будь у них Мефодия, они не знали бы, как им быть. Главное, им не к кому было дажеобратиться за помощью.
Приехавшая дочь Анна удивилась: кто так заботливо помогает старикам? Тогда Дорка и мать, да и старик, рассказали ей, что за работника в дом послал им Господь. Иосиф — муж Анны, также дивился редкому работнику. При этом говорил:
— Его голос мне знаком, как будто я его уже когда-то где-то слышал.
— Как знать! Может быть, вы с ним не раз встречались. Мы сами не знаем, откуда он. Он никогда не рассказывал о себе. Но из того, что он вообще рассказывает видно, что он много чего повидал на белом свете.
Наступило воскресенье — день свадьбы у Петрачей. Старый Давид сидел в своей хибарке у теплой печки и раздумывал о жизни. Окна и двери были закрыты, но музыка и громкие голоса отчетливо доносились сюда.
Вдруг открылась дверь и вошёл Мефодий.
Ин. XVI, 16. Вскоре вы не увидите меня и опять вскоре увидите меня, ибо я иду к отцу.
— Добро пожаловать! — обрадовался старик. — Пришел навестит! Как дела у вас в доме?
— Слава Богу! Теперь получше. Доктор сказал, что Иосиф к весне совсем поправится, а жена его, Анна, так совсем уж встала, хотя и жалуется еще на слабость.
Иногда ненадолго не будете видеть меня, и опять ненадолго будете видеть меня, потому что я уйду к отцу.
— Послушай, Мефодий, я как раз перед твоим приходом сидел и думал: что будет с тобою? Если Ондрачику вернулись дети и они скоро поправятся, то ведь им, стало быть, не надо будет больше другого работника, кроме пастуха.
17. Тут некоторые из учеников его сказали один другому: что это он говорит нам: вскоре не увидите меня, и опять вскоре увидите меня, и: я иду к отцу?
— Конечно. Одного им придется отпустить. Я и остаюсь у них только до весны. Собственно, я им и сейчас особенно не нужен. Я мог бы и сию же минуту уйти, но у меня начата стройка, да и ещё есть кое-какие дела.
— Как — уйти! — воскликнул старик. — Почему уйти? А куда же мы денемся без тебя? Другие ещё, может быть, ничего. Но старый Давид, что он будет делать без тебя?
И сказали ученики друг другу: что значит, что он говорит нам: не будете видеть меня и опять будете видеть меня, потому что я иду к отцу?
— А я разве вам дорог? Вы любите меня? — Мефодий обнял старика как в тот раз, когда Давид рассказывал ему о своем горе.
18. Итак, они говорили: что это говорит он: вскоре? не знаем, что говорит.
— Ах, не спрашивай! Ежели ты согрел мою старую кровь, как может мое сердце не любить тебя?
И сказали: что значит это, то будет, то не будет? не знаем, что говорит.
В комнате стало тихо.
— Помните ли вы, дорогой Давид, что я осенью обещал вам?
19. Иисус, уразумев, что хотят спросить его, сказал им: о том ли спрашиваете вы один другого, что я сказал: вскоре не увидите меня и опять вскоре увидите меня?
— Что ты мне кое-что хотел рассказать? Я помню это. И давно уже жду, когда ты это сделаешь.
Понял Иисус, что хотят его спросить, и сказал им: о том добиваетесь, что я сказал, то не будете видеть, то опять будете видеть?
— Ну, так я хочу рассказать вам, почему я полюбил вас.
— Меня? Я думаю, потому, что ты любишь всех людей, как это завещал тебе Христос.
20. Истинно, истинно говорю вам: вы восплачете и возрыдаете, а мир возрадуется; вы печальны будете, но печаль ваша в радость будет; 1
— Конечно. Ибо Господь Иисус повелел это, сказав: « Спасение придет от Иудеи». Но я люблю вас не только вообще, как человека. Я люблю вас по-особому. Это мне завещал тоже один еврей, которому я многим обязан.
Вы сами знаете, что будете плакать и горевать, а мир будет радоваться, будете печалиться, но печаль ваша будет делаться радостью.
— Что ты говоришь? — удивился старик. — я ничего не понимаю. Объясни мне.
ПРИМЕЧАНИЕ
— Видите ли, я долгие годы жил на свете без Бога и без Христа. Я не думал, что у меня есть бесмертная душа, и что мне после смерти придется дать отчёт о всей моей жизни. Я жил так, как жили все. Но потом я познакомился с одним евреем, который мне впервые раскрыл мне всю правду моей жизни и указал, как найти Христа. Он научил меня любить Сына Божия и объяснил, что и мы люди, тоже должны быть детьим Божиими: Сейчас его уже нет в живых, Господь призвал его к Себе.
— Ты сказал, что он был иудей, что он научилтебя познавать и любить Христа? — с удивлением спросил старый Давид.
1) На вопрос о том, что значит: то не будете видеть, то опять будете видеть, Иисус отвечает: будете плакать и будете радоваться. Когда радуетесь, тогда видите; когда плачете, тогда не видите.
— Да, он был иудей из иудеев. Он был проповедник среди евреев и жил только для того, чтобы возвестить своему народу, что Мессия, Спаситель, уже пришел, что
Он указал людям путь спасения от грехов, что Он жил среди Своего народа и опять придет, но уже ко всему человечеству.
— Так это ж был не еврей! Это был христианин!
— Христианин он был по вере, а по крови он был еврей. И гордился тем, что он — еврей. Благодарил Бога, что он происхождением принадлежит к тому народу, от которого через Иисуса Христа излился свет Божьей правды на всё человечество. Он был счастливым человеком, но у него было одно желание, которое он не смог осуществить. Это его огорчало. Тогда я пообещал ему исполнить его заветное желание, чего бы мне это не стоило. Он поверил мне, и, благодарение Господу, я не обманул его.
— Что же это было за обещание? — спросил, насторожившись, старик и удивленно посмотрел на своего молодого друга. Тот говорил сегодня не так, как обычно, Как будто это не был работник Ондрачиков, который вырос среди глупых крестьян и служил им.
— Вы спрашиваете, что это было за поручение?..
Ин. XVI, 21. Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир;
Видите ли, был у него один очень-очень дорогой человек на свете, которого он любил больше, чем кого-либо другого в жизни, хотя, как это ни странно, он никогда его не видел. И тот факт, что он никогда не видел этого человека, и был его огорчением. Он хотел ему принести весть спасения и не мог: не знал где найти:
Женщина, когда родит, печалится, когда приходит час ее. Когда же родит ребенка и не помнит мук от радости, что родился человек в мир.
— И ты нашёл его?
— Да, нашёл и:
22. Так и вы теперь имеете печаль; но я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас.
В эту минуту яркий свет озарил комнату и они услышали ужасные вопли и крики. Мефодий и Давид вскочили.
И вы вот, то будете печалиться, то опять увижу вас, и будет радоваться ваше сердце, и радость вашу никто от вас не отнимет.
— Там что-то произошло! — указал еврей пальцем наружу.
23. И в тот день вы не спросите меня ни о чем; истинно, истинно говорю вам: о чем ни попросите отца во имя мое, даст вам.
— Да, там пожар! Счастливо оставаться, я побегу, — сказал Мефодий.
— Куда? На пожар?
И в тот день не будете у меня просить ничего. Вы сами знаете, что всё, чего будете желать от отца для духа, даст вам.
— Ну да! Там, вероятно, все пьяны. Кто-нибудь опрокинул лампу, а с ними беспомощный Самко.
24. Доныне вы ничего не просили во имя мое; просите, и получите, чтобы радость ваша была совершенна. 1
— Не ходи! — удерживал Давид, но парень вырвал свою руку и выбежал вон.
Вы прежде ничего не просили для духа. Просите и получите, так что радость ваша будет полная.
На свадьбе случилось действительно нечто ужасное. Один из напившихся дружков жениха вздумал принести зажженную сливовицу в миске прямо на свадебный стол. У стола он поскользнулся и опрокинул пылающую водку на жениха и на стол. В одно мгновение всё платье несчастного вспыхнуло, как факел, запылала и скатерть. Поднялся и страшный переполох. Одни бросились к двери, другие выпрыгнули из окна. Жених, крича от боли и отчаяния, вскочил на слот, оттуда опять вниз, кинулся на пол, катался по нему, чтобы потушить пламя. Невеста ринулась к жениху, хотела собственными руками затушить огонь, и ее подруги едва успели оттащить ее в сторону.
ПРИМЕЧАНИЕ
Некоторые спохватились и стали лить воду на стол, а один из пьяных гостей схватил бутыль с водкой, приняв ее за воду, и тоже начал поливать ею огонь. Пламя вспыхнуло с еще большей силой.
Стих этот ясно показывает, что значит «просить отца во имя мое».
Тут как раз вбежал Мефодий. Он держал в руках мокрый балахон, бросился с ним к пылающему жениху, плотно его укутал, и пламя тотчас потухло. Но в комнате огонь не унимался. Люди с криком рвались наружу. Густой дым и смрад спирали дыхание, и только с большим трудом удалось всем выскочить вон.
Невесту, без сознания, вынесли на руках. Жениха вытащил Мефодий и передал на дворе людям. А сам снова бросился в горящую комнату, вспрыгнул к окнам, запер их, сорвал пылающие занавески и затоптал их ногами. Пламя со всех сторон тянулось к нему языками и грозило захватить его. Надо было спешить. Он быстро огляделся. Увидев две большие бутылки с водкой (сливлвицей) он схватил их и выбежал с ними, плотно закрыв за собою двери Ему навстречу бежал старик Петрач, и другие более трзвые гости с большими ведрами воды.
— Куда вы с водой? — крикнул им Мефодий. — Вода не погасит огонь. Пока пролитая водка горит, ее нужно оставить догореть. Потом можно будет тушить. Сдава
Ин. XVI, 25. Доселе я говорил вам притчами; но наступает время, когда уже не буду говорить вам притчами, но прямо возвещу вам об отце.
Богу, что Он помог мне вытащить эти бутыли. Иначе, если бы огонь перебросился на них и они бы лопнули, — страшно и подумать, что только могло бы быть.
Это я вам говорил и говорю окольными словами, но придет время, когда не окольными словами, но прямо возвещу вам об отце.
Да, свадьба вышла ужасною. Почти все гости попортили свои платья. А жених!
ПРИМЕЧАНИЕ
Бедный жених! На него жалко было смотреть, так он обгорел.
Т. е. придет время, что вы сердцем поймете свою сыновность и сущность отца.
И было большим счастьем, что пламя не вырвалось наружу, заглохло внутри, в быму от недостатка воздуха. Но зато всё, что было в комнате сгорело. Сам же дом остался целым.
— Ничего не осталось бы, и жених сгорел бы, — уверенно говорили все, — если бы не случился тут работник Ондрачика.
Долго готовились к этой свадьбе, но еще дольше вспоминали о ней.
На прошлой неделе старуха, жена Петрача, говорила соседкам:
Ин. XVI, 26. В тот день будете просить во имя мое, и не говорю вам, что я буду просить отца о вас:
— Ондрачики ударились вот в святость, а у них целый дом больных. Видно святость мало помогает, слабо действует!
В тот день вы будете просить по моему учению. И не говорю, что я буду просить отца о вас;
Теперь у нее был полный дом беды, только она уже никак не могла сказать, что это у них от святости, что это им Бог посылает испытания. О Боге тут не могло быть и речи. Они на свадьбу не Бога с молитвой пригласили, а дьявола с водкой.
Варили ему суп. Ну, похлебка и вышла горячей, обожгла всех.
27. ибо сам отец любит вас, потому что вы возлюбили меня и уверовали, что я исшел от Бога.
сам отец любит вас, потому что вы меня полюбили и поверили, что разумение от Бога,
Особенно обожгла она жениха, который собирался в новой семье открыть с тестем изготовление этого чертого пойла на всё селение. Ему было очень тяжело. Он от боли кричал день и ночь. Домашние перепробовали всё, что прописал доктор, и что посоветовали разные старухи, ничего не помогало.
28. Я исшел от отца и пришел в мир; и опять оставляю мир и иду к отцу.
На третий день Мефодий пришёл к своему хозяину, Ондрачину, и сказал:
что я — разумение, от отца пришел в мир и опять оставлю мир и иду к отцу.
29. Ученики его сказали ему: вот теперь ты прямо говоришь и притчи не говоришь никакой:
— Отпустите меня на 3 дня. Я был у Петрачей. Больной там или умрёт, или с ума сойдет от боли, если не переменится уход за ним. Я хочу побыть около него.
Сказали ему ученики: вот теперь ты прямо говоришь и не говоришь окольно;
— С Богом! Ты, конечно за ним лучше будешь ухаживать, чем кто- нибудь другой. А я охотно сам исполню твою работу, только бы ты там смог помочь. Жаль будет, если погибнет молодаяжизнь.
Мефодий ушел. У Петрачей все очень обрадовались, когда он сказал, зачем он пришел. Больше всех обрадовался доктор, который сразу увидел, какой это толковый, ловкий парень. Он сейчас же всё разъяснил Мефоди. И приказал семье, чтобы они ничего не смели давать и делать больному без согласия нового помощника.
30. теперь видим, что ты знаешь всё и не имеешь нужды, чтобы кто спрашивал тебя; посему веруем, что ты от Бога исшел.
И с того часа пошло на улучшение. Больной почувствовал, что за ним ухаживают другие руки, и успокоился. Послушно и доверчиво принимал лечение.
теперь мы поняли, что ты всё познал и нечего тебя больше спрашивать. Теперь веруем, что разумение от Бога.
31. Иисус отвечал им: теперь веруете?
Трех дней, однако, оказалось мало, и Мефодию пришлось пробыть у Петрачей целую неделю. Жена Петрача сама ходила к Ондрачику, просила его оставить им еще на несколько дней им его работника.
Иисус отвечал им: теперь верите?
32. Вот, наступает час, и настал уже, 1 что вы рассеетесь каждый в свою сторону, и меня оставите одного; но я не один, потому что отец со мною. 2
— Ради Бога, дорогой сосед. Это Сам Бог с твоим работником ангела — исцелителя к нам послал. А жалованье его уж мы тебе уплатим за неделю.
А вот придет время и приходит, что вы рассеетесь каждый в своем и оставите меня одного. Но я не один, отец со мною.
Ондрачик согласился оставить своего работника у соседей, но от оплаты отказался.
ПРИМЕЧАНИЯ
1) Νύv нет во многих списках.
— Это братская помощь в несчастье, и за такую помощь брать плату грех. И ты, соседушка, не убеждай. Нет, нет, о деньгах в таких делах и разговору быть не может. Мефодий ухаживал за вашим больным день и ночь из самой чистой любви к ближнему. Разве за такую любовь можно брать поденную плату?
2) Стих этот повторяет прежнюю мысль, что иногда они будут с ним, иногда будут оставлять его, но никогда не оставят его совсем, потому что они одно с отцом, и они вернутся к отцу.
Ин. XVI, 33. Сие сказал я вам, чтобы вы имели во мне мир; в мире будете иметь скорбь, но мужайтесь: я победил мир.
Всё это сказал вам, чтобы вы имели спокойствие через мое учение. В мире будут беды, но вы не бойтесь, я победил мир.
ПРИМЕЧАНИЕ
Это четвертый отдел беседы. В нем Иисус определяет, какого рода разумение даст дух истины. Он говорит: утешение не будет беспрестанное. Вы не всегда будете видеть меня, т. е. утешение в духе истины, но будут минуты упадка, слабости и печали. Вы не всегда будете видеть меня. А, как бывает в жизни, то будете горевать, не будете видеть меня, а то будете радоваться и увидите меня. И как женщина, когда родит, и мучается и радуется, так и вы будете и мучаться, и радоваться. Но радость ваша, когда вы будете видеть меня, будет полная, и никто ее не отнимет у вас, потому что тогда все, чего вы желаете для духа, всё будет вам, вы познаете истину, и истина сделает вас свободными. Теперь, как человек, я не могу говорить вам иначе, как словами, не выражающими всего, но тогда я в вас самих возвещу вам об отце. И тогда вы будете чувствовать себя вполне удовлетворенными, все ваши желания будут исполнены. Сам отец будет в вас, потому что он любит вас за то, что вы любите меня и верите в меня. И на это ученики сказали, что теперь они понимают, в чем будет состоять утешение. Теперь он просто и понятно сказал, и им уже нечего спрашивать. Мы понимаем и верим. Иисус сказал: теперь верите, а потом опять рассеетесь и забудете меня. Я это сказал вам, чтобы знали во время горя и обид, где искать спокойствия. Я открыл это спокойствие людей, несмотря ни на какие плотские беды. Я сильнее плоти.
Ин. XVII, 1. После сих слов Иисус возвел очи свои на небо и сказал: Отче! пришел час: прославь сына твоего, да и сын твой прославит тебя,
Проговорив это, Иисус поднял глаза к небу и сказал: Отец! пришел час, признай своего сына так, чтобы сын признал тебя.
2. так как ты дал ему власть над всякою плотью, да всему, что ты дал ему, даст он жизнь вечную.
Так как ты дал ему власть над всей плотью, пусть же всему тому, что ты дал ему, он даст жизнь истинную.
3. Сия же есть жизнь вечная, да знают тебя, единого истинного Бога и посланного тобою Иисуса Христа.
Жизнь же истинная в том, чтобы знать единого, настоящего Бога, и того, кого ты послал — Иисуса Христа.
4. Я прославил тебя на земле, совершил дело, которое ты поручил мне исполнить.
Я признал тебя на земле. Сделал то дело, которое ты велел мне.
5. И ныне прославь меня ты, отче, у тебя самого славою, которую я имел у тебя прежде бытия мира.
И теперь признай меня ты, отец, тем, чем я был для тебя прежде, чем был мир.
6. Я открыл имя твое человекам, которых ты дал мне от мира; они были твои, и ты дал их мне, и они сохранили слово твое.
Тем людям из мира, которых ты мне дал, тем я показал твое разумение. Они твои были, но ты дал их мне. И они соблюли и соблюдают разумение.
7. Ныне уразумели они, что всё, что ты дал мне, от тебя есть.
Теперь они узнали, что всё, чему ты научил меня, всё от тебя.
8. Ибо слова, которые ты дал мне, я передал им, и они приняли и уразумели истинно, что я пришел от тебя, и уверовали, что ты послал меня.
Тому, чему ты меня научил, я научил их. И они поняли и узнали верно, что я от тебя исшел, и поверили, что ты меня послал.
9. Я о них молю, не о всем мире молю, но о тех, которых ты дал мне, потому что они твои.
Я прошу тебя за них. Не за людей мира, но о тех, которых ты дал мне, потому что они твои.
10. И всё мое твое, и твое мое; и я прославился в них.
И всё мое — твое, и твое — мое. И ты признал мое учение в них.
11. Я уже не в мире, 1 но они в мире, а я к тебе иду. Отче святый! соблюди их во имя твое, тех, которых ты мне дал, чтобы они были едино, как и мы.
Я отхожу к тебе, а они в мире, и о них прошу, отец святой, соблюди их в себе, тех, которых дал мне, чтобы они были одно, как и мы.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Слова эти очевидный плеоназм, и я их исключаю.
Ин. XVII, 12. Когда я был с ними в мире, я соблюдал их во имя твое; тех, которых ты дал мне, я сохранил, и никто из них не погиб, кроме сына погибели, да сбудется писание.
Когда я был с ними в мире, я соблюдал их в тебе. Я берег тех, которых ты дал мне, и никто из них не погиб, кроме сына погибели, как сказано в писании.
13. Ныне же к тебе иду, и сие говорю в мире, чтобы они имели в себе радость мою совершенную.
Теперь я к тебе иду и говорю это в мире, чтобы они имели радость мою, чтобы она совершилась в них.
14. Я передал им слово твое, и мир возненавидел их, потому что они не от мира, как и я не от мира.
Я научил их разумению тебя, и мир ненавидит их, потому что они не от мира, так как и я не от мира.
15. Не молю, чтобы ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла,
Не прошу, чтобы ты взял их из мира плоти, но соблюди их от зла.
16. Они не от мира, как и я не от мира.
Они не от мира плоти, так же как и я не от мира плоти.
17. Освяти 1 их истиною твоею; слово твое есть истина.
Отец святой, соблюди их в истине. Разумение твое есть истина.
ПРИМЕЧАНИЕ
К концу недели больной мог уже вставать и чувствовал себя намного лучше. Он мог даже немного работать.
— И всем этим я обязан тебе, Мефодий, — со слезами говорил молодой зять Петрача. — Ты меня спас от огня, вылечил от болезни.
Не знали, как благодарить Ондрачикова работника и молодуха, и старики Петрачи.
1) Здесь варианты πάτερ άγιε и τήρησον.
— Не меня благодарите, а Бога, — отвечал внушительно Мефодийю — Ему вознесем хвалу. Давайте помолимся вместе. Да и вперед не станем забывать молитвы.
И вся семья Петрачей впервые в жизни молилась вместе. Молилась искренно, горячо, вдохновенно.
Самко был полон радости.
« И наши ласточки собрались лететь к Богу, — думал он. — И нашу семью связывает в одно целое не еда, да работа только, а и общее чувство стремления к Богу.
Да, и эта «стая ласточек» выбралась на верную дорогу, но какой ценою?.. Через какие овраги и трясины?..
Ин. XVII, 18. Как ты послал меня в мир, так и я послал их в мир.
Глава 6
Как ты меня послал в мир, так и я их посылаю в мир.
Зима миновала и пришла весна. Пришла и опять ушла, как чудная птица, которая порхает-порхает, поет, оадует сердце, и вдруг, моргнуть не успел, она исчезла.
19. И за них я посвящаю себя, чтобы и они были освящены истиною.
Хлеба созрели под знойными лучами солнца, как и два года тому назад, когда
Мефодий Рузанский первый раз пришел в дом Ондрачика.
И для них очищаю себя, чтобы и они были очищены в истине.
Зять Ондрачика давно уже поправился и однажды, стоя после обеда перед своим домом, смотрел туда, где до его отъезда с женой в Америку стоял безобразный пригорок. Пригорка теперь уже не было, а вместо него на ровном месте среди молодого прекрасного сада стоял окруженный живою изгородью дом, не особенно большой, но красивый, с большими окнами. Другого такого не было во всей деревне.
20. Не о них же только молю, но и о верующих в меня по слову их.
— Кто бы мог подумать! — удивлялся зять Ондрачика. — Мы всё время спокойно глядели на эту противную бородавку у себя под носом и не трогали ее. А
Не за них одних прошу, но и за верующих в меня по разумению их.
Мефодий так легко всё это обратил в красивый дом. Если бы я мог вспомнить, кого он мне напоминает? Не лицем, не внешним видом, а своим голосом. Решительно, где-то я уже видел этого человека!
21. Да будут все едино: как ты, отче, во мне, и я в тебе, так и они да будут в нас едино, — да уверует мир, что ты послал меня;
Ондрачиков зять дивился дому Мефодия, впрочем, не один он, дивилась вся деревня. Как только наступила весна, началась постройка. Мефодий пригласил каменщиков, а сам руководил ими, как опытный архитектор. Он высоко поднял крышу, и вверху получилось прекрасное жилое помещение. Подвал был сделан также жилым. И народ каждый день приходил дивиться чуду. Не один завистливо кивал головой и говорил: — сказать по правде, я не прочь себе сделать такой домик. Не домик, а игрушка. Залюбуешься! А как светло, удобно и уютно будет внутри!
Мефодий продолжал жить в доме Ондрачиков, но теперь не как работник. Он платил за свое содержание. Каменщики и рабочие столовались у жены Подгайского. Мефодий не хотел взваливать лишние хлопоты на Ондрачиковых женщин: у них и без того было большое хозяйство.
С тем, чтобы все были одно. Так же, как ты, отец, во мне, и я в тебе, так чтобы и они были одно в нас. Так чтобы мир верил, что ты меня послал.
Строился не только Мефодий, но и Петрачи. Петрач не открыл питейной лавки и не собирался ее открывать. Не думал он и о магазине: не хватало денег. Расходы зимой были ведь немалые: во-первых, дорого обошлась страшная свадьба, во-вторых, много ушло на продолжительное лечение зятя, и в-третьих, всё надо было ремонтировать. Слава Богу, что хоть помещение, предусмотренное под торговлю, осталось годным для жилья, ведь в комнате, где справлялась свадьба, нужно было заново делать и потолок, и окна, и двери.
22. и славу, которую ты дал мне, я дал им; да будут едино, как мы едино:
Соседи узнали, что Петрач условился с Мефодием, чтобы он в своем доме не только устроил жилище для себя, но также и для Самко и помещение для его торговли. Старого Давида было не узнать. Он помолодел, всюду поспевал советом и делом. Люди прямо дивились, не подменили ли его? Раньше от него слова нельзя было услышать, кроме краткого приветствия, да «да» или «нет». Теперь он был разговорчив и приветлив со всеми. Лицо посвежело, как у юноши, хоть сам он был весь седой.
И я научил их тому признанию, которому ты научил меня, чтобы они были одно, как мы одно.
— Что за перемена? — говорили кумушки. — То ходил, бывало, рваный и грязный, а теперь всегда чистая рубашка, хорошее платье на нем.
23. я в них, и ты во мне; да будут совершены во едино, и да познает мир, что ты послал меня и возлюбил их, как возлюбил меня.
Это все было дело рук жены Подгайского, которая не брезговала пошить и постирать на еврея. Она же смотрела за всем и в хибарке Давида: побелила стены, перестилала постель, приводила всё в порядок. Еще более интересовало женщин, что будет теперь с самим Мефодием. Пока он был у Ондрачиков работником, он был всегда и со всеми одинаков. Посмотрим, что будет, когда он переселится в собственный новый дом. Не женится ли он на дочери Ондрачика? Ондрачик, несомненно, был бы тому рад.
Так болтали соседки и были в какой-то степени правы. Ондрачики не отказали бы своему бывшему работнику. Да и Петрач охотно бы выдал за него свою вторую дочь. Но сам Мефодий об этом не думал. Замужняя дочь Ондрачика говорила, по крайней мере, что Мефодий сватал у них Дорку за Самко.
Я в них и ты во мне, чтобы мы были соединены в одно, и чтобы познал мир, что ты меня послал и любишь их так же, как и меня.
Хотя Самко и не совсем крепок телом, — говорил он бывшему хозяину о своем друге,
24. Отче! которых ты дал мне, хочу, чтобы там, где я, и они были со мною, да видят славу мою, которую ты дал мне, потому что возлюбил меня прежде основания мира.
— но в силах будет содержать свою жену и семью. И Самко и Дорка — оба любят Бога и вместе дружною парою пойдут по дороге кБожиему гнезду.
Отец! желаю, чтобы те, которых ты мне дал, чтобы они были там же, где и я, с тем чтобы они знали, что ты меня признал, потому что любил меня до начала мира.
Отец с матерью дали согласие, а Дорка давно уже сговорилась с Самко. Ей казалось только странным, что она помогала сносить пригорок, а теперь будет жить в доме на этом месте.
25. Отче праведный! и мир тебя не познал; а я познал тебя, и сии познали, что ты послал меня;
— Так дивно все идет на свете, — говорили соседки. И они были правы.
Отец праведный, мир тебя не знал, но я познал, и эти познали, что ты меня послал.
26. и я открыл им имя твое и открою, да любовь, которою ты возлюбил меня, в них будет, и я в них.
Глава 7
И опять чудный летний вечер стоял над землею.
И я объяснил им тебя и объясню, с тем чтобы любовь, которою ты возлюбил меня, была бы в них и я в них.
Лунный свет нежными серебристыми нитями спускался на деревню, сады, поля и леса. Отдельные лучи серебрили хижину старого Давида и скамью под орешником, на которой он сидел.
Старик был одет по-праздничному, и радость светлою улыбкой отражалась на его лице. Он сам не знал, почему он так радуется сегодня.
Почему его так радует, что Самко, наконец, сегодня открыл торговлю и что он, старый еврей, во многом ему помог? Давид не мог понять самого себя. С чего у него эта любовь к людям. Их горести раньше не трогали его, радости не веселили. И, вдруг, он, чужой всем старик, почти плачет от радости, что Дорка там, в лавочке, подошла к нему и сказала:
— Господь Иисус Христос воздаст вам за все то добро, что вы сделали Самко.
И старика от души радовало то, что молодые Самко и Дорка так любят друг друга, что они оба такие милые, что они будут счастливы и что в этом помог им также и он.
Самко и Мефодий тоже благодарили Давида, и это еще более обрадовало старика.
ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ ЕСТЬ ОБМАН ПЛОТИ. ИСТИННАЯ ЖИЗНЬ ЕСТЬ ЖИЗНЬ ОБЩАЯ ВСЕМ ЛЮДЯМ Общее изложение главы одиннадцатой
Он, сидя на скамейке, рассуждал:
— Жил один, все заботы брал на самого себя и был несчастлив. Случился поворот: приблизился я к людям, сделал кое-что им, и счастье стало вдруг ко мне также ближе, улыбнулось и мне. Я понимаю теперь, почему Бог повелел нам любить ближних, как себя. Их счастье — наше счастье.
«Сын человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мф.20:28) — так сказал мой Спаситель, — прошептал невольно старый Давид и, выпрямившись, поднял свой взор к безоблачному звездному небу.
— О, Адонай, Господь! Не покинь меня, не отвернись от недостойного, если я сказал об Иисусе Христе — мой Спаситель. Я — беспомощный и старый человек: Иерусалима нет, храм разрушен, жертвенник забыт, и нечем мне умилостивить
Когда Иисус, чувствуя себя готовым к смерти, пошел, чтобы выдать себя, Петр остановил его и спросил, куда он идет.
Твою правду святую за мои скверны. Мне нужна жертва заклания. И я верю, что Иисус Христос есть достойная жертва небу за грехи земли. Если эта моя вера ошибочна и греховна, то Ты, Бог Иакова и моих предков, порази меня сейчас же, на этом месте. Пусть по одному из этих холодных и тоскливых лучей месяца сойдет с неба Твой ангел смерти и уничтожит меня. Но если моя вера истинная, то правдою и страданием Христа, Сына Твоего, дай мне новое сердце и новую жизнь. Я верю, что Он мой Мессия, мой Спаситель пришел, что Он творит Свое дело избавления людей от ада. Я чувствую, что Он обновил меня, что Он вошел в меня и во мне живет.
Старый Давид прижал обе руки к сердцу, и лицо его озарилось таким внутренним светом, что он казался одним из старцев, окружающих престол Божий.
Старик уже не с собою рассуждал, а обращался к Самому Богу:
— Я, как Давид, взывал всегда: « Открой очи мои, и увижу чудеса закона Твоего» (Пс.118:18). Бог отцов моих — Авраама, Исаака и Иакова, — Ты услышал мою мольбу и открыл мне Слово Твое. Я упирался: не знал и не хотел знать Сына Твоего. Теперь Иное: не хочу быть, как Савл. Теперь я познал, что Иисус из Назарета есть Христос, Мессия, Сын Твой, и что Ты Его послал на землю к нам.
Иисус отвечал: я иду туда, куда не можешь идти. Я готов на смерть, а ты еще не готов к ней. Петр сказал: нет, я и теперь готов отдать жизнь свою за тебя. Иисус отвечал: человек ни в чем не может обещаться. И сказал всем ученикам: я знаю, что мне предстоит смерть, но я верю в жизнь отца и потому не боюсь ее. Не волнуйтесь и вы моей смертью, а верьте в истинного Бога и в отца жизни, и тогда вам смерть моя не будет казаться страшной. Если я соединен с отцом жизни, то я не могу лишиться жизни. Правда, что я не говорю вам, какая и где и когда будет моя жизнь после смерти, но я указываю вам путь к жизни истинной. Учение мое не говорит о том, какая будет жизнь, но оно открывает единый истинный путь жизни. Оно в том, чтобы соединиться с отцом, отец же есть начало жизни. Учение мое в том, чтобы жить в воле отца и исполнять его волю для жизни и блага всех людей. Наставником вашим после меня будет ваше сознание истины. Исполняя мое учение, вы будете всегда чувствовать, что вы в истине, что отец в вас и вы в отце. И, сознавая в себе отца жизни, вы будете испытывать то спокойствие, которое никто не отнимет от вас. И потому, если вы знаете истину и живете в ней, ни моя смерть, ни ваша собственная не может тревожить вас. Люди представляют себя отдельными существами, каждого с своей собственной волей жизни, но это только обман. Одна истинная жизнь есть та, которая признает началом жизни волю отца. Мое учение открывает это единство жизни и представляет жизнь не как отдельные побеги, а как единое дерево, на котором растут все побеги. Только тот, кто живет в воле отца, как побег на дереве, только тот живет; а кто хочет жить своей волей, как оторвавшийся побег, тот умирает. Если вы будете жить в воле отца, то будете иметь всё, чего желаете, потому что жизнь дана людям для блага. Отец дал мне жизнь для блага, и я научил вас жить для блага. Если будете исполнять мои заповеди, — будете блаженны. Заповедь, выражающая всё мое учение, только та, что все люди должны любить друг друга. А любовь состоит в том, чтобы жертвовать своей плотской жизнью для другого. Другого определения любви нет. И, исполняя мою заповедь любви, вы не будете исполнять ее как рабы, которые, не понимая, исполняют повеления господина, но будете жить как свободные люди, такие же, как и я, потому что я объяснил вам смысл жизни, вытекающий из сознания отца жизни. Вы приняли мое учение не потому, что случайно вы избрали его, но потому, что оно единое истинное и единое такое, при котором люди свободны.
Старик умолк. Только губы его шевелились. Что шептали они? Это осталось тайною межде старым евреем и вечным Богом. Из глаз, устремленных на небо, текли слезы. То были слезы горести за прожитые данее долгие годы скорби и лишений, слезы ребенка, который искал Отца, и которого Отец, наконец, прижал к своему любящему сердцу.