— Сразу все не выключат. Пока будут запрашивать Центр, пока будут получать коды доступа, минут десять, а то и пятнадцать пройдет. А нам больше и не требуется.
— Пасул прав. В крайнем случае, Центр уничтожим. Ему это и поручим, — прервал спор ДарСарвол. — и, улыбаясь, добавил. — В крайнем случае, Соловей-разбойник просто заглушит их своим криком.
Все заулыбались. Командир эсминца, командор второй степени Пасул СакНорвок был своеобразной легендой фроловского Военно-Космического Флота. Природа не поскупилась ни на его плоть в общем, ни на голосовые связки в частности. Кто-то бросил про него шутку, что на каждый килограмм Пасула приходится один децибел его голоса. Сто тридцать килограмм — сто тридцать децибел — звук, издаваемый ракетным двигателем. Остается непреложным фактом то, что уже будучи командиром эсминца, в горячке боя он так гаркнул на своего второго пилота, что бедняга потом полгода лечился, восстанавливая слух для левого уха. А после этого боя, с досады, что он не смог завалить крока, он так вскочил со своего кресла, что у того что-то там внутри отчетливо хрустнуло. Кресло было стандартное, рассчитанное на обычного, среднего шестидесятикилограммового фрола. Если до этого боя его называли просто соловьем, то после — соловьем-разбойником.
— Что ж, теперь надо приступить к конкретной проработке деталей. Времени для подготовки пять дней. Мы должны выступить в день начала суда над Эльдирой.
А Андрея Кедрова никак не покидало чувство нереальности всего происходящего. Он почему-то никак не мог принять того, что он уже часть заговора. Он будто смотрел на все это со стороны, как в детстве смотрел фильм о декабристах. Тогда это ему казалось каким-то ненастоящим, бутафорным, включая виселицу-перекладину с пятью петлями.
\"Нас вешать не будут. У фролов это не принято. Нас просто перережут лазерами. Или в бою или перед стенкой. И зачем я тут? — очевидно и у декабристов многие задавали себе этот вопрос, стоя под картечью на Сенатской площади. — Неужели ради той, кто меня предала, стоит рискнуть жизнью? Чтобы сыну вернуть мать? А у меня на Земле есть Камилла, которая ждет от меня ребенка. Так зачем я здесь?\" — человек задавал себе этот вопрос и не мог на него ответить.
Лишь подсознание, которое часто любит рядиться в одежду интуиции или внутреннего голоса властно и непреклонно говорило: \"Надо!\"
\"Надо так надо, лишь бы потом этот внутренний голос не сказал как в анекдоте тому белому, пойманному индейцами: \"А вот это уже п…ец\", — Андрей не удержался и громко усмехнулся.
— Меня тоже смешит мысль, что они Эльдиру будут судить.
— Да я не о том, Матрул. Просто я задумался, как определить грань, отделяющую смелые поступки от безумных.
В десяти миллионах километрах от Матеи, вместе с ней вокруг Альтии вращался ничем не примечательный астероид, числившийся в реестре астероидов пояса Арбкзира под номером 25086734 — крупная каменная глыба двадцать пятого слоя астероидного пояса. С его поверхности Матея была видна как яркая звездочка третьей звездной величины. Миллионы лет этот астероид несся между своей звездой Альтией и Матеей, будто защищая единственную планету фролов. Впрочем, почему будто? Вот уже более сотни лет, с тех пор, как кроки, челы и фролы освоили технологию гиперпространственных перемещений, этот астероид вместе с миллионами своих коллег-астероидов исполнял роль щита, надежно ограждая планету фролов от проникновения вражеских кроковских звездолетов. И исполнял бы эту роль и дальше. Что может произойти с простой каменной глыбой, неизменно несущийся по своей орбите в соответствии со строгими законами небесной механики?
Микроскопическое гиперокно, зародившееся на окраине астероидного пояса и уничтожившее астероид 50456087, все глубже и глубже погружалось в астероидную кашу. На своем пути оно изредка встречала пыль и мелкие камушки. Встреча представителей этого мира с миниатюрным монстром чужого, чуждого мира всегда заканчивалась фатально для них. Часть их вещества, непосредственно соприкоснувшаяся с гиперокном, проваливалась в гиперпространство, а все, что оставалось в этом мире, дробилось и расшвыривалось возникающими внутренними напряжениями и ударной волной виртуальных частиц.
Монстр чужого мира, напитавшись энергией, увеличивался в размерах и еще быстрее погружался в астероидный пояс. Свидетель этих маленьких космических трагедий — рентгеновское излучение, возникающее вследствие резкого торможения и распада виртуальных частиц, было слишком слабо, чтобы быть замеченным с Матеи или с астероидных баз противокосмической обороны. Но гиперпространственный монстр все рос и рос…
Законы небесной механики строги и они точно определили, что до встречи гиперокна с астероидом 25086734 осталось сто двадцать часов, десять минут и тридцать шесть секунд или пять суток.
Это человеческие события можно отложить, перенести. Можно задержать вылет самолета или перенести день свадьбы. Можно, при необходимости, даже изменить дату похорон, не говоря уже об изменении даты суда. Но над космическими событиями человек не властен. Рандеву гиперокна и астероида состоится через пять суток.
Пять суток, остававшихся до суда, промелькнули как один день — слишком многое надо было успеть сделать: подготовить необходимое оборудование и вооружение, проинструктировать людей, а главное, составить толковый план действий, учитывающий всевозможные ситуации, которые могли возникнуть в этом непростом деле — вооруженном выступлении против власти.
Выступать было решено, как только начнется прямая трансляция начала судебного процесса над бывшей Главой Совета национального спасения Эльдирой ДарВул, \"обвиняющейся в умышленном убийстве Главы Верховного совета Достойных Руфи СакВока, двадцати пяти фроловских офицеров, членов крейсера «Иргуни» и астероидной противокосмической базы номер шестьдесят девять, уничтожении самой базы и крейсера, а также отдаче незаконного приказа об отправки отряда фроловских звездолетов к кроковской планете Кардур, что повлекло неоправданно высокие потери среди них\" — так было напечатано во всех газетах и передано по всем телеканалам.
Тактика нападения на крупнейший телецентр страны уже использовалась, правда только один раз, когда Андрей Кедров вместе с Матрулом ДарВулом на тяжелом десантом боте ворвались в здание Верховного Совета Достойных и сумели освободить Руфи СакВока.
Но тут одним ботом не обойдешься — слишком многочисленной была охрана телецентра. После долгих прикидок и споров было решено атаковать телецентр тремя ботами. Десантная группа одного бота будет непосредственно захватывать студию, из которой будет вестись трансляция, а потом охранять ее, пока будет выступать Кедров. Вторая группа десантируется на первом этаже, и будет блокировать доступ в телецентр силовых структур, которые попытаются помочь охране телецентра. В третьей группе будет находиться Андрей Кедров, Матрул ДарСарвол и резерв десантников, которые при необходимости будут посылаться на помощь первой или второй группе.
Синхронно с захватом телецентра будет осуществлено уничтожение Центра управления спутниками. Этим будут заниматься люди Пасула СакНорвока — Соловья-разбойника.
Три десантных бота обеспечивал командор первой степени Гаргул СарМорвин, директор центрального ремонтного завода космической техники. Людей собирали с миру по нитке. Если командир космического корабля симпатизировал бывшей Главе Совета национального спасения, то он отпускал человека в увольнение. Если нет, то у человека неожиданно возникали неотложные семейные обстоятельства — близкий родственник попадал в аварию и находился при смерти, а то и вовсе погибал и срочно надо было лететь домой. Соответствующая телеграмма с Матеи прилагалась. Участие в операции было строго на добровольной основе.
Дежурная смена астероидной базы противокосмической обороны номер пятьдесят девять откровенно скучала. Успокаивающим зеленым огнем горели многочисленные индикаторы, тишину нарушало лишь легкое мерное гудение систему жизнеобеспечения. Благодать!
\"С тех пор, как взбесилось это чертово гиперпространство, вокруг Матеи стало намного спокойней. Кроки даже перестали посылать разведывательные капсулы для прощупывания нашей системы обороны, — начальник дежурное смены, командор третьей ступени Руфи СакБрун, вольготно развалившись в кресле, полуприкрытыми глазами смотрел на панель управления. — А может оно и лучше, что с пространством такая катавасия происходит? Теперь можно будет спокойно работать, не посматривая постоянно тревожно в небо, не сыплются ли на голову кроковские десантные боты или термоядерные боеголовки. И не вздрагивать постоянно при каждом громком звуке, принимая его за вой сирен предупреждения космической атаки\", — фроловский офицер потянулся в кресле.
— Ну что, Ватрул, всегда была бы такая служба? — обратился он к сменному оператору.
— Еще месяц такой службы и начнут сокращать количество баз. Ты же знаешь наших чиновников, вечно стонут, что расходы на нас огромные.
\"А ведь действительно могут сократить. И что тогда? Выслуга, льготный стаж, повышенная пенсия, все насмарку?\" — начальник смены не успел дорисовать себе мрачную картину мирной фроловской жизни.
Резкий вой сирены датчика целостности пространства вспорол безмятежную тишину.
\"Ну вот и домечтался о мирной жизни! — в радостном возбуждении Руфи СакБрун профессиональном, все охватывающим взглядом посмотрел на экран монитора. — Так, пятнадцатый сектор, удаление — сто восемьдесят тысяч километров… что за черт!\"
— Не определяется класс звездолета! — крикнул оператор Ватрул ДарНоргол.
— Вижу, — начальник смены молниеносно стукнул по нескольким клавишам, выводя себе на монитор показания локатора и телескопа. — Ничего не понимаю…
Оптический телескоп ничего не показывал. Нет, на экране светились звезды, были видны в лучах Альтии несколько астероидов. Но не было главного — яркой, из-за работающего маршевого ракетного двигателя, точки звездолета, да еще услужливо обозначенной компьютером зеленым кружком.
Локатор показал еще более странную картину — около точки появления гиперокна он «увидел» множество мелких объектов. Быстрый взгляд в низ экрана монитора и СакБрун с удивлением прочел, что компьютер базы квалифицирует эти объекты, как каменные глыбы неправильной формы. Да и не взвыла сирена, предупреждающая о включении боевой циклограммы подготовки лазерных установок к стрельбе.
— Ватрул, ты что-нибудь понимаешь?
— Кажется… да… — оператор лихорадочно нажимал какие-то клавиши.
— Что ты делаешь?
— Секунду… вот, я так и думал.
— О, Великий Мортон! Да объяснишь ты, в конце концов!
— Командир, координаты гиперокна точно соответствуют координатам астероида 25086734.
— Ты хочешь сказать, что эти каменные глыбы — это его осколки?
— Да.
— А как такое может быть? — начальник смены вопросительно смотрел на своего подчиненного. — Как может появиться гиперокно без звездолета?
— Так, как они появились около Кардура. Нам же присылали отчет о том рейде.
— О, Великий Мортон. Значит около нашей планеты появилось такое же незакрывающееся гиперокно… Надо вызывать начальника базы.
Начальник базы, командор второй степени Кармир ДарВартурок со смятым сном лицом хмуро выслушал доклад начальника смены.
— Если гиперокно постоянно открыто, от него постоянно должно идти рентгеновское излучение. Вы проверяли?
— Только что. Датчики его не улавливают.
— Оно может быть небольших размеров, и излучение от него тогда не будет улавливаться датчиками, тихо сказал оператор Ватрул ДарНоргол. — Надо туда слетать, — еще тише добавил он. — Каких-то сто восемьдесят тысяч километров. Меньше световой секунды.
— Хорошо. Пока не будем докладывать на Матею и подымать панику. Ватрул, бери второй бот и давай туда… Только поосторожней. Смотри не налети на него.
— Есть.
Через пятнадцать минут на пульте управления вспыхнула синяя индикаторная лампа — бот номер два покинул ангар.
— А еще через пять минут командир противоракетной базы номер пятьдесят девять понял, что все испытания, которые выпадали на долю фролов, были лишь легкими десантными ботами. Сейчас же на них пер тяжелый крейсер — командор четвертой степени Ватрул ДарНоргол зафиксировал рентгеновское излучение. И источник этого излучения со скоростью полтора километра в секунду двигался по направлению к Матеи.
— Срочно связь с Центром противокосмической обороны, — прохрипел начальник базы.
— И вот, наконец, в зал суда вводят главного фигуранта этого громкого дела, бывшую Главу уже ныне не существующего Совета национального спасения, — телевизионный ведущий сделал паузу и торжественно произнес, — Эльдиру ДарВул!
С экрана телевизора на Андрея смотрело лицо его жены — осунувшееся, с темными кругами под глазами. Эльдира, шла, ни на кого не глядя, с высоко поднятой головой. Словно почувствовав его взгляд, она чуть повернула голову в сторону телекамеры, и землянин увидел, хорошо знакомый властный, гневный взгляд сверкающих глаз.
— Старт! — и три бота, сверкнув выхлопами маршевых двигателей, ринулись ввысь.
Прыгнув на пять метров вверх, они, подчиняясь приказам бортовых компьютеров, перешли в стремительный горизонтальный полет. Счет пошел на минуты. До цели сто пятьдесят километров. Сейчас система противокосмической обороны обнаружит невесть откуда взявшиеся три скоростные цели, держащие курс несколько севернее здания Верховного Совета Достойных. Тут же последует автоматический запрос на опознавание. И бортовые компьютеры десантных ботов с удовольствием скормят своим наземным коллегам информацию: «Свой». На обнаружение и опрос уйдет двадцать пять секунд.
Так и есть. На пульте управления мигнула синяя лампа — компьютер сигнализировал, что задействовал систему «Свой-чужой». Андрей почувствовал, что бот легко тряхнуло — преодолен звуковой барьер. Глотая километры, оставляя за собой выбитые стекла в домах и автомобилях, десантные боты неслись вперед.
Еще с полминуты операторы Центра противокосмической обороны будут переваривать полученную информацию, прежде чем зададут неприятный вопрос: \"Кто такие?\"
Тут же уйдет ответ: \"Выполняется тестовый полет после ремонта в соответствии с утвержденным графиком полетов\".
Скорость два маха. Расстояние до цели — сто километров.
Еще полминуты на земле будут лихорадочно перетряхивать базы данных, еще раз убеждаясь, что никакого разрешения на полет этих трех десантных ботов нет.
— Разрешение на Ваш полет отсутствует. Приказываю немедленно осуществить посадку! В противном случае вы будете уничтожены!
Счас, разбежались! Скорость — три маха. Расстояние до цели — семьдесят километров. Три пилота одновременно нажали на кнопки, отдавая бортовым компьютерам новое задание — довернуть боты на цель. Маскироваться больше не было необходимости. Людей в ботах с силой прижало к креслам. Пятнадцатикратная перегрузка!
\"Будто в гипер прыгаем\", — мелькнуло в голове Андрея.
Скорость — четыре маха. Расстояние до цели — сорок километров. И снова на людей навалилась перегрузка — боты начали маневрирование, вписываясь в улицы мегаполиса, проскакивая между небоскребами, надежно защищающие их от разящих выпадов наземных станций противокосмической обороны.
Удар, скрежет, бот, в котором находился Андрей Кедров, резко бросило в сторону. От возникших чудовищных перегрузок поплыли круги перед глазами.
— Итак, господа, я изложил вам план операции, — командор второй степени Пасул СакНорвок обвел всех присутствующих в кают-компании членов экипажа эсминца «Верный». — Кто не желает в нем участвовать, могут покинуть эсминец на десантном боте. Кто желает это сделать, прошу встать.
В кают-компании повисла гнетущая тишина.
— Господин командир, это измена! — воскликнул дежурный пилот, командор третьей степени Марфи СакВонрус. — Я также как и Вы симпатизирую Элдьдиры ДарВул, но разрушать Центр управления спутниками — это играть на руку крокам!
— Кто еще хочет что-то сказать.
— Я поддерживаю Марфи, — закричал начальник дежурной смены Варзарул СакПартил. — Это измена! Мы не будем убивать своих же братьев в Центре управления спутниками!
— Лично ты не будешь, — спокойно проговорил командир эсминца. — Ты улетишь на десантном боте.
— Я и тебе это не позволю, изменник! — СакПартил выхватил свой бластер и навел на своего командира. — Как изменника, объявляю Вас арестованным.
— Так, кто еще, кроме этих двоих не хочет участвовать в операции? — не обращая внимания на наведенный на него бластер, проговорил СакНорвок.
В наступившей тишине отчетливо был слышен сухой щелчок конденсатора, инициирующий боевой разряд бластера. Но вспышки не последовало.
— Все личное оружие по моему указанию разряжено, — голос командира эсминца был все также спокоен. — Повторяю, кто не хочет принимать участия в операции, прошу подняться. Вам будет обеспечен беспрепятственный отлет на десантном боте.
Один за другим стали подниматься люди. Один, второй, третий, четвертый…
— Итак, восемь членов экипажа и пятнадцать членов десантной группы. Итого — двадцать два человека. Остается десять человек, — СакНорвок на мгновение задумался. — У нас имеется два десантных бота, каждый вместимостью в шестнадцать человек. Один десантный бот нам будет нужен. Как вы понимаете, без него мы не обойдемся. Таким образом, — спокойный, даже какой-то благодушный бас Соловья-разбойника мгновенно стал напоминать грозный, оглушающий рык, — шесть человек из несогласных участвовать в операции должны будут остаться на борту эсминца, участвовать в операции и покинуть корабль вместе с нами! Другого выхода нет! Вы сами определитесь, кто остается с нами или мне придется, как командиру корабля, назначить их? Даю вам на раздумье пять минут. Время пошло!
Фроловские офицеры, приученные за годы суровой и опасной службы к дисциплине и быстрому принятию решений, посовещавшись, определились с выбором.
— В незаконную операцию с Вами пойдут я и еще пять этих офицеров, — начальник дежурной смены Варзарул СакПартил кивнул на стоящих рядом с ним фролов, сверля своего пока еще командира ненавидящим взглядом. — Только участвовать мы в ней не будем. Только как статисты.
СакНорвок лишь усмехнулся и кивнул головой.
— Оставшиеся шестнадцать человек могут занять десантный бот номер один, — тут же отдал он распоряжение. Мы сами вас отстыкуем от эсминца перед самым уходом в гипер. Учтите, система связи вашего бота выведена из строя. Так что предупредить вы никого не сможете… как и подать сигнал бедствия. Так что пилотируйте бот аккуратно. Если что, к Вам на помощь никто не придет. Удачи.
Через десять минут командор второй степени СакНорвок сидел уже в командирском кресле в рубке управления эсминца.
— Включить циклограмму подготовки к гиперпереходу!
— Есть включить циклограмму подготовки к гиперпереходу.
Бортовой компьютер «Верного» привычно стал дирижировать гигантскими потоками энергии, готовясь вбросить корабль и находящихся в нем людей в преисподнюю.
— Представьтесь, пожалуйста.
— Эльдира ДарВул, Глава Совета национального спасения.
— Бывший Глава уже упраздненного Совета, — уточнил судья.
— Время покажет, кто бывший и что упразднено, — гордо вскинув голову, ответила молодая женщина.
Оператор одной из наземных станций противокосмической обороны, ни смотря, что компьютер давал тридцати процентную вероятность попадания, рискнул и послал сметающий все тысячемегаваттный лазерный луч по боту, в котором находился Андрей Кедров. Тот проскочил расчетную точку встречу на десятую секунды раньше, чем несущейся на него со скоростью света огромный пакет энергии.
Одна десятая секунда — это для двух с половиной махов, до которых компьютер десантного бота замедлил его скорость, восемьдесят метров. Миллионы джоулей энергии огненным смерчем ударили по зданию, рядом с которым в этот момент пролетали Андрей и еще пятнадцать фролов. Оплавленные куски стекла и бетона шрапнелью стегнули по боту, сбивая его с курса, бросая на сталь и бетон тысячетонных небоскребов.
Лишь электроника, с ее триллионами вычислений в секунду, смогла отреагировать на такое воздействие. Мгновенно подняв закрылки на одном крыле и опустив на другом, повернув на пятнадцать градусов вектор тяги маршевого двигателя и включив левый двигатель коррекции, бортовому компьютеру удалось избежать фатального столкновения. В крутом вираже, чиркнув одним крылом по зданию и обдав его факелом пламени, бьющего из маршевого двигателя, десантный бот скользнул рядом с железобетонной преградой.
Молниеносно перебрасывая закрылки и вектор тяги двигателя, электронный мозг быстро затухающей змейкой нес людей на скорости в два с половиной маха в коридоре между громадами небоскребов. До цели — десять километров — пятнадцать секунд полета. Даешь телецентр!
Пространство около Матеи было фролами, что называется, исхожено вдоль и поперек. Поэтому бортовому компьютеру эсминца «Верный» не составило большого труда быстрым гиперпереходом проткнуть пространство и перебросить корабль со внутреннего пояса обороны Матеи, где он находился в составе первой флотилии, непосредственно на орбиту планеты.
— Свободным членам экипажа занять десантный бот номер два, — разнеслось по отсекам корабля. До спуска тридцать секунд.
Все фролы, кроме тех, кто сидел в рубке управления, кинулись к боту номер два. Один за другим мужчины ныряли в распахнутый люк летательного аппарата.
… Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать.
— Отстрелить бот номер один!
Сверкнуло пламя и пороховой аккумулятор давления, установленный в днище десантого бота, вышвырнул его из эсминца в космос. И тут же компьютер «Верного» подал еще команду. Сверкнуло пламя из дюз маршевого двигателя и эсминец, словно споткнувшись об невидимое препятствие, устремился вниз, к Матеи.
Когда Андрей Кедров и Матрул ДарСарвол три года назад атаковали здание Верховного Совета Достойных на почти таком же десантном боте, они не знали его внутреннее устройство, и поэтому им приходилось полагаться только на свою сообразительность и реакцию. Сейчас все было по-другому. План здания телецентра был тщательно проанализирован компьютером с точки зрения возможности приземления на конкретных этажах десантных ботов и, исходя из этого, в память их бортовых компьютеров были введены конкретные программы действий — на какой секунде и на сколько сбросить тягу маршевых ракетных двигателей, когда включить двигатели торможения, когда и на сколько выдвинуть закрылки, когда включать двигатели коррекции и так далее.
— Уважаемые телезрители. У нас срочное сообщение, — лицо телеведущего было встревоженным. — К нам поступила информация, что здание телецентра, через которое ведется наша прямая трансляция из зала суда, вот-вот будет атаковано тремя неизвестными десантными ботами. Мотивы и личность нападающих устанавливается.
Тремя огненными болидами десантные боты в мгновение ока пересекли площадь около телецентра и своими многотонными массами врезались в него. Первый бот ввалился просто через центральный вход здания в огромный вестибюль, сминая и сжигая все, находившееся в нем — декоративные колонны, другие элементы интерьера и людей: сотрудников телецентра, случайных посетителей и охрану. Едва бот ворвался в телецентр, на нем включились двигатели коррекции, которые быстро его развернули, секунда, другая и вот уже нос летательного аппарата надежно закупорил вход. На площадь грозно взглянула его стомегаваттная лазерная пушка.
Выскочившие из бота вооруженные люди быстро рассыпались по вестибюлю, подавляя сопротивление оставшихся в живых людей охраны, баррикадируя вход на второй этаж и в подвал, где находились несколько автономных генераторов телецентра.
Второй бот влетел в здание шестью этажами выше этажа, на котором располагались студии. Бортовому компьютеру этого бота предстояло выполнить поистине ювелирную работу. Он направил своего подопечного не параллельно перекрытиям этажей, а под некоторым углом в вертикальной плоскости. Поэтому туша летательного аппарата с силой ударила по перекрытию выбранного в качестве жертвы этажа и проломила его. С высоты пяти метров десять тонн металла и пластика, а также обломков этажа упали на следующий. Подобно костяшкам домино, один за другим рушились этажи, мешая в кучу стекло, сталь, бетон и людей и отсекая путь к студиям охране, расположенной на крыше здания. Пролетев таким образом четыре этажа, бортовой компьютер опустил сопло маршевого двигателя вниз и на две секунду включил его на половину мощности, тем самым погасив скорость падения. Следующий этаж, получив в «лоб» тысячеградусный сноп пламени не выдержал и обрушился, но уже его коллега ниже устоял. Расчетчики этого маневра оставили его в запасе, как допуск на всевозможные неучтенные факторы. Обидно было бы, если бы нападавшие собственными руками, точнее ботами разрушили этаж со студиями.
Третий бот, где находилось главное действующее лицо этой операции — землянин Андрей Кедров, проломил стену этажом ниже студий. Тут было все просто, как для первого бота — влетел и разворот на сто восемьдесят градусов, выжигая все вокруг пламенем тормозного двигателя. После этого штурмовая группа устремляется на верхний этаж, расчищая путь Андрею Кедрову.
Сирена предупреждения лазерной атаки выла, не переставая. С разбитыми, расплавленными защитными экранами, со снесенным центральным и боковыми локаторами и боевыми лазерными установками, эсминец \"Ве ный\", прочерчивая по небу гигантский огненный след, падал на Центр управления спутниками. Уходя противоракетными зигзагами от ракет противокосмической обороны, он давно уже отклонился от расчетной траектории. Лишенный локаторов, «ослепший» бортовой компьютер уже ничем не мог помочь кораблю и людям, находящимся в нем.
— Все, сейчас нас задушат как цыпленка, — командир корабля мрачно смотрел на монитор, на котором участок экрана, отображавший показания локаторов, был черного цвета. — Первая же ракета наша.
— Командир, надо уходить! — закричал второй пилот. Осталось четыре с половиной минуты! Я задал компьютеру координаты цели, найдет по гирокомпосу.
СакНорвок согласно кивнул головой:
— Суфи и Кармир, бегом в десантный бот.
— А ты?
— Бегом!
Преодолевая трехкратную перегрузку, фроловские офицеры ринулись к спасительному боту.
Удар, леденящий звук скрежета рвущегося металла. Пульт управления расцветился красными огнями — многие системы корабля перестали функционировать. Командир «Верного» от злости заскрежетал зубами. На мониторе белая точка, указывающая положение эсминца в пространстве стала быстро уползать влево от синего кружка, обозначавшего цель. СакНорвок даже не стал тестировать компьютер. Не было времени и так все было ясно — электронный мозг или «погиб», или находился в \"коме\".
— Врешь! Пасул СакНорвок так просто не сдается! — сильная мужская рука ударила по кнопке перехода в ручной режим.
Вспыхнула зеленая лампочка — система ручного режима функционировала!
— Эх, вспомню молодость! — командир схватился за два рычага, вмонтированные в его кресло.
Несколько уверенных движений и белая точка на экране монитора стала вновь приближаться к синему кружку. Быстрый взгляд на показания приборов. Скорость — восемь километров в секунду. Высота десять километров. Удаление до цели — сто пять километров. Все, до бота уже не успеть.
— А-а, суки! — человек, сидящий в командирском кресле, понял, что пришло время умирать.
Снова резкий удар и тут же зловещий, леденящий душу свист. Нарушена герметичность рубки и из нее стал выходить воздух. Само по себе это не было страшно, эсминец находился не в Космосе. Но при таких скоростях и нагрузках щель в корпусе быстро расшириться и сюда ворвется раскаленная плазма, бушующая за бортом.
\"Лишь бы успеть! Еще десять секунд. Великий Мортон, прошу еще десять секунд!\" — взгляд опытного космического волка зацепился за зеленый огонек на пульте управления — десантный бот номер два еще находился в шлюзовой камере. Экипаж не мог бросить своего командира.
— Ма че пирла! — и резкий удар по кнопке, находящейся под горящей зеленой лампой.
Это крепкое ругательство были последними словами в жизни, произнесенные командиром эсминца «Верный», командором второй степени Пасулом СакНорвоком, Соловьем-разбойником.
Через секунду огненный смерч ворвался в разваливающуюся рубку управления и кремировал находящегося там человека. Его выжженные до костей кисти так и остались на рычагах ручного управления кораблем. А еще через секунду огненный болид рухнул на Центр управления спутниками, превращая высокое голубое здание в груду развалин.
Пасулом СакНорвок так и не узнал, что двое его товарищей Суфи ДарКорнук и Кармир СакКорс не успели добежать до спасительного бота. Основной поток осколков от разорвавшейся в двух метрах от эсминца боеголовки ракеты пробил его корпус и хлестнул как раз по тому мету, где в это время находились эти два офицера, нещадно кромсая их тела. А отстрелянный командиром эсминца десантный бот через несколько секунд, после того, как «Верный» рухнул на Центр управления спутниками, был взорван в воздухе тысячемегаваттным лазерным лучом наземной станции противокосмической обороны. Никто из находившихся в нем людей не спасся.
Заговор, как и война — жестокая штука. И, участвуя в нем, часто тоже приходиться умирать страшно, больно, с ругательствами на устах, а не в кругу семьи, тихо и печально говоря: \"Прощайте\"…
— Господа, что все это означает! Я заместитель директора центрального государственного телецентра и требую…
Что хотел потребовать невысокий, плотный человек, чем-то напоминающий жука, так никто и не узнал. Один из нападавших, не останавливаясь, ударил его по голове прикладом лучемета.
— Всем стоять на местах! — штурмовая группа ворвалась в крупнейшую студию, в которой в это время шла запись развлекательного шоу.
Женский визг, опрокидывающиеся столы и стулья, словом все, как и должно происходить при таком незапланированном повороте сценария.
В шлеме ДарСарвола ожила рация:
— Первый, докладывает пятый. Аппаратная под контролем. Мы готовы выйти в прямой эфир.
— Андрей! Можно начинать!
Землянин быстро обвел взглядом студию. Переливающаяся разноцветными яркими огнями сцена, с огромными телеэкранами по бокам. В центре находилось что-то наподобие трона, по бокам которого стояли два дерева, очень похожие на пальмы. На «троне», съежившись, сидел какой-то фрол в нелепом головном уборе, напоминающем цилиндр, только еще и с шаром сверху, пылающий ярко-красным светом.
\"Добрый доктор Айболит, он под деревом сидит, — мелькнуло в голове у землянина впечатанное в детстве знаменитое стихотворение. — Приходи к нему лечиться и корова и волчица… Счас я вас вылечу, всех вылечу… Всех излечит, исцелит, добрый доктор Айболит\", — спецназовец ГРУ широким шагом подошел к «трону» и красноречиво махнул рукой, сидящему на нем испуганному фролу. Тот мигом освободил \"царское место\".
Кедров вздохнул и сел на \"трон\".
\"Он в Африке, он в Африке под пальмою сидит\".
— Матрул, я готов.
— Пятый, мы готовы. Давайте эфир.
— Первый, — после паузы последовал ответ, — тут штатские сообщают, что когда мы уже брали телецентр от достойников пришел информационный пакет для срочной передачи в эфир.
— К черту! У нас времени нет!
— Первый, это важно…
— Черт! — Матрул ДарСарвол выбежал из студии, на ходу махнув рукою Андрею.
— Что там у вас? — ворвавшись в аппаратную, крикнул он.
Пятый молча включил воспроизведение…
— Это надо пустить первым, — в наступившей страшной тишине, после просмотра присланного видеоролика, тихо сказал ДарСарвол. — Только сначала я скажу пару слов, — непривычно сгорбившись, с каким-то усталым, изнеможенным лицом, высокопоставленный офицер прошел в студию.
— Фролы, только что мы осуществили захват правительственного телецентра, — начал он, став посередине сцены. — Захватили с единственной целью — дать возможность выступить нашему национальному герою Андрею Кедрову, которого якобы мы, сторонники Эльдиры ДарВул, похитили. И хотя у нас минимум времени, так как официальная власть, сторонники Руфи СакВока пытаются во чтобы то ни стало прервать эту трансляцию, мы должны сначала вам показать вот это.
Картинка на экранах миллиардов телевизоров тут же поменялась. На фролов смотрело знакомое лицо телеведущего, который вел новости на центральном правительственном телеканале.
— Уважаемые соотечественники, — своим знаменитым чеканным голосом, в котором, казалось, каждая буква заглавная, начал мужчина с благородной сединой на висках.
И от этого \"уважаемые соотечественники\" у многих фролов мороз прошел по коже. Так обычно объявлялось о каком-нибудь важном и, как правило, неприятном событии. И они не ошиблись.
— Верховный Совет Достойных сообщает, что вчера, в десяти миллионах километрах от нашей планеты военнослужащими астероидной базой противокосмической обороны номер пятьдесят девять обнаружено незакрывающееся гиперокно, — телеведущий сделал паузу, давая возможность зрителям осознать услышанное.
Уже второй раз слыша эти страшные слова, Андрей Кедров рассеяно смотрел на фрола, что-то колдующего над большим экраном, установленного в аппаратной.
— По предварительным наблюдениям это гиперокно движется в направлении нашей планеты со скоростью примерно полтора километра в секунду. По расчетам специалистов оно будет около нашей планеты примерно через семьдесят восемь суток, — и снова пауза, дающая возможность фролам понять весь ужас положения.
Почувствовав на себе взгляд землянина, фрол, стоящий рядом с большим экраном, смущенно улыбнулся и как бы оправдываясь, произнес:
— Да вот хочу этим интерактивным экраном чуть-чуть почистить студию, где тебе выступать. Спрячу всю эту бутафорию. А то все вроде у нас понарошку, а не по-настоящему.
\"Интерактивный экран? — почему-то эти простые и понятные слова словно обухом ударили по голове Андрея. — Интерактивный экран, интерактивный…\"
— Исходя из опыта образования таких гиперокон около кроковской планеты Кардур, специалисты уверенны, что гиперокно около нашей планеты образовалось в результате массового одновременного отлета звездолетов для участия в рейде на Кардур. В рейде, санкционированном бывшей Главой распущенного Совета национального спасения Эльдирой ДарВул, суд над которой сегодня начался. Соотечественники, над нашей планетой, над нашей дорогой Матеей снова нависла смертельная опасность. Но на этот раз вызванная не происками врагов, а безответственностью одного человека — Эльдиры ДарВул. Эту смертельную опасность устранять нам. И от того, как мы будем сплочены, будет зависеть, выживет ли наша цивилизация или нет, — и снова звенящая пауза. — Мы передавали сообщение Верховного Совета Достойных.
Миллиарды фролов, окаменев, сидели у экранов телевизоров. Плакали никем не успокаиваемые дети, выкипала и подгорала оставленная без присмотра на плитах еда. Жизнь на планете замерла.
— А теперь послушайте выступление Андрея Кедрова, — Матрул ДарСарвол вопросительно посмотрел на своего бывшего курсанта.
Землянину, после всего услышанного, показалось крайне глупым на глазах у миллиардов людей развалиться сейчас на шутовском «троне». Поэтому он просто подошел к фролу и стал рядом с ним.
\"Интерактивный, интерактивный…\", — это слово словно назойливая муха крутилось в голове.
— Фролы, друзья, — мир для Андрея сузился до объектива телекамеры, смотрящего на него. Я не буду вам рассказывать свои приключения после того, как на десантном боте я влетел в гиперокно, предназначенное для вашей планеты. Все это вы читали в ваших газетах и журналах, и слышали в многочисленных телепередач. Скажу только одно. К людям, которые вместе со мной предприняли нападение на телецентр, я примкнул добровольно и добровольно сейчас я стою здесь и говорю эти слова. Я понимаю, многие из Вас не одобряют нашего поступка. Но другой возможности выступить перед вами у меня не было. Выступить, чтобы попросить только об одном — попросите свое правительство, чтобы оно, не то чтобы помиловало мою жену, а просто отпустило со мной. Отпустило ее и моего ребенка.
\"Интерактивный, интерактивный…\"
Я обещаю всем вам, что Эльдира покинет Матею и больше никогда сюда не вернется. Прошу вас просто поверить моему обещанию. Других гарантий я дать не могу. Я понимаю, она виновна. Виновна во многих преступлениях. Поэтому я просто прошу. И может это прозвучит нескромно, но на кону жизнь моей жены и возможность видеться с моим сыном, поэтому я вынужден это сказать. Если вы выполните мою просьбу, то считайте, что просто отдали мне долг, долг человеку, который спас вашу планету. Согласитесь, все же приятно чувствовать себя человеком, умеющим возвращать свои долги, — землянин скупо улыбнулся. — И извините за возможную корявость моей речи. Ее мне никто не писал, а сам я мастер по другой части. Еще раз извините.
\"Интерактивный, интерактивный…\"
Андрей Кедров уже хотел закончить обращение. Уже оператор вопросительно смотрел на ДарСарвола, ожидая от того знака на прекращения передачи.
\"Интерактивный, интерактивный…\"
— И еще я хочу вам сказать, фролы, — неожиданно, казалось помимо его воли, вырвалось из Андрея.
Он успел увидеть устремленный на него удивленный взгляд ДарСарвола и его жест оператору, приказывающий продолжать трансляцию.
\"Интерактивный, интерактивный…\"
— Я знаю… точнее, я думаю, что знаю, как зашить дыры в нашем пространстве, — он говорил и одновременно с ужасом думал: \"Что я говорю? Что я знаю?\", — в образовании которых почему-то единолично обвиняют лишь мою жену. Но не в этом дело. Главное — я знаю, что надо делать. Очередь за вами, фролы, и за вашим правительством.
Он еще хотел что-то сказать, но тут ощутимо вздрогнул пол, переливающиеся разноцветные огни на сцене тут же погасли, откуда-то снизу раздался гул и треск.
— Уходим!
Фролы и Андрей подбежали к лестнице, ведущей вниз. Через пять ступенек она заканчивалась провалом, в котором клубилась пыль, и из которой доносились чьи-то душераздирающие вопли.
— Наверх!
Выбежав на этаж, на котором стоял один из десантных ботов, Андрей, привыкший к крови и трупам, все же содрогнулся. Везде на этаже валялось около десятка трупов, точнее то, что от них осталось — оторванные руки, ноги, животы с вылезшими из них внутренностями. Многие части тел были обуглены. Очевидно по этажу велся интенсивный лазерный и ракетный обстрел. Оставшиеся в живых из тех, кто прилетел на этом боте, спрятавшись за внутренними стенами, вели огонь из лучеметов, не давая прорваться на этаж атакующим их с верхнего этажа фролам. Фроловские силовые структуры, воспользовавшись тем, что крыша здания телецентра не контролировалась нападавшими, высадила на ней свои спецподразделения, которые пытались прорваться на этаж, откуда велась прямая трансляция.
— Бегом в бот! — крикнул ДарСарвол Кедрову. — Остальным прикрывать Андрея!
В этот миг прямо над ними громыхнуло и из образовавшегося провала стали прыгать вооруженные люди. ДарСарвол с силой толкнул землянина в спину:
— Быстрей!
И тут же лучеметом срезал двух фролов, прыгнувших прямо на спину Андрея.
Тридцать метров, отделяющих их от раскрытого люка десантного бота, они бежали, словно в связке. Впереди землянин, сзади, спиной вперед Матрул ДарСарвол. Вспышка лазера и охнув, фрол опустился на колени.
— Беги! Беги! — прохрипел он остановившемуся Кедрову — Ты должен еще раз спасти Матею…
Последнее, что увидел землянин, перед тем, как нырнуть головой вперед в распахнутый зев люка — стоящий на коленях бывший начальник Военно-Космической академии, уже не в силах точно прицелиться и просто бьющий из лучемета вперед и набегающих на него сбоку нескольких фролов в форме космических десантников, возможно бывших его учеников.
Заговор, как и война — жестокая штука…
Пилот бота, как и положено по боевому уставу, сидел на своем месте. Едва землянин запрыгнул внутрь фюзеляжа, он тут же включил режим форсажа и, окутанный облаком пыли, сбрасывая с себя обломки стен, десантный бот рванул из тридцать пятого этажа телецентра…
Они сумели удрать. Может быть чудо или объединившиеся фроловский и земной боги, скрывшиеся под маской чуда, но пилот смог вывести поврежденный десантный бот на орбиту, а потом в коротком гиперпереходе допрыгнуть до астероидной базы противокосмической обороны номер девять. Сторонников Эльдиры ДарВул было действительно много…
И только на базе Андрей Кедров узнал, про последнюю услугу своего бывшего наставника. Уже во время боя, развернувшегося на этаже, где находился десантный бот, ДарСарвол, увидев, что выбраться из телецентра вряд ли кому удастся категорически приказал пилоту стартовать, как только землянин окажется в боте. Стартовать, не дожидаясь больше никого. И там же Андрей узнал, как погибли, остававшиеся после его вылета еще в живых, его товарищи. Практически сразу после этого здание телецентра рухнуло, взорванное у основания — Верховный Совет Достойных стремился любой ценой не допустить выступления фроловского национального героя в прямом эфире. Они опоздали всего на несколько минут.
— Здравствуй, Андрей.
— Здравствуй, Эльдира.
Они одни стояли в кают-компании фроловского крейсера \"Надежда\".
— Спасибо, что спас меня.
— Я обещал, что ты больше никогда не вернешься на Матею.
— А где я с сыном буду жить? На этом крейсере, милостиво подаренному мне Верховным Советом Достойных? — Андрей увидел знакомый лихорадочный блеск в глазах женщины, его жены. — Или может ты заберешь меня к себе на Землю? — Эльдира хрипло рассмеялась.
И этот смех больно резанул по сердцу землянину.
— Если захочешь, то можешь лететь со мной на Землю.
— И что я буду делать на этой твоей Земле? А? — громкий тон женщины перешел в крик.
— Быть моей женой.
\"А как же Камилла?\" — пискнула какая-то мысль в глубине мозга.
— Просто быть твоей женой! — фролка расхохоталась. — Да я там сдохну от тоски!
— Ну, уж убивать людей направо и налево тебе не позволят.
Лицо Эльдиры пошло пятнами.
— Ты… ты… ничтожество. Вместо того, чтобы воевать с кроками, с этими правосторонники, ты сотрудничаешь с ними! Ведь их же можно сейчас легко уничтожить! Достаточно массово, двумя сотнями звездолетов одновременно выйти из гипера около их Арикдны! А еще лучше около их звезды Пармы! Образовавшиеся гиперокна просто сожрут и их планету, и их солнце!
— Кроки живут не на одной планете и не под одним солнцем. А вот единственной планете фролов Матеи угрожает смертельная опасность. И если проблему…
— Надо будет, мы около каждой их планеты, около каждой их звезды будем устраивать это представление! А фролам так и нужно! Нации трусов не место во Вселенной! И ты, ты тоже трус, раз пытаешься помочь этим трусам!
Такой Эльдиру Андрей еще не видел. Женщина громко орала, наступала на него, сжимая кулаки. И глаза, страшные глаза, в которых плескалась ненависть, затопившая все остальное: любовь, сострадание, женственность, разум, в конце концов.
На крик Эльдиры, в кают-компанию вбежало несколько человек. В одном из них Андрей узнал Рахада Виргула. Такое же, как и у Эльдиры изможденное лицо, седина, обильно запорошившая голову, глаза, будто провалившиеся в глазницы.
\"Вот так иногда кончают молодые бравые генералы\", — землянин без всякого злорадства смотрел на своего бывшего соперника.
Он знал, что указом Президента Союза Свободных Цивилизаций Рахада Виргул, за участие в заговоре, направленным против законной фроловской власти, был лишен всех воинских званий и наград и уволен из человских Военно-Космических Сил.
Землянин невольно вспомнил другой указ, указ Верховного Совета Достойных, в котором выдворялись из страны \"Эльдира ДарВул и граждане Союза Свободных Цивилизаций, участвовавшие в противоправных действиях. А именно: бывший генерал звена Рахад Виргул…\". Кедров словно слышал смешки тех, кто составлял и подписывал этот указ. Ты хотел освобождения жены? Пожалуйста. Только в довесок получи еще и ее любовника.
— Рахад, все нормально, — спокойно сказал он.
Чел оценив обстановку, обнял Эльдиру за плечи.
— Успокойся, Эльдира.
Андрей поймал себя на мысли, что абсолютно не испытывает никаких уколов ревности.
Молодая женщина резко сделала шаг вперед, сбрасывая с себя руки Рахада.
— Я спокойна! С трусами я всегда спокойна! — голос ее звенел.
— Эльдира, — как можно мягче проговорил Андрей, я хочу увидеться с сыном, с Андреем.
Глаза мужа и жены скрестились.
— Я жалею, что у меня сын от такого человека как ты. Считай, что у тебя больше нет сына, — отчеканила Эльдира и, резко развернувшись, с гордо поднятой головой вышла из кают-компании.
Повисла мертвая тишина.
— Андрей, — тихо сказал Рахад Виргул, — ты ее извини. Она после тюрьмы немного не в себе. Сам понимаешь, с ее характером и тюрьма. И ты знаешь, как она не любит проигрывать.
\"Она точно не в себе\", — землянин вспомнил глаза Эльдиры, в которых кроме ненависти не было ничего, ни искорки разума. Одна всепоглощающая ненависть. Ненависть на него, на кроков, на фролов, на весь мир, который оказался не таким, каким ей хотелось его видеть, который не захотел играть по ее правилам.
Через час, сидя в рубке управления фроловским эсминцем, Кедров наблюдал, как крейсер «Надежда» с челами, Эльдирой и его сыном проваливался в бездну гиперпространства.
\"Лучше бы она сидела в тюрьме, — неожиданно подумал он. — Для всех лучше. Для фролов, для челов, для кроков. Для всего мира лучше. И для нашего сына тоже лучше\", — мужчина почувствовал, как на его глаза навернулись слезы.
В этот миг пространство сомкнуло свои объятия на том месте, где только что находились такие родные и такие уже далекие для землянина люди.
— Приготовиться к гиперпереходу, — громко раздалось в рубке.
Андрей Кедров на фроловском эсминце возвращался к крокам. Возвращался с идеей укрощения пространства, возвращался с согласием фролов на сотрудничество с кроками по этой проблеме.
Глава 20
— Весса, мне нужно лететь туда, понимаешь нужно!
— Локки, но я тебе же говорила, Харк категорически против!
— Весса, — мужчина навис над женщиной, — ты хочешь стать Президентом? Ты хочешь встречаться со мной не в этой убогой вентиляционной, а в роскошных президентских апартаментах?
— Локки, хочу. Но я не смогу уговорить Харка. Он понимает, что в случае успеха твоя популярность неимоверно возрастет!
— Туда лететь около десяти миллионов световых лет! Ты представляешь всю чудовищность этого расстояния? Оттуда легко можно и не вернуться.
— Я все понимаю, но…
— Весса, — мужчина еще ниже склонился над лежащей под ним женщиной, касаясь губами ее губ, — попроси еще один раз, попроси, как ты можешь просить, — и, не давая Вессе хоть слово сказать в возражение, закрыл ее рот протяжным поцелуем.
— Ох, Локки…
Андрей Кедров сидел, откинувшись на удобную спинку дивана, в кают-компании человского тяжелого крейсера «Веба». Уже не надо было никуда бежать, прыгать, стрелять. Позади были тяжелейшие переговоры с фролами и челами, где приходилось доказывать, что его идея спасения пространства не безумна. Ученые с непроницаемыми лицами выслушивали его доводы, а потом, очевидно с такими же непроницаемыми лицами докладывали сильным мира сего, что все это бред. И все-таки землянин смог убедить и фролов, и челов. Убедить одним: \"Хорошо, это бред. А что предлагают ваши ученые?\"
Единственные, с кем не было проблем, это были кроки. Но тут все дело было в Сарбе. Сразу и безоговорочно поверив в идею Андрея, он сразу устроил совещание ученых, входивших в группу «М». Правда, совещание — это громко сказано. Бывший директор Службы государственной безопасности, а ныне руководитель группы «М» сухо рассказал им об идее землянина. А начавшиеся было пространственные возражения тут же грубо и жестко пресек:
— Так, господа ученые. Вы, не смотря на обильное финансирование и питание, не смогли родить ни одной стоящей мысли относительно причин проблемы «М». И после этого вашего фиаско аппетит у вас не испортился. Вы продолжали исправно жрать и пить. Пить и жрать. Этот человек, — кивок в сторону сидящего рядом с ним Андрея, — рискуя, между прочим, жизнью, если вы, конечно, понимаете, что значит рисковать своей жизнью, привез решение этой проблемы. А вы, как всегда, против. А что предлагаете Вы? А? — Сарб говорил своим знаменитым тоном, от которого даже закаленные его подчиненные-силовики хватались за сердце. — Хотелось бы Вам напомнить, что уже объявлена эвакуация с планеты Кардур! Незакрывающиеся гиперокна ударят по ней примерно через два месяца! Может вас отвести туда, чтобы Вы выпустили перед ее жителями и рассказали им то, что сейчас говорите мне?! Только охраны на Кардуре вам не будет!
Словом так, сейчас вам раздадут протокол этого совещания с вашими положительными выводами. Через пять минут я должен увидеть подписи всех здесь присутствующих. Я ясно говорю?
А еще через час Сарб докладывал Президенту Харка, что ученые внимательно выслушали доклад Андрея Кедрова и единодушно поддержали его идею решения проблемы «М». Соответствующий протокол совещания прилагается.
Фролы поддались быстрее челов. Приближающееся к их единственной планете гиперокно не оставляло им никаких шансов на существование. Челы, в конце концов, согласились тоже. Правда, выставив одно непременное условие. Они дают два корабля: крейсер и эсминец. Все. Все остальные расходы должны взять на себя кроки и фролы. А расходы немалые. Чтобы звездолет прыгнул на десять миллионов световых лет по гиперу, его должны сопровождать, как минимум пятнадцать других звездолетов, несущих для него топливо.
И вновь Андрей то на фроловском, то на человском, то на кроковском звездолете сновал между столицами трех могущественных государств. Благодаря Сарбу, Президент кроков Харк согласился на семьдесят процентов всех расходов. Погибающая стратегическая планета Кардур вынуждала не мелочиться. Правда Андрей скрыл от Сарба, а значит и от Харка, что к Матеи тоже приближается гиперокно. Наверное решение кроков было бы совсем иным…
— До прыжка остается пять минут. Просьба всем занять свои противоперегрузочные кресла.
\"Все, скоро я буду у кроков. А через день вылет к Великому Ничто. Хоть бы все получилось. Если нет, меня просто выкинут в открытый Космос. Нет, должно все получиться, должно. Интерактивность… оно должно быть…\"
— До прыжка остается одна минута. Немедленно занять свои противоперегрузочные кресла, — категоричным тоном гаркнул бортовой компьютер.
\"Черт, совсем контроль времени потерял\", — землянин бегом кинулся к своему креслу.
— Локки, — лицо Вессы на экране монитора пылало от негодования. — Ты знаешь, что твой дикий чел нас обманул? Или ты вместе со своим челом нас обманываешь!
— Весса, что случилось?
— Только что была расшифрована информация, полученная от одной из наших космических автоматических станций. Она перехватила сообщение, посланное от челов к фролам. Оказывается у фролов огромная проблема! К их планете также приближается гиперокно!
Сарб мгновенно все понял. Если даже идея Кедрова правильна и с помощью нее можно решить проблему «М», то, естественно, Харку намного выгодней чуть повременить, дождавшись, когда гиперокно уничтожит фроловскую планету. Правда, погибнет и Кардур. Но планет у нас много, а фролов — одна. И тогда им конец. Все правильно, но есть одно но…
— Сарб, так ты знал эту информацию или нет?
— Весса, — твердо ответил мужчина, — я этой информации не знал.
— Я верю тебе… Локки. Когда этот чел должен прилететь от челов?
— Обещал завтра.
— Вот и отлично. Тогда и спросим о причинах его такой забывчивости. Правильно, Локки, — женщина с улыбкой смотрела на Сарба.