— Да, но не часто, — подтвердил Дженкс. — Может быть, пару раз, не больше.

— Значит, она имела доступ к вашим вещам, не исключая также шампанское и смокинг?

Дженкс призадумался на мгновение, а потом решительно покачал головой.

— Нет, ну что вы, это невозможно! Кто угодно, но только не Джоанна.

— Почему вы так уверены?

Он посмотрел на меня так, словно я сошла с ума.

— Джоанна всегда любила и до сих пор любит меня, — заявил он. — Именно поэтому вертится возле моего дома и часто общается с моей новой женой. Вы считаете, что это просто ностальгия по прошлому? Ничего подобного. Она никак не может найти достойную замену тому, что я так щедро давал ей. Я безумно любил ее, и вот сейчас она ощущает эту пустоту.

Дженкс самодовольно ухмыльнулся и посмотрел на адвоката.

— Вы думаете, что она отыскала волосок моей бороды и с тех пор хранила его в стеклянной банке? Мне было бы лестно слышать это, но думаю, что это не так. Если хотите знать, Джоанна была мелким клерком, когда мы познакомились. Тогда она не могла отличить Ралфа Лорена от Джей-Си Пенниса. — Он рассмеялся от удачной шутки. — Я научил ее хорошим манерам, привил ощущение собственной значимости, был безгранично предан ей, а она мне. Причем Джоанна жертвовала ради меня гораздо больше, чем я ради нее. И даже устроилась на две работы, когда я только начал сочинять.

Мне было трудно представить, что Дженкс не имеет никакого отношения ко всем этим преступлениям, но я решила продолжать допрос.

— Мистер Дженкс, вы сказали, что ваш смокинг был частью давнего костюма, о существовании которого вы уже забыли. И девятимиллиметровый револьвер вы тоже не видели несколько лет. Потом вы вспомнили, что он хранился в вашем доме в штате Монтана. Вы уверены, что все эти вещи не были использованы против вас?

Дженкс надолго задумался, а его выражение лица свидетельствовало, что такой уверенности у него нет.

— Дальше. Вы сказали, что Джоанна устроилась на вторую работу, чтобы поддержать вас материально. Если это так, то на какую именно работу она устроилась?

Дженкс уставился в потолок, а потом вдруг вспомнил:

— Она стала работать в свадебном салоне «Сакс».

Глава 108

Я ощущала себя как в самолете, летящем в неизвестном мне направлении. Вопреки всякой логике я все больше и больше убеждалась, что Николас Дженкс — не убийца. Но кто же тогда преступник и что теперь делать? Дженкс сидел в камере предварительного заключения и все еще оставался главным обвиняемым, о чем так красноречиво и шумно объявили такие общенациональные издания, как «Тайм» и «Ньюсуик». Может быть, мне остаться в этом неизвестном самолете, улететь черт знает куда и никогда больше не показываться в Сан-Франциско?

Ощутив всю безысходность своего положения, я собрала подруг и кратко изложила им суть дела, пытаясь из этой бессмысленной мозаики выложить хоть какую-то картину. Получилось, что только Джоанна могла мстить своему бывшему мужу, так как он бросил ее на произвол судьбы и лишил значительной части дохода. Кроме того, она имела доступ к его вещам, посещала его дом и работала в том салоне, который обслуживал невест.

— Она была там помощником заведующей магазином, — сообщила я, надеясь, что это произведет на них нужное впечатление. — Это простое совпадение?

— Предоставь мне доказательства ее вины, — упрямо повторила Джилл. — Сейчас я имею доказательства только против Дженкса. Причем достаточно надежные и в нужном количестве.

В ее голосе я отчетливо уловила нотки раздражения. Еще бы, вся страна с напряженным вниманием следила за развитием этого дела, за каждым нашим шагом, и теперь трудно будет объяснить такой резкий поворот. Да и начальство, которому мы с Джилл так усердно доказывали вину Николаса Дженкса, не разделит наши сомнения. Ведь сейчас нам придется доказывать обратное, то есть выдвигать новую версию и искать иных подозреваемых.

— Дай мне санкцию на обыск, — предложила я. — Возможно, в доме Джоанны Уэйд мы найдем что-нибудь интересное. Обручальные кольца, например, орудие убийства или что-нибудь в этом роде. Думаю, только так мы сумеем объяснить свое поведение и повернуть ход дела в нужном направлении.

— Обыск? — возмутилась Джилл. — На каком основании? С целью поиска новых улик? Нет, дорогая, я не могу пойти на это, не отменив все результаты предыдущего расследования. А для этого тоже нет никаких оснований. Да и как я объясню столь радикальный поворот событий? Тем, что у тебя появились какие-то сомнения?

— Мы можем проверить, чем она занималась во время работы в свадебном салоне, — предложила Синди. — Наверное, она имела доступ к информации о новобрачных.

— Но это не имеет непосредственного отношения к делу! — раздраженно воскликнула Джилл. — Все это чушь собачья, а не улики! Одна из моих соседок тоже работает в этом салоне, но это не дает мне никакого права подозревать ее в убийстве!

— Но мы не можем подводить под суд человека, в виновности которого есть серьезные сомнения, — резонно возразила Синди.

— Это у тебя есть сомнения, — парировала Джилл, — а у меня их нет. Собранных нами доказательств вполне достаточно, чтобы завершить это дело в суде и добиться обвинения. Для тебя это всего лишь материал для очередного очерка на криминальную тему, а у меня на карту поставлена карьера.

Синди опешила от такого натиска и недовольно поморщилась.

— Ты думаешь, я сижу здесь лишь для того, чтобы выудить интересную информацию для своего очерка? Думаешь, мне легко было сидеть и ждать удобного момента для написания статьи? И все лишь для того, чтобы моя информация, не дай Бог, не противоречила твоей еще не написанной книге воспоминаний?

— Ну ладно, девушки, — попыталась урезонить их Клэр, — хватит ссориться. Было бы глупо разругаться именно сейчас, когда дело разваливается и нужно принимать срочные решения.

Джилл медленно оттаяла и пожала Синди руку.

— Прости, я не хотела тебя обидеть. Я разозлилась оттого, что если все наши сомнения станут известны адвокату Дженкса, то он развалит в суде дело. А это вызовет грандиозный скандал, последствия которого коснутся всех нас.

— И тем не менее мы не можем допустить судебного разбирательства при таких обстоятельствах, — поддержала Клэр Синди. — Ведь все наши сомнения означают, что настоящий убийца находится на свободе и не известно, что замышляет.

— Джилл, — решительно вмешалась я, — ты должна дать мне санкцию на обыск. И не волнуйся, все будет нормально.

Никогда прежде я не видела ее такой расстроенной. Все, чего Джилл добилась за многие годы юридической практики, зависело сейчас от ее решения.

— Нет, — покачала она головой, — давайте сделаем так, как предлагает Синди. Тщательно проверим деятельность Джоанны в свадебном салоне «Сакс», а потом посмотрим, что делать дальше.

— Спасибо, Джилл, — сказала я и благодарно пожала ей руку.

Та отмахнулась от меня и недовольно насупилась.

— Прежде всего надо выяснить, не имела ли Джоанна какого-либо отношения к тем людям, которым была доступна информация о предстоящих свадьбах. И если результат окажется положительным, то поищем связь между Джоанной и будущими жертвами. И только после этого я смогу дать тебе санкцию на проведение обыска в ее доме и даже на арест в качестве подозреваемой. В противном же случае будь готова к выступлению на судебном процессе против Дженкса.

Я снова пожала ее руку, и Джилл ответила мне тем же, после чего мы скрепили свой договор взаимными улыбками.

— И все же я надеюсь, — пошутила она, заканчивая нашу беседу, — что полученные тобой результаты могут оказаться полезными только к следующему Рождеству.

— В таком случае, — рассмеялась Клэр, — этот кропотливый труд нельзя признать полностью бесполезным.

Глава 109

На следующий день, когда Николасу Дженксу должны были предъявить обвинение в убийстве супругов Ребекки и Майкла Диджордж, я приступила к поиску нового убийцы. Я разумеется, не собиралась объяснять Дженксу, что мы подозреваем его первую жену Джоанну, не хотела, чтобы Джоанна знала о наших намерениях, и очень боялась попадаться на глаза Мерсеру или Роту и уж тем более объяснять им причины такого резкого поворота в расследовании данного дела.

Кроме того, в этот день мне предстояла полная тревоги и волнений встреча с доктором Медведем. После того как я упала в обморок в парке три дня назад, я еще раз сдала кровь на анализы, а вскоре после этого позвонил доктор и сказал, что хотел бы поговорить со мной. Не скрою, что этот звонок напугал меня еще больше, чем тот обморок. Теперь я вообще не жду от врачей ничего хорошего.

В то утро доктор Медведь ждал меня в своем кабинете, но не один, а с другим человеком, которого представил как опытного врача и своего хорошего друга. Это был пожилой мужчина с седыми волосами и кустистыми бровями по имени Роберт Ятто.

Присутствие нового доктора вселило в меня еще больший страх. Я сразу догадалась, что на этот раз речь пойдет о проведении операции по пересадке костного мозга.

— Доктор Ятто возглавляет отдел гематологии в крупной клинике, — пояснил Медведь. — Я попросил его ознакомиться с вашими последними анализами и высказать свое мнение относительно дальнейшего лечения.

Ятто улыбнулся.

— Как вы себя чувствуете, Линдси?

— В целом ничего, но иногда меня одолевает слабость, — уклончиво ответила я, подумав, что не следует откровенничать с незнакомым человеком, даже если он опытный врач.

— Расскажите, что случилось с вами в тот день, когда вы потеряли сознание.

Я собралась с мыслями и сообщила ему обо всем, что произошло в тот день, закончив на своей неудачной прогулке в парке.

— У вас было кровотечение? — поинтересовался он.

— Нет, в последнее время ничего подобного не было.

— А тошнота или рвота?

— Нет.

Доктор Ятто встал и подошел ко мне.

— Так, позвольте осмотреть вас, — сказал он и, обхватив мое лицо руками, надавил на обе щеки.

— Я знаю, что мне становится хуже, — тихо промолвила я, ожидая его сурового приговора.

Доктор отпустил меня и кивнул Медведю. Тот, к моему удивлению, расплылся в улыбке.

— Нет, Линдси, не хуже, — радостно объявил он. — Я специально пригласил Роберта, чтобы он подтвердил мою догадку. Количество эритроцитов в вашей крови постепенно нормализуется.

Сначала я просто не поверила. Мне показалось, что я ослышалась. Неужели это не сон?

— А как же мои обморок? — неуверенно пробормотала я. — Слабость, головокружение? В тот день мне показалось, что пришел конец.

— Да, Линдси, это и был конец, — улыбнулся доктор Ятто, — но только не вашей жизни, а болезни. Ваш организм снова начал воспроизводить красные кровяные тельца, а обморок означает, что вы окончательно победили болезнь.

Я сидела, боясь пошевелиться. В горле мгновенно пересохло, и первое время я даже губы облизать не могла.

— Что вы сказали? — с трудом выдавила я.

— С вами все нормально, — подтвердил доктор Медведь. — Я обнаружил это по результатам вашего последнего анализа, но очень боялся ошибиться и пригласил доктора Ятто. К счастью, он подтвердил мои выводы.

Я не знала, смеяться мне или плакать.

— Это правда? Вы не шутите?

— Правда, — рассмеялся доктор Ятто, — с этим не шутят.

Я встала и шагнула вперед. В моем сознании сразу же промелькнули картинки успешного расследования, продвижения по службе, мои отношения с Крисом и все то, что могло еще доставить мне радость в этой прекрасной жизни. Еще сегодня утром я боялась и мечтать об этом, а сейчас все эмоции выплеснулись наружу.

Доктор Медведь наклонился вперед и предупредительно поднял руку.

— Только не думайте, Линдси, что все уже позади. Ваше лечение еще не закончилось, и вы должны по-прежнему приходить к нам два раза в неделю. Просто я хочу сказать, что появились первые обнадеживающие результаты.

— Не знаю, что и ответить, — растерянно пробормотала я. — Что же мне теперь делать? — продолжила я, беспомощно глядя то на одного доктора, то на другого.

— На вашем месте, — посоветовал доктор Ятто, — я бы вспомнил что-нибудь важное, упущенное вами в последнее время, и принялся немедленно наверстывать.

Из клиники я вышла, не чувствуя ног и не вполне осознав значимость происшедшего. Небо поражало своей голубизной и казалось гораздо более приятным, чем прежде. Да и изрядно надоевший прохладный ветер с океана теперь не раздражал, а ласкал, нежно перебирая волосы. Некоторое время я стояла на тротуаре, наслаждаясь прекрасной погодой и вдыхая полной грудью свежий воздух. В моей жизни появилось давно забытое и оттого еще более приятное чувство, которого мне так не хватало в последнее время.

Надежда.

Глава 110

— Я должна тебе кое-что сказать, — взволнованно сообщила я Крису. — Ты не мог бы подойти ко мне во время обеденного перерыва?

— Разумеется, — обрадовался он. — Где мы встретимся?

Голову готова дать на отсечение, что Крис связал мой звонок с новым расследованием.

— Каса Боксер, — пошутила я, имея в виду собственную квартиру.

— Это что-то срочное, насколько я понимаю? — догадался Крис и громко рассмеялся в трубку. — Похоже, я начинаю оказывать на тебя дурное влияние. Когда я должен быть там?

— Я жду тебя уже сейчас.

Он появился минут через пятнадцать после моего звонка. По пути домой я заскочила в булочную «Нестор» и купила там несколько свежеиспеченных булочек с изюмом. А заодно достала бутылку хорошего шампанского, которое хранилось у меня в холодильнике. За шесть лет работы я никогда не приезжала домой во время рабочего дня, но сегодня был особый случай, ради которого я решила сделать исключение. Мне показалось, что именно здесь я должна сообщить Крису столь радостную для меня весть.

Когда он позвонил в дверь, я открыла ему, обвернувшись белой простыней. Он удивленно вытаращил на меня свои огромные голубые глаза и некоторое время не понимал, что происходит.

— Могу я взглянуть на ваше удостоверение личности? — нарочито серьезным тоном спросила я.

— Ты уже выпила чего-нибудь?

— Нет, но мы сейчас же приступим к этому. — Я потащила его в спальню и показала на бутылку шампанского.

Крис покачал головой и удивленно посмотрел на меня.

— Ну и что же ты хотела мне сообщить?

— Потом, — отмахнулась я, налила два бокала вина и без лишних слов стала расстегивать его рубашку. — Не волнуйся, это приятная новость. Во всяком случае, для меня.

— День рождения? — улыбнулся он.

Я развела руками, позволив простыне упасть на пол. Увидев меня обнаженной, он даже присвистнул от удивления.

— Вот это номер!

— Крис, неужели ты думаешь, что я стала бы устраивать все это из-за какого-то тривиального дня рождения?

— Значит, речь идет о моем дне рождения, — засмеялся он, все еще недоуменно оглядывая меня с головы до ног.

— Нет, не угадал. Ну да ладно, узнаешь позже.

— Понял! — радостно воскликнул он. — Ты отыскала важные улики и начала новое расследование. Неужели это действительно Джоанна?

Я приложила палец к его губам, чтобы он замолчал и не говорил глупостей.

— Лучше скажи, что по-прежнему любишь меня.

— Само собой разумеется, — еще больше удивился он. — Люблю.

— Нет, ты скажи это так, как говорил в своей хижине в Хивенли, — запротестовала я. — Скажи, что любишь и никогда не бросишь меня.

Крис пристально посмотрел на меня и хитро улыбнулся. Похоже, он понял, о чем идет речь. Либо я сошла с ума, либо наметились положительные сдвиги в моем лечении.

— Я никогда и ни за что на свете не брошу тебя, — тихо сказал он и крепко обнял меня. — Тем более сейчас, когда я уже здесь.

Удовлетворившись таким ответом, я сняла с него рубашку, а потом стала стаскивать брюки. Крис, должно быть, чувствовал себя мальчиком по вызову, который растерялся в трудную минуту. Когда брюки упали на пол, я увидела его вздувшиеся трусы. Да, он уже готов к любви. Протянув ему бокал с шампанским, я сделал глоток и посмотрела в глаза.

— Ну ладно, не буду тебя больше терзать своими расспросами, — уступил он. — И так ясно, что поводом для такой встречи послужило что-то необыкновенное.

Не говоря ни слова, я допила шампанское, а потом потащила Криса в постель, где в течение почти двух часов мы занимались тем, чего мне больше всего не хватало в последнее время. Другими словами, я всеми силами стремилась выполнить мудрое предписание, полученное от доктора Ятто.

В самый разгар наших любовных утех я вдруг ощутила странные толчки. Сначала это были едва заметные колебания, но с каждой минутой они усиливались и в конце концов стали настолько мощными, что даже посуда на кухне загромыхала. Послышался далекий гул, а висевшая над моей кроватью картина, раскачавшись, рухнула на нас.

— Боже мой, Крис, землетрясение! — воскликнула я в ужасе, беспомощно оглядываясь по сторонам.

Мне уже не раз приходилось испытывать на себе этот разгул стихии, и я всегда молилась, чтобы землетрясение не было слишком сильным.

К счастью, вскоре толчки стали затихать. За окном послышались крики перепуганных насмерть людей, а мимо моего дома промчалось несколько машин «скорой помощи», огласив окрестности мощным ревом сирен. Я подбежала к окну и посмотрела вниз. Никаких разрушений я не увидела.

— Что будем делать, Крис? — спросила я.

— Думаю, надо вернуться на рабочее место, — спокойно ответил он. — Мы же полицейские, в конце концов. — Крис подошел ко мне, обнял за плечи и крепко прижал к себе.

Ощутив его мягкие руки, я повернулась к нему лицом и поцеловала в губы. Нам было так хорошо сейчас, что ни о чем другом думать не хотелось.

— Правда, из отдела расследования убийств, — добавил Крис, намекая, что нам вовсе не обязательно срываться с места и мчаться на работу.

Мы весело рассмеялись и снова повалились на кровать. Я решила продолжать свой список безумных поступков. Мы открыли его на стадионе, в непосредственной близости от своего начальства, а теперь готовы продолжить во время землетрясения.

В этот момент послышался пиликающий сигнал пейджера. Я выругалась, потянулась за ним и посмотрела на крохотный экран. Звонили из полицейского участка.

— Черт возьми, звонят по коду 1-11, — сообщила я Крису.

— Это сбор по тревоге, — спокойно пояснил он. — Значит, что-то срочное.

— Черт бы их подрал! — возмутилась я. — Какое отношение мы имеем к этому землетрясению?

Недовольно ворча, я встала с постели и быстро набрала телефон своего отдела. Там мне сообщили, что звонил Сэм Рот, он рвет и мечет, и мне нужно немедленно переговорить с ним. Теряясь в догадках, я перезвонила Сэму и сразу же услышала его возбужденный до неузнаваемости голос.

— Ты где сейчас? — сурово потребовал он.

— Разбираю старые завалы, — уклончиво ответила я и весело подмигнула Крису. — А что стряслось?

— Приезжай сюда! — закричал он. — Немедленно!

— Что происходит, Сэм? — оторопело спросила я, сообразив, что случилось нечто невероятное. — Это связано с землетрясением?

— Хуже, — прохрипел он в трубку. — Николас Дженкс сбежал.

Глава 111

Николас Дженкс находился в полицейской машине, прикованный наручниками к спинке переднего сиденья, и искоса поглядывал на охранника, который сидел напротив и пристально следил за ним. Некоторое время назад он предстал перед судом в Нейпе, где ему предъявили еще одно обвинение в убийстве, и сейчас они возвращались в полицейский участок. Бросив быстрый взгляд на мелькающие за окном деревья, Дженкс без труда определил, что ехать им осталось не так уж много. Интересно, за какую сумму можно было бы купить этого парня? За миллион баксов? За два миллиона? Для него это были бы неплохие деньги, учитывая, что полицейские получают не больше сорока тысяч в год.

Дженкс еще раз посмотрел на полицейского и ухмыльнулся. Неприступная поза, стальные глаза и непоколебимая уверенность в себе. Нет, это крепкий орешек, такого дешево не купишь. Миллионов пять, не меньше. Если бы он сочинял сейчас очередной роман, то посадил бы рядом с собой именно такого неприступного и преданного своему делу копа.

Да, если бы сочинял… Он грустно улыбнулся, мысленно повторив этот приятный глагол. К сожалению, его сейчас можно употреблять только в сослагательном наклонении. Теперь только одному Богу известно, когда он напишет новый роман. Дженкс вспомнил молодую женщину, которая выступила в роли обвинителя и обрушила на него такие чудовищные обвинения, придумать которые сумел бы только самый изощренный ум. А он смотрел на нее и думал, что если бы она попалась ему при других обстоятельствах, то он вполне мог бы затащить ее в темный угол и показать, на что способен.

Дженкс снова посмотрел в окно, увидел мелькающие вершины холмов и понял, что они уже миновали небольшой городок Новато и свернули к заливу. Нет, надо что-то придумать. Такой возможности больше не будет. Все-таки в романах все намного проще. Там можно придумать любую хитроумную комбинацию и незамедлительно осуществить ее, а здесь такие штучки не проходят.

— Вы женаты? — обратился он к охраннику, решив для начала завязать обыкновенный разговор.

Тот недовольно посмотрел на него и кивнул.

— А дети есть?

— Двое, — неохотно проворчал полицейский, но Дженкс успел заметить живой интерес в его глазах.

Ничего удивительного. Полицейские тоже люди, и им интересно пообщаться с жутким монстром, которого обвиняют в убийстве нескольких пар молодоженов. А потом он будет рассказывать об этом своим друзьям и знакомым, пытаясь хоть как-то возвеличить себя в их глазах. А что им остается делать, если за неделю они приносят домой не более шестисот долларов?

— Жена работает? — продолжал допытываться Дженкс.

Тот кивнул.

— Учительница старших классов.

— Моя жена тоже когда-то работала, — поделился с ним Дженкс. — Первая жена, конечно. Нынешняя тоже работает, но это уже совсем другая работа. Она числится на телевидении и приходит туда только для того, чтобы пообщаться с друзьями и сняться в каком-нибудь бездарном рекламном ролике.

Эти слова произвели на полицейского должное впечатление. Он хмыкнул и улыбнулся. Значит, еще не все потеряно. С этим парнем можно иметь дело. Дженкс посмотрел в окно и увидел дорожный знак, извещавший, что до «Золотых Ворот» осталось не более двадцати минут езды. Надо спешить. Времени очень мало, а положение практически безвыходное. Впереди ехала патрульная машина охраны, и позади них такая же. Даже если он уговорит этого парня, то остальные полицейские не дадут ему возможности уйти. Нет, все кончено. Это только в книгах можно придумать какое-нибудь невероятное событие, в результате которого герой оказывается на свободе. А в жизни таких чудес не бывает.

В этот момент их полицейский фургон стал как-то странно раскачиваться, а потом резко подпрыгнул и чуть не врезался в переднюю машину. Черт возьми, это же землетрясение! Охранник выругался и удивленно посмотрел на водителя. Тот отчаянно крутил баранку, стараясь избежать столкновения со встречными машинами, которые виляли из стороны в сторону. Дженкс вжался в сиденье и крепко уцепился за поручни. Только этого еще недоставало.

Идущая впереди машина еще несколько раз вильнула, потом подпрыгнула вверх и резко затормозила. Охранник заорал, чтобы водитель остановился, но было поздно. Их машину резко бросило в сторону, после чего она съехала на обочину и врезалась в большой фонарный столб, стоявший неподалеку от заправочной станции. Удар был такой силы, что водитель вылетел в окно, а охранник оказался зажатым между сиденьями и громко стонал.

— Сиди спокойно, — приказал он Дженксу, пытаясь освободиться.

А тот и не думал бежать, так как был прикован к сиденью и даже не мог пошевелиться. В этот момент над их головами раздался оглушительный треск. Они одновременно посмотрели вверх, но ничего не увидели.

Только потом Дженкс сообразил, что на крышу их фургона обрушилась стальная верхушка фонарного столба, которая была такой мощной и тяжелой, что почти надвое разрезала крышу. Дженкс был абсолютно уверен, что эта махина его раздавит, и вжался в сиденье, прикрыв голову руками. Когда грохот стих, а пыль рассеялась, он увидел перед собой страшную картину, придумать которую не смог бы даже в самом жутком своем романе. Полицейские были раздавлены столбом и не подавали признаков жизни. В стенке фургона зияла огромная рваная дыра, а сиденье, к которому он был прикован, разлетелось в щепки.

Дженкс осторожно пошевелился, проверяя степень повреждения. К счастью, он практически не пострадал, если не считать легких ушибов ног и сильную боль в голове. Мимо их разбитой машины, в панике размахивая руками и испуганно оглядываясь по сторонам, бежали какие-то люди. Вероятно, все стремились уйти подальше от зданий и столбов, опасаясь усиления подземных толчков.

Дженкс с трудом протиснулся между сплющенными сиденьями и выглянул наружу сквозь образовавшуюся дыру. Никаких полицейских поблизости не было. Неужели чудо действительно произошло? И если это так, то нельзя терять ни минуты. Если он не воспользуется этой возможностью, то до конца жизни не простит себе. Собравшись с силами, Дженкс вылез из машины и огляделся вокруг. Вдоль дороги лежали перевернутые машины, из которых с трудом выбирались люди. Одни в панике бежали куда глаза глядят, а другие пытались помочь тем, кто еще находился внутри своих машин. Не долго думая Дженкс присоединился к первым и быстро заковылял прочь от искореженного полицейского фургона.

— Я свободен! — невольно вырвалось у него.

Да, это было настоящее чудо. Теперь он на свободе и уже понимает, как распорядиться этой удачей. Уж он-то знает, кто его подставил, а тупоголовые полицейские и за миллион лет не раскроют эту тайну.

Глава 112

Нам с Крисом понадобилось не более трех минут, чтобы одеться, привести себя в порядок и помчаться на работу. В спешке я даже не успела сообщить ему неприятную новость насчет Дженкса. По нашим стандартам это землетрясение было отнюдь не самым разрушительным, но ситуация осложнялась тем, что мы потратили пять недель на поимку преступника, который теперь снова оказался на свободе.

По пути в полицейский департамент я машинально оценила последствия толчков. В некоторых домах вылетели стекла, вдоль дороги покосились фонарные столбы, но наибольший ущерб понесли владельцы автомобилей. Вся дорога была забита перевернутыми машинами и теми, которые столкнулись во время колебания почвы. Перед зданием полицейского департамента царила обычная для таких случаев суета. Повсюду сновали люди в голубой униформе и назойливые репортеры, которые, вероятно, уже узнали о бегстве знаменитого преступника и пытались получить хоть какую-то информацию об обстоятельствах этого происшествия.

В отделе мы узнали, что Николас Дженкс бежал из полицейского фургона в тот момент, когда машина врезалась в фонарный столб и была разрушена упавшей на нее стальной конструкцией. Две другие машины сопровождения опрокинулись, а многие полицейские получили тяжелые травмы и сейчас находились в больнице. Причем наиболее тяжкие повреждения у того охранника, который сидел напротив арестанта.

Все полицейские нашего департамента пребывали в шоке от случившегося, а наведением порядка и организацией поиска бежавшего преступника занимался сам Сэм Рот. Он неплохо знал свое дело, но понаехавшие многочисленные начальники постоянно отвлекали его и надоедали глупыми расспросами.

Мы сразу же разослали ориентировку по поиску преступника, в которой подробно описывались его характерные признаки и прилагались фотографии. Разумеется, все выезды из города были закрыты, а по обеим сторонам «Золотых Ворот» выставлены полицейские посты. Кроме того, мы предупредили все аэропорты, вокзалы и гостиницы, не упустив даже фирмы по прокату автомобилей. И первым делом выслали группу полицейских к дому Дженкса. Впрочем, у меня не было никакой надежды на быстрое задержание преступника. Я уже убедилась, что он далеко не дурак и, стало быть, не бросится домой и уж тем более не отважится проникнуть в аэропорт или еще куда-нибудь, где можно нарваться на полицейский патруль. Но инструкция требовала от нас решительных действий, и мы не должны нарушать ее. Тем более что в подобных делах самыми важными и решающими являются первые шесть часов. Если Дженкс успеет навестить своих многочисленных и чрезвычайно влиятельных друзей, то наше дело очень быстро развалится. С другой стороны, деваться ему практически некуда. У него нет денег, одежды и надежного места, в котором он мог бы укрыться на длительный срок.

Это происшествие вызвало у меня очень сложные чувства. С одной стороны, я потратила много времени на расследование этого дела, а с другой — все еще не рассеялись сомнения относительно того, является ли Дженкс настоящим убийцей.

Как и следовало ожидать, многие коллеги осаждали меня своими предположениями относительно того, где именно может скрываться Николас Дженкс. Одни считали, что он может уехать в какой-нибудь загородный дом, другие уверяли меня, что он направится в соседнюю Неваду, а то и вообще попытается пересечь мексиканскую границу, но я относилась к подобным версиям весьма скептически. У меня было собственное мнение на этот счет. Дженкс слишком умен, чтобы не догадаться о наших действиях. Не вдаваясь в подробности, я попросила Рота выделить мне на некоторое время двоих полицейских — Джейкоби и Пола Чина.

— Уоррен, — обратилась я к Джейкоби, получив согласие шефа, — не сомневаюсь, что ты готов сделать мне одно одолжение.

Он весьма неохотно откликнулся на мою просьбу, и мне пришлось поделиться с ним своим планом. Нужно установить тщательное наблюдение за домом Джоанны Уэйд и за прилегающими к Рашн-Хилл улочками. А Пол Чин должен был установить такое же наблюдение за квартирой Грега Маркса, бывшего литературного агента Дженкса. Если Дженкс действительно уверен в том, что его подставили, то подозрение падет прежде всего на этих людей.

Джейкоби в целом одобрил мой план, но посмотрел на меня так, словно я доверяла ему еще одну операцию с шампанским.

— Послушай, Линдси, — недовольно проворчал он, — в твоем распоряжении сейчас все полицейские департамента. Почему ты выбрала именно нас?

Я доверительно наклонилась к нему.

— Потому что только вам я могу доверить столь сложное и щекотливое дело. К тому же я полностью разделяю твои сомнения относительно всех этих убийств и до сих пор помню твой вопрос: почему Дженкс оставил в номере отеля свой смокинг. Думаю, ты был прав, и Дженкс теперь первым делом отправится к Джоанне для выяснения отношений. Именно поэтому я решила доверить это дело тебе.

Отправив Джейкоби и Чина на задание, я осталась в отделе отслеживать всю поступающую информацию. Однако после шести часов напряженной работы никаких сведений о Дженксе я в тот день так и не получила.

Глава 113

Примерно в четыре часа дня я услышала в коридоре какой-то шум. Это Джилл с трудом пробиралась сквозь плотную толпу журналистов и сотрудников полиции. Она была вне себя от злости и, как мне показалось, готова была растерзать всех, и в первую очередь меня.

— Джилл, рада видеть тебя, — пролепетала я, обнимая подругу. — Джилл, я здесь ни при чем, поверь мне.

— Внизу нас ждет Синди, — холодно промолвила она. — Нужно поговорить.

Мы выбрались из отдела и спустились в холл, где не без труда обнаружили Синди, окруженную плотным кольцом журналистов. Они уже знали, что только у нее можно получить хоть какую-то информацию о происходящем. Нам оставалось позвонить Клэр, и через полчаса мы сидели в нашем кафе за привычным столиком. Побег Дженкса был для всех нас полной неожиданностью, а я вообще пребывала в шоке и никак не могла собраться с мыслями. Этот побег, по мнению моих подруг, окончательно доказывал ошибочность всех моих предыдущих предположений и почти автоматически закреплял вину за беглецом.

— И ты все еще веришь, что он не виноват? — набросилась на меня Джилл, как только мы заказали коктейль.

— Теперь все будет зависеть от того, где он объявится в последующие дни, — уклончиво ответила я и рассказала, что выставила надежные посты по месту жительства Джоанны и Маркса.

— Значит, ты до сих пор веришь в то, что он не виноват? — продолжала наседать Джилл, явно теряя присутствие духа. — Так вот, моя дорогая, запомни раз и навсегда: невиновный человек никогда и ни при каких обстоятельствах не станет убегать от полиции.

— Нет, ошибаешься! — возразила я. — Как раз невиновные и сбегают. Хотя бы для того, чтобы доказать свою невиновность. В особенности в тех случаях, когда не могут надеяться на справедливое полицейское расследование!

Клэр нервно заерзала на стуле и попыталась нас успокоить.

— Послушайте, мне кажется, мы сейчас вторгаемся в очень тонкую сферу отношений. Давайте не будем ссориться, а лучше подумаем, где и как нам отыскать этого мерзавца. Я абсолютно уверена, что никуда он не денется. А между тем надо хорошенько подумать насчет других версий и попытаться обосновать необходимость нового расследования. Лично я уже заинтересовалась этим делом и скоро поделюсь с вами своими соображениями.

— Линдси, — как ни в чем не бывало продолжила Джилл, — если ты действительно считаешь Дженкса невиновным, то должна немедленно сообщить об этом своему непосредственному начальству.

— Сейчас не время, — возразила я. — Мерсер отсутствует, а Рот занят поисками преступника. Да и не поверят они мне, черт возьми! Ты же сама сказала, что у меня сейчас нет ничего, кроме нескольких идей.

— А Крис Роли знает об этом? — поинтересовалась Клэр.

Я молча кивнула.

— Что он думает по этому поводу?

— Какая разница? — отмахнулась я. — Сейчас действительно не время предлагать новую версию расследования. Как и все. Роли сейчас занят поисками Дженкса — ведь без него все мои версии распадаются на глазах.

— Я всегда знала, что в этом парне что-то есть, — сказала Клэр и многозначительно подмигнула мне.

Я благодарно улыбнулась, хотя предпочла бы услышать от нее более серьезные предложения.

— Линдси, теперь я вижу, что с тобой трудно спорить, — сказала она после непродолжительной паузы. — Думаю, мы можем вполне доверять твоей интуиции.

— В таком случае давайте вплотную займемся Джоанной, — воодушевилась Синди. — Если Линдси права, то только так мы можем выйти на след настоящего убийцы.

Меня обрадовал такой поворот дела, и я повернулась к Клэр.

— Скажи, пожалуйста, мы не могли упустить что-нибудь, свидетельствующее против Джоанны? Например, улики или что-либо подобное?

Она немного подумала, а потом покачала головой.

— Вряд ли. Мы все изучили самым тщательным образом. Так или иначе, но все улики против Николаса Дженкса, а не против его первой жены.

— Клэр, — остановила я ее нетерпеливым жестом, — я имею в виду нечто такое, что мы могли просмотреть, упустить, не заметить, понимаешь?

— Линдси, — сочувственно улыбнулась она, — я очень хотела бы быть на твоей стороне, но, к сожалению, ничем не могу помочь. Абсолютно все доказательства указывают именно на Дженкса.

— Не может такого быть, — разочарованно пробормотала я. — Должны же быть хоть какие-то признаки, указывающие на пол преступника. Если все убийства совершила Джоанна, то она должна быть похожей на всех тех убийц, с которыми я имела дело раньше. Идеальных убийств не бывает. Думаю, она непременно должна была оставить какие-то следы, которые мы почему-то упустили. Другими словами, мы обнаружили только те улики, которые были оставлены для нас специально. И вряд ли это сделал сам Дженкс. Не идиот же он, в конце концов.

— В общем, — решительно вмешалась Джилл, — сейчас нужно искать его, а не другого гипотетического убийцу. Иначе мы получим еще пару трупов.

Я чувствовала, что она мне не верит, но решила не сдаваться. Мне очень хотелось завершить это дело громким судебным процессом, но больше всего я боялась обвинить невинного человека.

— Клэр, — взмолилась я, сложив на груди руки, — просмотри еще раз все собранные нами доказательства. Я все больше убеждаюсь, что мы гоняемся совсем за другим человеком.

Глава 114

Она сидела перед зеркалом, глядя на голубые глаза, которые необходимо превратить в зеленые, и щурилась при тусклом свете небольшой лампы. Но прежде нужно сделать лицо. Она аккуратно зачесала назад светлые волосы, придав им желаемую форму.

— Ты вынудил меня к этому, — тихо промолвила блондинка, обращаясь к своему отражению в зеркале. — Заставил еще раз выйти на тропу войны. Впрочем, этого вполне можно было ожидать. Ведь ты же любишь такие игры, Николас, не правда ли?

Она взяла ватный тампон, выдавила на него липкий бальзам, тщательно нанесла его на щеки, а потом стала приклеивать на эту основу короткие рыжеватые волосы. Вскоре ее лицо было практически готово, однако глаза все еще оставались прежними. С такими глазами нельзя выходить на дело, так как ее сразу же узнают. Она вынула из коробочки зеленые контактные линзы и ловким движением вставила их в глаза. Часто заморгав, она придала линзам нужное положение, а потом удовлетворенно посмотрела на себя в зеркало. Вот сейчас все нормально. Сходство просто поразительное. Теперь уже никто не усомнится в том, что это Николас Дженкс.

Глава 115

Клэр позвонила мне в тот момент, когда я еще крепко спала.

— Немедленно приезжай ко мне! — без предисловий скомандовала она.

Я протерла глаза и сонно посмотрела на часы. Было десять минут шестого.

— Куда я должна приехать? — проворчала я.

— В мою лабораторию, куда же еще? — недовольным тоном произнесла она. — Охранники предупреждены и пропустят тебя. Только живее!

Я чувствовала, что Клэр чрезвычайно взволнована, но не могла понять, в чем, собственно, дело.

— Ты сейчас в лаборатории?

— Да, соня несчастная, с половины третьего ночи, — ответила она. — Линдси, речь идет о Николасе Дженксе, так что не мешкай. Дорога каждая минута. Кажется, я нашла разгадку этой тайны.

Я вскочила с постели, быстро умылась, оделась и помчалась в морг. В такой ранний час мне понадобилось не больше десяти минут, чтобы добраться до лаборатории Клэр. Подъехав к зданию судебно-медицинской экспертизы, я припарковала машину на служебной стоянке и поспешила внутрь, приглаживая непричесанные волосы и поправляя изрядно помятый тонкий свитер.

Охранник вежливо поздоровался со мной и беспрекословно впустил в здание. Клэр уже ждала меня на пороге лаборатории.

— Ну, вот и я. — Мы крепко обнялись. — Собственной персоной. Надеюсь, ты не зря подняла меня в такую рань.

Вместо обычного приветствия или объяснения она втолкнула меня в лабораторию и плотно прикрыла за собой дверь.

— Так, — деловито начала Клэр, усаживая меня на стул, — мы вновь возвращаемся в отель «Гранд Хайатт». Первое убийство. Дэвид Брандт слышит звонок в дверь и подходит, чтобы открыть ее.

Она сделала паузу и положила руку на мое плечо.

— Вот представь, пожалуйста, что ты жених, а я убийца. Ты открываешь мне дверь и удивленно отступаешь в комнату. А я делаю шаг вперед и наношу тебе удар ножом в грудь. Правой рукой, хотя сейчас это не имеет никакого значения. — Она ткнула кулаком чуть пониже моей левой груди. — Ты падаешь на то место, где потом тебя обнаружит полиция.

Я молча кивнула, давая понять, что внимательно слежу за ходом ее мыслей.

— Итак, что мы находим на месте падения? — спросила Клэр, широко открыв глаза.

Я представила место преступления.

— Бутылку шампанского и смокинг.

— Верно, но я имею в виду совсем другое.

— Кровь… много крови.

— Это уже ближе, но не совсем то. Не забывай, что жених умер от разрыва сердца. Именно поэтому мы пришли к выводу, что он был жутко напуган.

Я встала со стула, посмотрела на пол и вдруг вспомнила, что еще было обнаружено на теле убитого.

— Моча.

— Вот теперь правильно! — радостно воскликнула Клэр. — Мы обнаружили небольшое количество мочи. Она была на полу и на обуви Дэвида. Совсем немного, несколько мутных крошечных капель. Разумеется, мы следовали обычной логике и пришли к выводу, что она принадлежит жениху. И это вполне естественно. Непроизвольное мочеиспускание — вполне нормальное явление в состоянии страха перед смертью. И до вчерашнего дня я была абсолютно уверена в своей правоте. Но вчера вечером я вдруг вспомнила, что следы мочи были обнаружены также и в Кливленде. А потом мне вдруг пришло в голову, что я никогда не проводила анализ этой мочи. Да и зачем его проводить, когда и так все было ясно? Ведь я ни минуты не сомневалась, что это моча Дэвида Брандта. — Клэр замолчала и посмотрела на пол. — Но если жених лежал на полу, а убийца стоял над ним, — она показала рукой на пол, — то чья же это могла быть моча?

Некоторое время мы смотрели друг на друга.

— Убийцы! — воскликнула я и даже всплеснула руками.

— Молодец, — обрадовалась Клэр, довольная своей ученицей. — История судебной медицины полна случаев, когда у убийц происходит непроизвольное мочеиспускание во время убийства. И это тоже вполне естественно. Их нервы на пределе, а многие даже испытывают в этот момент настолько острое удовлетворение, что фактически утрачивают над собой контроль. И это можно без особого труда проверить, проведя тщательный химический анализ.

— Проверить? — не поняла я. — Что именно? Ведь и так ясно, что это моча.

— Пол предполагаемого убийцы, — торжественно объявила Клэр. — Да, да, моя дорогая, по составу мочи можно определить пол человека.

— Господи Иисусе! — изумленно прошептала я.

Клэр взяла меня за руку и подвела к двум большим микроскопам, установленным на другом конце стола.

— В моче есть вещества, дающие возможность безошибочно определить пол человека. Для начала я взяла капельку сохранившейся мочи и прогнала ее через центрифугу, чтобы отделить одни химические вещества от других. Вот, взгляни, — сказала она, подтолкнув меня к первому микроскопу. — Видишь там крошечные красные клеточки, связанные между собой, как гроздь винограда?

Я посмотрела, обнаружила там какие-то пятна и вопросительно повернулась к Клэр:

— Ну и что?

— Это дрожжевые клетки, дорогая, — загадочно улыбнулась она. — В моче я обнаружила большое количество дрожжевых клеток. А они бывают только у женщин.

Я улыбнулась и хотела спросить, что это значит, но Клэр опередила меня и крепко обняла за плечи.

— А потом я провела анализ другого образца. Вот, посмотри.

Я наклонилась над окуляром микроскопа.

— Видишь темные крестообразные клетки, которые двигаются по кругу?

— Да, — пробормотала я.

— Это красные кровяные тельца, — пояснила Клэр. — Их там достаточно много.

Я снова посмотрела на нее, ожидая дальнейших объяснений.

— Так вот, дорогая, они никогда не встречаются в мужской моче. Во всяком случае, в таком большом количестве. Если, конечно, у пострадавшего нет кровотечения в мошонке, что обычно бывает в результате очень сильного удара или пореза. А подобных повреждений, насколько мне известно, ни у кого из наших женихов не было и в помине.

— Значит, — медленно произнесла я, покачивая головой, — эта моча принадлежит женщине в период менструации.

Глава 116

Эта мысль была такой неожиданной, что я долго смотрела на Клэр, поражаясь собственной догадливости. Значит, Николас Дженкс говорил правду. Его действительно не было в «Мандариновом номере» отеля «Гранд Хайатт» в момент убийства. Скорее всего его не было и в Кливленде. Я так ненавидела этого человека, что долго не могла смириться с этой мыслью. И не только я. Все мы были настолько уверены в его вине, что ни о чем другом даже думать не хотели. Тем более что все улики свидетельствовали против него. Дженкс был мастером детективных триллеров, но все же нашелся человек, который обошел даже его, только уже в реальной жизни.

Я встала и благодарно обняла Клэр.

— Ты совершила настоящее чудо.

— Да уж, — охотно согласилась она, — мне это стоило немалых трудов. Не знаю, что это доказывает, но с уверенностью заявляю: человек, который стоял над убитым женихом в отеле «Гранд Хайатт», был женщиной. Могу также предположить, что именно она убила жениха, а потом и невесту. Причем сделала это правой рукой, чего никак не мог сделать левша Дженкс.

Я облегченно вздохнула. Если Николас Дженкс не имеет к этому делу никакого отношения, то его поиски сейчас теряют всяческий смысл. Если его и следует поймать, то только для того, чтобы объявить о его невиновности.

— Ну, что скажешь? — посмотрела на меня Клэр и улыбнулась.

— Это вторая приятная новость, которую я услышала за последнее время, — призналась я.

— Вторая? — искренне удивилась Клэр.

Я взяла ее за руку и рассказала о своей последней встрече с врачами. Узнав, что моя болезнь пошла на спад, Клэр крепко обняла меня и закружила по всей лаборатории. Вдоволь нарадовавшись этой приятной новости, мы расстались, окунувшись в повседневные заботы.

Глава 117

Приехав на работу, я сразу позвонила Джейкоби, чтобы узнать, как у него дела. Бедняга все еще сидел возле дома Джоанны Уэйд и чертыхался на чем свет стоит.

— Как ты, Уоррен? — спросила я, невольно чувствуя вину перед ним.

— Хуже некуда, — проворчал тот. — Мне бы сейчас душ принять и прикорнуть пару часов.

— Уоррен, что там происходит?

— Что происходит? — возмущенно переспросил он. — Ничего интересного. Вчера вечером в пятнадцать минут пятого объект вышел из дома и направился в гимнастический зал. В десять минут седьмого она зашла в кафе «Паскуа», откуда вскоре появилась с пластиковым пакетом в руке. Затем заглянула в небольшой бутик, вышла без пакета и сразу же двинулась домой. Через некоторое время загорелся свет на третьем этаже, а из кухни стал доноситься запах жареного цыпленка. Извини за такие подробности, но я так проголодался, что ни о чем другом и думать не могу.

Джейкоби сделал паузу и жадно сглотнул, вероятно, представив жареного цыпленка.

— В двадцать пять минут одиннадцатого свет в ее квартире погас, после чего она, вероятно, делала то, о чем уже давно мечтаю я, — проворчал он в трубку. — Линдси, какого черта я здесь торчу? Неужели нет какой-нибудь более подходящей работы?

— Уоррен, — попыталась я успокоить его, — Николас Дженкс сейчас на свободе и наверняка попытается наведаться к своей бывшей жене. Думаю, он подозревает ее во всех грехах и считает, что именно она его подставила.

— Линдси, ты хочешь подбодрить меня и придать смысл моему глупому занятию?

— И это тоже, — засмеялась я. — Но дело не только в этом. Понимаешь, Уоррен, я думаю, что он прав. В общем, гляди в оба и сразу же дай знать, как только увидишь Дженкса.

Примерно в восемь часов в отделе появился Крис. Он удивленно посмотрел на меня и задержал взгляд на растрепанных волосах.