Юлита ворвалась в квартиру. Грязь на полу. Все кухонные шкафчики открыты настежь. Их содержимое в беспорядке валяется на усеянной мукой каменной столешнице. У стены сметенные кем-то осколки разбитой банки, рядом грязная тряпка. Магда сидела рядом, в гостиной, ноги на столе, сигарета во рту. Она никогда раньше не курила дома, всегда выходила на балкон, даже в минус пятнадцать. При виде сестры она отложила телефон. На столе валялись какие-то бумаги, коробка салфеток, опрокинутая бутылка из-под вина.

Он был сильно удивлен.

– Магда! – Юлита бросила пальто на пол. – Что случилось?!

– Это я и сама хотела бы знать… Ко мне нагрянула полиция.

- Как, у вас нет агента? Мой мальчик, мне вас жаль! Вам просто повезло, что вы наткнулись на порядочную фирму. Мы могли бы с вас живого шкуру снять! Наймите агента и пошлите его ко мне!

– Как это?

– А вот так это. – Магда затянулась, выпустила изо рта облачко голубоватого дыма; Юлита только сейчас заметила, что у нее размазан макияж, должно быть, она плакала.

Я нашел посредников в лице фирмы \"Сивилла и Сфинкс\", это было третьего марта. Я позвонил к ним пятнадцатого.

– Я уже собиралась уходить на работу, и вдруг звонок в дверь: добрый день, сержант Какой-то там. Они получили донос, что я торгую наркотиками. Экстази и кокаин, если точнее. Ты представляешь? Я! Магдалена Вуйчицкая, Пабло Эскобар варшавского Мокотова.

Миссис Сфинкс сказала:

– Боже, что за бред… Но в итоге все в порядке?

– Ну, они ничего не нашли, если ты об этом спрашиваешь. Но искали тщательно.

- Вы понимаете, незначительная задержка. Мисс Сивилла действительно вела по вашему поводу переговоры с \"Вельзевулом, Белиалом, Дьяволом и Мистериями\", но сейчас она командирована в Чистилище. Позвоните позже!

– В смысле?

– А ты зайди потом в детскую, – Магда снова затянулась, закашляла, – и увидишь. В доносе было написано, что я прячу товар в мягких игрушках. Вот они их и вскрыли. Все до одной. Черт, нужно все это убрать, прежде чем дети вернутся из сада, иначе будет такой рев…

Я позвонил первого апреля. Мисс Сивилла ответила:

– Погоди, я ничего не понимаю. То есть достаточно, чтобы какой-то мудак позвонил с идиотской шуткой, и они уже переворачивают квартиру вверх дном?

– Они сказали, что получили фотографии, – Магда потерла виски. – И что данные геолокализации совпадали с нашим адресом, или что-то в этом роде, я слишком нервничала, чтобы вслушиваться. Как бы то ни было, этот донос они восприняли всерьез.

- О, конечно! Все было бы прекрасно, если бы не одно крошечное препятствие. Миссис Сфинкс отбыла в Салем на Испытания. Тренировочные костры для ведьм, вы понимаете! Она вернется на следующей неделе.

– То есть у них был ордер?

– Я их спрашивала. Ответили, что ордеры в Америке, и что-то там говорили про статью о проведении обысков, бла-бла-бла. В течение семи дней мне придет какая-то бумага из суда или прокуратуры, сама не знаю. Я как раз звонила своему юристу, чтобы та мне объяснила, что, собственно, произошло, но, естественно, она не берет трубку.

Я позвонил пятнадцатого. Очаровательный молодой секретарь мисс Сивиллы заявил, что опять наметилась небольшая препона, так как именно сейчас юридический отдел фирмы \"Вельзевул и так далее\" решил провести реорганизацию.

– Они знают, кто это сделал? – спросила Юлита.

– Да нет, откуда. Донос был анонимный.

Первого мая \"Сивилла и Сфинкс\" сообщили, что контракт прибыл и сейчас рассматривается уже их юридическим отделом.

– А ты? Есть предположения, кто бы это мог быть?

– Я об этом думала, – кивнула Магда, – и мне никто не приходит в голову. Точнее, окей, у меня есть враги на работе, но в “Игру престолов” мы играем в офисе. Есть еще, конечно, Лешек, как ты наверняка помнишь, мы расстались не лучшим образом… Но таким подонком даже я его не считаю.

В июне мне досталась самая гнусная работа из всех, какие у меня только были, - я устроился на фабрику по плетению сетей. Правда, я надеялся, что, по крайней мере, через неделю сделка с Дьяволом будет окончательно подписана, скреплена печатями и оформлена.

Подонок. Услышав это слово, Юлита вдруг поняла, что случилось. У нее подкосились ноги, она ухватилась за стол.

– О, черт…

– А с тобой что? Все в порядке?

Однако в июле переговоры приостановились, ведь каждый имеет право на отпуск. В августе было не до того: все ринулись на фестиваль Черных Месс. Только в сентябре \"Сивилла и Сфинкс\" вызвали меня в офис, чтобы подписать контракт. Он был на тридцати семи страницах и весь испещрен пометками и исправлениями. Каждую страницу украшало по меньшей мере полдюжины печатей.

– Магда, слушай… А они сказали, как получили донос?

– В смысле?

– Ну, там, по телефону, в письме?

- Если бы вы знали, сколько мороки было с этим контрактом! - сказали мне в \"Сивилле и Сфинксе\". - Поставьте инициалы в начале и подпишите в конце каждой страницы. На всех шести экземплярах!

– По электронной почте. А что?

“У меня нет на это сил, – подумала Юлита. – У меня нет сил на ссору, на претензии, на крики. Но другого выхода нет”.

Я поставил инициалы и подписал. Текли дни, но я не ощутил никаких перемен: по-прежнему не было ни денег, ни успеха, ни счастья.

– Магда… Это могло быть из-за меня.

- За чем теперь остановка? - спросил я посредников.

– Не понимаю… – Магда подняла брови. – Ты спрятала дома пять килограммов кокаина и шесть тысяч таблеток экстази и забыла мне об этом сказать?

– Нет, но я не сказала тебе кое-чего другого: все это время я продолжаю расследовать дело Бучека.

- Теперь Он должен все это подписать!

Магда выпрямилась, убрала волосы с лица.

– Что? Но… А собеседование?

Я подождал неделю и позвонил.

– Не было никакого собеседования. Шмотки мне понадобились, чтобы хорошо выглядеть для… Для встречи с информатором.

Сдвинутые брови, сжатые губы. Юлита знала это выражение лица. И знала, что оно предвещает.

- Вы забыли поставить свои инициалы на одной странице.

– Ладно, чтобы ты понимала, я уже в ярости, – произнесла Магда, – но я по-прежнему не понимаю, какое это имеет отношение к полиции, наркотикам и обыску.

Я пошел в офис и поставил инициалы. Позвонил еще через неделю.

– Тот, кто выложил в Сеть мои фотографии… Я зову его просто Подонком…

- Теперь Он забыл поставить инициалы! - ответили мне.

– Ну?

– Он угрожал, что если я не брошу это дело… Он будет мстить. Видимо, он знал адрес нашей квартиры и подготовил донос, чтобы наслать сюда полицию и меня запугать.

Первого октября я получил специальный пакет. В нем находилось правильным образом оформленное соглашение между мной и Дьяволом со всеми надлежащими печатями. Теперь-то я, наконец, мог быть счастливым, удачливым и богатым!

Стало очень тихо. Магда ничего не говорила, даже не смотрела на нее.

– Мне правда очень жаль, если бы я знала, что…

Однако вечером в тот же день пришло письмо из фирмы \"Вельзевул, Белиал, Дьявол и Мистерии\". Оно доводило до моего сведения, что вследствие моей вины, указанной в статье 27-А контракта, последний считается расторгнутым. Я направился к \"Сивилле и Сфинксу\".

– Это не наша квартира.

– Что?

- Что это за статья 27-А? - спросил я.

– Это не наша, а моя квартира, – повторила Магда холодным сухим голосом, которого Юлита раньше не слышала; это был не голос ее сестры, а голос бизнес-леди, отчитывающей подчиненного. – Ты здесь гость.

– Пусть так, но я плачу за комнату.

– Ты платишь гроши. Просто чтобы нам обеим не было неловко.

Мы посмотрели. В статье говорилось, что необходимо было пользоваться услугами фирмы \"Вельзевул, Белиал и т.д.\" по крайней мере раз в полгода...

– Не знала, что ты так это воспринимаешь. В таком случае можешь повысить…

- Когда вы заключили контракт? - спросили меня.

– То, что ты мне соврала, я еще могла бы тебе простить, ты не впервые ведешь себя как засранка…

Юлита хотела что-то сказать, но прикусила язык: сейчас не время для ссор, а время посыпать голову пеплом.

Мы посмотрели. Контракт был датирован первым марта, то есть тем днем, когда я впервые пришел в офис к Дьяволу.

– …То, что ты нарушила обещание? Ладно, с кем не бывает. Что моя квартира выглядит как свинарник? Ничего, приберем. Но вся эта история коснулась моих детей, а вот этого, милая, я тебе так не оставлю.

\"Март, апрель, май...\" - мисс Сивилла считала на пальцах. - Все правильно, прошло семь месяцев. Вы уверены, что не просили их ни об одной услуге?

“Все было не случайно”, – подумала Юлита. Он наверняка знал, как они важны для нее. Наверняка видел все те фотографии, которые Магда спамила своим знакомым: Войтек и Сашка на концерте в филармонии, в костюмчике и платьице с пайетками, Войтек и Сашка в кукольном театре, Войтек и Сашка на мастер-классе в музее, Войтек и Сашка на танцах, Войтек и Сашка на лыжах в Австрии, Войтек и Сашка в зоопарке, на заднем плане грязные пингвины. Потому-то он и сказал полиции, что наркотики в игрушках. Подонок, настоящий подонок.

– Магда, мне правда очень-очень жаль, серьезно. Скажи, что я могу сделать, чтобы как-то загладить свою вину. Могу до конца года мыть посуду, могу гладить тебе рубашки, могу сводить тебя в кино и в бар…

- А как? У меня ведь не было контракта.

– О нет, нет, моя дорогая, так легко ты не отделаешься, – прервала ее сестра. – Ты хочешь дальше здесь жить? Тогда бросай свою идиотскую журналистику и найди себе нормальную работу. На сей раз я серьезно.

Они смотрели друг на друга в упор. Одинаковые зеленые глаза с черными точечками. Уставшие и обведенные темными кругами.

- Ну-ну! - решительно сказала миссис Сфинкс. Она позвонила в фирму \"Вельзевул, Белиал, Дьявол и Мистерии\" и долго спорила с Дьяволом и его юридическим отделом. Наконец она повесила трубку.

– Ты не можешь об этом просить, – произнесла наконец Юлита.

– Могу. Точно так же, как я могу попросить тебя собрать вещи и поискать себе новую квартиру.

- Он говорит, что контракт был заключен первого марта устно, и вы пожали друг другу руки.

– Магда, ты же знаешь, в какой я ситуации…

- Откуда я мог знать? У меня ведь не было на руках контракта!

– Знаю. Поэтому и говорю, чтобы ты нашла себе нормальную работу.

- Вы действительно ни о чем его не просили?

Тишина. Капала вода из не до конца закрытого крана, шумели батареи.

- Нет. Я ждал контракт.

\"Сивилла и Сфинкс\" позвонили в свой юридический отдел.

– Я тебя не понимаю, – произнесла наконец Магда. – Ладно еще, если бы ты что-то от этого имела. Славу, деньги, что угодно. Зачем тебе все это нужно? Можешь мне объяснить?

- Вам предстоит арбитраж! - сказали они и объяснили, что агентам-посредникам запрещено выступать в подобных случаях.

– Для удовлетворения.

Я обратился к юридической фирме \"Чародей, Колдун, Вуду, Искатель воды при помощи прута и Ведьма\" (99 Уолл-Стрит, Иксчендж 3-1900) с просьбой представлять мои интересы в Арбитражной комиссии (479 Мэдисон-авеню, Лексингтон 5-1900). Они запросили 200 000 долларов гонорара плюс 20 процентов от дохода по контракту. Я отсчитал им оставшиеся у меня тридцать четыре доллара (то, что мне удалось сберечь за четыре месяца плетения сетей). Они приняли деньги как предварительные и приступили к переговорам.

– Удовлетворения? Я тебя умоляю. Ну если только удовлетворение от скандала, что вся Польша видела твою голую задницу. О да, мои поздравления.

Дело разбиралось двенадцатого декабря. Слушание проходило весь день. Мне объявили, что решение будет прислано по почте. Я проработал еще неделю и позвонил \"Чародею, Колдуну, Вуду, Искателю воды при помощи прута и Ведьме\".

– Это было ниже пояса.

– И ниже, и выше. – Вредная ухмылка. – Комплект, так сказать.

- Они отбыли на Рождество - ответили мне.

В груди кольнуло, больно. Юлита стиснула зубы, до скрипа.

– Прекрати, – процедила она, – иначе я за себя не ручаюсь.

Я позвонил второго января.

– А по-моему, нам давно пора поговорить начистоту. Юлита, у тебя проблемы. Ты лезешь на рожон. Тебе угрожают, а тебе хоть бы хны, ты опять за свое. Знаешь, что это?

- Одного из них нет в городе!

– То, что сейчас происходит? Не знаю, может, какая-то херовая терапевтическая сессия.

– Это называется нарываться на неприятности.

Я позвонил десятого.

– И что ты пытаешься сказать, а? – Юлита встала, сжала кулаки. – Что типа я сама виновата?

– Не знаю. Может, если бы ты не делала этих идиотских фоток, то их бы не было.

- Отсутствующий вернулся, зато теперь уехали двое других!

– Магда, серьезно? Что еще ты мне скажешь? Чтобы я не надевала коротких юбок, а то не дай бог кого-нибудь спровоцирую?

– Я знаю, что это неудобная правда, но будь ты хоть немножечко ответственней, чуточку умнее, то всей этой истории бы не было…

- Я бы хотел узнать решение Арбитража!

– А если бы ты не трахалась со своим начальником, то не было бы развода.

- Решение может приниматься в течение многих месяцев!

Снова стало тихо, ужасно тихо. Увидев реакцию Магды (слезы в глазах, дрожащие уголки рта, перерезавшие лоб морщины), Юлита тут же пожалела о своих словах. Но сказанного не вернешь, назад не отмотаешь. Слова прозвучали, они повисли в воздухе и, кажется, уже навсегда.

– Я сейчас приму ванну. – Голос Магды звучал на удивление спокойно. – А когда я из нее выйду, твоя комната должна быть пуста…

Дело приобретало скверный оборот. Я вспомнил про свой телефонный справочник и листал его до тех пор, пока не наткнулся на фирму \"Серафим, Херувим и Ангел\", 666 Пятая авеню, Темплтон 4-1900. Обаятельный молодой женский голос ответил на мой звонок:

– Магда, я…

- Серафим, Херувим и Ангел. Доброе утро!

– Ключи оставь на столе.

- Будьте любезны, соедините меня с мистером Ангелом!

Магда встала с дивана, пошла в ванную. Звук льющейся воды заглушал плач, но не до конца. Юлите захотелось пойти к ней, обнять ее, рыдать в обнимку, пока не переполнится ванна и вода из нее не польется на пол, но она слишком хорошо знала свою сестру и отказалась от этой затеи. Магда ее не простит, уж точно не сейчас, а может, и никогда. Юлита побрела к себе в комнату, хлюпая носом, собрала вещи. На это ушло какое-то время. Одежду она сложила в большой чемодан на колесиках (или скорее на колесике, потому что одно колесико отвалилось пару лет назад), компьютеры засунула в ставший неподъемным рюкзак, документы – в сумку. Книги оставила на полках; только репортажи Друкера отправились в мусорную корзину.

- Он у другого аппарата. Не соблаговолите ли подождать?

Юлита вышла на улицу, сгибаясь под тяжестью вещей. Что делать дальше? Она достала телефон, пролистала список контактов, набрала один из номеров.

И я стал ждать...

– Алло, Пётрек? – сказала она, прикрывая второе ухо. – Привет… Тут такое дело… Помнишь, ты говорил, что, если мне понадобится твоя помощь в расследовании, я могу позвонить?



Пётрек снимал квартиру общей площадью тридцать восемь квадратных метров. Комната, совмещенная с кухней, прихожая и ванная. Дешевая белая мебель из ДСП со скандинавскими названиями, бумажные лампы, пол, ламинат под натуральное дерево, а вместо стола два складных стула у подоконника с круглыми следами от чашек. Окна выходили на автобусное депо рядом с Белянским лесом и двухэтажный паркинг. Над раскладным диваном висела картинка с надписью “KEEP CALM AND BE COOL”[54].

– Она уже висела, когда я переехал, – оправдывался Пётрек, заметив улыбку Юлиты.

– Я так и подумала.

– Как видишь, места не много… Но как-нибудь разместимся. Ты занимай диван, а я положу себе коврик в кухне.

– Ну нет, я не стану выгонять тебя из твоей собственной кровати…

– Да я в последнее время и так редко прихожу ночевать, так что не волнуйся.

– О? Ты с кем-то познакомился?

– Ага.

– Так, садись и рассказывай! Я жажду подробностей! Как его зовут?

– Владимир.

– Из России?

– Из Украины, – ответил Пётрек. – Ну я не знаю, что рассказывать… Мы познакомились через знакомых, месяца три назад. Он на пару лет старше меня, работает в консалтинге… К сожалению, очень любит оперу.

– К сожалению?

– Да он меня изводит этими завываниями. Говорит, это как с виски, нужно себя перебороть. А на что не пойдешь ради любви…

– Кто сделал первый шаг?

– Он, конечно, он. Ты же меня знаешь, я бы никогда не отважился.

– То есть он просто взял и к тебе подошел?