Ли Голдберг

Мистер Монк и две помощницы

Валери и Мэдисон, которые держат меня в здравом (относительно) уме
Благодарности и примечание автора

Хотелось бы поблагодарить доктора Д.П.Лайла, Уильяма Рабкина, Пэт Тирни, Сару Бьюли, Айвана Ван Лэнингема, Рис Боуэн, Боба Морриса, Уильяма Тэппли, Кэрол Шмидт, Пэгги Бердик, Марка Мерфи, Аннет Махон, Мэри Эллен Хьюз, Алексу Бретту, Джеку Квику, Роберту Томсону и Энн Топлин за их техническую помощь касательно различных аспектов убийств. Любые ошибки и технические вольности — моя вина, а не их. Хотя, полагаю, их можно объявить соучастниками преступления.

Особое спасибо Керри Донован, Джине Маккоби, Стефани Престон и больше всех Энди Брэкману, создателю Эдриана Монка, за их невероятную поддержку и поощрение.

Я стараюсь как могу оставаться верным непрерывности телесериала, и это не всегда возможно, учитывая долгое время, пока я пишу книги, и пока их публикуют. В течение этого периода могут транслироваться новые серии, которые будут противоречить деталям или ситуациям, упомянутым в моих книгах. Если обнаружите такие неточности, надеюсь на ваше понимание.

Мне бы хотелось узнать ваше мнение. Зайдите на www.leegoldberg.com и поздоровайтесь. Не забывайте пользоваться зубной нитью по двадцать раз в сутки.



Глава 1. Мистер Монк наслаждается игрой

Меня зовут Натали Тигер. Я добропорядочная мать-одиночка среднего достатка и горжусь этим. Моя двенадцатилетняя дочь Джули играет в защите клуба «Слэммеры» в девчачьей лиге. Дети собираются в парке Долорес по субботам для тренировок, а по воскресеньям — для игр.

В это воскресенье мой босс, Эдриан Монк, легендарный детектив, присутствовал на игре. Он был слишком обеспокоен, чтобы оставаться дома. Последние два дня он расследовал зверское избиение до смерти И.Л.Ланкастера, управляющего ипотечным подразделением банка Сан-Франциско.

Ланкастера не любили практически все, кто имел с ним дело. Он даже своих родителей выселил из дома, когда его стареющий отец пропустил пару платежей по ипотеке.

Я не шучу. Вот таким милягой был Ланкастер.

Единственная улика, от которой Монк мог отталкиваться — небольшая запутанная цепочка кровавых следов, принадлежащих убийце.

По версии капитана Лиланда Стоттлмайера, следы остались после оборонительного удара жертвы в голову атакующего, отчего у последнего началось головокружение.

Лейтенант Рэнди Дишер, правая рука капитана, проверил в ближайших больницах, не обращался ли кто с травмой головы.

Я видела, как Монк раскрывает убийства, едва прибыв на место преступления. Но в данном деле обнаружилось слишком много подозреваемых и слишком мало улик. Расследование для Монка оказалось более крепким орешком, чем обычно.

Основной проблемой босса является его навязчивое желание навести порядок в беспорядочном по сути мире. Эту задачу ему не решить ни за какие коврижки! Но он не одинок в своих бесполезных попытках. Все мы, так или иначе, сталкиваемся с этой проблемой, только не в масштабах метаний Монка.

Возьмите, к примеру, меня. Моя работа — регулировать жизнь Монка, насколько возможно, чтобы он сосредоточился на устранении хаоса, которым в его понимании являются убийства. А этим он зарабатывает на жизнь, в свою очередь, обеспечивая зарплату мне.

Когда Монка рядом нет, я пытаюсь поддерживать порядок в своей жизни и создавать последовательную, безопасную и благоприятную среду для дочери.

Я заставляю себя платить по счетам, стирать, содержать дом в чистоте, возить Джули в школу вовремя, проверять домашнюю работу, координировать посещение кружков, матчей и… Хорошо, ваша взяла! Многие, вероятно, живут аналогично.

Мак Рейнольдс

Я никогда не смогу преуспеть во всем. Не сумею держать все под контролем. И зная это, все равно пытаюсь.

Фиеста отважных

Как и Монк.

Только я не одержима неспособностью держать жизнь под контролем.

1

Я не похожа на босса, посему попытка регламентировать существование не открывает мне уникального взгляда на мир — того, что позволил бы видеть не видимое другими и решать сложные загадки.

Сказать, что шеф-инспектор Отдела G Бюро расследований Департамента юстиции при Комиссариате межпланетных дел Сид Джейкс ошеломлен, значило ничего не сказать. На лице его застыла натянутая, бессмысленная улыбка.

Я научилась принимать, что неразбериха вечна, многие вещи невозможно проконтролировать и такова непредсказуемая, беспорядочная и независимая природа мироздания. Это жизнь.

– Вы продолжаете утверждать, что шеф-инспектор Ли Чан Чу выбрала именно вас?

Беспорядок внезапен. Это всегда открытие. Перемены. И когда очень трудно привести все в систему, в глубине души мы понимаем: небольшой беспорядок делает жизнь интересней.

Крупный мужчина, назвавшийся Дорном Хорстеном, кивнул в ответ. Из выражения его лица следовало, что весь он – прямо-таки воплощенная искренность.

– Совершенно верно, гражданин Джейкс. Чиновник Отдела G задумчиво поглядел на него.

Так зачем мы постоянно продолжаем приводить свою жизнь к регламенту? Почему я это делаю?

– Хорстен, Дорн Хорстен… Вы, случайно, не тот самый доктор Хорстен, специалист по водорослям?

Не знаю.

– К вашим услугам.

Иногда я думаю, что Монк занимается наведением порядка лишь из-за навязчивой идеи.

– Но… но что вы тогда здесь делаете? Здесь, в Отделе G? Ведь я дал Ли Чан задание подобрать людей, чтобы отправить их на дальнюю планету, которая ведет себя не лучшим образом!

Знаю, как замешательство от убийства Ланкастера снедает Монка. И я волнуюсь, как он сумеет компенсировать свое беспокойство.

Хорстен снова кивнул.

Поэтому воскресным днем я решила взять босса на футбольный матч, хоть Джули умоляла меня об обратном, но я переживала и хотела убедиться, что с ним все благополучно.

– Я понимаю, у вас так много агентов, шеф-инспектор Джейкс, что просто не под силу запомнить их всех. Меня завербовал Ронни Бронстон, после того как спас мне жизнь при весьма примечательных обстоятельствах. Хотя я ни в чем не уступаю любому другому агенту Отдела G, до сих пор мне довелось участвовать только в двух операциях.

Оказалось, тревоги мои не напрасны.

Сид Джейкс покачал головой и перевел взгляд на средних лет супружескую пару, чинно сидевшую напротив. Женщина – маленькая и серьезная; у супруга ее – явная предрасположенность к полноте. Их внешний вид сразу наводил на мысль о прислуге – дворецкий и служанка.

– Вы тоже агенты Отдела G?

– Да, все трое, – подтвердил мужчина.

Обнаружив Монка в коленно-локтевой позиции, чистящим ковер с помощью увеличительного стекла и зубной щетки, я не смогла бросить его одного и предложила пойти с нами, несмотря на пылкие протесты Джули. Не могу винить ее за нежелание. Однажды босс помогал мне тренировать ее баскетбольную команду, это была катастрофа!

Сид Джейкс посмотрел на маленькую девочку в розовом бальном платьице с голубой лентой – под цвет глаз – в аккуратно расчесанных светлых волосах.

Он фыркнул:

Я попыталась утешить дочь, уверяя, что на этот раз мистер Монк будет просто зрителем на трибуне. Много ли он оттуда навредит?

– И как только ваше дитятко прошмыгнуло мимо октагоновских охранников?

Дитятко хихикнуло. Женщина сказала:

Мало я знала…

– Хелен уже… уже двадцать пять?

– Двадцать шесть, – поправила Хелен. И состроила гримаску изумленному Сиду Джейксу.

Мы играли в парке Долорес в ясный солнечный день, в воздухе висел небольшой туман. Парк находится на крутом холме, отделяющем Ной Вэлли, окрестность, где мы живем, от урбанистически-суетливого Сивик Сентер. У зрителей не только прекрасный вид на поле, но и на центр Сан-Франциско в придачу.

Женщина, которую чиновнику представили как Марту Лоран, продолжила:

– Разумеется, Хелен на самом деле не наша дочь. Просто Ли Чан решила, что лучшего камуфляжа нам для нее не найти.

«Слэммеры» играли против «Киллер Клитс»[1], команды номер один в лиге — а заодно и самой подлой. «Киллер Клитс» играли в футбол, похожий на контактный вид единоборств, сбивая с ног любого ребенка, попавшего под ноги. Они слишком грубы, а их тренер, крупный ворчун Харв Фельдер, правит ими тяжелой рукой, жестоко ругая каждого игрока, вернувшегося без плоти противника в зубах.

– Иначе я слишком бросаюсь в глаза, – пояснила Хелен.

Тренеры и семьи игроков обеих команд находились на одной стороне поля, но на отдельных секторах металлических трибун со скамейками в четыре ряда.

– Значит… значит, вы – лилипутка? – пробормотал Джейкс.

В начале первого тайма одна из игроков «Киллер Клитс» получила мячом в затылок, что позволило игроку «Слэммеров» обойти ее и забить гол.

– Вот уж нет, – не без раздражения в голосе отозвалась девчушка. – Просто на моей родной планете такие природные условия, и наши ученые никак не придумают, как их можно изменить. Откровенно говоря, я не уверена, что мне хочется перемен. Откуда пошло это дурацкое правило, что люди должны быть высокими? Почему за идеал берут каких-то там викингов, а не японцев, например?

Судья дунул в свисток и объявил краткий тайм-аут, позволяя травмированной девочке по имени Кэти покинуть поле.

– Хотя бы потому, – вмешался доктор Дорн Хорстен, – что викинг справится с японцем одной левой. Хелен фыркнула ему в лицо.

Кэти отошла на обочину, стараясь не плакать, а другая девочка из их команды вышла на замену.

– Как сказать, господин увалень! Не забывай, что японцы лучше всех владеют дзюдо, каратэ. Но даже если в старину, в эпоху мечей и копий, низенький человек ничего не мог поделать против высокорослого, то теперь-то у нас совсем другое оружие.

— Отличная защита, Кэти. Хороший стиль, — приободрил ее Рауль Мендес, тренер нашей команды, когда она проходила мимо. У него самого четыре дочки, и он реально милый парень. Девочка взглянула на него, но признательности не выказала.

– Из-за чего весь этот шум? – не выдержал Сид Джейкс.

— Ты называешь это игрой! — заорал ей прямо в лицо Харв Фельдер, наклонившись так близко, что на нее наверняка брызнула слюна из его рта. — Ты неудачница, Кэти, хныкающий червяк! Меня тошнит от тебя.

Он никак не мог отделаться от ощущения нереальности происходящего. Ситуация на планете Фаланга была более чем серьезной, и потому он затребовал для предстоящей операции группу опытных агентов. А коллега Ли Чан Чу подсунула ему семейную пару средних лет, восьмилетнюю на вид девчушку да степенного, хотя будто бы и наделенного острым умом, ученого с межпланетной репутацией!

– Я просто объясняю, – сказала Хелен, – что на моей родной планете Гэндхарвас все люди малорослые, но живут долго и взрослеют довольно медленно. Другими словами, чтобы добиться желаемого эффекта, мне пришлось напялить детское платьице, сделать себе детскую прическу и наложить некоторую толику косметики на лицо.

Кэти залилась слезами, а Фельдер передразнивал ее, пока она бежала к своим смущенным родителям.

– Желаемого эффекта?! – взорвался Джейкс – Какой еще, во имя всего святого, эффект? Мне нужна команда агентов, настоящих агентов, чтобы разобраться с ситуацией на Фаланге!

— Хнык-хнык-хнык. А ты еще и плакса впридачу, — добавил тренер. — Убирайся с глаз, пока меня не вырвало!

– Настоящих? – невинно переспросила Хелен. На губах ее заиграла прежняя детская улыбка. Сид Джейкс бросил на нее свирепый взгляд.

– Малолетним девчушкам там делать нечего, – отрубил он. – На Фаланге происходит нечто странное. За последние полтора года мы потеряли там трех агентов. Их всех разоблачили и предали суду по надуманным обвинениям. Один якобы оказался убийцей, другой – заговорщиком, а третий просто не проявил должного почтения к Каудильо. Это все страшные преступления на Фаланге. Среди трех тысяч миров, которые входят в Организацию Объединенных Планет, не много спецслужб, равных по своей серьезности фалангистской Policia secreta[1]. Что отнюдь неудивительно – у последней весьма богатый опыт. И они теперь ждут-поджидают, когда к ним заявится очередная компания оперативников Отдела G.

Рауль с отвращением покачал головой. — Эй, парень, не кажется ли тебе, что ты ведешь себя грубовато? Они просто дети, а это всего лишь игра.

Сид Джейкс вдруг выскочил из-за стола и забегал по кабинету.

Фельдер начал глумиться над ним. — Так рассуждают только неудачники.

– Да если на Фалангу просто удастся высадиться – и то, считай, повезло! Что уж говорить о свержении правительства!

Игра возобновилась, и сразу же девочка из «Киллер Клитс» врезалась в соперницу, толкнула ее в спину и натурально пробежала по ней, чтобы забить гол.

– Свержении? – заинтересованно спросил Пьер Лоран. – Ли Чан нас об этом не предупреждала.

Фельдер поднял кулак в воздух и продемонстрировал небольшой победный танец.

Шеф– инспектор Отдела G повернулся к говорившему.

— Ненавижу его, — прошипела я Монку.

– Раз вы агент этого бюро, у вас все-таки должна быть голова, а не чайник! Чем вы занимались до вербовки?

А сиденье рядом опустело… Монк стоял у трибун, уговаривая людей пересесть на другие места, чтобы в каждом ряду получилось четное количество зрителей. Я вскочила и потащила его на место.

– Был и остаюсь поваром, – гордо заявил Лоран.

– Повар! – Джейкс в изнеможении возвел очи горе. Потом поглядел на женщину. – А вы?

— Пожалуйста, прекратите смущать родителей, — попросила я.

– Я домохозяйка.

— Взгляни на них, — не внял моей просьбе Монк, — трое сидят на одном ряду, пятеро на другом и один — на третьем. Это безответственно. Они должны служить примером для детей.

– Домохозяйка… Разрази меня гром! Несомненно, Ли Чан Чу кое-что вам разъяснила, но никакой другой подготовки у вас, как я понимаю, не имеется?

«Киллер Клитс» распихали локтями соперников, ногами пробили себе путь и забили еще один гол в ворота «Слэммеров».

– Нет.

— А как насчет примера, который подает он? — я махнула рукой в сторону Фельдера, начавшего танцевать.

Джейкс снова плюхнулся в свое вращающееся кресло. Закрыв глаза, он произнес:

— Пустите им кровь! — заорал своей команде кровожадный тренер.

– Все, сдаюсь. Ухожу в отставку. Вместо трех наших лучших погибших агентов мне прислали бугая-ученого, одуванчик в детском костюмчике да повара с домохозяйкой.

— Нашу команду просто убьют! — на меня нахлынуло отчаяние.

Доктор Дорн Хорстен встал. Роста в нем было по меньшей мере футов шесть с лишним, а весил он фунтов двести сорок. Правда, впечатление громоздкости скрадывалось традиционным костюмом, пенсне, а главное – типично профессорским выражением лица.

Монк посмотрел на Фельдера. — Звони капитану.

– Хелен, мне кажется, надо пояснить, почему Ли Чан Чу выбрала именно нас, – сказал он мягко.

— Я говорила не в буквальном смысле, — запротестовала я.

Девушка с притворным недоумением поглядела на него, а потом…

– Алле-оп! – внезапно воскликнула она.

— Все же позвони, — Монк повел плечами и наклонил голову. — Передай, пусть захватит с собой наручники.

Все совершилось в одно мгновенье. Доктор Хор-стен нагнулся, схватил Хелен за ноги, раскрутил и с силой швырнул головой вперед в дальнюю стену кабинета.

Капитан появился в начале второго тайма, счет был 7–1, а Монк до того доконал родителей нашей команды, что они все вместе пересели на центральный ряд.

Глаза Сида Джейкса едва не вылезли из орбит. Он приподнялся было, замер, и снова опустился в кресло.

— Потом меня поблагодарите, — уверял их босс.

Хелен изогнулась на лету, обхватила руками колени, ударилась ногами о стену, отскочила, ногами же врезалась в потолок, рикошетом попала на стальной сейф с картотекой, перескочила на стол шеф-инспектора Отдела G, опять взмыла в воздух, трижды проделала пируэт…

Вот уж сомневаюсь. Мне могут запретить посещать матчи. Я нутром чувствовала, как все на меня злобно уставились, но притворилась, что не замечаю.

Очнувшись, Сид Джейкс обнаружил, что Хелен сидит у него на плече; острие ножа для разрезания бумаг, зажатого в кулачке девушки, покалывало ему кожу за правым ухом.

Стоттлмайер ходил с тем же выражением на лице, что и родители. На нем была футболка, ветровка и выцветшие джинсы. Капитан явно не впал в восторг, что его вытащили из дома в выходной день.

Доктор Хорстен небрежным движением приподнял громадный стальной стол Джейкса, взял его под мышку и отошел к стене. Оттуда, все также продолжая держать стол, он произнес следующую тираду:

— Надеюсь, у тебя достаточно веская причина для этого, Монк, — тяжело уронил капитан.

– Широко распространенное мнение, будто толстяки – народ слабосильный, опровергнуто на планете Фторста, откуда я родом, гражданин Джейкс. Сила тяжести у нас составляет 1,6 g. Так что с жителями Фтор-сты – ах, простите, у вас здесь, кажется, говорят «с дикарями» – шутки плохи. На планете Хелен живут самые маленькие люди, а на моей – самые сильные.

— Вам необходимо поговорить с ними, — Монк указал на родителей команды соперников. — Они не слушают меня.

Сид Джейкс по-прежнему пребывал в шоковом состоянии.

— Ты позвал меня сюда пересаживать людей на трибунах?

– Это невозможно! – выдохнул он. Брови доктора Хорстена поползли вверх.

— Это вопрос безопасности, — кивнул Монк.

– Стол весит по меньшей мере тонну! – вскричал Джейкс.

— Угу, — пробурчал Стоттлмайер и показал Монку спину, пропустив момент, как вратарю «Слэммеров» ударили мячом по лицу, после чего в ворота нашей команды забили очередной гол. — Я ухожу.

– Что-то я не заметил, – отозвался ученый. – Вы, часом, не ошибаетесь?

— Подождите, — остановил Монк. — Вы не можете уйти, не арестовав тренера.

Хелен надоело сидеть на плече шеф-инспектора, и она одним прыжком оказалась в своем кресле. Доктор поставил стол на место.

— За вольное расположение на трибунах?

– Наглядная сцена иногда помогает ускорить дело, – произнес он извиняющимся тоном.

— За убийство, — припечатал Монк.

Сид Джейкс прикрыл глаза и потер правой рукой лоб. Затем измученно поглядел на мистера и миссис Лоран.

Стоттлмайер остановился и медленно повернулся. — Я не могу арестовать его за победу в игре.

Пьер Лоран заерзал в кресле:

— А за убийство банкира? — поинтересовался босс.

– Я специалист по бросанию.

Стоттлмайер недоверчиво прищурился. — Шутишь?

– Ничуть в этом не сомневался, – пробормотал Джейкс. Потом сообразил, что сказал что-то не то. – По какому такому бросанию? А?

Монк указал на Фельдера, отплясывающего обезьяний победный танец. — Это объясняет следы.

– У меня такое хобби. Еще в детстве я любил бросать все, что подвернется под руку.

— В самом деле?

Лоран встал и подошел к столу чиновника.

— Такой у него ритуал всякий раз после победы, — объяснял Монк. — Эти шаги соответствуют последовательности кровавых следов у банка.

– Смотрите, – сказал он, взяв нож для разрезания бумаги.

Капитан с боссом подошли поближе к тренеру, глядя на его пританцовывающие ноги.

Кабинет Сида Джейкса был отделан в викторианском стиле. На дальней стене этого значительного по своим размерам помещения висел старинный календарь.

— Будь я проклят! — воскликнул капитан, потирая густые усы.

– Смотрите, – повторил Лоран и внезапно метнул нож. Лезвие вонзилось в метку, которая обозначала 23 июня.

Фельдер развернулся и уставился на них. — Чем, черт возьми, вы занимаетесь?

– Осторожнее! – воскликнул Джейкс. – Это же раритет!

Повар взял со стола шеф-инспектора декоративную ручку. Бросок – и она угодила в ту же самую отметину. Лоран повел плечами:

Стоттлмайер сверкнул значком перед его физиономией. — Полицейское Управление Сан-Франциско, отдел убийств. Вы арестованы по подозрению в убийстве И.Л.Ланкастера, менеджера банка «Золотой штат».

– Все равно что. Ножи, копья, топоры, томагавки…

Челюсть Фельдера отвисла в изумлении. Как и моя. Они отвисли у всех.

Джейкс вздрогнул.

Стоттлмайер надел на него наручники, зачитал права и повел к машине.

– …шарикоподшипники…

Монк кашлянул. — Вы ничего не забыли?

– Шарикоподшипники?

Стоттлмайер застонал, потом сверкнул значком перед трибуной родителей команды «Киллер Клитс».

– Хм-м, – повар сунул руку в карман куртки и вытащил сверкающий металлический предмет. – Вы себе даже не представляете, на что может сгодиться шарикоподшипник. Видите правый глаз вон на том портрете?

– Вы… Не надо! – Джейкс опоздал со своим возгласом.

— Внимание, слушайте все, — обратился капитан. — У вас есть два варианта: либо вы садитесь четным количеством на каждом ряду, либо все вместе на один ряд.

Подшипник, вместо того чтобы отскочить от стены, пронзил насквозь правый глаз нарисованного на картине лица и? по всей видимости, ушел глубоко в камень.

— Почему? — спросил один из родителей.

– Бейсбольные мячи, – продолжал перечислять Лоран, – бумеранги, лопаты, ломы, гаечные ключи…

— Вопрос безопасности, — отрезал Стоттлмайер. — Если хотите избежать повестки в суд, предлагаю вам послушаться его. — Стоттлмайер кивнул головой в сторону Монка и повел Фельдера с поля.

– Лопаты! – воскликнул Джейкс. – Очень хорошо. Садитесь. Не надо больше ничего бросать. Я вам верю. Он посмотрел на миссис Лоран.

«Слэммеры» и их родители зааплодировали. Мы радовались аресту Харва Фельдера, но Монк все истолковал неправильно.

– Вы тоже что-нибудь бросаете или это порок лишь одного члена семьи?

— Видишь? — улыбнулся мне он, — Люди высоко ценят сбалансированное сидение.

– Нет-нет, – отозвалась женщина. – Мы с Пьером встретились в Группе особых талантов шеф-инспектора Ли Чан Чу.



– Вон оно что, – проворчал Джейкс – Пожалуй, мне надо выбрать время и как-нибудь заглянуть к Ли Чан.

– Мы появились у нее одновременно. Я никогда раньше не видела таких людей, как Пьер. Вы бы посмотрели, как он бросает вилку!

Глава 2. Мистер Монк и несчастный случай

По лицу Сида Джейкса прошла судорога. Он пробормотал что-то насчет приглашения на обед, а потом спросил громко:

Сомневаюсь, что в футбольных правилах описано, как поступить, если тренера команды во время игры арестовывают за убийство. Арбитр растерялся. Родители команды «Киллер Клитс» хотели забрать детей и разъехаться по домам. Рауль сиял — если соперники откажутся продолжить игру, им объявят поражение. «Киллер Клитс» не пожелали проигрывать, поэтому матч продолжился.

Рауль, вероятно, полагал, что соперники шокированы зрелищем, как их тренера волокут в тюрьму, и их дух сломлен настолько, что остался шанс победить. Но они лишь стали злее, вернувшись на поле стаей бешеных волков.

– И какой же у вас э… особый талант?

Кристи Кларк, форвард «Клитс», покатила мяч по центру поля. Девочка размером с двух среднестатистических сверстниц и пробивная как бульдозер.

Вместо ответа миссис Лоран встала, подошла к отделанным под старину книжным шкафам, поджала губы и, наконец, выбрала один том энциклопедии Британника.

Большая часть «Слэммеров» проявила благоразумие, убравшись с ее пути. Но только не моя дорогая, милая и очень упрямая дочь.

– Во имя всего святого, – встревожился Джейкс, – поосторожнее, пожалуйста. Для меня эти книги ценнее золота. Не стоит ими кидаться.

Джули не собиралась позволить мячу прокатиться мимо. Она поморщилась и атаковала Кристи.

– Я не собиралась этого делать, – отозвалась женщина. Положив том на стол, она наугад раскрыла его, где-то с секунду глядела на страницу, потом подтолкнула книгу к Джейксу и вернулась на свое место.

Джейкс недоуменно воззрился на нее.

Мне показалось, я даже услышала ее рычание.

С отсутствующим видом миссис Лоран заговорила:

Кристи и Джули налетели друг на друга, словно разъяренные лоси, мяч прыгал между ними, пока они толкались. Каким-то образом Кристи удалось пнуть мяч мимо Джули, оттолкнув ее.

– …на котором изображен лев, держащий меч. Имеет желтую окантовку. Данный флаг впервые был поднят утром 4 февраля 1948 года и стал…

Моя дочь со страдальческим криком упала на газон. В этом крике смешались в равных пропорциях боль и ярость.

Она ни разу не запнулась.

Кристи и «Киллер Клитс» пронеслись мимо моей девочки и забили очередной гол. Команда разразилась овациями.

Сил Джейкс хмуро оглядел всех четырех агентов, бросил взгляд на книгу и моргнул.

Слава Богу, они не затоптали Джули, что можно считать актом милосердия с их стороны. Я вскочила и ждала, когда дочь поднимется на ноги.

Миссис Лоран продолжала слово в слово цитировать энциклопедическую статью о флагах – без единой ошибки.

Монк дернул меня за блузку.

– Хорошо, – перебил ее наконец Джейкс. – И так всю страницу?

— Ты стоишь, — прошипел он.

– Да.

— Знаю, мистер Монк.

– А всю энциклопедию? – недоверчиво спросил он.

— Но остальные сидят. Ты рушишь равновесие.

– Если просмотреть весь текст, то – да.

— Я беспокоюсь за дочь!

– Вам надо предлагать свои услуги в качестве банка данных!

— А если еще кто-нибудь встанет? Тогда двое будут стоять, а остальные сидеть, и прежде чем ты это осознаешь, мир рухнет в анархию!

– Меня устраивает мое теперешнее положение, – отозвалась миссис Лоран.

В этот момент пресловутый мир сузился для меня до двенадцатилетней девочки, которая не вставала. Я понеслась на поле. Рауль присоединился ко мне.

Воцарилось молчание. Сид Джейкс долго разглядывал оперативников. В конце концов у него вырвалось:

Монк встал и махнул остальным, чтобы они последовали его примеру. Запуганные речью Стоттлмайера родители поднялись на ноги.

– Простите, конечно, но подобных вам оригиналов стены моего кабинета еще не видели!

Когда мы с Раулем подбежали к Джули, она скорчилась, прижимая к себе правую руку и изо всех сил стараясь не расплакаться.

– По правде говоря, не такие уж мы оригиналы, – степенно заметил доктор Хорстен. – Вам просто выпала возможность увидеть нас всех вместе. Ведь человек был, есть и будет оригиналом – по сравнению с животными. В былые дни даже здесь, на Земле, находились люди, которые после упорных тренировок могли поднимать вес в четыре тысячи фунтов – две тонны. Другие же на спор догоняли и ловили диких лошадей. Были такие гимнасты, которым ничего не стоило посрамить самых ловких обезьян. Были люди с великолепной, если не сказать больше, памятью – такие, как лорд Маколей[2]. Были математические гении, решавшие в уме самые фантастические задачи. Я уж не говорю о различных психологических феноменах, начиная от левитации и кончая ясновидением.

— С тобой все хорошо, солнышко? — чуть не задохнулась я.

Сид Джейкс провел пятерней по волосам.

Она покачала головой. — Думаю, у меня сломана рука.

– Ладно, хорошо. Весь вопрос о том, что было на уме у Ли Чан, когда она решила прислать вас ко мне.

— Возможно, простое растяжение, — предположил Рауль.

– Хелен ведь уже упомянула причину. Вы сказали, что Policia secreta планеты Фаланга ждет не дождется появления новой группы оперативников Отдела G.

Он привык к чрезмерно эмоциональному восприятию детьми боли от неожиданного падения. Но он не знал Джули как я! Будучи младенцем, она однажды перелезла через столешницу довольно высокого стульчика для кормления и упала на пол. Другой ребенок тут же разревелся бы, но Джули терпела, борясь с желанием заплакать.

Джейкс моргнул.

Она боец, как и ее отец.

Хелен пожала плечиками.

Вид глаз, налитых слезами, сказал мне больше, чем любой рентген. Если дочь говорит, что рука сломана — так и есть.

– Вы что, хотели отправить следующую группу, вооруженную пистолетами модели Н и всякими там устройствами из Департамента грязных делишек? Да их обнаружат прежде, чем корабль совершит посадку! Сид Джейкс понемногу начал приходить в себя.

Я подняла голову и увидела, как Монк выстраивает вокруг нас кольцо из недовольных родителей. По его разумению, если один из зрителей находится на поле, то и остальные должны быть там же. На лице босса боль читалась сильнее, чем у Джули. Он наклонился и прошептал мне на ухо:

– Разрази меня гром, – пробормотал он, – по крайней мере, такого там не ожидают. Но чем объяснить ваш визит на Фалангу? Чужаков они не любят, туристов к себе не допускают. Это один из самых отсталых миров среди Объединенных Планет, который даже кичится своей отсталостью.

— Держи себя в руках, женщина. Нельзя так вести себя в публичном месте.

– Все миры, заселенные человеком, – наставительно произнес Хорстен, – обязаны своим существованием растениям, содержащим хлорофилл. На всех этих мирах имеются проблемы с водорослями. Гражданин Джейкс, если на планете наука находится пусть даже в зачаточном состоянии, то Дорну Хорстену будет оказан весьма теплый прием. Поверьте, я говорю совершенно серьезно. Достаточно малейшего намека кому-нибудь из моих коллег с Фаланги – и меня завалят приглашениями.

— Мы едем в больницу, мистер Монк, — меня трясло.

– Хм-м-м, – протянул Джейкс – Пожалуй, вы правы.

— Зачем вам творить такие сумасшедшие вещи? — раздраженно пробурчал он, когда мы с Раулем осторожно подняли Джули на ноги.

Он поглядел на Пьера Лорана.

— Неужели Вы не видите, что Джули поранилась? — возмутилась я, когда мы привели Джули к стоянке. Хоть я и уверилась в переломе, но не хотела подтверждать свои страхи, говоря о них вслух.

Повар, специализирующийся на швырянии чего угодно, раздул щеки. Во всем его облике отчетливо ощущалось нечто галльское. Он сказал торжественно:

— Ты не можешь вести ее в больницу, — босс настойчиво махал рукой, чтобы все остальные следовали за нами. — В ней же полно больных людей!

– Я шеф-повар ресторана «Нуво Кордон Бле». Одно из моих пристрастий – блюда Иберийского полуострова. Уверяю вас, паэлью я готовлю непревзойденно. В наши дни большую часть блюд, которыми некогда славилась Испания, можно попробовать только на планете Фаланга, заселенной испанскими колонистами. Гражданин Джейкс, позвольте вас заверить, что мало найдется таких миров, где не приняли бы с почетом шеф-повара «Нуво Кордон Бле». Кулинария – это искусство! Я полечу туда с намерением отведать фа-лангийских блюд, а также подучить тамошних поваров. Разумеется, меня будут сопровождать моя… хм… довольно бесцветная женушка Марта и дочка. К чему тут придраться, скажите на милость?

— Именно туда нам и надо, — отрезала я. — Если хотите взять такси до дома, тогда до свидания.

Сид Джейкс снова оглядел их одного за другим и ухмыльнулся.

Он застонал: — Это то же самое, что предложить на выбор перерезать себе горло или выстрелить в голову.

– Неплохо задумано. Давайте-ка я вас кратенько проинструктирую.

Но все равно поехал с нами.

Он передернул плечами, наконец-то почувствовав себя в своей тарелке.

* * *

– Как вам известно, человечество в массе своей – за прогресс. Естественно, понятие это растяжимое. Например, несколько столетий назад физики-ядерщики открыли способ расщепления атома. Их открытием немедленно воспользовались военные, которые взорвали атомными бомбами парочку городов. Другой пример. Еще раньше на островах южной части Тихого океана высадились миссионеры. Через какой-то век от населения этих островов почти никого не осталось, хотя все дикари перед тем, как они заболели туберкулезом, сифилисом, корью, были крещены. Миссионеры истово веровали, что действуют во имя прогресса.

Врач уже поставил предварительный диагноз, и дочь вернулась из кабинета рентгенолога, когда Монк присоединился к нам. Он приоткрыл занавесь, окружающую койку Джули в скорой помощи, словно выходя на сцену.

Марта Лоран рассмеялась, и Джейкс понял, что первое впечатление обманчиво: сейчас ее вряд ли кто назвал бы бесцветной женщиной.

Дамы и господа, поприветствуйте Эдриана Монка!

Он продолжал инструктаж:

Ему удалось найти халат пациента и надеть его поверх одежды. А еще резиновые перчатки и хирургическую маску, прикрыв руки и нос.

– Однако утверждать, что все люди за прогресс, нельзя. Среди тех, кто против, – правящая элита Фаланги. Кто-нибудь из здесь сидящих слышал о Гражданской войне в Испании?

Довольно забавное зрелище, оправдывающее ожидание. Он вызвал улыбку у Джули, а это дорогого стоит. Только он не понял, что ее развеселило.

Лораны отрицательно покачали головами. Доктор Хорстен нахмурился.

— Что? — невозмутимо поинтересовался Монк, не обращая внимания на свой шутовской прикид.

— Не принимайте близко к сердцу, — прыснула Джули, — но Вы выглядите глупо.

– Слыхал, – сказал он. – В девятнадцатом или двадцатом веке по старому летосчислению, верно?

— Думаю, ты имела в виду «разумно одет».

– Это была странная война, – заметил Джейкс. – Вроде бы и Гражданская, она оказалась прелюдией ко всемирному конфликту. Испанией воспользовались в качестве испытательного полигона. Там сражались десятки тысяч европейцев, азиатов и американцев. Жестокая война, она опустошила Испанию. Когда гром сражений поутих, к власти на штыках армий фюрера и дуче пришли реакционеры во главе с каудильо.

— Вы правы, — она ехидно посмотрела на меня, — именно это я и подразумевала.

Однако проблема не решена до тех пор, пока она не решена правильно. Пришедшие к власти вместе с каудильо были не теми людьми, которые способны как следует управлять страной. Социально-экономическая система Испании была живым анахронизмом, и вскоре это начало проявляться. В то время как все европейские государства рванулись вперед в потоке второй промышленной революции, Испания оставалась на том же самом месте. Передовые элементы общества осознали ситуацию и начали потихоньку принимать соответствующие меры. То, что каудильо завоевал на поле брани, он потерял в скуке повседневной цивильной жизни. Ведь необразованному крестьянину не доверишь присматривать за машиной. Значит, надо открывать школы. Рабочим мало платить невыгодно – какой прок от полуголодного? Зарплата начала расти. В страны, где свирепствует тайная полиция, туристов обычно не заманишь никакими калачами. Поэтому было проведено резкое сокращение отрядов Guardia Civil[3]. С улиц и дорог исчезли молодчики с автоматами наизготовку.

— Рад слышать, — он вкатил тележку и вытащил из нее халаты, перчатки и маски для нас обеих. — Возможно, еще не поздно вас спасти.

— От чего? — полюбопытствовала я.

Власть каудильо становилась все более призрачной. Большинству испанцев это было только на руку, и они не скрывали своего удовлетворения. В конце концов Испания влилась в Объединенную Европу. Но были и такие, которые относились ко всему происходящему крайне отрицательно. Они жили прошлым и не желали с ним расставаться. Когда Европа стала для них чужой, они в числе первых покинули Землю и основали собственную колонию – на Фаланге.

— От того, что называется Черной смертью, Эболой и цингой.