— Не трудись оправдываться. В качестве наказания за эту непростительную, я повторяю, совершенно непростительную забывчивость следовало бы отправить тебя на дегустацию с пустыми руками. Получил бы урок на всю жизнь. Я не делаю этого только потому, что происходящее имеет значение для репутации всего нашего сообщества. И рисковать мы не можем…
Но сведений, которые он разыскал, оказались сухими и безличными. В них шла речь о классе, а не об отдельных людях.
— События развивались быстрее, — лаконично пояснил свое появление Грег.
В руке Энлиля Маратовича появилась конфета в блестящей зеленой обертке с золотым ободком. Таких я раньше не видел.
Ни разу в прошлом у него не было возможности наблюдать аристократию в её собственном кругу. Почему? Наблюдателю не полагалось задавать вопросов. Харлан был зол на себя за праздное любопытство.
Только теперь Дикон обратил внимание на мрачные лица вошедших и запоздало снял с головы бумажный клоунский колпак. Сразу же выветрилось праздничное настроение. Забылись и вкуснейшая индейка, и шутки на обертках хлопушек, которые все вместе зачитывали вслух за столом.
— Ешь сейчас, - велел он. - А то и эту потеряешь.
За эти три первых дня Нойс Ламбент попалась ему на глаза раза четыре. При первой встрече он заметил только её костюм и украшения. Теперь он разглядел, что она была на полголовы ниже его, но казалась выше своих пяти футов и шести дюймов благодаря стройной фигуре и прямой осанке. Его первое впечатление относительно её возраста тоже оказалось ошибочным; сейчас он решил, что ей около тридцати, во всяком случае, больше двадцати пяти.
Развернув обертку, я кинул конфету за щеку.
Держалась она сдержанно и скромно. Встретив как-то Харлана в коридоре, она улыбнулась ему и опустила глаза. Харлан резко отстранился, чтобы случайно не задеть её, и сердито зашагал дальше.
— Что-нибудь стряслось? — поинтересовался Майкл.
— А зачем это? - спросил я. - Вы ведь говорили, что сначала будет дегустация.
В конце третьего дня Харлан пришёл к выводу, что долг Вечного не оставляет ему иного выбора. Вполне возможно, что действия Финжи не нарушают буквы закона, а Нойс Ламбент вполне удовлетворена своим положением. Но неблагоразумное вызывающее поведение Вычислителя противоречит духу закона, и этому немедленно следует положить конец.
— Верно, - сказал Энлиль Маратович, - дегустация. Тебе надо будет проникнуть в душу одного из халдеев и открыть собравшимся его самую сокровенную тайну. Сделав это, ты подвергнешься опасности.
Старший инспектор, худощавый и строгий господин с выразительными глазами, которые привыкли видеть все насквозь, указал рукой в сторону комнаты:
— Почему?
Харлан решил, что во всей Вечности ни один человек ещё не вызывал у него такой антипатии, как Финжи. Он даже не вспомнил, что всего два дня назад он готов был снисходительно простить Вычислителю былые обиды.
— Только после вас, мистер Дикон, если позволите.
— Потому что у халдеев такие души. Когда ты станешь рассказывать публике про то, чего препарируемый стыдится больше всего, он, скорее всего, попытается заткнуть тебе рот. Даже убить. И тогда без конфеты смерти тебе придется плохо.
Утром четвёртого дня Харлан обратился к Финжи с просьбой о неофициальной встрече. Получив разрешение, он решительно вошёл в кабинет и, к собственному удивлению, с первых же слов приступил к сути дела.
Пожав плечами, Майкл проводил полицейских внутрь квартиры и представил присутствующим.
— Подождите-ка, - сказал я испуганно, - мы так не договаривались!
— Вычислитель Финжи, я советую вам незамедлительно возвратить мисс Ламбент в её Время.
— Если вы из Гемпшира, — добавил он, усаживаясь на свое место, — значит, речь пойдет о Найджеле де Врие.
Говорили, что будет просто дегустация…
Финжи сощурил глазки, кивком головы указал Харлану на кресло и, подперев пухлый подбородок сложенными вместе ладонями, раздвинул в улыбке углы губ:
— Это и есть просто дегустация. Но живая эмоциональная реакция укушенного во все времена была единственным сертификатом подлинности события. Поэтому вынимай из него всю клубничку, понял? Доставай то, что он прячет глубже всего и сильнее всего стыдится. Выверни его наизнанку. Но будь готов к тому, что он попытается тебя остановить.
— Что вам о нем известно? — тут же осведомился старший инспектор.
— Да вы садитесь, Харлан. Так вы считаете, что мисс Ламбент некомпетентна? Что она не справляется со своими обязанностями?
— А вдруг ему это удастся? - спросил я.
— Справляется она или нет — я ничего сказать не могу. Мне ведь неизвестно, в чём заключаются её «обязанности». Но вам следует понять, что её пребывание здесь скверно влияет на нравы Сектора.
— Боишься?
— Очень немногое.
— Боюсь, - признался я.
Финжи слушал, глядя на него отсутствующим взглядом, словно его мозг Вычислителя был занят в этот момент решением абстрактных проблем, недоступных пониманию рядового Вечного.
— Тогда тебе надо определиться, кто ты, - сказал Энлиль Маратович. - Сопля из спального района или комаринский мужик.
— В чём же выражается её скверное влияние?
— Кто? - переспросил я.
— Тогда зачем вы звонили ему домой сегодня утром?
— На вашем месте я не стал бы задавать этого вопроса. — Харлан с трудом сдерживал кипевшее в нём негодование. — Её костюмы чересчур откровенны, её…
— Комаринский мужик. Так говорят, если ты не просто вампир, а еще и настоящий мужчина. Так кто ты?
— Постойте, постойте. Да остановитесь же хоть на секунду, Харлан. Вы были Наблюдателем в 482-м и обязаны знать, что она одета в обычный для её эпохи костюм.
Дикон многозначительно посмотрел на Терри, как бы прося его держать сейчас рот на замке. «Доверься мне», — ответили обезоруживающе невинные глаза парня.
— Как сказать. Там, во Времени, среди людей её круга подобная одежда, может быть, и допустима, хотя я должен заметить, что она одета чересчур вызывающе даже для 482-го. Уж вы позвольте мне быть судьёй в этом вопросе. Здесь же, в Вечности, не место таким, как она.
Соплей из спального района я точно быть не хотел.
Финжи несколько раз медленно кивнул головой. Казалось, этот разговор забавляет его.
— Мне пришло в голову, — начал Майкл, — что тот человек, замеченный соседями миссис Пауэлл, который пытался проникнуть к ней в гараж, и был Найджел де Врие. Поэтому я решил проверить это и выяснить, дошел ли он после этого визита до дома. — Он почесал нос. — И, кажется, он все же не дошел.
— Мисс Ламбент находится здесь с определённой целью. Она выполняет специальное задание. Её пребывание в Секторе не затянется слишком надолго. А пока вам придётся как-нибудь перетерпеть её присутствие.
— Комаринский мужик, - ответил я решительно.
— Чуть позже вы оставили для меня в участке срочное сообщение, в котором просили меня позвонить. Это касалось Аманды и Найджела, — вмешался в беседу Харрисон. — Так что вы хотели мне рассказать?
У Харлана задрожал подбородок. Финжи ловко вывернулся, обернув его протест против него самого. К чёрту всякую осторожность! Сейчас он выложит ему всё, что думает!
— Докажи. Прежде всего себе. И всем остальным заодно. Это проще, чем ты думаешь. Сосредоточься на дегустации. Чего ты боишься? У тебя есть конфета смерти, а у халдея ее не будет.
— Я прекрасно понимаю, в чём заключаются «специальные задания» этой женщины. Никто бы не позволил вам держать её открыто.
Дикон посмотрел на часы:
— А вы мне хорошую дали? - взволновался я. - Не просроченную?
Он неуклюже повернулся и направился к двери, но голос Финжи остановил его на полпути:
— Узнаем, - улыбнулся Энлиль Маратович.
— Ну, сейчас уже три часа, поэтому срочным мое сообщение уже никак не назовешь. — Заметив нетерпение на лице Грега, Майкл задумчиво улыбнулся, и вкратце пересказал свою теорию о том, что Аманда и Найджел могли скрыться после того, как узнали, что их видели вместе. — Мы с Терри ездили сегодня к докам, — объяснил он, — чтобы проверить ее дом. Так вот, там было подозрительно тихо, а машина Аманды исчезла. Я подумал, что вы, возможно, заинтересуетесь такой информацией, однако дежурный офицер упорно не хотел связывать вас со мной.
— Послушайте, Техник, ваши отношения с Твисселом, возможно, внушили вам преувеличенное представление о важности вашей персоны. Вы заблуждаетесь. Кстати, скажите-ка, Техник, была ли у вас когда-нибудь… — он остановился, подбирая подходящее слово, — …подружка?
Вспомнив, что нужно собраться с воинским духом, я сделал требуемую комбинацию вдохов и выдохов и сразу ощутил прыгучую легкость во всем теле.
По-прежнему стоя к нему спиной, Харлан с оскорбительной точностью и тщательностью процитировал Устав:
Все было как во время моих занятий с Локи, но кое-что оказалось новым и неожиданным: я знал, что происходит у меня за спиной. Я чувствовал очертания коридора, поверхность стен и пола со всеми их неровностями - словно видел их каким-то рыбьим глазом на затылке. Это было головокружительно.
— Ну, у нас тут просто какая-то эпидемия началась, — заворчал Харрисон. — Сначала скрывается Джеймс, потом Аманда с Найджелом. Вы серьезно верите в свою версию, мистер Дикон?
— «Во избежание излишней привязанности в какой-либо эпохе Вечный не должен жениться. Во избежание излишней привязанности к семье Вечный не должен иметь детей».
Двери зала раскрылись, и в коридоре появились Мардук Семенович и Локи.
— Я спрашивал не о семье и не о детях, — многозначительно произнёс Вычислитель.
По их виду было ясно - произошло что-то неожиданное.
Терри усмехнулся:
Харлан продолжал цитировать:
— Ну, кто? - спросил Энлиль Маратович.
— Слушай, - сказал Мардук Семенович, - ваще труба. Они Семнюкова выбрали. Замминистра.
— «Непродолжительные союзы с женщинами из Времени могут заключаться только с одобрения Центрального расчётного бюро при Совете Времён при наличии благоприятного Расчёта Судьбы. Встречи лиц, состоящих в союзе, должны протекать в строгом соответствии с пространственно-хронологическими инструкциями».
— Ну, я же говорил, что ты будешь выглядеть полным идиотом, Майк.
— Бля, - пробормотал Энилиль Маратович, - вот только этого не хватало.
— Совершенно справедливо. Обращались ли вы за разрешением на союз?
Ну, попали…
— Нет, Вычислитель.
Дикон предложил полицейским выпить, на что они ответили вежливым отказом.
— Собираетесь?
— Что такое? - спросил я испуганно.
— Нет, Вычислитель.
— Жаль, что вы напрасно потратили столько времени, — вздохнул Дикон, наполняя стаканы всем остальным. — Ну, отнесите это на тот счет, что пропавшие личности терзают мои мозги вот уже несколько недель. Поэтому я и подумал…
— А не мешало бы. Это расширит ваш кругозор. Может быть, тогда вас меньше станут занимать детали женского туалета или чьи-то воображаемые интимные отношения.
— Так, - сказал Энлиль Маратович, - отдавай конфету… А, ты съел уже… Хе-хе-хе, не бойся, не бойся. Шучу. Слушай, ты его только не до конца убивай, ладно? А то мы понесем тяжелую утрату. Лебединого озера по телевизору, конечно, не будет, но человек все равно заметный.
Задыхаясь от ярости, Харлан выскочил из кабинета.
— Я никого не собираюсь убивать, - сказал я. - Мне бы самому в живых остаться.
Вылазки в 482-е с каждым днём давались Харлану всё труднее, хотя их продолжительность пока не превышала двух часов. Его душевное равновесие было поколеблено, и причиной тому был Финжи с его непрошеными циничными советами относительно союзов с Временницами.
— Вы имеете в виду Джеймса Стритера?
— А можешь в принципе и убить, - продолжал Энлиль Маратович задумчиво. - Только если красиво. Проведем как автокатастрофу…
Союзы существовали. Это ни для кого не было секретом. Вечность сознавала необходимость компромисса с природными инстинктами человека (сама эта фраза звучала для Харлана омерзительно), но ограничения, связанные с выбором любовницы, лишали компромисс даже тени романтики и свободы. А немногим счастливчикам, удостоившимся разрешения, рекомендовалось держать язык за зубами, во-первых, из соображений приличия, а во-вторых, дабы не вызывать зависти большинства.
И он подтолкнул меня к дверям, за которыми шумели голоса и музыка. Его прикосновение было мягким и дружеским, но мне показалось, что я гладиатор, которого бичами выгоняют на арену.
Среди Вечных низшего ранга, особенно среди Работников, постоянно ходили полузавистливые, полунегодующие слухи о женщинах, выкрадываемых из Времени. В качестве героев подобных историй молва обычно называла Вычислителей и Расчётчиков. Только они были способны определить, какая из женщин может быть похищена без риска вызвать серьёзное Изменение Реальности.
— Среди прочих.
Менее лакомой пищей для языков служили не столь сенсационные сплетни, связанные с кухарками и горничными, которых каждый Сектор нанимал на определённый срок в своём Столетии (при благоприятных пространственно-хронологических данных) для приготовления пищи, уборки и прочей грязной работы.
В зале произошли перемены - теперь его освещало электричество, и он действительно напоминал арену цирка. Фуршетные столы сдвинули к стенам.
Но взять женщину из Времени «в секретарши», да ещё такую женщину, как Нойс, — со стороны Финжи это было прямым издевательством над теми идеалами, ради которых была создана и существовала Вечность.
— Мне кажется, — неожиданно подал голос Лоренс, — что вы, господа, не стали бы заезжать сюда, если бы вам было известно местонахождение Найджела и Аманды. Поэтому мы ждем ваших объяснений. Или вы предпочитаете оставить пока свою информацию конфиденциальной? Кроме того, я считаю, что несправедливо отвергать теорию Майкла, если у вас на данный момент не имеется своей собственной.
Халдеи толпились вокруг пустого пятна в центре, образовав живое кольцо. Их было больше, чем раньше - видимо, многие аристократично подъехали ко второму акту. В толпе изредка попадались человеческие лица - это были вампиры. Они ободряюще улыбались мне среди сверкающих золотым равнодушием личин.
Несмотря на мелкие уступки человеческой природе, на которые Вечные шли, будучи людьми практичными, идеалом Вечного по-прежнему оставался человек, отрекающийся от всех радостей жизни и ставящий перед собой одну только цель — улучшение Реальности, увеличение суммы человеческого счастья. (Харлану нравилось думать, что Вечность похожа в этом отношении на средневековые монастыри.)
Полицейские переглянулись.
Ночью Харлану приснилось, как он рассказывает обо всём Твисселу, и Твиссел, идеальнейший из Вечных, содрогается от ужаса и отвращения. Ему снилось, как он с жёлтой нашивкой Вычислителя на плече наводит порядок в Секторе и великодушно направляет разжалованного, поверженного в прах Финжи в Работники. Ему снилось, что Твиссел сидит рядом с ним и с восхищённой улыбкой рассматривает составленную им новую схему организации — чёткую, последовательную, без единого изъяна. Ему снилось, как он вызывает Нойс Ламбент и просит её размножить копии.
На некоторых халдеях был странный наряд - подобие пушистой юбки то ли из перьев, то ли из длиннорунной овчины. Таких было всего несколько человек, и все они отличались хорошим физическим развитием: видимо, это был халдейский шик для героев фитнесса.
Однако Нойс Ламбент явилась к нему во сне обнажённой, и Харлан проснулся в холодном поту, дрожащий и пристыженный.
— Я подумал и решил, что, пожалуй, выпью, — внезапно заговорил старший инспектор. — За последние двадцать четыре часа я так и не смог отдохнуть.
Один из таких полуголых геркулесов стоял в пустом центре зала, скрестив руки на груди. На его металлическом лице играли безжалостные электрические блики. Верхняя часть его тела состояла из волосатых бугристых мышц; солидный пивной животик лишал его облик гармонии, зато добавлял жути. Я подумал, что если бы гунны или вандалы оставили после себя скульптурные памятники, это были бы портреты подобных тел. В черных кущах на его груди висела цепочка с амулетами - что-то тотемное, какие-то зверьки и птицы.
Как-то он повстречался с Нойс в коридоре и, опустив глаза, посторонился, чтобы дать ей дорогу. Но девушка остановилась прямо перед ним и глядела на него в упор так, что ему поневоле пришлось поднять глаза и встретить её взгляд. Она показалась ему ярким цветком; до него донёсся слабый запах её духов.
Харрисон вздохнул с облегчением, но Дикон так и не мог понять, к чему относился этот вздох: то ли к тому, что сержанту самому хотелось выпить, то ли к слабости своего старшего коллеги.
— Вас зовут Техник Харлан, не правда ли? — спросила она.
Если бы я не понимал ответственности момента сам, я бы догадался обо всем по глазам глядящих на меня вампиров. С одной стороны был наш хрупкий мир, защищенный только вековым предрассудком да конфетой смерти - а с другой было беспощадное человеческое стадо… Я решил на всякий случай собраться с духом еще раз. Повторив требуемую комбинацию вдохов и выдохов, я подошел к полуголому халдею, по-военному строго кивнул и сказал:
— И я не откажусь, — согласился Грег.
Первым его побуждением было грубо осадить её, оттолкнуть, но потом он подумал, что она, собственно, ни в чём не виновата. К тому же оттолкнуть её — значило прикоснуться к ней.
Оба полицейских сошлись на пиве, и, пока Терри разливал его по бокалам, Форчен пересказал те события, которые заставили его прибыть в Лондон для консультации с сержантом Харрисоном.
— Здравствуйте. Как вы знаете, сегодня мы выступаем, э-э-э… в тандеме, так сказать. Наверно, нам следует познакомиться. Мое имя Рама. А как зовут вас? Я знаю только вашу фамилию.
— Да, — сухо кивнул он в ответ.
— Не так давно мы решили навестить дом Аманды Пауэлл. — Он замолчал и отпил несколько глотков из бокала, который подал ему Терри. — И в углу гаража обнаружили труп Найджела де Врие, — напрямую заявил инспектор. — Он был полностью обнажен. Похоже, смерть наступила от удара тяжелым предметом в затылок. Пока что это приблизительные данные, но мы полагаем, что он скончался примерно тридцать шесть часов назад, сразу после того, как мистер Гровер видел его через окно в гостиной.
— Я слышала, что вы крупный специалист по нашему Времени.
Маска повернулась в мою сторону.
— Я бывал в нём.
Наступила долгая пауза.
— Как бы я хотела узнать, что вы думаете о нас!
— Мне кажется, - сказала она, - ты должен выяснить это сам. Или нет?
— Я очень занят. У меня нет ни одной свободной минуты.
Дикон подумал о том, как бы сейчас отреагировали полицейские на его признание в том, что прошлой ночью он наносил визит Аманде. Тогда бы, разумеется, все теории о неумолимости судьбы были бы заброшены и забыты. Полиция Лондона и Гемпшира уже не сомневалась в том, что Барри и Майкл каким-то необъяснимым образом причастны ко всему, что происходит с этой женщиной. Дикон вспомнил и неестественную бледность Аманды, и то, как ее глаза следили за каждым его движением. Может быть, она боялась, что он неожиданно наткнется на труп Найджела? Неужели он находился в нескольких шагах от мертвого тела? Но как, черт возьми, она могла оставаться такой спокойной и собранной, если в это время труп ее любовника был спрятан в том же доме и смерть Найджела оставалась на ее совести?
— О, Техник Харлан, так уж и ни одной?..
— Значит, вы не будете возражать, если я вас…
Дикон крутил ножку бокала между большим и указательным пальцами, медленно поворачивая его на скатерти.
Её улыбка была обворожительна.
— Буду, - решительно ответила маска.
Хриплым шёпотом Харлан произнёс:
— Если труп находился у нее в доме, — медленно заговорил он, обращаясь к Харрисону, — тогда становится странным, что она начала жаловаться вам на Барри. Она или удивительно хладнокровная женщина, или абсолютная дура.
В зале засмеялись.
— Проходите, прошу вас. Или дайте пройти мне. Прошу вас.
— В этом случае мне придется применить насилие, - сказал я. - Разумеется, в строго необходимых пределах.
— Скорее, хладнокровная, — кивнул сержант, вспомнив, с какой легкостью Аманда впустила в дом полицию, имея в этот момент труп в своем гараже. — Мне кажется, она захотела узнать, что именно рассказал нам Барри, прежде чем выработать план действий. Очевидно, поначалу она решила оставить его машину где-нибудь в Дувре, а от тела избавиться в другом месте, но потом, узнав, что Барри видел ее вместе с Найджелом, она не смогла привести свой план в исполнение, и ей пришлось срочно скрыться. — Он немного помолчал. — Но остается чисто техническая проблема. Кто откатил «роллс-ройс» в Кент, если сам владелец в это время был уже мертв и находился в гараже миссис Пауэлл?
Она медленно двинулась прочь, и от плавного покачивания её бёдер у Харлана закружилась голова и кровь хлынула к щекам.
— Давай посмотрим, - ответил Семнюков, - как это будет выглядеть.
На это никто из присутствующих ответить не мог.
Он разозлился на неё за то, что она смутила его, разозлился на себя за своё смущение, но более всего, по каким-то таинственным причинам, он разозлился на Финжи.
Я сделал шаг в его сторону, и он встал в небрежную боксерскую стойку.
— Если за рулем находилась Аманда, — продолжал сержант, — то как она могла успеть вернуться к девяти утра, чтобы ее видели соседи, поговорить с ними и на их же глазах уехать на своей машине к матери на Рождество? Утром она точно не могла это сделать, потому что в полдень находилась в доме матери. Именно тогда к ней заходил полицейский из Кента и проинформировал ее об аресте Барри. Итак, получается, что времени у нее все равно не хватает на то, чтобы отогнать «роллс» в Дувр, а потом вернуться за своим «БМВ».
Один удар этого кулака мог убить меня на месте, поэтому я решил не рисковать и не подходить к нему слишком близко спереди.
— Допустим, она выехала из дома в три часа ночи, а из Дувра отправилась первым поездом до Лондона, — высказал предположение Дикон. — Тогда как раз к девяти она попадает домой.
Финжи вызывал к себе Харлана в конце второй недели. По длине и сложности рисунка лежавшей на столе перфоленты Харлан догадался, что на этот раз речь пойдёт не о получасовой прогулке во Время.
Я решил подойти к нему сзади.
Сержант отрицательно покачал головой:
— Присаживайтесь, Харлан, и просмотрите, пожалуйста, своё задание, — сказал Финжи, — нет, не визуально. Воспользуйтесь дешифратором.
Это стоило мне боли в мышцах и суставах, зато действительно получилось красиво, как и заказывал Энлиль Маратович. Вся последовательность движений, которые привели меня в заданную точку, заняла не больше секунды. Зато это была очень длинная секунда, растянувшаяся для меня в целое гимнастическое выступление.
— Первый поезд в воскресенье идет позже.
— Тогда она возвращалась на попутных машинах.
Сначала я сделал медленный и неуверенный шаг ему навстречу. Он глумливо раскинул руки в стороны, словно собираясь встретить меня объятиями. И тогда я рванулся вперед. Он даже не понял, что я сдвинулся с места, а я уже проныривал под его рукой. К тому моменту, когда он заметил мое движение, я успел, оказавшись у него в тылу, зеркально скопировать его глумливую позу - прислониться к его спине раскинуть руки в стороны. Он начал разворачиваться.
Слегка приподняв брови, Харлан с безразличным видом вставил ленту в щель аппарата. По мере того как она медленно вползала внутрь, на молочно-белом прямоугольнике экрана появлялись слова.
— Среди ночи в канун Рождества? В полной темноте? Чтобы ровно в девять при этом выглядеть перед соседями выспавшейся и, как говорят, «белой и пушистой»?
И тогда, рискуя вывернуть шею, движением одновременно как бы ленивым и неправдоподобно быстрым, я повернул голову и клацнул зубами. Без ложной скромности говорю, что эта секунда была достойна кинематографа - и даже, возможно, скоростной съемки.
Лоренс внимательно посмотрел на Харрисона:
Где-то посередине Харлан вдруг резким движением выключил дешифратор и выдернул ленту с такой силой, что она разорвалась пополам.
Когда Семнюков развернулся ко мне, я был уже вне зоны досягаемости его кулаков. Я так и не повернулся к нему лицом. Но когда он шагнул в мою сторону, я, не глядя, остановил его жестом.
— А какова ваша версия, сержант?
— У меня есть запасной экземпляр, — спокойно произнёс Финжи.
Но Харлан продолжал держать обрывки двумя пальцами вытянутой руки с таким видом, словно боялся, что они вот-вот взорвутся.
— Стоп, - сказал я, - стоп. Все уже случилось, Иван Григорьевич. Я вас цапнул. Теперь наши функции меняются на противоположные. Мне надо спровоцировать вас на агрессию, а вы должны изо всех сил сопротивляться.
— Вычислитель Финжи, этого не может быть, здесь какая-то ошибка. Поселиться почти на неделю в доме этой женщины — нет, невозможно.
— Мы считаем, что тут замешан еще один человек, сэр. Все это одни предположения, как вы сами понимаете. Но давайте представим, что де Врие ударили сзади по голове в то время, когда он занимался любовью с Амандой. Это единственное разумное объяснение тому, что труп голый. Потом этот сообщник сел за руль «роллс-ройса» там, где де Врие его оставил, — разумеется, не у дома, иначе соседи заметили бы такой автомобиль — и отогнал его в Дувр. Надеюсь, вы согласитесь, что это больше похоже на правду.
Финжи поджал губы.
— Весь зал знает, что я Иван Григорьевич, - ответил Семнюков.
— Этого требует Инструкция. Впрочем, если ваши отношения с мисс Ламб…
Лоренс улыбнулся:
— Никаких отношений, — с жаром прервал его Харлан.
Чмокнув несколько раз губами (я делал это исключительно для драматизма - и, может быть, еще из подражания старшим вампирам), я сказал:
— Положим, дыма без огня не бывает. В создавшейся ситуации я даже готов в виде исключения объяснить вам некоторые аспекты стоящей перед нами проблемы.
— Предлагаю джентльменское соглашение. Прямо перед вашими ногами проходит толстая темная линия - я имею в виду орнамент, который украшает пол. Видите?
— Я адвокат, мой милый друг. И вы никогда не заставите меня поверить в то, что вы только что сказали. Я могу предложить не менее возможный вариант. Просто де Врие был так возбужден свиданием с Амандой, что забыл запереть машину, и ее угнали любители покататься. Затем, после приятного времяпрепровождения в гостиной, Найджел отправился в ванную принять душ, где поскользнулся на кафеле и упал, ударившись головой. Аманда, придя в ужас от его случайной и нелепой смерти, спрятала труп в гараже, а сама временно скрылась куда-то, чтобы все хорошенько обдумать. У вас есть доказательства, которые могли бы опровергнуть мою версию случившегося?
Харлан сидел неподвижно, но мысли одна за другой вихрем проносились в его мозгу. Из одной только профессиональной гордости ему следовало отказаться от всяких объяснений. Наблюдатели (или Техники) делали своё дело, не задавая вопросов. В обычных обстоятельствах Вычислителю и в голову бы не пришло что-то объяснять.
Но сейчас обстоятельства были не совсем обычными, Харлан выразил недовольство присутствием так называемой «секретарши». Финжи боится, что он может донести на него.
Я не видел эту линию сам - но точно знал, где она проходит, словно навигационная система в моей голове произвела все требуемые расчеты. У Энлиля Маратовича явно был какой-то особый сорт конфет смерти, командирский.
Оба полицейских, не сговариваясь, повернулись к Барри.
«Бежит виновный, хоть погони нет», — со злорадным удовлетворением подумал Харлан, пытаясь припомнить, где он вычитал эту фразу.
— Будет считаться, - продолжал я, - что вы проиграли, если вы пересечете эту линию. Идет?
Тактику Финжи было нетрудно разгадать. Поместив Харлана в дом этой женщины, он сможет в случае необходимости выдвинуть против него любые контробвинения и тем самым избавиться от опасного свидетеля.
— Возможно, мистер Гровер поможет нам? — попросил старший инспектор. — Сколько времени вы наблюдали за тем, что происходило в гостиной, сэр?
— А зачем мне это джентльменское соглашение? - спросил Семнюков.
Что ж, послушаем, под каким благовидным предлогом Финжи хочет заставить его провести неделю в доме Нойс. Харлан приготовился слушать, почти не скрывая своего презрения.
Барри принялся рассматривать свои руки:
— Недолго.
— Как вам известно, — начал Финжи, — многие Столетия знают о существовании Вечности. Они полагают, что мы занимаемся межвременной торговлей и видят в этом нашу главную цель, что нам только на руку. Кроме того, ходят слухи, что мы должны предотвратить грозящую человечеству катастрофу. Разумеется, это не больше, как суеверие, но поскольку оно более или менее соответствует истине, то неплохо, что оно существует. Многие поколения людей черпают в нём спокойствие и уверенность в своём будущем. Вам это понятно?
— Для того, чтобы недолго побыть джентльменом.
— Вы ушли прежде, чем они закончили?
Харлан молча кивнул. Неужели этот тип принимает меня за Ученика, подумал он.
— Интересно, - сказал Семнюков вежливо, - ну что же, попробуем.
Он молча кивнул.
— Существуют, однако, вещи, о которых Времянам ни в коем случае не следует знать. И в первую очередь — о том, как мы в случае необходимости изменяем Реальность. Потеря уверенности в завтрашнем дне привела бы к самым ужасным последствиям. Мы всегда стремились вычеркнуть из Реальности любую мелочь, которая могла бы заронить у Времян хотя бы смутное подозрение относительно нашей истинной деятельности.
Тем не менее в каждом Столетии то и дело зарождаются не такие опасные, но всё же нежелательные поверья относительно Вечности. Как правило, они возникают среди правящих классов, то есть в той группе людей, которая чаще сталкивается с нами и одновременно оказывает наибольшее влияние на так называемое общественное мнение.
Я почувствовал, как он сделал шаг назад.
Финжи сделал паузу, словно ожидая реплики или вопроса, но Харлан упорно молчал.
— Вы уверены в этом, сэр? Большинство мужчин, окажись они на вашем месте, досмотрели бы до конца. Тем более, что вас никто не видел. Вы попались совершенно случайно. При этом вы же сами говорили, что это было восхитительно… Ну, хорошо. Но после этого, — он оглядел остальных присутствующих, пытаясь по их взглядам понять, не слишком ли он красноречив, — вы все же вернулись через несколько часов на прежнее место за новой порцией. Почему же вы в первый раз ушли, не дождавшись самого интересного?
Нахмурив брови я изобразил на лице крайнюю сосредоточенность. Прошло около минуты, и в зале наступила абсолютная тишина. Тогда я заговорил:
— С тех пор как приблизительно год назад… ммм, биогод назад, произошло Изменение Реальности 433–486, серийный номер Ф-2, — продолжал Финжи, — появились признаки возникновения подобного нежелательного для нас поверья. Я решил его уничтожить, рассчитал соответствующее Изменение и представил свои рекомендации Совету Времён. Однако Совет считает, что я исхожу из предпосылок, вероятность которых очень мала, и требует, чтобы мои исходные данные были бы подтверждены прямым Наблюдением. Я уже говорил вам, что Наблюдение связано с крайне щекотливыми обстоятельствами. По этой причине я попросил направить в моё распоряжение именно вас, и по этой же причине Вычислитель Твиссел согласился удовлетворить мою просьбу. Следующим моим шагом было найти аристократку, которая бы мечтала о работе в Вечности. Я сделал её своей секретаршей и находился с ней в тесном контакте, чтобы выяснить, насколько она пригодна для наших целей…
Барри облизал пересохшие губы:
«Вот уж воистину в „тесном контакте“!» — подумал Харлан, и снова его гнев был направлен не столько против Нойс, сколько против самого Финжи.
— Итак, что сказать о вашей душе, Иван Григорьевич? Есть известное мнение, что даже в самом дурном человеке можно найти хорошее. Я так долго молчал, потому что искал это хорошее в вас… Увы. Есть только две черты, которые придают вам что-то человеческое - то, что вы педераст, и то, что вы агент Моссад. Все остальное невыразимо страшно. Настолько страшно, что даже мне, профессиональному вампиру, делается не по себе. А я, поверьте, видел бездны…
— Мне показалось, что она заметила меня. Мужчина неожиданно встал и задернул занавески.
— По всем признакам она нам подходит. Сейчас она будет возвращена в её Время. Поселившись в её доме, вы сможете без труда изучить жизнь людей её круга. Надеюсь, вы теперь понимаете, почему она находилась здесь и почему вам необходимо прожить несколько дней в её доме?
Форчен достал фотографию и предъявил ее Гроверу:
Семнюков молчал. Над залом повисла напряженная тишина.
— Уверяю вас, я всё отлично понимаю, — не скрывая иронии, ответил Харлан.
— Это он?
— Значит, вы принимаете моё поручение?
— Да.
— Мы знаем, Рама, что ты видел бездны, - сказал за моей спиной голос Энлиля Маратовича. - Их тут все видели. Постарайся не сотрясать воздух впустую. Про эту ерунду всем известно, и никакой это не компромат.
Харлан вышел из кабинета в самом воинственном настроении. Финжи не удастся провести его. Ещё неизвестно, кто кого оставит в дураках.
— А почему вы решили, что Аманда вас заметила?
И, конечно, только предвкушение грядущего поединка и твёрдая решимость перехитрить Финжи были причиной того радостного возбуждения, которое охватило Харлана при мысли о предстоящей вылазке в 482-е.
Только это и ничто другое.
— Так я и не привожу эти сведения в качестве компромата, - ответил я. - Скорей наоборот. Если вы хотите самую грязную, самую страшную, самую стыдную и болезненную тайну этой души, извольте… Я опущу детали личной жизни этого господина, умолчу о его финансовой непорядочности и патологической лживости, потому что сам Иван Григорьевич не стесняется ничего из перечисленного и считает, что все эти качества делают его динамичным современным человеком. И в этом он, к несчастью, прав. Но есть одна вещь, которой Иван Григорьевич стыдится. Есть нечто, спрятанное по-настоящему глубоко… Может, не говорить?
— Потому что он поднялся только после того, как она посмотрела в сторону окна.
— В комнате был еще кто-нибудь?
Я чувствовал, как в зале сгущается электричество.
Барри отрицательно покачал головой.
— Все-таки наверно придется сказать, - заключил я. - Так вот. Иван Григорьевич на дружеской ноге со многими финансовыми тузами и крупными бизнесменами, некоторые из которых здесь присутствуют. Все это очень богатые люди. Иван Григорьевич тоже известен им как крупный бизнесмен, чей бизнес временно находится в доверительном управлении группы адвокатов - поскольку наш герой уже много лет на государственной службе…
— Вы не пытались подсматривать через другие окна?
Глава 5
Я почувствовал, как голова Семнюкова задвигалась из стороны в сторону, словно он что-то отрицал. Я замолчал, полагая, что он хочет ответить. Но он не стал говорить.
— Нет. Я испугался, что меня поймают, поэтому сразу же вышел на дорогу и поймал такси.
НОЙС
— Не может быть, чтобы вы настолько перепугались, — нахмурился Харрисон. — Потому что через восемь часов опять прибыли на то же место.
От тихого и безлюдного поместья Нойс Ламбент было рукой подать до одного из крупнейших городов Столетия. Харлан хорошо знал этот город, намного лучше, чем любой из его многочисленных обитателей. Работая Наблюдателем, он посетил в нём каждый квартал и каждое десятилетие.
— Он оставил там папку с фотографиями, — вполне резонно заметил Дикон. — Вот поэтому и вернулся за ней. — Он задумчиво посмотрел на Барри. — Она ездит на черном «БМВ», а паркует его постоянно возле подъезда. В ту ночь машина стояла на месте?
— Так вот, господа, - продолжил я. - Самая стыдная, темная и мокрая тайна Ивана Григорьевича в том, что доверительное управление, акции и адвокаты - это туфта, и никакого реального бизнеса у него нет. А есть только пара потемкинских фирм, состоящих из юридического адреса, названия и логотипа. И нужны эти фирмы не для махинаций, а для того, чтобы делать вид, будто он занимается махинациями. Кстати, интересное наблюдение, господа - на примере Ивана Григорьевича можно ясно сформулировать, где сегодня проходит грань между богатым и бедным человеком. Богатый человек старательно делает вид, что у него денег меньше, чем на самом деле. А бедный человек делает вид, что у него их больше. В этом смысле Иван Григорьевич, безусловно, бедный человек, и своей бедности он стыдится сильнее всего - хотя большинство наших соотечественников сочли бы его очень богатым. У него придумано много способов скрывать реальное положение дел - есть даже такая нетривиальная вещь как потемкинский офшор. Но в действительности он живет на взятки, как самый заурядный чиновник. И пусть это довольно крупные взятки, все равно их не хватает. Потому что тот образ жизни, который ведет Иван Григорьевич, недешев. И уж конечно он не ровня тем людям, с которыми гуляет в Давосе и Куршевеле… Вот.
Он знал город не только в Пространстве, но и во Времени. Он представлял его себе как единое целое, как живущий и развивающийся организм с его взлётами и падениями, радостями и печалями. Сейчас ему предстояло прожить в этом городе неделю — краткое мгновенье в долгой жизни существа из бетона и стали.
Но Барри снова отрицательно покачал головой.
В этот раз исследования Харлана были посвящены «периэйцам» — самым богатым и влиятельным гражданам города, которые заправляли в нём всеми делами, однако сами предпочитали жить в своих загородных имениях — вдали от городского шума и суеты.
— Значит, это было преднамеренное убийство, и ей не требовался никакой соучастник, — как бы между прочим заметил Дикон. — Она совершила две поездки в Дувр. Первый раз — в субботу на своей машине, которую оставила там же, а вернулась домой на поезде. Второй раз она поехала в Дувр уже на «роллс-ройсе», а в Лондон прикатила на «БМВ». — Он достал сигарету, размышляя над тем, не совершила ли Аманда нечто подобное шесть лет назад. — Интересно только, что она планировала сделать с телом Найджела. — Он поднес зажигалку к кончику сигареты. — Она, наверное, уверена в своем тайнике, иначе зачем ей было гнать машину к паромам?
— А я знал, - сказал мужской голос в группе халдеев.
482-е было отнюдь не единственным Столетием с резкими контрастами бедности и богатства. Социологи объясняли это явление при помощи специального уравнения. Хотя Харлан и не владел социальной математикой, ему было известно, что 482-е находится на самой грани допустимого. Социологи морщились, важно покачивали головами и жаловались, что если новые Изменения не улучшат положения дел, то потребуются самые «тщательные Наблюдения».
Старший инспектор внимательно слушал Майкла:
Хотя Вечные на словах ратовали за социальную справедливость, им казался привлекательным праздный и утончённый образ жизни привилегированного сословия, которое — в лучшую свою пору — покровительствовало искусствам и наукам и всегда обладало такими прекрасными и изысканными манерами. И пока загнивание культуры не становилось совершенно очевидным, Вечные предпочитали закрывать глаза на отклонения от равномерного распределения благ и занимались исправлением менее привлекательных периодов истории.
— Остается одна неувязка, сэр. Соседи утверждают, что ее машина стояла возле дома весь субботний день.
— А я нет, - откликнулся другой.
Дикон словно не обратил внимания на его слова:
Незаметно для Харлана его отношение к 482-му Столетию сделалось более терпимым. Его прежние ночёвки во Времени обычно проходили в гостиницах, расположенных в беднейших кварталах города, в трущобах, где приезжему было легко остаться незамеченным, где одним человеком больше или меньше — ровно ничего не значило, и где присутствие Наблюдателя не грозило обрушить карточный домик Реальности. Однако порой и это было небезопасным, и тогда Харлану приходилось ночевать где-нибудь в поле под живой изгородью. У него даже вошло в привычку всегда держать на примете изгородь, реже других посещаемую по ночам фермерами, бродягами или бездомными собаками.
— Раз Барри сказал, что ее не было, значит, ее не было.
— И я тоже нет, - произнес третий.
Но сейчас Харлан попал в обстановку утончённого комфорта, и он нежился в постели, сделанной из вещества, пропитанного силовым полем, — особый сплав вещества и энергии. Подобная штука была редкостью, хотя в длинной цепи Столетий она встречалась чаще, чем чистое силовое поле. Во всяком случае, постель была на редкость удобной — недаром такую роскошь могли себе позволить только самые богатые люди, — она принимала форму тела, словно гипсовая отливка, и была твёрдой, пока лежишь неподвижно, но поддавалась при малейшем движении. «Да, недурно живут аристократы», — размышлял Харлан.
— Мне кажется, что они хотят навесить на него это убийство, — агрессивно заворчал Терри. — То есть нашли себе удобную мишень. Если они решили, что у Аманды был соучастник, то Барри становится легкой добычей. — Он тихонько ткнул Лоренса в бок. — Вы не должны позволять им такие допросы. Это незаконно.
Уже засыпая, он вспомнил о Нойс.
Иван Григорьевич переступил черту на полу. Кажется, он сделал это незаметно для себя - но роковой шажок увидели многие, и в зале раздались веселые крики \"зашел, зашел!\" и \"продул!\", словно мы были на съемках телевикторины. Иван Григорьевич смиренно кивнул головой, признавая поражение, а потом бросился на меня с кулаками.
— Ну, я думаю, что вы несправедливы по отношению к нашим друзьям, Терри. Они же прекрасно понимают, также как и мы с тобой, что Барри не стал бы рассказывать о том, что видел мужчину в доме миссис Пауэлл, если бы был замешан в убийстве. — Он чуть заметно нахмурился. — Проблема заключается в другом. Если Найджел был убит, значит, Аманда причастна к этому преступлению. Такая симпатичная, милая женщина!
Ему снилось, что он заседает в Совете Времён и, положив на стол скрещенные руки, глядит вниз на маленького, крохотного Финжи, а тот, дрожа от страха, выслушивает приговор, обрекающий его на вечное Наблюдение в одном из неизвестных Столетий где-то далеко-далеко в будущем. Харлан сурово читает беспощадный приговор, а справа от него сидит Нойс Ламбент. Вначале он её не заметил, но теперь он всё чаще и чаще искоса поглядывает на девушку, и в голосе его уже нет прежней уверенности.
Я не видел его, но чувствовал. Его рука неслась к моему затылку. Я отклонил голову, и его кулак, появившись из-за моей спины, медленно пронесся мимо моего уха. Я увидел на его запястье белый кружок часового циферблата с раздвоенным крестом \"Vacherone Constantine\".
Неужели её никто не видит? Члены Совета смотрят куда-то вдаль, и только Твиссел улыбается Харлану, глядя сквозь Нойс, словно её не существует.
— Вы знакомы с ней, сэр?
Харлан приказывает ей уйти, но слова застывают у него на губах. Он хочет оттолкнуть её, но руки наливаются свинцом, и он не в силах поднять их.
— Видел пару раз. Мы с ней соседи, только не непосредственные. А Майкл может подтвердить, как я люблю сидеть на берегу реки и наблюдать, как течет жизнь.
Финжи начинает смеяться… громче… громче…
Самым странным было то, что события в физическом мире происходили крайне медленно, но мои мысли двигались в привычном темпе. \"Почему крест раздвоенный?\" - подумал я и дал себе команду не отвлекаться. Мне вспомнился совет, который Гектор дал перед поединком Парису в фильме \"Троя\": \"думай только о его мече и о своем\". Но вместо мечей мне вдруг представилась психоаналитическая кушетка. Какая же мерзость этот дискурс…
— Продолжайте, сэр, — подбодрил старика Форчен, когда тот замолчал.
…И вдруг он понимает, что это смеётся Нойс.
Все последующее произошло в реальном времени практически мгновенно, но по моему субъективному хронометру было операцией примерно такой же длительности, как, скажем, приготовление бутерброда или смена батарейки в фонарике.
— Простите. Я просто задумался над тем, как далеко может зайти человеческая безнравственность, чтобы при этом ее не было заметно со стороны. Понимаете, если Майкл прав, получается, что миссис Пауэлл сама пригласила Найджела, чтобы заняться с ним любовью. Это облегчало ее задачу. Выходит, она вдвойне жестока. — Он печально улыбнулся. — А в общем и целом, я предпочитаю думать о людях хорошо.
Харлан открыл глаза и несколько секунд с ужасом глядел на девушку, прежде чем вспомнил, где он находится и как он сюда попал. Комната была залита ярким солнечным светом.
Старший инспектор вежливо улыбнулся, хотя разглагольствования старика выводили его из себя.
— Вам приснилось что-нибудь нехорошее? — спросила Нойс. — Вы громко стонали во сне и колотили по подушке.
Прежде чем Иван Григорьевич достиг места, где я стоял, я прыгнул в сторону, согнулся в воздухе, и, когда его туша поехала мимо, поймал ее за плечо, позволив инерции его движения рвануть меня за собой. Мы поплыли сквозь пространство вместе, как пара фигуристов. Он был слишком большим, чтобы бить его голым кулаком. Требовалось что-то тяжелое, желательно металлическое. Единственным подобным предметом, до которого я мог дотянуться, была его маска. Я сорвал ее, размахнулся ей в воздухе и обрушил на его голову равнодушное золотое лицо. Сразу после удара я отпустил его плечо, и мы разделились. Маска осталась в моей руке. Ничего сложного во всем этом не было, только от рывков и напряжения болели суставы.
— А вот я по своему опыту могу сказать, что редко внешность человека совпадает с его внутренним миром.
Харлан промолчал.
После того, как я приземлился, он сделал несколько шагов и рухнул на пол лицом вперед (я подумал, что он решил уйти от позора, притворившись оглушенным).
— Вообще-то я склонен согласиться с вами. — Адвокат взял фотографию Найджела де Врие у Барри и принялся с интересом рассматривать ее. — Жестокое у него лицо, вам не кажется? Но он, конечно, весьма надменный джентльмен, а надменность и излишняя гордость — опасные качества. Я могу вас заверить в том, что Найджел де Врие являлся одним из самых отвратительных побочных продуктов цивилизованного общества.
— Ванна готова. И одежда тоже. Я принесла вам приглашение на сегодняшний вечер. Как странно снова вернуться к прежней жизни после такого долгого пребывания в Вечности!