— Что-то вроде — крикнул я в ответ, преисполняясь завистью к предприимчивому эльфу.

Глава 40

Вот истинный талант Орбита — не в его уме и даже не в его колоссальных знаниях о тайнах и скрытых возможностях Вальдиры. Нет. Его талант заключается в гениальной импровизации. И чаще всего его безумные трюки вполне успешно себе прокатывают…

Пытаясь сохранить терпение, Майкл закинул ноги на стол и уставился в потолок. Взволнованный голос в трубке не смолкал. Ничего, рано или поздно они привлекут доносчика как свидетеля. Просто Майклу очень хотелось, чтобы это случилось как можно раньше.

Слетев по склону, мы штурмом взяли вершину следующего холма, четко следуя оставленным следам. Оббежав или перепрыгнув несколько песчаных проплешин, мы опять ринулись вниз, в то время как из оставленных позади пролысин в небо рванулись темные маслянисто поблескивающие длинные жгуты. Мы увидели их лишь мельком и скорее случайно — я оглянулся на бегу проверить Дока и увидел летящее к его затылку щупальце. Заорал я так, что обернулись и остальные, а Дока перепугано шарахнулся в сторону и избежал удара.

Мерзодибы 300 уровня.

— Слушай, парень, — наконец оборвал он собеседника. — Кажется, Спрингер был твоим другом? Ну да, слова ничего не стоят. Возможно, он никчемный бродяга, но, если нас задевают, мы принимаем дело близко к сердцу.

Обалдеть…

Майкл выслушал новый поток бульканий. Как правило, менее всего склонен к сотрудничеству человек, обладающий важной информацией.

Не знаю, что это за твари, но одно их касание и…

— Прекрасно. А не хочешь приходить, мы сами найдем тебя. — Он взглянул на сержанта, бросившего ему на стол документы и почту. — Будь повнимательнее на улице. У нас в морге полно свободных мест. — Майкл слушал, перебирая документы. — Хорошее решение. Спроси детектива Кессельринга.

Не дотянувшись до нас, черные тонкие щупальца разочарованно опали и тут же крутнулись подобно пропеллеру. До наших ушей донесся пронзительный злой вой разрезанного воздуха. Вся растительность на вершине холма буквально подпрыгнула и опала срезанный цветастым ковром. Упали даже довольно взрослые уже березки и высокий крепкий клен. Из срезанных зеленых кип брызнула зеленая и красная кровь… Все это намертво отпечаталось в сетчатке моих распахнутых от изумления глаз. И я был крайне рад, что успел включить запись для Киры, как она просила — теперь могу показать ей такое, отчего ледяным потом прошибет даже бывалого паладина.

Положив трубку, он хмуро взглянул на бумаги. Он надеялся выкроить пять минут, чтобы позвонить Эмме, но обстоятельства против него. Вздохнув, Майкл занялся почтой.

— Быстрее! — рявкнул Бом.

— Эй, Кессельринг, с тебя десять баксов на рождественскую вечеринку.

— И еще песок! — крикнул я, перепрыгивая широкую песчаную полосу, что казалась следом чьего-то когтя, что пробороздил зеленый луг.

Если он еще раз услышит слово «Рождество», то кого-нибудь пристрелит. Желательно самого Сайта-Клауса.

— А-а-а-а!

— Маккарти должен мне двадцатку. Возьми у него.

— Бегом! Бегом!

— Пейте алхимку! И зелье Оленьей Прыти!

— Эй! — Услышав свою фамилию, тот подошел к ним. — Где твое праздничное настроение?

— Влево, Храбр!

— В твоем бумажнике, — ответил Майкл.

Отпрыгнувший алхимик спасся от касания очередного черного щупальца. Мне почудились злые зеленые немигающие глаза на одном из сплющенных концов. Там же я заметил что-то вроде тянущегося вдоль тела чешуйчатого лезвия.

— Все грустишь, что твоя дама будет встречать Рождество в Лондоне? Улыбнись, Кессельринг, на свете полно блондинок.

— Прыгаем! — проорал полуорк и показал пример, рванувшись вперед в гигантском прыжке.

Зачем?! Там же просто…

— Отвяжись.

Ох…

Маккарти прижал руку к сердцу:

Повезло, что я не замедлился. Повезло, что я сразу готовился к прыжку. Только это и позволило мне оттолкнуться вовремя и сильно от самого краешка внезапно оказавшегося под ногами скального обрыва. Откуда?!

— Должно быть, это любовь.

— А-а-а-а-а! — с неподобающим главе клана перепуганным воем перелетев узенькую… пропасть? — я увидел лишь мелькнувшую там черноту и рухнул на траву рядом с волочащимся Орбитом, что пытался подняться. Гляну назад, я убедился, что друзья успешно преодолели невидимое ранее препятствие. Подскочив, побежал дальше, уже не смотря на поднявшийся по ту сторону глубоченной расщелины черный лес тонких щупалец.

Не обращая на него внимания, Майкл разглядывал конверт из плотной бумаги. Странно, в тот момент, когда он думал о Лондоне, ему пришло оттуда письмо. «Адвокатская контора», — подумал Майкл, глядя на обратный адрес. Что понадобилось от него лондонской адвокатской конторе? Вскрыв конверт, Майкл обнаружил сопроводительное письмо и еще один розово-голубой конверт, надписанный затейливой вязью. Джейн Палмер.

— Что это вообще за твари безумные?! — проскулил лекарь — Мерзость!

Хотя Майкл не был суеверен, но все же некоторое время провел в размышлениях о послании с того света. Наконец он вскрыл конверт, а через пять минут уже стоял в кабинете отца, глядя, как тот читает письмо:

— Что-то демоническое, наверное! — предположил поравнявшийся со мной Храбр.

— А ну не наговаривай на демонов! — возмущенно пропыхтел бегущий Док — Демоны притягательны! А тут мерзость кромешная! Тьфу!

«Дорогой детектив Кессельринг! Вы расследовали убийство сына Брайана Макавоя. Я уверена, вы помните это дело. Если оно по-прежнему вас интересует, приезжайте в Лондон. Мне все известно. Это была моя идея, но они все испортили. Если вы заплатите за информацию, мы придем к соглашению.

Храбр рассмеялся, протягивая мне зелье украшенное изображением мчащегося оленя — Рос!

С уважением, Джейн Палмер».

— Ага — кивнул я — Док! Веревка есть?

— Что ты об этом думаешь? — спросил Майкл.

— Да!

— Возможно, она что-то знала. Правда, в ночь убийства Палмер находилась за шесть тысяч миль отсюда, и мы никак не связывали ее с этим делом. Однако…

— Давай конец и держись крепко! — я успел заметить, что Док старался как мог, но все же медленно отставал и уже замедлялся. Его не спасала даже хорошая алхимия и скоро он не сможет избежать удара очередного щупальца.

— На первом штемпеле стоит дата, когда Джейн была еще жива. По утверждению адвокатов, письмо долго болталось на почте из-за неполного адреса, а затем его приобщили к остальным бумагам покойной. В результате прошло больше восьми месяцев, — с отвращением сказал Майкл.

Еще через полминуты мы снова ускорились, с Храбром на пару тяня за собой обвязавшегося веревкой Дока и стремясь догнать оторвавшихся от нас Бома с Орбитом. Как только нам это немного удалось и пользуясь тем, что мы оказались на засыпанной серым скулящим песком тропе, что нешуточно действовал своими вскриками на нервы, я громко поинтересовался:

— Восемь месяцев или восемь дней, какая разница. Она все равно была уже мертва.

— Орб! Это что за твари такие черные? Не знаешь?!

— Если Палмер говорила правду и действительно знала, кто убил мальчика, то с ней, видимо, расправились. Причем этот человек не догадывался, что она успела отправить письмо. Я хочу изучить материалы, поговорить со следователем.

— Чита-а-ал!

Лу вертел письмо в руках. Оно адресовано следователю, который вел дело, но вряд ли Майкл примет это во внимание.

— И что это?

— Согласен. Впервые за двадцать с лишним лет у нас появилась какая-то зацепка. — Вспомнив фотографию мальчика, Лу посмотрел на сына: — Полагаю, ты летишь в Лондон?

— Предки дибилидов!

— Дибилидов?! — Бом, Храбр и я прокричали это изумленное в голос.

— Да-а-а!

Насколько я помню дибилиды уже встречались мне в одном сомнительном подземном приключении, где фигурировал знатно матерящийся старый лохр и его чересчур уж могучая старушка жена… Но дибилиды — обычные мелкие глазастые червяки, что чистят грязь в обиталищах лохров, сбраживают их напитки и заодно чистят хозяевам пятки…

— Дибилиды?! — повторил я.

— Динозавры — предки куриц вроде бы — задумчиво изрек Храбр — Какая изменчивая анатомия поколений…

— Эволюция — рассмеялся я — Хорошо, что этих уродов нет в обычной Вальдиры! А то бы они пожрали всех лохров!

* * *

— Мерзодибы — рабы-ы-ы!

— Что?

Эмма раскатывала тесто. Она всегда любила Рождество, а в этом году впервые с детских лет будет встречать его в кругу семьи. Пахло корицей и жженым сахаром, по радио звучали праздничные мелодии, за окном падал легкий снежок.

— Рабы-ы-ы-ы…

Но сердце Эммы не радовалось празднику. Кажется, оно сейчас за шесть тысяч миль отсюда, рядом с Майклом.

— Чьи?

— Я так рада, что ты с нами. Это много значит для меня и твоего отца, — обняла ее Бев.

— Лохров! — булькнул Орбит и упал ничком, опять потащившись по цветочному ковру.

Двигаясь по оставляемой им борозде, я подтолкнул Храбра, чтобы он чуть вырвался вперед и смог влить обессиленному эльфу оленьей прыти. Вскоре ободрившийся Орбит снова двигался на своих двоих.

— Рабы лохров? — пробормотал я — Обалдеть… если эти мерзодибы вырвутся из темницы темной Вальдиры в обычный мир, то лохры уже не будут теми забитыми болотными изгоями…

— И для меня. — Выдавив печенье в форме снежинки, Эмма положила его на противень. — В детстве ты позволяла мне делать это. Если бы здесь оказался Джонно, то обязательно стащил бы несколько сырых печений.

— С мерзодибами лохры завоюют весь ми-и-и-ир! — провопил Орбит, огромными прыжками несясь за Бомом — Они завоюют весь м-и-и-и-р! И… ВЭЛПХ!

С последним бульканьем эльф влепился в широченную спину резко остановившегося полуорка. Его стальная фигура замерла шагах в сорока от рощицы — я даже и не заметил как добежали. Мы попадали вповалку и еще некоторое время нас тащило по траве. Пропахшие клевером и мятой, обожженные крапивой — заодно взбодрившей нас — чихающие и кашляющие одуванчиками, мы поднялись и встали рядом с Бомом, что пристально вглядывался в темноту между деревьев.

— Как ты думаешь, почему я отослала его вместе с Браем? — Бев смотрела, как Эмма посыпает готовое печенье разноцветной пудрой. — Ты скучаешь по Майклу, а?

Как бы не велика была ярость обворованного казначея, природная осторожность ему все же не изменила.

— Ужасно. — Она задвинула противень в духовку, включила таймер. — Это глупо. Ведь прошло всего две недели. — Эмма снова принялась за тесто. — Наверное, хорошо, что я уехала. Не стоит так быстро давать волю чувствам.

— Вор! Покажись! — рявкнул Бом, в ярости топая ногой — Яви свой поганый лик!

— Стоять! — прошипел я, хватая Орбит за плечи и оттаскивая назад.

— Кэтрин говорит, у тебя поразительные успехи.

Эльф ожесточено сопротивлялся и почти вырвался, но мне помогли Храбр с Доком и совместными усилиями мы все оказались в укрытии за бронированной фигурой полуорка-танка. Все по классике золотых ролевых игр. Ревущий танк, безумный пророк, чудаковатый лекарь, добрый алхимик и задолбавшийся лидер… А еще в этой сцене участвует….

— Надеюсь. И я вернулась к работе, заканчиваю книгу. Год назад Рождество было кошмарным. — Эмма повернулась к открывшейся двери кухни, и форма с тестом упала на пол. — Майкл!

— С чего бы мне показываться, неудачник? — до невозможности насмешливый женский голос донесся из глубины рощи.

Тут росли и лиственные и хвойные деревья, что обеспечивали густой сумрак. А еще там над землей клубился серый туман. И где-то там скрывался вор… вернее воровка, что подписывалась символом тюльпана.

— Служанка разрешила мне пройти.

— Верни наши вещи! — прогрохотал полуорк, явно не обращая никакого внимания на то, что мы находимся в заброшенных пустошах Вальдиры и понятия не имеем с кем мы там вообще общаемся.

Радостно вскрикнув, Эмма бросилась ему на шею и закрыла рот поцелуем.

— Хватит дергаться! — прошипел я придавленному нашими телами эльфу, что только что припечатал пяткой Доку в нос.

— Лучше отдай по-хорошему! — предложил Бом, широко разводя руками — Что ты можешь сделать? Ты одна! А нас пятеро и…

— Не могу поверить, что ты здесь. — Оторвавшись от Майкла, она принялась счищать с него сахарную пудру. — Я тебя всего обсыпала.

Жбам…

— Извините, у меня куча дел. — Бев вытерла руки и торопливо выскользнула за дверь.

В железный лоб Бом с невероятной силой влетела длинная стрела. Взмахнув ручищами, он попытался удержаться равновесие и у него почти получилось. Но тут ему туда же влетела вторая стрела…

— Ты говорил, что не сможешь приехать, — начала Эмма.

Жбам!

Бом рухнул прямо нас — всей своей массой. Придавленные, образовав позорный барахтающийся сэндвич, мы представляли собой то еще зрелище, о чем оповестил громкий насмешливый смех. С трудом частично выбравшись из-под Бом, я глянул на затуманенную рощу и предложил:

— Изменился график.

— П-переговоры?

Майкл привлек ее к себе. Теплые губы дрогнули, прижимаясь к его губам, будя в нем страсть.

— Ха! С такими как вы в переговоры не вступаю!

— О как… — выдохнул я.

— С Рождеством.

Очередная стрела ударила в подставленный щит. Умело отмахнувшийся полуорк начал подниматься, продолжая выкрикивать призывы решить все по-хорошему. Но засевшая в роще незнакомка отвечала ехидными насмешками и стрелами. Те и те отскакивали не причиняли более никакого вреда броне Бома. Но надо отдать лучнице должное — стрелы были с отменной точностью и силой. Я как бывший лучник и рейнджер могу с уверенностью заявить, что достичь такой силы нелегко даже с помощью лучшего оружия. Тут требуются особые навыки, которые не взять на ранних этапах развития. Будучи Крашшотом я только-только подбирался к этим заветным умениям, что стоили безумно дорого, а доступными становились только после целой линейки уже изученных навыков.

— Ты надолго?

Когда мы все поднялись, выстроившись за спиной танка, я на мгновение высунулся и шарахнул по роще двумя залпами каменной картечи. Возмущенный ответ последовал незамедлительно:

— На пару дней. — Майкл посмотрел в сторону духовки. — Что это за звук?

— Ах ты подлый скунс!

— Не вору об этом говорить! — крикнул я в ответ и, упав ничком, дал еще два залпа, срезав высокую траву.

— Ой, мое печенье. — Выключив таймер, Эмма бросилась спасать его. — Я готовила, думая о тебе. Если хочешь, я вернусь с тобой, Майкл.

От меня протянулись две расходящиеся широкие борозды, что закончились между еловыми стволами в глубине рощи.

— Конечно, хочу. Но тебе нужно побыть с родными. Я буду ждать твоего возвращения.

— Сдавайся! — предложил Храбр.

— Ни за что!

— Я люблю тебя.

— Раздавлю! — прогремел полуорк и сделал широкий шаг вперед.

Слова так быстро прошли от сердца до языка, что Эмма поразилась.

В его ходящий ходуном щит одна за другой ударили три стрелы. И каждая била с такой силой, что наклонившийся вперед танк отшатывался после каждого попадания. Но сбить его с ног лучнице больше не удалось, и мы быстро приближались к укрытию таинственного врага.

— Скажи еще раз.

Преимущество стрелка — в расстоянии. Так говаривал один старый наставник из Альгоры. И он был прав — позднее я на собственной шкуре не раз в этом убеждался. И сейчас мы уверенно лишали противника преимущества, сокращая дистанцию и обрубая ветви выстрелами из жезлов. Нас было больше. Мы явно были сильнее. Но к моему удивлению это никак не влияло на ехидность и твердость единственного нашего противника, что засел в исчезающей на глазах роще и вовсю отстреливался, не забывая о насмешливых подколках.

— Зеленый облом неумело машет щитом! Ха! Вот тебе в колено змеиный укус!

Глаза Майкла потемнели, и она успокаивающе погладила его по щеке:

— Попала! — взревел Бом и с яростью вбил щит в землю. Тут же выхватив второй из-за спины, он с лязгом соединил оба щита и встал намертво, предоставив дальнейшие боевые действия нам.

— Светлые очи Доссура! — возопил Док, накладывая светящиеся ладони на спину танка — Исцели его раны! Молю!

— Я люблю тебя. Извини, что мне потребовалось столько времени, чтобы произнести это. — Он лишь молча прижал ее к себе. — Я поняла это, как только увидела тебя в Нью-Йорке на моей выставке. — С облегчением и радостью Эмма уткнулась ему в шею. — И испугалась. Кажется, я прожила в страхе много лет. А сейчас, когда ты вошел в эту дверь, все встало на свои места.

— Надо не молить, а сражаться, олух ты пиявочный! — уверенно заявили из рощи.

— Огненное зелье! — воскликнул Храбр, посылая во врага стеклянный шар.

— Теперь уж ты от меня не избавишься.

— Ха! — вылетевшая из-за деревьев стрела разбила шар и на нас обрушился огненный дождь. Бом успел поднять щит и прикрыть им себя и Дока.

— Чтоб меня! — рявкнул я, истощенной ласточкой прыгая назад.

— Хорошо. — Эмма подняла голову. — Как насчет печенья?

— Простите! — с покаянием крикнул алхимик, катясь по дымящейся траве — Не подумал!

* * *

— Потому что думалки и нету! — прокомментировали из-за огромной ели, что уже потеряла большую часть пышных лап.

— Залп! — процедил я, поднимая сразу два жезла.

Было неприятно лгать Эмме, но Майкл решил, что лучше пока не открывать ей причину, которая привела его в Лондон. Он обнаружил, что британские коллеги вежливы и полны желания помочь, хотя английская бюрократическая машина столь же неповоротлива, как и американская.

К темным богам экономию! Меня уже выбесила эта неизвестная чертовка, что умудрялась давать нам всем отпор, одновременно умело оскорбляя, а до этого еще и обокрав нас! Мы терпели поражение по всем фронтам от одной единственной девчонки!

— Мимо!

Через два часа Майкл выяснил, что для ознакомления с делом ему надо опять прийти завтра.

— Залп! — повторил я — Залп!

Свободное время он провел замечательно. Эмма с восторгом провела его от Тауэра к Пиккадилли, показала смену часовых, отвезла в Вестминстерское аббатство. Хотя Майкла уговорили остаться в доме Макавоев, он сохранил за собой номер в гостинице. После экскурсии по городу они с Эммой провели несколько часов в постели.

— Да говорю же — мимо! Олух ты… ой!

Пронзительно пискнув, она затихла, в то время как перебитая еловая верхушка стремительно падала вниз. Сориентировавшийся Бом тут же прыгнул вперед, я последовал за ним, продолжая палить в еловое месиво. Мы мчались среди настоящего хвойного дождя, колючего и непроглядного, а за нами раздавались изумленные крики друзей.

Материалы дела мало чем помогли ему. Заключение безоговорочно: смерть от несчастного случая. Дактилоскописты обнаружили лишь отпечатки пальцев самой Джейн, ее последней служанки и торговца, обнаружившего тело. Но эти двое имели железное алиби. Соседи не могли сказать о покойной ничего хорошего, но в день смерти они никого и ничего подозрительного не видели.

— А неплохо живем! — удивительно радостно рявкнул Бом и швырнул вперед топор, целясь в мелькнувшую впереди юркую тень — Сила Ррогромма!

— Гады! — тоненько прокричала тень и вскинула над головой руку.

— Стой! — крикнул все это время никак себя не показавший Орб, но было поздно — полыхнула сиреневая вспышка и тень как испарилась.

Майкл посмотрел снимки. «И меня еще считают неряхой», — думал он, глядя на запечатленную фотографом мерзость, в которой жила и умерла Джейн, и сожалея о том, что в квартире давно все убрали.

Я уже открыл было рот для яростного ругательства, но замер, увидев как над землей закрутился сверкающий молниями сиреневый шар.

Инспектор Карлсон, занимавшийся делом Палмер, терпеливо ждал.

Шаровая молния?

Ударяя по земле разрядами, шар метнулся прочь, пронесся между побитых деревьев, вылетел из рощи и на наших глазах преодолел длинный склон, чтобы разродиться молнией в вершину соседнего холма. И я мог поклясться, что увидел как на нем появилась темная стройная тень, что тут же побежала прочь.

— Это был какой-то свинарник, — заметил он. — Никогда не видел ничего подобного. И не нюхал. Старуха пролежала там пару дней.

— Это не телепорт! — изумленно проорал Храбр — Это… я даже не знаю…

— На шприце только ее отпечатки?

— За ней! — выдохнул я, переходя на бег — Бомыч!

— Мы нагоним ее! — заверил меня уже бегущий полуорк — Мы обязательно догоним и поймаем ее…

— Да. Она все делала сама. Мы подумали о самоубийстве, но оно не подходит по всем параметрам. Видимо, она раздобыла героин, будучи в невменяемом состоянии, забыла развести его и отправилась в последний полет.

Вскоре мы снова были в погоне. Снова пошли по кругу зелья выносливости и бычьей силы. Перепрыгивая камни, избегая густых трав, мы мчались наперерез, двигаясь при этом в нужном нам направлении — уж не знаю специально или случайно незнакомка выбрала эту сторону света. Забытые темные пустоши Вальдиры мчались нам навстречу, а там впереди то и дело вспыхивала и гасла яркая сиреневая искра, плывущая над вершинами деревьев и холмов. Не знаю, что за магию использовала лучница, но это волшебство все еще выдавало его… если не было обманкой, должной сбить нас со следа.

— Где она достала зелье? У этого Хитча? Инспектор сжал губы:

— Я получил плюс к выносливости! — крикнул Док — И я сейчас упаду!

— Бом!

— Он только иногда балуется. У него нет связей, чтобы купить столь качественный товар.

— Задохлики — презрительно процедил казначей, подхватывая Док с Орбитом и вскидывая их на свой загривок — Держитесь крепко!

— Надо до-о-огнать… — прохрипел Орб — Надо догна-а-ать…

— Если не он, то кто?

Я на бегу заглянул в его ошалелые глаза и ничего не стал спрашивать. Просто кивнул и продолжил бежать. Если этому полубезумному гению с плачущими глазами так важно ее догнать — мы догоним. Любой ценой.

— Этого мы не смогли установить. Наверное, она купила его сама. В свое время она была известной личностью, и у нее оста вались знакомства.

— Мы догоним — почти беззвучно повторил я, но меня услышал каждый. И каждый согласно кивнул.

Полыхнувшая впереди сиреневая искра погасла и больше не зажглась. Но мы уже нацелились на тот большой холм с огромным старым деревом на вершине. И я почему-то был уверен, что она опять будет нас ждать. Чтобы снова дать неравный бой…

— Вы видели ее письмо, отправленное к нам в департамент?

В этот раз до меня дошло.

— Поэтому мы и хотим снова открыть дело. Если действительно речь идет о преступлении, которое связано с убийством в вашей стране, можете рассчитывать на сотрудничество. — Инспектор поправил очки на горбатом носу. — Прошло двадцать лет, а никто из нас не забыл, что случилось с маленьким Дарреном Макавоем.

Шагов так за сто до увенчанного гигантским деревом холма, но все же дошло. И это как раз тот случай, когда лучше поздно, чем никогда.

— Стоп! — крикнул я, останавливаясь первым.

«Да, никто не забыл». Сидя в кабинете Брайана, обитом дубом, Майкл наблюдал за тем, как тот читает письмо бывшей возлюбленной.

Унесшаяся вперед группа среагировала не сразу. А спрыгнувшего с плеча замершего полуорка Орбита и вовсе пришлось ловить за ворот и возвращать обратно. Когда на меня уставилось четыре пары глаз, я, успев развалиться на шелковистой траве, хрипло спросил:

— И где оно все?

В камине весело потрескивал огонь, перед ним стояли уютные кресла. Стены и полки были украшены призами, наградами и фотографиями. Но нераспакованные коробки свидетельствовали о том, что сюда переехали совсем недавно. Заваленный бумагами и фотографиями письменный стол принадлежал скорее бизнесмену, а не рок-звезде. У стены красовались синтезатор «Ямаха» и огромный катушечный магнитофон. В баре стояли только минеральная вода и прохладительные напитки. Майкл подождал, когда Брайан закончит чтение, и сказал:

Собратья по Тропе переглянулись, недоуменно поморгали и снова уставились на меня с одинаковой злой требовательностью.

— Где все оно? — повторил я.

— Мы с отцом решили, что вы должны знать.

— Да что оно, лид? — прорычал Бом.

— Добро наше — пояснил я — Вот где все содержимое повозки?

— Вы считаете его подлинным?

— У воровки! — рявкнул казначей и сжал огромные кулаки — Обокрала нас! Обобрала!

— Обобрала — согласился я — Обокрала. И куда поклала?

— Да.

— Да в карманс-сы свои мерзс-ские поклала сокровища наши! — прошипел Док, скривив такую рожу, что сразу стало ясно кого он неумело пародирует — Мерз-с-ская…

— Вот так прямо и поклала — прищурился я, удивляясь, что еще не до кого не дошло.

Брайан нервно суетился с зажигалкой. В нижнем ящике стола лежала нераспечатанная бутылка ирландского виски. За шесть недель и три дня с тех пор, как Брайан отказался от алкоголя, ему никогда так не хотелось выпить, как сейчас.

— Стоп… — первым среагировал Храбр, глянувший на здоровенный заплечный мешок полуорка, что как раз повернулся к нему спиной — Точно! Куда она все положила?

— Куда? — удивленно спросил наконец-то оживший Орбит — Куда-а-а? А?

— Господи Иисусе, я думал, что знаю, на что она способна, но этого не могу понять. — Он втянул дым, словно утопающий глоток воздуха. — Если она… почему она захотела навредить ему? Нет, она хотела сделать больно мне.

Повернувшись, он уставился на дымящуюся рощу примерно в километре от нас. Нас от нее отделяли склоны преодоленных холмов и берега пары довольно широких и быстрых ручьев.

— Вот-вот — кивнул я — И сколько ходок она сделала к нашей повозке?

— Мы по-прежнему считаем, что смерть мальчика — случайность. По логике, мотивом являлось похищение с целью выкупа.

— Я понял — смущенно кашлянул лекарь — Вот я ступил-то…

«Едва ли это утешение», — подумал Майкл.

— Надо возвращаться! — понял и Бом, вдруг каким-то образом становясь выше и больше, будто обуревающая им злоба сумела раздуть цифровое тело — Проклятье! Рос ты гений!

— Не факт — возразил я, поднимаясь — Давайте назад! И быстро!

— Я уже платил ей за Эмму. — Брайан потер лицо руками, затем уронил их на стол. — Она готова была убить Эмму прямо у меня на глазах. В порыве ярости она способна на все, но замыслить нечто подобное… Не могу поверить.

Бом снова подхватил наших главных задохликов, и мы рванули обратно по протоптанной в высокотравье колее. Бежать вниз было куда легче, а на донесшиеся вслед возмущенные вопли мы не обратили внимания, пусть запоздало, но все же поняв главное.

— Ей помогли.

Из нашей повозки исчезло несколько центнеров разномастного добра. Броня, оружие, щиты, обувь, одежда, жезлы, различные артефакты, десятки зелий и свитков. У нас похитили настоящее сокровище. Тяжелое и большое сокровище. И учитывая здешние суровые реалии — новый вес и размеры предметов, невозможность поместить их в инвентарь — воровка просто не могла унести все на своем горбу. Надорвалась бы. Даже Бом не смог — а он специально прокачивал персонажа именно под нужды мощнейшего грузового ишака. Скорей всего воровке пришлось делать немало ходок к нашей повозке. Где-то это надо было складывать. Это раз. А два — она не смогла бы унести с собой и треть после нашей атаки. Да, кое-что она наверняка оставила при себе — самое ценное. Но большую часть ей пришлось бросить. Ну как бросить… она просто увела нас простачков за собой, как птица уводит хищников от своего гнезда. И мы позорно повелись. Перевозбужденные схваткой, оскорбленные насмешкой, обуянные азартом, мы пятеро глупых парней с готовностью проглотили наживку и рванули вслед за чертовкой насмешницей…

— Какой же я деби-и-и-и-и-ил! — на весь луг провопил Бом и я мог покляться, что его зеленое лицо побурело от стыда — У-у-у-у-у-у!

Брайан сорвался с места и забегал по комнате, наполненной многочисленными доказательствами его успеха. Золотые и платиновые диски, премии «Грэмми», все американские музыкальные награды. Знаки того, что его музыка имеет значение.

Я не ответил, занятый безмолвным угрозами Орбиту, что висел на плече орка, неотрывно глядя назад и делая попытки сползти. Ясно, что тощий эльф рвется к той лучнице, но детали я буду выяснять позже, к тому же нам куда важнее вернуть свои пожитки — иначе наш поход уже можно считать проваленным.

Борясь с ними за место в интерьере, на стенах пестрели фотографии. «Опустошение» вчера и сегодня. Брайан с другими певцами, музыкантами, политиками, знаменитостями. Среди них фотография Эммы и Даррена, сидящих на берегу ручья и щурящихся на солнце.

Поле боя встретило нас треском горящих ветвей и едким дымом. Сбросив с плеч бесполезных интелектуалов, полуорк оторвал от уцелевшей ели большую лапу и с ее помощью принялся сбивать ползущий по траве огонь. Я присоединился к нему и вскоре мы сумели отвоевать у пламени немалый кусок рощицы. Как же хорошо, что сейчас нет ветра! Храбр убежал глубже и там колотил ветвью по земле рядом с плотно стоящей группкой почти белых старых елей — при очень толстых стволах они были странно невысокими, умудрившись скрыться от нашего взгляда. Вот уж точно — не высовывайся, если не хочешь быть замеченным. Док с Орбом принялись за дело позднее, но этого того стоило — отыскав среди носимых при себе запасов пару свитков, он пробудили посреди рощи бурный родник и заодно вызвали кратковременный ливень. Водная стихия ударила с двух сторон и вскоре роща была спасена — лишь кое-где еще по мокрой траве ползли затухающие на глазах дымные искорки. Я обессиленно остановился — а ведь это еще утро… — тогда как Бом с рыком бегал среди почернелых мокрых деревьев, заглядывая под корни, пиная травяные кочки, запуская лапы в дупла. Храбр ему помогал. И вскоре в роще зазвучали их ликующие вопли, а на брошенном рядом с нами плаще один за другим начали появляться украденные предметы.

Двадцать лет растаяли в одно мгновение, и Брайан снова очутился на залитой солнцем траве, услышал смех своих детей.

Пара свитков.

— Я думал, это осталось позади, — сказал он, отворачиваясь от фотографии. — Я не хочу, чтобы узнала Бев… пока. Я скажу ей сам в подходящий момент.

Тройка зелий.

Полный арбалетных болтов колчан.

— Решать вам. Но вы должны знать, что я собираюсь открыть дело снова.

Запасные ботинки для мага.

Зеленый плащ с желтым капюшоном.

— Такой же упрямый, как и твой отец?

Штаны странствующего лекаря.

— Хочу надеяться.

Запасной топор Бома.

Полностью заряженный огненными шарами магический жезл…

— А как насчет Эммы? Ты собираешься допрашивать ее? — Брайан взял бутылку имбирного пива. Жалкая замена виски. — Бев считает, что ты любишь ее.

Забитый склянками и бутылочками рыцарский шлем.

— Чокнутая белка! Клептоманка проклятая! — орущий Бом продолжал делать находку за находкой, охапками принося добычу к плащу.

— Люблю. — Майкл качнул головой, отказываясь от пива. — И собираюсь жениться на ней, как только она будет готова.

Я ухохатывался, катаясь по хвое и листьям и никак не мог остановиться.

Как же красиво она нас сделала. Почти сделала…

— Я не хотел, чтобы она связалась с Дрю, но вел себя неправильно. Если бы я не возражал, если бы не давил на нее, возможно, Эмма подождала бы?

Незнакомка превратила всю рощу в свой тайник. Во множество мелких тайников, предпочтя в точности следовать поговорке о недопустимости хранения всех яиц в одной корзине. Тут дупло, там прикрытая дерном ямка в земле, тут запихнутый под отслоившуюся кору свиток. Бом был прав, называя ее белкой — полное впечатление, что мы наткнулись на зимние беличьи запасы. Ситуация безумная, но главное — как же вовремя я опомнился. Иначе так бы мы и бежали — вплоть до вечера. Ведь лучник и вор обладает куда большей прытью, чем мы. Да выносливости у Бома может быть в разы больше, но вот скорости — нет. И если лучник не полный кретин, то он никогда не позволит себя догнать пыхтящему полуорку тяжеловесу. Про нас доходяг и говорить нечего.

— Латимер хотел приблизиться к вам, рассчитывал на то, что вы можете для него сделать. А мне нужна только Эмма.

— Она бы нас поматросила и бросила — горько вздохнул сидящий рядом Док, утирая мокрое от дождя лицо — Проклятье… она быстра как ветер, а мы… Вот ведь демоница! Заманила, увела за собой… Ты молодец, Рос.

— Спасибо.

— И вот почему ты лидер, а я плечевое украшение брони полуорка.

— Она всегда была самой незаменимой и прекрасной частью моей жизни. То, что я бездумно сотворил, оказалось необыкновенно хорошим. — С подобием улыбки, так похожей на улыбку дочери, Брайан посмотрел на Майкла. — Ты заставил меня понервничать, когда Эмма привела тебя в тот жуткий особняк Пи Эм в Беверли-Хиллз. Взглянув на тебя, я подумал: «Этот парень отберет у меня Эмму». Должно быть, ирландская кровь. Многие из нас — поэты, пьяницы и прорицатели.

— Прекрати — рассмеялся я — Еще недавно я вообще мало что соображал. Насмотрелся на других и начал чуть-чуть включать соображалку. Хотя в этот раз она включилась случайно. Я просто глянул на ту быструю тень, что мелькнула на вершине холма и подумал с завистью — может же она бежать с таким грузом…

На расстеленный плащ упала связка теплой меховой одежды. Рядом тяжело вонзился в землю меч. Роща продолжала отдавать наши вещи, а утихающий дождь добил последние очаги огня. Я блаженно улыбнулся, глядя, как Храбр тащит знакомый сверток с провиантом — лучшие копчения, что намного и надолго повышали силу и выносливость. Правильная еда для правильных авантюристов. Разминувшийся с алхимиком Бом глянул на одну из седых могучих елей и начал взбираться по ее стволу.

— Я могу сделать ее счастливой.

— Ах вы негодяи! — звонкий крик — Грабители! Стыд и позор вам!

Взревевший полуорк тяжело спрыгнул, развернулся и как взбешенный медведь попер на звук. А звук доносился издалека… кажись он шел вон от той трехствольной березы…

— Полагаюсь на твое слово. — Брайан опять взял письмо. — Как для меня ни важно узнать, кто убил моего сына, но еще важнее, чтобы Эмма была счастлива.

Приподнявшись на локтях, я глянул сначала в ту сторону, затем перевел взгляд в центр рощи. Подумав, криком остановил Бома:

— Бомыч! А давай-ка назад…

— Папа, у Пи Эм и Аннабель родился ребенок. Ой, извини те. — Эмма застыла у двери. — Майкл, я не знала, что ты здесь.

— Да она! Я ее!...

— Это позже — кивнул я, наслаждаясь радостью от возможно еще одного столь редкого для меня озарения — А чего она заорала так громко только сейчас? Когда ты решил залезть на одну из тех странных елок…

— Тебя не было, когда я вернулся. — Майкл забрал у Брайана письмо и небрежно сунул в карман.

Круто развернувшись, полуорк задрал голову, оглядел еловые вершины, попытался заглянуть в сумрак за их плотно растущими стволами и сделал шаг вперед.

Тишина…

— Что случилось?

Еще шаг…

— Ничего. — Выйдя из-за стола, Брайан поцеловал дочь. —Я допекал Майкла. Похоже, у него есть кое-какие мысли насчет моей дочери.

— А ну стой, медведь зеленый! — завопила трехствольная береза — Да обрушатся кары небесные на того, кто… кто…

— Кто что? — крикнул я в ответ — На того, кто найдет что-то спрятанное за теми елями?

Эмма улыбнулась, но тут увидела глаза отца:

— Там ничего нету!

— В чем дело?

— Точно нету?

— Я же сказал тебе.

— Точно!

Брайан обнял ее за плечи и собрался увести, но Эмма стряхнула его руку и обратилась к Майклу:

— Бом! Там точно что-то есть! — уверенно заявил Храбр, сбрасывая на плащ еще пару находок — Я помогу искать. Док! Ты тоже давай с нами!

— Ты мне покажешь тот конверт?

— Умелый врач найдет многое даже на цветущем здоровьем теле — пробормотал лекарь, вставая — Тут главное хотеть найти…

— Да, но я предпочел бы сделать это позже.