– Думаю, это было сделано намеренно, чтобы посеять напряжение между нами, – сказал Эрис, садясь прямо. – Кому-то хочется ослабить наши союзнические узы.

— Это все, что мы можем предположить.

– Это могут быть происки Сонного королевства, – согласился Юриан. – Прежний правитель успел кое-чему научить королев.

— Но ведь они устремились из своего логова против силы огня, — сказал Фэрбенк. — И против устрашающего количества людей. Не слишком ли самоуверенно для таких тварей?

Пока Неста его не обезглавила.

— А может, у них была для этого более серьезная причина? — предположил Калвер.

– Королевам не требовалась выучка, – возразила Вэсса. – Они и до знакомства с королем прекрасно владели вероломством. Им приходилось иметь дело с чудовищами покрупнее, нежели правитель Сонного королевства.

Все снова с удивлением посмотрели на него.

Кассиан видел, как вспыхнули глаза Вэссы.

Юриан и Ласэн вдвоем смотрели на королеву. У первого лицо морщилось от боли. Лицо второго оставалось непроницаемым. Кассиана самого тряхнуло. Прежде чем отправляться сюда, надо было бы узнать, сколько времени осталось у Вэссы до вынужденного возвращения на континент, к чародею, который держал ее на коротком поводке. Там она жила в глуши. Ее дом стоял посреди озера. Чародей отпустил ее лишь ненадолго. Это было условием договора, который заключил с ним отец Фейры.

— Не знаю, — покачал он головой. — Просто мне так кажется. Помоему, в этом есть чтото такое, о чем мы не знаем.

С отцом Фейры… и отцом Несты. А потом господину Аркерону свернули шею. Кассиан помнил это жуткое мгновение, помнил лицо Несты. Усилием воли он прогнал воспоминания и, послав подальше всякую осторожность, спросил:

– Какая из королев могла бы решиться на такую дерзость?

Золотистое лицо Вэссы напряглось.

— И всетаки я не понимаю, — нетерпеливо отозвался Фэрбенк, — как это крысы смогли прорваться сюда. Двери можно было наглухо запереть, а крыс сдержать или даже изолировать в любом из этих отсеков.

– Бриаллина.

Кассиан помнил эту некогда молодую человеческую королеву. Помнил, как ей не терпелось поскорее погрузиться в Котел и обрести бессмертие. Но, разъяренный тем, что Неста похитила у него магическую силу, Котел наказал Бриаллину. Он сделал ее бессмертной фэйкой, однако превратил в старуху и обрек на тысячи лет жизни в дряхлом старушечьем теле.

— А ты помнишь двери, там, в ангаре с машинами? Большие металлические двери, ведущие к наклонным плоскостям? Они не действовали. Как и вся аппаратура здесь. Я уверен, что если мы обследуем центр обеспечения энергией, то обнаружим, что все оборудование и проводка выведены из строя. И вывели ее из строя либо уцелевшие, но попавшие в западню люди, когда им пришлось применить оружие, либо крысы, перегрызшие жизненно важные кабели. Вот это последнее вполне вероятно — кабели грызут крысы, даже обычные. А в этом комплексе все действует на электроэнергии и здесь масса самых разнообразных предохранителей. И они, конечно, сработали.

Бриаллина не скрывала своей ненависти к Несте и желания отомстить.

Если Бриаллина посмеет выступить против Несты, он собственными руками убьет эту королеву.

— Тогда почему же действуют освещение и вентиляция?

Кассиан старался заглушить ревущего зверя у себя в голове, но тот овладел его телом, взнуздав каждый мускул, пока не осталось никаких желаний, кроме жажды кровавой расправы.

– Полегче, – сказал Ласэн.

— Потому что они работают от других систем. Совершенно очевидно, что эти системы не были повреждены. — Дили откинулся в кресле и крепко, обеими руками потер лицо. Браунинг он положил на стол перед собой. — Я убежден, что оставшиеся в живых люди были атакованы крысами почти сразу же после того, как были сброшены первые бомбы. В этот момент люди испытывали смертельный страх, были дезорганизованы. Даже специально подготовленные военные, очевидно, растерялись. Так что уцелевшие люди были сбиты с толку и почти беззащитны.

Кассиан зарычал.

– Полегче, – повторил Ласэн, и в его красно-коричневом глазу вспыхнуло пламя.

— А сколько... сколько человек могло быть здесь? — Кэт крепко держала свой пистолет, боясь выпустить его из рук даже на секунду. Ей хотелось уйти отсюда немедленно, но, как и у всех, силы ее были совершенно истощены. К тому же они должны были точно уяснить себе обстановку, прежде чем отважиться отправиться дальше.

Это властное пламя словно камнем ударило в голову Кассиана, вышибая потребность убивать, убивать, убивать все, что представляло малейшую угрозу.

Все смотрели только на него. Кассиан распрямил затекшие плечи, расправил крылья. Он выдал себя с головой. Глупый щенок, он позволил им слишком многое увидеть и узнать.

— Вряд ли можно на это ответить, — сказал Дили. — Сотни... Сколько мы уже видели мертвых! Ясно же — здесь было очень много народу. Конечно, не все, у кого было право доступа, успели добраться до убежища, в момент взрыва. И конечно же, многие, МНОГИЕ могли спастись во время нападения крыс.

– Отправь вашего Певца теней выследить Бриаллину, – распорядился Юриан, лицо которого стало предельно серьезным. – Если она способна похитить отряд фэйских солдат, мы должны знать, каким образом она это сделала. И побыстрее.

Юриан говорил тоном полководца, каким был более пятисот лет назад.

Калвер поколебался, прежде чем спросить:

– Ты всерьез думаешь, что Бриаллина способна на такое? – спросил у Вэссы Кассиан. – На такие наглые, открытые действия? Кто-то явно пытается нас одурачить и сделать ее нашей главной мишенью.

– Как вообще она смогла появиться здесь, а потом быстро исчезнуть? – спросил Ласэн. – Плавание по морю занимает недели. Для мгновенного перемещения надо владеть перебросом.

— А эти... э... апартаменты, мимо которых мы проходили в этой части комплекса? Ты ведь говорил, что они предназначались для некоторых особ.

– Королевы умеют совершать переброс, – напомнил ему Юриан. – Или забыл, как они перемещались во время войны?

— Вот потомуто я и вздохнул с облегчением, когда увидел, что они оказались незанятыми. Я уверен, что королевская семья была эвакуирована из Лондона задолго до катастрофы.

– Это возможно, лишь когда все мы объединяем усилия, – пояснила Вэсса. – И наше перемещение отличается от фэйского переброса. Оно скорее похоже на объединенные усилия всех семи верховных правителей, когда вместе они совершают чудеса.

Котел бы побрал этих королев.

— А премьерминистр?

– Мне из достоверных источников известно, что три другие королевы разбежались кто куда, – сказал Эрис.

— Зная ее, можно предположить, что она бы осталась в столице. В этой штабквартире, откуда можно руководить всеми действиями.

Кассиан тут же запомнил услышанное, воздержавшись от вопросов вслух. Но откуда Эрис узнал об этом?

– Вот уже которую неделю Бриаллина живет во дворце одна. И это случилось задолго до исчезновения моих солдат.

— Ты думаешь, есть шанс, что она и ее военный кабинет сумели выбраться?

– В таком случае переброс ей недоступен, – заключил Кассиан. – И опять-таки, неужели она настолько глупа, чтобы устраивать эти фокусы в отсутствие других королев?

Дили не отвечал долго. Он поднял руки с колен и снова резко опустил их. Раздался приглушенный, будто отчаянный шлепок.

– Да, – ответила Вэсса, и глаза ее снова потемнели. – Остальные королевы ей только мешали, а с их отъездом ее амбиции получили свободу. Но сама она на такое не способна. Ее поддерживает какая-то могучая сила. Возможно, эта же сила дергает Бриаллину за ниточки.

— Кто знает? — сказал он. — Возможно. Это зависит от того, насколько внезапно напали крысы и насколько надежно они были защищены. У меня совершенно нет намерения осматривать все эти тела, чтобы найти ответ.

В гостиной стало тихо. Казалось, даже огонь в камине присмирел.

– Кто? – спросил Ласэн, щелкнув золотым глазом.

Ирония ситуации казалась Калверу неправдоподобной. Это неприступное убежище было возведено для избранного меньшинства, а все остальное население страны (не считая тех, для кого были выстроены другие убежища) оказалось брошенным и испытало на себе всю яростную силу ядерного удара. Но весь этот план рухнул со страшным треском, и сама природа — в буквальном смысле! — уничтожила этих избранных беглецов с той же неумолимостью, как и ядерный взрыв. Эти безмозглые ублюдки соорудили себе крепость прямо над гнездом, прямо над логовом — как бы, черт подери, это ни называлось! — черных крысмутантов, этого порождения более раннего ядерного влияния. Если действительно существовал Творец гдето далеко отсюда, там, в небесах, то он, конечно, сейчас посмеивался над глупостью человечества и над возмездием, которое обрушилось, по крайней мере, на некоторых из его лидеров.

– Хочешь знать, кто способен дотянуться через моря до отряда фэйских солдат и заставить их исчезнуть? Кто наделил Бриаллину силой для переброса или сам ее перебросил? Кто помогает Бриаллине, взращивая ее дерзость? Обрати взор на Косфея.

Фэрбенк встал и пристально посмотрел вниз, на это страшное зрелище. Среди останков людей лежали мертвые тела, покрытые черной шерстью. Фэрбенк облокотился на балюстраду.

Кассиан застыл. Все воспоминания разом встали на свое место, как куски головоломок Амрены.

– Значит, чародея, пленившего тебя, зовут Косфей? Так он… брат Костореза?

— Не понимаю. Ведь им удалось перебить уйму крыс, прежде чем те расправились с ними. Но посмотрите повнимательнее на шкуры этих тварей. На них нет никаких следов, никаких ран, трупы крыс почти не разложились. Помоему, многие из этих сволочей издохли совсем недавно.

Все удивленно посмотрели на Кассиана.

Калвер, заинтересовавшись рассуждениями механика, подошел к Фэрбенку.

– Однажды Косторез признался, что у него есть брат, – пояснил Кассиан. – Могущественный, бессмертный, настоящий повелитель смерти. Тогда-то он и назвал мне имя.

— Черт подери, ты прав, — сказал он. Кэт и Эллисон не проявили особого интереса, но Дили тут же вскочил.

– Да, – прошептала Вэсса. – Косфей – брат Костореза. Точнее, был его братом.

— Пожалуй, следует взглянуть на них поближе, — предложил он.

Ласэн с Юрианом удивленно посмотрели на нее, однако взгляд Вэссы был устремлен только на Кассиана. В ее глазах читались страх и ненависть. Казалось, ей было мучительно и противно произносить само его имя.

Калвер, Дили и Фэрбенк спустились по короткой лестнице в главный вестибюль, поеживаясь от крепких запахов, сразу же окутавших их, и опасаясь того, что могло скрываться среди этого разбоя.

– Косфей не просто чародей, – продолжала Вэсса, и в голосе ее появилась хрипота. – Только древнее заклинание и удерживает его в пределах озера. Однажды его сумели перехитрить. С тех пор он всячески старается освободиться.

— Вот, — показал Калвер.

– Почему его пленили? – спросил Кассиан.

– Слишком долго рассказывать, – уклончиво ответила Вэсса. – Но знай: Бриаллина и другие продали меня ему не с помощью своих ухищрений. Замысел принадлежал ему. Он сумел нашептать ветрам. Те принесли слова к Дворам королев. Слова пустили корни.

Они с опаской подошли к одной из крыс. Выглядела она так, будто попросту уснула за трапезой. И только когда они подошли вплотную, удалось разглядеть остекленевшие глаза твари. Калвер и Дили наклонились над крысой, а Фэрбенк настороженно и бдительно поглядывал вокруг.

– Он по-прежнему на озере, – осторожно заметил Ласэн.

— Кровь на морде засохла, — отметил Калвер.

Кассиан вспомнил: Ласэн ведь там был. Вместе с отцом Несты они добрались до озера, где содержалась Вэсса.

– Да, – с заметным облегчением произнесла Вэсса. – Но Косфею столько же лет, сколько морю. А может, и больше.

— Она жрала труп перед тем, как издохнуть.

– Некоторые считают, что он и есть Смерть, – пробормотал Эрис.

— На ней нет никаких царапин, никаких ран.

– Не знаю, правда ли это, – возразила Вэсса. – Но его действительно называют Косфей Неподвластный Смерти, ибо смерть его не ждет. Он по-настоящему бессмертен и, конечно же, знает, чем вооружить Бриаллину против нас.

Калвер ткнул в жесткую щетину туши дулом пулемета. Ему пришлось поднапрячься, чтобы перевернуть крысу на спину. Но и на груди животного не оказалось никаких ран.

– По-твоему, Косфей пойдет на все эти ухищрения не из симпатии к человеческим королевам, а ради собственного освобождения? – допытывался Кассиан.

— Так от чего же, черт возьми, она издохла? — недоумевая, спросил Калвер.

– Конечно, – ответила Вэсса, разглядывая свои беспокойно двигавшиеся руки. – Я боюсь даже думать о том, что случится, если он покинет озеро. Мир на грани беды. Этого Косфею только и надо. Он ударит, и жестоко, сделавшись повелителем всего мира. Когда-то давно он уже владел миром.

– Эти легенды появились раньше наших Дворов, – сказал Эрис.

Вэсса кивнула:

— Вон там еще одна, — сказал Фэрбенк.

– Все это я узнала, находясь у него в плену.

Ласэн смотрел в окно, словно его взгляд мог перенестись за море и достичь озера. Казалось, он выбирает цель для удара.

Они направились к другой крысе, обходя разлагающиеся трупы. Так глубоко под землей насекомых почти не было, и по крайней мере это было достойно благодарности. Калвер опустился на колени у распростертого трупа крысы и перевернул ее. Пули прошили брюхо твари, и люди увидели, что ее шкура была просто сохранившейся оболочкой, под которой почти все сгнило.

Кассиан посчитал, что услышал достаточно. Не тратя времени на прощание, он быстро покинул гостиную и дом.

Вдыхая прохладный вечерний ветер, он успел сделать не больше двух шагов, когда сзади послышался голос Эриса:

– Придворный из тебя просто никудышный.

Они пошли дальше, еще к одной крысе. И на ее теле тоже не было никаких ран. Мужчины отвернулись — вонь от крысы была невыносимая.

Кассиан обернулся. Эрис закрыл входную дверь, привалившись к ней спиной. Его лицо, освещенное луной, было бледным и каменным.

– Что ты знаешь? – спросил Эрис.

– Не больше твоего, – ответил Кассиан, надеясь, что Эрис сочтет его правду обманом.

— А может быть, их отравили? — Калвер обвел взглядом другие трупы.

– Ей что, – Эрис принюхался, потом улыбнулся, – было трудно зайти в дом и поздороваться?

Как он учуял оставшийся запах Мор? Кассиан этого не знал. Возможно, у Эриса и его дымчатых гончих больше общего, чем он думает.

– Она не знала, что ты здесь.

В остальных отсеках и коридорах дохлых крыс было больше, но люди больше не останавливались и не осматривали их. С них достаточно было того, что твари были убиты людьми, на которых сами же и напали. И вполне возможно, что многие из них погибли по иным причинам, нежели смертельные раны.

Вранье. Вероятно, Мор почуяла Эриса. Кассиан решил избавить Мор от возвращения за ним. Пусть его забирает Риз. Несколько часов полета на север. Потом он окажется в пределах досягаемости силы Риза и пошлет мысль.

Ветер трепал длинные рыжие волосы Эриса.

– Я хочу знать обо всех твоих действиях. Обо всем, что тебе удастся разузнать.

— Это вполне допустимо, — сказал Дили. — Но как именно их уничтожили, я не знаю. С чего бы это они стали брать отравленную приманку, если у них было полно пищи? Причем любой! Это же бессмыслица.

– Это еще зачем? Не собираюсь я тебе ничего рассказывать.

– Мне необходимо знать обо всех уловках Бриаллины. Обо всем, что рассказал и показал ей Косфей.

Он глубоко задумался. Но в тот момент, когда он собрался продолжить рассуждения, Кэт крикнула им с балкона:

– Чтобы свергнуть твоего отца, – догадался Кассиан.

— Пожалуйста, давайте уйдем! Здесь небезопасно!

– Потому что отец уже предоставил свои силы в распоряжение Бриаллины. Для войны, которую она затевает.

Одной рукой девушка обхватила плечо, как будто ей было холодно, другой — стискивала пистолет.

– Что-о? – разинул рот Кассиан.

— Она права, — сказал Калвер. — Но все это непонятно. Чтото за этим стоит еще? У меня такое ощущение, что от этого тянет, как ледяным сквозняком. Мертвые еще не успокоились.

Лицо Эриса отразило холодное удовлетворение.

Странно, но все поняли смысл его слов. У всех было то же самое интуитивное ощущение.

– Мне хотелось прочувствовать Вэссу и Юриана. – Странно, что он не упомянул брата. – Но они и в самом деле знают мало.

– Объясни, как понимать эту хрень? Что значит «Берон предоставил свои силы в распоряжение Бриаллины»?

Они поднялись наверх. Теперь они торопились: к ним стала возвращаться настороженность, вновь поднявшийся страх превозмог усталость. Зрелище дохлых, но совершенно неповрежденных крыс снова разожгло мрачные предчувствия. Эта загадка заставляла их идти дальше, преодолевая страх. Гигантский подземный бункер охватил их мистической тайной, возможно, стал губительной западней для всех них. Было такое ощущение, будто бетонные стены сжимались вокруг них, тонны земли над их головами опускались вниз и давили все сильнее. Чтото огромное, непонятное и гнетущее всей тяжестью наваливалось на их плечи. Оно будто стремилось вдавить их в то, что таилось под этой подземной цитаделью.

– А так и понимать. До него дошли вести о ее амбициях. Месяц назад он отправился к ней сам. Прямо во дворец. Я остался здесь, но послал с ним своих лучших солдат.

Кассиан воздержался от колкостей насчет лучших солдат. Слишком все это серьезно.

– Часом не те ли это солдаты, которые потом исчезли?

Глава 28

– Они вернулись вместе с отцом, – Эрис мрачно кивнул, – но их… словно подменили. Странными стали, отчужденными. Вскоре они исчезли. Гончие подтвердили мою догадку. Запахи на месте похищения совпадали с запахами на подарках, которые Бриаллина прислала отцу, добиваясь его благосклонности.

– И ты явился сюда, – Кассиан кивнул на дом, где остались Вэсса, Юриан и Ласэн, – прекрасно зная, что за всем этим стоит Бриаллина?

Состояние электростанции объяснило им многое: от нее остался всегонавсего почерневший остов. Ее мудреные машины были теперь всего лишь обугленным, бесполезным хламом. Люди отвели глаза от темных холмиков на полу, бесформенных фигур, которые когдато гуляли, болтали и были похожи на них.

– Неужели ты думал, будто я с порога выложу им все сведения? Мне требовалось услышать подтверждение Вэссы. Теперь я знаю, что Бриаллина способна на подобные штучки.

— Что ж, теперь мы, по крайней мере, знаем, — сказал Дили, и в его словах была горечь поражения. — Они действительно сражались с крысами именно здесь. Пули, какойто взрыв, словом, цепная реакция, выжгли все. И тщательное планирование, и вся наиновейшая технология уничтожены простым зверем. В конце концов, они узнали, кто был их истинным врагом.

– Зачем Бриаллине входить в союз с твоим отцом ради похищения твоих солдат?

Дили прислонился к стене. На мгновение показалось, что он вотвот рухнет. Но он справился с собой, хотя все еще не мог глядеть на своих спутников.

– Вот это я и пытаюсь выяснить.

— Так, значит, вот почему не было никакой связи: просто все было выбито из строя, — покачал головой Эллисон.

– Что говорит Берон?

— Да, и связь и оборудование — все! Даже двери открыть было невозможно, — сказал Фэрбенк. — Ту, первую, на которую мы наткнулись, можно было открыть вручную изнутри. Вторая была приоткрыта, потому что в ней застряли двое, пытавшихся выбраться наружу. Но рот остальные двери, видно, закупорило намертво. Господи, да они же все оказались в западне в этой своей крепости!

– Он и не подозревает о моих шагах. Ты же знаешь, какие у меня отношения с отцом. И его гадкий союз с Бриаллиной лишь ударит по нам. По всем нам. Удар превратится в фэйскую войну за власть. Поэтому я стараюсь искать ответы самостоятельно и не верить тому, чем потчует меня отец.

— Видимо, у всех этих дверей не было электронного контроля, — предположила Кэт.

Кассиан окинул взглядом Эриса, его сумрачное лицо:

— Боюсь, что он был, — отозвался Дили, все еще не поднимая глаз. — Неужели вы сами не видите? Ведь это был объект особой секретности, самое недоступное место в стране. А вход и выход должны были иметь централизованный контроль.

Эллисон разволновался еще больше.

– Тогда мы устраним твоего папашу.

— Здесь должны быть другие двери, которые можно было отжать Руками. Ктонибудь из людей, собравшихся здесь, внизу, должен был выбраться. Не могли же они все тут погибнуть!

— Выбраться куда? В эту радиацию снаружи? — Я всетаки не понимаю, почему до сих пор работает освещение, — сказала Кэт.

– Учти, я, – Эрис презрительно хмыкнул, – единственный, кому отец рассказал о новом союзе. Если Двор ночи сделает хоть шаг, это сразу выдаст меня с головой.

— Свет здесь был самым важным условием. Поэтому освещение защищено разными дублирующими устройствами. Представьтека себе все это в полной темноте.

– Выходит, тебя заботят подробности союза твоего отца и Бриаллины и то, как их союз отразится на тебе. До нашей судьбы тебе дела нет.

Они даже не попытались этого делать.

— В штабквартире было четыре генератора, — продолжал Дили. — Предполагалось, что каждый из них должен подстраховывать другие, если те не сработают. Если откажет первый, то автоматически включается второй, если вдруг забарахлит и второй, его подстрахует третий.

– Я лишь хочу защитить Двор осени от его злейших врагов.

И так далее, вплоть до четвертого. Непохоже, чтобы все они отказали одновременно.

– А с какой стати я должен помогать тебе в этом?

Фэрбенк потуже закрепил свой топорик за ремнем.

– Потому что мы действительно союзники. – Улыбка Эриса стала волчьей. – Вряд ли твой верховный правитель захочет, чтобы я обратился к другим и попросил их помочь разобраться с Бриаллиной и Косфеем. Помочь им вспомнить, что для упрочения союза Бриаллины нужно всего-навсего захватить какую-нибудь из сестер Аркерон. Только дурак может верить, будто моему отцу не приходила в голову такая мысль.

— Я больше не верю ни в какие эти “непохоже”. Помоему, мы здесь просто понапрасну тратим время. Давайте двигаться дальше и вообще выбираться отсюда. — И он посмотрел в глаза Калверу.

— Ты все здесь знаешь, Дили, — сказал летчик. — Скажи четко, как в самом деле нам выбраться отсюда.

От гнева у Кассиана перед глазами замелькали красные пятна. Он и так уже показал свою слабость. Раскрыл Эрису, как много значит для него Неста и на что он готов пойти ради ее защиты.

— Здесь могут быть и другие разблокированные двери, как и говорил Эллисон. Если же они заперты, придется возвращаться назад. Тем же путем, которым пришли.

Кэт содрогнулась: она не испытывала никакого желания отступать по тем же самым страшным коридорам.

«Дурак, – мысленно обругал себя Кассиан. – Никчемный дурак».

— Давайте, не теряя времени, все осмотрим, — сказал Фэрбенк. — Чтото мне здесь не по себе.

Они двинулись дальше. Внезапно зловоние стало почти невыносимым. Кэт просто зашатало от ядовитых газов, так что Калверу пришлось протянуть руку и поддержать ее. Сам он тоже с трудом подавлял отвращение. А Фэрбенк, зажав нос и рот замусоленным платком, уже звал их к себе. Он нашел какойто широкий ход, откуда доносилось уже знакомое им треньканье.

– А ведь я могу тебя убить прямо сейчас и больше об этом не волноваться, – сказал он Эрису, как бы рассуждая вслух.

— Взглянитека сюда! — крикнул он, заглянув в отверстие. В его голосе слышались и страх и возбуждение. — Это же черт знает что такое!

В ту ночь он, Фейра и Ласэн славно поколошматили Эриса на льду. Он и так дожидался не один век, чтобы убить этого поганца.

Все подошли к нему. Калвер вел за собой слегка упиравшуюся Кэт. Около отверстия его чуть не стошнило от зловония, так что ему пришлось быстро зажать рот рукой. Остальные испытывали то же самое. Калвер заглянул внутрь без всякого энтузиазма — он вовсе не рвался стать очевидцем новых кошмаров.

– Тогда ты точно получишь войну прямо на тарелочке. Мой отец сразу же отправится к Бриаллине и Косфею, а оттуда – ко всем недовольным. Ваш Двор перестанет существовать. Возможно, в буквальном смысле. Если Ризанд и Фейра погибнут, не произведя наследника, ваши владения попросту разделят между другими Дворами.

Потолок в генераторной был высоким, и это позволяло разместить там четыре громоздких агрегата и самую большую цистерну для дизельного масла, которую когдалибо видел Калвер. Верх цистерны уходил прямо в потолок. Высоко под потолком тянулись трубы, проводка и узкие боковые мостики. Стены были неоштукатуренные, их однообразие нарушала только система труб и вмонтированные прямо в кирпич измерительные приборы. Освещение здесь было тусклым, индивидуальные источники света у агрегатов не работали. Внутри было до невозможности жарко, и эта жара только усиливала зловоние.

Калвер всмотрелся в пол генераторной. Ужас охватил его, глаза расширились, рот приоткрылся, спина онемела от напряжения. Вся огромная площадь пола представляла собой океан окоченевших, черных, щетинистых тел.

– Выходит, нравится мне или нет, ты все равно мой союзник, – процедил сквозь зубы Кассиан.

Кэт отшатнулась, оступилась, упала, но тут же вскочила на ноги и бросилась бежать.

– Наконец-то до твоих иллирианских мозгов дошло.

Кассиан пропустил эту колкость мимо ушей.

— Они же дохлые! — крикнул Калвер. Девушка остановилась, потом все еще испуганная, вернулась к четверым мужчинам. Это было жуткое и отталкивающее зрелище. И до странного жалостное, хотя это и была куча трупов смертельных врагов. Крысы лежали, навалившись друг на друга, сотни на сотнях. У одних были открыты пасти, и в них тускло поблескивали острые желтые зубы, у других в полуоткрытых, остекленевших глазах застыла злоба. Казалось, эти застывшие взгляды настороженно и злобно следили за незванно явившимися сюда людьми. Еще больше крыс успели взобраться на стропила и даже на трубы, идущие под потолком. Можно было подумать, что они замерли там, готовясь к прыжку вниз. Но и эти тоже были бездыханны, только вид у них остался угрожающим.

– Да. Я хочу знать обо всем, что знаешь ты. В свою очередь, я буду сообщать тебе обо всех шагах моего отца относительно Бриаллины. Так что отправляй туда вашего Певца теней. Когда он вернется, разыщи меня.

Кассиан смотрел на него из-под нахмуренных бровей. Рот Эриса скривился в улыбке. Прежде чем совершить переброс и, словно призрак, раствориться в темноте, Эрис сказал:

— Дьявол, что же это случилось с ними? — сказал Эллисон чуть дыша.

– Веди сражения, полководец Кассиан. А правление оставь тем, кто знает эти игры.

Но все были слишком ошеломлены, чтобы поддержать разговор. Калвер медленно пошел по генераторной, пока не добрался до самого края этой огромной груды безжизненных тел. Одна из крыс пристально смотрела остекленевшими глазами. Казалось, она ухмыляется. Ее судорожно скрюченные когтистые лапы были всего в нескольких дюймах от Калвера.

Преодолевая отвращение, Калвер встал на колени и склонился над трупом. И снова он увидел засохшую кровь на морде крысы. Калвер поднялся, быстро взглянул на подавленных друзей. А рядом с ним уже стоял Дили.

— Ничего не понимаю, — сказал летчик.

8

— А я, помоему, понимаю, — ответил старик.

Неста и не подумала отправиться в винный погреб или на кухню. Там ее ждали закрытые двери.

Калвер вопросительно взглянул на него.

Но она знала, где находится лестница. Уж та-то дверь не должна быть закрыта.

— Они были больны, — сказал Дили. — Эта кровь шла из них самих. Они погибли от какойто болезни. Возможно, от какогото особого вида чумы. К счастью, она убила их всех. — Он наклонился и ткнул ближайшую крысу кончиком ствола пистолета.

Продолжая ворчать на скаредность Дома ветра, Неста рывком распахнула тяжелую дубовую дверь и уставилась на узкую винтовую лестницу, уходившую вниз. На спирали ступенек, каждая в фут высотой.

— Какой же это вид чумы? — Калвера явно чтото встревожило.

— Невозможно точно определить. Впрочем, рискну высказать предположение.

Десять тысяч ступенек по нескончаемым кругам. Вокруг – каменные стены с редкими окошками, позволявшими глотнуть воздуха и увидеть, какую часть пути одолел.

— Что ж, рискни.

Десять тысяч ступенек, отделявших ее от города, а затем еще полмили от подножья горы до ближайшего заведения, где можно выпить и наконец-то забыться.

— Вероятно, это сибирская язва. — Он новыми тычками перевернул крысиную тушу на спину и чтото негромко промычал. — Нет, никаких пятен. И никакого намека на вздутие брюшной полости. Так что рискну предположить еще разок. Готов держать пари, что это легочная чума.

Десять тысяч ступенек.

Калвер резко отступил назад.

Она уже не человек. Высокородное фэйское тело это выдержит.

Дили выпрямился, но на его лице не отразилось и тени беспокойства. Он все еще сутулился, вторжение крыс в его священную цитадель, в этот уцелевший оплот его авторитета напрочь выбил почву у него изпод ног. Будто он наконец понял, насколько хрупким и в конечном счете уязвимым был этот авторитет. Разрушение Лондона не поколебало его веру, а вот гибель обладателей высшей власти, его повелителей, которые должны были управлять из этого суррогата правительственного дома, совершенно доконала его. Для Дили это означало утрату его собственного могущества.

У нее получится.

— Я думал, что только люди могут болеть легочной чумой, — сказал Калвер, медленно отходя.



— Нет, — утомленно покачал головой Дили, — животные тоже могут. Они заражаются ею от собственных блох, переносящих заразу.

У нее получится.

— Значит, и мы... — Калвер не стал заканчивать свой вопрос.

Ее первым противником стало головокружение. Неста спускалась, глядя себе под ноги, чтобы не поскользнуться и не сломать шею. Но голова все равно закружилась.

— Да, у нас есть еще одна причина убраться отсюда немедленно, — сказал Дили, кивнув.

Следом заурчал голодный желудок.

— Ублюдки! — вдруг завопил Эллисон, стоявший в дверях.

Неста продолжала спускаться, считая каждую ступеньку. Семьдесят, семьдесят один, семьдесят два.

Он поднял свой автомат на уровень груди и стал выпускать очередь за очередью по груде тел, покрытых омертвевшей шерстью. Кирпичные стены зала отразили треск разрывов. Черные тела подпрыгивали в воздух, словно живые. Калвер и Дили мигом отскочили в сторону, а Кэт, бросив на пол пистолет, заткнула руками уши. Не в состоянии больше сдерживать ярость, Фэрбенк присоединил к автомату Эллисона голос своего маленького ручного пулемета.

Заглядывая в попадавшиеся окошки, она убеждалась, что город стал лишь чуть-чуть ближе.

Калвер дал им выплеснуть гнев и ненависть. Темные тела тварей дергались, подпрыгивали, их плоть разрывалась на куски под неистовством пуль. Маленькие лапы отлетали в стороны, головы взрывались. Хвост одной из крыс, длиной в пару футов, извивался в воздухе, похожий на подброшенную змею. У Эллисона кончились патроны раньше, чем у Фэрбенка. Он с отвращением швырнул автомат на землю, Фэрбенк тоже прекратил огонь. Странная ледяная усмешка застыла на его лице. Внезапно наступившая тишина оказалась столь же пугающей, как и предшествовавший ей грохот.

Потом у нее началась дрожь в ногах. Колени стонали от усилий держаться прямо, переходя со ступеньки на ступеньку.

Калвер побрел к Эллисону и Фэрбенку, а Дили стоял и мотал головой, словно вытряхивая из нее раскаты выстрелов.

На лестнице было совсем тихо, если не считать дыхания Несты и шарканья ее шагов. Глаза видели только нескончаемую, совершенную дугу стены. Стена продолжалась и продолжалась. Лишь редкое окно нарушало эту монотонность.

— Если вы закончили, то давайте... — начал было летчик, но тут пронзительно закричала Кэт:

Круг за кругом, круг за кругом, круг за кругом…

— Они шевелятся! Они еще живы!

Восемьдесят шесть, восемьдесят семь.

Она показывала кудато за его спину. Калвер, завертевшись, стал обшаривать взглядом громоздящиеся на полу тела.

Вниз, вниз, вниз, вниз…

Он не заметил никакого движения.

Сто.

А потом заметил.

Она остановилась. Вблизи – ни одного окошка. Стены давили на нее, а пол продолжал двигаться.

Края этого темного океана задвигались, черные фигуры медленно отделились от общей массы и стали красться вперед, неспешно, болезненно... И решительно. Желтые глазки поблескивали. Из безжалостных пастей вырывалось шипение.

Неста уткнулась лбом в краснокаменную стену, ощущая прохладу и успокаивая дыхание.

Дили начал отступать. Кэт перешла на другую сторону коридора.

Подыхающих крыс вызвал к жизни оглушительный грохот выстрелов, других — пули, задевшие их тела. Ближайшая из крыс уже добралась до края этой груды, перелезла через трупы и соскользнула на пол. Ее длинная, остроносая голова моталась из стороны в сторону, зубы были оскалены и перепачканы кровью. Следом за ней скользнули вниз еще несколько крыс.

Ей осталось одолеть девять тысяч девятьсот ступенек.

Калвер поднял пулемет и короткой очередью рассек первую тварь надвое. Остальные продолжали приближаться. Они двигались толчками скользя по растекшейся крови своих сородичей. Калвер снова начал стрелять, расшвыривая в стороны ползущих тварей. К нему подключился Фэрбенк со своим пулеметом. Некоторое время они выпускали очередь за очередью по движущимся телам.

Потом остановились, присмотрелись.

Опираясь рукой о стену, она побрела дальше.

Некоторые из крыс все еще двигались вперед.

Голова снова закружилась. Колени подгибались.

— Что же заставляет их идти? — закричал механик. Ответ Калвера был спокоен и беспощаден.

Неста успела одолеть еще одиннадцать ступенек, когда ноги подкосились так резко, что она едва не упала. Рука ухватилась за щербатый выступ в стене, что и спасло Несту от падения.

— Ненависть. Они ненавидят нас так же сильно, как мы их. А может быть, даже больше. Ведь это именно им, а не нам все время приходилось прятаться. Слава Богу, что у них мало сил.

Лестница продолжала вращаться. Неста закрыла глаза.

— Давай лучше поблагодарим Бога, когда выберемся отсюда, а? Эти твари, может, и подыхают, но все еще собираются наброситься на нас.

Каменное эхо возвращало ее прерывистое дыхание. В этой тишине исчезли все преграды. Здесь ей было не спрятаться от нашептываний разума. Не заслониться от последних слов отца:

Они еще раз прошили пулеметными очередями колышущуюся массу тел и выскочили в коридор.

«Я полюбил тебя, едва взяв на руки».

— Я не намерен тратить даром время на поиски дверей, которые к тому же, возможно, не открываются, — сказал Калвер. — Так что давайте просто двинемся назад тем же путем, каким и пришли. Согласны?

Забыв про гордость, она умоляла правителя Сонного королевства пощадить отца.

Все утвердительно кивнули. Летчик взял Кэт за запястье.

— Они не смогут догнать нас, — убеждающе сказал он ей. — Они издыхают, слабеют, так что мы легко сумеем оторваться от них. Кэт благодарно прижалась к нему.

Тот не внял ее мольбам и свернул отцу шею.

Неста скрипела зубами. Теперь она дышала ртом. Потом открыла глаза и занесла ногу, чтобы спуститься на очередную ступеньку.

Пятеро скитальцев пустились в обратное путешествие по лабиринтам коридоров. Первым шел Дили. Он словно бы нес ответственность за то, чтобы как можно скорее увеличить расстояние между ними и пораженными чумой крысами. Снова и снова перед ними представали страшные картины расправы с людьми омерзительных тварей, но сознание их как бы выключилось во имя сохранения. Несмотря на быструю ходьбу, они не чувствовали усталости — силы придавал бурлящий в крови адреналин. Они старались не думать о смертельной болезни, с которой только что соприкоснулись. Военный отдел они миновали, не сдержавшись ни на секунду, почти безразличные к ее ужасам. Крысымутанты слабели, становились все более беспомощными, но люди еще ощущали смертельную угрозу, исходящую от них. Они жаждали снова вдохнуть чистого, свежего воздуха, жаждали очистить легкие от запаха смерти, они спешили увидеть открытое небо, почувствовать легкий ветерок на лицах. Они торопились, переходя на бег всякий раз, когда им встречались участки коридора, не загроможденные человеческими останками.

Нога отчаянно дрожала. Идти дальше Неста не рискнула.

В конце концов они добрались до зоны дегазации, поспешно прошли ее и оказались в огромном ангаре для машин.

Запретив себе думать о постигшей ее неудаче, а тем более гневаться на лестницу, она повернула обратно, не позволив душе даже прочувствовать собственное поражение. Ноги отказывались повиноваться, но она заставила их двигаться вверх.

— Фонари! — кричал Калвер, останавливая их. — Нам понадобятся фонари!

И снова круг за кругом.

— И я знаю, где их найти. — Фэрбенк бросился вперед, огибая странного вида танки и автомобили, держа курс на стеклянную будочку в конце гаража.

Вверх и вверх. Сто одиннадцать ступенек.

— А знаешь, некоторые из здешних обитателей могли бы спастись, если бы не впали в панику, — сказал Калвер, наблюдая за Фэрбенком.

Последние тридцать она одолевала чуть ли не ползком, не переводя дыхание. Ее платье взмокло от пота, волосы прилипли к влажной шее. Ну и где же они, эти хваленые фэйские преимущества, если она не способна выдержать спуск? Что она получила, лишившись своей человеческой природы? Заостренные уши, которые постепенно ей даже понравились. Нерегулярные месячные. Фейра предупреждала, что они могут быть болезненными. Но для Несты они стали благословением, напоминая о себе лишь дважды в год. И все же какая польза во всех этих переменах, если она не смогла одолеть проклятые ступеньки?

— Как же? — спросил Дили.

Поднимаясь, Неста смотрела на ступеньки, а не на изгиб стены, от которого у нее еще сильнее кружилась голова.

— Да внутри этих машин. Они могли бы запереться там и переждать, пока крысы уйдут.

Проклятый Дом ветра. Проклятое место.

— А потом удирать через туннели?

Завидев наконец дубовую дверь лестничной площадки, она облегченно застонала.

— Возможно, — пожал плечами Калвер.

Помогая себе руками, отчего кончики пальцев отчаянно саднили, Неста вскарабкалась на последние ступеньки и плюхнулась животом на площадку.

— Но ведь мы уже говорили об этом: тогда воздух был полон радиации. Особенно если крысы напали в самом начале.

Подняв голову, она увидела Кассиана. Он стоял, прислонившись к стене, и усмехался.

— Ну, это всего лишь предположение. А Фэрбенк уже возвращался с двумя сверхмощными фонарями типа тех, которые были в комплексе Кингсвея.



— Держи, — сказал он, вручая один из фонарей Калверу. — Я их еще раньше приметил. Видно, они держали их под рукой на всякий случай.