В Москве большую часть ночи кануна войны Ворошилов находился у Сталина в его кабинете в Кремле. По времени это было их самое длительное совещание перед началом войны — более девяти часов⁴⁸. В ту ночь военный совет Ленинградского военного округа, получив приказ из Москвы, передал командованию армий, сосредоточенных для перехода в наступление, совершенно секретную директиву: ввести в действие с утра 30 ноября распоряжение от 21 ноября 1939 г., где излагались ближайшие задачи наступления. Время перехода государственной границы было назначено на 8.30 после артиллерийского огневого налета по переднему краю финской обороны и в ее глубину. Командование Балтийского флота передало боевым кораблям отряда особого назначения приказ о выходе в море для проведения десантной операции по захвату островов в Финском заливе. В частях, готовившихся к наступлению, был объявлен приказ о начале военных действий с Финляндией.



1 Российский государственный военный архив. Ф. 25888. Оп. 14. Д. 2. Л. 1. План операции, представленный К.Е. Ворошилову 29.10.1939 г. (Далее: РГВА).

2 Российский государственный архив Военно-Морского Флота. Ф. Р-92. Оп. 2. Д. 543. Л. 11. (Далее: РГАВМФ).

3 Там же. Ф. Р-1877. Оп. 1. Д. 80. Л. 21.

4 Горькое ЮЛ. Кремль. Ставка. Генштаб. Тверь, 1995. С. 243.

5 РГАВМФ. Ф. Р-1529. Оп. 1. Д. 80. Л. 93.

6 Aarnio MA. Talvisodan ihme. Jyvaskyla, 1956. S. 62–63.

7 РГАВМФ. Ф. Р-1529. On. 1. Д. 59. Л. 95.

8 Горькое ЮЛ. Указ. соч. С. 243–244.

9 РГВА. Ф. 37977. Оп. 1. Д. 233. Л. 4. Директива К.Е. Ворошилова и И.В. Смородинова (не позднее 17.11.1939 г.).

10 Штеменко СМ. Генеральный штаб в годы войны. М., 1968. С. 17.

11 РГВА. Ф. 37977. Оп. 1. Д. 284. Л. 104. Шифровка Н.Е. Чибисова Б.М. Шапошникову 19.11.1939 г.

12 РГАВМФ. Ф. Р.-1529. Оп. 1. Д. 59. Л. 160, 162.

13 Мерецков КЛ. На службе народу. М., 1968. С. 182.

14 РГВА. Ф. 37977. Оп. 1. Д. 722. Л. 411-Ш.

15 Там же. Д. 243. Л. 19. Распоряжение военного совета ЛВО 21.11.1939.

16 Известия ЦК КПСС. 1990. № 3. С. 201.

17 РГВА. Ф. 25888. оп. 11. Д. 17. Л. 194, 196, 199; Оп. 13. Д. 76. Л. 200. Доклад П.Г. Тихомирова, подготовленный для К.Е. Ворошилова 10.11.1939 г.

18 Там же. Оп. 13. Д. 30. Л. 1. Директива начальника политуправления ЛВО Горохова 23.11.1939 г.

19 Kansallisarkisto. Paasikiven pvk. 16–20.11.1939. (Далее: KA.).

20 Manninen O. Suomi toisessa maailmansodassa // Suomen historia. Espoo, 1987. Osa 7. S. 281.

21 KA. Mannerheimin kokoelma. Tiedustelukatsaus 25.11.1939.

22 Manninen O. Talvisodan poliittiset ja sotilaalliset valmistelut // Yksi sota — monta nakemysta. Tampere, 1990. S. 19; KA. Paasikiven pvk., 18–22.11.1939.

23 Talvela P. Sotilaan elama. Muistelmat. Jyvaskyla, 1976. Osa I. S. 153; Martola A. E. Sodassa ja rauhassa. Keuruu, 1973. S. 99.

24 Ulkoasiainministerion arkisto. 12 L. Sahko Suomen ulkomaan edustaistoille 11.11.1941. (Далее: UM).

25 РГВА. Ф. 33987. On. 3. Д. 1380. Л. 1; Brotherus H. Eljas Erkko. Hels., 1973. S. 131; Kleemola P. Helsingin Sanomat sananvapauden monopoli. Hels., 1981. S. 26; Pakaslahti A. Talvisodan poliittinen naytelma. Hels; Porvoo, 1970. S. 203.

– Молодец, – похвалил Герман. – Научилась.

Незнакомец стоял посреди кухни, ссутулив плечи и опустив длинные, словно обезьяньи, руки.

– Ты кто такой? – Герман взял стул, уселся и положил ногу на ногу. – Как ты сюда попал?

Человек дернул шеей, и только тут Тонечка его рассмотрела. Он был совсем юный и какой-то… грязный, словно никогда не умывался. Сальные волосы косицами свешивались на лоб, на впалой щеке то ли шрам, то ли пятно. И лицо словно из острых углов.

– Я… эт самое… почапаю, – заговорил человек хрипло. – А? Ты меня не видел, я тебя не видел. Досвидос. А?

– Поговорим, и почапаешь, – пообещал Герман. – Ну? Кто ты такой? Как в дом попал?

Человек пожал плечами. Скулы у него постепенно наливались нездоровой краснотой.

Тонечка соображала.

Взяла стул, подвинула парню и велела ему:

– Садись. Как тебя зовут?

Тот усмехнулся:

– А тебя?

– Меня Антонина Федоровна, – сказала она, не дрогнув. – А это Александр Наумович.

Парень вдруг хохотнул:

– Еврей, что ли?..

– Как тебя зовут?

– Петя. Или Вася. Че ты мне сделаешь, мужик? – вдруг напал он на Германа. – Я ща пойду, ты че, наручники на меня наденешь?

– Надаю по заднице, – ответил Герман равнодушно, и это равнодушие, казалось, задело парня. – И сдам в участок. Ты как в дом попал, Петя или Вася?

– А ты как, дядь?

– Мне хозяин ключи оставил. Тебе тоже оставил?

– Открыто было!

– Не бреши.

Тонечка, стараясь быть как можно менее заметной, обошла их по кругу, вышла в прихожую и на всякий случай заперла входную дверь – мало ли, вдруг на самом деле побежит? Потом тихонько поднялась на второй этаж, подобрала нож, внимательно его осмотрела, понюхала и осторожно прошла в комнату – ту, где было открыто.

Быстро вышла оттуда и сбежала по лестнице.

Внизу дело никуда не продвинулось.

– Отцепись, дядя, – гундосил парень. – Хошь, пойди проверь, я ничего не крал, блин!..

– Как ты вошел? Кто тебя пустил?

Тонечка положила руку мужу на плечо и тихонько нажала. Он посмотрел вверх, на нее.

– Ножом из раскладки он резал колбасу, – сказала жена негромко. – В спальне.

…Другой, что ли, нож найти не мог, зачем он полез в раскладку? И почему он поперся на второй этаж? – мелькнуло у нее в голове.

– И че?! – вскинулся парень. – Я жрать хотел! И щас хочу!.. Нельзя, что ль?!

– Можно, можно, – успокоила Тонечка. – Ты расскажи нам, как все было, и мы от тебя отстанем.

Герман вдруг на что-то решился. Тонечка почувствовала это ладонью – плечо под ее рукой дрогнуло и окаменело.

– Ты Родион? – спросил Герман. – Тебя Кондрат разыскал?

Парень дернул головой – дрогнули сальные косицы – и кулаком сильно потер нос.

– Родион? – переспросила изумленная Тонечка. – Раскольников?

– То есть ты в курсе, что ль, дядя?

Герман кивнул:

– До некоторой степени.

– И… че теперь? – спросил парень. – Где Кондрат? И че тут было ваще? Разборки?

– Мы не знаем, – сказал Герман. – Но нам нужно уходить отсюда. Поедешь с нами.

– Че это я поеду? – пробормотал парень, и стало ясно, что поедет. – Меня Кондрат позвал, а без него я не согласен!..

– На нарах Кондрат, понятно?! И давай не бузи, я устал очень. Тоня, гаси везде свет.

– Саш, – тихонько проговорила Тонечка. – Можно я тоже спрошу, что здесь происходит?

– Можно, – разрешил Герман. – Где его куртка?

– Ты бросил ее на лестнице.

– Принеси.

Тонечка принесла куртку. Вся ее жизнерадостность улетучилась, теперь ей хотелось только одного: вернуться в отель и хорошо бы заодно уж во вчерашний день, где ее придуманная героиня пряталась в придуманном сарае от придуманных бандитов.

– Кондрат говорил, ты приедешь через три дня.

– А я сегодня, и че?!

Тонечка машинально вымыла нож и сунула его на место, в кожаный чехол.

– Тоня, что ты там копаешься?! Выходи, я дверь закрою.

Тонечка вышла во двор. Снег все летел, но стало как будто теплее. Она задрала голову, посмотрела в темное небо и вдруг удивилась – из такой темноты сыплется такой белый снег!.. Он возникал из небытия где-то прямо над головой, и хотелось поднять руку, чтобы пощупать, откуда он берется.

Парень по имени Родион мялся возле машины, не решаясь ни сесть, ни убежать, нерешительность была написана у него на лице.

– Залезай давай, – велел Герман, стянул дубленку и швырнул в салон. Он никогда не ездил за рулем в верхней одежде.

– Ага, – прогундосил парень, – я-то залезу, а ты меня копам сдашь?..

– Копы в Америке, – сказал Герман. – А до Америки далеко. Садись!

Парень неловко полез на заднее сиденье. Тонечка посмотрела в окно.

В машине быстро стало тепло, от куртки парня несло какой-то дрянью – то ли гарью, то ли резиной. В молчании они доехали до Театральной площади, на которой сияли фонари, а по улице Большой Покровской прогуливался праздный народ и какой-то уличный музыкант играл на аккордеоне – жизнь!..

– Останови, дядя, – сказал парень. – Я здесь сойду.

– Ответишь на пару вопросов, и вали, – Герман приткнул зеленого бегемота, гордость британского автопрома и, возможно, короны, к сугробу.

Родион поерзал на заднем сиденье, одним движением наотмашь распахнул дверь, чуть не вывалился, сиганул и дал стрекача напрямик через сквер.

– Стой! – заорал Герман и дернулся за ним.

Тонечка вышла из машины, вытащила рюкзак, захлопнула дверь и потихоньку пошла по расчищенному тротуару к сверкающему подъезду «Шератона».

Герман нагнал ее уже на ступеньках.

– Утек, – он оперся руками о колени и шумно выдохнул. – Прям по сугробам и… туда куда-то, за дома.

– Марафонец, – констатировала Тонечка и зашла в отель.

В номере она сразу отправилась в душ и поливала себя горячей водой до тех пор, пока ее муж не зашел и не сказал, что она вот-вот сварится, пора выходить.

Тонечка, решившая, что разговаривать с ним ни за что не станет, повернулась спиной и переключила воду – теперь лилось прямо с потолка, и это было удивительно приятно.

Однако ее эскапада дала совершенно неожиданный эффект. Муж, с которым она не желала разговаривать и видеть его не могла, как только она повернулась спиной, моментально стянул с себя футболку и джинсы вместе с трусами, распахнул стеклянную дверь и схватил Тонечку за бока.

Она взвизгнула и попыталась высвободиться, но не тут-то было. Он был не слишком высок, но широк и силен, не Тонечке тягаться. Он как-то ловко схватил ее за руки, прижал их к бокам и обнял, не давая вырваться.

– Что ты надулась как мышь на крупу? – Он поцеловал ее в шею с одной стороны. Вода лилась им на головы, шумела и сверкала. У Тонечки в голове тоже зашумело и засверкало. – Я забыл про этого парня начисто, только и всего.

И он поцеловал ее в шею с другой стороны.

– Мне Кондрат что-то такое говорил, но я его плохо слушал, – и он поцеловал ее в губы. – В чем я провинился?

– Сейчас ты используешь незаконные методы воздействия. На меня.

– О, да!..

– Ты не хочешь мне ничего объяснять и пристаешь!

– Ну, конечно.

– Я не стану с тобой разговаривать!

– Правильно.

– Саш, отпусти меня!

– Легко.

26 Stalin\'s Letters Molotov, 1925–1936. Birghamton, 1995. S. 182.

Он разжал руки и даже развел их в стороны, и Тонечка вместо того, чтобы с достоинством – или его остатками – удалиться, кинулась ему на шею.

Ну не удержалась.

27 Jussila O. Terijoen hallitus. Porvoo etc., 1985. S. 49; Baryshnikov V.N. Neuvostoliiton ja Suomen sisaisen kehitystekijoiden vaikutuksesta keskinaisten turvallisuusongelmien ratkaisemisen 1930-luvun lopulla // Talvisota, Venaja ja Suomi. Hels., 1991. S. 225; РГВА. Ф. 33987. On. 3. Д. 1380. Л. 1.

Ну что теперь поделаешь.

Он был весь крепкий, ладный, немного волосатый – ей это особенно нравилось. Ей нравились даже его уши, с которых катилась вода, на мочках висели капли!.. Тут ей вспомнилась Анна Каренина и что-то такое гадкое про уши ее мужа, но она воспоминание прогнала.

28 Архив внешней политики Российской Федерации. Ф. 06. Оп. 1. П. 18. Д. 194. Л. 18–19. Докладные записки В.К. Деревянского В.М. Молотову 17.11.1939 г. (Далее: АВП РФ).

Ее собственный муж стоял под душем, раскинув руки, и не предпринимал никаких попыток продолжить применять незаконные методы воздействия! Тогда она налила себе в ладошку вкусно пахнущего геля из бутылочки и стала водить по его телу скользкими горячими руками.

29 Правда. 1939. 26 нояб.

Некоторое время он продержался, конечно, только принимая и не отдавая, но не выдержал. Слишком уж много было горячей воды, гладкой чистой кожи, скользящих движений – буйства телесного, живого, выставленного напоказ, бесстыдного.

30 Внешняя политика СССР: Сб. документов. М., 1946. Т. IV. С. 463.

Он попытался перехватить инициативу, но она не разрешила, продолжая искушать и получая от этого удовольствие. Она иногда даже вздыхала прерывисто – от восторга.

31 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 1240. Л. 121–122. Информация Л.П. Берия К.Е. Ворошилову 28.11.1939 г.; Пограничные войска СССР: 1939 — июнь 1941 г.: Сб. документов и материалов. М., 1970. С. 57–58; РГАВМФ. Ф. Р-970. Оп. 2. Д. 147. Л. 106. Шифровка командующего Северным флотом В.П. Дрозда коменданту Беломорского укрепрайона 28.11.1939 г.

Понимая, что долго не протянет, он вытолкал ее из душа. Совершенно мокрые, они упали на кровать и стали по ней кататься.

32 Helsingin Sanomat. 1939. 28.11.

– Ты моя, – грозно заявил он ей в самый ответственный момент. Ему это было очень важно. – Ты только моя.

33 РГАВМФ. Ф. Р-92. оп. 2. Д. 521. Л. 1.

Тонечка принимала его со все тем же первобытным восторгом, ей хотелось еще больше, сильнее, и чтоб он тоже принадлежал ей целиком, до самой последней молекулы, и тогда… тогда… тогда… на несколько мгновений все в мире изменится, мир изменится сам, и она станет частью этого изменившегося волшебного мира!..

34 РГВА. Ф. 37977. Оп. 1. Д. 261. Л. 270, 271. Переговоры по телеграфу между оперативными дежурными Генштаба и штаба ЛВО 26.11.1939 г.

…Очень быстро она замерзла и забралась под одеяло, а ему было невыносимо жарко. Он лежал, раскинувшись, и тяжело дышал.

35 Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории. Ф. 77. Оп. 3. Д. 163. Л. 312. Отрывочные заметки, сделанные А. Ждановым. (Далее: РЦХИДНИ).

В этот момент он чувствовал себя полным, окончательным и вечным победителем.

36 Маннинен О. Выстрелы были // Родина. 1995. № 12. С. 57.

– Я тебя люблю, – сказал он, не открывая глаз.

37 РГВА. Ф. 25888. Оп. 11. Д. 17. Л. 280. Телеграмма начальника штаба ЛВО Н.Е. Чибисова командующим 7, 8, 9 и 14-й армий 27.11.1939 г.

– Слияние душ, слияние тел, – пробормотала Тонечка, – со мной он делал что хотел.

38 Внешняя политика СССР: Сб. документов. М., 1946. Т. 4. С. 463–464.

Герман открыл глаза, посмотрел в потолок и захохотал.

39 Там же. С. 465.

– Что ты? Я сочиняю любовные стихи.

40 Там же; АВП РФ. Ф. 06. Оп. 1. Д. 188. Л. 19.

– Давай закажем в номер поесть и выпить?

41 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 1. П. 18. Д. 188. Л. 26. В.М. Молотов — A.C. Ирье-Коскинену. 28.11.1939 г.; Зимняя война // Междунар. жизнь. 1989. № 12. С. 216.

– Мне уху, – тут же отозвалась его романтическая жена, – можно двойную. Еще форшмак и ледяной водки! И томатного сока, и пирожное с кремом! Саш, я толстая?

42 Hokkanen K. Kyosti Kallio. Porvoo etc., 1986. Osa 2. S. 281.

Он опять захохотал, поднялся, не стесняясь и не прикрываясь, подошел к телефону и заказал еды и водки.

43 АВП РФ. Ф.06. On. 1. П. 18. Д. 184. Л. 16. Из дневника В.П. Потемкина 29.11.1939. г.; Зимняя война. С. 217.

– Одеяло совсем мокрое, – Тонечка, взбрыкивая ногами, пыталась найти местечко посуше. – Может, еще и одеяло попросить?

44 Донгаров А.Г. Предъявлялся ли Финляндии ультиматум? // Воен. — ист. журн. 1990. № 3. С. 46.

Герман вновь было взялся за трубку, Тонечка подскочила и отобрала.

45 Армия страны социализма. М., 1940. С. 18.

– Еще не хватает! Давай лучше на батарее посушим!

46 РГАВМФ. Ф. Р.-1529. Оп. 1. Д. 68. Л. 36.

– Как в общаге? – осведомился Герман, стянул одеяло с кровати и стал откидывать занавески в поисках батареи. – Мы в общаге всегда так одеяла сушили. После лета! Когда их раздавали, они были… совсем сырые.

– Ты жил в общаге? – спросила Тонечка. – Ты же москвич, какая общага?!

– А батареи-то и нету, – объявил Герман. – Тут все по-модному, в полу конвектор. Бросить одеяло сверху? Высохнет?

Тонечка в ванной включила фен и принялась сушить волосы. Они всегда плохо сохли, их было слишком много, и они слишком буйно кудрявились. Фен приятно дул ей в лицо теплым воздухом, она время от времени прикрывала глаза и размышляла.

…Ее муж, оказывается, вовсе не делит с ней жизнь. Нет, у них, разумеется, есть общее бытие, но разница в том, что Тонечкина жизнь этим общим бытием и ограничивается, а его – вовсе нет. Она понятия не имеет, сколько всего там осталось – за границей круга. Должно быть, много! И он не хочет это с ней делить.

47 Pakaslahti A. Talvisodan poliittinen naytelma. Porvoo; Hels., 1970. S. 188.

Он так ничего и не рассказал про Кондрата Ермолаева, и непонятного парня по имени Родион он, оказывается, знал!

48 Горькое Ю.А. Указ. соч. С. 244.

Тонечка, прожившая последний год как в раю, вдруг усомнилась, что это рай, а не театральная декорация с голубым небом, позолоченными деревцами и хрустальными бубенцами.

Она усомнилась и перепугалась. Вдруг она обманулась, и на самом деле нет никакого рая и того, кто этот рай создал?.. Вдруг она все придумала, а он только немного подрисовал картину, которую она с таким упоением придумывала и воплощала?..

ВОЙНА И ПОЛИТИКА

Муж и жена, говаривала ее мама Марина Тимофеевна, одна сатана.

…Сатана?..

ПЕРВЫЙ ПЕРИОД БОЕВ

Впрочем, она говорила еще так: если ты в чем-то сомневаешься, или не уверена, или опасаешься, у тебя есть только один выход – поговорить. Не нужно ничего выдумывать за другого человека, не нужно никаких сложных построений на пустом месте. Если хочешь получить ответ – задай вопрос.

© О. Маннинен

Тонечка выключила фен и крикнула в сторону комнаты:

Предварительное планирование

– Кто такой Родион? И откуда он взялся?

Началу агрессии всегда предшествует политическое решение, принятие которого зависит от ряда факторов, включая боеготовность войск, соотношение сил, наличие или отсутствие союзника, обстановку на границах своего государства.

– Племянник Кондрата, – тут же отозвался муж. – Выходи, что ты там опять застряла!

– Пф-ф-ф, – сказала Тонечка своему отражению в зеркале. Такого скорого сюрприза она не ожидала. – Племянник!..

Для Финляндии Советский Союз представлялся единственным вероятным противником. Однако в картине грядущей войны важное место занимал вопрос о том, будет ли СССР одновременно находиться в состоянии войны и с другими странами. Для Советского Союза существовала угроза и на других границах. Поэтому внешнеполитический фактор являлся определяющим при планировании войны, постановке ее целей, а также выбора времени нанесения ударов, их силы, т. е. при решении задач оперативного характера.

– Ну да, племянник, – подтвердил Герман, входя в ванную. – У Кондрата была сестра, умерла, остался мальчишка. Его забрали в детдом. Кондрат узнал о нем недавно, стал искать, просил меня помочь. Я помог.

В Финляндии с начала 20-х годов война на других направлениях не предусматривалась. Стремление Швеции присоединить Аландские острова при системе мира, сложившейся после первой мировой войны, и противодействии Лиги наций не имело перспектив¹. План обороны Финляндии основывался на представлении, что в случае нападения Советского Союза главным направлением будет Карельский перешеек. Его разветвленная водная система позволяла исходить из того, что наступление противника будет вестись на узких участках. Задача заключалась в том, чтобы остановить неприятеля на линии, где озерная зона и р. Вуокса в центральной части перешейка могут затруднить наступление противника и ограничить возможности его действий. На этой линии была создана главная полоса обороны. К началу зимней войны там построили и завершили оборудование 101 бронированного оборонительного укрепления. Эту главную полосу обороны стали называть \"линией Маннергейма\". Для сравнения укажем, что лишь несколько более протяженная и часто упоминаемая французская \"линия Мажино\" на границе с Германией насчитывала 5 800 бетонированных огневых точек².

– У тебя связи в детских домах? – Тонечка накинула халат, туго-туго затянула пояс, чтобы не допустить вольностей, подвинула мужа с дороги и прошла в комнату.

Он пожал плечами ей вслед и тоже облачился в халат.

В Финляндии в 1939 г. сохраняли силу два плана обороны: ВК (Венаян кескитюс — российское сосредоточение) 1 и 2. Из них ВК-2 был явно более пассивным, поскольку предполагал ведение боевых действий лишь в пределах Финляндии. ВК-1 базировался на том, что на одном из флангов в театр сражений войдет часть территории Советского Союза. Предусматривался захват района Реболы — Поросозеро, продвижение к востоку от границы и северо-восточнее Ладожского озера, а в направлении Салла намечалось партизанская война на территории западнее Мурманской железной дороги. Финляндский замысел основывался на стремлении к достижению успеха преимущественно за счет активной борьбы, что подтверждал и общеевропейский опыт. Вместе с тем в конце 30-х годов больше внимания стало уделяться вероятному развитию оборонительных боев на территории Финляндии. Основой всех приготовлений являлся план ВК-2. При этом учитывалось, что у Финляндии имелась возможность усилить свои войска на перешейке, сдержать противника и выиграть время для сосредоточения и развертывания основных сил. В начале октября, в связи с мобилизацией, войскам была дана установка руководствоваться только оборонительной альтернативой³.

– У меня связи в телевизионных программах, шери, – иногда он почему-то так ее называл, на французский манер, а еще, уж по совсем непонятной причине, Ефим Давыдович. – Вроде, например, «Ищу тебя»! Они и нашли.

В мирное время в Финляндии наряду с генеральным штабом действовал Совет обороны, который готовил на случай войны необходимые решения. С началом войны главнокомандующим вооруженными силами Финляндии был назначен председатель Совета обороны маршал К. Маннергейм (в мирных условиях эту функцию выполнял президент республики). В ходе проведения мобилизации командующий вооруженными силами мирного времени генерал-лейтенант X. Эстерман стал командующим дислоцированной на Карельском перешейке Армией перешейка⁴.

– Где?

– Где-то в Угличе.

Общие направления, касавшиеся планов Советского Союза, утверждались правительством страны, Советом Народных Комиссаров по представлению Генерального штаба. Конкретно вопросами обороны занимался Комитет обороны при СНК, председателем которого был глава правительства В.М. Молотов. Красной Армией руководил Главный военный совет РККА (народный комиссар обороны К.Е. Ворошилов), а Красным Флотом — Главный военный совет ВМФ (народный комиссар Н.Г. Кузнецов). Системой предусматривалось, что Центральный Комитет ВКП(б) и его политбюро утверждали важнейшие решения. Оперативное планирование осуществлял Генеральный штаб, начальником которого был командарм 1-го ранга Б.М. Шапошников. Начальником Главного военно-морского штаба являлся флагман флота 2-го ранга Л.М. Галлер⁵.

– А сколько ему лет?

– Семнадцать, – ответил Герман, не задумываясь. – В этом году школу заканчивает.

В 30-х годах, особенно к их исходу, представление Советского Союза о противнике оставалось неизменным. При разработке оперативного плана 1939 г. исходили из предположения, что на Советский Союз нападут одновременно на западе Германия и Польша (допускалось и участие итальянских морских сил), а на востоке — Япония. Считалось, что Эстония, Латвия, Румыния, Болгария, Турция, а также Финляндия вступят в войну, даже если операции Красной Армии и Красного Флота их не затронут.

– А Кондрат хотел его забрать к себе, что ли?..

Маршал М.Н. Тухачевский в пространных воспоминаниях, написанных в 1937 г., придерживался взгляда, что с возникновением войны Советскому Союзу надо прежде всего овладеть Эстонией, Латвией и Литвой и, кроме того, выдвинуться в Польшу. Для военно-морских сил следовало построить линкоры и приобрести для них базы (Таллинн, Рига, Виндава, Либава). Это, надо полагать, определило позицию Сталина в сентябре 1939 г., когда вспыхнула вторая мировая война. Вместе с тем Финляндия рассматривалась отдельно от центрально-европейских событий и для нее поэтому потребовался особый план.

Тут ее муж немного сбился с уверенного тона.

Поначалу в Советском Союзе вообще не верили, что Финляндия сможет предпринять нападение. Численность ее населения составляла всего 3 млн. 650 тыс. человек, что было немного больше, чем жителей в Ленинграде, и она не могла помышлять о несоизмеримо крупных для нее наступательных действиях. Тем не менее в условиях нараставшей угрозы мировой войны советское руководство принимало все же во внимание, что и финляндское направление может быть использовано в случае агрессии против Советского Союзаб.

– Этого я не знаю. Но мы о нем… говорили вчера вечером. Кондрат беспокоился немного. Мы парня никогда не видели, ни я, ни Кондрат.

Тонечка посмотрела на мужа.

Согласно воспоминаниям К.А. Мерецкова, который в то время командовал Ленинградским военным округом, Сталин в конце июня 1939 г. обрисовал обстановку следующим образом: \"Германия готова ринуться на своих соседей в любую сторону, в том числе на Польшу и СССР. Финляндия легко может стать плацдармом антисоветских действий для каждой из двух главных буржуазно-империалистических группировок — немецкой и англо-франко-американской. Не исключено, что они вообще начнут сговариваться о совместном выступлении против СССР. А Финляндия может оказаться здесь разменной монетой в чужой игре, превратившись в науськиваемого на нас застрельщика большой войны\". Некоторые документы свидетельствуют об имевшихся у советского руководства подозрениях в том, что правительство Финляндии проявит готовность воспользоваться неблагоприятной для Советского Союза обстановкой, \"если Япония нападет на СССР или будет предпринята объединенная интервенция против СССР\". В Москве придерживались мнения, что финской армии придется действовать только лишь как армии прикрытия, важнейшей задачей которой явится обеспечение беспрепятственного стратегического сосредоточения и развертывания войск вторжения на территорию Советского Союза с целью овладения прежде всего Ленинградом. Вместе с тем, как отмечалось выше, Ленинградскому военному округу в 1939 г. указывалось, что вступление Финляндии в войну может произойти лишь в невыгодной для Советского Союза ситуации. Финнов несколько раз предупреждали, что Советский Союз не станет ожидать у финляндской границы прихода интервенционистских войск⁷.

– А ты… где ты мог его видеть?

– Нигде, – буркнул Герман. – О чем и речь.

Реалистически оценивая военную обстановку, финны полагали, что Советский Союз сможет держать на финском направлении лишь небольшую часть своих вооруженных сил (чтобы противостоять попыткам соучастия Финляндии в войне)⁸. Из распоряжений, направленных в 30-е годы Ленинградскому военному округу, можно заключить, что в случае войны предусматривалось достичь Хельсинки в течение трех недель. Главный удар планировалось нанести на Карельском перешейке через Выборг на Хямеенлинна и Хельсинки. От северного побережья Ладожского озера намечалось наступление через Сортавала и Миккели к Раума. Небольшие силы выделялись для выполнения весьма масштабной задачи — продвижения в направлении Пиексямяки и Оулу⁹.

Она пристроила на колени локти и угнездила в ладонях подбородок.

– Саша, – начала она серьезно, – мы с тобой можем говорить друг другу правду, только правду и ничего кроме правды. Мы… взрослые слишком! Мы потеряем уйму времени и совсем запутаемся, если станем друг другу врать, а времени у нас мало.

Стратегическое положение Аландских островов, как замка на входе в Ботнический залив, было хорошо известно еще с первой мировой войны. С началом второй мировой войны западные державы не имели возможности их оккупировать, а германские военно-морские силы, как считалось, были неспособны осуществить высадку крупного десанта. В Советском Союзе, однако, не исключали, что Германия сможет использовать в своих целях территорию Финляндии, особенно ее южное побережье, а также Аландские острова¹⁰.

– Здрасте вам в шляпу, – Герман плюхнулся рядом с ней, подогнув под себя плотную волосатую ногу. – Ты собралась помирать или пытаешься сказать мне, что я лжец?

Летом 1939 г. Советский Союз на переговорах с Англией и Францией выдвигал идею захвата баз для прикрытия входа в Финский залив, в частности, Аландских островов. Она могла быть осуществлена в критической ситуации без согласия на то Финляндии и Эстонии. Однако взаимопонимания между великими державами достигнуть не удалось.

Она посмотрела на него.

Советскими военно-морскими планами 30-х годов действия против Аландских островов не предусматривались, так же как и внезапное нападение на них из Кронштадта силами Балтийского флота. Тем не менее в политическом отношении Москва добилась отказа Швеции от эвентуального соглашения с Финляндией об обороне Аландского архипелага. Оперативные планы Балтийского флота ограничивались овладением некоторых островов в Финском заливе. В районе о-ва Суурсаари имелось в виду установить минные поля для прикрытия проходов со стороны Финляндии. Затем, в ноябре 1939 г., готовился захват с моря п-ова Ханко в ходе наступления сухопутных войск в глубь Финляндии¹¹.

– Я не лжец.

– Тогда расскажи мне, откуда ты знаешь Кондрата Ермолаева.

2 августа 1939 г. Балтийский флот получил от наркома Военно-Морского Флота директиву, согласно которой в военных планах необходимо было предусмотреть: 1. Уничтожение финского, эстонского и латвийского флотов. 2. Овладение о-ми Суурсаари, Большим и Малым Тютярсаари, Лавансаари и Сейскари. 3. Воспрепятствование проникновению немцев (силами подводных лодок) к Турку, Аландскому архипелагу, Хельсинки и Таллинну. Что касается островов восточной части Финского залива, то захват их мог быть осуществлен в случае нарушения Финляндией нейтралитета или если советское правительство не примет его во внимание. Подобное решение Советский Союз предлагал западным державам летом 1939 г. в Москве, имея в виду устье Финского залива¹².

Он помолчал, и Тонечка, быстро взглянув на него, поняла, что правды он не скажет.

План Мерецкова

И опередила:

A.M. Василевский бывший начальником отделения оперативной подготовки Генерального штаба, рассказывает, что летом 1939 г. Главный военный совет рассмотрел подготовку советских вооруженных сил на финляндском направлении, поскольку \"международное положение было тревожным\" и это было необходимо в канун второй мировой войны. Генеральный штаб предложил разработанный ранее и одобренный Ворошиловым конкретный план. Его основные идеи и содержание представил Шапошников. Исходя, в частности, из того, что Финляндия, возможно, получит помощь от великих держав, он считал осуществление контрудара по Финляндии не простым делом, которое повлечет за собой \"не менее нескольких месяцев напряженной и трудной войны\". Надо иметь в виду, что Шапошников сам был в 1935–1937 гг. командующим Ленинградским военным округом. На заседании Главного военного совета он подчеркивал, что боевые действия требуется проводить предельно быстро и с привлечением немалых сил, ибо в противном случае в результате серьезной поддержки Финляндии извне конфликт затянется.

– Нет, не нужно! Лучше не говори. Я не хочу, чтоб ты мне врал, Саша!..

Сталин возразил Шапошникову: \"Вы требуете столь значительных сил и средств для разрешения дела с такой страной, как Финляндия. Нет необходимости в таком количестве\".

Он посидел, посматривая на нее. Такой проницательности от жены он не ожидал.

– Я… потом расскажу, – пообещал он. – Только не придумывай ничего романтического! Кондрат не выносил меня раненого из-под обстрела!..

Советское политическое и военное руководство не ожидало, что Финляндия окажет серьезное противодействие. Это объяснялось отчасти его самоуверенностью: считалось, что вооружение финской армии старое, доставшееся от царской армии, что в войсках наблюдается дезертирство, что борьба с Красной Армией станет непосильной задачей; кроме того, рабочие и беднейшее крестьянство проявляют скрытое недовольство политикой правительства, требуют оздоровления отношений с Советским Союзом и угрожают расправиться с теми, кто проводит враждебную политику по отношению к СССР¹³.

Здесь он не соврал. Кондрат Ермолаев его действительно с поля боя не выносил.

Главный военный совет не принял плана Шапошникова и отдал распоряжение разработать новый вариант плана командующему Ленинградским военным округом Мерецкову. Вместе с тем было решено провести осенью в округе под его руководством военные учения.

– Но я хорошо его знаю. И знаю, что жену он убить не мог.

В дверь деликатно постучали, Тонечка подбежала и открыла. Официант в накрахмаленной форме вкатил столик, уставленный кушаньями и напитками.

Мерецков, согласно его мемуарам, в конце июня 1939 г. получил от Сталина задание подготовить докладную записку с вариантами \"контрудара\" по Финляндии из районов Мурманска и Ленинграда. За указанное время — в течение 2–3 недель — Мерецков составил записку и во второй половине июля получил на нее критический отзыв Сталина и Ворошилова. Они требовали, чтобы продолжительность наступления не превышала двух недель, и обещали выделить для этого дополнительные силы, находящиеся вне пределов Ленинградского военного округа. Мерецков получил указание быть готовым в начале осени представить новый план проведения оборонительных мероприятий¹⁴.

– Если сюда поставлю, будет удобно? Карточка или наличные?

Развернулась конкретная работа в войсках. Управление тыла Красной Армии распорядилось 15 июля создать в Ленинградском военном округе до 25 августа пункты питания на основных железнодорожных магистралях, ведущих к Ленинграду, Мурманску и Архангельску, для прибывающих в этот округ войск и до 28 августа — базы снабжения в Вологде, Тихвине и Дно¹⁵.

– Карточка, – подал голос Герман, поднялся и стал шарить по карманам дубленки.

– Тоня, ты не брала мою карточку?

Мерецков в воспоминаниях не раскрывает основного содержания военного плана. Следуя мемуарной литературе, мы можем лишь высказать предположение, что, поскольку Шапошников находился в отпуске на Черном море до начала зимней войны, то Мерецков, вероятно, и должен был \"нести ответственность\" за неудачи на фронте.

– У меня своих навалом, – отозвалась Тонечка и улыбнулась официанту, который рассматривал ее. – А что?

До похода на Польшу, т. е. до 17 сентября, Советский Союз осуществлял военные приготовления, посылая войска и на другие направления, в том числе к границам Балтии и Финляндии. Вблизи побережья Северного Ледовитого океана сосредоточение войск у границы с Финляндией началось 3 сентября. Вскоре была создана (на основе приказа от 10 сентября 1939 г.) Мурманская оперативная группа, в задачу которой входило воспрепятствовать наступлению с запада на район Полярное-Мурманск-Кандалакша, оборонять Кольский полуостров с севера и запада, а также от высадки десантов. Войска на Карельском перешейке также готовились к войне¹⁶. В планах военного совета Ленинградского военного округа по созданию основной группировки войск на границе с Финляндией во второй половине сентября произошли существенные изменения. Ее решили усилить. К имевшимся четырем дивизиям добавлялись еще три, штабы 8-й армии и армейского корпуса. Общее руководство войсками на перешейке возлагалось на штаб 7-й армии, который находился в то время на границе с Латвией.

– Пропала куда-то. Я сейчас другую достану.

Он вынул из бумажника карточку, аппарат заурчал, чек выполз.

Усиление 8-й армии означало вместе с тем, что для наступления было добавлено еще одно направление. Прежде на ухтинско-ребольском направлении предусматривалась только лишь оборона. Теперь размещение дополнительных сил подразумевало наступление на каяно-нурмеском участке, а также поддержку основных сил в наступлении южнее Видлицы. Тем самым укреплялась идея нанесения удара с востока в тыл главных сил Финляндии. Тем не менее успех и этого плана зависел от развития обстановки в Прибалтике и в Европе в целом. Первоначально предусматривалось развернуть подготовку к военным действиям против Финляндии в конце октября-ноября. Во второй половине сентября этот срок отодвинули на ноябрь¹⁷.

Герман проводил официанта и продолжил шарить, уже в карманах джинсов.

Тонечка наблюдала за ним.

Сосредоточение войск

– Да нет, ну была у меня с собой карточка, – бормотал ее муж. – Мы на заправку заезжали!.. Я бумажник здесь оставил, а карточку взял на всякий случай.

– И где она?

Концентрация войск на Карельском перешейке развернулась с октября, т. е. с окончанием переговоров с прибалтийскими государствами, результатами которых Советский Союз был удовлетворен, и их началом с Финляндией. В то же самое время в Финляндии приступили к мобилизации. Это время формально считается началом финляндской операции. 8 октября в 18.30 войска Ленинградского военного округа получили боевой приказ № 1: закончить сосредоточение на Карельском перешейке у границы к утру 10 октября. На перешеек была направлена крупнокалиберная артиллерия и три танковые бригады, а к финляндской границе — дополнительные войска.

– Да шут ее знает.

Решающие приготовления к наступлению на финляндском направлении развернулись в последнюю неделю октября. С прибытием подкрепления в расположении основной группировки войск также произошли изменения. 24 октября был отдан приказ трем дивизиям переместиться в Восточную Карелию в подчинение 8-й армии, а трем дивизиям следовать на Карельский перешеек. Органы связи военного округа, которые являлись важным средством обеспечения наступления, были мобилизованы на основе приказа, отданного 29 октября. И в соответствии с ним, в частности, 8-я армия издала 2 ноября свое распоряжение, в котором определялось будущее место дислокации ее штаба в Поймала — на финской стороне¹⁹.

Тонечка подошла и тоже поискала – последовательно в джинсах, в кофте, в дубленке.

В докладе Мерецкова об инспекционной проверке боевой подготовки в 8-й армии (28 октября — 4 ноября 1939 г.) отмечено, что лишь несколько дней не было использовано войсками для освоения новых (т. е. характерных для финляндского направления) условий боевых действий. Вместе с тем предлагалось заблаговременно готовить дорожные указатели с названием населенных пунктов на русском языке²⁰.

Карточка пропала.

– А когда ты в машину сел, дубленку куда дел? Ты же всегда ее снимаешь!

В составленном для Генерального штаба 29 октября военным советом Ленинградского военного округа плане \"разгрома сухопутных и морских сил финской армии\" основное внимание уделялось прорыву финской обороны: \"… Наши войска вторгаются на территорию Финляндии на всех направлениях с целью растащить группировку сил противника и во взаимодействии с авиацией нанести решительное поражение финской армии\". На Карельском перешейке намечалось \"разбить части прикрытия, овладеть укрепленным финским районом на Карперешейке и, развивая наступление в северо-западном направлении во взаимодействии с войсками видлицкого направления, разгромить главную группировку войск противника в районе Сортавала, Виипури, Кякисалми (Кексгольм) и овладеть районом Хиитола, Иматра, Виипури. По выполнении этой задачи быть готовым к дальнейшим действиям в глубь страны\". В плане допускалась возможность, что из Швеции могут направить в помощь Финляндии 2–3 дивизии и по большей мере 100 самолетов.

Он подумал немного.

В плане главный упор делался на массированный первый удар крупными силами и разгром противника в течение двух-трех недель. Предусматривалось завершить операцию за 10–15 суток: на перешейке за 8-10 и в Центральной Финляндии за 15 при среднем темпе продвижения войск 10–12 км в сутки. В указании, данном 29 ноября командному составу Ленинградского военного округа, ставилась цель (по-видимому, для поднятия духа) еще более сократить сроки — Выборгом овладеть в течение четырех дней, а в Хельсинки войти к исходу двух недель²¹.

– Как всегда, на заднее сиденье кинул.

– Поздравляю, – сказала Тонечка со всем возможным сарказмом. – Твой племянник жулик. Карточку спер.

План ЛВО, во всяком случае его главное содержание, по-видимому, был одобрен, поскольку он явился руководством к действиям. Вместе с тем надо иметь в виду, что начальник Генерального штаба Шапошников предостерегал членов Главного военного совета от излишнего оптимизма. По имеющимся сведениям именно поэтому его отправили в продолжительный отпуск в Сочи. Все же 1 декабря Шапошников находился уже в Москве и отдавал распоряжения Ленинградскому военному округу²².

– Он не мой племянник, он Кондрата племянник.

Герман еще раз облазил все карманы.

После того как Генеральный штаб рассмотрел план ПВО, округ в начале ноября получил еще две новые дивизии (52-ю из Белоруссии и 44-ю из Киевского военного округа) для выдвижения к границе с Финляндией. Они были дислоцированы в Мурманске и на кухмониеменском направлении. Такое пополнение означало наращивание сил на севере более чем на одну четверть.

– Ты не поверишь! – Он покрутил головой. – У меня тыщу лет ничего не крали!

11-15 ноября народный комиссар обороны Ворошилов распорядился привести войска ЛВО в боевую готовность, поскольку решение начать наступление 30 ноября уже было принято. 15 ноября Ворошилов приказал военному совету округа завершить 17 ноября сосредоточение войск и обеспечить совместно с Балтийским и Северным флотами готовность к наступлению, \"целью которого является разгром в короткое время противостоящих сухопутных и морских сил противника\". Военный совет округа должен был до 20 ноября представить \"план действий\". В то же время из советских финнов и карел формировался армейский корпус, который должен был образовать армию правительства Куусинена²³.

– Звони в банк, блокируй счет.

В указаниях политического управления Ленинградского военного округа (23 ноября) отмечалось, что \"мы идем не как завоеватели, а как друзья финского народа… Красная Армия поддерживает финский народ, который выступает за дружбу с Советским Союзом… Победа над противником должна быть достигнута малой кровью\"²⁴.

– Да там денег всего ничего, тысяч пятьдесят, что ли.

Финны сгруппировались для обороны в октябре 1939 г. во время осенних маневров. К началу войны у них имелось десять пехотных дивизий, из них на фронте восемь — 4, 5, 6 (позднее 3), 8, 10 (7), 11 (2), 12 и 13-я; четыре пехотные бригады (1, 2, 3 и 4-я), один отдельный пехотный полк, 31 батальон, а также кавалерийская бригада. Кроме того, в тылу формировались из необученного населения три резервные дивизии — 21, 22 и 23-я, из которых 22-я дивизия была, однако, скоро упразднена из-за отсутствия личного состава.

Тонечка аж задохнулась от возмущения.

Под ружьем у финнов в начале войны находилось около 265 тыс. человек, в какой-то мере обученных было до 500 тыс. Полевых орудий насчитывалось 422, противотанковых пушек — 112, исправных танков — 26, боевых самолетов — 270. В качестве руководящего органа маршала Маннергейма стала функционировать Ставка главнокомандующего, которая 2 декабря переместилась из Хельсинки в Миккели, что с оперативной точки зрения было и удобнее и безопаснее.

– Ничего себе! – закричала она и топнула ногой. – Пятьдесят тысяч для него не деньги!.. Если они тебе не нужны, отдай мне! Я маме куртку новую куплю, а Насте ботинки!..

– Хорошо, хорошо, – согласился Герман поспешно. – Отдам, конечно.

На Карельском перешейке во главе с командующим войсками мирного времени генерал-лейтенантом Эстерманом находилась Армия Перешейка — два армейских корпуса: на выборгском направлении II генерала X. Эквиста и на кексгольмском направлении III генерала Э. Хейнрикса. В Армии перешейка было шесть пехотных дивизий, насчитывавших вместе с частями усиления 133 тыс. человек. Перед главной оборонительной линией располагались войска прикрытия (группы Уусикиркко, Муола, Липола и Рауту), в которых имелось 21 600 человек и 71 орудие. Они представляли собой кадровые войска армии мирного времени, усиленные за счет резервистов приграничных районов ротами пограничников, т. е. являлись в целом обученными и надежными частями.

– Пятьдесят тысяч ему не жалко, – продолжала возмущаться Тонечка. – Их еще пойди заработай! А ты какому-то прохиндею хочешь…

Основываясь на отрывочных сведениях, финны полагали, что русские могут использовать на территории между Ладожским озером и Северным Ледовитым океаном только четыре дивизии. Главное их внимание было обращено к северо-восточной части Приладожья, где предполагалось сосредоточение крупных русских сил. Этот район оборонял IV армейский корпус (командир генерал Ю. Хейсканен, а затем генерал В. Хеглунд) в составе двух дивизий — 12-й на суоярвинском направлении и 13-й на направлении Салми и Уома. Севернее находились лишь отдельные батальоны и роты. Для лучшего руководства обороной обширной территории между Лиекса и Северным Ледовитым океаном был создан штаб северо-финляндской группы во главе с генералом В. Туомпо.

Наряду с указанными войсками в финскую армию входили: Аландская группа, войска береговой обороны юго-западного и южного побережья, а также главное командование резерва (две дивизии — 6-я в Луумяки и 9-я в Оулу). Когда угроза Аландским островам уменьшилась в связи с образованием на море ледяного покрова, отсюда на Перешеек был передислоцирован полк резервных войск. На самом архипелаге остался ослабленный батальон и немного береговой артиллерии²⁵.

Тут она осеклась.

Реальность оказалась совсем иной, чем ожидали финны. Советский Союз направил по каждой из дорог, ведущих к западной границе Финляндии, по одной дивизии. Наступление началось неожиданно на всех основных направлениях, и финские войска оказались вынужденными отходить на далекое расстояние — 80-100 км.

Пока Герман звонил в банк, она молча думала, даже уху не ела.