Дин Кунц
Душа в лунном свете
1
Криспин — одинокий двенадцатилетний мальчик, живущий в городе дикарём, и у него нет друзей, кроме Харли, правда, Харли никогда не разговаривает.
Дружба не зависит от разговоров. Иногда наиболее важное взаимодействие происходит без помощи слов — от сердца к сердцу.
Харли не может говорить, потому что он пёс. Он понимает множество слов, но не может их произносить. Он может лаять, но не делает этого. И не рычит.
Тишина для Харли как музыка для арфы, она струится от него к Криспину мелодичными пассажами глиссандо и арпеджио. Мальчик услышал слишком много за свою недолгую жизнь. Безмолвие для него — симфония, а абсолютная тишина в каком-либо уединённом месте — гимн.
Этот большой город, как и все остальные — империя шума. Гвалт, шум и стук города. Его гудки, визги, свист и рычание. Крики, лязги, звоны, звякания, щелчки, скрипы, толчки, выстрелы и грохот.
Однако даже в этом шторме звука существуют райские островки тишины. Через бесчисленное количество лужаек кладбища святой Марии Саломеи, между высокими соснами и кедрами, концентрические окружности из гранитных надгробий, похожих на участников процессии монахов, одетых в мантии, ведут внутрь, к стенам открытого мавзолея, где за бронзовыми именными пластинками покоится прах умерших. Отдельно стоящие стены высотой восемь футов расположены как спицы в колесе. В каждую безветренную ночь массивные вечнозелёные растения кладбища святой Марии Саломеи приглушают голос города, а колесо из стен уничтожает его полностью.
В центре, где сходятся спицы, находится широкий круг из травы, а в его середине — большая круглая плита из серого гранита, которая служит скамейкой. Криспин сидит здесь иногда в лунном свете, пока тишина умиротворяет его душу.
Затем они с Харли идут на траву, где мальчик готовит себе ночлег. Пёс спит младенческим сном, без чувства вины и скребущих по совести когтей. Мальчик не столь удачлив.
Криспин страдает от кошмаров. Они основаны на воспоминаниях.
Харли, кажется, снится, что он бегает по открытой местности, лапы расставлены и дёргаются, будто он мчится по лугу. Он не скулит, но издаёт негромкие высокие звуки удовольствия.
Однажды, когда мальчику было десять, он проснулся далеко за полночь и увидел серебристое мерцание, шедшее от женщины, одетой в длинное платье или халат. Она приблизилась, перемещаясь между двумя стенами мавзолея и, казалось, не шла, а, скорее, скользила, как конькобежец на льду.
Криспин сел и испугался, потому что женщина состояла не из реального вещества. Освещенные луной объекты, которые располагались за ней, были видны сквозь неё.
Она не улыбалась, но и не выглядела угрожающе. Лицо было серьёзным.
Она замедлилась и остановилась, когда между ними оставалось около двух ярдов, её обнажённые ступни находились в нескольких дюймах над травой. Она продолжительно посмотрела на них.
Криспин чувствовал, что должен поговорить с ней. Но не мог.
Несмотря на то, что мальчик поднялся только наполовину, Харли уже стоял на всех четырех. Очевидно, пёс тоже видел женщину. Его хвост покачивался.
Когда она прошла мимо них, Криспин уловил приятный аромат. Харли шмыгнул носом — ему понравился запах.
Женщина испарилась, как будто была фантомом из тумана, случайно столкнувшимся с тёплым потоком воздуха.
Сначала Криспин подумал, что это, должно быть, призрак, обитающий на этих полях из могил. А позже он предположил, что стал свидетелем явления духа святой Марии Саломеи, именем которой было названо кладбище.
Все три последних года, с девяти лет, мальчик жил в этом городе собственным умом и смелостью. Он обходился нечастым дружеским общением с людьми и милостыней.
Он не каждую ночь проводит на кладбище. Он спит в разных местах для того, чтобы избежать преследования, которое может привести к его обнаружению.
В более обычных местах, чем кладбища, они с псом часто видят необычные вещи. Не все их находки сверхъестественны. Большинство из них реальны как свет солнца или звёзд, но некоторые вещи — более страшные, чем, например, приведения или гоблины.
Этот город — возможно, любой город — место секретов и загадок. Путешествуя в одиночестве со своей собакой в районах, которые другие посещают редко, вы увидите мельком волнующие феномены и странные присутствия, намекающие на то, что в мире существуют измерения, которые не объяснить одним лишь рассудком.
Мальчик иногда боится, а пёс — никогда.
Ни один из них никогда не чувствует себя одиноким. Они семья друг для друга, и даже больше, чем семья. Они спасение друг для друга, каждый из них — лампа, которая освещает путь другому.
Харли ушёл на улицы. Никто, кроме мальчика, не любит эту дворнягу, которая выглядит наполовину золотистым ретривером, наполовину — непонятной шавкой.
Криспин не ушёл. Он сбежал.
И за ним охотятся.
2
Три года назад…
Криспин, которому тогда было девять лет, два дня находился в бегах, бежал он от невыносимого ужаса в ночи конца сентября. У него не было никого, к кому он мог обратиться. Те, кто, казалось, заслуживали доверия, на деле оказались злом и намеревались его уничтожить.
Из одиннадцати долларов, которые были в его распоряжении к началу побега, к настоящему времени осталось только четыре. Остальные он потратил на еду и напитки, купленные у торговцев в лотках на углах улиц.
Предыдущей ночью он спал в уютном гнезде кустарника в Статлер-Парк, слишком измождённый для того, чтобы полностью пробудиться даже от сирен проезжающих полицейских машин или, ближе к рассвету, от шума уборщиков, выбрасывающих содержимое мусорных баков в свой грузовик.
В понедельник днём он тратит пару часов на посещение библиотеки. Он может спрятаться в лабиринте полок.
Он слишком сильно подавлен страхом и горем для того, чтобы читать. Изредка он перелистывает страницы большой глянцевой книги о путешествиях, изучает фотографии, но у него нет возможности попасть в эти далёкие безопасные места. Детская книжка с картинками, которая когда-то развлекала его, теперь не кажется такой уж забавной.
Некоторое время он прогуливается вдоль берега реки, наблюдает за несколькими рыбаками. Вода, хоть и под голубым небом, имеет серый цвет, и мужчины кажутся тоже серыми, печальными и апатичными. Рыба не клюёт.
Почти весь день он бродит по переулкам, где, как ему кажется, меньше вероятность случайно наткнуться на тех, кто, несомненно, его ищет. Кухарка за рестораном спрашивает, почему он не в школе. Хорошая ложь на ум не приходит, и он убегает.
Спокойный день, как и предыдущие день и ночь, но неожиданно приходит холод, а вечером становится ещё холоднее. Он одет в рубашку с коротким рукавом, голые ноги покрываются гусиной кожей, причиной чего мог быть прохладный воздух, а могло быть и что-то ещё.
На свободном участке земли между аптекой и додзё
[1] для боевых искусств находится ларёк «Гудвил Индастриз»,
[2] переполненный поношенной одеждой и другими вещами. Тщательно осмотрев все вещи, предлагающиеся бесплатно, Криспин находит серый шерстяной свитер, который ему подходит.
Он берёт также тёмно-синюю вязаную спортивную шапку. Натягивает её низко на лоб, поверх кончиков ушей.
Возможно, одинокий девятилетний мальчик только лишь привлечёт к себе внимание такими попытками приодеться. Он подозревает, что дешёвая шапка на нём слишком бросается в глаза. Он чувствует себя клоуном. Но не снимает её и не откладывает.
Он прошёл столько переулков и дорожек, перебежал столько проспектов и скрывался в таком количестве закоулков, что не только заблудился, но ещё и потерял ощущение пространства. Стены домов, кажется, наклонены туда-сюда под странными углами. Булыжная мостовая под ногами походит на огромную чешую рептилии, и он идёт по бронированной спине спящего дракона.
Город, который всегда был просто большим, теперь будто превращается в целый мир, огромный и враждебный.
К дезориентации добавляется тихое безумство, которое заставляет Криспина иногда переходить на бег, даже если он знает точно, что никто поблизости не преследует его.
Незадолго до наступления сумерек, в широком переулке рядом со старыми кирпичными складами с погрузочными платформами из грязного бетона, он натыкается на пса с золотистой шерстью. Он приближается к нему вдоль восточной стороны прохода под косыми лучами садящегося солнца.
Пёс останавливается возле Криспина, смотрит на него снизу, наклонив голову. В последнем светлом луче дня глаза животного такие же золотистые, как и мех, зрачки маленькие, а радужные оболочки ярко светятся.
Мальчик не чувствует угрозы. Он даёт руку, и пёс на мгновение прикасается к ней носом.
Когда пёс проходит дальше, мальчик колеблется, но, всё же, бредёт за ним. В отличие от своего попутчика, животное, кажется, знает, куда направляется и зачем.
Шаги по растрескавшемуся бетону приводят к погрузочной платформе. Опускающиеся ворота в большой стене закрыты, но дверь оказывается незамкнутой и даже немного приоткрытой.
Пёс отодвигает дверь носом. Махнув белым хвостом, он исчезает внутри.
Переступая порог темноты, Криспин вытаскивает из кармана джинсов маленький светодиодный фонарик, который прежде лежал в ящике тумбочки. Он захватил его, когда сбегал из собственного дома сразу после наступления полуночи.
Белый луч, острый как бритва, разрезает темноту, открывая давно заброшенное пространство без окон, достаточно большое для того, чтобы служить ангаром для реактивного самолёта. Высоко над головой находятся полки для хранения и переходные мостики.
Всё покрыто серой пылью. Ржавчина лежит пластами, похожими на слойки из теста, и сдирается с металлических поверхностей.
На бетонном полу разбросаны крысиные кости и панцири мёртвых жуков. Старые игральные карты испорчены плесенью. Здесь одноглазый валет, там червовая королева и трефовый король, а вот там недалеко друг от друга валяются четыре шестёрки. Сигаретные окурки. Битые пивные бутылки.
Луч фонарика натыкается на ползающего по низко висящей петле кабеля паука, отбрасывающего увеличенную тень на стену, по которой он крадётся как монстр в одном из тех старых фильмов о насекомых, которые стали гигантскими под воздействием радиации.
Пёс без помощи фонарика прокладывает себе путь между осколками стекла. В таких насыщенных запахами местах большинство собак плелись бы от одного запаха к другому, уткнувшись носом в пол. Но эта держит голову высоко, настороженно.
В северной части большой комнаты находятся три двери, ведущие в три офиса, на каждой есть окошко. Две двери закрыты, одна приоткрыта.
Через щель между третьей дверью и косяком видно пульсирующий жёлтый свет.
Криспин остановился, а пёс нет. После некоторого колебания мальчик следует за животным в освещённую комнату.
Между двумя группами толстых свечей — три слева, три справа — мужчина, которому скоро должно стукнуть тридцать, сидит, прислонившись к стене, ноги выпрямлены.
Его остекленевшие глаза смотрят, но не видят. Рот открыт, но он уже произнёс все слова, которые был рождён говорить.
Рядом с трио свечек лежит закопчённая ложка. Рядом с ложкой находится пластиковый пакет, из которого высыпается белый порошок. На его коленях лежит опорожнённый шприц для подкожных инъекций.
Правый рукав его клетчатой рубашки закатан выше локтя, где через прокол лучше течёт кровь. Очевидно, у него были некоторые проблемы с поиском вены.
Криспин не боится находиться в присутствии мёртвого человека. Недавно он был свидетелем намного худших вещей.
С чёткой целью, больше по-человечески, чем по-собачьи, пёс идет к рюкзаку, проходя за свечками, зажимает один из ремней между зубами и оттаскивает от трупа.
Мальчик предполагает, что в сумке должны лежать собачьи угощения. Он становится на колени, осматривает различные отделения, однако не находит признаки того, что у мёртвого мужчины было что-то для пса.
Быстрый осмотр покрытого пылью пола и нескольких следов от лап говорят о том, что пса здесь никогда до этого не было, что его сюда привело чутьё, не опыт. К тому же…
Среди засаленных и, в основном, бесполезных пожиток умершего Криспин обнаруживает два кулька, полные денег, которые скручены в плотные свёртки и перевязаны резинками. Свёртки пяти-, десяти- и двадцатидолларовых купюр.
Скорее всего, они украдены или запачканы иначе. Но никто, даже полиция, не сможет узнать, у кого мёртвый мужчина стащил это состояние, или в результате каких преступных действий они могли быть получены.
Забрать деньги у тела бездомного бродяги, определённо, не является воровством. Мужчине они больше не нужны.
Однако мальчик сомневается.
Через некоторое время он чувствует, что за ним наблюдают. Он смотрит по сторонам, почти уверенный в том, что взгляд трупа переместился на него.
Глазами, яркими от света пламени, пёс изучает его, тихо сопя, будто в ожидании.
Криспину некуда идти. Если бы он захотел до куда-нибудь добраться, то всё, на что он может рассчитывать — это четыре доллара.
Скорее всего, пёс не принадлежал мёртвому мужчине. Но, независимо от того, откуда он, Криспину будет нужно его покормить.
Он возвращает наличность в кульки и туго затягивает шнурки. Рюкзак для него слишком большой. Он возьмёт только деньги.
У порога Криспин бросает взгляд назад. Свет создаёт в мёртвых глазах иллюзию жизни. Отражённые огоньки пляшут на его безжизненном лице, и создаётся впечатление, что наркоман сделан из стекла, а источник света находится внутри него.
Когда они возвращаются через огромный склад, пёс останавливается, чтобы обнюхать одну из заплесневевших игральных карт, лежащих на полу. Это бубновая шестёрка.
Когда Криспин проходил здесь раньше, четыре шестёрки лежали в этом месте, по одной каждой масти.
Он осматривает комнату, погруженную во тьму, смотрит в одну сторону и в другую, направляя туда фонарик. Никто не появляется. Никаких угрожающих голосов. Кажется, они с собакой здесь одни.
Светодиодный луч, скользящий дугами по замусоренному полу, не может обнаружить пропавшие шестёрки.
Снаружи небо на западе малиновое, но сумерки в целом имеют пурпурный оттенок. Большая часть неба кажется фиолетовой.
В зоомагазине на Монро-Авеню он покупает ошейник и поводок. Теперь ошейник у пса будет одет постоянно, и он не будет выглядеть как бездомный. Криспин будет использовать поводок только на людных улицах, где есть риск привлечения внимания служащих, отвечающих за контроль над животными.
Также он покупает рожковое печенье, расчёску с металлическими зубцами для ухода за шерстью и складную миску для воды.
Он привязывает пса к фонарному столбу у магазина спортивных товаров и оставляет его на время, пока заходит внутрь и покупает рюкзак такого размера, какие дети используют для переноса книг в школу и обратно. Он кладёт в рюкзак кульки с деньгами и покупки из зоомагазина.
Их обед состоит из хот-догов, купленных в уличном ларьке. Мальчику кола, псу — вода из бутылки.
Криспин минуту или две разглядывает витрины магазина новинок, специализирующегося на всякого рода фокусах и играх. Он решает купить колоду карт, хотя и не знает, зачем.
Когда Криспин начинает привязывать пса к стойке для велосипедов, владелец магазина открывает дверь, вызывая мелодичный звон колокольчика, подвешенного над дверью. Он говорит:
— Входи, мальчик. Собакам здесь рады.
Владелец магазина — пожилой мужчина с седыми волосами и густыми белыми бровями. Глаза у него зелёные, и они сверкают как блёстки. На разных пальцах у него надето шесть колец, все зелёные, но не блестят, как глаза.
— Как зовут твою дворнягу? — спрашивает старик.
Шеридан Ричард Бринсли
— У него ещё нет имени.
Писарро
— Никогда не оставляй животное без имени, — утверждает он. — Когда у него нет имени, у него нет защиты.
— Защиты от чего?
— От какого-нибудь тёмного духа, который может в нём поселиться, — отвечает старик. Он улыбается и подмигивает, но что-то в его весёлых глазах подсказывает, что он не шутит. — Мы закрываемся через пятнадцать минут, — добавляет он. — Тебе помочь что-нибудь найти?
Через несколько минут, когда Криспин оплачивает колоду карт, из подвала поднимается белокурая женщина и проходит через открытую дверь с большой, но, судя по всему, не тяжёлой коробкой с товарами. Её улыбка такая же тёплая, как и у мужчины, который, вероятно, приходится ей мужем.
Увидев собаку, она останавливается, поднимает голову и говорит:
— Молодой человек, у твоего пушистого друга такая аура, которая не сравнится с аурой праведного архиепископа.
Криспин не понимает, что она имеет в виду. Но застенчиво благодарит.
Ричард Бринсли Шеридан
Когда женщина начинает выставлять принадлежности для фокусов, а старик, у которого было множество колец, рассказывает другому покупателю о трёхмерном паззле, Криспин совершает смелый поступок, удивительный даже для него самого. Он проходит с псом через открытую дверь и спускается по ступенькам в подвал, незамеченный хозяевами магазина.
Писарро
Трагедия в пяти действиях
Внизу располагается кладовая комната с рядами отдельно стоящих металлических стеллажей, переполненных товарами. Там же находится небольшая уборная с мойкой и туалетом.
Перевод Надежды Вольпин
Мальчик с собакой находят убежище за последним рядом стеллажей. Здесь их не видно с лестницы.
ПОСВЯЩЕНИЕ
Криспин не беспокоится о том, что пёс может залаять и обнаружить их присутствие. Каким-то непостижимым образом он уже знает, что они с ним действуют синхронно. Он отцепляет поводок от ошейника, свёртывает его и убирает.
Той, чье одобрение этой драмы и чья искренняя радость по случаю ее успеха у публики были для меня и дороже и приятнее самого успеха, - посвящаю эту пьесу.
Через некоторое время свет, идущий сверху лестницы, выключается. Дверь закрывается. В течение нескольких минут наверху слышны шаги, но вскоре воцаряется полная тишина.
Ричард Бринсли Шеридан
Они ждут в темноте до тех пор, пока не убеждаются, что магазин закрыт на ночь. Наконец, они идут обратно через кладовую комнату, вдоль металлических стеллажей, к подножию лестницы.
ОТ АВТОРА
Криспину ничего не видно, а пёс, возможно, что-то различает. Мальчик пытается нащупать выключатель в нижней части лестницы. Пёс, стоя на задних лапах, находит его первым, и верхние лампы загораются.
Так как два опубликованных перевода пьесы Коцебу \"Испанцы в Перу\" получили, насколько мне известно, широкое распространение, у публики есть полная возможность вынести свое суждение о достоинствах и недостатках драмы, поставленной театром Дрюри-Лейн.
На одной из полок Криспин находит стопку голубых стёганых мягких одеял. Он делает из них кровать на полу в углу.
Криспин снимает резинки со свёртков наличности, складывает разглаженные купюры в три стопки по их достоинству, даёт псу несколько кусочков печенья из тех, что купил в магазине.
1799 г.
Вместе они считают своё состояние. Криспин объявляет сумму — «Шесть тысяч семьсот пятьдесят пять долларов» — и собака, кажется, согласна с его математикой. Он снова скручивает деньги в тугие свёртки и возвращает в кульки.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Они не умрут от голода. С такими деньгами они могут длительное время скрываться, перемещаться каждую ночь в новое прибежище.
Аталиба - царь Кито.
Измождённый, мальчик ложится на спину в куче одеял. Пёс сворачивается перед ним, кладёт голову на живот мальчика.
Ролла |
Криспин нежно почёсывает у пса за ушами.
} его полководцы.
Когда на него находит сон, мальчик думает о мёртвом наркомане, раззявленном рте и зубах, жёлтых в свете свечей. Его кидает в дрожь, но она уступает место усталости.
Алонсо |
Кора - жена Алонсо.
Во сне младший брат Криспина лежит на длинном столе из белого мрамора. Его руки и ноги закованы в стальные кольца. В рот втиснуто твёрдое зелёное яблоко, растягивающее челюсти до боли. Яблоко удерживается на месте эластичным ремнём, который надёжно завязан на затылке. Его зубы вгрызаются внутрь фрукта, но он не может откусить его и выплюнуть кусочки.
Орано - перуанский офицер.
У поднятого кинжала удивительное извивающееся лезвие.
Писарро - предводитель испанцев.
Как сверкающая жидкость, свет переливается вдоль острия.
Эльвира - любовница Писарро.
Мышцы на шее брата Криспина туго натянуты. Артерии надуты и пульсируют, как будто сердце прогоняет большие волны крови через его тело.
Альмагро |
Яблоко заглушает его крики. Кажется, он также задыхается от избытка собственной слюны.
Гонсало |
Криспин просыпается в поту, выкрикивая имя своего брата: «Харли!»
} соратники Писарро.
Мгновение он не понимает, где находится. Но затем осознаёт, что он под магазином магии и игр.
Давилья |
Ты можешь вернуть назад то, что было сделано, и всё ещё спасти их.
Гомес |
Эти слова пролетают шёпотом у него в голове, но это больше похоже на принятие желаемого за действительное.
Вальверде - секретарь Писарро.
Лас-Касас - испанский священник.
Когда ужас отступает, он знает, что нашёл идеальное имя для пса. Это имя, которое защитит животное от любого злого духа, который захочет в него войти.
Слепой старик.
— Харли, — повторяет Криспин спокойно. Он называет пса так же, как и потерянного брата. — Харли.
Мальчик.
Пёс нежно, но настойчиво лижет его руку.
Оросембо - старый кацик.
Слуга Оросембо.
3
Часовой.
Спустя все эти годы…
Перуанские воины, жрецы и жрицы Солнца, перуанки, испанские офицеры и
Ночь прохладная, небо глубокое, звёзды чёткие как остриё кинжала.
солдаты и другие.
В свои двенадцать лет Криспин сильнее и крепче всех своих ровесников. Его чувства обострены, как и его интуиция, как будто немного острых собачьих чувств передалось ему от связи с четвероногим Харли.
Место действия - Перу.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Этой октябрьской ночью улицы наполнены гоблинами и ведьмами, вампирами и зомби, привлекательными цыганками и супергероями. Одни скрываются за масками, которые выглядят как разные мерзкие политики, другие одевают морды хитрых свиней, красноглазых козлов и змей с раздвоенными языками.
КАРТИНА ПЕРВАЯ
Эти люди идут на вечеринки в бедные гостиные, скромные клубы для рабочих и танцевальные залы старых отелей, которые не могут провести настолько же прибыльную для них ночь при существующей экономике, как могли себе позволить на Хэллоуин ещё три года назад.
Роскошный шатер рядом с палаткой Писарро. В одном углу шатра мы видим спящую под балдахином Эльвиру. Входит Вальверде, смотрит на Эльвиру, опускается на колени и хочет поцеловать ее руку. Эльвира проснулась, встает, глядит на
В этом районе низшей прослойки среднего класса Криспин чувствует себя достаточно защищённым для прогулки по улицам, наблюдая за зрелищами, наслаждаясь костюмами, суетой и украшениями. Хэллоуин быстро превращается в один из самых больших праздников года.
него в негодовании.
Люди, которых он боится, не из этого окружения. Они не снизойдут до этих улиц для участия в празднествах. Они предпочитают более дорогое и экзотическое, чем всё, что можно получить здесь.
Эльвира. Наглец! Ты по какому праву нарушаешь короткий сон, которым истомленная моя душа так редко может позабыться в этом шумном стане? Что ж, рассказать мне твоему господину об этой дерзкой измене?
Прошло три месяца с самой последней случайной встречи с ними. Они почти поймали его в старой начальной школе, обшитой досками для защиты от полного разрушения.
Вальверде. Я слуга Писарро - в этом ты права; он верит мне, и я хорошо его знаю. Потому и спрашиваю: каким волшебством он покорил твое сердце? Какой проклятой силой удерживает твою любовь?
Он совершил ошибку, проведя слишком много ночей на одном месте. Когда он находится в движении, им намного сложнее его обнаружить.
Эльвира. И это говорит доверенный секретарь Писарро?
Криспин не знает, почему слишком долгое нахождение на одном месте приводит его к риску. Как будто его запах становится более концентрированным, когда он задерживается в одном месте.
Вальверде. Низкого рожденья! Груб в обращении и грубого ума! Жестокий, неотесанный, хотя, где надо, сдержанный и хитрый. Смолоду - дерзкий, в зрелости - злой. Пират, поддерживаемый законом... Люди в его глазах, что скот, весь мир - добыча! И вот он возведен в испанские герои - первый среди испанских завоевателей! Да, ради рыцаря, столь безупречного, Эльвире вполне пристало бросить знатную свою семью, благородное имя и родной очаг, чтобы сносить капризы, делить опасности и преступления-любовника такого, как Писарро!
Он знает легенду о странствующем иудее, который предал Христа в день распятия и затем был приговорён всю жизнь блуждать по миру без отдыха. Говорят, этот приговор был на самом деле актом милосердия, потому что дьявол не может найти и овладеть человеком, раскаяние которого приводит его к бесконечным скитаниям в поисках возможностей для отпущения грехов.
Эльвира. Ого! Вальверде читает мне мораль! Но пусть я - заблудшая, что можно мне поставить в упрек? Ослепление, страсть - назови, как захочешь; а что привязало тебя к недостойному, презренному этому вождю? Грязная нажива вот твоя цель, низкий обман - твое средство! Когда бы мог, ты и мной овладел бы, но лишь в расчете усилить свое влияние на Писарро. Я знаю тебя!
Постоянным попутчиком Криспина был не только хороший пёс, но и раскаяние. Что он не мог спасти собственного брата. Что он не мог спасти свою маленькую сестру. Что он так долго не замечал истинной сущности их отчима и предательства их нелюбящей матери.
Вальверде. Клянусь, ты неправа: вини, в чем хочешь, перед тобой я чист. Но смейся, издевайся, тешь свой легкий нрав, пока не поздно: печальный час надвигается, и боюсь, слишком быстро.
Эльвира. Вальверде еще и пророк!
Сейчас они с Харли проходят двухэтажное здание из тёмно-жёлтого кирпича, в котором расположено отделение VFW.
[3] Строение будто бы трясётся и изгибается волнами от приглушённого бэкбита
[4] оркестра, играющего старую битловскую мелодию, кажется, что такой рок-н-ролл не может сдерживаться внутри без риска взрыва.
Вальверде. Эльвира, выслушай! Позор недавнего поражения, жажда мести опять привели Писарро сюда, в Перу. Но поверь, он слишком полагается на собственные силы и склонен недооценивать противника. Здесь, в чужой стране, где ни страх, ни подкуп не приведут в наш лагерь ни одного сторонника, - на что нам надеяться здесь? Армия ропщет под гнетом растущих лишений, пока Писарро убирает в мишуру награбленных богатств свой шатер веселья и роскоши, и наши силы убывают с каждым днем.
Волна смеха, дребезга и громкой музыки разносится по тротуару, где двое мужчин, доставая пачки сигарет из карманов, толкают дверь и выходят наружу покурить. Один из них одет как пират. На другом смокинг, ненастоящая козлиная бородка и пара рогов.
Эльвира. Разве павшие не оставляют вам наследства?
Они бросают взгляд на Криспина. Дьявол извлекает огонь из бутановой зажигалки.
Вальверде. А разве грабеж и добыча - единственная наша цель? Разве в них - честолюбие Эльвиры?
Мальчик отворачивается от них. Он укорачивает поводок до ошейника и прижимает пса к себе.
Эльвира. Нет, сохрани господь. В моих глазах презренны и побуждения ваши, и средства, и цели. Но я не положусь ни на кого из вас: во всем вашем войске нет никого, кто обладал бы сердцем, кто говорил бы от души. Исключение одно - старик Лас-Касас.
На расстоянии пятидесяти ярдов или около того от отделения VFW он осмеливается кинуть взгляд назад, не исключая, что мужчины следуют за ним. Они остались там, где он их видел раньше, дым клубится из их ртов, как будто их души сгорают в огне.
Вальверде. Он? Фанатик противного толка - и худшего.
В конце квартала расположен ночной клуб «Нарцисс». Курильщики снаружи не околачиваются. Окна представляют собой полупрозрачные зеркала, через которые не видно того, что расположено внутри.
Эльвира. О, когда б я знала раньше этого доблестного человека, моя судьба была бы совсем другой!
Высокий мужчина стоит рядом с такси. Он помогает женщине выйти из машины.
Вальверде. Не сомневаюсь. Тогда Писарро не так легко бы совратил тебя! Прости, но я и по сей день не надивлюсь.
Его тёмные волосы заглажены назад. На щеках румяна, губы ярко-красные. Лицо разрисовано как у куклы чревовещателя, с выделяющимися морщинами от носа к уголкам рта. Макияж женщины был под стать макияжу мужчины.
В нескольких местах к их белой одежде прикреплены толстые чёрные шнурки, оборванные по краям. Их костюмы не похожи на кукол чревовещателя, они больше смахивают на марионеток, освободившихся от кукловода.
Эльвира. Вальверде, слушай... Когда впервые чистая моя мечта проснулась для любви, Писарро был кумиром моей родной страны. Подумай: самоучка, обязанный во всем лишь самому себе, он сам пробился, возвысился и стал героем. А я - я создана была такой, что покорить меня могли только величие и слава. Каждому известно: когда Писарро в легком судне отчалил от Панамы, с ним не было и сотни сторонников. Прибыв на остров Галло, он шпагой провел на песке черту и сказал: \"Переступи, кого пугает мысль идти с вождем на смерть или к победе\". Осталось тринадцать человек, и герой твердо стал во главе. В ту минуту, когда я услышала этот рассказ, сердце мое вскричало: \"Писарро мой властелин!\" Что разглядела я после, что передумала, выстрадала, об этом я рассказала бы тебе, когда б ты был достоин моего доверия.
Мужчина говорит Криспину: «Какая хорошенькая собачка», а женщина произносит: «Твоя сестра такая сладкая на вкус».
Вальверде. Я и не требую. Но несомненно, пока Алонсо де Молина, недавний воспитанник и друг нашего полководца, стоит во главе неприятельских сил, Писарро не победит!
Совершенно случайная встреча, но тебя могут и убить случайно, так же легко, как и по чьему-нибудь плану.
Звуки труб за сценой.
Пёс бежит, мальчик бежит, мужчина хватает мальчика за куртку, поводок вырывается из его руки, и мальчик падает…
Эльвира. Тише! Он идет. Держись храбрее. Как смущенно смотрят вражда и тайна! Живо сделай честное лицо... если можешь.
Писарро (за сценой). Закуйте в цепи и караульте. Я сам его допрошу.
Входит Писарро. Вальверде кланяется, Эльвира смеется.
4
Писарро. Чему ты улыбаешься, Эльвира?
До того, как Криспин пустился в бега…
Эльвира. Плакать и смеяться без причины - одна из жалких привилегий бедных женщин.
Он живёт с младшим братом Харли и маленькой сестренкой Мирабель. Все они делят дом с мамой Клареттой.
Писарро. Эльвира, ты мне объяснишь причину, я так решил!
У всех детей разные отцы — много мужчин соблазнили их мамочку.
Эльвира. Тем лучше. Люблю решительность - и я решила не объяснять. Однако из наших двух решений мое надежнее: оно зависит от меня самой, твое же - от другого.
Кларетта настолько красива, что один из её очередных бой-френдов — один из богатеньких — говорит Криспину:
Писарро. Фу! Что за чушь!
Вальверде. Эльвира смеялась над моими опасениями, что...
— Малыш, твоя мама похожа на волшебную принцессу из мультфильма-сказки, она может очаровать королей и принцев, даже заставить животных, деревья и цветы потерять голову и петь для неё. Но я никогда не видел мультяшную принцессу, которая бы смолила как сапожник.
Писарро. Над опасениями?
В это время Криспину семь лет. Он понимает ту часть, которая про принцев, животных, деревья и цветы. Пройдут годы перед тем, как он узнает, что значит «смолить как сапожник».
Вальверде. Да, что Алонсо с его искусством и талантом так обучит армию врага, так укрепит...
Их мать соблазняет многих мужчин не потому, что их красота соответствует её, а за то, что они способны сделать для неё. Она говорит, что у неё дорогостоящие вкусы, и что её «мелкие ублюдки» — это билет в хорошую жизнь.
Писарро. Алонсо! Изменник! Как я любил этого человека! Благородная мать еще мальчиком вверила его моему покровительству.
Каждый из их отцов — мужчина с высоким положением, для которого наличие мелкого ублюдка являлось бы не только помехой, но также подрывным фактором, который может разрушить их брак и привести к дорогостоящему разводу.
Эльвира в задумчивости расхаживает по сцене.
За указание в каждом свидетельстве о рождении информации о том, что отец неизвестен, Кларетта получает единовременную выплату наличными значительного размера и чуть меньшее ежемесячное жалование. Дети живут хорошо, хотя далеко не настолько хорошо, как их мать, потому что она тратит значительно больше денег на себя, чем на них.
Он пировал за моим столом, спал в моем шатре. Я разглядел в нем первые ростки таланта и доблесть, окрепшую вместе с ними. Я часто ему рассказывал о наших ранних похождениях, о том, сквозь какие пробились мы бури, какие опасности преодолели. Когда я говорил ему, как высадились мы на незнакомой земле, как потом в трудах и голоде, в раздорах и лишениях редели с каждым днем наши ряды, как в тесном вражеском кольце, непоколебленный, я выстоял, шел твердо к цели, укреплял свою власть, невзирая на тайный ропот и на прямой мятеж, и с оставшейся горстью верных пришел наконец к победе... Когда, говорю, я рассказывал об этом юноше, Алонсо со слезами счастья и восторга кидался мне на шею и клялся, что у него только одна честолюбивая мечта - идти до гроба за таким вождем.
Однажды ночью она употребляет слишком много лимонной водки и кокаина. Она настаивает, чтобы восьмилетний Криспин крепко обнял её в кресле.
Вальверде. И что же разорвало привязанность, так возникшую?
Он хотел бы оказаться в любом другом месте, только не в её слишком цепких руках и не в радиусе действия её экзотического дыхания. Когда она в таком состоянии, её объятия кажутся паучьими, и, несмотря на проявления её любви, ему кажется, что с ним произойдёт что-то ужасное.
Писарро. Ее убил Лас-Касас. Он обольстительной силой, ханжескою проповедью человечности зажег в душе Алонсо новый жар, который побудил его, как говорит этот мальчишка, преступить закон отечества ради законов человеческого сердца.
Затем она говорит ему, что он должен быть благодарным, что она так умна, хитра и так упряма. Другие женщины, которые зарабатывают себе на жизнь, давая жизнь мелким ублюдкам, рано или поздно становятся участниками хорошо спланированного несчастного случая или жертвами будто бы случайного акта насилия. Богатые мужчины не любят, когда их дурачат.
Вальверде. Да. Предатель тебе изменил, перешел к перуанцам и стал врагом Писарро, врагом Испании.
— Но я слишком быстрая, яркая и умная для них, Криспи. Никто не заберёт у тебя твою мамочку. Я всегда буду здесь. Всегда-всегда.
Писарро. Но сперва неустанными уговорами он силился отклонить меня от цели, выбить меч из уверенной этой руки. Он без конца говорил о гуманности и справедливости, он называл перуанцев невинными, безобидными нашими братьями.
Проходит время, и наступает изменение…
Вальверде. Их?.. Закоснелых язычников - нашими братьями?
Изменение зовут Джайлз Грегорио. Другие мужчины Кларетты на его фоне кажутся нищими. Своё состояние он получил по наследству, и оно настолько огромное, что почти безмерное.
Писарро. Но когда безумец увидал, что слезы увещаний, которыми он обливал мою грудь, падают на кремень, он сбежал и перешел в лагерь врага: затем, употребив во зло познания, полученные им в школе Писарро, мальчишка насадил среди новых союзников такую военную дисциплину, так умело повел их, что вскоре разбил меня наголову - признаюсь в этом со стыдом - и заставил позорно покинуть этот край.
Джайлз владеет роскошным жильём по всему миру. В этом городе он живёт в верхней части Шэдоу Хилл, прямо через улицу от сказочного «Пендлтона». Его особняк, «Терон Холл», не такой большой, как «Пендлтон», но всё равно приличный: пятьдесят две комнаты, восемнадцать ванн и лабиринт из коридоров.
Вальверде. Но час отмщения настал.
Когда Джайлз намеревается остаться в городе, двадцать слуг приезжают туда за неделю до этого и готовят дом. Среди них — один из его персональных шеф-поваров, младший дворецкий и младший слуга.
Писарро. Настал. Я возвратился с удвоенною силой, и дерзкий юноша узнает скоро, что Писарро жив и помнит, благодарный, чем он обязан своему ученику!
Через две недели после того, как Кларетта встречает мультимиллиардера, снова крепко обнимая своего старшего сына, снова под чарами лимонной водки, она говорит о замечательном будущем.
Вальверде. Но неизвестно, жив ли сам Алонсо.
— Я изменила свою бизнес-модель, Криспи. Больше не будет мелких ублюдков. Не будет, не будет. Мамочка собирается стать богаче, чем когда-либо мечтала.
Писарро. Известно: жив. Нами только что захвачен в плен его оруженосец: там, по его словам, двенадцать тысяч, и ведут их Алонсо и перуанец Ролла. Сегодня они свершают торжественное жертвоприношенье на своих безбожных алтарях. Мы нападем на них врасплох, и приносящий жертву станет жертвой сам!
Всего через неделю, спустя три недели после того, как Джайлз встретил Кларетту, они поженились на закрытой церемонии, доступ на которую был настолько ограничен, что на ней даже отсутствовали трое её детей. На самом деле, наблюдая за прибывающими посетителями через высокое окно, Криспин думает, что в «Терон Холл» пришло менее двадцати человек в этот день, при этом среди свидетелей венчания прислуги было больше, чем гостей.
Эльвира. Бедные! Собственной кровью оросят они свои алтари!
Тогда Криспину было девять, Харли семь, Мирабель шесть лет.
Писарро. Вот именно!
За сценой звуки труб.
Он со своими младшими братом и сестрой на протяжении торжества находятся взаперти в гостиной на втором этаже, где они засыпаны изумительными новыми игрушками, угощаются любыми любимыми блюдами, а следит за ними нянюшка Сэйо из Японии. Изящная и милая, с мягким музыкальным голосом, нянюшка Сэйо легко смеётся, но любая проверка её власти встречается недовольством сторонницы строгой дисциплины.
Эльвира, удались!
После свадьбы всё множество прислуги в «Терон Холле» относится к детям вежливо, они даже проявляют чувство привязанности. Но Криспину кажется, что когда эти люди улыбаются, выражение их глаз не совпадает с изгибами их губ.
Эльвира. Почему я должна удалиться?
Жизнь всё ещё хороша. О, она великолепна.
Писарро. Потому что здесь собрались мужчины обсудить мужские дела.
Дети едят только то, что хотят.
Эльвира. Да! Мужчины! Мужчины! В вас нет благодарности, нет человечности.
Они идут в постель только тогда, когда пожелают.
Вальверде отходит в сторону.
Каждый встаёт по своим собственным часам.