Гэмей бросилась к коллегам и повисла на их плечах.

– Это мои друзья, Мак и Сэнди. – Траут показал на запыхавшихся коллег. – С остальными познакомлю позже. У вас есть какая-нибудь лодка?

– Нет, мы сожгли за собой все мосты, – спокойно ответил Остин. – Но видели возле острова какой-то сторожевой катер. Ты не знаешь, случайно, где стоянка?

– Я могу лишь догадываться. – Траут насторожился и поднял руку в предостерегающем жесте. – Думаю, нам нужно поскорее удирать.

Остин тоже услышал странный звук, отдаленно похожий на завывание ветра в высоких кронах деревьев.

– Что это? – спросил он и снова прислушался. – Такое впечатление, что стая волков преследует оленя.

– Если бы, – угрюмо буркнул Траут. – У вас есть оружие?

– Только пистолеты.

Завывание становилось все громче. Траут внимательно посмотрел назад на дорогу.

– Стреляйте во все, что движется, – сказал он без каких бы то ни было объяснений. – В особенности по тем, у кого сверкающие красные глаза.

Только сейчас Остин и Завала вспомнили морду того монстра, в которую вглядывались, пытаясь понять причины гибели спасателей, и не заставили себя долго убеждать.

Траут тем временем схватил Гэмей за руку и припустил дальше, показывая жестом, чтобы остальные следовали за ним. Остин и Завала остались замыкающими и приготовились к отражению атаки.

Они бежали молча минут пятнадцать, подгоняемые ужасным воем преследующих их существ, пока наконец не увидели свет в окнах барака, где должны были находиться патрульные со сторожевого катера. Злобный вой был уже так близок, что можно было без труда различить голоса отдельных преследователей. Еще через несколько минут он стал таким сильным, что его услышали даже находившиеся в бараке охранники. Двое выскочили во двор и вскинули автоматы, а беглецы в это время обошли вокруг барака и быстро направились к причалу, где в темноте виднелся патрульный катер.

Напуганные до смерти охранники увидели на дороге темные тени и закричали, что будут стрелять, если те не остановятся. Потом один из них бросился в здание и позвал на помощь еще двоих охранников с автоматами. Один, вероятно, спал, так как выбежал во двор в одном нижнем белье, а второй – с огромной курчавой бородой – лихорадочно натягивал форму.

– Похоже, полковник Стрега решил сделать нам подарок, – недовольно проворчал он, с трудом справляясь с одеждой.

Его коллеги заржали, но в ту же минуту смех превратился в вопль ужаса – злобное завывание раздавалось совсем рядом. Казалось, ужасный вой доносился со всех сторон. Люди сгрудились в одну кучу, выставили вперед автоматы и в панике уставились на сверкающие в темноте красные угольки.

Первым не выдержал бородач. Он вскинул автомат и выпустил в темноту длинную очередь. Последовавшие за этим вопли и рычание свидетельствовали о том, что некоторые пули попали в цель, но они же послужили сигналом для начала атаки. Огромные животные с горящими красными глазами набросились на одетых в униформу охранников практически со всех сторон, не оставив им никаких шансов.

Пока возле барака шла кровавая расправа, Траут с друзьями подбежали к катеру. Остин первым прыгнул на палубу и завел двигатель, после чего вернулся и стал помогать остальным, поддерживая их за руки. А со стороны причала им помогал Маклин. Когда все были уже на палубе, шотландец собрался прыгнуть туда сам, но в этот момент со стороны барака послышались выстрелы, и он тяжело осел.

Стрелял полуодетый охранник с разлапистой бородой, который со всех ног мчался от барака к катеру, размахивал руками и поливал огнем все вокруг. То, что он не успел напялить форму, вероятно, помогло избежать печальной участи, которая постигла его товарищей. Остин прицелился и выстрелил в него из пистолета, но промахнулся. Охранник не ожидал ответного удара и на какое-то мгновение замер на месте, но быстро пришел в себя, встал на колено и тщательно прицелился.

Рядом с Остином громыхнул выстрел, от которого у него заложило в ушах. Гэмей слыла отличным снайпером, но на сей раз даже она не смогла поразить цель с первого раза. Пуля вонзилась в левое плечо охранника, и на какое-то мгновение бородач потерял равновесие. Вскрикнув от боли, он схватился рукой за раненое плечо, а потом снова прицелился в беглецов.

Оглушенный громким выстрелом над ухом, Остин одним прыжком прикрыл собой группу людей и одновременно стал целиться в него из пистолета. Однако потребность в стрельбе отпала сама собой, – позади охранника показалась стая разъяренных животных Они налетели на него так быстро, что он даже автомат развернуть не успел.

Остин не стал дожидаться развязки, а быстро спрятал пистолет в кобуру, потом схватил раненого Маклина и перетащил на палубу. В этот момент одно существо отделилось от стаи и, прихрамывая, направилось к катеру. Гэмей подняла пистолет, чтобы прикончить монстра, но стоявший рядом Траут перехватил ее руку. Несмотря на темноту, он узнал в этом животном то самое существо, которое фактически спасло ему жизнь в «зоопарке».

– Не надо, он ранен, – сказал он жене.

Грудь звероподобного существа была покрыта огромным красным пятном крови. Оно продолжало ковылять в сторону катера, а потом остановилось и посмотрело на Траута грустными глазами. По всей вероятности, рана была серьезной – существо пошатнулось, сделало несколько шагов вперед, а потом замертво рухнуло на палубу катера.

Остин приказал Трауту стать у штурвала, а сам склонился над раненым Маклином. Гэмей сбросила на причал швартовые канаты, и через секунду они вырулили в открытое море. Катер мчался на полной скорости, оставляя позади ужасный остров с выпущенными на свободу кровожадными существами. Когда причал был уже далеко позади, Траут передал штурвал Гэмей, а сам поспешил на помощь Маклину. Все почтительно расступились, давая ему возможность осмотреть рану. Остин подложил под голову Маклина скомканный спасательный жилет и пытался помочь смертельно раненному ученому.

– Он хочет поговорить с тобой, – сказал Остин, увидев рядом с собой Траута.

Траут опустился на колени перед умирающим другом.

– Нам удалось уйти, Мак, – тихо прошептал он. – Не волнуйся, мы доставим тебя к врачам, и они быстро поставят тебя на ноги.

Маклин улыбнулся, а в уголках его губ показались две струйки крови.

– Не надо обманывать старого шотландца, дружище, – с трудом выдавил он.

Траут хотел было что-то ответить, но тот приподнял вверх ладонь.

– Не надо ничего говорить.

Ученый в последний раз собрался с силами и поднял глаза на Траута.

– Формула, – едва слышно произнес он.

– Что «формула»?

Но Маклин уже смотрел остекленевшим взглядом.

Глава 34

«Гертруда» вышла проводить сторожевой катер. Подводная лодка перехватила сигнал выходящего из бухты катера и вышла навстречу ему примерно в миле от острова. Первым лодку заметил Завала. Он светил вокруг мощным фонарем, чтобы нечаянно не нарваться на скалы, и вдруг увидел впереди высокую башню подводного аппарата. Сперва он подумал, что это кит или какое-нибудь другое морское животное, но, заметив металлический блеск башни, сразу догадался, что перед ним.

Подводная лодка шла за катером около ста футов, затем погрузилась под воду и отправилась на обычное дежурство вокруг острова. А на сторожевом катере в это время никто даже представить себе не мог, как близко они были от катастрофы. Вернувшись на командный пункт. Макс послал «Гертруду» для преследования только что удравшего сторожевого катера и приказал использовать все четыре торпеды. Он подготовил соответствующий приказ и уже был готов нажать кнопку «ОГОНЬ», когда в его горло вцепилось красноглазое чудовище.

А сторожевой катер продолжал свой путь еще полчаса, пока наконец Остин не запросил помощи у береговой охраны. Через несколько минут сторожевое судно «Скапа» Британской береговой службы приняло сигнал тревоги и помчалось в указанный квадрат со скоростью не менее тридцати узлов в час. По опыту шкипер береговой охраны судна решил было, что сигнал тревоги подан с борта какого-нибудь рыболовецкого траулера. Но когда капитан Джон Брюс увидел в луче прожектора странный катер, он подумал, что ничего подобного никогда не было вокруг Оркнейских островов. А самыми странными на этом судне оказались его пассажиры.

Капитан Брюс быстро прикинул в уме, что длина катера составляла не менее тридцати футов, а пассажиры на его борту были одеты в какую-то странную униформу. Капитан не знал ни одной расположенной поблизости тюрьмы, но по виду эти люди явно напоминали заключенных и поэтому не могли не вызвать подозрений. Опыт капитана Брюса приучил его к осторожности. Именно поэтому он приказал своим людям находиться рядом и на всякий случай держать поближе оружие.

Как только патрульное судно приблизилось к странному катеру, Брюс поднес к губам мегафон и громко заявил:

– Пожалуйста, назовите себя.

Широкоплечий мужчина с суровыми чертами загорелого лица и седыми волосами отделился от группы и помахал, чтобы привлечь к себе внимание.

– Курт Остин, Национальное агентство подводных исследований, – громко объявил он, стараясь перекричать шум двигателей. – Эти люди страдают от истощения и переохлаждения. Вы можете помочь нам выбраться отсюда?

Капитан Брюс, конечно же, слышал об агентстве НАПИ и даже несколько раз встречал в море специальные суда этой далекой американской научной организации, но все же решил сохранять бдительность, несмотря на искренний тон незнакомца. Тем более что эти измученные люди на борту катера совершенно не походили на исследователей, которых ему доводилось видеть на научных судах агентства.

Капитан Брюс был коренастым, приземистым шотландцем, совершенно лысым, со светло-голубыми глазами и квадратным подбородком, который свидетельствовал о твердом и решительном характере его обладателя. Он придирчиво осмотрел судно с кормы до носа и пришел к выводу, что странные люди его не обманывают. Они действительно выглядели уставшими и не обнаруживали абсолютно никаких признаков агрессивности. После недолгих размышлений он дал команду спустить на воду лодку и забрать пассажиров, а своим людям приказал не спускать с них глаз.

Им понадобилось совершить несколько рейсов, чтобы пересадить на сторожевой катер всех пассажиров. Пока люди осваивались на палубе, Брюс еще раз убедился, что они не представляют никакой угрозы. Им сразу же была оказана первая медицинская помощь, потом всем раздали теплые одеяла и провели на камбуз, где дали перекусить и напоили горячим черным кофе.

Последним на палубу сторожевого судна поднялся Остин в сопровождении симпатичной рыжеволосой женщины и двух мужчин, первый из которых был чернокожим и мускулистым, а второй таким высоким, что торчал на лодке, как мачта.

Остин пожал руку капитану береговой охраны и представил своих друзей.

– Это Пол и Гэмей Мортон-Траут, а это Джо Завала, – сказал он, показывая на них. – Мы все сотрудники агентства НАПИ.

– Понятия не имел, что ваше агентство ведет какие-то операции в районе Оркнейских островов, – откровенно признался капитан, пожимая поочередно всем руки.

– Вы, конечно, правы, это неплановая операция, – согласился Остин и, сказав друзьям, что присоединится к ним через несколько минут, повернулся к капитану. – Эти люди побывали в жутком месте и крайне истощены. Кроме того, мы потерялись в этом густом тумане и вынуждены были обратиться за помощью. Сожалею, что побеспокоили вас.

– Ничего страшного, дружище, это наша работа.

– Благодарю. У меня есть к вам еще одна просьба. Не могли бы вы связаться по радио со штаб-квартирой агентства НАПИ в Вашингтоне и передать срочное сообщение Руди Ганну? Скажите ему, пожалуйста, что Остин и все остальные люди с острова в полном порядке и скоро свяжутся с ним.

– Сейчас распоряжусь насчет этого.

– А я не стал бы возражать против кофе и какой-то горячей еды, – с улыбкой сказал Остин и направился на камбуз, небрежно бросив через плечо: – Кстати, там на нашей лодке два трупа.

– Мертвые тела?

– Мертвее не бывает. Не могли бы вы сказать своим людям, чтобы их перенесли сюда, а саму лодку взяли на буксир?

– Разумеется, – кивнул капитан Брюс.

– Еще раз спасибо, капитан. – И Остин, завернувшись в теплое одеяло, как индеец племени навахо, устало побрел на камбуз.

Капитан недовольно поморщился. Он не привык, чтобы посторонние люди командовали на его судне, но потом немного подумал и улыбнулся. За долгие годы работы в береговой охране он приобрел хороший опыт общения с самыми разными людьми. Столь свободная манера поведения этого человека и то, что можно было бы принять за наглость, на самом деле являлись всего лишь проявлением уверенности в себе и своих силах. Он приказал своим людям вытащить из лодки тела и перенести их в амбулаторию. После этого проследил, чтобы лодку взяли на буксир, а сам поднялся на капитанский мостик и отправил сообщение в агентство НАПИ.

Брюс доложил о случившемся береговой охране, и вскоре в динамике послышался взволнованный голос судового врача, который просил капитана срочно спуститься в амбулаторию.

Капитан быстро спустился. В ярко освещенном помещении в нос сразу же ударил странный запах. Врач протянул ему тампон с каким-то маслом, который нужно было приложить к носу. На хирургическом столе лежали два тела в черных пластиковых мешках.

– Возьмите себя в руки, – предупредил врач, расстегивая молнию на одном из мешков.

Капитан Брюс не раз видел трупы, причем иногда в таком жутком состоянии, что другие люди падали в обморок, поэтому его нисколько не удивил едкий запах. Но то, что он увидел в эту минуту, было слишком даже для него. Красное обветренное лицо морского волка мгновенно посерело. Брюс был убежденным пресвитерианином, никогда не пил спиртного и не употреблял бранных слов, но сейчас пожалел, что не научился этому в юности.

– Боже мой, что это? – невольно воскликнул он, уставившись на останки монстра. – Что за зверь такой?

– Похоже на кошмарный сон, – согласился с ним врач. – Никогда не видел ничего подобного.

– А второй такой же? – поинтересовался капитан.

Врач расстегнул молнию на втором мешке. Там лежало тело красивого седовласого мужчины лет за пятьдесят.

– Закрой обоих, – не выдержал капитан, прикрыв руками рот. – Отчего они скончались? – спросил он, когда тот выполнил его приказ.

– Оба погибли в результате огнестрельных ранений.

Капитан Брюс поблагодарил медика и быстро направился в каюту. Спасенные им пассажиры, которые совсем недавно выглядели смертельно испуганными, подкрепившись едой, горячим кофе и небольшим количеством рома, улыбались. Остин сидел в дальнем конце каюты и разговаривал с Полом и Гэмей. Точнее сказать, Остин внимательно слушал, а супруги наперебой рассказывали ему, как попали в плен и в конце концов оказались на острове. Увидев Брюса, Остин добродушно улыбнулся.

– Рад вас видеть, капитан, – сказал он. – Ваше гостеприимство оказалось для нас весьма кстати.

– Приятно слышать, – угрюмо буркнул капитан. – Мистер Остин, я хотел бы поговорить с вами наедине.

Остин заметил суровое выражение лица капитана и сразу же догадался о причине.

– Разумеется.

Капитан повел его в небольшую каюту и жестом пригласил сесть.

– У меня к вам несколько вопросов. Речь идет о трупах, которые мы нашли в вашей лодке. Кто они такие?

– Один из них Маклин – шотландец по происхождению и химик по образованию. Ангус Маклин. Что же касается второго, то я ничего не могу вам точно сказать. Мне сказали, что это мутант, который появился в результате каких-то неудачных научных экспериментов.

– Интересно, какие именно научные эксперименты могли привести к появлению такого чудовища? Он больше похож на дьявола, чем на человека.

– К сожалению, я не знаком с подробностями этого дела.

Капитан сокрушенно покачал головой:

– Кто их застрелил?

– Они были убиты при попытке бежать с острова, где исследователей держали в плену. – Остин доложил капитану местоположение острова и замолчал.

– Тот самый запретный остров? – не поверил капитан. – Я хожу в этих водах более двадцати лет и никогда еще не был там. Что эти люди и вы там делали, ради всего святого?

– Мой коллега из агентства НАПИ Пол Траут, его жена Гэмей и пилот подводного аппарата были захвачены неизвестными и насильственно перевезены на этот остров. А мы с Завалой прибыли туда, чтобы вызволить их из плена. Правда, столкнулись с некоторыми проблемами.

– А кто же их там держал?

– Точно не знаю, но полагаю, мы выясним это, как только вернемся домой.

В этот момент в комнату вошел молодой человек в униформе и протянул капитану несколько свернутых листов бумаги.

– Только что получено, сэр.

– Спасибо, – кивнул Брюс, пробежал глазами текст и протянул его Остину.

Это была информация от Руди Ганна: «Рад, что с вами все в порядке. Когда будут подробности? Руди».

А капитан тем временем прочитал другое сообщение и удивленно вскинул бровь:

– Похоже, мистер Остин, вы большая шишка, как выражаются американцы. Центральное командование Британской береговой охраны связалось с адмиралтейством и все выяснило. Мы должны обращаться с вами предельно деликатно и предоставить в ваше распоряжение все, что пожелаете.

– Как приятно, – улыбнулся Остин. – На британском флоте все еще имеется запас грога?

– Грога у нас, к сожалению, нет, но в моей каюте есть бутылка отличного шотландского виски.

– Сойдет, – кивнул Остин.

Глава 35

Совсем другую встречу устроили сторожевому судну «Скапа», когда оно вошло в док столицы Оркнейских островов города Керкуолл. К моменту прибытия судна на причале в ряд выстроились автобус, катафалк и около двух дюжин людей, облаченных в белые костюмы химической защиты.

Остин, стоя на палубе сторожевого катера вместе с капитаном Брюсом, с удивлением наблюдал за принимающей стороной.

– Это либо команда химзащиты, либо последняя британская мода, – сказал он.

– Насколько можно судить издалека, – грустно улыбнулся капитан, – моей команде не скоро удастся сойти на берег. – Судя по всему, экипажу придется пройти карантин – вдруг обнаружится, что вы и ваши друзья привезли с собой какую-нибудь заразу?

– Сожалею, что доставили вам столько неприятностей, капитан.

– Ерунда, – отмахнулся капитан Брюс. – Ваше появление нарушило служебную рутину. К тому же, как я уже сказал, это наша святая обязанность.

Остин благодарно пожал руку Брюсу и стал спускаться по трапу вместе со своими друзьями. Как только последний из исследователей ступил на берег, им тут же предложили надеть на себя белые пластиковые костюмы, такие же головные уборы и респираторы и проводили в автобус, где попросили ни в коем случае не открывать окна. Трупы тем временем погрузили в катафалк. После непродолжительной поездки прибывших вывели из автобуса и проводили в большое здание красного кирпича, которое когда-то служило складским помещением.

Внутри здания была раскинута огромная палатка, где суетились люди в белых комбинезонах. По всей видимости, здесь расположилась лаборатория по обеззараживанию. Всех, кто побывал на острове, попросили принять душ, а одежду собрали в кучу и отправили в лабораторию. После весьма продолжительного душа всем выдали хлопчатобумажные халаты больничного типа, в результате чего люди стали напоминать пациентов психиатрической лечебницы. Прибывших тщательно обследовали несколько врачей, с ними обращались деликатно, однако довольно решительно.

После обследования Остину и его коллегам по агентству НАПИ вернули одежду, которая к этому времени была выстирана и аккуратно сложена в стопки, и препроводили в небольшое помещение, где стояли стол и несколько стульев. Навстречу входящим из-за стола поднялся мужчина в полосатом костюме.

– Энтони Мейхью, – представился он и предложил всем сесть. У него были тонкие аристократические черты лица и изысканное произношение, свидетельствовавшее о принадлежности к высшему обществу. Мейхью сказал, что является сотрудником МИ-5 – британской контрразведки.

– Оксфорд? – предположил Остин.

– Кембридж, – улыбнулся тот и приступил к делу.

– Полагаю, вы с пониманием отнеслись к навязанной вам процедуре. Приношу извинения за настойчивость наших специалистов. Надеюсь, вам не доставили неудобства. – Мейхью говорил краткими, отрывистыми фразами.

– Ни в малейшей степени, – заверил его Остин. – Тем более что мы действительно нуждались в хорошем душе.

– Пожалуйста, передайте тем людям, которые стирали нашу одежду, чтобы в следующий раз не так сильно крахмалили воротнички наших рубашек, – невинным тоном попросил Завала.

Мейхью захихикал, растянув тонкие губы:

– Непременно. Кстати сказать, организация МИ-5 хорошо знакома с работой команды специального назначения агентства НАПИ, но, как только наше начальство узнало от капитана Брюса о трупах, секретных экспериментах на острове и каких-то загадочных мутантах, они впали в состояние панического страха, как это обычно происходит с любыми государственными чиновниками. Короче говоря, они хотели убедиться, что вы не распространите на Британских островах какую-нибудь опасную заразу.

Остин скорчил недовольную гримасу:

– Не думал, что от нас так дурно пахнет.

Мейхью посмотрел на него отсутствующим взглядом, но вдруг рассмеялся:

– Американский юмор. Я должен был ожидать от вас чего-то подобного. Мне пришлось провести в Штатах несколько лет, и мое начальство было больше обеспокоено не исходящим от меня запахом, а наличием самых настоящих смертельных вирусов.

– Поверьте, мы не помышляли о том, чтобы напустить заразу на наших британских братьев, – улыбнулся Остин. – Прошу вас срочно передать своему начальству, что мы не имеем никакого отношения к биологическому оружию.

– Непременно, – снова пообещал тот и пристально посмотрел каждому в глаза. – Итак, может ли кто-нибудь из вас внятно объяснить, что с вами произошло?

Остин повернулся к Трауту.

– Лучше всего это сделает Пол.

Губы Траута растянулись в грустной улыбке.

– Позвольте мне начать с того, что этот остров совершенно не похож на медицинское учреждение.

После этого ученый довольно подробно поведал агенту обо всех перипетиях пребывания на острове, начиная с того момента, когда их субмарину «Элвин» захватили неизвестные люди с оружием в руках, и заканчивая бегством.

Когда Траут рассказывал о проводившихся на острове экспериментах по извлечению философского камня, Остин ожидал увидеть на лице сотрудника МИ-5 признаки недоверия или замешательства, но ничего подобного не произошло. Вместо этого Мейхью хлопнул рукой по колену и сказал с совершенно не характерной для британца эмоциональностью:

– Все сходится, как перчатки нужного размера! Я всегда подозревал, что за таинственной смертью ученых скрывается нечто большее.

– Боюсь, нам трудно понять, о чем вы говорите, – заметил Остин.

– Извините. Дело в том, что несколько месяцев назад моему департаменту поручили расследовать загадочные происшествия – погибли несколько ученых. Первым был сорокалетний специалист в области компьютерной техники и информационных технологий: он вышел в сад, обмотал себя оголенными электрическими проводами и воткнул вилку в розетку. При этом не было обнаружено никаких личных мотивов для самоубийства.

– Оригинальный поступок, – хмыкнул Остин.

– Да, и это было только начало. Следующим стал ученый-химик, он ехал на машине домой с вечеринки в Лондоне и почему-то упал с моста. Правда, полиция установила, что количество алкоголя в его крови несколько превышало допустимый уровень, однако его друзья в один голос утверждали, что на той вечеринке он вообще ничего не пил. То же самое говорили и родственники, по словам которых бедняга в рот не брал ничего крепче пива: его всегда тошнило от спиртного. В довершение всего следствие установило, что кто-то поставил на его машину старые шины, хотя сам он держал свой «ровер» в прекрасном состоянии.

– Вы меня заинтриговали, – признался Остин.

– О, это не все. Самое интересное впереди. Еще один ученый, тридцати пяти лет, врезался в стену на автомобиле, доверху наполненном газовыми баллонами. Власти поспешили заявить, что произошло самоубийство. Другой молодой человек был найден мертвым под мостом… Его тоже объявили самоубийцей, а доказательством послужили алкогольное опьянение и глубокая депрессия. Однако родственники утверждают, что погибший был глубоко верующим человеком, никогда не злоупотреблял алкоголем и не страдал депрессией. А вот еще один случай. Парень лет двадцати с небольшим привязал один конец нейлонового шнура к дереву, второй обмотал вокруг шеи, сел в машину и нажал на газ. Удавился.

– И сколько подобных случаев вы обнаружили во время расследования?

– Около двух дюжин. И все погибшие были учеными. Остин присвистнул:

– И какая тут может быть связь с проводившимися на острове экспериментами?

– Тогда нам казалось, что никакой. Двое из этих ученых были американцами, поэтому мы обратились за помощью в ваше посольство, а депутаты нашего парламента потребовали проведения полномасштабного расследования, после чего к делу подключили мой департамент. Правда, попросили не поднимать шум и не привлекать к этому делу слишком много сотрудников. Кроме того, мне приказали докладывать о ходе расследования непосредственно в канцелярию премьер-министра.

– Похоже, высшее начальство не испытывало большого желания раскрыть это дело, – предположил Остин.

– Да, у меня сложилось такое же впечатление, – согласился Мейхью. – Я поговорил с родственниками погибших и выяснил, что все ученые недавно работали в какой-то химической лаборатории.

– На бывших хозяев Маклина? – насторожился Траут.

– В точку. Мы долго искали Маклина, потом решили, что он либо погиб, как многие его коллеги, либо каким-то непостижимым образом связан с их смертью. А теперь стало ясно, что он оказался на этом таинственном острове, но, к сожалению, уже мертв. Значит, он все же был связан с этой загадочной лабораторией.

Траут подался вперед на стуле.

– А каков был характер этих исследований?

– По косвенным данным, работа велась в лаборатории на территории Франции, там занимались исследованием особенностей иммунной системы. Очевидно, эта лаборатория принадлежала какой-нибудь крупной транснациональной корпорации, но докопаться до хозяев очень трудно, – все было организовано через множество подставных фирм и офшоров. Нам до сих пор не удалось проследить финансовые корни этой собственности.

– А когда это наконец удастся, – закончил его мысль Остин, – вы предъявите владельцам корпорации обвинение в убийстве.

– По меньшей мере, – кивнул Мейхью. – По мнению доктора Траута, эта корпорация занималась не только устранением «опасных» ученых, но и проведением запрещенных экспериментов над людьми, что привело к появлению мутантов.

– Позвольте мне подвести некоторый итог сказанному, – предложил Остин. – Эта лаборатория нанимала ученых для реализации научного проекта, связанного с получением так называемого философского камня, иначе говоря, эликсира молодости, основанного на добываемом со дна океана энзиме. Судя по всему, исследователи весьма преуспели в производстве вещества, которое позволяет продлить жизнь человека. Именно это открытие стало причиной их гибели. Правда, Маклину удалось сбежать, но хозяева лаборатории все-таки отыскали его и насильно вернули в новую лабораторию, где он занимался завершением работы над этим уникальным средством. Однако в ходе эксперимента произошел сбой, в результате которого на свет появились свирепые мутанты. А Пол совершенно случайно наткнулся на дне океана на их следы и был захвачен для работы в лаборатории.

– Да, все детали сходятся, как в механизме настенных часов, – заключил Мейхью. – Могу я задать вам один вопрос, мистер Остин? Почему вы сразу не передали британским властям эту важную информацию?

– Могу ответить на ваш вопрос своим собственным. Вы поверили бы мне, если бы я ввалился в ваш офис и рассказал жуткую историю про красноглазых демонов?

– Вряд ли, – откровенно признался тот.

– Благодарю за честный ответ. Вы же прекрасно знаете, как проходит информация по официальным каналам: требуются определенное время и тщательная проверка. Конечно, мы понимали, что любое промедление может иметь фатальные последствия. А Пол Траут не просто мой коллега, но еще и давний друг.

– Я вас прекрасно понимаю, – смутился Мейхью. – Я же сказал, что хорошо осведомлен о работе отряда специального назначения вашего агентства и с самого начала понимал, что здесь нечто большее, чем обычная рутинная операция. А этот вопрос я был обязан задать.

– Ваше правительство намерено расследовать события на острове? – вмешалась в разговор Гэмей.

– Да, военно-морское судно уже в пути, – ответил Мейхью. – На борту находится большой отряд морских пехотинцев Королевского ВМФ, они должны высадиться на острове и навести там порядок. Помимо всего прочего, они должны отыскать там упомянутую вами субмарину, опечатать помещения, включая лабораторию, разоружить охранников и нейтрализовать оставшихся в живых мутантов.

– Если исходить из того, что я видел собственными глазами, – заметил Траут, – разоружать там уже практически некого. Почти все охранники были истерзаны мутантами.

После этих слов в комнате воцарилась мертвая тишина. Первым ее нарушил Мейхью:

– Доктор Траут, вы имеете наибольший опыт общения с мутантами. Что вы можете рассказать нам о них?

– Это совершенно дикие существа, чрезвычайно сильные, агрессивные и к тому же каннибалы. Они могут общаться между собой, а если судить по тому, как они захватили остров, где снималось телешоу «Изгои», можно с уверенностью сказать, что они способны планировать свои действия. – Он сделал паузу, вспоминая свои встречи с мутантами в «зоопарке». – Не думаю, что в них уничтожены абсолютно все человеческие качества.

Мейхью загадочно улыбнулся:

– Поразительно. Откровенно говоря, тема исчерпана, но, если вы не против, я хотел бы пообщаться с вами еще несколько минут. У меня есть нечто такое, что я хотел бы показать вам.

Мейхью попросил всех выйти из комнаты, потом долго вел их по длинным коридорам, пока наконец они не вошли в холодное помещение, отдаленно напоминающее медицинскую лабораторию. Посреди комнаты стоял большой металлический стол, ярко освещенный лампами, а на нем лежало тело, накрытое белой полиэтиленовой пленкой. Рядом со столом стоял мужчина средних лет в белом медицинском халате.

Мейхью сделал знак рукой, и врач снял покрывало, открыв перекошенное и покрытое кровавыми пятнами лицо того самого мутанта, который был застрелен на причале. Правда, с закрытыми глазами монстр не казался таким ужасным, как прежде. Только сейчас они сообразили, что мертвое лицо было перекошено не от злобы, а скорее от боли.

– Неплохо выглядит, – прокомментировал Мейхью, глядя на труп. – Во всяком случае, для француза.

– Следует ли это понимать как ваше пристрастное отношение к англичанам, или вы знаете наверняка, что он был французом? – прищурился Остин.

Мейхью улыбнулся и, сунув руку в карман, вынул оттуда тонкую металлическую пластинку с прикрепленной к ней цепочкой. Задумчиво посмотрев на жетон, он протянул его Остину.

– Это было на шее джентльмена. Правда, жетон поистерся от времени, но разобрать текст можно.

Остин повернул пластинку к свету и вслух прочитал: «Капитан Пьер Леван, армия Французской Республики, род. 1885 г.».

– Этот парень, похоже, украл какую-то собачью бирку.

– Я тоже так подумал сначала, – признался Мейхью. – Но проблема в том, что этот медальон действительно принадлежит этому человеку.

Остин недоверчиво посмотрел на лежавший перед ним труп, а потом перевел взгляд на англичанина. Тот никак не напоминал человека, который решил пошутить.

– Хотите сказать, что этому мутанту более ста лет? – спросил Остин внезапно охрипшим от волнения голосом.

– Если быть точным, то ему сейчас около ста двадцати.

– Не может быть, – запротестовал Остин. – И вообще, почему вы так уверены, что это тот самый человек, имя которого обозначено на этой табличке? Миллионы людей до сих пор считаются без вести пропавшими в годы Первой мировой войны!

– Совершенно верно, но армейское командование проделало огромную работу, чтобы сохранить списки погибших и не допустить хаоса в этом деле. Очень часто погибших идентифицировали с помощью сослуживцев, друзей и офицеров. После каждого сражения погибших осматривали специальные подразделения, потом составлялись списки захороненных, и при этом обязательно присутствовал армейский капеллан. Кроме того, существуют карты захоронений. Все сведения о погибших тщательно проверялись медицинскими работниками, соответствующими службами, кладбищенскими чиновниками и так далее и тому подобное. В последнее время вся эта информация была внесена в компьютерную базу данных. Так вот, мы самым тщательным образом проверили и установили, что во французской армии действительно служил капитан Пьер Леван и что он без вести пропал после одного из сражений.

– Да, но на фронтах пропадало много других офицеров.

– Ох уж этот американский скептицизм, – ухмыльнулся Мейхью и, порывшись в кармане, вынул большие карманные часы и протянул их Остину. – Мы обнаружили это в его кармане. Этот монстр когда-то был довольно симпатичным мужчиной.

Остин внимательно осмотрел часы, а потом прочитал выгравированную на обратной стороне футляра надпись:

– «A Pierre, de Claudette, avec amour».[19] – Он щелчком открыл крышку часов и на обратной стороне увидел миниатюрную фотографию молодого парня и красивой женщины.

Через некоторое время он показал часы другим членам агентства НАПИ.

– Ну, что скажете?

Гэмей внимательно осмотрела часы, потом медальон.

– Первое, что я узнала, занимаясь подводной археологией, это то, что с самого начала необходимо точно установить источник происхождения того или иного артефакта. К примеру, монета эпохи Древнего Рима, найденная на кукурузном поле штата Коннектикут, может означать, что ее потерял там какой-то древний римлянин, но это вряд ли будет соответствовать действительности. Скорее всего ее посеял там какой-нибудь коллекционер колониальной эпохи…

Мейхью тяжело вздохнул.

– Возможно, доктору Блеру удастся убедить вас.

– Я тоже не очень-то верю в эту версию, – неожиданно заявил патологоанатом в белом халате. – Мы провели вскрытие этого существа и обнаружили, что клетки тканей его внутренних органов вполне сравнимы с клетками двадцатилетнего парня, однако структура мозга и соединения черепной коробки свидетельствуют о том, что этому человеку было… – он прокашлялся, – э-э-э… более ста лет.

– Значит, работа над созданием эликсира молодости началась намного раньше, чем мы предположили, – сделал вывод Остин.

– Невероятно, но вполне допустимо, – поддержал его Мейхью. – Помнится, в годы Первой мировой войны усиленно распространялись слухи о попытках создания берсеркера[20] – супервоина, который мог врываться в траншеи противника, несмотря на ураганный огонь.

– Вы полагаете, это имеет какое-то отношение к экспериментам по продлению жизни?

– Пока не знаю, – признался Мейхью, прикрывая тело мутанта.

– Бедняга, – пробормотал Завала, разглядывая счастливые лица молодой пары на снимке. – Как много он потерял за эти сто лет.

– Сейчас на поверхности только верхняя часть этого айсберга, – продолжал Мейхью. – Кто знает, сколько людей погибло в ходе ужасного эксперимента и кто еще пострадал, чтобы сохранить все в тайне.

– А я не виню исследователей за то, что они не афишировали свои неудачи в этой области, как, например, этого мутанта, – задумчиво сказала Гэмей.

– Дело не только в этом, – возразил Мейхью. – Представьте себе, что эксперимент прошел успешно и кто-то получил чудодейственный эликсир молодости. И что произошло бы с нашим миром, если бы одни люди стали жить значительно дольше, чем простые смертные?

– Мир утратил бы свое естественное равновесие, – согласилась Гэмей.

– Вот именно, – воодушевился Мейхью. – Но я самый обыкновенный сыщик… Я просто передам эту информацию аналитикам и начальству, а они пусть ломают голову, что делать. Как долго вы намереваетесь оставаться в Соединенном Королевстве? – спросил он Остина официально.

– Думаю, что недолго, – коротко ответил тот. – Мы обсудим наши планы, а потом известим вас о принятом решении.

– Буду премного благодарен. – Мейхью вынул из кармана визитную карточку и вручил ее Остину. – Пожалуйста, звоните в любое время дня или ночи. А пока обязан попросить вас держать язык за зубами. Все произошедшее должно остаться между нами.

– От меня информация поступит только Дирку Питту и Руди Ганну, – предупредил Остин. – Полагаю, что Океанографический институт имеет право знать о судьбе своего подводного аппарата.

– Согласен. А я обещаю держать вас в курсе дела относительно того, что обнаружат на этом острове наши морские пехотинцы. Не исключено, что мы найдем там еще какие-нибудь интересные факты. Я имею в виду убийства, похищения, захват заложников, использование рабского труда ученых и так далее. – Он хмыкнул и развел руками. – Бессмертие всегда является потенциальным мотивом для совершения преступлений. Готов держать пари, что многие из присутствующих здесь с удовольствием променяли бы свою единственную жизнь на весьма впечатляющий шанс обрести вечность.

– Не все, – горько усмехнулся Остин.

– Что вы хотите сказать? – удивился Мейхью. – Неужели есть люди, которые не согласились бы жить вечно?

Остин показал на лежащее под покрывалом тело мутанта:

– А вы спросите этого старого солдата.

Глава 36

– Мне очень не хотелось бы охлаждать пыл горячих сердец, – шутливо заметила Гэмей, – но за всеми этими разговорами про красноглазых монстров и философский камень мы совершенно забыли о своих незаконченных делах. А между тем они требуют внимания.

После встречи с Мейхью все направились в отель, чтобы общими усилиями выработать хоть какую-то стратегию поведения. Сэнди хотела бросить все и уехать домой. Мейхью не стал отговаривать ее и отправил на самолете в Лондон, где она могла без труда сесть на первый же рейс в США. Остальные ученые еще ничего не решили.

– Вы правы, – Завала поднял полный бокал, – я все еще далек от исполнения своего давнего желания выпить всю текилу, которая существует в мире.

– Похвальная цель, Джо, – ехидно улыбнулась Гэмей, – но лично я больше заинтересована в спасении мира, а не в поставках текилы. Можно, я сформулирую стоящую перед нами проблему одним словом? Это горгона.

– Да, помню, – кивнул Остин. – Я не хотел вмешиваться в ваши исследования, но, коль скоро ты сама затронула этот вопрос, скажи, пожалуйста, как обстоят дела?

– Ничего хорошего, – тихо отозвалась Гэмей. – Я разговаривала с доктором Осборном, и он сказал, что распространение этой водоросли идет гораздо более быстрыми темпами, чем предполагалось ранее.

– Все работы на дне океана сейчас прекратились, – произнес Остин. – Может ли это хоть как-то замедлить распространение горгоны?

Гэмей вздохнула:

– Хотелось бы надеяться. Но мутировавшие гены этого растения обнаружили способность к самовоспроизведению, стало быть, они будут распространяться и дальше. Сначала мы увидим, как они захватят отдельные заливы на восточном побережье США, потом доберутся до Европы, а в конце концов поглотят все побережье Тихого океана. После этого горгона начнет распространяться по всему бассейну Мирового океана.

– Сколько времени у нас осталось?

– Не знаю, – откровенно призналась Гэмей. – Океанские течения быстро разносят эту заразу.

Остин живо представил себе любимый океан, превратившийся в затянутое тиной соленое болото.

– В этом есть какая-то ирония, не так ли? – грустно улыбнулся он. – Фошары отчаянно хотели продлить себе жизнь, а в результате создали мир, который им вряд ли понравится. – Он посмотрел на сидевших вокруг стола друзей. – Есть какие-нибудь мысли относительно того, как остановить эту напасть?

– Главным средством, с помощью которого можно остановить распространение горгоны, может быть добываемый в районе Затерянного города энзим, – высказалась Гэмей после долгих раздумий. – Если мы вычислим его молекулярную структуру, то, вполне вероятно, сможем найти способ обращения процесса вспять.

– Все еще ноющие на моем теле синяки и ссадины подсказывают, что семейство Фошаров так легко не расстанется со своими секретами, – возразил Остин.

– Именно поэтому мы с Гэмей должны как можно скорее вернуться в Вашингтон и организовать в НАПИ конференцию с участием доктора Осборна, – вмешался Траут. – Мы могли бы вылететь отсюда первым же рейсом завтра утром.

– Валяйте, – кивнул Остин и еще раз обвел глазами уставшие лица. – Но прежде всем нам необходимо хорошенько выспаться.

Пожелав друзьям спокойной ночи, Остин спустился в вестибюль отеля, нашел компьютерный зал и отправил Руди Ганну электронной почтой короткое сообщение о событиях на острове, а в конце пообещал, что непременно позвонит рано утром и расскажет подробности. И все это время он устало потирал глаза, чувствуя, что силы его уже на исходе.

Вернувшись в номер, он увидел, что кто-то звонил ему на мобильный. Оказалось, что это был Дарнье – антиквар отыскал его через главный офис агентства НАПИ.

– Слава Богу, что я нашел вас, месье Остин, – послышался в трубке взволнованный голос Дарнье. – Вы слышали что-нибудь о Скай?

– Нет, в последнее время мы с ней не связывались, – насторожился Остин. – Я был в море. А что случилось? Я думал, она с вами.

– Нет, она уехала от меня в тот же день, когда и приехала. На шлеме мы обнаружили какое-то химическое вещество, и она поехала в Париж, чтобы проконсультироваться со специалистами в Сорбонне. Я посадил ее в поезд, и мы договорились, что она мне позвонит вечером. Не дождавшись от нее звонка, я сам позвонил в университет на следующий день, но там сказали, что Скай не появлялась.

– Может быть, приболела?

– Хотелось бы в это верить. Я позвонил ей домой, но и там никто не отвечает. Потом я поговорил с хозяйкой дома и выяснил, что мадемуазель Скай не вернулась домой после поездки ко мне в Прованс!

– Думаю, нужно позвонить в полицию, – посоветовал Остин без колебаний.

– В полицию? – ужаснулся тот.

– Да. Я знаю, что вы всячески избегаете любых контактов с представителями власти, – твердо сказал Остин, – но сейчас вы должны это сделать хотя бы ради Скай. Если хотите, позвоните анонимно из какого-нибудь уличного автомата, но вы все равно обязаны это сделать. Нужно заявить о ее исчезновении. Вполне вероятно, что от этого может зависеть ее жизнь.

– Да-да, разумеется. И я непременно перезвоню им. Ведь она мне как дочь. Я предупредил, чтобы девочка была осторожной, но вы ведь знаете, как ведут себя молодые люди…

– Я сейчас в Шотландии, но завтра вылечу во Францию и сразу позвоню вам, как только доберусь до Парижа. – Остин отключился и какое-то время тупо смотрел в пространство, пытаясь собраться с мыслями. Но понять, почему пропала Скай, не мог. Его грустные размышления были неожиданно прерваны еще одним телефонным звонком. На сей раз позвонил менеджер ледниковой электростанции.

– Это Лессар. Слава Богу, а я уже отчаялся дозвониться до вас, – обрадовался управляющий электростанцией.

– Сожалею, я был в командировке, – угрюмо буркнул Остин. – Как там дела на леднике?

– Да с ледником, как всегда, все в полном порядке, – торопливо сказал Лессар. – А вот со всем остальным творится что-то странное.

– Что вы имеете в виду?

– Несколько дней назад на озере появилась лодка с какими-то водолазами. Поначалу мне показалось, что это сотрудники агентства НАПИ решили все-таки закончить свои исследования, но потом я вспомнил, что у вашего катера был совсем другой цвет.

– Да, наши исследования на Спящем озере завершены, – подтвердил Остин. – Насколько мне известно, в этом районе не должно быть никаких судов нашего агентства. Что еще?

– Невероятная вещь. Недавно затопленный тоннель под ледником стал высыхать.

– Так вы же сами говорили, что это в принципе невозможно!

– Нет, вы неправильно меня поняли. Я сказал, что это невозможно сделать быстро, чтобы спасти оказавшихся в западне людей. Обычно уходит несколько дней, чтобы отвести воду по другому каналу, а потом выкачать оставшуюся. Но сейчас помещение лаборатории практически сухое.

– Может быть, это результат усилий электротехнической компании?

– Мое начальство довольно прозрачно намекнуло, что такое решение было принято под давлением каких-то чрезвычайно влиятельных сил, а финансирование всех работ взял на себя некий частный научный фонд.

– И доктор Леблан вовлечен в это дело?

– Сначала я сам подумал, что без него не обошлось, – «Фифи» снова появилась перед входом в электростанцию, но потом оказалось, что это не так. А однажды к нам пришел один из тех ныряльщиков, показал мне разрешение на производство исследований, а потом его люди оккупировали практически всю электростанцию вместе с пультом управления. Знаете, мистер Остин, это какие-то странные угрюмые типы, они следят за каждым моим шагом. Я боюсь за свою жизнь. Даже сейчас я разговариваю с вами в условиях огромного риска. Мне строго-настрого приказали не общаться с посторонними и не звонить по телефону.

– А вы сообщили о своих подозрениях своему непосредственному начальнику?

– Да, но он подтвердил, что я должен оказывать им всемерную помощь и содействие. А потом намекнул, что данное решение выходит за рамки его компетенции. Я просто не знаю, что делать и к кому обратиться за советом. Вот и позвонил вам…

– Вы можете выйти из здания электростанции?

– Думаю, это будет непросто. Они отправили по домам всех моих помощников, так что сейчас вся работа исключительно на мне. Я попытаюсь остановить турбины. Может, хоть тогда в главной конторе обратят внимание на сложившуюся здесь обстановку.

– Делайте, как считаете нужным, только не рискуйте жизнью.

– Я буду крайне осторожен.

– А как зовут того человека, который пришел к вам?

– Фошар. Эмиль Фошар. Он напоминает мне какую-то ядовитую змею.

Эмиль Фошар.

– Ведите себя так, будто ничего страшного не случилось, – проинструктировал его Остин. – Завтра же я прилечу к вам.

– Merci beaucoup,[21] мистер Остин. Думаю, будет не очень умно с вашей стороны появляться у входной двери на виду у всех. Как я могу узнать, когда вы прибудете?

– Я дам вам знать.

Отключившись, Остин задумался над столь неожиданным поворотом событий. Потом снял трубку внутренней связи и сообщил Джо Завале и Траутам, что их планы претерпели серьезное изменение. Когда все трое вбежали в его номер, Остин вкратце пересказал им содержание двух последних телефонных разговоров.

– Думаешь, это Фошары похитили Скай? – спросил Завала.

– Вполне логичное предположение, учитывая их настойчивый интерес к шлему.

– Но если этот шлем уже у них, зачем им понадобилась Скай? – резонно заметила Гэмей.

– Догадайтесь сами.

Гэмей насупилась и тут же просияла-.

– А, знаю. Они решили использовать ее в качестве наживки, чтобы завлечь вас в ловушку!

Остин медленно кивнул.

– Мой первый импульс был, чтобы немедленно отправиться в шато Фошаров, – признался он. – Но потом я подумал, что именно этого от меня и ожидают. И тогда я решил, что нужно изменить план и вместо замка навестить Эмиля. Кроме того, я тоже волнуюсь за Лессара. Полагаю, он действительно оказался в серьезной опасности. Что же касается Скай, ее не тронут, пока в наших руках будет Эмиль.

– Что мы должны делать? – с готовностью спросил Пол.