— Рада, что тебе нравится, — засветилась от счастья Эвелин. — Нет, послушайте только, что эти индейцы вытворяют в ванной!

Она встала и быстро подошла к лестнице.

— Эй, вы там!

Гробовая тишина. Она вернулась, посмеиваясь.

— Ишь, молчат, будто воды в рот набрали. Иногда я жалею, что они не такие тихие и спокойные, как Дэйви.

Сара фыркнула. Эвелин взъерошила ей волосы и улыбнулась.

— Это комплимент, дорогая, — сказала она. — Да, забыла тебя поблагодарить за книжки для Билла и Боба.

— Не за что.

Книжка Дэйви соскользнула с его колена и шлепнулась на ковер. Он открыл глаза и сонно потянулся за ней.

— Попрыгунчик проснулся, — хихикнула Эвелин, усаживаясь на место.

Дэйви неловко выпрямился и взял со стола маленькую стеклянную пастушку, которую подарил матери с финансовой помощью Эвелин. Он смотрел на статуэтку, охваченный дремотой.

— Кр-сиво, — пробормотал он.

— Да, милый, — сказала Сара. — Очень красиво, подумать только, что ты сам купил ее своей мамочке.

— Ага…

Он пытался поставить пастушку обратно на стол, но никак не мог нащупать край. Сара осторожно забрала статуэтку и притянула мальчика к себе. Тонкая ручка упала на ее колено, глаза Дэйви сомкнулись.

— Кажется, нам пора домой, — сказала Сара. — Он уже с ног валится.

— Разве не останетесь? — спросила Эвелин.

— Нет, Эв. Пусть он ночует в своей постели. Похоже, у него температура — все-таки целый день на солнцепеке. Да и инфекция могла попасть.

Эвелин секунду смотрела на нее, после чего беспомощно развела руками.

— Ладно, сестренка, тебе видней, — сказала она. — Но завтра вы приедете?

— Наверное, приедем. Мне не надо на работу.

— Отлично, — кивнула Эвелин. — А то я обещала Дэйви, что он пойдет смотреть ковбойский фильм вместе с моей парочкой.

Сара вздохнула:

— А вот это ты зря. Дэйви так легко пугается.

Секунду все молчали. Затем Эвелин кашлянула. Джордж вскочил на ноги. Дэйви вздрогнул от этого звука, распахнув глаза. Он сонно оглядел комнату.

Джордж посмотрел на Дэйви.

— Я подгоню машину. — Он беззвучно вышел из комнаты.

— Принесу тебе сумку для подарков, — сказала Эвелин.

Сара слабо кивнула, обнимая сына.

Машина затормозила, когда на светофоре загорелся красный. Джордж обернулся и посмотрел на Дэйви, который спал у матери на коленях, положив голову ей на плечо.

— Слышал, ты хочешь завести собаку, — произнес он.

— Что? — спросила обеспокоенная Сара. — Кто тебе это сказал?

— Боб, — ответил он, переключая скорость. — А ему сказал Дэйви.

Машина повернула за угол.

Сара хмыкнула.

— Боб, наверное, выдумал. Не могу же я держать собаку в квартире, если учесть, что я целыми днями на работе, а Дэйви у вас.

— Ну, если проблема в этом, можно днем оставлять у нас собаку.

— Нет, — Сара отрицательно покачала головой, — Дэйви слишком легко возбуждается.

— Ну естественно, — произнес Джордж небрежно.

Сара поджала губы. Ласково провела ладонью по руке Дэвида и поцеловала его в макушку.

Машина остановилась у тротуара.

— Хочешь, понесу его? — спросил Джордж.

— Сама понесу, — ответила она, — а ты возьми подарки.

— Как скажешь.

Джордж выключил мотор и сунул ключ в карман пиджака. Они вышли из машины.

— Красота, — сказал он. — Ветер крепчает, очень кстати.

Они медленно поднялись по лестнице на пятый этаж. Когда остановились перед дверью, Джордж испустил тяжкий вздох.

— Ничего себе подъем, — сказал он, — Как ты справляешься?

— Привыкла, — сказала она, отпирая дверь.

Они вошли, и Сара включила свет.

— Ох, — вздохнула она. — Какая здесь духота.

Она положила Дэйви на тахту и быстро подняла оконные рамы до отказа. Джордж поставил сумку с подарками, а она понесла Дэйви в его комнату.

Когда она вернулась, чтобы попрощаться, Джордж как раз выходил из кухни.

— Выпил у тебя воды со льдом, — сказал он, выключая свет.

— На здоровье, — ответила она, провожая его к двери.

— Ладно, до завтра.

— Да. Встретимся около полудня.

— Хорошо. Спокойной ночи, Сара.

— Спокойной ночи, Джордж, — ответила она.

Сара заперла входную дверь и улыбнулась. Приятно снова оказаться дома, с сыном вдвоем. В ее жизни теперь так мало подобных радостей. Том не оставил никаких сбережений, ничего, способного ее поддержать. Вместо того чтобы сидеть дома с Дэйви, она вынуждена целыми днями работать. Это, как ничто другое, отравляло ненавистью воспоминания о Томе.

Она выключила свет в гостиной и прошла в комнату Дэйви, переодела его в пижаму. Сдернула одеяло с его кровати, оставив только простыню.

Потом принесла из ванной мокрое полотенце и обтерла ему руки и лицо, намочила повязку, чтобы ее охладить. Он шевельнулся и пробормотал что-то во сне. Она нежно улыбнулась, глядя на него.

— Мой сын, — произнесла шепотом.

Сара поцеловала мальчика и быстро вышла, погасив свет.

Когда она полоскала в ванной полотенце, из кухни послышался какой-то шум. Она вздрогнула и уронила полотенце в раковину. Ее брови озадаченно сошлись на переносице.

Справившись с удивлением, она осторожно вошла в гостиную и прислушалась.

Снова услышала шорох. Как будто маленькие лапки ступают по линолеуму.

Она неуверенно подошла к кухонной двери, включила свет и отскочила назад, широко раскрыв глаза в тревожном ожидании.

Затем тревога сменилась изумлением.

На нее смотрел маленький белый щенок, моргая влажными глазами в неожиданно вспыхнувшем свете. Розовый язык свешивался из пасти. Коротенький хвостик так и мотался из стороны в сторону.

Щенок вдруг заскользит по полу и затормозил у ее ног. Сара секунду смотрела на него. Потом протянула руку и подняла. На ощупь он был похож на теплое желе.

Она постояла секунду, размышляя.

Затем нахмурилась, прошла в гостиную и села у телефона. Щенок пытался высвободиться. Она сильнее сжала его тельце. Он негромко заскулил. Она шикнула, и хвост принялся колотить по ее юбке.

Она набрала номер. Щенок продолжал извиваться в руке. Сара шлепнула его по голове, и он взвизгнул.

— Алло, — произнесла Эвелин.

— Эв, это я, Сара.

— Да, сестренка.

— Это Джордж оставил у нас щенка?

— Щенка?

— У нас тут щенок. Это Джордж его принес?

— Джордж? Я, конечно, не в курсе… Но как бы он его принес? А что, ты не знаешь, откуда он взялся?

— Нет.

— Черт! Ладно, сестренка, я… подожди-ка. Кажется, машина подъехала. Сейчас спрошу его. Подожди минутку.

Сара сидела, прижимая трубку к уху. Взгляд упал на белого щенка. Тот устроился у нее на коленях. Теплое тельце вздымалось от каждого вздоха под ее рукой.

Женщину пробрала дрожь. Ветер из окна растрепал ей волосы. Она сглотнула застрявший в горле комок. Ну где там Джордж? Она побаивалась говорить с ним. Но разумеется, щенка принес он. То, что он заговорил о собаке в машине, так это, без сомнения, хотел подготовить ее к «приятному сюрпризу». Но как умудрился его пронести?

Щенок провел шершавым теплым языком по ее руке. Она резко отдернула пальцы, и маленькая голова втянулась в плечи, щенок зажмурил глаза.

— Сара, — сказал Джордж в трубку, — что у тебя там за щенок?

— Только не говори, что это не ты его притащил.

Она почувствовала, как дрожат губы.

— Я? Ты же была вместе со мной. Неужели заметила какого-то щенка?

— Хватит шутить, Джордж! Кто мог принести, если не ты?

— Сара, я не приносил никакого щенка. Ты что, не знаешь, откуда он взялся?

— Нет. — Ее голос зазвенел от напряжения. — Не знаю.

— Ну я тем более не знаю, — сказал он.

В телефоне что-то потрескивало, пока оба молчали. Затем Джордж кашлянул.

— Ладно, — произнес он осторожно, — захвати его завтра с собой. Хотя, почему бы не…

— Нет! — решительно произнесла она. — Я его не оставлю. Не хочу, чтобы он был в доме. Я придумаю… что-нибудь.

— Да? Ну, как знаешь.

— Увидимся завтра, — завершила разговор Сара.

— Хорошо, — сказал он. — Пока.

Она положила трубку на рычаг. Заметила, что дрожит рука.

Щенок свернулся клубочком, счастливо вздыхая в полусне. Сара грубо подхватила его под живот и встала. Еще один удар по голове заставил его умолкнуть. Задние лапы мельтешили в воздухе.

Сара на цыпочках подошла к комнате Дэйви. Постояла секунду в дверях, убеждаясь, что мальчик спит. Щенок извивался у нее в руках, его горло дрожало от зарождающегося визга. Она зажала в ладони мордочку с влажным носом и затаила дыхание. Дэйви не проснулся.

Она вернулась в гостиную и постояла, охваченная нерешительностью. Его нельзя оставлять. Но сможет ли она просто вынести на улицу и бросить на произвол судьбы беспомощное создание?

«И все-таки, откуда он взялся?»

Сзади захлопнулась входная дверь. Сара спустилась по лестнице, руки дрожали под мягким теплым брюшком щенка.

Она позвонила в дверь консьержа. В коридоре было тихо, если не считать сопения щенка. Сара подхватила его под задние лапы, и он перестал дергаться.

В квартире консьержа стояла тишина. Сара позвонила еще раз, долго не отпуская кнопку. На ее лице отражалась тревога. Сара заколотила в дверь. Эхо отдалось от стен тускло освещенного коридора.

Она с раздраженным вздохом отвернулась от двери. На лестнице нерешительно застыла, нетерпеливо передернув плечами. Щенок вырывался и жалобно попискивал. Сара шлепнула его морде, и он заскулил.

Зажимая рукой его морду, она резко повернулась, спустилась на первый этаж и вышла из дома.

Она быстро шагала по безлюдной улице, вступая в тусклые пятна света фонарей и снова уходя в темноту. Нельзя допустить, чтобы Дэйви увидел щенка. Мысль о сыне заставила ее похолодеть от беспокойства. А что, если он проснется и не обнаружит рядом никого? Она сменила шаг на трусцу.

Остановилась в нескольких кварталах от дома. Огляделась по сторонам. Вокруг — никого.

Она подошла к низкой живой изгороди перед частным домом и уронила щенка по другую сторону от нее. Тот не издал ни звука. Она повернулась и побежала обратно, стуча каблуками по тротуару.

В один миг одолела лестницу, задыхаясь и обливаясь потом.

Оказавшись перед своей дверью, услышала слабый плач в квартире. Сердце дрогнуло от испуга. Она принялась открывать дверь.

— Мама, мама! — пронизывали воздух детские крики.

Сара кинулась в комнату сына.

Он сидел на кровати, накрывшись с головой простыней и съежившись. Всхлипывал от страха.

— Милый, милый, — прошептала она, садясь рядом.

Сара обняла сына, его хрупкое тело содрогалось, он цеплялся руками за ее платье.

— Тише, тише, дорогой, мамочка вернулась.

Он прерывисто вздохнул. Сара ощутила на руках теплые слезы.

— Маминой детке приснился плохой сон?

Он попытался ответить. Слова, дергаясь, срывались с губ.

— Д-д-да, — всхлипывал он. — Д-да.

— Ничего страшного, милый, — погладила она сына по голове. — Все хорошо.

— Мне п-приснился ш-щенок, — сказал он.

Она обмерла, чувствуя, как натянулась и покрылась мурашками кожа на голове. Ветер, дующий из окна, вдруг показался ледяным ее вспотевшей спине.

— Это был просто сон, — сказала она. — Тише, детка.

— Он плакал, мама.

— Ничего страшного, милый, — повторила она.

Она посмотрела на дверь. Горло резко сжалось, она закрыла глаза. «Да что же это со мной? — подумала она. — Веду себя как ребенок».

Дэйви снова начал засыпать. Что-то бормотал, пока мать укачивала его. Она прислушивалась и дрожала. Он говорил что-то о том, как щенок падает, падает. Сара прижала ладонь к его губам.

Когда Дэйви заснул, она положила его на кровать и накрыла простыней. Поцеловала в щеку и вышла из комнаты.

Она вошла в темную гостиную. В окна врывался ветер, вгоняя ее в дрожь. Она включила лампу и до половины опустила окна.

Когда уже собиралась выключить лампу, заметила на тахте сумку с подарками. Подошла и села рядом. Вынула подарки.

На лице, расслабляя мышцы, появилась улыбка, когда Сара взяла в руки стеклянную пастушку, дотронулась до хрупких ручек, до кривого посоха. Взяла бумагу, в которую сын завернул подарок.

Тонкими неровными буквами он вывел на бумаге: «Любимой мамочке».

Она заморгала и смахнула рукой слезинку.

— Любимой мамочке, — пробормотала она.

Сара поставила статуэтку на стол рядом со своим стулом. Распрямилась и секунду смотрела на нее, улыбаясь.

Потом качнула головой, вспомнив, что уже поздно.

И пошла спать.

Она проснулась по привычке в половине восьмого. Одеваясь, посмотрела в окно. Было пасмурное утро, клубы тумана стелились по земле.

Потом Сара заглянула в комнату Дэйви. Он все еще спал, свернувшись в тугой комок. Она прошла по коридору до гостиной.

Заметила, что входная дверь чуть приоткрыта. Сара нахмурилась, толчком затворила дверь. Она была совершенно уверена, что заперлась вечером. Она всегда запирала дверь. Наверное, все-таки забыла, когда бросилась успокаивать Дэвида.

Она глубоко вздохнула, прошлась по ковру в гостиной.

В кухне было сумрачно. Она включила свет.

Зажав рот рукой, отшатнулась.

Щенок сидел на полу, глядя на нее. Сара смотрела на него с ужасом.

— Нет, — произнесла она, не сознавая, что говорит вслух. — Нет.

Она протянула руку, затем отдернула, вздрогнув.

Щенок вдруг проскочил мимо нее. Глаза ее расширились, она кинулась вдогонку. Щенок притормозил, огибая угол коридора, и направился к комнате Дэйви. Сара похолодела. Казалось, он знает, где Дэйви.

Щенок, скребя когтями, остановился рядом с кроватью. Сара с ужасом поняла, что сын уже не спит. Он смотрел на щенка, и его лицо светилось восторгом.

— Чей это, мама? — спросил он.

— Соседский, — торопливо ответила она, — случайно к нам забежал.

Его лицо потускнело.

— А, — сказал он, свешивая ноги с кровати.

Щенок подбежал к нему и лизнул в лодыжку. На заспанном лице расползлась улыбка.

— Привет, песик. — Дэйви наклонился, чтобы погладить щенка.

— Нет!

Он отдернул руку.

— Укусит, — сказала Сара, подходя.

Дэйви смотрел, как мать поднимает щенка.

— А вот и не укусит, — сказал он.

— Нет, укусит, — заявила она. — Больно укусит. Меня уже укусил. Два раза.

Их взгляды встретились, на лице Дэйви отражалась борьба чувств.

— Он мне ногу лизнул, — сказал мальчик настороженно.

— Я отнесу его обратно, — сказала мать. — Иди умойся.

Он потер ногу об ногу.

Сара выскочила на площадку и пошла вниз по лестнице. Когда она позвонила, консьерж открыл дверь.

— Слушаю вас, — сказал он.

— Я нашла наверху этого щенка, — сказала она. — Вы не позвоните в Общество зашиты животных, чтобы его забрали?

Он, прищурившись, посмотрел на нее.

— Нашли щенка?

— Да, нашла наверху, — повторила она. — На площадке.

Он посмотрел страдальческим взглядом. Потер подбородок.

— А вашему сынку не захочется его оставить?

Ее взгляд сделался колючим.

— Это исключено. Мальчик легковозбудим и нездоров.

— Ну… — Консьерж колебался.

Она молча сунула щенка ему в руки и повернулась. Консьерж что-то бурчал под нос, пока она поднималась обратно. Дэйви в пижаме стоял у соседской двери.

— Щенок? — услышала Сара вопрос женщины и побежала. Дэйви вскинул голову и обмер при виде рассерженной матери.

Сара схватила его за руку и потащила в квартиру.

— Прошу прощения, — выдавила она улыбку, когда вернулась на площадку. — Я и не знала, что он вышел. Я была внизу.

Соседка улыбнулась.

— Ничего страшного. Потеряли щенка?

— Нет, нет, — поспешно ответила Сара. — Он все перепугал.

Она захлопнула за собой дверь и прошла в кухню. Дэйви сидел на стуле.

— Зачем ты ходил к соседям?

Он не поднимал глаз.

— Ты с-сказала… — отважился он произнести наконец.

— Какая разница, что я сказала?! — хрипло выкрикнула она. — Я велела тебе умываться.

— Да, но…

— Никаких «но». Еще слово, и мы на весь день останемся дома.

Он взглянул на нее с мольбой.

— И ты не пойдешь смотреть ковбойский фильм, — сказала она.

Он надулся и засопел.

— Иди и умойся, — приказала она.

Он соскользнул со стула и пошел в ванную. Сара наблюдала. Когда мальчик завернул за угол коридора, она сжала кулаки и прерывисто вздохнула. Выдвинула из-за стола стул и тяжело опустилась на него. Посмотрела в пол. На линолеуме лежала белая шерстинка.

Сара смотрела на нее в болезненном оцепенении.

— Я уверен, что ковбойское кино тут ни при чем, — сказал Джордж, когда вечером вез ее с Дэйви домой.

— Боюсь, что дело именно в нем, — холодно произнесла Сара. — Утром с животом все было в порядке. И только когда он посмотрел это кошмарное кино, его начало тошнить.

Джордж пожал плечами. Дэйви сонно смотрел в окно.

— Завтра выезжаем часов в восемь, — сказал Джордж.

— Хорошо. Думаю, Дэйви будет готов к этому времени.

— Вечно мы планируем выехать на пикник чуть ли не до восхода солнца. Но еще ни разу не получилось. Выезжаем не раньше восьми, а то и попозже.

— Хорошо.

Машина остановилась перед многоквартирным домом.

— Я справлюсь сама, — сказала Сара. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — отозвался Джордж.

Машина отъехала.

Сара с Дэйви вошли и начали подниматься по лестнице.

— Мама, я хочу щенка, — произнес он утробным голосом.

— На сегодня с меня хватит, — сказала она. — Это все твои ковбойские фильмы. Может, хоть в следующий раз послушаешь, что говорит тебе мать.

— Я хочу щенка. — Голос его поднялся на тон выше.

— Хватит, — повторила она холодно.

Он захныкал и рывком высвободил руку. Ударился о стенку и с трудом удержался на краю ступеньки. Сара поймала его кисть и потянула кверху, помогая устоять. Дальше поднимались в молчании. Жара давила. Казалось, она выходит из самых стен.

Они добрались до пятого этажа. Сара отперла дверь и впустила Дэйви. Он сонно шатался в темноте. Она хлопнула по выключателю, и прихожую затопил тусклый оранжевый свет.

Сара с трудом подавила крик ужаса.

В кухне зацокали по линолеуму коготки. Она схватила Дэйви за плечи и прижала к себе, защищая.

Щенок выскочил из темноты, полный энергии, уши торчком. Остановился у их ног.

— Песик! — воскликнул Дэйви и вырвался из рук матери.

Он наклонился и принялся гладить щенка по головке. Засмеялся, когда розовый язык облизал его кисти.

Сара схватила его за руку.

— Встань, Дэйви, — приказала она, испугавшись собственного глухого голоса.

— Не хочу, — пробормотал он, отстраняясь.

— Встань!

Сара вцепилась в его рубашку и дернула вверх, взгляд ее сделался жестким от гнева и страха.

— Иди в свою комнату! — выкрикнула она.

Он раскрыл рот и попятился. Мать надвигалась, и он побежал к себе. Щенок хотел последовать, но Сара ногой преградила ему дорогу. Он норовил перелезть через ногу. Сара откинула его назад боком туфли. Он покатился, скуля и мельтеша лапками. Дэйви оглянулся. Испугался.

— Мама! — умоляюще воскликнул он.

— Ты меня слышал? — Ее голос дрожал, она чувствовала, как в груди что-то вибрирует.

У двери комнаты он обернулся. Лицо воинственно напряглось.

— Ты не хочешь, чтобы у меня кто-нибудь был! — выкрикнул он. — Ты меня ненавидишь!

— Дэйви! — Голос ее сорвался. Она протянула к сыну руку.

И тогда щенок снова попытался проскочить мимо. Она отшвырнула его и подошла к Дэйви. Втолкнула его в комнату и закрыла дверь. Он взвыл в темноте.

— Мама!

— Включи свет, — приказала она.

— Не могу.

— Включи!

Прошел миг, и она увидела под дверью свечение. Щенок снова был рядом. Он встал передними лапами ей на ногу, и она ощутила, как острые коготки протыкают колготки и кожу. Ее захлестнула волна отвращения. Она поддела его ногой под брюшко и швырнула в стену. Он ударился о декоративную панель и замер на полу.

Сара кинулась к нему и схватила. Он выворачивался, пытался укусить. Она ударила кулаком. Он мотнул головой, взвизгнув от страха.

— Готовься ко сну, — крикнула она. — Я сейчас приду.

Дэйви открыл дверь и посмотрел на мать. Она повернулась и поспешила к выходу из квартиры. Она ало постучала в квартиру консьержа. Не сразу услышала, как он ковыляет по темному коридору. Лицо заспанное, седые волосы прилипли к вискам. Увидев Сару, он нахмурился.

— Что на этот раз?

— Я же просила позвонить в Общество защиты животных, — сказала она.

— Как? — возмутился он. — Только не говорите, что он вернулся.

— Вы х-хотите сказать, — начала она, — что отдали его?

— Его забрали сегодня днем.

— О господи!

Ее голос теперь звучал испуганно. Она едва не выронила щенка.

— Заберите его, пожалуйста!

— Послушайте, мисс Нильсен, — заиграл желваками консьерж, — если я заберу этого проклятого пса, я его утоплю. Не стану никуда названивать попусту.

Сара невидяще посмотрела на щенка.

— Утопите? — переспросила она.

— Именно. Забирайте его или оставьте.

Она стояла, глядя на консьержа. Тот нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Она уже была готова сказать «нет». Потом вспомнила о Дэйви. Его злые слова снова растеклись холодом по венам. Она протянула щенка.

— Вот, — сказала она ровно, — возьмите.

Дверь глухо захлопнулась. Сара закусила губу и ощутила, как уходит гнев и появляется жалость. Ведь щенок такой маленький. Сделав шаг, она заколебалась и оглянулась на дверь консьержа.

Резко повернулась и быстро пошла вверх по лестнице.

Дэйви сидел в гостиной, изо всех сил стараясь не заснуть.

— Почему ты еще не в постели? — спросила она.

— Я хочу щенка, — сказал он.

Сара села рядом и обняла его за плечи. Он вырвался.

На нее обрушилось все пережитое за день.

— Ах, Дэйви, Дэйви, — заплакала она. — Неужели ты больше не любишь свою мамочку?

Она прижала ко рту кулак.

Сын выглядел беспомощным, потерянным. И почти не вырывался, когда Сара притянула его к себе и погладила дрожащей рукой, поцеловала.

— Не надо ненавидеть маму, дорогой, — умоляла она. — Мама любит тебя больше всего на свете. Она хочет, чтобы ты был счастлив.