— Меня…
Глава семнадцатая
Sea of Evil.
So many want to die.
Sea of Evil.
Many tears in the sky.
Sea of Evil.
Never asking why.
Sea of Evil.
Forever in cry.
Sea of Evil…[1]
Кэри начала терять надежду. Она до сих пор не нашла ни Сару, ни Лейни, а на втором этаже осталось всего две непроверенных комнаты. Хуже того, три комнаты оказались пустыми, и это подтверждало слова Чики о том, что нескольких девочек – «филе отборных самочек» – успели перевезти куда-то еще.
Никто больше этого не слышал. Хотя…Может, и слышали, но что-то другое. О таких вещах среди Идущих не принято расспрашивать.
Рэд сделал первый шаг. Сразу повеяло прохладой. Запах йода, грозового ветра, водорослей, соли. Музыка стала громче, прорываясь сквозь песню Тьмы. Всё чётче и чётче слова.
Дойдя до предпоследней комнаты, Кэри застала там молодую женщину-офицера, которая пыталась утешить девочку, сидевшую к ней спиной. В промежутках между всхлипами та твердила одну и ту же фразу:
Идущий лёгко, как будто танцуя, двинулся вперёд. Только так и можно было пройти через этот мост — полностью отдаваясь ритму музыки, напевая про себя странно звучащие слова. Уверенный шаг на куплете, скользящий быстрый на рефрене.
\"Моя вина. Моя вина\".
Ритм направлял тело, помогая ускользать от самых высоких волн. Но это в обычное время. Во время Призрачного Шторма всё меняется. Припев начался слишком неожиданно, и Рэд опоздал на секунду. Ускорил шаг, наверстывая упущенное, напевая про себя…
Кэри вошла, чтобы рассмотреть девочку получше, Кастильо же задержалась на пороге, не решаясь войти в переполненное болью место. Не смотря на состояние девочки, Кэри быстро узнала в ней Лейни.
Sea of Evil.
Many tears in the sky.
Sea of Evil…
Краем глаза заметил приближающуюся волну. Слишком высокую, слишком быструю…Кинулся вперёд, вырывая последние метры, секунды…Только бы успеть…Успеть…
Ее волосы были коротко острижены, но яркое сочетание светлых, розовых и синих прядей, которые Кэри видела на записи с камер наблюдения, все еще привлекало к себе внимание. А многочисленные татуировки, выделявшиеся на фарфоровой коже и не скрытые ничем, кроме покрывала, служили еще одним доказательством. Лоб девочки был помечен большой черной цифрой \"11\".
— Всегда так, — прорычал сквозь зубы, — бросают в пекло за камушками и платят гроши. Вот взять бы этих магов за грудки, да швырнуть бы всех во Тьму. Посмотрел бы, как они забегают.
\"Лейни?\" – тихо позвала ее Кэри.
Грудь переполняла холодная, яркая ненависть. На всё, на всех…На магов, которые сами ничего не могут и потому бросают таких как он на смерть. На трактирщика Грэхема, перекупающего добычу за половинную цену, а то и меньше. На таких же как он Идущих, но помоложе, расставляющих ловушки на своих товарищей, чтоб поживиться «левым» товаром. Последнее время появилась такая мода — не ходить самим глубоко во Тьму, а подстраивать подлянки, оставлять «морозные плети» или «ядозубов» на путях отхода.
Девочка обернулась к ней. Ее испуганные глаза опухли и покраснели, а по щекам текли черные ручейки слез, смешанных с тушью.
— Шакалы, — рявкнул Рэд, срываясь на бег, — поймал бы во Тьме, мало не показалось. Гады… продажные.
Кулаки сжимались до боли, из-под ногтей выступила кровь, но Рэд этого не замечал. Ему было наплевать на всё. Хотелось только кого-нибудь убить. Чтобы этот кто-то заплатил за всё. За боль, за унижение, за смерть товарищей, за вечный танец на самом краю.
\"Вы кто?\" – с подозрением спросила она в перерыве между рыданиями.
— Будь всё проклято, — Рэд до крови сжал зубы, посмотрел на руку, как будто она была во всём виновата. С размаху полоснул по ней ногтями. Из глубоких царапин выступила кровь. Но этого мало…
Рэд захрипел от ненависти, вспомнив Мири.
\"Меня зовут Кэри. Я детектив. Я тебя искала\".
— Ещё эта маленькая дрянь. Куклу ей, видите ли…Из-за неё я сдохну…Поймаю — убью. Как только вернусь домой.
\"Правда?\" – спросила Лейни так, будто ей было шесть лет, а не шестнадцать.
Желание кого-нибудь убить достигло апогея. А вокруг никого, только он сам. Но ничего — это тоже немало. Рэд достал нож, примерился как бы им поточнее ударить между рёбрами…
— А-а-а-а, — заорал, ненавидя самого себя. Замахнулся…
И…
\"Ага, уже целых полдня. Я знаю, что ты пережила жуткие вещи. Но теперь ты в безопасности\".
Всё прошло.
До второго острова осталось метров десять.
\"А Сара? Она в порядке?\" – спросила Лейни.
Это расстояние Рэд преодолел секунды за полторы. Дико ныли мышцы ног, болело горло, по руке стекала кровь.
— Ничего, — прошептал Рэд, глупо улыбаясь. — Теперь полегче будет. Теперь живём.
\"Мы ее еще не нашли. Ее тоже привозили сюда?\"
Всё-таки задела та волна. Краешком. Брызгами. Если бы накрыла полностью, он бы с ума сошёл на месте. А так…Позлился немного и попустило.
— Отпустила, дрянь, не смогла, — рассмеялся Рэд. В глазах защипало. И неожиданно для себя заплакал. — Не по зубам оказался. Тварь…
Лейни кивнула.
Пошатываясь, он направился вглубь второго острова. Тут опасности были обычные: «колодцы», «разрыв-трава», «слизни», может парочка «ядозубов» встретятся, или «огненная лиана» зацепит.
\"Нас всех сюда привезли. Но я не знаю, в какой она комнате\".
На этом острове преобладали развалины. Не в таком количестве как на первом, но всё же немало. Это уже на третьем острове в основном лес. На четвёртом — голые скалы. А что на пятом или дальше не знал никто — таких дураков не находилось, чтобы туда лезть. Один Эгмонт рассказывал, что побывал на пятом. Но что он там увидел, рассказывать упорно отказывался.
\"Ничего страшного. Мы ее найдем\", – пообещала Кэри. \"Ты помнишь что-нибудь, что могло бы нам помочь? Тут были другие мужчины?\"
Рэд зашёл в арку полуразвалившегося здания. Собственно, от здания остались только две стены. Внутренние стены глянцево отсвечивали, из оконных проёмов расплескались потёки сажи. Алые искорки пробегали по стенам — Призрачный шторм набирал силу.
Тени внезапно дёрнулись, как будто взошло ещё одно солнце. Рэд обернулся, но тени стали как прежде. Когда же он посмотрел перед собой…
\"Я не знаю, куда делся Дин после вечеринки у него дома. Тут был толстяк, которого зовут Чики, и его охрана. А еще мистер Холидей\".
В мир вернулись краски. Алый цвет полностью пропал, серый затерялся среди обилия иных цветов. Близкое серое небо упало вверх, вернув себе неестественную голубизну. Многоцветье ударило по глазам, словно Рэд был новичком и впервые вернулся из Тьмы. Такое случалось со всеми Идущими, глаза привыкали серо-алому миру и с трудом воспринимали многообразие цветов мира людей. У некоторых возникала даже «серая слепота», когда глаза продолжали видеть мир в серо-алых тонах.
У Кэри участился пульс, но она пыталась этого не выказать.
Была напасть ещё похуже — «повязка тьмы». Во Тьме появлялась серая повязка, прикрывающая глаза человека. В обычном мире она незаметна. Лекарства от этого не существовало, только сам Идущий мог себе помочь. Если хватало силы воли и веры в себя. Если же не хватало, другие Идущие помогали ему…уйти. Это лучшее, что можно сделать. Сам Рэд когда-то испытал на себе, что это такое. Когда всё становится серо-алым, и не только мир. Когда мысли становятся серыми, а чувства алыми. Человек меняется. Полностью. Становясь настоящим слугой Тьмы. Она подменяет его чувства, мысли, желания. И человек видит всё так, как выгодно Ей. Рэд до сих пор не знал, как у него получилось справиться.
\"Кто такой мистер Холидей?\" – вкрадчиво спросила она.
Но это было другое. С таким Рэд ещё не встречался. Полуразрушенные здания, всюду запустение, но какое-то неправильное. Как будто люди ушли только вчера, а за ночь минули века. Серое полотно дороги — мелкий гравий, скреплённый смолистым веществом. Странные железные повозки. Вокруг искрящийся ковёр разбитого стекла. Верёвки, поросшие мхом, переброшенные со столба на столб. Похоже на то, о чём рассказывал Топтыга…
\"Он был тут главный. Он отрезал мне волосы. Чики хотел продать меня ему, но мистер Холидей сказал, что я не подхожу по внешности. Он сказал, что я слишком потасканная\".
\"Как выглядел мистер Холидей?\" – спросила Кэри, пропуская мимо ушей все остальное. Она боялась, что если девочка начнет вспоминать детали, то окончательно расклеится.
Рэд огляделся — может, он успел выйти из Тьмы. Но нет, тихий напев продолжал звучать, гулко отдаваясь внутри. Тьма стала другой. Ну, что ж. Всякое бывало. Такого конечно ещё не было, но вроде бы ничего опасного, во всяком случае, это не «пересмешники» и не «зыбучий лёд». Выберемся… Рэд осмотрел всё вокруг. Та арка, через которую он прошёл, исчезла. Позади высилась стена дома, насмешливо наблюдающего тёмными проёмами окон.
\"Очень накачанный, загорелый, темные волосы. Он был в спортивном костюме\".
— Всё-таки не стоило соваться в Призрачный Шторм, — процедил Рэд. — Ну и ладно. Пройдём и здесь.
\"Что-нибудь еще?\"
Он осторожно пошёл вниз по улице, настороженно оглядываясь по сторонам и судорожно вспоминая о чём там рассказывал Топтыга.
\"У него был ласковый голос, но он говорил страшные вещи\".
Так…Белый пух обходить стороной, «колодцы» — мелочь, справлюсь. В развалины большого массива зданий не соваться — ворочается там одна штука, и лучше не попадать туда, где она кувыркается. Что-то ещё было…Но что? Ага, что-то Топтыга говорил про холмы. Мол, если сунешься между ними, костей не соберёшь. И там где отблёскивает что-то в воздухе, серебриться странно как паутинка, тоже гадость редкостная обретается. Рвёт она в клочья астральную оболочку, ту, что магам видна. Попадёшься в эдакую паутинку — и всё, покойник, через час, через день. Но гарантия сто процентов.
От этого воспоминания девочку затрясло, и она чуть не зарыдала с новой силой, но вдруг неожиданно собралась. Она схватила Кэри за руку и впилась в нее взглядом, подчеркивая важность того, что хочет сказать.
В общем, пакостное место. Как и везде во Тьме. Так что беспокоиться особо не о чем. Топай, Идущий, по улочке, да по сторонам не забудь поглядывать. Рэд подбросил плечом рюкзачок и двинулся дальше. Вокруг ничего особо интересного не было. Ни артефактов, ни творений Тьмы. Тихо и спокойно. Одни дома пялятся чёрными провалами.
\"Это все случилось по моей вине. Мой парень работал на Чики. Он обманул меня. Я думала, он меня любит, но он использовал меня, чтобы превратить нас в… Он нас использовал\".
Выйдя на перекрёсток, Рэд увидел странную картину. Какой-то человек в пятнистой буро-зелёной одежде разбрасывался мелкими штучками больше всего похожими на гномьи гайки. Причём как-то странно разбрасывался, как будто пытался определить что-то, выделить какой-то участок на дороге.
Рэд присмотрелся. Вот те на, «колодец». Лихо спрятался, и не увидишь его особо, когда вокруг цвета обычного мира. Тихое шевеление на границе, и стремительные нити воронки. Глупая ловушка, но гадкая. Если попадёшься, милый блинчик получится. Вот только Рэд давно уже не слышал, чтобы какой-то дурак влез в «колодец».
\"Лейни, все будет хорошо\".
Незнакомец продолжал бросать гайки. Рэд нахмурился, тот парень мог бы и сам увидеть колодец. Зачем ему маяться дурью? Ладно, посмотрели и хватит, пора дальше двигать. Вот только «колодец» закрывал проход на другую улицу. Что ж, придётся тратить «искорку». Рэд уверенно направился к воронке.
\"Нет! Я виновата в том, что это случилось с Сарой. Она – единственный приличный человек из тех, кого я знаю. А теперь из-за меня она…\"
Тут то его незнакомец и заметил. Кричать принялся, руками замахал:
— Стой, дурак, тут «плешь комариная».
Слезы брызнули у нее из глаз, и она не смогла продолжать. Кэри переглянулась с женщиной-офицером, сидевшей рядом с Лейни, и жестом попросила ее обнять девочку.
Рэд пожал плечами. Вот уж чего не видел так это комаров плешивых. Ну и ладно, в мире всякие блаженные встречаются. А то, что один из них во Тьму пробрался, так что ж, и такое бывает. Дураку гулять не запретишь.
Когда до «колодца» осталось метра два, Рэд швырнул в пасть воронки «искорку». Хорошая искорка была, жирная, алая. За такую Грэхем, не думая, золотой отвалил бы. Но если для дела, жадничать не стоит.
\"Позовите художника, пусть она даст ему полное описание Холидея, как только сможет\", – прошептала она офицеру на ухо и быстро вышла из комнаты, махнув Кастильо, чтобы та шла за ней.
«Колодец» сожрал и не поперхнулся, да вот харч оказался слишком сытным. Воронку передёрнуло, нити скомкало и втянуло внутрь. Секунда, и от «колодца» ничего не осталось. Рэд, недолго думая, сделал шаг вперёд, прямо на то место, где только что была ловушка. Он ещё успел заметить обалдевшее выражение лица незнакомца., глаза что двойные салладорские диргемы…
\"Этот мистер Холидей – тот еще экземпляр\", – пробормотала Кастильо в коридоре.
Следующий шаг Рэд сделал уже в привычном серо-алом мире. И всего в нескольких метрах от перешейка, соединяющего второй и третий острова.
— Повезло, — пробормотал Рэд, осторожно оглядываясь. Но то место, где он только что был, исчезло.
\"Похоже на то. Кажется, Чики тоже нам на него намекал. Все эти разговоры о Билли Холидей под лекарствами – не мог не выпендриться. А Сара, вероятно, как раз из тех \"непотасканных\" девочек, которых мистер Холидей с удовольствием покупал. Я почти уверена, что ее уже увезли\".
Эх, было бы счастье, да несчастье помогло. Хоть не пришлось через весь остров топать.
Она заглянула в последнюю комнату – на всякий случай. Там на кровати без сознания лежала темнокожая девочка. Теперь они знали точно – Сары в мотеле не было.
Особых приключение на перемычке не случилось. Один раз вылез «серый спрут» погреться — Рэду пришлось пятнадцать минут маяться, ожидая, пока тварь отправится по своим делам. Пустяки… Зато отдохнул немного. И больше ничего — это несколько удивило Идущего. Обычно на перемычке случается больше неприятностей. Видать, твари Тьмы сами особо не любят Призрачный Шторм.
Рэд даже почувствовал себя немного отдохнувшим, покидая перемычку. Первые минуты на земле третьего острова его немного обрадовали. Он сразу встретил несколько самоцветов: три «огненных», один «водный», парочку зеленоватых «природных» изумрудов. Всё это так себе, интересные камушки, но силы в них немного. Вот найти бы что-то вроде самоцвета Молнии. Такой камешек в посохе милорда ректора Анэто красуется. Или «тёмный» самоцвет как тот, что Рэд встретил на втором острове три года назад. Красивый камень — тёмно-оранжевый с мрачноватым огоньком внутри, и силы в нём было через край. За тот камень Идущему столько золота отвалили, что он жил в роскоши целый год.
\"Что дальше?\" – спросила Кастильо.
Рэду до сих пор было интересно, как маги прикрывают всё от Инквизиции. Если бы «серые» узнали, откуда берутся камни, они бы на дыбы встали и на дыбу всех отправили, кто хоть как-то причастен. А вот не знают и всё. То ли слишком мало магов участвует в этом деле…то ли Тьме это выгодно, вот она и прикрывает. Но во второй вариант верить не хотелось — слишком уж гадко на душе становилось.
Кэри стояла молча, прокручивая все данные в голове. Секунд через десять она наконец-то заговорила.
Через полмили Рэд наткнулся на гроздь взрослых «искорок».
— Одни сюрпризы, — усмехнулся он. — Может ещё и манускрипт попадётся?
\"Мы знаем, что она была здесь. Если мы сможем определить, в какой она была комнате, то, возможно, найдем подсказку. Она оставила одну на складе. Готова спорить, она попыталась сделать это и здесь\".
Но это надеяться не приходилось. Свитки находили раз в несколько лет. В них находились неведомые заклинания, и маги могли отвалить кучу золота за такую находку.
Через десять минут Рэд нашёл две штуки. Рядом.
\"И как мы узнаем, где она была?\" – поинтересовалась Кастильо.
Он простоял минут пять над ними, не решаясь взять в руки. Много фарта — это тоже плохо. Если всё хорошо — значит потом будет плохо. Если вообще будет…
\"Будем исходить из того, что она была в одном из пустых номеров. Мы ведь тщательно их не осматривали\".
Но отказываться от богатства…Ладно. Дают — бери, бьют — беги.
\"Логично. С какого начнем?\"
— Разберёмся, — процедил Рэд, подбирая манускрипты.
\"В начале операции я заметила, что в одном из номеров не горел свет. Это наводит меня на мысль, что кто бы его ни занимал, ее перевезли достаточно давно. Давай начнем оттуда. Он здесь, на втором этаже\".
Рюкзак приятно потяжелел — в его нутре переваливался товар, стоимостью по крайней мере в полгода безбедной жизни.
Кэри пошла впереди, показывая путь к комнате, в которую до этого они только бегло заглянули. Войдя, она включила свет и моментально поняла, что в комнате произошло что-то необычное.
Осталось только найти Игровое Поле. А за ним уже и место, где живут «солнечные куклы», недалече. Так рассказывал Эгмонт. Сам Рэд никогда далеко не заходил — незачем было. Находок хватало на втором острове, и уж совсем на крайний случай, в начале третьего. А лезть на рожон среди Идущих было не принято.
Угробить себя можно и на первом острове, так зачем на четвёртый лезть. Один Эгмонт бродил по самым отдалённым местам. Больше никто из Идущих не заходит туда, где он обычно гуляет. Рэду всегда казалась — Эгмонт ищет что-то или кого-то. Но… Вольному — воля. Каждый выбирает по себе. Быть может, когда-нибудь поиск Эгмонта завершится, и тогда он обретёт покой. Во всяком случае, Рэду хотелось бы в это верить.
На ковре рядом с кроватью мокрело свежее пятно крови. Рядом с ним валялся телефон с проводом, вырванным из стены. Кэри присела на корточки и присмотрелась к аппарату: на одном из его углом темнела засохшая кровь.
Вокруг росли невиданные деревья, больше похожие на гигантские цветки. На третьем острове господствовали растения. Здесь не было места творениям людей или иных рас. Рэд уверенно шёл по дорожке, прикрытой ковром опавших лепестков. Алые капельки соцветий на фоне серых листьев, тёмно-серая узорчатая кора деревьев — этот лес бережно хранил свою красоту, подстерегая беспечных Идущих многочисленными ловушками. Но сегодня Рэд не встретил ни одной. Это его даже пугало. Не может быть, чтобы в Призрачный Шторм во Тьме было безопасно. Если нет мелких неприятностей — жди крупных. Это правило Идущие заучивают с первых шагов во Тьме.
Кэри встала и окинула взглядом кровать. На спинке не хватало перекладины, к которой девочек приковывали наручниками.
Дорожка почти сразу вывела Рэда к Игровому Полю. Там шёл бой…
Маленькие фигурки людей бегали по улочкам приморского городка, а в гавань величаво и грозно вплывали чёрно-зелёные галеры.
Может, эта сумела освободиться и попыталась сбежать?
Даже Рэд почувствовал смертоносную силу, которую несли эти корабли. На них был враг. Истинный враг для всей человеческой расы. А с другой стороны Игрового поля, рядом с чёрно-зелёной эскадрой стояла женская фигура, закутанная в чёрный плащ с капюшоном. Просто стояла и наблюдала за своими творениями.
Она прошла в ванную. В душевой кабине лежал перевернутый стул, а маленькое окошко над ним было открыто. Кэри поставила стул ровно, взобралась на него и выглянула в окно. До земли было далеко, а смягчить падение мог только стоявший поблизости мусорный бак.
\"Что думаете?\" – спросила Кастильо у нее за спиной.
У Рэда пересохло во рту. Воплощённая Тьма…Ему всегда казалось, что россказни о таком — всего лишь сказки. И вот он увидел Её сам. То, что это Тьма, у него даже не возникло сомнений — он слишком много бродил по Её владениям, чтобы не узнать, не почувствовать хозяйку этих проклятых земель.
\"Думаю, девочка из этой комнаты одолела своего клиента и совершила попытку побега\".
Что же это за битва и где она проходит, если Тьма воплотилась около Игрового Поля, чтобы лично пронаблюдать? Рэд замер, боясь пошевелиться и привлечь внимание тёмной фигуры. Но Она была слишком занята тем, что происходило в неведомых землях и отображалось на этом поле. Эгмонт поговаривал, что весь мир — это игра, бесконечная шахматная партия. Сейчас Рэд склонен был ему поверить.
\"Может, ей удалось уйти?\" – с надеждой спросила Кастильо.
Он аккуратно сделал один шаг назад…второй…третий…Развернулся, и больше не оборачиваясь, двинулся вокруг поля, стараясь не смотреть на женский силуэт.
\"Сомневаюсь. Если бы удалось, мы бы уже об этом знали. О голой девочке в наручниках уже сообщили бы по радио\".
— Я незаметный, бесполезный, неопасный…Незачем обращать на меня внимание, — бормотал он себе под нос. — Вот пройду тихонько и всё. Мне бы «куколку» найти. Это ж рядом. И сразу уйду. Не надо на меня смотреть, меня уже и нет здесь.
Кэри вернулась в спальню и медленно обошла ее по кругу. Она была уверена, что именно Сару держали в этой комнате, и что она оставила какой-то знак.
Проскользнул на тропинку, ведущую вглубь острова, и рванул изо всех сил. Прочь, прочь…
Она стала внимательно изучать кровать, где девочка лежала прикованной, пока ее насиловали. Разумно было предположить, что если ее приковали за левую руку, то правой она как-то умудрилась схватить телефон и ударить им насильника.
— Только бы не заметила, — молил Рэд, стремительно несясь через остров. Под ноги попалась «багровая лиана», так Рэд её просто перескочил, тварь даже среагировать не успела. В другое время Рэд не решился бы на такое безумство, но не сейчас… прочь от Неё.
Переведя внимание на правую сторону кровати, Кэри представила себе лежащую там девочку и мужчину, извивавшегося на ней. Вариантов у девочки было немного – она могла только толкаться.
— Только бы не заметила…
Тропинка резко повернула, и Рэд не удержавшись на ногах свалился на траву небольшого луга. Дико ныли ноги, и болело сорванное горло. Рэд попытался глубоко вздохнуть и закашлялся. Продышавшись, Идущий упал на спину и раскинул руки. Над ним перекатывались низкие серые тучи. Во Тьме всегда было ненастно, что, правда, не мешало светить с горизонта закатному солнцу. Полежав так минут пять, Рэд поднялся:
И царапаться.
— Где ж это я?
Оказалось, что тропинка вывела его правильно. Прямо на полянку, где живут «солнечные куклы».
Кэри взглянула на правую сторону спинки и обнаружила множество следов ногтей. Они казались свежими, крохотные щепки все еще торчали по краям. Кэри наклонилась ближе и охнула.
Странные существа. Но при этом мечта любой девочки. Когда смотришь на куклу, кажется, что она соткана из солнечных лучей, как из соломы. Торчащие стебельки света, искристые радужные волосы, изумрудные озорные глазки и непоседливый нрав, как у маленького щенка. Лучшая игрушка для девочки. Существо готовое играть бесконечно и беззаветно любящее свою маленькую хозяйку.
\"Что там?\" – спросила Кастильо из другого конца комнаты.
\"Смотри\".
Рэд тихо подошёл к стайке «кукол». Протянул руки. Куклы сразу же сбились в кучу, недоверчиво поглядывая на него изумрудными бусинками глаз.
— Идите сюда, милые, — прошептал Рэд. — Вы нужны моей дочке.
\"Что? Какие-то царапины\".
Подойдя ещё на десяток шагов, Рэд бросил в «кукол» образ Мири так, как учил Эгмонт. Если ему верить, «куколки» могли читать мысли, правда, способность эта было у них в зачаточном состоянии. Благодаря этому они и вызывали восторг у детей — «куклы» чувствовали каждое желание и мечту ребёнка. Но и жили куклы только у того человека, который им нравился, иначе они просто распадались на свет и ветер. Интересные существа, единственные в своём роде.
\"Это не просто царапины, Джейми. Это буквы\".
— Ну же, маленькие, посмотрите на мою дочку, — Рэд ещё раз вспомнил Мири во всех деталях. — Разве она вам не нравится?
«Куклы» заволновались. Рэду показалась, что они как бы перешёптываются. Идущий закрыл глаза и стал вспоминать каждую мелочь: как Мири улыбается, как играет, как просыпается поутру. Он вспомнил всё хорошее, что наполнило его жизнь с тех пор, как родилась Мири.
Теперь охнула Кастильо.
«Куклы» весело запищали. Рэд открыл глаза и увидел, как существа вытолкнули из стайки маленькую милую «куколку» с яркими голубыми глазами — таких Рэд ни разу не видел. Она подбежала к его ногами и нетерпеливо подпрыгнула.
— Привет, малышка, — усмехнулся Рэд, аккуратно поднимая «солнечную куколку». — Ну что, пойдём домой?
Кэри протянула руку и, не касаясь доски, обвела буквы указательным пальцем.
Кукла согласно пропищала, поудобнее устраиваясь на руке. Её подружки хором что-то пропели вслед Рэду, когда он выходил на тропинку.
Всё…Теперь домой. Рэд блаженно улыбнулся. Ну и прогулочка получилась — никому не пожелаешь. Осталось пройти Игровое Поле, второй остров, мост…а там уже и первый остров, почти дом. Справимся…
\"Тут написано \"sc xile\". Тебе тоже так кажется?\" – спросила она.
Тут он вспомнил, кто стоит на Игровом Поле, и его прошиб пот. Рэд остановился, пытаясь вспомнить, есть ли обходной путь. По всему выходило, что нет. Никак не пройдёшь мимо.
— Твою мать, Тьму в душу да в сердце, — выругался Идущий, вглядываясь в следующий поворот тропинки. За ним уже начиналось Игровое Поле.
\"Да, похоже\", – согласилась Кастильо. \"SC\" – это Сара Калдуэлл. Но что значит \"xile\". Сокращение от \"exile\" (изгнанник – прим. перев.) или что-то в этом роде?\"
Выбирать не приходилось и Рэд решительно зашагал по тропинке. Чему быть, того не миновать. Когда он выбрался на Игровое Поле, его взгляду явилась ужасающая картина боя. То, что он увидел, когда впервые вышел к Игровому Полю, было разминкой не более. Сейчас же на далёкой земле, отображенной Игровым Полем, царил ад.
\"Не знаю. Но это она написала. Я уверена\".
Земля на побережье отсвечивала алым из-за пролитой крови тысяч людей. Дым застилал приморский город. Флот вторжения поуменьшился по крайней мере на половину. Но Рэд видел, что и оставшихся кораблей хватит, чтобы сломить сопротивление защитников города. Рэд как зачарованный застыл, наблюдая за боем. Грандиозность происходящего захватила его. Он забыл о том, что надо возвращаться, о Той, что стоит с другой стороны Поля. Рэд не мог оторвать взгляд от одной из самых великих битв, когда-либо потрясавших твердь Эвиала. Тут его взгляд привлекла фигурка человека стоящего на холме. Вокруг холма тянулся спиралью серый дым, призрачный, потусторонний, сжимаясь в копьё, нацеленное в никуда. В следующее мгновение тёмная сила ударила.
Кэри достала телефон, сфотографировала надпись и вышла на галерею.
Идущему сжало сердце — он увидел, как открываются великие врата в те земли, куда нет пути живым, туда, где проходит граница между вечностью и безвременьем. Сердце заледенело в смертном ужасе. Эти ворота приковывали взгляд, гипнотизировали. А потом из смертной раны ворот, ведущих в Серые Пределы, ударила волна силы, сминая тела нападающих на город воинов, с легкостью поглощая души. Чудовищный серый вихрь рухнул на корабли нападающих. Но на чёрно-зелёных галерах успели прийти в себя и выставить защиту. И тогда в поддёржку мага на холме с берега ударил огромный шар огня. Маги нападающих с этой напастью справились не в пример проще, потому что первое заклинание продолжало наступать, отправляя в Серые Пределы тысячами. Огонь встретился с водой. Столб пара рванулся в небеса, ткань мира прогнулась под ударом встретившихся стихий. И тогда возник звук. Тонкий, режущий ухо, как будто лопнула струна или бесконечно прочная и неизмеримо тонкая цепь, сдерживающая что-то.
\"Сержант Хенриксен, вы нам нужны\", – крикнула она, а затем обернулась к Кастильо. \"Нужно, чтобы оперативники тщательно проверили комнату – кровать, пятна крови на полу, телефон, а особенно – эти царапины. Они должны найти отпечатки пальцев и образцы ДНК, чтобы подтвердить, что Сара была здесь. Сможешь за этим проследить?\"
Рэд увидел, как из-за грани мира приходит тень чудовища, которого никогда не знала плоть мира. Квинтэссенция смерти, ужаса и разрушения. Тупое орудие для убийства, но от этого не менее мощное. С небес донёсся крик, и на чудовище рухнули драконы. Закружились, составив огненный круг, проливая на Зверя потоки чистого смертоносного огня. Но этого было мало, слишком мало. Рэд неотрывно смотрел, как драконы пытаются справиться со зверем. Идущий уже не сомневался, что в этой битве решается судьба мира. К сожалению, драконы смогли лишь ранить Зверя. И непонятно было, какая сила сможет остановить тварь. Но вот один из драконов сорвался огненным метеором в глотку чудовищу и взорвал его изнутри. Рэд закрыл глаза — сияние взрыва стало нестерпимым. Когда решился посмотреть, всё уже было кончено — Зверь был повержен.
\"Конечно. Вы куда-то уходите?\"
Тут в руке заворочалась «кукла», и Рэд вспомнил, что пора идти.
— Пора, маленькая, — выдохнул Идущий. — Видишь, какие дела творятся…Эй, ты куда?
\"Да. Во-первых, пошлю фото Эдгертону, чтобы он пробил \"xile\" по своим базам – вдруг он сможет понять, что это значит. А потом меня ждут кое-какие дела\".
«Кукла» неожиданно соскочила с его руки и побежала на Игровое Поле, прям к тому холму, на котором оборонял город тёмный маг.
— Стой, — разозлился Рэд. — Да стой же!
\"Все в порядке?\" – растерянно спросила Кастильо.
Не раздумывая, он кинулся за «куклой». Краем глаза заметил как Зверь, вроде бы убитый, поднялся и, как был без головы, кинулся в бой. Но Рэда больше занимала погоня за «куклой». Малышка оказалась на удивление быстрой. Он её догнал только у холма. Рэд с удивлением заметил, как рядом с магом возникла фигурка женщины в тёмном плаще, как та, что стояла рядом с Игровым Полем.
\"Послушай. Техотдел проверяет камеры в районе, ищет машины, отъезжавшие до нашего прибытия. Рэй ждет, когда сможет допросить Чики после операции. Эдгертон займется этим \"xile\". Больше мы пока ничего не можем сделать, так что я займусь решением личных вопросов. Позвони мне, если что-то всплывет, ладно?\"
Остались считанные шаги между ним и «куклой».
\"Хорошо\", – сказала Кастильо, явно удивляясь.
— Тьма тебя возьми, — рявкнул Рэд, протягивая руку.
Кэри не стала больше ничего объяснять. У нее не было выбора.
И тут Рэд споткнулся. «Солнечная кукла» хитро извернулась из-под руки, и пальцы Рэда коснулись фигурки мага на холме…Издалека донёсся клёкот сокола…
Чем я собираюсь заняться? Сказать ей, что я собираюсь изучить открытки, украденные из квартиры парня, которого я убила, чтобы найти зацепки в деле о пропаже моей дочери?
«…Фессу показалось, что ему на плечи свалился весь небесный свод. Неодолимая тяжесть пригнула его к земле, острая режущая боль прокатилась вдоль позвоночника, он сплюнул кровью… — и выпрямился, ощущая в себе океан Силы.»
Кастильо она такого сказать не могла, но именно это она и планировала сделать.
Рэд чуть было не запаниковал. Очутиться в чужом теле — ещё то удовольствие. Причём без всякой возможности двинуть рукой или ногой.
Глава восемнадцатая
Сознание оказалось заперто в тесной коробке чужого тела. Рэд рванул вверх, мысленно, зло, но ничего не получилось. Невидимые цепи держали слишком крепко. Ему оставалось только наблюдать.
Кэри изо всех сил сдерживалась, чтобы не швырнуть чашку горячего кофе в невинного работника булочной, подливавшего ей напиток.
Она была настолько раздражена, что испытывала непреодолимое желание сорваться на первом встречном. Так уж случилось, что им оказался заспанный парнишка, который без спроса долил кофе ей в чашку и нарушил хрупкий баланс сливок и сахара.
«Над западным горизонтом взметнулись бесчисленные чёрные знамёна.
— Ты знаешь, где искать убежище, — проговорила Тень, отступая на шаг. — Теперь ты найдёшь его даже с закрытыми глазами. Теперь тебе там самое место.
Она была права. Фесе словно наяву видел взметнувшиеся шпили Чёрной башни. Крошечный островок окружали льды, падал снег, но ни одна снежинка не нарушала возмутительной своей белизной гармонию чёрных зубцов и контрфорсов. Башня стояла девственно черна, точно первая ночь творения.
Фесс глубоко вздохнул. Выпрямился. Услыхал слабые крики, увидел бегущих прочь от него людей. Неподвижны остались только Клара и Кицум, даже верный Фейруз попятился.
Мир изменился. Теперь в нём, похоже, осталось только два цвета, правда, со множеством оттенков — серый и красный. Ярко-алым посреди серого мира пылали извивы чудовищного Червя, прущего сейчас прямо к берегу.»
Конечно, расстроило ее совсем не это. Во-первых, ее колени, локти и все, что между, невыносимо болело. А во-вторых, был почти час ночи, она просидела под бледными лампами в магазинчике уже пятнадцать минут, не сводя глаз с разложенных на столе открыток, но до сих пор не поняла, что они означают.
«Повязка тьмы». Рэд выругался — вот ведь парню не повезло. А ему-то что делать? Если он здесь застрянет…Нет, о таком лучше не думать. Как же выбраться? Рэд мысленно напрягся, вырываясь из пут чужого тела. Казалось бы ещё одно усилие, ещё один призрачный шаг и всё. Он снова станет свободным. Но что-то отбросило его обратно. Рэд застонал от бессилия.
Кэри изучала обратные адреса, потому что чутье подсказывало ей, что они были ключом ко всему. Она подозревала, что в них могли быть зашифрованы местоположения похищенных детей, но шифр никак не поддавался.
Она знала, что может отвезти открытки Эдгертону, и тот рано или поздно с ними разберется, но и он, и весь техотдел сейчас бросили все ресурсы на поиск Сары и еще двух недостающих девочек. К тому же, открытки попали к ней незаконно, и она не хотела вмешивать еще кого-то в свои проблемы.
— Ну, стерва, — прошептал он, вспоминая тёмную женскую фигуру. — Вот ты значит как? Решила мне подпортить жизнь. Так я тебе планы испорчу.
Был и более насущный повод для беспокойства: она боялась, что Джексон Кейв узнал о смерти Коллекционера – или Брайана Виквайра. Если ее подозрения были верны, он помогал Виквайру с продажей похищенных детей, а значит, мог предупредить своих \"клиентов\". А если бы он узнал, что Виквайр погиб в схватке с Кэри, то в первую очередь предупредил бы тех, кто купил Эви.
И Рэд всеми силами души ударил по серой полоске прикрывающей глаза некроманта. Он уже один раз справился с «повязкой тьмы». Справится ещё раз, не проблема.
У нее были все основания думать, что так и произошло. Центральное подразделение объявило ее в розыск, и Кейву ничего не стоило перехватить эту информацию. Затем, когда он узнал, что жучки в машинах Кэри и Рэя больше не работают, он наверняка сложил два и два. Если он сейчас не спал, то, скорее всего, оповещал всех причастных.
— Н-на тебе, — прорычал Рэд, ударяя по ненавистной «повязке» всей злостью, всей обречённостью. Говорил Эгмонт, что нельзя бороться с Тьмой — себе дороже будет. Ну и шут с ним.
Я должна расшифровать их, и быстро.
Выбросив из головы посторонние мысли, Кэри снова отдала все свое внимание открыткам.
— Получай, — Рэд ударил «повязку тьмы» воспоминаниями. Рассвет на побережье, далёкая синь летнего неба, прохлада родниковой воды, искристая роса поутру, раскалённый жёлтый песок под ногами, крики чаек, смех людей, весенний дождь — всё то, что ненавистно Тьме, всё то, чего никогда в Ней не было.
Все адреса были из штатов к западу от Скалистых гор, но остальное в них выглядело полным бредом. Каждый адрес начинался с каких-то букв, похожих на инициалы, а за ними следовала улица и номер дома в реальном городе. Однако, когда Кэри вводила адреса в карту на телефоне, приложение выдавало ошибку.
«Повязка» тревожно зашевелилась. Ей было неуютно, больно, страшно. На неё сыпались образы, которых она никогда не видела и даже представить не могла. И вместе с образами холодная иррациональная ненависть. Человеческая ненависть. Самое сильное чувство во всём мире. После любви. Но Рэд уже давно никого не любил.
Помимо этого, большинство названий улиц даже не были похожи на слова. Некоторые состояли только из согласных, так что в них явно не было никакого смысла. В третий раз Кэри посмотрела на один такой адрес в Солт-Лейк-Сити, абсолютно сбитая с толку:
вб
243 gzqodq-лейн
тейлорсвиль, юта
84123
«Червю было наплевать на все и всяческие Силы, он хотел одного — жрать, а жрал он всё, что только попадалось у него на пути. Хотя чудовище и явно отдавало предпочтение живому мясу.
Тень исчезла. Фесc оглянулся — что это, он стал выше ростом? И откуда взялся этот струящийся за плечами невесомый тёмно-серый плащ?
Он выпрямился. Увидел горящие яростью глаза Клары, увидел остановившихся и двинувшихся к нему её спутниц, одну из них он узнал — Раина, воительница, служившая в охранявшей Долину Вольной страже.
Клара атаковала в тот же миг, не давая ему даже передохнуть. И её совершенно безумный выкрик «Отдай Мечи!», который Фесс в первый миг даже и не понял.
У него не было посоха, ничего, кроме простого и честного оружия, полученного от «Белых Слонов». Глефу он оставил в стороне, и некромант отмахнулся от налетающей Клары мечом. Сила в его замах оказалась вложена совершенно нечеловеческая — боевая чародейка, мастер фехтования, отлетела шагов на десять и покатилась по траве, выпустив даже свою знаменитую рубиновую шпагу.
Больше никто вызов некроманту не бросил.
Один только Кицум глядел на него пристально, изучающе, однако ничего не делал.»
Она знала, что это писал Виквайр – его нежелание использовать заглавные буквы проявлялось везде. Тэйлорсвиль был настоящим городом. Но никакого переулка, улицы ли проспекта Gzqodq там не было. С виду это походило на случайный набор букв.
Рэд с ужасом понял, что этот странный человек его видит. Именно его. И видит насквозь, выворачивая душу на изнанку. Как только Рэд это подумал, Кицум одобрительно кивнул и подмигнул, мол, не боись, борись.
Она порылась в открытках и нашла одну достаточно короткую, чтобы заставить себя попробовать еще раз. Там было написано:
дн
33 dkj-роуд
салем, орегон
97302
Опять то же самое: Салем – реальный город, улица Dkj – нет. Кэри попробовала переставить буквы и посмотреть, не являются ли анаграммой, но из одних согласных ничего не получалось. Она просмотрела все улицы с индексом 97302, надеясь на озарение. Там были улица Декера Джонса и переулок Докджи. Оба названия созвучны с «dkj». Но она знала, что смотрит не туда. А еще там была Элк-Роуд.
Кэри смотрела на последнюю, и чувствовала, как какая-то идея щекочет ей подсознание. Ей почудилась возможность. Количество букв совпадало, хоть они отличались. Она смотрела на них снова и снова, пока не заметила кое-что новое.
«Хватит валять дурака, резко сказал себе Фесе. Не трать силы попусту. Они у тебя не неисчерпаемы. Тебе отпустили их ровно столько, чтобы покончить с Червём. Ну и унести отсюда потом ноги.
Он вновь взглянул на Зверя. Извивающееся тело мчалось к берегу, вздымая исполинские волны. Тварь сама шла навстречу своей судьбе.
Фесс не мудрствовал лукаво. У него был сейчас океан чистой Силы. Он понимал, почему, располагая такой мощью, Сущность так и не смогла до сих пор захватить весь Эвиал. Она нуждалась в человекоорудиях, способных управлять этой мощью, и обычные люди тут никак не годились. Какого-нибудь бы Джайлза или даже Анэто эта Сила в один миг превратила бы в порошок.
Фесс посмотрел на Червя. Ну, иди же сюда, порождение бездны, с тобой уже справились один раз, да вот только не до конца. Я постараюсь закончить дело, чего бы это мне ни стоило.
Некромант не знал никаких особых заклятий, чтобы правильно распорядиться оказавшейся в его руках Силой. И потому он просто вспомнил одно из самых простых и эффективных заклятий классической некромантии — отъятие вложенной жизни у одиночного зомби. Заклятье требовало известной подготовки и потому почти никогда не применялось, так сказать, «в полевых условиях».
Фесс быстро начертил остриём меча грубую и приблизительную схему. Никаких ингредиентов у него не было, и он просто вбросил хаос первозданной мощи в очень приблизительно очерченные границы заклинания. За такое исполнение чар Даэнур, наверное, отчислил бы его в тот же миг, но сейчас…
Сейчас заклятье сработало. И хотя некромант едва устоял на ногах, а от него к морю пролегла широкая полоса вспаханной и мелко измельчённой на глубину человеческого роста земли, своё дело чары сделали.
Казавшийся некроманту алым среди всех оттенков серого Червь вдруг замер на месте. Забил хвостом, яростно распахнул пасть, с рокотом выбрасывая из утробы фонтаны воды. Но было уже поздно. Пущенное некромантом невидимое оружие настигло чудовище. Слилось с ним. Заполнило его целиком. Давило, рвало, крошило. Червь заметался, в агонии колотя по воде хвостом и поднимая волны высотой с крепостную башню.
Некромант заскрипел зубами — откат тоже давал о себе знать — и отдал последнюю команду.
Призрачный Червь отделился от своего воплощённого двойника, воспарил над бренным миром — и в тот же миг бьющийся в морских волнах Зверь лопнул, весь разом, от новооткрывшейся пасти до игольчато-остро го хвоста. На несколько лиг в море протянулась дорога пылающего пламени. Горело всё — чешуя, мышцы, внутренности. Червь утратил свою силу, он превратился просто в гору мяса и костей, что весело пылала сейчас прямо невдалеке от берега, распространяя вокруг себя едкий дым и отвратительное зловоние.
Всё было кончено. Долго ещё будут гореть плавающие на поверхности воды ошмётки, но Зверя уже нет. Нет и больше никогда уже не будет, потому что даже Сущность не в силах, наверное, вновь повторить такую работу.
Если на место каждой буквы в \"dkj\" подставить следующую букву алфавита – \"e\" вместо \"d\", \"l\" вместо \"k\" и \"k\" вместо \"j\", получалось слова \"elk\" (\"лось\" – прим. перев.).
Рэд рванулся из последних сил. Во рту появился солоноватый привкус. Снова… Нет…
Она ввела \"33 Элк-Роуд\" в строку поиска на карте. Ничего не высветилось. Улица была сельской, и домов там было не больше дюжины.
Осталось последнее. Рэд зачерпнул остатки силы у некроманта, не понимая откуда у него появилось знание о том, как это нужно делать. И чистой Силой ударил в обессиленную «повязку». Оттолкнулся от её предсмертной боли и страха, выныривая на поверхность. Выдираясь из чужого тела. Становясь свободным…Собой…
Что, если номера домов он тоже переиначил?
Фесс устало уронил руки. Мир вокруг него вновь обретал краски, но вьющийся на несуществующем ветру тёмно-серый плащ никуда не исчез. Некромант потратил всю отпущенную ему Силу. Всю, без остатка.»[2]
Не удивительно, что номера \"44\" на Элк-Роуд не оказалось. Если там не было \"33\", то откуда было взяться \"44\"?
Хм, а вдруг цифры он заменял в обратном порядке?
Рэд устало опустился на землю. Всё…Получилось. «Кукла» обосновалась на плече. И когда только успела?
Она попробовала ввести \"22 Элк-Роуд\" и, как и следовало ожидать, на карте загорелся красный флажок. Обрадованная, Кэри вернулась к адресу в Юте. Тем же методом \"243 gzqoda-лейн\" превратился в \"132 Харпер-Лейн\", и этот адрес тоже высветился на карте.
Где-то вдали послышался торжествующий клёкот сокола. Но у Рэда уже не осталось сил на любопытство.
Кэри проделала то же самое еще с парой открыток. Все сошлось. Но ничто не указывало на то, какой похищенный ребенок находится по каждому адресу. Ей пришлось бы поднимать записи о собственниках жилья, узнавать, сколько у них детей и искать их фотографии. Это могло занять целую вечность.
— Удачи, парень, — пожелал Идущий некроманту. — Теперь ты справишься. Теперь всё только в твоих руках.
Или нет.
Кэри взглянула на буквы над адресами. Если они служили инициалами, и Коллекционер использовал тот же трюк, что и с улицами, то она могла вычислить, где находится Эви.
Вдруг тень перечеркнула тропинку перед Рэдом. Он поднял глаза…и крик застрял у него в горле.
\"Еще кофе, мэм?\"
Пронзительный взгляд из-под капюшона причинял боль.
Кэри подняла пустой взгляд. Парень с кувшином кофе стоял над ней с натянутой улыбкой.
— Ты навсегда останешься во Тьме, человек. Ты сломал то, что Я строила десятилетиями, — тихий женский голос шелестел ледяной позёмкой — Беги, прячься… но ты мой. Навсегда. Твой последний шаг домой станет первым ко Мне.
Вдали послышался безумный смех…
\"Что? Нет. Уйдите\", – сказала она ему и вернулась к открыткам. Она перебирала их одну за другой в поисках \"dk\", комбинации букв, идущих перед \"el\" – Эвелин Локк.
«Пересмешники»!
Рэд хрипло вскрикнул и побежал. Рюкзак бил по спине, но Идущий даже не подумал его бросить. Осталась только одна мысль — бежать.
И она их нашла. Кэри секунду неподвижно смотрела на адрес. Сомнений не было, ее дочь держали в доме на Карсон-Драйв в Ломите. Это было в двадцати минутах езды от булочной. Неужели все эти годы их с Эви разделял только десяток-другой километров?
И в спину ему бил змеиный шёпот: