Кристи Агата
Человек в тумане
Жизнь больше не радовала Томми Непревзойденные детективы Бланта потерпели крайне болезненное для их достоинства, не говоря уже о кармане, поражение. Призванные решить тайну ожерелья, похищенного из Эллингтон-Холла в Эдлингтоне, непревзойденные детективы Бланта проявили себя далеко не лучшим образом. В то время как Томми, питая глубочайшие подозрения насчет азартной графини, следил за ней, переодевшись католическим священником, а Таппенс втиралась в доверие к племяннику упомянутой графини, прикидываясь страшной любительницей гольфа, местный инспектор полиции, недолго думая, арестовал одного из лакеев, который оказался неоднократно судимым вором - мало того, он даже не подумал отпираться.
В результате Томми с Таппенс ретировались с максимумом возможным в данных обстоятельствах достоинством и теперь утешались коктейлями в гостинице «Гранд Эллингтон». Мистер Блант, он же Томми Бирсфорд, все еще томился в облачении священника.
- Не похоже получилось на отца Брауна,
[1] - мрачно заключил он. - Странно... А зонтик был в точности такой же.
- Просто не та проблема, - отозвалась Таппенс. - Нужно, чтобы с самого начала была соответствующая атмосфера. Ведь как все должно было быть? Ты делаешь что-то совершенно обыденное, и вдруг - хоп! - происходит нечто невероятное.
- К сожалению, - заметил Томми, - нам надо возвращаться в город. Если невероятное намерено произойти, ему лучше поторопиться, пока мы не уехали.
Он поднял свой бокал и поднес к губам, но содержимое неожиданно выплеснулось: на плечо Томми обрушилась тяжеленная длань, и голос под стать ей загремел над самым его ухом:
- Черт меня подери, если это не старина Томми собственной персоной! И миссис Бирсфорд здесь же! Каким ветром вас сюда занесло? Целую вечность от вас ни слуху ни духу.
- Ба, Пузырь! - удивился Томми, отставляя остатки коктейля и оборачиваясь взглянуть на пришельца - огромного широкоплечего мужчину лет тридцати в костюме для гольфа. Его круглое лицо сияло. - Старый добрый Пузырь!
- Однако, дружище, - орал Пузырь (которого, кстати сказать, в действительности звали Марвин Эсткорт), - не знал, что ты подался в монахи. Вот уж не думал увидеть тебя в качестве подслеповатого падре!
Таппенс расхохоталась, и Томми смутился. А потом, как-то совершенно неожиданно, они осознали присутствие четвертого лица.
Стивен Кинг
Четвертым было длинноногое небесное создание с шевелюрой из чистого золота, огромными круглыми голубыми глазами и громадными жемчужными сережками в ушах. Оно куталось во что-то безумно дорогое, отделанное горностаями, и улыбалось. Эта улыбка говорила о многом. В том числе и о том, что создание отчетливо сознает тот факт, что в Англии, если не во всем мире, смотреть, кроме как на него, в общем-то особо и не на что. Создание нисколько этим не кичилось - оно просто не забывало сознавать, твердо и непоколебимо, что это так.
Убийца
И Томми, и Таппенс узнали ее сразу же. Они трижды видели ее в «Сердечной тайне», столько же - в еще одном шедевре, «Столбах пламени», и в бесчисленном множестве других. Пожалуй, в Англии не было другой такой актрисы, покорившей британцев столь окончательно и бесповоротно, как мисс Джильда Гленн. Считалось, что она самая красивая женщина в Европе. Поговаривали, правда, что и самая глупая...
Внезапно он проснулся и осознал, что не помнит, кто он или что он делает здесь, на военном заводе. Он не помнил своего имени и того, что он здесь делал. Он не помнил ничего.
Завод был большим, со сборочными конвейерами и клик-клакающим звуком состыковываемых вместе деталей.
- Мой добрый друг, мисс Гленн, - поспешно и отчасти смущенно пробормотал Эсткорт, словно извиняясь за то, что посмел хоть на секунду забыть о таком ослепительном создании. - Томми и миссис Томми, позвольте представить вас мисс Джильде Гленн.
Он взял один из собранных пистолетов из коробки, в которую они автоматически упаковывались. Очевидно, он работал за станком, но сейчас тот был остановлен.
В его голосе явно слышалась гордость! Показавшись с ним на людях, мисс Гленн оказывала ему великую честь.
Было похоже, что он взял пистолет рефлекторно, не задумываясь. Он медленно пошёл в другую часть завода по узкому мостику. Там стоял ещё один человек и упаковывал патроны.
«Кто я такой?» — медленно произнёс он, запинаясь.
Актриса с неподдельным интересом разглядывала Томми.
Мужчина продолжал работать. Он не поднял глаз, не подал знака, что услышал.
«Кто я такой? Кто я такой?» — закричал он, но, хотя весь куполообразный завод наполнился его дикими воплями, ничего не изменилось. Люди продолжали работать, не поднимая глаз.
- Вы что, в самом деле священник? - наконец спросила она. - Ну, то есть действительно католический священник? Я думала, у них не бывает жен.
Он с размаху ударил пистолетом по голове упаковщика патронов. Раздался хруст, и упаковщик упал лицом вперёд, разбрасывая по полу патроны.
Эсткорт разразился оглушительным хохотом.
Он поднял один из них. Случилось так, что калибр был верным. Он зарядил ещё несколько патронов.
Над ним раздался «щёлк-щёлк» шагов. «Кто я такой?» — закричал он вверх, не ожидая ответа.
Но мужчина посмотрел вниз и побежал.
- Вот это здорово! - гремел он. - Ну ты хитрюга, Томми! Хорошо, миссис Бирсфорд, что, отказавшись от мирских соблазнов, он таки не отказался от вас.
Он резко направил пистолет наверх и дважды выстрелил. Мужчина остановился и упал на колени, но перед падением он нажал на красную кнопку на стене.
Джильда Гленн не обратила на его слова ни малейшего внимания. Она продолжала с недоумением разглядывать Томми.
Завыла сирена, громко и отчётливо.
- Так вы священник? - настаивала она.
«Убийца! Убийца! Убийца!» — закричали громкоговорители.
- Очень немногие из нас являются тем, чем кажутся, - осторожно ответил ей Томми. - Хотя наши профессии чем-то схожи... Я не отпускаю грехи - но я выслушиваю исповеди...
Рабочие не подняли глаз. Они продолжали усиленно трудиться.
Он побежал, пытаясь уйти от сирен, от громкоговорителей. Он увидел дверь и побежал по направлению к ней. Она открылась, там стояло четыре человека в форме. Они выстрелили в него из странного энергетического оружия. Разряды пронеслись рядом с ним. Он выстрелил ещё три раза, и один из людей в форме упал, его энергетическое оружие загрохотало по полу.
- Да не слушайте вы его, - вмешался Эсткорт, - вечно он всех за нос водит.
Он побежал по другому пути, но из другой двери их подходило ещё больше. Он дико оглянулся вокруг. Они окружали его со всех сторон! Он должен выбраться отсюда!
- Но если вы не священник, почему же вы так одеты?
Он взбирался всё выше и выше, по направлению к верхнему ярусу. Но наверху их было ещё больше. Он попался в западню. Он стрелял, пока его пистолет не опустел.
Они приближались спереди, некоторые сверху, некоторые снизу. «Пожалуйста! Не стреляйте! Вы что, не видите — я всего лишь хочу узнать, кто я такой».
Не понимаю, - совершенно искренне призналась мисс Гленн. - Если только...
Они выстрелили, и энергетические лучи вонзились в него. Всё вокруг почернело…
- Нет, я не скрываюсь от полиции, - сказал Томми. - Дело в другом.
* * *
Они наблюдали, как над ним захлопнулась заслонка, и затем грузовик уехал. «Один из них в любом случае становится убийцей, как сейчас, так и раньше», — сказал охранник.
- О! - протянула мисс Гленн, нахмурив брови и не отрывая от него своих прекрасных глаз.
«Я просто не понимаю этого», — сказал второй, почёсывая голову. — «Возьми, например, вот его. Вот что он сказал: „Я просто хочу знать, кто я такой“. Вот как было. Почти как человек. Я начинаю думать, что они делают этих роботов слишком хорошими».
«Интересно, дойдет до нее когда-нибудь? - подумал про себя Томми. Придется, видно, ограничиться односложными словами».
Они смотрели, как грузовик для починки роботов исчез за углом.
Вслух же он произнес:
- Пузырь, ты случайно не знаешь, когда ближайший поезд до города? Нам нужно двигать домой. Станция далеко?
- Минут десять пешком. Но можете не спешить: поезд только что ушел. Следующий будет в восемнадцать тридцать пять, а сейчас всего без двадцати шесть.