— Кровавые вороны, парень, я стою здесь! — резко ответил Маркус. — Докладывай!

— Вражеская пехота, — задыхаясь произнес он.

— По крайней мере тридцать тысяч, в двух минутах отсюда. Вражеские воздушные войска задержаны Рыцарями Мальками, но прибудут в то же время, примерно семь тысяч. Сэр, что же нам делать?

Две минуты?

Две минуты?

Почти сорок тысяч ворда приближается, а его собственные войска разбросаны по всей территории, в тумане, вне поля зрения друг друга.

Их поглотят целиком по отдельности.

Кровавые вороны, во что Октавиан втянул его?

Если они оба — он и этот молодой человек переживут этот день, что выглядит все более и более маловероятным, Фиделиас подумал, что возможно тогда, ему самому придется убить его, чисто из принципа.

Глава 53

— Граф Кальдерон, — произнес Эрен, — я знаю, что не все бывает так, как кажется. Но я бы очень хотел знать почему тот факт, что нас вот-вот раздавит пара монстровордов не таков, как кажется. Я хочу сказать, я думал, что это должно быть уже очевидно.

— Вороны, — тихо выдохнул Бернард. Его лицо было сведено от напряжения. — Должно быть они упустили Королеву.

— Что? — спросил Эрен.

Семидесятифутовый валун со свистом пролетел мимо них, брошенный одним из неуклюжих бегемотов сопутствующих монстровордам.

Он промазал по ним не более тридцати сантиметров и разбился о стену башни за ними, посылая паутину трещин по камню.

— Кровавые вороны! вскрикнул Эрен.

— Верховные лорды и… Он сглотнул, и казалось даже не заметил близкого попадания. — И моя жена узнали, где находится Королева вордов.

— О, — сказал Эрен тихо. Очевидным ходом была бы попытка завершить войну немедленно — обезглавливающим ударом.

Если бы это произошло, ворды бы не действовали с такой целеустремленностью и направленностью.

И очевидно было предположить, что удар не удался. Учитывая, насколько это было важно, Эрен счел маловероятным, что Верховные лорды не бились на смерть.

И Графиня Амара, хотя и умелый заклинатель воздуха, была наименее способна защитить себя против такой угрозы, как Королева вордов.

— Я понимаю, сказал тихо Эрен. Миг спустя, он добавил: «Я думаю, более вероятно, что Королева сбежала, чем то что они все погибли, Ваше Превосходительство. Я уверен, что с вашей женой все в порядке.

Бернард покачал головой. — Спасибо за ложь, сынок.

Эрен скривился.

— Что ж, — сказал Бернард. Он повернулся чтобы посмотреть на урон, который валун нанес башне. — Если Верховные лорды не выполнили работу, нам просто придется сделать ее самим, не так ли?

Он исчез внутри башни и появился секунду спустя с большим черным луком длиной с его рост, его дуги толще предплечий Эрена, и боевым колчаном, наполненным стрелами.

Граф Кальдерон сделал глубокий вдох.

Потом он крякнул и согнул лук, налегая на него всем своим телом. Он напрягся с силой, данной фурией, чтобы изогнуть лук достаточно для установки тетивы — которая была гораздо больше похожа на канат толщиной с мизинец Эрена.

Кальдерон осторожно отпустил лук и с силой выдохнул. Вены на его шее вздулись, и его лицо было красным от напряжения.

Эрен нервно огляделся, пока Граф Кальдерон готовил свое оружие.

Битва на внешней стене все еще шла хорошо, насколько хорошо идут битвы; легионеры держались стойко.

Сражение на северном утесе серьезнейшим образом замедлило вордов — Череус и Граждане, которых он вел, стойко нападали на монстроподобных тварей всеми возможными видами заклинаний.

Дюжины квадратных метров их хитиновой шкуры были сожжены.

Деревья качались и клонились, нападая своими ветвями как огромными дубинами, но черная хитиновая броня, казалось, принимала удары с готовностью.

Шипы поднимались из земли, протыкая ноги монстроворда, но зверь начал протягивать свои конечности вперед, разнося вдребезги каменные шипы до того, как они могли их проткнуть — и любой, кто приближался к огромной твари в попытке поднять шипы под одной из ног монстра, был злобно атакован вордами, охраняющими его.

Хотя он и истекал кровью от множества ран, монстроворд не был убит, только замедлен; и заклинатели, которые работали против зверя, уставали.

Это было невероятно выносливое существо, и не только из-за своего размера.

Несмотря на массивное заклинание, направленное против него, он просто сдвинул плечи, пока волны Cилы не ослабли, и сделал еще один гигантский шаг вперед.

Но все же это было достижение: Граждане задержали создание на мгновение, помешав намерению одновременно напасть с двух сторон.

На южном утесе, монстроворд даже не замедлился.

В считанные мгновения он должен был выйти на позицию чтобы обрушить внешние стены, одновременно пробивая брешь в обороне и создавая рампу из плоти, по которой ворды могли проникнуть.

Бернард повесил боевой колчан на плечо жестом, который показался Эрену похожим на ритуальный, отработанным столько раз, что Граф вероятно даже не заметил что его сделал.

Граф Кальдерон потянулся и выбрал одну стрелу.

Ее наконечник был странно тяжелым, комплект из четырех стальных лезвий, которые более всего напомнили Эрену гарпуны. Только в последний момент он заметил шар из блестящего черного стекла, которая была установлена между стальными лезвиями, как драгоценный камень в оправе.

Бернард посмотрел на ближайшего монстроворда, на южном утесе.

Тварь издала свой чудовищный, сотрясающий кости утробный рык, какой оба зверя периодически издавали с момента появления.

— Клан Овцерезов, вздохнул Бернард. — Эти глупцы никогда не умели держаться подальше от битвы, которую они не могут выиграть.

Эрен увидел варваров и их зверей, нападающих на монстровордов, мечущих копья в их животы в надежде задеть жизненно важные органы, пока их смертельно опасные хищные птицы прорывали когтями себе дорогу на несколько метров вверх по ногам монстроворда, разрывая и нанося раны, но без какого-либо видимого эффекта.

Возможно, если бы у них была неделя, они могли бы в конце-концов заклевать огромного зверя по кусочкам — но столько времени у них не было.

— Возможно, тебе стоит немного отойти, Сэр Эрен, — сказал Бернард. Он покачал стрелой. — Я не уверен, что эта вещь не взорвется в ту же секунду, как я отпущу тетиву.

Эрен сглотнул и сделал пару шагов назад. — Эмм… ясно.

— Немного дальше, — сказал Бернард.

Эрен отошел на 6 метров, к дальнему краю балкона цитадели.

— Думаю, этого достаточно, — сказал Бернард. Он положил стрелу на тетиву огромного лука, повернулся к монстроворду, и начал ждать.

— Это… далекий выстрел, — заметил Эрен. — До трехста метров?

— Расстояние не проблема, — ответил Бернард сквозь стиснутые зубы. — Но угол немного неудобный.

— О, да, — сказал Эрен. — Но честно, сэр… возможно есть другой способ для вас чтобы… Ваше Превосходительство, это одна-единственная стрела. Что, по-вашему, она может сделать?

Обширные бока монстроворда раздулись еще больше на вдохе.

Бернард натянул черный лук, и его дуга застонала как мачта корабля при сильном ветре.

Узлы мышц проступили на его плечах, спине и руках, и cнова он стиснул зубы, и его лицо стало красным от усилий.

Когда Бернард оттянул стрелу к уху, земля мелко зажрожжала.

Дуга черного лука корчилась и дрожала, несмотря на то, как она была согнута, и Эрен понял что Граф прилагал невероятное количество земляного заклинательства чтобы согнуть лук, и приложит еще больше древесного, чтобы укрепить его края, чтобы передать всю возможную силу снаряду.

Когда он отпустил тетиву с коротким вскриком от усилий, отдача лука почти сбила его с ног.

В воздухе перед ним разразился гром, и стрела унеслась в ночь так быстро, что Эрен не смог бы проследить за ней взглядом, если бы утренний свет не отразился от стального наконечника.

Монстроворд открыл свою пасть чтобы снова издать рев, и в этот момент стрела влетела ему в широкую глотку.

Рев продолжался еще мгновение, потом появилась вспышка света, громкий звук, и взрыв дыма и маленьких язычков пламени, которые вырвались из пасти монстроворда.

Он остановился и снова заревел, на этот раз на более высокой ноте, и видимый фонтан зелено-коричневой вордовской крови выплеснулся из его пасти и упал на землю отвратительным маленьким водопадом.

— Гкхм, — сказал Бернард. Он заметно осел, его грудь поднималась в медленных, глубоких вдохах, и он прислонился к перилам чтобы остаться на ногах. — Кажется… Пентиус Плувус….был прав.

— А? Отозвался Эрен, увлеченно глядя на монстроворда.

Бернард оседал, пока не сел на лавку напротив внешней стены башни, за ними.

— Плувус сказал, что взрыв будет совсем другим, если начинается окруженным плотью вместо открытого воздуха. Гораздо более разрушительным. По-видимому, однажды ворон съел один из наших маленьких огненных шаров, и мальчик попытался сбить его в воздухе из рогатки. Обычно, когда мы использовали один из маленьких шаров поначалу, могли опалить только несколько перьев, если он взрывался рядом. В этот раз они нашли перья и останки в радиусе двухста метров.

— Хм, понятно, — сказал Эрен. — Это очень… очень тошнотворно.

Монстроворд издал еще один крик бедствия. Он осел словно пьяница.

— Этот лук может прострелить пару коровьих туш, — сказал Бернард. — Не то чтоб я проверял на живых коровах, конечно. Это жестоко.

— Хмм, — едва слышно отозвался Эрен.

Монстроворд потряс головой. Жидкость отлетала и разлеталась большими, отвратительными арками.

— Так что я выстрелил в нёбо этой твари, — сказал Бернард. — Думаю, стрела вошла на три-четыре фута. Возможно, где-то в его мозге. Тогда…

Бернард развел руки жестом, имитирующим взрыв и сел чтобы наблюдать за необъятным созданием в тишине.

Монстроворд постепенно накренился на одну сторону и упал. Это было движение, наиболее похожее на падение дерева — на падение нескольких деревьев — чем на движение любого из животных.

Земля сотряслась, когда он приземлился, и дюжины камней покатились с утеса, круша здания города.

Пыль и грязь поднялись на двадцать футов в воздух вокруг создания.

Монстроворд издал один последний медленный, задыхающийся крик, который скатился от разрывающего уши рева в полную тишину.

Эрен обратил свой взгляд к Бернарду и вытаращился на него.

— Кто угодно мог это сделать, — сказал Бернард слабо.

Дикое ликование, слабое по контрасту, донеслось из города внизу, и из резервных позиций за ними.

Граф Кальдерон закрыл свои глаза и прислонился к стене башни, очевидно изможденный, и поморщился при движении плечами.

— Это была, вороны забери, большая цель.

Он открыл один глаз чтобы взглянуть на второго монстроворда.

— Да уж. Если бы я только имел еще одну такую стрелу. И подходящий шар. И выспаться бы. Он покачал головой. — Мы все просто так чертовски устали. Я не представляю, как Череус держится.

Эрен сел рядом с Бернардом, глядя на оставшегося монстроворда. — Граф? Что же мы будем делать со вторым?

— Чтож, сир Эрен, — философски сказал Бернард. — Что ты предлагаешь? Мой оружейник говорит, что он сможет изготовить еще одну такую стрелу послезавтра. Я мог бы послать Легионы, но они просто будут раздавлены сотнями. Наши Рыцари и Граждане все либо на стене, бьются с полчищами, или они уже у утеса.

Он провел рукой по своим коротким волосам.

— Мы не можем затянуть их в трясину, как было у прошлой стены, потому что весь утес это цельный камень, и если мы его потревожим, он может взорваться и убить нас всех, включая наших беженцев. У меня больше нет таких стрел, или сверхмощных огненных камней, или сил выстрелить из этого лука. Кажется, я что-то порвал. Моя спина в огне.

Он поморщился.

— Так что будем надеяться, что Граждане и Лорд Череус смогут ослабить его, пока он не добрался сюда, и я не буду вынужден просить Дорогу и его наездников на гаргантах совершить последнюю отчаянную попытку, которая скорее всего убьет их без какой-либо пользы.

— Но мы не можем просто сидеть здесь, — запротестовал Эрен.

— Нет? Спросил Бернард. — У нас не осталось резервов, Сир Эрен. Ничего не придержано про запас. Это остается старому Череусу и Гражданам на том склоне. Если оно доберется сюда, война окончена. Все просто.

Они оба на мгновение замолчали.

Крики и звуки битвы, и отдаленные отголоски заклинаний, вертелись бесполезно вокруг монстроворда.

— Иногда, сынок, сказал Граф Кальдерон, — ты должен признать, что твое будущее в чьих-то других руках.

— Что нам делать? — тихо спросил Эрен.

— Ждать, сказал Бернард, — а там посмотрим.

Верховная Леди Плацида Ария отпрянула назад, когда ворды хлынули в улей сквозь отверстия в потолке, и Исане пришлось быстро откатиться в одну сторону, чтобы ее не растоптали.

В первые мгновения, воины-богомолы приземлялись и вырывались вперед короткими, стремительными движениями, очевидно дезориентированные.

Ария отлетела к стене с коротким вскриком. Исана встревоженно вскинула глаза.

Организм Леди Плациды был сильно поврежден ядом и ранениями. Исана залечила сломанную кость, и Благословение Ночи исцелило от отравления, но Верховная Леди была чрезвычайно истощена.

— Я н-не могу, выдохнула она, и покачала головой. — Это последнее земляное заклинательство… Я не могу.

Исана обратила взгляд на Амару, которая была в еще худшем состоянии, чем Ария.

Курсор смогла лишь приподняться на локтях.

Что означало…

— Что это остается сделать мне, — выдохнула Исана. Она задумалась о подходящей фразе, чтобы выразить все чувства от этой ситуации, и остановилась на «О, кровавые вороны».

Затем она собралась, потянулась за поясом Арии, и вытащила аккуратный дуэльный меч из ножен.

Она повернулась лицом навстречу шести вордовским воинам, несколько раз взвесив меч в правой руке, проверяя его вес и баланс.

Потом она протянула левую руку к бассейну с водой и сузила глаза.

Жидкость объемом с ванную резко отделилась от воды и собралась у ее левой руки.

Исана сконцентрировалась на ней на несколько секунд, и вода сформировала круглый диск толщиной в несколько сантиметров, лежащий на ее левом предплечье.

Диск начал двигаться и переливаться, как поток воды, все быстрее и быстрее.

Вращающийся диск странным образом облепил верхнюю половину ее тела, но Исана смогла сделать несколько шагов и стать между вордами и выжившими после нападения в улье, меч и импровизированный щит в руках.

Один из воинов заметил ее и бросился на нее с неприятным шипением, как выкипающий чайник. Исана увидела как серповидные конечности богомола устремились к ее голове, и подняла руку, чтобы задействовать водяной щит.

Бритвенно-острые орудия легко проткнули воду — и были так неистово отброшены влево от Исаны, что богомола протянуло несколько шагов в том же направлении.

Исана взмахнула длинным, узким дуэльным клинком в почти вертикальном разрезе, и бритвенно-острая сталь впилась в одну из ног богомола, открывая рану более тридцати сантиметров длиной.

Ворд издал резкий свист и отпрянул.

Еще три богомола повернули свои головы к Исане и поспешно двинулись вперед. Исана поняла, что не сможет просто закрыться щитом от каждого из серпов — но она выбрала крайнего справа богомола, сделала шаг в его сторону, выигрывая секунду, в которую ее цель могла ее атаковать, но два других — нет.

И снова, она подняла переливающийся водяной щит, и снова руки-оружие богомола были жестко отброшены налево, толкая богомола за ними.

Создание налетело на своих соратников, мешая их атаке, и у Исаны было время дважды взмахнуть мечом, оставив еще две, очевидно, болезненные, но отнюдь не смертельные, раны.

Она отступила чтобы снова оказаться между вордами и ранеными, тяжело дыша, все ее тело сотрясала дрожь от страха.

Битвы не были ее сильной стороной. Где же Арарис?

Еще дважды она была атакована одинокими воинами-богомолами, и оба раза она отразила их нападения таким же образом, хотя на последней попытке у нее так сильно дрожали руки, что она чуть не уронила меч.

Ворды издавали свист и шипение, их тела начали качаться вверх и вниз в общем оживлении.

И так, двигаясь вместе, все шестеро расположились полукругом вокруг нее и начали медленно и уверенно приближаться.

Исана закатила глаза и сказала самой себе потрясенным тоном: «Ну, это уж слишком».

Ворды одновременно ринулись вперед.

Исана не смогла бы ответить, когда именно она решила сделать то, что сделала. Это просто случилось, само собой, будто она планировала и тренировала это неделями.

Снова она подняла вращающийся водяной щит горизонтально, но на этот раз она разделила переливающийся диск воды на части, как головку сыра.

При такой скорости вращения, эффект был как от нескольких взрывов, каждый состоящий из нескольких галлонов жидкости.

Летящие снаряды ударили вордов с безукоризненной точностью, один за другим, со звуками «шлеп-шлеп-шлеп». и, как только они попали в первого из вордов, Исана закрепила их там с помощью Рилл, окружив маленькие головы богомолов сферами воды.

Ворды обезумели, они тряслись, кружились, бессмысленно царапали свои головы когтями, которые легко проходили сквозь воду.

У Исаны не было никаких теплых чувств к вордам, но ей претило смотреть на мучения любого существа. и хотя у них не было нормальных человеческих эмоций, но они чувствовали страх так же, как и любой другой в Алере, — и Исане было их жаль за их страх.

Они падали один за одним, подрагивая на полу. Исана сделала шаг вперед, чтобы прикончить их настолько милосердно, насколько она могла, когда в отверстии наверху появилась новая тень, и суровая фигура спрыгнула на покрытый кроучем пол, продавив его своей тяжестью.

Клинок Арариса рассек одного ворда, затем второго, после чего остановился, и Рыцарь с металлической кожей медленно осмотрел улей и шестерых мертвых или умирающих богомолов.

Он выпрямился, его меч безвольно опустился вниз когда он оглянулся, чтобы уставиться на Исану.

— Извини, дорогой, — сказала Исана слегка странным тоном. — Жаль, что ты застал меня за таким неподобающим для леди занятием.

Арарис Валериан улыбнулся медленной, спокойной и довольной улыбкой.

Затем он немного встряхнулся и избавился от оставшихся богомолов, в то время как мужчины в доспехах легионеров — доспехах Первого Алеранского, о фурии, спустились сквозь дыру.

— Идемте со мной, моя леди, — сказал Арарис, — у нас мало времени. Здесь команда, направленная чтобы вывести тебя и раненых назад в Гаррисон, и еще одна, пытается найти Лорда Плациду, но это будет непросто.

Амара с трудом поднялась на ноги. — Почему? Что происходит?

Арарис подошел к Лорду Антиллусу, убирая меч в ножны. — Первый Алеранский скоро будет побежден.

— Первый Алеранский, — сказала Исана, — если Первый Алеранский здесь, Арарис, то где мой сын?

Сверху через отверстие над ними донесся яростный визг несущий чистое зло, презрение и сырую, неприкрытую ненависть, что Исане пришлось отступить перед его напором.

Ощущение было будто кто-то запустил ей в спину длинные грязные когти и медленно, мучительно потянул вниз.

Исана заметила, что воины вокруг нее внезапно притихли, глядя вверх по направлению отвратительного звука.

А ты как думаешь? — тихо спросил Арарис, в его голосе еще звенела металлическая нотка.

Меченосец указал на потолок кончиком меча и сказал: «Он борется с этим».

Глава 54

Тави откатился направо на чистом инстинкте, и мгновение спустя меч Королевы рассек пустое пространство, в котором он только что был. Ее воздушный поток был огромным, жестоким, и жесткая турбулентность, сопровождающая его, почти отправила его на землю.

К моменту когда он восстановил баланс, Королевы нигде не было видно. Наведенный Канимами туман давно скрыл землю из поля зрения, и на таких скоростях они могли увидеть друг друга сквозь мглу лишь на считанные мгновения. Но Тави мог ее слышать, или, как минимум, ощущать ее присутствие. Унылое завывание ее воздушного потока растворялось в тумане и было слышно отовсюду. Но Тави знал, что она была где-то там, рядом, кружила вокруг него.

Прекрасно.

Тави завис в воздухе, протянул руку и вызвал три огненных сферы одну за одной. Они появились с поразительно громким звуком и вызвали шипение тумана превращенного в пар. Они и близко не попали в Королеву. И не должны были.

Королева вордов издала еще один леденящий душу крик враждебности и ярости который становился громче по мере приближения. Она летела прямо на него. Тави очертил мечом пару быстых кругов и проверил карман, чтобы убедиться в своей готовности.

Королева появилась: внезапные очертания белых волос, блестящих черных глаз, и ее плащ раздувался ветром как темные крылья. Она ринулась к нему с невероятной скоростью, и Тави поднял свой меч, как будто собираясь встретить ее клинок к клинку.

В последнюю секунду он бросил в нее огненное заклинание, и то же сделала она. Два заклинания сплелись вместе и оглушающе громко взорвались красным и зеленым пламенем. Королева пролетела через них, исчезающие остатки взрыва подожгли края ее плаща язычками пламени обоих цветов, ее клинок метнулся к горлу Тави, но он искусно парировал удар. Удар вызвал взрыв красных, синих и вордовских зеленых искр размером с городской рынок, и Королева Ворда снова закричала от разочарования, пролетела мимо него и немедленно развернулась, чтобы снова на него напасть.

Откуда-то снизу Тави услышал улюлюкающий клич Канимов, и кровавый камень в его кармане внезапно оказался таким горячим, что мог оставить волдыри на коже. Марок услышал его сигнал.

Мгла вокруг него внезапно сгустилась, и в ней показались темные фигуры. Длинные, извивающиеся отростки красноватой плоти протянулись с дюжины различных направлений, и сердце Тави ушло в пятки. Не менее трех вызванных Канимами кошмарных созданий возникли вокруг него, их ищущие щупальца скользили к нему, роняя слизь, которая, как знал Тави, была смертельной кислотой и вдобавок ядовита. Он понял что задержал дыхание когда щупальца шарили вокруг него в течении нескольких бесконечных секунд… и внезапно отпрянули. Защитная сила кровавого камня, который он взял с собой, отогнала тварей прочь, — или по крайней мере заставила их искать другую жертву.

Вокруг королевы Ворда роились не меньше дюжины созданий.

Щупальца стремились к ней, хватали и тянули. Она избежала большинства из них, но не всех, и завизжала от боли и злости, когда полдюжины влажных конечностей оставили на ее очевидно уязвимой коже ожоги. Королева злобно крутилась на месте, и ее меч вспыхнул пламенем, когда она начала прорываться от туманных тварей.

Тави не дал ей шанса освободиться. Он сконцентрировался на ней и создал самый горячий и неистовый огненный шар из всех что он когда-либо пытался. Он взорвался об Королеву ослепительной вспышкой света и оглушающим громом.

Тави определенно не собирался следовать дуэльным правилам. Ему нечего и некому было доказывать. И он видел слишком много битв, чтобы питать любые иллюзии насчет честной борьбы. Действуя этим путем, он бы больше никогда не поучаствовал в честном поединке.

Так что он обрушил на Королеву еще один огненный шар. И еще один. И еще, и еще, так быстро, как только мог их бросать. Звук ее яростного визга сопровождал жестокие сотрясения огненных заклинаний.

Он удерживал ее около трех-четырех секунд, но это не могло продолжаться долго. Его огненные заклинания наносили урон Королеве, но еще больше хаоса они принесли туманным тварям, сжигая их щупальца, которыми они удерживали Королеву на месте. Как только она от них освободилась, она прекратила свое воздушное заклинательство и камнем упала вниз в туман. Тави мельком увидел обнаженное тело, с обгоревшими волосами, наполовину покрытое черными пятнами ожогов, как передержанный на огне стейк. Затем она исчезла.

Тави повернулся и устремился за ней. Он не мог дать ей сбежать.

Пламя появилось из ниоткуда на его пути, и он с удивлением понял что Королева скрыла себя и замедлила падение. Он поднял меч, когда пламя объяло его, и передал жар в клинок, уводя от своей плоти, опять раскаляя свой меч. Затем они с Королевой наравне устремились к земле, она — лишь слабое видение, скрытое маскировкой, и только ее меч светился зеленым огнем. Их оружие схлестнулось несколько раз, и внезапно земля стремительно приближалась.

Тави притормозил первым, на секунду ужаснувшись что уже слишком близко к земле, но он смог перевести вертикальное движение в горизонтальное, прямо над плоским участком поля. Высокие сорняки и остатки прошлогоднего папоротника царапали его броню, и он оглянулся чтобы увидеть Королеву в погоне за ним, очевидно повреждения плоти ее ничуть не замедлили.

Вороны. Он рассчитывал что после встречи с Канимскими ужасными тварями она будет в гораздо худшем состоянии. В любом случае, эта встреча чего-то ей стоила. Она не так быстро сокращала расстояние между ними, как могла бы.

Сколько раз он оказывался в такой же ситуации, перед значительно более сильным противником, и зная что только смекалка поможет ему выбраться из переделки живым. В детстве, в Долине, это часто случалось с его товарищами по играм, когда он так и не научился сливаться с фоном. Но также он имел дело с танадентами[2], и снежными котами, — вороны, да даже треклятые овцы были больше него и сильнее, и вожаки стаи периодически загоняли его на деревья. И это все только до отъезда из Долины Кальдерон.

Он понял что усмехается.

Несмотря на волнение, и ужас, и ярость, которые бушевали в нем, Гай Октавиан улыбался.

В эту игру он умел играть.

Он внезапно сменил курс, взмывая сквозь воздух. Королева ринулась за ним, ее воздушный поток ревел как ураган.

Через мгновение он пролетел через наведенный туман, и вынырнул из него чтобы обнаружить красное солнце, восходящее на востоке на затянутом тучами небе, окрашивая Долину Кальдерон в цвет крови. Справа от него, кавалерия Канимов массово истребляла спящих вордов, но Варг и пехота быстро перемещались к широкому фронту тумана, скрывающему два Легиона. Тысячи пробужденных вордов озверело метались вокруг, и относительно небольшое число Алеранской кавалерии отбивало нападения групп вордов на канимскую пехоту с флангов пока они маршировали. Звуки битвы и приглушенные отзвуки средних размеров заклинаний долетали до него, странно искаженные туманом.

Королева появилась под ним через несколько секунд. На необожженой части ее тела появились новые следы от ожогов, и ее скорость еще замедлилась, но ее глаза горели холодным светом, глядя на Тави и только на него.

Тави почувствовал как по лицу расплылся широкий оскал — Ну что ж, если ты так сильно хочешь Долину Кальдерон, я просто обязан провести тебе экскурсию.

Он вложил всю свою концентрацию и волю в свой воздушный поток, и устремился на северо-запад, к окруженному грозой пику Гарадос.

Глава 55

Фиделиас смог создать какое-то подобие порядка среди хаоса битвы. Конечно, битвы никогда не были упорядоченными, аккуратными или легко управляемыми — но эта была хуже многих.

Имея лишь несколько минут на подготовку, и армию разделенную на несколько обособленных частей, слишком маленьких чтобы противостоять основным силам вордов самостоятельно, он сделал единственную оставшуюся вещь. Он вывел маршем Первый Алеранский из разрушенного стедгольда и расставил их полукругом снаружи вокруг стедгольда, поместив лекарей, раненых, и медперсонал под относительную безопасность огромной стены.

Он расположил Свободный Алеранский по флангам стедгольда, чтобы его ветераны приняли на себя всю силу грядущего удара, а менее опытные вольные справлялись с вражескими отставшими и новичками.

Пока он отдавал приказы и расставлял легионеров на позиции, временами размахивая кулаками вместо жезла, Воздушные Волки беспечно скатились вниз на своих воздушных каретах, как будто это был еще один самый обычный день в Алеранской империи.

Фиделиас направил Олдрика экс Гладиуса к улью чтобы увести Первую Леди и остальных подальше от опасности, пока ворды полностью их не поглотили.

Он только вернулся на командный пост на крыше большого каменного амбара, когда кто-то закричал: — Ворды!

Они наползали по земле и надвигались по небу с гулким жужжанием, двигаясь все вместе в тревожащем, волнообразном ритме.

Фиделиас немедленно проинструктировал всех Рыцарей Воздуха Свободного Алеранского — всех трех — Держите этих проклятых жукообразных подальше от моей крыши.

Легионы, без привычных и необходимых против таких превосходящих сил укреплений, сомкнули щиты в тесные ряды и ждали атаки богомолов.

Ворды летели вперед, наполняя воздух своими свистящими криками.

Люди начали погибать.

Ворды карабкались друг на друга в отчаянной жажде атаковать Алеранские силы и не выказывали ни малейшего сомнения, как ранее при нападении на стену из щитов.

Они просто хлынули вперед, один ворд платил своей жизнью чтобы пробить брешь в сплоченных рядах защитников, которой тут же пользовались два других для удара.

Первый Алеранский справлялся настолько хорошо, насколько это было вообще возможно, подумал Фиделиас, но это был разорительный курс обмена на этом рынке.

Звук шагов заставил его оглянуться, и он увидел Первую Леди, приближающуюся в окружении матерых фигур, одетых в кольчуги и черные кушаки Воздушных Волков.

Олдрик экс Гладиус, крупный мускулистый мужчина с холодными глазами и черной бородой, шел слева от Исаны, напротив мерцающей фигуры Арариса Валериана.

Безумица Олдрика, Одиана, следовала за ним, держась одним пальцем за его пояс. Она радостно скалилась на звуки битвы вокруг них.

— Моя леди, — хмуро сказал Фиделиас, — вам нужно немедленно покинуть данную местность. Я настаиваю, чтобы вы немедленно улетели на вашей воздушной карете.

— Мы не можем, — спокойной ответила Исана. — Слишком много врагов воздухе вокруг нас. Они облепят карету до того, как мы успеем набрать скорость чтобы улететь.

Фиделиас взглянул на небо над ними.

Оно было заполнено бессчетными рыцарями вордов.

По большей части они просто кружили над ними, но некоторые нападали на пехоту, пикируя вниз и нанося удары своими серповидными конечностями, как только они видели возможное превосходство.

Не менее двух дюжин продолжали пытаться опуститься на крышу, но Рыцари Воздуха Свободного Алеранского ловко отбрасывали их от цели порывами ветра, работая с превосходной согласованностью.

Он обдумал возможность передать их Первой Леди, чтобы прикрыть ее отход, но отмел ее.

У Воздушных Волков было более чем достаточно Рыцарей Воздуха, чтобы попробовать этот трюк.

Люди, с твердой земли посылающие взрывные порывы воздуха, это одно.

Кружащие вокруг посторонние потоки воздуха, пока Рыцари Воздуха попытаются удержать воздушную карету на лету, это нечто совсем другое.

— Как я могу помочь? — спросила Исана.

Фиделиас поморщился и перевел взгляд с нее на ее двоих сопровождающих.

Олдрик экс Гладиус выглядел абсолютно равнодушным к происходящему.

Огромный меченосец был одной из самых непроницаемых личностей, которых он когда-либо встречал, и вполне возможно что он был вообще не в своем уме.

Он мог и в самом деле не испытывать беспокойства за исход сегодняшнего противостояния.

Напротив, Арарис хмурился и настойчиво смотрел на Фиделиаса, будто ждал чтобы тот Сделал Что-то С Этой Женщиной.

На земле под ними ворды пробили огромную брешь в стене щитов, и только невероятными усилиями Рыцари Земли смогли снова ее закрыть.

Вороны, ему совсем не нужна была еще одна проблема.

— Вы можете выбраться отсюда живой, и взять моих раненых Граждан с собой. Они могут пригодиться.

— Я вам уже сказала… Маркус, не так ли? В воздухе слишком много вордов.

— Возьмите Антиллуса Крассуса, — сказал Фиделиас. — Думаю, он сможет скрыть всех вас, если вы будете лететь тесной группой. Он не может идти, но он может сидеть в карете. Антиллар Максимус и Посол Китаи также там, без сознания.

— Первое Копье, — сказала Исана. — Вам нужны эти таланты тут. Или, еще лучше, в помощь моему сыну.

— Они помогали Вашему сыну, — прорычал Фиделиас, — это и привело их в целительские ванны.

Троица рыцарей вордов энергично приблизилась с одной стороны, на фоне восходящего солнца, и Рыцари Воздуха на крыше не успели перенаправить на них свои потоки воздуха вовремя.

Фиделиас отреагировал чисто интуитивно, он схватил Первую Леди и толкнул ее на каменный пол с максимальной скоростью и осторожностью.

Он стоял там, заслоняя ее своим телом, пока мечи Арариса, Олдрика, и полудюжины Воздушных Волков вылетели из ножен.

Части и ошметки рыцарей вордов, разрезанные на предельно аккуратные кусочки, посыпались на крышу вокруг них.

Фиделиас понизил тон, чтобы его могла слышать только Исана, и сказал, — Моя леди, мы не сможем удержать эту позицию. У нас мало времени. Вы понимаете?

Глаза Исаны были слегка расширены, но выражение лица было под контролем. Она сделала глубокий вдох, пока Фиделиас поднимался и Арарис помог встать.

— Капитан Олдрик, — сказала она.

Олдрик слегка наклонил голову, — Моя леди?

— У этого Легиона недостача Рыцарей. Я повелеваю направить ваших людей им на помощь.

Мгновение Олдрик молчал. Его взгляд передвигался слева направо, с ожидающей воздушной кареты на полчища вордов вокруг, соответственно.

Пальцы его правой руки — рабочей руки — медленно сгибались, как будто расслабляясь перед действием.

Олдрик мог быть наемником, но и он был человеком. Все они были.

И ни один алеранец не мог смотреть, как ворды уничтожают этот мир, и не понимать что невозможно безопасно отсидеться в этой битве.

Ты мог только выбрать, стоять рядом со своими собратьями алеранцами, или протянуть до момента, когда с вордами придется встретиться одному.

— Соглашайся, — сказала Одиана, ее восхитительные глаза странно блестели. — О, соглашайся, мой господин. Я так долго ждала чтобы увидеть как ты убиваешь вордов.

Наемник оглянулся через плечо на Одиану, затем повернулся к Исане и еще раз наклонил голову. — Есть, моя леди, — прорычал Олдрик.

Волчьи оскалы появились на лицах мужчин за ним, вместе с рычащими звуками согласия.

Олдрик сделал шаг вперед чтобы осмотреть поле боя под ним, и Арарис двинулся с ним.

Олдрик проворчал, — Земляные работы?

Арарис подтвердил, — Небольшой подъем будет иметь большое значение.

— Одиана, — сказал Олдрик.

Она все еще держалась за его пояс. — Кто?

— Антиллар и его брат. Они нам нужны.

Женщина развернулась и поспешила с крыши.

— Куда она направилась? — спросил Фиделиас.

— Разбудить спящих, — ответил Олдрик.

Фиделиас покачал головой. — Невозможно водяной магией привести кого-то в сознание.

— Она может.

Исана ступила вперед. — Это возможно. Но это просто безумие.

Олдрик почти улыбнулся. — Здравомыслие. Ха.

Исана нахмурилась вслед Одиане. — Это опасно. Как для пациента, так и для целителя.

Олдрик пожал плечами. — А еще опасно, если ворды несколько раз проткнут тебя своими серпами, пока ты лежишь там без сознания.

Исана поджала губы и кивнула. — Я пойду с ней.

Фиделиас коснулся ее руки, когда она развернулась уходить. — Леди, — тихо сказал он, — Вы не обязаны это делать.

Она моргнула, как от удивления. — Конечно же должна. Извините, Первое Копье.

Она покинула крышу, чтобы последовать за Одианой, и Фиделиас повернулся к Олдрику.

— Братья Антиллы могли бы создать вокруг этого места ров — здесь преимущественно грунт. Я так полагаю, именно это вы держите на уме?

Олдрик подтвердил. — Также приведите семь или восемь ваших лучших инженеров. Мы дадим каждому из них по Рыцарю Железа в сопровождение.

Арарис кивнул. — Лучше всего, если ваши Рыцари смогут ненадолго откинуть их назад, — добавил он, — выиграйте заклинателям земли несколько свободных секунд.

Фиделиас медленно кивнул. Затем он повернулся к курьеру, ожидающему на крыше рядом с ним, и сказал, — Попросите Магистра Марока оказать любезность прийти поговорить со мной.

За те пять минут, пока приводили в исполнение отчаянный план, Первый Алеранский понес больше потерь, чем за всю кампанию в Долине и Канее вместе взятых.

Люди кричали и оттягивались назад к перегруженным лекарям.

Люди падали и их утягивала орда.

Мечи разбивались. Щиты раскалывались. Ворды гибли сотнями, но не уменьшали натиск.

На флангах Свободный Алеранский справлялся чуть лучше, ведь они были в тихой заводи по меркам вражеского присутствия.

Не более двух десятых вордов распределились по краям в этой битве, но неопытность Свободного Алеранского означала что и им приходится нелегко.

Единственное, что еще удерживало некоторые когорты от развала, было понимание, что выхода нет. Только победа — или смерть.