Любовь Листа к природе была связана ещё и с желанием уйти от суеты человеческого мира. Он не чуждался общества друзей, но бывал счастлив, если ему удавалось совершать свои прогулки в одиночестве. Сохранившиеся описания его путешествий в компании рассказывают о странных причудах Гвидо фон Листа. Любое такое путешествие он сопровождал определённым ритуалом, что создало ему репутацию законченного мистика.

Примером таких ритуалов могут служить встречи летнего солнцестояния. После долгого перехода через Мансфельд Лист и его друзья добираются до гостиницы. Разыгравшийся шторм принуждает группу заночевать там. Лист же покидает товарищей, чтобы ознаменовать солнцестояние (приветствовать солнце) одинокой ночёвкой на вершине Гейзельберга.

В другой раз, 24 июня 1875-го года, он убеждает четырёх друзей отложить послеполуденные дела и сесть за весла. По каналу Данубе они достигают развалин древнеримского города Карнунтум, где располагаются лагерем и пируют всю ночь. Для его друзей это был просто удачный вечер; для Листа, погруженного в свои фантазии, это была 1500 годовщина победы германцев над римлянами, которую он праздновал огнём и захоронением восьми винных бутылок, которые он выложил в виде свастики 23.

Лист открыто объяснял свое влечение к природе неприязнью к современному миру улиц, магазинов и заводов. Ему не нравилась новая Вена: когда бы ни бросал он город ради деревни, он чувствовал, что убегает от мутного савана метрополии и отвратительных сцен дикой погони за прибылью. Современная экономика, по мнению Листа, сбила человечество с пути.

«Нужно бежать из тех мест, где пульсирует жизнь, искать уединённые островки, которых не коснулась человеческая рука, чтобы поднять магический покров природы» 23.

Его уход в мягкий и спокойный мир природы был бегством от современности, но вместе с тем и от отеческого насилия, принуждавшего его к коммерческой карьере.

Пока отец продолжал руководить делом Лист мог свободно развивать свои наклонности одиночеством, долгими прогулками и спортом. Но после смерти Карла Антона в 1871-ом году, Гвидо пришлось самому зарабатывать на жизнь. Впрочеи и теперь он отвергнув всяческую коммерцию предпочитает заниматься литературой и историей.

В течении десяти лет с 1877-го по 1887-ой годы, он публикует множество статей об австрийской деревне и привычках её обитателей. Его описания местности сопровождались языческими интерпретациями местных названий, обычаев и народных легенд. Одно из первых типичных идиллических описаний группы средневековых замков близ Мелка было опубликовано в «Neue Deutsche Alpenzeitung» в 1877-ом году. Эти первые статьи отличались от юношеских набросков своим отчетливо народническим (vlkisch) и националистическим духом.

Все эти годы Лист работает над первым большим романом «Карнунтум» издан в двух томах в 88-ом, воодушевленным памятным возлиянием на древних развалинах. В 81-ом он опубликовал первые фрагменты из романа. Очарованный гением места Лист всматривался в далекое прошлое Карнунтума. Улицы и великолепные здания вставали вокруг него, призрачные фигуры прежних обитателей проходили перед его мысленным взором он видел роковое сражение германцев и римлян, приведшее к падению гарнизона в 375-ом году. Для Листа само слово Карнунтум несло волнующую ауру старой германской доблести, сигнал, напоминающий о событии, выведшем древних германцев на арену мировой истории. Карнунтум, описанный в романе, был захватывающей игрой воображения.

Эта история была вдвойне привлекательна для немецких националистов Австрии. Во-первых, Лист поместил австрийские племена в авангард победы над Римом. Во-вторых, его повествованием предполагалось, что родовые племена доримской Австрии и постримских варварских королевств неизменно населяли родную землю. Их высокая цивилизация, употребляя термин Листа, только дважды прерывалась за всю историю: впервые, римской оккупацией с 100 по 375 годы и, вторично, с пришествием христианства или другого Рима. Такое представление событий отражало неприязнь Листа к современному католическому состоянию Австрии. Действующее политическое устройство и общепринятое вероисповедание выглядели с этих позиций незаконными — следствием иностранного подавления немецкой культуры на протяжении многих веков.

Публикация «Карнунтума» принесла Листу известность и в кругах австрийского пангерманизма, который связывают прежде всего с именами Риттера Георга фон Шонерера и Карла Вольфа.

Шонерер в те годы участвовал в выборах в австрийский рейхсрат и был первым пламенным поборником антисемитизма и национализма среди немецких националистов Габсбургской империи. Он произнес свою первую антисемитскую речь перед рейхсратом в 1878-ом году и потребовал экономического и политического союза немецкоязычной Австрии с Немецким Рейхом. С 1883-ем он издавал крайне националистическую газету «Подлинное немецкое слово», в которой настаивал на германской сущности австрийских немцев и требовал отделения немецких провинций от многонациональной империи. Шонерер ездил по провинциям, отыскивая кружки, культурные сообщества, спортивные клубы с аналогичными настроениями.

В 1890-ом году Карл Вольф, пангерманист и депутат парламента, начал издавать еженедельный «Восточно-Германский обзор»; политический тон его был чуть менее националистичен, чем газета Шонерера. Гвидо фон Лист стал его постоянным сотрудником. В 1891-ом году газета публикует выдержки из новой книги Листа «Мифологические пейзажи Германии», которая представляет собой антологию его фольклорной журналистики за предшествующее десятилетие.

Журналистика не была единственным средством, каким Лист поддерживал пангерманизм — он был известен также как лектор и автор пьес. 24 февраля 1893-го года он прочитал лекцию «Немецкий дух», посвящённую служителям культа Вотана. Лист утверждал, что эта вымершая форма веры была национальной религией тевтонов.

Лист продолжает публиковать свою литературную продукцию на протяжении всех 90-х годов. Успех ожидал и два следующих его исторических романа о германских племенах. «Возвращение юного Дитриха» (1894) рассказывало историю молодого тевтонца, в V-ом веке насильно обращенного в христианство. Роман заканчивался радостным возвращением отступника к первоначальной религии огнепоклонников. Столь же мелодраматичной была сага «Пипара» (1895) это двухтомное повествование посвящалось поразительной карьере девушки племени Квади из Эбуродунума Брно, которая прошла путь от римской пленницы до императрицы.

Пангерманисты были единодушны в своей восторженной оценке произведений Листа. Газеты Шонерера и Вольфа публиковали горячие отклики на «Пипару». Редакция «Восточно-Германского Обзора» даже устраивает творческий вечер Гвидо фон Листа.

К концу века Лист добился широкой известности как автор, работающий в рамках неоромантического и националистического жанра. Его творчество целиком посвящено героическому прошлому и религиозной мифологии родной страны. Однако к 1902-му году произошли существенные изменения в характере его идей: в воображаемый мир древних германских верований проникли чисто оккультные воззрения.

* * *

В этом же году Лист перенёс операцию по удалению катаракты и оставался слеп на протяжении одиннадцати месяцев. Всё это долгое и тревожное время вынужденного безделья, он находил утешение в размышлениях над происхождением рун и национального языка. Итогом этих размышлений стало то что в апреле 1903-го он подготовил и отправил в Имперскую Академию Наук в Вене работу об арийском протоязыке. Этот документ содержал идею грандиозной псевдонауки, объединяющей немецкую лингвистику и символологию — первая попытка Листа проинтерпретировать средствами оккультного откровения буквы и звуки рун, алфавит, с одной стороны, и эмблемы и знаки древних надписей, с другой. Хотя Академия вернула работу без комментариев, этот небольшой труд разрастался в последующие десятилетия и превратился в шедевр оккультно-националистических изысканий Листа.

История с отказом Академии имела продолжение. В декабре 1904-го Рудольф Бергер поднял вопрос в парламенте, потребовав от министра культуры и образования объяснений причин такого обращения с Листом. Этот запрос был подписан пятнадцатью видными венскими сановниками. Никакого удовлетворения от Академии не последовало, но поднявшийся шум привёл сторонников Листа к идее основания «Общества Листа» («Guido-von-List-besellschaft»), которое могло бы финансировать и издавать серии исследований Листа, посвященных национальному прошлому.

2 марта 1908-го года является днём торжественного открытия «Общества Листа» сразу же ставшего необычайно популярным в Вене. Среди его членов — журналисты писатели музыканты учёные депутаты парламента активисты Теософского общества и так далее. Идеи Листа оказались приемлемы для многих образованных людей, вышедших из высших и средних классов Австрии и Германии. Привлеченные уникальным соединением национальной мифологии и эзотеризма, эти люди готовы были ежегодно жертвовать обществу по десять крон.

Поощренный поддержкой общественности, Лист написал серию «Ариогерманских исследовательских отчётов» («Guido-List-Bucherei»), которые в основном содержали оккультные интерпретации национального прошлого. Шесть отчётов из этой серии были изданы в виде буклетов под покровительством «Общества Листа». Эти публикации включали в себя объяснения смысла и магической власти рун (GLB-1), изучение политической власти и организации жрецов Вотана (GLB-2 и 2а), эзотерические толкования фольклора и местных названий (GLB-3 и GLB-4), словарь тайных арийских письмен в иероглифах и гербовых знаках (GLB-5). В 1914-ом Лист опубликовал свой коронный труд по лингвистике и символологии (GLB-6).

Идеи Листа распространялись тремя основными путями. Его идеология, основанная на конфликте немецких и славянских национальных интересов, привлекла народнические кружки Германии, которые также стремились к шовинистической мистике в целях защиты германизма от либеральных, социалистических и еврейских политических сил.

Второй путь распространения связан с несколькими теневыми народническими фигурами в Германии, чья публицистическая деятельность обеспечила широкую аудиторию идеям Листа во время и после войны. В ноябре 1911-го Лист получил письмо, подписанное псевдонимом Тарнхари; автор утверждал, что является потомком или воплотившейся душой вождя древнего племени Вользунген. Тарнхари сообщал Листу, что его родовые воспоминания-видения подтверждают реконструкцию ариогерманских традиций и иерархических институтов, выполненную Листом. Во время войны Тарнхари издал две патриотические брошюры и открыл народническое издательство в Лейпциге. Впоследствии Тарнхари окажет определённое влияние на Дитриха Эккарта — человека воля которого преобразит и Германию и весь мир.

Третий путь связан с теми, кто подробно разрабатывал его идеи оккультного арийско-германского наследства и размышлял над мудростью рун, пророческих наук и тевтонской астрологией. Именно это направление деятельности последователей Гвидо фон Листа породило так называемое ариософское движение которое получило расцвет в конце 20-х годов 23.

Сам Лист оставался мистическим мыслителем далёким от проблем организации кружков и обществ своего имени. Единственной структурой которая обязана ему своим существованием является небольшая группа посвященных внутри «Общества Листа», обозначенная буквами НАО («Hoher Armanen-Orden»). НАО возникла на празднике летнего солнцестояния 1911-го, когда наиболее деятельные и посвященные члены «Общества Листа» в Берлине, Гамбурге и Мюнхене отправились навестить своих австрийских коллег в Вене. Лист принял решение совершить паломничество к избранным местам земли Остара, где ещё жив дух Хари-Вотана.

23 июня группа посетила катакомбы собора, где юный Гвидо впервые ощутил присутствие языческого бога, и затем направилась к другим признанным святыням, в том числе и в Карнунтум. Предполагалось, что НАО будет форпостом строительства новой духовной Германии, однако её сектантская природа достаточна очевидна.

Всю войну Лист предавался изучению оккультных и расовых проблем. Его последний исследовательский отчёт, озаглавленный «Арманизм и Каббала» содержал в себе намерение развить разрабатываемую ещё в юности систему оккультных соответствий между различными объектами и качествами физического мира, включая животных, растения, минералы, цвета, звуки, музыкальные знаки, числа, и снабдить их эзотерической интерпретацией. Отчёт так никогда и не был подготовлен к публикации.

И во время войны идеи Листа по-прежнему привлекали тех, кто искал мистических объяснений трудностям и лишениям. Лист получал множество писем с фронта, в которых его благодарили за утешительные открытия; руны и древние арийские символы находили на камнях, далеких от домашнего очага они помогали верить в окончательную победу арио-германцев. Книги Листа передавались из рук в руки в окопах и полевых госпиталях.

Из-за голода в Вене вызванного войной здоровье семидесятилетнего ариософа было подорвано. Не спасло Листа и любезное предложение Эберхарда фон Брокхузена отдохнуть в его имении около Бранденбурга. По прибытии на вокзал в Берлине, Лист почувствовал себя очень утомленным путешествием. Врач диагностировал воспаление лёгких. Утром 17 мая 1919-го года Гвидо фон Лист скончался в берлинской гостинице. Его кремировали в Лейпциге, а урну с прахом захоронили на Центральном Кладбище Вены.

* * *

Теперь поговорим об идеях которые Гвидо фон Лист излагал в своих работах и которые пользовались самой широкой популярностью как в Австрии так и в Германии начала XX-го века. Начнём с истории. По мнению Листа, древние тевтонцы обладали гностической религией, позволявшей людям проникать в тайны природы. Вотан Один занимал место главного бога в немецком пантеоне. Основными источниками для древней религии служили руны и Эдда древнеисландский сборник мифологических и героических песен, бытовавших в устной традиции германских народов.

В Эдде Вотан почитался как бог войны и покровитель умерших героев Валгаллы. Он также считался магом и некромантом. Вотан предавался ритуальному самоистязанию, чтобы овладеть магическим видением тайн природы. Если верить оккультистам XIX-го века, эти действия являются формой шаманизма. Ценою боли исполнитель ритуалов приобретает магическую и физическую силу.

Однажды Вотан был ранен копьем и, беззащитный, привязан к дереву на девять ночей без воды и питья. На вершине страданий к нему внезапно приходит понимание рун. Спустившись с дерева, он составляет восемнадцать рунических заклинаний, заключающих в себе тайну бессмертия, способность к врачеванию себя, искусство побеждать врага в бою, власть над любовными страстями.

Руны общеизвестны как форма древнего северного письма — выразительные, отделённые друг от друга знаки — написанные или вырезанные в дереве, металле, камне; но они также высоко ценились за их магические свойства, за способность служить амулетами и заклинаниями. Каждая руна имеет имя и собственную символику, выходящую за пределы её фонетики и буквального смысла. Надо признать, что Лист выступил пионером оккультного чтения рун, поскольку он первым связал рунический алфавит с руническими заклинаниями. Лист сопроводил каждый стих Вотана особой руной, присовокупив также её оккультный смысл и окончательную формулу заклинания.

Предполагалось, что эти оккультные смыслы и формулы составляют основное содержание вновь открытой религии вотанизма. Её классические максимы были таковы: «Познав себя, ты познаешь мир!»; «Заключи в себе мир и ты станешь творцом универсума!»; «Не бойся смерти — она не может убить тебя!»; «Твоя жизнь в руке Бога, доверься ему!»; «Брак — корень арийской расы!»; «Человек — одно с Богом!».

Ударение в этих максимах неизменно падало на внутреннюю силу человеческого духа и его единство с Богом, открывающее гностическую природу вотанизма 23.

Но вотанизм также подчеркивает мистическое единство человека с миром и его магическую власть над ним. Мир здесь описывается как непрерывная череда превращений, как путь через рождение, бытие, смерть и возрождение. Вращение планет, смена времен года, процветание и упадок всего живого подтверждают истинность простой циклической космологии. За этой цепью перемен и превращений Лист видел первичные законы природы. Законы говорили о сокровенном присутствии Бога в природе. Все вещи Лист представлял себе как проявления духовной силы. Человек оказывался неотъемлемой частью единого космоса и потому был вынужден следовать простому этическому правилу: жить в согласии с природой. Расовая чистота выглядела естественным следствием верности природе.

Для воссоздания древнего знания Лист использовал понятия современной ему теософии. В поздних его произведениях постоянно встречаешь ссылки на «Тайную доктрину» Елены Блаватской и «Утраченную Лемурию» Вильяма Скотта Эллиота с описанием сказочного континента и исчезнувших цивилизаций. Лист больше не употребляет привычное немцы и народ, но пользуется словами арио-германцы и раса, как бы подчёркивая совпадение с пятой корневой расой в исторической схеме Блаватской. Жрецы Вотана, вопрос о которых Лист впервые поднял в 90-х годах, теперь превратились в просветленную гностическую элиту посвященных (Armanenschaft), что в полной мере соответствовало «Тайной доктрине».

В статье Листа «Таинства ариогерманцев» (1908) основные элементы теософской космогонии в их предполагаемом отношении к арийской вере хлынули потоком. Скрытые и явные божества, рождение мира божественным дыханием, первичный огонь как источник силы, постепенная эволюция космоса в соответствии с подчинением этой силы законам природы — всё это получило здесь детальную проработку. Заголовки разделов сопровождались теософскими надписями и знаками.

Лист проявил хорошее знание учения Блаватской при этом полностью его германизировав. Теософские понятия неявного и явного божества, пяти первоначальных сфер, историю корневых рас и появления человечества Лист сопроводил мифологическими эквивалентами взятыми из германских эпосов. Так, в его описании арио-германцы представляли пятую действующую расу в нынешнем круге, а имена мифических тевтонских гигантов приписывал четырём предшествующим расам. Атланты были признаны родственными титану Бергельмиру, пережившему потоп в северной мифологии, а третья раса — титану Трудгельмиру.

Соглашаясь с Еленой Петровной, Лист полагал, что третья раса (лемурианцы) первой перешла к половому размножению. Две первые расы, родственные Имиру и Оргельмиру, были андрогинами и соответствовали астральной и гиперборейской расам в схеме Блаватской 23.

* * *

Политическая мифология Листа о сословии служителей Вотана опирается на идею политической власти посвященных как в старом, так и новом обществе. Впервые эта идея была сформирована им в лекциях и статьях 90-х годов, но как принципиальный элемент его воображаемого мира определилась в 1908-ом.

Термин Armanenschaft, которым Лист определил древнюю иерархию, восходит к адаптации тевтонского мифа, изложенного римлянином Тацитом в «Германии». Римский автор сообщает. что история происхождения древних германцев сохранилась в обрядовых песнях. Этими песнями встречали рождение земного бога Твиско и его сына Мануса — основателей расы. В них также пелось о том, что Манус имел трёх сыновей, по имени которых были названы три главных племени древних германцев племена, жившие на побережье, получили имя «Ингевонов» жившие на континенте — «Гермионов» а прочие — «Истевонов».

В пику Тациту и другим классическими историкам, пытавшимся связать эти имена с географией, Лист утверждал, что они указывают на социальные сословия внутри ариогерманского племени. Он полагал, что Ингевоны, Гермионы и Истевоны представляют сельскохозяйственное, интеллектуальное и военное сословие соответственно. Интеллектуальное сословие, клан королей-священников, послужило Листу основой для всех дальнейших политических построений. Он германизировал слово Гермион в «Armanen», имея в виду наследников солнечного короля, а их сообщество определил термином «Armanenschaft».

Короли-священники были ответственны за все дела правления и образования древнего общества. Эти обязанности были возложены на них по причине их глубокой мудрости. Мудрость состояла в знании германской теософии. Обладание этим знанием рассматривалось как абсолютное и священное право политической власти для посвященных, тогда как общество расслаивалось в соответствии с тем, насколько каждый класс причастен к знанию. Лист подчёркивал, что указанное знание не было одинаково доступно всем членам общества. Он указывал на двухъярусную систему экзотерического и эзотерического обучения знанию. Экзотерическая доктрина — вотанизм — предполагала популярную форму мифов и притч, предназначенных для низших социальных классов эзотерическая доктрина — арманизм — имела дело с тайными знаниями и ограничивалась учениками из высшего круга.

Лист описывает Armanenschaft, пользуясь концепциями франкмасонов и розенкрейцеров. Элита священнослужителей разделялась на три ранга в соответствии с рангами иерархии ложи: ученики, братство и мастера-масоны. Помня о масонских ритуалах, Лист каждый ранг древних священников снабдил особыми знаками, рукопожатиями и паролями.

Поскольку и король, и знать происходили из коллегии мастеров, это сословие абсолютно доминировало в делах правления. Знание священников сочетало в себе науку, религию и право, что позволяло им пользоваться абсолютной властью как учителям, жрецам и судьям. Органы правления, школы и суды являлись арманистскими центрами или «высшими зонами» (Halgadome). Всякая власть, таким образом, выступала как средоточие законности и святости 23.

Рассказывая историю Armanenschaft, Лист опирался на оккультные материалы розенкрейцеров, военных религиозных орденов и франкмасонства. Он утверждал, что Armanenschaft, подвергнувшееся преследованиям в древней Германии, выжило до настоящего времени лишь в силу того, что его таинства тщательно оберегались в обществах розенкрейцеров и франкмасонов, рыцарскими орденами и учеными магами Ренессанса. Связь между этими различными группами скрывается за запутанной мифологией теософов и атмосферой тайны, окружающей такие общества с момента их основания. Утверждая, что Armanenschaft никогда не умирало, но существовало в тайных сектах, Лист мог допустить, что его собственный культ является продолжением политической традиции, которая должна быть восстановлена в Ордене, чтобы слава пангерманизма воцарилась над Европой.

Проекты новой пангерманской империи были разработаны Листом подробно и недвусмысленно. Они предполагали безжалостное подчинение неарийцев арийским мастерам в жестко организованном иерархическом государстве. Определение кандидата на образование или должность в общественных службах, в профессиональной и коммерческой сферах опиралось исключительно на признак расовой чистоты. Героическая ариогерманская раса освобождалась от всякого наёмного труда и прочих унизительных занятий для того, чтобы управлять в качестве просвещённой элиты рабскими кастами неарийских народов.

Лист был уверен в том, что открыл несомненные следы универсального золотого века арманизма, причём именно там где он жил все эти годы. Он искал эти следы в археологических памятниках насыпных холмах, мегалитах, укреплениях и замках, расположённых на древних языческих территориях; в местных названиях лесов, рек и гор. Этими открытиями в сфере краеведения и фольклористики Лист пытался убедить своих читателей в том, что западная или австрийская часть Габсбургской империи могла бы рассматриваться в историческом контексте национального прошлого как принадлежащая языческой Германии с незапамятных времен.

Представления Листа о национальном прошлом в малой степени опирались на классические методы изучения истории. Скорее, его догадки возникали в результате пророческих откровений, которые австрийские и немецкие ландшафты будили в его душе. Так, после прогулки в Гейзельберге к северу от Вены, Лист пережил состояние транса, в процессе которого стал свидетелем религиозных битв, произошедших в этих местах много веков назад.

Наиболее же плодотворными источниками, подтверждающими существование древней арманистской культуры в Австрии, служили многочисленные народные сказания, легенды и эпосы, которыми Лист как мы помним интересовался с раннего детства. Он утверждал, что такие основные персонажи и мотивы волшебных сказок и приговоров, как людоед, спящий король, вольный охотник и крысолов отражают некоторые сюжеты религии Вотана.

Доказав при помощи этих свидетельств факт существования языческой немецкой культуры, Лист пытается придать большее значение мифу о золотом веке, объясняя при этом падение идеального арманистского мира конкретными историческими причинами. Вину за разрушение этого патриархального мира он возлагает на христианство. Его версия христианизации германских земель говорит об ослаблении тевтонских законов и морали, о разрушении немецкого национального сознания. Лист утверждает, что церковная проповедь любви и милосердия расшатала строгие евгенические правила старой арийской сексуальной морали, что новые духовные объединения размыли границы традиционных этнических провинций — и всё это было сделано для того, чтобы принудить немцев к политической лояльности и повиновению. Наконец, лишив побежденных германцев прежних религиозных ценностей и путей к самоопределению, удалось превратить их в рабов.

Все эти моральные и политические преступления могли быть совершены только при условии уничтожения лидеров нации. В соответствии с Листом, деятельность христианских миссионеров началась с унижения Armanenschaft и завершилась его тотальным преследованием. Святилища были уничтожены — как центры вероисповедания, образования, управления — и тем самым устранены институциональные основания арманистской власти. Ограбленные и нищие, короли-священники были вынуждены скитаться по стране, в которой никто не признавал их положения и не ценил их священного знания. Многие из них отправились в Скандинавию или Исландию, а те кто остался в Центральной Европе пополнили собой касту отверженных, добывая себе пропитание как медники и лудильщики, странствуя с цыганами и бродячими актерами.

Христианство завершило свое преследование Armanenschaft его публичным поношением. Новая вера называла старую орудием Сатаны. Развалины древних храмов обходили стороной; королей-священников называли колдунами, руны трактовались как знаки чародейства а древние праздники — как шабаши. Тех же, кто упорствовал в старой вере, жгли на кострах.

Начиная со средних веков, порабощенные немцы узнавали свою историю только со слов иностранцев. Лживые хроники римских, греческих и французских авторов убеждали немцев, что до пришествия христианства они существовали в крайне жалком и примитивном состоянии. Поскольку христианский заговор уничтожил все следы арманистского прошлого, для большинства людей подлинная история их страны сделалась недоступна. Вот тут, более чем где-либо, проявляется оккультный характер философии Листа. Лист приписывал многим культурным феноменам тайный смысл. Эти факты культуры были вполне обыкновенны, но сопровождаемые тайным значением, они подтверждали его фантастические образы былого арманизма. Мы уже имели случай увидеть, как в список арманистских реликвий Лист включает памятники старины, географические названия, народные сказания и обычаи. Но эти останки традиции предполагались существующими бессознательно, в искаженном и размытом виде. Тогда как Лист утверждал, что существует сознательно культивируемое тайное наследие, которое вступит в силу одновременно с реставрацией арманизма в конце христианской эпохи.

Рассказ Листа о тайном наследии арманизма возвращает к тем временам, когда германские племена были силой обращены в христианство. Тогда короли-священники быстро оценили неизбежный результат этого процесса и занялись созданием тайных обществ, которые были ответственны за сохранение священного знания во все годы христианства. К обществам которые хранили и хранят сокровенные знания арио-германцев Лист относил тамплиеров розенкрейцеров и франкмасонов 23.

* * *

Кроме этих уже знакомых нам тайных обществ Лист упоминает гильдию Vehmgericht Священные фемы Правосудие, тайное судилище. Поскольку Vehmgericht в действительности была тайной организацией, призванной отправлять правосудие в священной Римской Империи между XIII-ым и XVI-ым веками, она казалась Листу наиболее эффективным посредником для передачи оккультного наследства.

Гильдия возникла в XII-ом веке в Вестфалии как противодействие новым владетельным князьям, пытавшимся узурпировать юриспруденцию. Она опиралась на полномочия множества местных судов. Сессии проводились публично или в тайне, приглашались только члены данного суда и судья, которому все безусловно повиновались.

Новые члены клялись сохранять в секрете всё, что касается Vehmgericht, и приносили присягу верности следующего содержания:

— Клянусь в вечной преданности тайному судилищу клянусь защищать его от самого себя от воды солнца луны звёзд древесных листьев всех живых существ поддерживать его приговоры и способствовать приведению их в исполнение. Обещаю сверх того что ни мучения ни деньги ни родители ничто созданное Богом, не сделает меня клятвопреступником 51.

Затем неофитам сообщали пароль и условные знаки организации, они получали символы своей службы: веревку и кинжал, с вырезанными на нем буквами S. S. G. G, которые означали не вполне понятный девиз String, Stone, Grass, Gree (Веревка, Камень, Трава, Зелень).

Вполне понятно что тайная и беспощадная организация стала настоящим пугалом для жителей Вестфалии Власть Священных фем была настолько велика что их судьи не стеснялись приглашать на собеседование самого императора. Однако со временем принятие в Vehmgericht недостойных лиц и злоупотребление правом вызова в суд без разбора чинов и сословий привело к упадку этого учреждения.

Такова была историческая реальность Священных фем, но в XVIII-ом веке эта служба вдруг становится предметом романтического воображения. Благодаря тайным средствам и традиционным целям — защита исторических прав против централизующих тенденций княжеского уклада — гильдия стала символизировать героическую и радикальную силу для историков Романтического периода. Ныне давно забытые готические романы, опубликованные в Германии в конце XVIII-го века рисуют нам впечатляющий образ Vehmgericht как тайной мощной власти, вершащей справедливый суд над местными деспотами и их приспешниками в давние времена средневековых раздоров.

Эти готические истории целиком были посвящены мистике тайных судов. В полночь офицер гильдии мог начертить приговор на двери осужденного. Повинуясь приказу, обвиняемый должен был прибыть в назначенное ему место. Это могла быть залитая лунным светом пустошь или одинокий перекресток. Если человек был невиновен, его могли помиловать; если виновен — повесить без промедления. Отказ появиться после предъявления обвинений рассматривался как первое доказательство вины. Беглеца преследовали убийцы, они подстерегали его у кабаков, на лесных дорогах, повсюду, куда бы он ни бежал.

Лист был хорошо знаком с этими впечатляющими образами. В одной из своих книг он описал сессию Vehmgericht, которая предположительно происходила в замке Раухенштайн приговоры, кинжалы, тайные путешествия, подземные тюрьмы, комнаты пыток — всё это с успехом послужило для того, чтобы сделать арманистскую гильдию более живой и правдоподобной для широкой аудитории.

Лист доказывал, что суды Vehmgericht являлись формой сохранения ариогерманского закона. Он полагал что возрождение Священных фем необходимо для того, чтобы восстановить порядок в мире. Лист и его сторонники прямо-таки наслаждались образом военизированной вездесущей и всё же тайной силы, обещавшей воскресить новую пангерманскую империю. Эта фантазия во всей её мрачной силе воплотилась в конце 1-ой Мировой войны, когда крайне правые националисты назвали себя Vehmgericht и совершили ряд политических убийств в новой германской республике 23.

* * *

Кроме всего прочего в работах Листа были весьма развиты апокалиптические мотивы. Причины возможного краха пангерманской нации он видел в новой экономической политике и урбанизации. Рост банковского дела и других финансовых институтов оценивались им как махинации безнравственного меньшинства, спекулирующего бумагами за счёт честных людей, которые занимаются производством реального и качественного товара.

Не менее пессимистическим было настроение Листа в отношении современных политических и культурных тенденций. Искренний защитник монархического принципа и династии Габсбургов, Лист отрицал все народные и демократические органы представительства. Парламентаризм был для него сущей нелепостью, поскольку опирался на большинство голосов, худо ли, хорошо ли, но определяющих политику. Современные культурные веяния также не радовали его: к феминизму он относился как к проклятию; к современной живописи — как к насилию над идеей немецкого искусства; в театре преобладали иностранцы и евреи. Расхожие мнения этого периода отражали апокалиптическое убеждение в том, что мир на грани вырождения и распада.

Перед лицом этой опасности Лист занялся поиском признаков, свидетельствующих о национальном спасении, как этого требовала традиционная апокалиптическая модель. Он изобрел несколько теорий, доказывая, что такие признаки уже имеют место, и заимствуя хронологические понятия из индуистской космологии и западной астрологии. В 1910-ом году он занялся теорией космических циклов и их теософской популярной версией.

Размышления о периодическом рождении и разрушении всех организмов позволили Листу связать свои апокалиптические настроения с предположением о близком конце цикла: начало очередного соответствовало бы и пришествию нового времени. Он погрузился в сложные вычисления, опиравшиеся на схемы Блаватской, чтобы доказать, что в 1897-ом году закончился весьма существенный цикл. Другим источником для подсчетов послужили труды немецких астрологов-теософов.

Блаватская в своё время писала о солнечном или звездном годе — времени, необходимом планетам, для того, чтобы занять свое место в следующем доме зодиака. Она определяла этот период в 26 тысяч земных лет. Лист воспользовался понятием звёздный год для проведения собственных вычислений в результате которых выяснил, что зимнее солнцестояние 1899-го совпало с зимним солнцестоянием текущего звездного года. Несчастья времени и лишения войны поэтому были рассмотрены им как отражение космических бурь равноденствия, предвещающих приход звёздной весны. Этот сезон означал и совершенно новый период в истории человечества наступление которого Лист увязывал с возможностью возрождения пангерманской империи.

В 1911-ом году он написал пророчество о тысячелетнем сражении, которое должно воспоследовать с началом новой эпохи:

«Да, арио-германо-австрийские корабли ещё пошлют своих ядовитых пчел, лучами Донара еще ударят огромные пушки наших дредноутов, наши армии еще пойдут на юг и на запад, чтобы сокрушить врага и восстановить порядок» 23.

Поэтому неудивительно что он воспринял объявление о начале 1-ой Мировой войны с восторгом он видел в ней подтверждение своим пророчествам.

В апреле 1915-го Лист собрал встречу НАО в Вене. Он произнес торжественную речь, в которой приветствовал войну как начало тысячелетнего сражения, предвещавшее приход новой эпохи. Он предупредил, что этот переходный период первоначально может быть связан с увеличением трудностей, ужасными преступлениями и сводящими с ума мучениями. Но все эти испытания должны послужить окончательному отделению добра от зла, поскольку все истинные немцы вступая в новую эпоху, не должны брать с собой ничего, что не принадлежало бы исконной природе арманизма.

От новой эпохи Лист ждал прихода к власти фигуры мессианского толка — исключительного, сверхчеловеческого индивида, способного решить все человеческие проблемы и установить вечный порядок.

К концу 1-ой Мировой войны, Лист приобрёл уверенность, что австрийские и немецкие жертвы, павшие на фронтах, перевоплотятся в коллективное мессианское тело. При помощи принципа кармы он доказывал, что сотни тысяч убитых должны воскреснуть и войти в состав элитарных мессианских корпусов в окончательной послевоенной национальной революции. Исходя из своих вычислений, основанных на космических и астрологических законах, Лист утверждал, что годы 1914-й, 1923-й и 1932-й имеют особого рода потаённую связь с грядущим арманистским тысячелетием. Он особо выделял 1932-й год, как время, когда божественная сила должна овладеть коллективным бессознательным немецкого народа. Поколение воскресших революционеров должно было быть особенно чувствительным к воздействиям божественной силы и потому составляло лигу фанатиков, возвещающих приход нового века. Порядок, национальная месть и национальная страсть должны были превратить современное плюралистическое общество в монолитное, вечное и нерушимое государство. Этот тоталитарный образ служил Листу наброском для будущего Великого Германского Рейха.

В предвосхищении нацистской Германии Гвидо фон Лист ошибся всего на один год. Он не дожил до неё. Ему не суждено было даже узнать о создании национал-социалистической партии однако практически все его идеи — в том числе исторические спекуляции — были приняты этой партией за основу своей идеологии.

Однако на первом этапе активной их популяризацией занимался Иорг Ланц фон Либенфельс основатель «Ордена Новых Тамплиеров».

2.1.2. И снова — тамплиеры.

Человек, который называл себя Иорг Ланц фон Либенсфельс и утверждал, что он родился 1 мая 1872-го года в Мессине (Сицилия) от барона Иоганна Ланца фон Либенфельса и его жены Катарины, урожденной Скала, в действительности родился 19 июля 1874-го года в пригороде Вены. Его отец, Иоганн Ланц, был учителем мать действительно звали Катариной, урожденная Гоффенрайх. При крещении ребенок получил имя Адольф Йозеф.

В детстве Ланц горячо интересовался средневековым прошлым и религиозными орденами, к которым он относятся как к духовной элите. Сам он рассказывают, что его особенно воодушевлял Орден тамплиеров, и что он с головой ушёл в изучение их истории и легенд. Эти впечатления определили его решение принять послушничество в одном из аббатств Вены. Несмотря на возражения семьи, он вступил в орден как брат Георг 31 июля 1893-го года.

Аббатство оказало серьезное влияние на жизнь Ланца. Белый камень церковных стен, белые плиты, строгий романский стиль, уединенный монастырский сад, мозаика цветных стекол и могилы двенадцатого века — всё это совпадало с атмосферой средневекового рыцарского романа.

Жизнь в монастыре удовлетворяла сентиментальные стремления Ланца отождествить себя со священной элитой древности кроме того, эти годы предоставили ему исключительную возможность расширить своё образование. Зрелые труды Ланца несут на себе ясный отпечаток глубокого знания Библии, редких апокрифов и гностических текстов, а также религиозных традиций и языков Ближнего Востока. Он также прилежно изучал историю аббатства и опубликовал свои исследования в нескольких научных журналах.

Особенно важна самая первая из опубликованных им работ, поскольку она является наиболее ранним свидетельством его зарождающейся ереси и специфического мировоззрения. Это был комментарий к отпечатку на могильном камне, извлечённом из-под монастырских плит в мае 1894-го года. Отпечаток изображал дворянина, ошибочно идентифицированного как Бертольд фон Трейн, топчущего неизвестное животное. Ланц интерпретировал эту сцену как аллегорическое изображение вечной борьбы между силами добра и зла, соответственно представленными дворянином и странным чудовищем. Размышления над буквальными смыслами этой аллегории убедили его в том, что корень всякого зла в мире заложен в животной природе человека. Для того. чтобы найти решение этой проблеме, он начал заниматься зоологией.

Изучая священное писание, апокрифы, современную археологию и антропологию, Ланцт объединил существующие расистские идеи в дуалистическую религию. Голубые глаза и светлые волосы, свойственные арийской расе, окончательно отождествлялись для него с добрым началом, тогда как различные тёмные отклонения — негроиды, монголоиды, жители Средиземноморья — он связал с принципом зла. Собственным вкладом Ланца в расистскую идеологию стала адаптация научных взглядов применительно к гностической доктрине, представляющей светлые и тёмные силы в качестве космических сущностей, ответственных за порядок и хаос в мире.

Трудно сказать, насколько этими идеями Ланц обязан своему послушничеству в монастыре. Его учитель Шлегль презирал евреев Ветхого Завета как самонадеянное и надменное сообщество, и его переводы Библии попали в список книг, запрещённых церковью за антисемитизм. Расистские тенденции в мышлении Ланца вполне могли сформироваться под влиянием Шлегля.

Неортодоксальные убеждения Ланца, по-видимому, вызывали серьезные трения между ним и его наставниками. Стремление же юноши к независимости, интеллектуальной и физической, стало причиной разочарований, в связи с чем он отказался от обета и покинул аббатство в апреле 99-го года.

С этого времени Ланц был свободен в выборе путей для развития своих идей, и период с 1900-го по 1905-ый годы был отмечен его быстрым интеллектуальным ростом. В это время он был зарегистрирован как член, по меньшей мере, двух научных обществ, где имел возможность встречаться с выдающимися историками и учеными. Он получил патент на три изобретения, среди них — некое техническое приспособление и мотор. Он также начал писать для таких народнических и социал-дарвинистских журналов как «Молот» («Hammer») и «Политико-антропологический обзор». Одна из статей Ланца содержала более ста ссылок на сугубо научные исследования, что подтверждало глубину его недавних занятий антропологией, палеонтологией и мифологией. Поскольку в 1902-ом году Ланц получил докторскую степень, он по-видимому, защитил и диссертацию на одну из тем в рамках этой доисторической сферы 23.

В 1903-ем году Ланц опубликовал основные положения своей доктрины названной им «Теозоологией». Этот текст являлся странным соединением религиозных идей, заимствованных из традиционных иудейско-христианских источников, но переработанных в свете данных современных наук о жизни.

Целью первой главы была попытка понять природу и происхождение существ которых Ланц называл пигмеями и на которых возлагал ответственность за разрушение арийской цивилизации прошлого.

Следующие четыре главы — под заголовками «Gaia» (земля), «Pege» (вода), «Руr» (огонь) и «Aither» (воздух) — описывали сатаническое царство, рассказывали историю первого пигмея по имени Адам, который породил расу человеко-зверей (Anthropozoa). При этом Ланц использовал очень своеобразный принцип перевода древних текстов согласно ему слова «земля», «камень», «дерево», «хлеб», «золото», «вода», «огонь» и «воздух» все означали получеловека, а глаголы «называть», «видеть», «знать» и «скрывать» означали «совокупляться с» и так далее. В соответствии с Ланцем, основным сюжетом древней жизни был поиск и воспитание любовников-пигмеев (Buhlzwerge) для извращенных сексуальных развлечений. Поэтому основная цель Ветхого Завета выглядела как предупреждение избранных людей (арийцев!) о последствиях этой скотской практики.

Не забывает Ланц и про богов. Он начал с утверждения, что поколение богов существовало как наиболее ранняя и высшая форма жизни (Theozoa), совершенно отличная от Anthropozoa, родоначальником которых стал Адам. Ланц предположил, что эти божественные существа обладали необычными чувственными органами, предназначенными для восприятия и передачи электрических сигналов. Подобные органы наделяли их обладателей мощной способностью к телепатии и всемогуществом, но позже они атрофировались в рудиментарные гипофизарную и шишковидную железы, как можно видеть у современного человека; и это произошло благодаря скрещиванию божественного племени со звероподобным. Впрочем, Ланц допускал, что всеобщая программа сегрегации могла бы вернуть эти способности арийцам, как ближайшим наследникам божественного племени.

Ланц выдвигает и программу действий, которые могли бы помочь арийцам вернуться к божественному состоянию. Его рецепты просты и безжалостны. Культурный подъём низших рас во всей Европе и в её колониях должен быть обращён вспять. Социализм, демократия и феминизм должны быть отменены. Женщины должны войти в полное подчинение их арийским мужьям. Дальнейшее размножение пигмеев должно быть остановлено при помощи принудительной стерилизации. И так далее и тому подобное. Пройдёт совсем немного времени и миллионы людей по всей Европе окажутся за колючей проволокой концентрационных лагерей воплощающих собой самые бредовые идеи Ланса фон Либенфельса.

В конце 1905-го года Ланц начинает выпускать расистский журнал «Ostara». В первой вступительной статье Ланц проинформировал читателей о том что «Ostara» — первый и единственный расово-экономический журнал который намерен практически использовать антропологические данные для того чтобы научным образом сломить восстание низших рас и защитить благородство расы европейской 23.

Ланц самолично выпустил не менее чем семьдесят один номер журнала. Основными их темами были расовая соматология, антифеминизм, антипарламентаризм, духовные различия между черными и белыми расами в сферах сексуального поведения, искусства, философии, коммерции, политики и войны, а также кастовый закон, заимствованный из индуистских кодексов.

За военные годы связь Ланца с народническими публицистами значительно возросла. «Ostara» была верна провозглашенным намерениям и тщательно отслеживала отрицательные социокультурные и экономические последствия эмансипации низших рас во всех сферах общественной жизни. Эти анализы сопровождались эмпирическим материалом, полученным от журналистов. Темы анализов легко могли быть установлены по названиям серий. Среди номеров с 26 по 89 семь были тесно связаны с классификацией расовых типов, восемнадцать — посвящены вопросам пола, женщинам и проституции, двадцать девять — духовным и физическим различиям белых и чёрных, девять — религиозным и оккультным вопросам в частности обсуждению доктрин Блаватской и Гвидо фон Листа.

Ланц разделял веру Блаватской в исчезнувшие континенты Лемурии и Атлантиды. Кроме того Ланц нашёл теософское подтверждение своей концепции грехопадения. В «Тайной доктрине» рассказывалось как ранние лемурианцы впервые разделились на два пола и как они утратили божественное благоволение, смешиваясь с привлекательными, но низшими видами и производя при этом уродов «Они брали к себе животных женского вида, женщины-животные были прекрасны, но дочери их не имели ни души, ни разума. Монстров они брали к себе, злых демонов» 23. В соответствии с Ланцем четвертая корневая раса атлантов разделилась на чистые и смешанные подвиды, соотносимые с ранними антропоидами и антропоморфными обезьянами. Роковой ошибкой наследников первого подвида, пятой корневой расы арийцев или homo sapiens, стало упорное скрещивание с наследниками второго подвида.

Идеологические связи Ланца с оккультизмом ещё усилились, когда он обратился к современной астрологической жизни Германии. Весной 1915-го года Ланц опубликовал подробные обзоры астрологической литературы. После этого он счёл, что усвоенных идей ему достаточно, чтобы самому включиться в предсказательский процесс. По его мнению, 1-я Мировая война свидетельствовала о мессианском исполнении времен. Растущий расовый беспорядок, военный и культурный хаос должны были завершиться новым монгольским нашествием на Европу в период от 1960-ый по 1988-ой годы, предав Землю во власть демонического господства. Следующий за этим Страшный суд предвещает золотой век, когда возникнут новая Церковь Святого Духа и Арийское государство, власть в котором будет отдана вечному священничеству, посвященному в таинства древнего сексуально-расистского гнозиса. Географическим местом рождения расистского золотого века была названа Вена; в новом политико-религиозном устройстве ей отводилась главная роль.

* * *

Желание Ланца основать рыцарский орден прямо вытекало из его расово-элитаристских концепций. Выбор рыцарства в качестве носителей гностической традиции определялся комплексом факторов, включающим в себя и собственную психологическую склонность, и неоромантический климат австрийской и германской культуры на рубеже веков.

Впервые Ланц заинтересовался тамплиерами, читая средневековые легенды о Парсифале и рыцарях Святого Грааля. Этот эпос был очень моден благодаря его оперной интерпретации, осуществленной Рихардом Вагнером и последующих популяризаций. Фигура рыцаря Грааля символизировала духовный поиск, стремление к непреходящим ценностям в окружающей обыденности материалистического мира.

Ланц пришёл к выводу, что рыцари Грааля связаны с историческими тамплиерами, что доблестное поведение последних в Святой Земле обеспечило им превращение в архетип религиозного рыцарства XIII-го века. В их намерения, по мнению Листа, входило создание «Великого Германского ордена» — государства, которое включило бы в себя всё Средиземноморье и Средний Восток. В 1913-ом году он опубликовал короткое исследование, в котором Грааль интерпретировался как электронный символ, отвечающий парапсихическим силам чистокровной арийской расы.

В героическом образе тамплиеров соединились идеи веры и собственного достоинства, столь распространенные в теософских и неоромантических кругах, с современными представлениями о расовом спасении, элитаризме и пангерманизме. Их осуждение и преследование в 1312-ом году также имело особый смысл в рамках этого мировидения. Безжалостное искоренение благородного Ордена означало триумф расовых меньшинств, на протяжении долгого времени стремившихся к устранению основных защитников евгенического культа. Господство низших сил по всей Европе наряду с нарастающим расовым хаосом в последующие века разрушило арио-христианскую цивилизацию и современный мир привело на грань кризиса. Однако Ланц не ограничивал себя ностальгическими образами славного прошлого решил вновь создать исчезнувший военный Орден как свой собственный «Ordo Novi Templi» целью которого будет новый крестовый поход.

В 1907-ом году Ланц с помощью своих венских друзей приобрёл замок Верфенштайн (Burg Werfenstein) ставший штаб-квартирой Ордена. Этот замок представлял собой романтическую средневековую руину, расположенную на краю отвесной скалы над Дунаем в деревне Штруден, в Верхней Австрии. В декабрьском номере «Ostara» Ланц опубликовал программу «Ордена новых тамплиеров», характеризуя его как арийское общество взаимопомощи, призванное воспитывать расовое самосознание посредством генеалогических и геральдических изысканий, турниров красоты, а также создания расовых утопий в слаборазвитых частях мира. Рождество 1907-го года Ланц отметил поднятием на башне замка флага с изображённой на нём красной свастикой.

Первыми формами деятельности Ордена стали фестивали, проводимые в Верфенштайне. Однажды весной несколько сотен гостей прибыли на пароходе из Вены, приветствуемые залпами маленьких пушек из увенчанного флагами замка. После завтрака в местных гостиницах гости прослушали концерт во внутреннем дворе замка. Праздник закончился поздно ночью фейерверками и хоровым пением. Это событие широко освещалось в национальной прессе, способствуя тем самым распространению идей «Ostara» среди широкой аудитории.

Помимо публичных празднеств общегерманского характера, Ланц изобрел службы и церемониал для самого Ордена, которые оставался под большим секретом для непосвященных. В это время Ланц начал разрабатывать правила Ордена, выполненные в форме дисциплинарного кодекса, соблюдаемого в традиционных религиозных орденах. И хотя он не был напечатан вплоть до окончания 1-й Мировой войны, возможно, что в списках он циркулировал среди членов Ордена много раньше.

Девять пунктов кодекса заключают в себе утверждение о целях ордена и его принципах; перечисление прав и обязанностей братьев; краткое описание ритуалов ордена; отдельные статьи посвящены церемониалу, иерархии, геральдике и формам одежды. Наконец, в кодекс были включены статьи, касающиеся собственности ордена, правил диспута и процедуры отставки. В первом пункте Орден описывался как расово-религиозная организация, в которую могли входить лица с преобладанием чистой крови, а именно те, кто в большей или меньшей степени светловолос, голубоглаз и обладает арийским телосложением 23.

Члены Ордена должны были оказывать предпочтение братьям и равным по расе в делах, касающихся профессиональных должностей, благотворительности и бизнеса. В их обязанности входил поиск достойных неофитов и заключение евгенически чистых браков. Состоятельные члены ордена должны были поддерживать создание новых домов Ордена в местах, отличающихся своим естественным великолепием или богатых историческими ассоциациями особенно ценились места, отмеченные следами тамплиеров и монастырской жизни: такие дома должны были служить «арио-христианскими» центрами.

Со временем Ланц разработал иерархию ордена. В соответствии с кодексом братья разделялись на семь рангов в зависимости от их готовности к службе и степени расовой чистоты. Низший разряд состоял из слуг (Server, SNT), расовая чистота которых определялась менее чем на 50 %. Следующий разряд состоял из близких друзей (Familiar, FNT) — людей, оказывавших особые услуги Ордену, но не стремившихся к вступлению в него. Разряд неофитов (Novice, NNT) включал в себя всех, достигших двадцати четырех лет, расово чистых более чем на 50 %, но ещё не готовых к вступлению в высшие разряды. Высшие разряды включали в себя Мастеров (MONT) и Каноников (CONT), они должны были обладать соответственно 50-75 % и 75-100 % расовой чистоты. Два самых высоких разряда иерархии — Пресвитеры и Приоры (pONT и PONT). Любой Мастер или Каноник мог стать Пресвитером, но для этого он должен был создать новый дом, новую филиацию Ордена. В их права входило чтение служб и торжественных месс, но они не были допущены к приему и рукоположению братьев. Пресвитер, в чьей власти находилось более пяти Мастеров или Каноников, мог выступать в качестве Приора и пользоваться всеми правами священной службы. При любых обстоятельствах братья должны были соблюдать установленный порядок старшинства, с самого первого дня их вступления в орден.

План иерархии Ланц сопроводил описанием одежд, геральдических знаков и титулов, соответствующих разряду каждого из братьев. Основной одеждой братьев была белая сутана с капюшоном, украшенная красным рыцарским крестом. Пресвитер дополнительно носил красный берет. Приор имел золотой жезл.

В 1912-ом году Ланц объявил себя Приором Ордена. Между 1913-ым и 18-ым годами в номерах «Ostara» упоминались и другие братья.

Значение «Ордена новых тамплиеров» открывается скорее в том, что он выражал собой, нежели в том, чего он в действительности достиг. Он стал символом эпохи в которой рассеянные настроения недовольства и страха перед будущим породили сильный геноцидальный порыв замешанный на псевдоисторической романтике.

Идеи «Ордена новых тамплиеров» были взяты на вооружение национал-социалистической партией которая скоро станет правящей в Германии. Однако ещё большее влияние на формирование мировоззрения нацистов да и на формирование их партии как таковой окажет другое объединение известное как «Общество Туле».

2.1.3. Рудольф фон Зеботтендорф — основатель Общества Туле.

Название Общества Туле (Thule Gesellschaft) происходит от легендарной страны Туле. Вот что по поводу неё пишут Луи Повель и Жак Бержье в своей книге «Утро магов»

«Легенда о Туле восходит к истокам германских преданий. Речь идёт об исчезнувшем острове где-то на крайнем Севере. В Гренландии. В Лабрадоре. Подобно Атлантиде Туле является магическим центром исчезнувшей цивилизации» 42.

Таким образом в самом названии Общества есть указание на его оккультную ориентацию. Общество Туле было создано в Мюнхене как филиал Тевтонского рыцарского ордена (Germanenorden) штаб-квартира которого находилась в Берлине. Основателем Общества считается барон Рудольф фон Зеботтендорф.

* * *

Человек, известный как барон Рудольф фон Зеботтендорф, был, как это часто случается с ариософами, которыми он восхищался, не более чем самозваным аристократом. Он родился 9 ноября 1875-го года в Хойерсверде торговом городе Саксонии расположенном к северо-востоку от Дрездена. Его отец, Эрнст Рудольф Глауэр, был железнодорожником. Мать звали Кристиан Генриетта, урожденная Мюллер. При крещении ребенок получил имя Адам Альфред Рудольф Глауэр. Отец Рудольфа умер в июне 1893-го оставив осиротевшему сыну средства, достаточные для того чтобы завершить среднее образование и начать учиться на инженера.

Молодой Глауэр поступил в Техническую Школу Ильменау, но учёбу не завершил. А вместо этого подписав контракт на шесть месяцев, нанялся кочегаром на судно. Эта работа позволяла ему путешествовать по всему миру.

Летом 1900-го года Глауэр прибывает в Константинополь где на некоторое время останавливается. Он изучает турецкий язык у имама в мечети Бейкоца и знакомится с местными обычаями. Именно здесь Глауэр серьезно увлекся оккультными науками. Гуссейн Паша, его богатый и образованный хозяин, исповедовал суфизм и обсуждал вопросы веры с Глауэром.

В Бурсе Глауэр познакомился с семьей Термуди, греческими евреями из Салоники. Старый Термуди ушёл от дел и целиком посвятил себя изучению оккультизма и коллекционированию алхимических и розенкрейцеровских текстов. Термуди были франкмасонами и принадлежали ложе «Французский Ритуал Мемфиса». Глауэр был посвящен в ложу старым Термуди и впоследствии унаследовал всю его оккультную библиотеку 23.

В 1902-ом году Рудольф вернулся в Германию и поселился в Мюнхене. Несколько лет спустя газеты сообщили о том, что Глауэр предстал перед судом по обвинению в подделывании денег и других жульничествах. Он косвенно упоминает об этом инциденте, когда описывает размышления над своим жизненным выбором в Кафедральном Соборе Фрайбурга в 1908-ом году — возможно, эти столкновения с властями и послужили причиной его решения во второй раз оставить Германию и вернуться в Константинополь.

Известно, что Глауэр читал лекции на эзотерические темы в своем доме, в одном из районов Константинополя, а затем в декабре 1910-го года основал мистическую ложу.

Религиозная ориентация первоначально определяла собой и политические взгляды Глауэра: антиматериализм, алхимия, розенкрейцеры в сочетании с послевоенной ненавистью к большевикам, воплощающих в себе апофеоз материализма, — всё это привело его к исключительно антидемократическим идеям. Его политическое мировоззрение нашло историческую параллель в фигуре короля Фридриха Вильгельма II, бывшего мистическим иррационалистом и поддерживавшего Орден розенкрейцеров. Это сплетение политико-религиозных мотивов могут объяснить и фантазии Глауэра о его аристократическом происхождении.

Второй период Глауэра в Турции длился четыре года. После участия во Второй Балканской войне (октябрь-декабрь 1912-го) на турецкой стороне и будучи ранен, он вернулся в Германию, обосновавшись в Берлине. Вскоре он выгодно женится и становится богачом.

Однажды Глауэру — нет теперь уже Зеботтендорфу — попадается на глаза газетная реклама Тевтонского Ордена, приглашавшая светловолосых и голубоглазых немецких мужчин и женщин к вступлению в Орден. Под объявлением располагались три руны. Зеботтендорф был заинтригован и решил добиться членства. В сентябре 1916-го года он нанёс визит главе Ордена в Берлине по имени Герман Поль. Зеботтендорф и Поль говорили о рунах, эзотерический смысл которых интересовал последнего, и об Ордене. Поль объяснил, что он пришёл к изучению рун через Гвидо фон Листа и что он убеждён — утрата арийцами знаний об их магической власти связана с нарушением расовой чистоты, в особенности скрещивания с евреями. Он полагал, что это знание может быть восстановлено только путем очищения расы от иностранных влияний.

Зеботтендорф стал расспрашивать о будущем Ордена и ему объяснили, что оно определится после собрания, которое должно привести в порядок дела Ордена. Зеботтендорф принимает на свои плечи руководство баварским отделением Ордена и начинает действовать от имени Поля. Его переписка с людьми, чьи адреса он получил от руководства, измеряется томами. Он начал посещать членов Ордена, и эти визиты превратились в регулярные групповые встречи и лекции. Предложение Зеботтендорфа издавать ежемесячный журнал Ордена было тепло встречено братьями: и первый номер «Рун» появился в январе 1918-го года.

Помощники Зеботтендорфа активно вербуют новых членов. Весной 1918-го года вверенное ему отделение Ордена насчитывало уже 200 человек; следующей осенью — 1500. Поскольку помимо ритуальных собраний Тевтонский Орден постоянно устраивал правые митинги, баварское отделение приняло название Общество Туле, чтобы избавить себя от нежелательного любопытства со стороны социалистов и прореспубликанских элементов. Комнаты Общества Туле которые они арендовали у гостиницы «Четыре времени года» были украшены эмблемой Туле, изображающей длинный кинжал и солнечное колесо свастики.

Зеботтендорф показал себя 9 ноября 1918-го года во время социалистической революции в Баварии. Едва узнав о перевороте Зеботтендорф собирает своих братьев и произносит страстную речь. Сохранившийся текст демонстрирует поразительную смесь монархических, антисемитских и ариософских чувств:

«Вчера мы пережили гибель всего, что было нам дорого, близко и свято. Вместо наших принцев германской крови, у власти — смертельные враги: евреи. Чем грозит нам этот хаос, мы ещё не знаем. Но мы догадываемся. Время, которое придёт, будет временем временем борьбы, горьких утрат, временем опасности… И пока я держу свой железный молот речь идёт о молоте Мастера — А.П., я клянусь все силы отдать этой борьбе. Наш Орден — германский Орден и преданность наша — германская. Наш бог — Вальватер, его руна — Ar. И триединство: Вотан, Вили, Ви — едины в тройственности. Ar — руна означает Ариан, первоначальное пламя, солнце и орел. Чтобы показать волю орла к самопожертвованию, он окрашен в красный. С сегодняшнего дня наш символ — красный орел, пусть он предупреждает нас, что мы должны умереть, чтобы выжить» 23.

Ссылки Зеботтендорфа на руну Ar и на мистическую фигуру воскресающего орла, ставшую воинствующим символом арийцев, свидетельствуют о несомненном влиянии Листа. Ещё в 1908-ом Лист писал о том, что Ar-руна означает солнце, первоначальный огонь, арийцев и орла, при этом он также имел ввиду смерть и воскресение орла как специфически немецкий символ возрождения. Триединство Вотана, Вили и Ви он описывал в своей германско-теософской космогонии 1910-го года.

Название Туле тоже восходит к ариософии. Этот термин произошел от имени, данного самой северной земле, открытой Пифеем около 300-го года до нашей эры. Зеботтендорф отождествлял эту Ультима Туле с Исландией: как предполагаемый аванпост немецких беженцев, эта страна играла значительную роль в арманистской доктрине. Обратившись к членам Туле с требованием бороться, пока свастика не воссияет над холодом темноты Зеботтендорф завершил свою речь декламацией расистско-теософских стихов.

Члены Общества Туле принимали деятельное участие в сопротивлении коммунистическому правительству Республики Бавария просачивались в армейские подразделения проводили в них агитационную работу и запасались оружием. Некоторые из них даже были арестована и расстреляны.

После свержения коммунистов Общество Туле стало одной из наиболее влиятельных групп в Баварии. Поэтому именно к его членам обратился за поддержкой молодой и пока ещё никому не известный человек с большим политическим будущим. Позже этого человека назовут фюрером. Ещё позже — мессией Тёмных сил. А пока он — просто Адольф Гитлер.

2.2. Копьё судьбы или Адольф Гитлер — мессия Тёмных Сил.

2.2.1. Борьба Адольфа Шикльгрубера.

Адольф Шикльгрубер (Гитлер) родился 20 апреля 1889-го года в австрийском городке Браунау на реке Инн неподалёку от границы с Германией.

Отцу его Алоису Шикльгруберу, скромному чиновнику таможенной службы, перевалило за пятьдесят, когда родился его сын. Алоис — обрюзгший, с вечно насупленным лицом и совершенно лысый — являл собой тип домашнего тирана. 28-летняя мать Адольфа, Клара Пёльцль, ничем не походила на него. Она была мягкой, интеллигентной женщиной с большими одухотворёнными глазами. Трудно сейчас сказать что именно привлекло Клару в человеке который был значительно старше её и совершенно не подходил по характеру. Впрочем они были знакомы давно. Алоис знал Клару ещё ребёнком и в те времена когда она работала служанкой в доме его богатой первой жены и видимо именно в этом старом знакомстве кроются причины их женитьбы.

Адольф очень любил свою мать несмотря даже на то что она считала его помешанным отмечая что её ребёнок не похож на других детей.

В 1895-ом году Алоис Шикльгрубер приобрёл ферму неподалёку от Ламбаха а через два года напутствуемый чрезвычайно религиозной матерью Адольф начал посещать школу при местном бенедиктинском монастыре. Там у него появилась мечта стать католическим священником. Увлечение католицизмом оказалось недолгим хотя определённая тяга к различного рода религиозным ритуалам сохранилась у Адольфа на всю жизнь.

Вскоре семейство Шикльгруберов перебирается в Леондинг близ Линца. Возраст Адольфа уже позволяет его родителям задуматься о будущем своего сына Алоис, как и всякий уважающий себя отец, хотел чтобы Адольф пошёл по его стопам то есть стал государственным служащим. Однако младшего Шикльгрубера влекло искусство Однажды он признался в этом отцу и получил хорошую взбучку что заметим ни коим образом не повлияло на сделанный выбор.

В первые школьные годы Адольф учился достаточно прилежно. Но по его собственным словам постоянные ссоры с отцом упорно желавшем видеть в нём будущего чиновника привели к тому что Адольф утратил всяческий интерес к получению высоких оценок. С шестого класса он учился всё хуже и хуже. В шестнадцать лет так и не закончив полный курс Адольф уходит из школы. Впоследствии он объяснял свой неуспех тем что его не понимали учителя.

«Большинство из них — писал Гитлер — были чем-то вроде психических больных и довольно многие из них закончили жизнь как абсолютные сумасшедшие» 21.

Единственным учителем для которого Адольф сделал исключение в этой оценке и которым откровенно восхищался был Леопольд Пётч ярый пангерманист апологет прусского короля Фридриха II и канцлера Бисмарка научивший юношу презирать Габсбургов и ценить идеи германского национализма.

В «Моей борьбе» фюрер вспоминал «Мы слушали его, затаив дыхание Он использовал наш развивающийся националистический фанатизм как средство для обучения часто взывая к чувству нашего национального достоинства… Этот учитель сделал историю моим любимым предметом. И действительно хотя у него не было подобного намерения благодаря ему я стал маленьким революционером».

В январе 1903-го года после обильного возлияния в местной таверне престарелый Алоис Шикльгрубер умирает от апоплексического удара. Похоронив мужа, Клара продаёт дом и перебирается в Линц. Её пенсии вполне хватало чтобы прокормить сына Адольфа и младшую дочь Паулу.

Бросивший школу Адольф отказался искать себе постоянную работу или же обучаться какому-либо ремеслу. Даже сама мысль об этом вызывала у него отвращение. Вместо того чтобы попытаться чем-то помочь своей матери он предпочитал слоняться по улицам Линца время от времени посещая оперу где его особенно привлекала музыка Рихарда Вагнера. Впоследствии эту музыку будут передавать по громкоговорителям концентрационных лагерей.

Карманные деньги которые Адольф получал от матери он тратил на книги. Лучший и фактически — единственный друг юности будущего фюрера Август Кубичек вспоминает:

«Уже в Линце Адольф начал читать классиков. О Фаусте Гёте он заметил что эта книга содержит больше чем может вместить человеческий ум… Из работ Шиллера его захватил главным образом Вильгельм Телль. Глубокое впечатление произвела на него и Божественная комедия Данте» 43.

В октябре 1907-го года 18-летний Адольф и отправился в Вену чтобы попытать счастья в Академии искусств. Однако там он терпит полное фиаско. Его технически аккуратные но совершенно безжизненные рисунки произвели на экзаменаторов настолько дурное впечатление что они посоветовали Адольфу вообще отказаться от мысли стать художником. Это был страшный удар по самолюбию Гитлера от которого он так никогда и не оправился считая виновными в происшедшем по уже укоренившейся привычке этих тупых профессоров.

А в декабре 1908-го года у Адольфа от рака умирает мать. Казалось сам мир ополчился на молодого человека.

«Это был жуткий удар Я уважал моего отца но мать любил. Её смерть положила неожиданный конец всем моим планам. Бедность и тяжелейшая действительность требовали принятия быстрого решения. Передо мной стояла проблема каким-то образом заработать себе на жизнь» 21.

Начинается грустнейший период в биографии молодого Гитлера. С 1909-го по 1913-й годы Адольф живёт в Вене. Отсутствие каких-либо значительных средств вынуждает его оставить меблированную комнату и порвать отношения с Августом Кубичеком тот блистал в консерватории а гордый Адольф не хотел испытывать унижение при общении с ним. Гитлер становится самым настоящим бродягой живя в ночлежках и довольствуясь благотворительной похлёбкой. Иногда ему удаётся продать свои акварели но по очень низкой цене.

«Голод был тогда моим верным телохранителем он никогда не оставлял меня ни на секунду и принимал участие во всём что бы я ни делал. Моя жизнь была постоянной борьбой с этим безжалостным другом» 21.

Однако в отличие от других бродяг Адольф никогда не искал забвения в дешёвых наркотиках он не пил и не курил. Большую часть своего времени он проводил в публичных библиотеках. Именно в грустнейший период были заложены основы позднего мировоззрения вождя Третьего Рейха.

\"Я читал тогда бесконечно много и читал основательно. Всё свободное время, которое оставалось у меня от работы, целиком уходило на эти занятия. В течение нескольких лет я создал себе известный запас знаний, которыми я питаюсь и поныне.

Более того.

В это время я составил себе известное представление о мире и выработал себе миросозерцание, которое образовало гранитный фундамент для моей теперешней борьбы. К тем взглядам, которые я выработал себе тогда, мне пришлось впоследствии прибавить только немногое, изменять же ничего не пришлось\".

Читал Гитлер без какой-либо системы поглощая всё подряд историю Древнего Рима доктрины восточных религий теории оккультизма гипноза астрологии. При этом существенным он считал только то что соответствует его собственным глубинным представлениям об устройстве мира. От Шопенгауэра Гитлер заимствует фатализм и волюнтаризм отбрасывая буддистские элементы. От Ницше — концепцию эволюции и сверхчеловека позабыв что философ настаивал на том что сверхчеловек должен бороться с самим собой а не с окружающими Гитлер принимает от Вагнера расизм и язычество но отклоняет его чисто христианские идеи. Точно так же он поступал с теориями Блаватской, фон Листа и Ланца.

Тогда же Адольф открыл для себя что и у западной Европы существует своя эзотерическая традиция связанная прежде всего с легендами о Копье Судьбы и Святом Граале.

* * *

О Святом Граале я уже рассказывал. Теперь поговорим о Копье Судьбы.

Копьём Судьбы принято называть легендарное копьё принадлежавшее центуриону Гаю Кассию Лонгину участвовавшему в процедуре распятия Иисуса Христа в качестве представителя проконсула Понтия Пилата. «Один из воинов копьём пронзил Ему рёбра, и тотчас истекла кровь и вода», (Евангелие от Иоанна). По легенде история этого копья уходит в далёкую древность. Оно было выковано по приказу Финееса одного из первосвященников Иудейских рассчитывавшего получить талисман силы для своего народа. Впоследствии этот талисман побывал и в руках Иисуса Навина когда тот штурмовал Иерихон и в руках царя Ирода когда он отдал приказ об истреблении иудейских младенцев.

Считается также что в момент когда Гай Кассий нанёс свой знаменитый удар милосердия у него излечилась катаракта. Прозревший Лонгин стал христианином и был почитаем как герой и святой. Копьё которым он пронзил бок Христа стало одной из важнейших реликвий христианского мира.

Впервые Гитлер увидел Копьё Судьбы в музее Хофбург в Вене. Случайно оказавшись в Зале сокровищ Габсбургов экспонаты которого он до той поры считал никому не нужным хламом. Адольф был привлечён лекцией одного из гидов возглавлявших экскурсии.

«Группа остановилась точно напротив того места где я находился и гид показал на старый наконечник копья. Вначале я не обращал внимания на то что рассказывал гид считая присутствие рядом со мной этой группы всего лишь вторжением в интимное течение моих мрачных мыслей. Вот тогда-то я и услыхал слова которые вскоре изменили мою жизнь. С этим копьём связана легенда согласно которой тот кто объявит его своим и откроет его тайну возьмёт судьбу мира в свои руки для совершения Добра или Зла» 21.

— В средние века — продолжал рассказ гид — некоторые германские императоры владели этим копьём и верили в легенду. Однако за последние пять столетий никто уже не испытывал доверия к этим сказкам если не считать Наполеона потребовавшего себе это копьё после победы в битве при Аустерлице. После разгрома наполеоновских войск наконечник копья был тайно вывезен из Нюрнберга и спрятан в Вене.

Экскурсанты продолжили свой путь по музею а Гитлер заворожено приблизился к витрине чтобы в подробностях разглядеть реликвию. Почерневший от времени железный наконечник покоился на ложе из красного бархата длинное и тонкое острие поддерживалось металлическими подпорками. В центре наконечника было отверстие из которого торчал огромный гвоздь.

— В ту же секунду я понял что наступил знаменательный момент в моей жизни — говорил впоследствии Гитлер — Однако я не понимал как этот чисто христианский символ мог вызвать у меня столь сильное волнение. Долгие минуты я стоял рассматривая копьё совершенно забыв обо всём что происходило вокруг. Казалось что копьё хранит какую-то тайну от меня ускользавшую однако мною владело такое чувство будто я знаю о ней инстинктивно не в состоянии проанализировать её смысл в своём сознании. Копьё было чем-то вроде магического носителя откровения оно открывало такие прозрения в идеальный мир что человеческое воображение казалось более реальным чем реальный материальный мир. Это было как если бы я столетия тому назад уже держал это копьё в руках и оно дало мне всё своё могущество. Как это было возможно? Что за безумие овладело моим разумом и родило бурю в моём сердце 44.

Не прошло и суток как Гитлер снова явился в музей — созерцать священное копьё и ждать когда оно откроет ему свою тайну. Поскольку этого ему очень хотелось вскоре произошло то что Гитлер будет называть посвящением в сущность Копья.

«Воздух стал столь удушливым что я едва был в силах дышать. Обжигающая атмосфера музейного зала казалось расплывается перед глазами Я стоял один весь дрожа перед колеблющейся фигурой сверхчеловека — опасный и возвышенный разум бесстрашное и жестокое лицо. С почтительной опаской я предложил ему мою душу чтобы она стала инструментом его воли».

Любопытный эпизод не правда ли? Некоторые западные демонологи всерьёз уверяют нас в том что Гитлер будучи в Вене подписал самый настоящий договор с Дьяволом, и тот в обмен на бессмертную душу вручил будущему фюреру власть над миром 29. Что ж вышеприведённый эпизод свидетельствует о готовности Гитлера пойти на такой шаг однако вряд ли в этом участвовали какие-то сверхъестественные силы. Любой начинающий политик да ещё с такими убеждениями как у Адольфа Шикльгрубера, должен в какой-то момент пойти на сделку с самим собой принять окончательное решение и расставить все точки над i а как это будет им самим оформлено не имеет принципиального значения. Однако Гитлер избрал именно такой путь.

Подобным образом Адольф модифицировал и легенду о Святом Граале. Гитлер рассматривал процесс бесконечных поисков Грааля как путь через все сомнения ведущий от оглушающего отупения к духовному подъёму своего рода посвящением. Гитлер часто говорил о ступенях восхождения к высшим уровням сознания и раскрывал значение геральдических знаков и рыцарских гербов понимая под ними символы различных ступеней которых их владельцы достигли на пути к Граалю.

Так по объяснениям Гитлера чёрный ворон служил символом первой ступени потому что ворон означает посланника Грааля перст судьбы. Символом второй ступени является павлин великолепное оперение которого отображало бесконечные возможности созидательного воображения. Лебедь был символом третьей ступени потому что послушник желавший её достичь должен был пропеть лебединую песнь то есть преодолеть эгоистические желания и слабости во имя служения своей расе. С четвёртой ступенью Гитлер связывал изображение пеликана — птицы которая вырывает у себя куски мяса чтобы накормить птенцов действие это символизирует посвящённого отдавшего себя делу воспитания молодёжи. Лев означал пятую ступень посвящения на которой человек достигал единения своего сознания с духом нации. Высшая же ступень отождествлялась с орлом поскольку посвящённый получал теперь в своё распоряжение наивысшие силы которыми только могло обладать человеческое существо с этого момента он был способен нести ответственность за судьбы всего мира 44.

— Что общего может иметь подобный путь посвящения с еврейским плотником из Назарета — заявлял Гитлер — С этим рабби воспитание которого было основано на подчинении и любви к ближнему и которое имело целью лишь забвение воли к выживанию. Нет уж действительно испытания связанные с поиском Грааля и предназначенные для пробуждения латентных возможностей человека с чистой кровью не имели ничего общего с христианством!… Добродетели Грааля были присущи всем арийским народам. Христианство добавило сюда лишь семена вырождения такие как прощение оскорблений самоотречение слабость покорность и даже отказ от законов эволюции провозглашающих выживание наиболее приспособленного наиболее храброго и наиболее ловкого.

В этом заявлении Гитлера уже отчётливо прослеживается его ярый антисемитизм. И действительно этот элемент мировоззрения будущего фюрера обернувшийся бедой и смертью для миллионов европейских евреев также получил развитие именно в этот венский период его жизни. Посмотрим что он сам говорит по поводу своего отношения к евреям в «Моей борьбе»

\"Проходя однажды по оживлённым улицам центральной части города, я внезапно наткнулся на фигуру в длиннополом кафтане с чёрными локонами.

Первой моей мыслью было: и это тоже еврей? В Линце у евреев был другой вид. Украдкой, осторожно разглядывал я эту фигуру. И чем больше я вглядывался во все его черты, тем больше прежний вопрос принимал в моём мозгу другую формулировку.

И это тоже немец?…

Но окончательно оттолкнуло меня от евреев, когда я познакомился не только с физической неопрятностью, но и с моральной грязью этого избранного народа.

Ничто не заставило меня в скором времени так резко изменить мнение о них, как моё знакомство с родом деятельности евреев в известных областях.

Разве есть на свете хоть одно нечистое дело, хоть одно бесстыдство какого бы то ни было сорта и прежде всего в области культурной жизни народов, в которой не был бы замешан по крайней мере один еврей? Как в любом гнойнике найдешь червя или личинку его, так в любой грязной истории непременно натолкнешься на еврейчика.

Когда я познакомился с деятельностью еврейства в прессе, в искусстве, в литературе, в театре, это неизбежно должно было усилить мое отрицательное отношение к евреям. Никакие добродетельные заверения тут не могли помочь. Достаточно было подойти к любому киоску, познакомиться с именами духовных отцов всех этих отвратительных пьес для кино и театра, чтобы ожесточиться против этих господ.

Это чума, чума, настоящая духовная чума, хуже той чёрной смерти, которой когда-то пугали народ. А в каких несметных количествах производился и распространялся этот яд! Конечно, чем ниже умственный и моральный уровень такого фабриканта низостей, тем безграничнее его плодовитость. Этакий субъект плодит такие гадости без конца и забрасывает ими весь город. Подумайте при этом ещё о том, как велико количество таких субъектов. Не забудьте, что на одного Гёте природа всегда дарит нам 10 тысяч таких пачкунов, а каждый из этих пачкунов разносит худшего вида бациллы на весь мир\".

Комментарии к этому образчику гитлеровской логики полагаю излишни.

* * *

В конце концов Адольф уезжает из Вены в Мюнхен. Произошло это весной 1913-го года. В своих мемуарах он называет несколько причин переезда. В частности заявляет что его просто бесило присутствие евреев в австрийской столице и с определённого момента он уже не мог их выносить.

Начало первой мировой войны (1914-й год) коренным образом переменило жизнь Адольфа. Он и сам понимал что теперь его жалкой жизни на дне приходит конец и появляется шанс без всяких усилий попробовать себя на совершенно новом поприще.

«Я испытал в эти дни необычайный подъем. Тяжелых настроений как не бывало. Я нисколько не стыжусь сознаться что, увлеченный волной могучего энтузиазма, я упал на колени и от глубины сердца благодарил господа бога за то, что он дал мне счастье жить в такое время».

Гитлер обратился к королю Баварии Людвигу III с просьбой о зачислении его в армию. Его определили в 16-й баварский пехотный полк набранный в основном из студентов-добровольцев. После нескольких недель обучения Адольф отправился на фронт.

Гитлер оказался умелым и храбрым солдатом. Первоначально он служил санитаром затем всю войну выполнял обязанности связного доставляя приказы из штаба полка на передовую. За четыре года войны он участвовал в 47 сражениях. Дважды был ранен 7 октября 1916-го года после ранения в ногу Гитлер попал в госпиталь Гермиса под Берлином. Два года спустя за месяц до окончания войны он тяжело отравился горчичными газами применёнными англичанами и временно потерял зрение.

Свою первую награду — Железный крест II степени — Гитлер получил в декабре 1914-го года вторую — Железный крест I степени редчайшая награда для простого солдата — в августе 1918-го.

Несмотря на столь явные боевые заслуги Адольф дослужился только до капрала. Медленное продвижение по службе можно объяснить и тем что для большинства однополчан он казался чудаком замкнутым и склонным к весьма странным высказываниям.

Один из его боевых соратников вспоминал «…часто сидел не обращая ни на кого внимания в глубокой задумчивости обхватив голову руками. Затем неожиданно вскакивал и начинал возбуждённо говорить о том что мы обречены на поражение ибо невидимые враги Германии опаснее чем самое мощное орудие противника» 43.

Находясь после отравления газами в госпитале, Гитлер узнаёт о капитуляции Германии.

\"В глазах потемнело, и я только ощупью смог пробраться в спальню и бросился на постель. Голова горела в огне. Я зарылся с головою в подушки и одеяла.

Со дня смерти своей матери я не плакал до сих пор ни разу. В дни моей юности, когда судьба была ко мне особо немилостива, это только закаляло меня. В течение долгих лет войны на моих глазах гибло немало близких товарищей и друзей, но я никогда не проронил ни одной слезы. Это показалось бы мне святотатством. Ведь эти мои дорогие друзья погибали за Германию… Но теперь я не мог больше, я — заплакал. Теперь всякое личное горе отступило на задний план перед великим горем нашего отечества.

Итак, всё было напрасно. Напрасны были все жертвы и все лишения. Напрасно терпели мы голод и жажду в течение бесконечно долгих месяцев. Напрасно лежали мы, испытывая замирание сердца, ночами в окопах под огнём неприятеля, выполняя свой тяжкий долг. Напрасна была гибель двух миллионов наших братьев на фронте. Не разверзнутся ли теперь братские могилы, где похоронены те, кто шёл на верную смерть в убеждении, что отдает свою жизнь за дело родной страны? Не восстанут ли от вечного сна мертвецы, чтобы грозно призвать к ответу родину, которая теперь так горько над ними надсмеялась? За это ли умирали массами немецкие солдаты в августе и сентябре 1914 г… Для того ли приносились все эти неисчислимые жертвы, чтобы теперь кучка жалких преступников могла посягнуть на судьбы нашей страны\" 21.

Это горькое разочарование привело к тому что Гитлер решает всерьёз заняться политикой.

\"Спустя несколько дней мне стала ясна моя собственная судьба. Теперь я только горько смеялся, вспоминая, как ещё недавно я был озабочен своим собственным будущим. Да разве не смешно было теперь и думать о том, что я буду строить красивые здания на этой обесчещенной земле. В конце концов я понял, что совершилось именно то, чего я так давно боялся и поверить чему мешало только чувство…

Моё решение созрело. Я пришёл к окончательному выводу, что должен заняться политикой\".

Перспективы политической карьеры в Германии для урождённого Австрии без влиятельных друзей и без надлежащего финансирования были не слишком радужными. Кроме того и образования Гитлеру явно не хватало. Однако Адольф обладал железной верой в своё предназначение в свои силы. И судьба в этот раз действительно оказалась к нему благосклонна.

Закончив службу в звании капрала но продолжая оставаться на учёте в военном ведомстве Гитлер был направлен для работы в политическом департаменте. В его обязанности входило наблюдение за различного рода партиями и политическими группировками подозревавшимися в подрывной и другой антизаконной деятельности.

В сентябре 1919-го года Гитлеру приказывают заняться разработкой маленькой политической группы называвшейся Германской рабочей партией. Собрания этой группы проводились в мюнхенских пивных. Эта партия не имела никакой твёрдой программы её казна была скудна а перспективы более чем призрачны. Однако Гитлеру показалось что её идеи во многом совпадают с его собственными. Он вступает в партию под номером 55 а позднее получает билет № 7 как член её исполнительного комитета.

«Это было труднейшим вопросом моей жизни должен ли я присоединиться. После двух дней мучительных колебаний и раздумий я наконец пришёл к выводу что должен сделать этот шаг. Это был самый решительный шаг в моей жизни».

Знал ли Гитлер в тот момент когда принимал своё решение о вступлении в маленькую партию что за ней стоит весьма мощная организация под названием «Туле» (о чём я рассказывал выше) или нет — остаётся загадкой до сих пор. Тем не менее решение было принято Гитлер получил членский билет а вместе с ним и новых знакомых. Одним из этих знакомых стал Дитрих Эккарт.

* * *

Дитрих Эккарт родился 23 марта 1868 года в Неймаркте. Был журналистом, активно выступал против революции 1918-го года, которую считал инспирированной евреями. Автор поэмы «Jeurjo» (1919), строка из которой Deutschland Erwache! Германия проснись!, стала позднее боевым кличем нацистского движения.

В заключительной части «Моей борьбы» Гитлер написал об Эккарте следующее:

«… я хочу ещё раз напомнить великие образы этих людей и сказать всем сторонникам и борцам нашего учения, что они должны идти по стопам этих героев, пожертвовавших собою в полном сознании величия наших целей. Эти герои послужат примером всем поколебавшимся, всем ослабевшим. Их дела зовут каждого из нас к исполнению долга, как умели выполнить свой долг до самого конца эти передовые бойцы. К этим героям причисляю я также и того лучшего человека, кто сумел послужить делу возрождения нашего народа как поэт и как мыслитель и в последнем счёте так же как боец. Его имя — Дитрих Эккарт».

Очевидно Гитлер необычайно ценил и уважал этого человека. Попробуем разобраться почему.

По определению немецкого историка Конрада Хейдена Эккарт был прежде всего духовным учителем Гитлера. Будучи поклонником Шопенгауэра и Ницше Эккарт считал себя посвящённым оккультистом.

До знакомства с Гитлером Эккарт много путешествовал по миру был в Северной Африке посещал старинные мусульманские крепости в Испании изучал историю арабской оккупации на Сицилии. Дитрих Эккарт не был среди первых и правоверных членов Общества Туле. Он присоединился к движению лишь для того чтобы использовать его в своих личных целях.

Был он также алкоголиком и наркоманом и на этой почве умудрился угодить в психиатрическую лечебницу где ставил пьесы актёрами в которых выступали его друзья по несчастью.

В 1919-ом году живя в Мюнхене и продолжая изо всей мочи закладывать за воротник Эккарт пропагандировал свои взгляды в самых дешёвых кабаках города. При этом он открыто заявлял что Германией должен править диктатор.

— Во главе нам нужен парень способный переносить звуки рвущихся снарядов. Никто из офицеров не подойдёт ибо люди потеряли к ним уважение. Лучше всего — рабочий умеющий хорошо болтать. Ему не понадобится много мозгов. Он должен быть холостяком чтобы привлечь в наши ряды женщин 43.

Эккарт был уверен что судьбой ему предназначено приготовить путь для такого лидера. Понятно что познакомившись с Гитлером Эккарт увидел в нём самого подходящего на эту должность человека.

— Вот тот для кого я — пророк и предтеча!

Под чутким руководством Эккарта бывший капрал выявил свои дремавшие до того таланты. Оккультисты сказали бы что благодаря технике магии он развил заложенный в нём потенциал. И действительно с поражающей воображение быстротой Гитлер стал набирать популярность превратившись в своего рода движущую силу пропагандистской компании вытащившей маленькую партию из пивнушек на многолюдные митинги.

Адольф на деле доказал что является прирождённым оратором. Впервые он выступил на публичном митинге 19 октября 1919-го года. Немецкий историк Иоахим Фест пишет по этому поводу:

«В горьком непрерывном потоке слов вырывались чувства ненависти и бессилия одинокого человека произошел как бы взрыв после долголетней апатии горячечные образы и обвинения обрушивались на слушателя совершенно забыв о сдержанности он говорил до полного истощения».

Такие выступления настолько изматывали Гитлера что требовалось несколько кружек крепкого мюнхенского пива для восстановления сил.

Необычайная энергия и ораторское искусство сделали из Адольфа наиболее выдающуюся фигуру в партии. Летом 1920-го года он настоял на переименовании партии. С этого времени она называлась «Национал-социалистической рабочей партией Германии» НСДАП нем (National-Sozialistische Deutsche Arbeiterpartei). Такое название по замыслу должно было привлечь как националистов так и пролетариев.

Следующим шагом в формировании серьёзной политической организации стало создание отрядов штурмовиков — СА (SA, Sturmabteilung) Поначалу эти отряды формировались на базе подразделений «Добровольческого корпуса» полувоенной организации созданной в рамках условий Версальского договора разрешавшего Германии иметь сухопутную армию численностью не более 100 тысяч человек, и являлись орудием физической расправы с противниками нацистов.

Первыми отрядами СА командовал капитан Пфеффер фон Заломон. С января 1923-го командование переходит к Герману Герингу. В 1931-ом СА возглавит капитан Эрнст Рём который будет строить их по образцу германской армии. Под его руководством будут созданы Генеральный штаб СА, штаб-квартиры в различных регионах и военное училище в Мюнхене для подготовки командных кадров. Штурмовики имели собственную униформу коричневого цвета за что получили прозвище Коричневые рубашки 66.

Со временем у НСДАП возникла нужда в символике которая отличала бы их от других партий. Основным символом стала свастика. Цвет в нацистской символике представлен триадой красное-белое-чёрное Гитлер говорил:

— Как национал-социалисты мы видим нашу программу в нашем флаге. Красное поле символизирует социальную идею движения белое — идею националистическую. Свастика — борьба за победу арийского движения и в то же время — свастика символизирует творчество 66.

К лету 1921-го года лидерство Адольфа Гитлера уже ни у кого в партии не вызывало сомнений. Вошло в традицию приветствовать его вытягивая руку в салюте и выкрикивая «Хайль Гитлер!» приветствие «Хайль!» и салют нацистами были позаимствованы из ритуалов масонского «Братства Золотой Зари». Влияние НСДАП росло а её фюрер вскоре превратился в заметную фигуру на внутригерманской политической арене.

И столь стремительной карьерой Гитлер был обязан прежде всего Дитриху Эккарту. Эккарт вполне осознавал этот факт. В письме другу написанном им в 1923-м году за несколько дней до своей смерти Дитрих Эккарт писал:

«Следуйте за Гитлером! Он будет танцевать но это я кто нашёл для него музыку… Не скорбите по мне я повлиял на историю больше чем любой другой немец».

Эккарт оказался прав. Он стал предтечей для человека которого впоследствии назовут мессией Тёмных Сил. А вскоре у мессии появились и апостолы.

2.2.2. Апостолы Сатаны.

Причины по которым идеи нацистской партии столь быстро нашли отклик в сердцах миллионов немцев хорошо известны. Разочарование в революции депрессия от поражения в войне ненависть к тем кто по мнению большинства немцев был виноват во всех их бедах — требовали выхода Гитлер лишь сумел направить эти чувства масс в нужную ему сторону показав всем кого нужно ненавидеть и за что.

Как это случалось и раньше с другими народами оказавшимися в тяжёлых условиях немцы мечтали о чудесном избавлении ждали спасителем.

«Откуда он придёт никто не может сказать. Из королевского дворца или из рабочей хибары. Но все знают он — вождь который однажды объявит о себе и он — тот кого мы страстно ждём. Тысячи и сотни тысяч рисуют его образ в своём воображении миллионы голосов зовут его единая германская душа ищет его» 43.

С помощью магии разговорного слова Гитлер сумел выразить чувство ненависти переполнявшее его соотечественников сумел и отразить их желания и надежды. Фюрер отлично знал кому и что нужно обещать. Националистам он обещал вернуть германское величие. Социалистам — отмену власти финансового капитализма. Бывшим солдатам — возвращение к духу окопного товарищества и новому сражению с врагами отечества. Рабочим — устойчивость заработков и защиту от махинаций работодателей. Оккультистам — надежду на то что их планы по переустройству мира в эзотерическом духе будут наконец реализованы.

Адольф Гитлер действительно считал что такой партии как национал-социалисты мало иметь просто хорошо продуманной политической программы. Идеология национал-социализма должна была стать религией для нового общества новой страны которую собирались строить нацисты. Религия нацизма как я уже отмечал опиралась прежде всего на мистические традиции европейских тайных обществ. В этой связи необходимо вспомнить о тех людях которые принадлежали к этим обществам и стали своего рода проводниками религии нацизма её первосвященниками и апостолами новоиспечённого мессии.

Начну я пожалуй с Хьюстона Чемберлена прошу не путать его с Невиллом Чемберленом премьером Великобритании известным в России по знаменитому «Нашему ответу Чемберлену».

* * *

Хьюстон Стюарт Чемберлен родился 9 сентября 1855 в Саусси Гемпшир (Англия) в семье британского адмирала. Изучал естественные науки в Женеве, эстетику и философию в Дрездене. Стал ревностным поклонником Рихарда Вагнера. Женившись на дочери композитора, Еве Вагнер, Чемберлен в 1908-ом поселился в Байройте (Бавария), сделавшись куда большим фанатиком всего немецкого, нежели сами немцы. Во время 1-ой Мировой войны опубликовал в немецкой прессе многочисленные антибританские статьи, получив за это на родине прозвище «Английский перевёртыш» [66].

Хьюстон Чемберлен познакомился с Гитлером в Байройте в 1923-ем году. Фюрер произвёл на английского мистика столь сильное впечатление что тот обратился к нему с посланием уже на следующий день после знакомства.

«Вам предстоят великие свершения… Моя вера в германизм нисколько не пошатнулась хотя должен признаться мои надежды пребывали в упадочном состоянии. В один момент Вы сумели изменить моё душевное состояние. Тот факт что в нужное время Германия произвела на свет Гитлера доказывает её жизнеспособность… Да поможет Вас Бог!» 43.

Чемберлен вступил в НСДАП и начал писать для её изданий. В одной из своих статей он называет Гитлера Спасителем которому Всевышний предназначил быть лидером немецкого народа.

Главным трудом жизни Хьюстона Чемберлена можно назвать двухтомное сочинение «Основы XIX века» («Die Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts»). Газета «Фёлкишер Беобахтер» («Народный наблюдатель») называла этот труд евангелием нацистского движения. Остановимся на минутку и посмотрим что за идеи излагал Чемберлен в своей более чем скандальной книге.

В первом томе «Основ» Чемберлен рассматривает события до 1200-го года то есть наследие античного мира.

«С эллинизмом наступил небывалый расцвет человеческого интеллекта — писал Чемберлен. — Греки творили всюду — в языке религии политике философии науке истории географии. Вершиной этого созидательного духа стал Гомер. Но в наследии эллинов оказались и тёмные стороны жестокие недальновидные демократии отсутствие высокой политики устаревшая мораль и упадок религии» 66. Мир в долгу перед римлянами избавившими его от семитско-арабского порабощения и позволившим индо-тевтонской Европе стать бьющимся сердцем и мыслящим мозгом всего человечества. Греция в отличие от Рима по мнению Чемберлена тяготела как раз к Азии. Однако и Рим в конечном итоге не смог противостоять азиатским разрушительным и децентрализующим силам.

Затем Чемберлен обращается к наследникам античности «Сразу же пришлось столкнуться с изучением расовых проблем». Рим сместил центр притяжения цивилизации в сторону Запада неосознанно завершая акт мировой значимости. Однако и Рим оставил после себя невероятную мешанину из различных народов и рас. Среди этого хаоса (Vlkerchaos) оказались и евреи — единственная раса которой удалось сохранить чистоту крови. Силой способной противостоять этой крошечной но влиятельной нации история избрала арийцев.

«В настоящее время эти две силы — евреи и арийцы — как бы не затуманил их будущее недавний хаос остаются друг против друга пусть уже не как враги или друзья но по-прежнему как вечные противники… Основной секрет истории в том что чистокровная раса становится священной. Безродный и вненациональный хаос последних дней Римской империи стал пагубным почти фатальным обстоятельством и именно арийцам пришлось исправлять это губительное положение».

Во втором томе Чемберлен анализирует возрождение нового германского мира и борьбу величайших сил за мировое господство. В этой борьбе участвуют три религиозных идеала Восток (эллины) Север (арийцы) и Рим. На севере бывшей Римской империи арийцам удалось создать новую культуру которая несомненно является величайшим из всего что было достигнуто человечеством до настоящего времени.

Всё что не является арийским заявлял Чемберлен это чуждые элементы которые необходимо изжить. Евреи сделались наследниками римского расового хаоса арийская же раса оказалась в ответе за духовное спасение человечества. Все достижения науки промышленности политэкономии и искусства стимулировались именно арийцами. Таким образом XIX-й век опирался на прочный арийский фундамент.

Любопытно что в отличие от Гитлера Чемберлен признаёт Иисуса Христа личностью значительной как в историческом так и в духовном плане.

«Ни войны ни смены династий ни природные катаклизмы ни открытия не обладают и долей той значимости которая могла бы сравниться с короткой земной жизнью Галилеянина».

Конечно же делая такое утверждение Чемберлен немедленно оговаривался что Христос не мог быть евреем в нём не было ни капли еврейской крови а те кто его называет евреем — невежественные или лицемерные люди.

В Германии книга Чемберлена пользовалась огромной популярностью. И понятно что на родине самого автора в Великобритании, её иначе чем похмельной отрыжкой пьяного сапожника никто не называл.

Американские приверженцы нордической школы провозгласили Чемберлена величайшим зодчим нордической теории а Теодор Рузвельт возражал им что теория Чемберлена исходит из глупой ненависти и что его «блестящие ляпусы для нормального человека выглядят безусловным сумасшествием отражением ненормальной психики… Ему нравится Давид и на этом основании он тотчас делает его арийцем. Ему нравятся Микеланджело Данте или Леонардо да Винчи и он тут же сообщает что они — арийцы. Он не любит Наполеона и потому утверждает что Наполеон — истинный представитель безнравственного хаоса» 66.

* * *

Вторым апостолом фюрера можно назвать ещё одного адепта оккультных наук личность во многом загадочную — Альфреда Розенберга.

Альфред Розенберг считается главным идеолог нацизма. Родился он в 1893-ем году в Ревеле (Таллинн). Учился в Риге и Москве где окончил в 1918-ом Высшее техническое училище по специальности инженер-строитель 66.

В 1919-ом году Альфред Розенберг прибыл в Мюнхен как беженец из советской России. Вскоре он познакомился с Дитрихом Эккартом и вступил в Общество Туле. Ключом к быстрому вознесению Розенберга нищего эмигранта сына нищего сапожника стало его обладание документом который он тайно вывез из Москвы. Это были знаменитые «Протоколы сионских мудрецов». В них приводилась запись секретных заседаний Всемирного сионистского конгресса 1897-го года в Базеле на которых якобы был разработан план достижения всемирного господства и приняты соответствующие решения.

Описывая как «Протоколы» попали к нему в руки Розенберг рассказывал довольно странную историю.

— Человек которого я ранее никогда не видел вошёл ко мне без стука положил книгу на стол и вышел не произнеся ни слова 44.

Современные историки полагают что «Протоколы сионских мудрецов» являются чем-то вроде приложения к книге «Антихрист» которую написал Сергей Нилус ученик философа Владимира Соловьёва. После первого беглого прочтения рукописи Розенберг понял что «Протоколы» — полнейшая и довольно грубая фальсификация но в них содержался динамит. Он не сомневался что если использовать «Протоколы» с умом то они принесут их владельцу славу и деньги.

Розенберг рассчитал правильно «Протоколы» оказались тем самым материалом которого так не хватало нацистам чтобы показать всему миру сколь злокозненные замыслы лелеют их расовые враги.