— Да, не будет. — Александр улыбнулся. — Это не мое мнение, а некоего авторитетного профессора. Ты что-нибудь слышал о докторе Фредерике Арно?

— Хм… Где-то читал… Он нобелевский лауреат, кажется?

— Именно так.

— Послушай, что, и в самом деле можно… Вот просто взять и взорвать?!

— И ликвидировать все, занесенное из нашего мира. Впрочем, не думаю, что Город Солнца долго продержится без снабжения извне. Патроны, снаряды для горных пушек когда-нибудь да закончатся. А местные варвары умеют воевать, война — их главное дело. Так что, думаю, ни пулеметы, ни автоматы не помогут.

— Пожалуй, ты прав. — Паша Домкрат согласно кивнул. — Но… наших людей в городе очень мало, а на станции вообще нет. Но ты не переживай, что-нибудь придумаем! Время-то терпит?

— Да терпит пока. Мне бы в городе кое-кого отыскать и вытащить! Поможете?

— Конечно поможем, какой разговор? Есть у нас там один человек, во многие дома вхожий. Его лично знал Ратбольд, тот, которого мы должны были обменять… увы… Ладно, обойдемся без него — я знаю место встречи и пароль.

— Ишь как все у вас — как в шпионском фильме!

— Ну а ты думал? Слушай, тут Эльмунд, священник, хочет привести еще людей… много. Вот тогда нас будет — сила! Тогда и станцию возьмем — штурмом. Первый отряд явится уже завтра, через долину. Интересно называется, кстати, — долина Снов!

— Будем их ждать?

— Зачем? И без нас найдется, кому встретить. Помощник Эльмунда уже отправился в долину, ушлый такой парнишка.

— Рад за вас. Ну а в город когда? Ты дашь людей? Или все будут обеспечивать встречу?

— Почти все. Проводники встретят первых, прочие останутся в долине — ждать остальных. Да не волнуйся! Я сам с тобой пойду — больше некому! Кстати, забыл спросить — ты умеешь пользоваться аквалангом?

— Конечно!

— Ну и отлично. Сегодня вечером и отправимся — чего зря время тянуть? Устрицы не сгниют и… — зачем-то оглянувшись на что-то весело обсуждавших повстанцев, Павел понизил голос: — Кстати, почти все к вечеру и отправятся. Туда же — в долину. Так что не будет лишних глаз.

— Лишних глаз? И при чем тут устрицы?

— Устриц сам увидишь, а так… Сдается мне, барабашка у нас завелся, Саша. Иначе говоря — стукачок-с! Слишком уж много совпадений — ничем не объяснимых провалов, засад. И началось все с приходом людей Эльмунда. Они, конечно, вроде бы верные парни, испытанные много раз, но… С чего бы такие совпадения? Просто случайность? Не верю. Ладно, вернемся — будем разбираться. Может, и наш человек в городе чем-то сможет помочь, прояснит хоть чуть-чуть, на чем сгорел Ратбольд.

— А что у вас там за человек, если не секрет?

— Да говорю же, не знаю. Очень осторожный — только с Ратбольдом встречался. И мне кажется, при своих интересах. Кстати, ты что же, прямо так в озеро и нырнул?

— Ну да, с пристани. — Саше почему-то не хотелось углубляться в эту тему. Не то чтобы он Павлу не доверял, просто возникнут ненужные вопросы, сомнения. — Вот как только представился удобный момент — вывели из темницы, так я как увидел озеро, так и нырнул. Плаваю-то отлично!

— Повезло тебе, что туман был. Да и холодно сейчас, зима — охране просто в голову не пришло, что ты можешь — в озеро! Наверняка тебя и не искали особо, подумали, что утонул — в такой-то холодрыге!

— Да, бодрящая водичка. Впрочем, бывало и холоднее.



Выбравшись на берег, они спрятали акваланги в расщелине между камнями, оттуда же Паша достал одежду — длинные шерстяные туники, плащи. Вытащил большую корзину, обернулся:

— Ты спрашивал про устриц… Вот они! Юные помощнички Ратбольда постарались… увы, теперь уж не для него. Ну что стоишь? Берись за ручку, да понесли!

— Что, вот прямо так?

— Да, прямо так! Не переживай ты! Нам главное — незаметно выскочить к фонарям.

Они выскочили незаметно — сейчас, поздним вечером, погодка была вполне подходящей. Моросил мелкий занудливый дождь, так что парочки по набережной не фланировали. Тут вообще было мало просто гуляющих — в городе все еще только начиналось, строилось…

— Так. — Дойдя до первого перекрестка, Павел замедлил шаг. — Нам нужно найти кафе «Де Маго».

— «Де Маго»? — удивился Саша. — Знакомое название.

— Ну да, это в Париже, напротив Сен-Жермен-де-Пре, — с улыбкой пояснил Домкрат. — Я, когда к сыну приезжаю, захаживаю. А здесь уже и «Максим» есть, и «Лидо», и отель «Негреско» скоро откроют. Ага… кажется, во-он та улица… Пошли!

Едва молодые люди свернули, как перед ними тут же, словно отделившись от стен, возникли две фигуры в черных плащах.

— Кто такие? Куда? Подорожную!

— Мы из вон той таверны, — показав рукой, коротко ответил Павел. — Хозяин послал за устрицами, вот, несем. Да… он еще просил заходить. В обиде не будете!

— Да уж, надеемся! — «Черные плащи» весело переглянулись. — Ладно, идите. Передай хозяину — ночью заглянем.

Кафе «Де Маго» — с изумрудно-голубым навесом, как то, что в Париже, — отнюдь не сияло огнями, словно рождественская елка: электричество здесь экономили. Да и внутри все еще только отделывалось, облицовывалось, и всего два столика уныло жались к окну.

Завидев посетителей, вынырнул неизвестно откуда официант — молодой поджарый парень с темными прилизанными волосами — и, оглядев мокрые фигуры, хмыкнул:

— Вам сразу девочек? Или для начала — вина?

— Давай сперва вино, а с девочками мы потом разберемся. Да, и музыку нашу… сделай. — Паша неожиданно вытащил из корзины с устрицами… обычный компакт-диск и, кивнув на стоявший за стойкой музыкальный центр, ухмыльнулся:

— Пользоваться-то умеешь?

— Ого! Да я вижу, и вы не из простачков, господа!

С поклоном приняв диск, официант сразу же включил аппаратуру.

Зазвучала мелодия — настолько знакомая, что Александр даже вздрогнул и очумело посмотрел на своего спутника. «La Isla Bonita»!

— Вот это… эта песня…

— Это пароль, Саша.

Немного погодя снова возник официант, угодливо наклонился, шепнул:

— С вами хотят встретиться, господа. Идемте, я проведу.

— Ну, пошли, Штирлиц! — Хохотнув, Павел поднялся со стула и, азартно хлопнув Александра по плечу, напел: — У каждого мгновенья свой резон…

Шустрый официант привел их на второй этаж и, остановившись перед номером, стукнул два раза. Дверь сразу же приоткрылась.

— Это ваша музыка? — шепотом спросили по-латыни.

— Да.

— Заходите.

Павел пошел первым, Саша — сразу за ним…

Небольшая уютная комната, приглушенный свет висящего на стене бра, и…

И Катя! Собственной персоной, в каком-то смешном девчоночьем платье с передником.

— Саша! — Кажется, она ничуть не удивилась. — Ну наконец-то. Давно уж ждала.

— Там, с компьютером… Ты предупредила?

— Я.

— Господи, родная… А я уж тебя совсем было…

Обняв жену, Саша целовал ее, не стесняясь слез, а потом тихо спросил:

— Мишка где?

— Спит. Сейчас разбужу.

— Да-да, разбудите, — подал голос Павел. — Все равно уходить. Да… вы не знаете, где здесь тюрьма, мадемуазель?

— Мадам — с вашего позволения. — Катерина снова посмотрела на мужа. — Вы ищете Нгоно? И Весникова? Они не в тюрьме. Здесь, рядом. Я покажу…

Одолжив темно-голубой «рено» отсутствующего ныне хозяина кафе, они выехали на набережную. Пустынный причал, пустынные улицы, редкие тускло горящие фонари…

— Весь местный бомонд нынче отправился на охоту, — сворачивая, пояснила Катя.

— На какую охоту? — обернулся Павел.

Саша сидел сзади, держа на руках спящего Мишку, который, конечно, сначала обрадовался, закричал: «Папа! Папа приехал!» — ну а потом снова уснул.

Господи! Прямо не верилось!

— Там, в бардачке, афиша.

Паша вытащил глянцевый листок.

— «Королевская охота в долине Снов. От пятисот евро за „крупную дичь“»! Что… Что? — Он взволнованно обернулся. — Кого это они называют крупной дичью?

— Полагаю, ваших товарищей! — глухо отозвался Александр. — Они ж как раз сегодня туда и явятся, в эту долину Снов! Прямо под пули…

— Черт! Черт! — яростно выругался Паша. — В таком случае нам надо спешить. Ну, я же подозревал, подозревал — предательство! Правда, не думал, что так…

— Кстати, а как зовут того шустрого малого, что явился с отцом Эльмундом? — быстро спросил Саша.

— Да не помню я. — Павел нервно дернулся. — Быстрее, мадам, быстрее! Имя такое… заковыристое…

— Случайно, не Захария?

— Да! Да! Именно так!



Нгоно они вытащили из какого-то дома, вернее, вытащила Катя, показав охранникам какой-то значок. Парни в черных плащах сразу вытянулись, стукнув концами копий в асфальт. Честь отдали, надо же…

— Господи, как же хорошо, что вся современная охрана — на том берегу! — усаживаясь обратно за руль, засмеялась женщина. — Ну вот он, Нгоно. Что ты там стоишь мокнешь? Садись скорей!

Темнокожий инспектор уселся рядом с Сашей, и автомобиль тут же тронулся, быстро набирая скорость.

— Как ты? — ухмыльнулся Александр.

— По-всякому. А ты?

— Как видишь, еще жив. Катя, сейчас за Весниковым.

— Нет. — Женщина резко качнула головой. — Весников — предатель.

— Как предатель? Не может быть!

— Так! Очень даже может. Он ведь ждет тебя, милый, давно уже. А в доме с ним — четверо мордоворотов и заправленное снотворным вино.

— Ну ничего себе! — Молодой человек растерянно моргнул. — А ты откуда все это знаешь, Катюня?

— От верблюда! — сворачивая на набережную, расхохоталась Катя. — Я же не дура, Сашенька. Но ты знаешь, как это нелегко — притворяться дурой. Впрочем, в этом обществе — не очень, тут женщин вообще за людей не держат.

— Так что же, мы Весникова тут оставим, что ли?

— Это самое для него лучшее, милый. Поверь! Ну и для нас, конечно. Да и не пойдет он с нами, даже в машину не сядет…

— Прикормили, что ль?

— Ну да, вот именно — прикормили. Все! Кажется, приехали.

Резко сбросив скорость, Катерина съехала с набережной на причал.

Павел вдруг напрягся:

— Осторожно, охрана!

— Шнурки мои не смешите! Охрана… — Юная Сашина супруга снова расхохоталась. — Эти местные ребятишки в черных плащах… Они же видят самодвижущуюся повозку — а в ней могут находиться только большие господа!

— Ах вот оно что…

— Именно так! Потому эти парни и спрашивать у нас ничего не станут — только честь отдадут. Вышколены!

Так и случилось: охранники отсалютовали копьями, машина остановилась у покачивающегося на волнах катера, куда все спокойно и перешли.

Паша даже плечами пожал:

— М-да-а… Всего-то и дел.

— Умеете управлять? — посмотрела на него Катя.

— Да запросто.

— Тогда я не понимаю, чего мы ждем? Поехали… Надеюсь, вы знаете — куда?

— Да знаем. — Осторожно положив спящего сынишку на обтянутый коричневой кожей диван, Саша выглянул из рубки. — А это что у него там, на корме? Похоже на пушку!

— Зенитная установка, — запустив двигатель, оглянулся Павел. — Неплохая вещь.

— Слушай, а может, мы…

— Конечно! Но сначала предупредим наших. Надеюсь, успеем.



Они успели, однако в последний момент — еще бы немного, и спешившие в долину Снов повстанцы и в самом деле заснули бы там вечным сном.

— Всех вернуть! — громко распоряжался Павел. — Выход в долину засыпать! Тропы завалить камнями. Ничего, ничего… Устроим вам охоту — понравится!

— Хёвдинг, ты велишь устроить камнепад? — подошел озабоченный парень явно вандальского облика — круглолицый и светлоглазый блондин.

— Да, именно так, друг Видибальд. И… если что случится — именно ты будешь вождем!

— Не говори так!

— Ты смел, умен и удачлив. И ненавидишь «господ»… А мы… Все мы смертны.

Немедленно посланные гонцы успели вернуть всех — или почти всех. Кроме юного подонка Захарии и еще двоих воинов.

— Ну и черт с ним. — Выслушав доклад, Павел махнул рукой. — Еще посчитаемся… верно, отец Эльмунд?

— Предательство должно быть наказано, — согласился священник.

— Друг Павел! — Вынырнувший откуда-то из боковой штольни повстанец вывалил наземь целую охапку динамитных шашек! — Мы нашли это там, где обычно спал Захария.

— Смекалистый парнишка этот ваш Захария, — нехорошо прищурился Павел. — А, отец Эльмунд?

— Согласен. — Священник потупился. — Пригрел на груди змею.

— Не зря пригрел… — Опустившись на корточки, Александр подбросил на руке шашку. — Как думаешь, хорошо рванет?

— Да уж мало не покажется, — хохотнул Нгоно. — Постой, уж не хочешь ли ты…

— Именно этого и хочу! — твердо заявил молодой человек. — Пока самые опасные вражины — в долине Снов, пока есть катер, горючее, зенитная установка, динамит, наконец!

— Я тоже считаю, что пора действовать, — поддержала мужа Катерина. — Другого такого удобного случая может и не быть. Едем! Саша, забирай Мишку.

— Вот прямо так? — рассмеялся Павел. — А я смотрю, вы не очень-то любите откладывать важные дела в долгий ящик! Ну что ж, я и сам из таких. Едем так едем. Сейчас только… пойду попрощаюсь… Вернее, скажу «до свидания»! Не хочется огорчать этих славных парней.

Простился и Саша — обнял отца Эльмунда, крутившегося рядом Мартына…

Правда, парнишка ужом пробрался на катер — вместе с Видибальдом и еще двумя неразговорчивыми парнями-повстанцами.

— Они неплохо обращаются с нашим оружием, — заводя двигатель, кратко пояснил Павел. — Моя школа. Поддержат нас огнем, потом уйдут.

— А управлять катером они тоже могут?

— Сейчас научу, невелика хитрость. Здесь же не море — озеро. Эй, парни! А ну, давайте сюда… Ого… Кого это вы ведете?

— Пробрался за нами!

— А! — обернувшись, хмыкнул Александр. — Соломенная башка! Все-то тебе неймется.

— Господин, я только хотел…

Павел махнул рукой:

— Да пусть остается пацан. Не выкидывать же его за борт?

Взревев двигателем, катер выбрался на середину озера и, освещая прожектором путь, осторожно пошел вдоль берега. Моросивший до того дождь прекратился, и в рваных прорехах меж туч вспыхнули луна и звезды.

Глава 24

Зима 484 года. Город Солнца

Всего лишь включить генератор

Стрельба в цель упражняет руку и причиняет верность глазу. Козьма Прутков
— Я сразу все поняла, когда лодку вдруг закрутило, а потом вместо озера появилось море, и песчаный пляж, и нищая деревня, — держа на коленях голову спящего сына, негромко рассказывала Катя, наблюдая при этом, как осторожно ведет катер Павел.

Рядом с ним стояли трое повстанцев, в том числе Мартын — учились управлять.

Александр сидел здесь же, в рубке, и все никак не мог до конца поверить — да и некогда, честно говоря, было, все как-то навалилось, и не вздохнуть.

— А потом вдруг волна, лодку понесло на камни, я Мишку подхватила, выпрыгнула… доплыла. А лодку — в щепки… Вижу, дикари ко мне бегут, местные, с копьями. Смотрю — катер, показалось — цивилизованные люди. Так и было. Ролан, Эстебан — их сейчас в городе нет, они у нас, в будущем. Ролан меня сразу узнал — видел когда-то с профессором. Впрочем, это и к лучшему оказалось — они никак не оставляли надежды переманить доктора Арно на свою сторону, меня решили использовать для шантажа, а позже — Нгоно. Обращались хорошо, вежливо, правда, первое время никуда без охраны не выпускали, а потом привыкли. Да и куда тут бежать-то? Тем более с дитем. Я все пыталась тебе знак подать, ну, туда, в будущее, придумала бы, не сомневайся — не сейчас, так позже. Правда, если бы Ролан с Эстебаном доставили сюда профессора — боюсь, я стала бы им не нужна. Господи! Когда вдруг увидела «Голубой дельфин», сразу поняла — ты! Знала уже про Весникова, Эстебан как-то в кафе проговорился. Кстати, это я им посоветовала назвать его «Де Маго». Помнишь, в Париже? Как мы с тобой шли от набережной Гранд Огюстэн к Люксембургскому саду, через Сен-Жермен. В этом кафе и сидели… Идея понравилась, особенно Эстебану — он у нас эстет. Я ему весь интерьер придумала, еще кое-что, короче, так вышло, что они мне постепенно доверять стали. Ну, если и не доверять, то перестали подозревать, опасаться. А потом тот парень явился, из повстанцев, Ратбольд, весь окровавленный, — бежал от «черных плащей». Я ему помогла, скрыла — так вот и наладилась связь. Совсем-совсем недавно. Если бы что-то не так пошло — я бы с Мишкой в горы бежала, к Павлу. Извини, Паша, не знала тогда, что ты — наш сосед. Думала, местный.

— А Миша Шахер-Махер? Такого не вспомните? — обернулся Павел. — Тот еще гад!

— Согласна — неприятный тип. Злой, завистливый и очень хитрый — он все воду мутил, не нравились ему Ролан с Эстебаном, хотел весь их бизнес под себя подмять, ну да они тоже парни не промах.

— Подходим, кажется. — Паша махнул рукой. — Приготовиться! Господи… это еще что?!

Катя с Александром, как по команде, выглянули в иллюминатор — и увидели внезапно возникший в ночной тьме огромный корабль!

Явно военный, бронированный, с высокими надстройками и батареями пушек, он был весь окружен зеленоватым свечением, словно каким-то фантастическим нимбом.

— «Элдридж», — взволнованно произнес Саша. — Эсминец «Элдридж»… Ты ж сам мне рассказывал, Паш!

— Ну да… Так он снова здесь… вон и американский флаг. Эсминец… Как бы он по нам не пальнул! Смотри, как близко подошел… Черт, прожектор! Наши-то на палубе…

Саша быстро выскочил из рубки, замахал руками, закричал:

— Нгоно, давай всех вниз!

— Подожди… Видишь?

На палубе эсминца вдруг заработал сигнальный прожектор, потом вспыхнул яркий свет, и кто-то крикнул через репродуктор:

— Месье Гоно! Александер! Пожалуйста, поднимайтесь на борт. Профессор с вами?!

— Ага, поднимайтесь! — Саша нервно подскочил к зенитной установке и тут же грустно рассмеялся — это против эсминца-то? Ну-ну…

— Эдвард! Бони! Николя! — вдруг что есть силы заорал Нгоно. — Господи, да это же наши парни! Ну, те, наемники! А мы-то все думали — куда же они делись?! А они — вот!

— Черт побери! — вытер выступивший на лбу пот Александр. — Что ж, давай поднимемся, посмотрим, что там к чему…

С корабля сбросили трап, и молодые люди быстро, друг за другом, забрались на палубу.

— Бон нюи! — с усмешкой приветствовали их наемники. — Кто-нибудь объяснит, как мы на этой посудине оказались? Должны были вроде у каких-то болот…

— Должны, — с удивлением рассматривая парней, хмыкнул Александр. — Я смотрю, вы даже не похудели, не осунулись. Давно на эсминце?

— Да, наверное, часа четыре уже!

— Четыре часа?! Та-ак… А что, тут, кроме вас, никого нет?

— Да появляются кое-какие люди, только, похоже, они нас не видят. Вон один… Оп! Снова пропал. А вон в рубке — Мишель. Пытается управлять этой штукой, и, знаете, кое-что уже получается! Кстати, здесь, в трюме, какое-то странное сооружение, чем-то похожее на наш генератор. Иногда светится, искрами сверкает.

— Сверкает, говорите? А ну, пошли взглянем!

Это и в самом деле был хроногенератор, только куда больше, нежели тот, что доктор Арно выстроил на берегу лесного озера. Правда, искрами он сейчас не сверкал и не светился.

Бабах!

Что-то ударило вдруг в борт корабля, потом прозвучала пулеметная очередь. И снова — пушечный выстрел.

Все переглянулись:

— Похоже, нас обстреливают!

Бабах!

— Да не похоже, а так и есть!

— Быстро на палубу! Пусть катер срочно уходит! Вот уж не знал, что у них есть пушки.

— Может, у них и ракеты есть?

— Может быть…

Саша бегом поднялся на палубу и бросился к трапу.

На берегу снова заговорил пулемет, потом еще один. Вот на башнях резко вспыхнули прожектора, зашарили вокруг, гнусно и громко завыла сирена. Опять ударила пушка.

— Спускаемся на катер, уходим! — махнул рукой Александр.

— Ага! Как же! — Инспектор Нгоно рассуждал в этот миг намного разумнее. — Сейчас катер защищен от обстрела бортом корабля. А если мы от него отойдем? Тут же превратимся в решето! Думаю, лучше наоборот, пусть те, кто в катере, поднимаются сюда. Катя с малышом смогут?

— Я помогу!

Александр вмиг слетел на катер, заглянул в каюту:

— Уходим! Поднимаемся на эсминец — там наши.

И тут же подхватил Мишку — мальчик проснулся, но не плакал, лишь хлопал глазенками. Катерина без лишних слов выбежала за мужем.

— Наши так наши! — Паша Домкрат весело посмотрел на корабль. — А неплохая посудина! И пушки на ней есть. Эй, парни! — Перейдя на латынь, он махнул повстанцам: — Давайте за мной.

Брошенный катер транцами бился о серый борт эсминца, бархатную черноту ночи зловеще пронзали узкие жала прожекторов. Не умолкая строчили с берега пулеметы. Ухала пушка.

— Саня, а давай-ка мы им ответим! — едва забравшись на палубу, тут же предложил Домкрат. — Сейчас развернем хотя бы во-он ту башню… Вполне подходящий калибр!

— А ты сумеешь?

— Ты ж и сам моряк. И я на флоте служил, в БЧ-два… Не беспокойся, стрелять умею. Тем более тут и целиться нечего…

— Ладно, давай. — Саша махнул рукой. — Осторожней только, генератор не повреди.

— А зачем нам их генератор? — Держа за руку с любопытством смотревшего на все Мишку, к парням подошла Катерина, спокойная и уверенная, словно и не свистели вокруг снаряды и пули. Правда, сейчас все прятались за надстройкой. — Зачем нам их генератор, когда у нас есть свой! Вот здесь же, на корабле, мне показали.

— Но он…

— Достаточно просто его включить. — Молодая женщина улыбнулась. — Повернуть рубильник. Я уже все сделала! Можете не сомневаться, работает, не первый раз такую штуковину вижу. Так что иди, Павел, стреляй. Да так, чтобы ничего от их чертовой станции не осталось!

— Молодец! — Повернувшись, Александр чмокнул супругу в щеку. — Сообразила! Мы ведь, собственно, сюда за тем и явились. Эй, парни! — Он обернулся к испуганно жавшимся к фальшборту повстанцам. — Давайте обратно в катер. Как только этот корабль начнет исчезать — уходите. Научились управлять этой чертовой лодкой?

— Да-да, — радостно закивал Мартын. — Павел нам показал. И я уже пробовал!

— Тогда — все вниз. Прощайте!

И тут эсминец содрогнулся — это громыхнула пушка главного калибра! Потом еще одна… и еще. Видать, не только Паша Домкрат оказался артиллеристом, но и кто-то из парней-наемников.

Снова грохот! И вой летящих снарядов! И взрыв!

Эсминец расстреливал станцию не спеша, бомбил, словно по мишени.

Бам! — вдребезги разнесло ту вышку, что была слева.

Бабах! — разлетелась в щепки правая.

И понеслось…

Грохот стоял такой, что у всех на палубе эсминца заложило уши. А что творилось на берегу?! Настоящий ад! Что-то горело, трещало, взрывалось — и вот до самых небес полыхнуло зеленое пламя! А вот не буди лихо, пока оно тихо!

— Хрен вам, а не генератор! — злорадно потер руки Александр. — Молодец, Паша!

Прижавшись к мужу, Катерина с восторгом смотрела на полыхавшее над станцией зарево. Похоже, теперь можно было спокойно уходить — там не то что от генератора, от скал-то мало осталось. Одни опаленные камни.

А главный калибр все ухал, все молотил… и вот жадно повернул ствол к другому берегу…

— Э, нет, — негромко сказал Саша. — Там они теперь и без нас разберутся. Пойду к Паше, скажу…

— А я включу генератор. Пора!

Ох, сколько сил потребовалось, чтобы уговорить бывшего артиллериста выбраться наконец из башни! Вылез все-таки — чумазый, как негр, и невообразимо довольный.

Запел даже:

— Так громче музыка, играй победу, мы победили… и враг бежит, бежит, бежит… Но от тайги до британских морей Красная армия всех сильней! Ха-ха! Мы их все же сделали, Саня, сделали!

Александру показалось, что песню Павел напел как-то не так — две разные сложил вместе, что ли? Впрочем, черт с ней, с песней. Зарево на берегу прямо на глазах стало тускнеть, исчезая… И вот уже все вокруг затянуло светящееся изумрудно-зеленое марево… не надолго, на пару секунд… и вот уже оно начало таять, рассасываться…

— Господи… — вдруг прошептал Павел. — Глянь только, а кругом-то — лес! Елки, сосны… Это наш лес, Саня!

— Конечно наш… Рябов Конец! Ты еще на небо глянь. Видишь?

— Луна! Господи… Луна! Ишь как сияет… серебрится… А смотри, смотри во-он там, на берегу — деревня.

— И рыбаки… вон, в лодке… Кажется, к нам плывут!

«Элдридж» тихо покачивался на водах лесного озера, едва уместившись меж берегов этаким нереально жутким динозавром. Да и вся картина была сейчас нереальной — озеро, ельник, деревня… И такая вот махина!

— А рыбаки все плывут… Орут что-то. Наверное, с испуга.

Саша повернул голову и прислушался, обнимая подошедшую с Мишкой Катю.

— Быстрей! Быстрей! Прыгайте! — кричали с лодки. — Корабль сейчас исчезнет!

— Так это же наши! — прищурилась Катерина. — Профессор и вон, на веслах, Луи… Эге-гей, доктор Арно! Мы здесь, здесь…

— Прыгайте, говорю вам!

— То-то я и смотрю — знакомая деревенька. Ладно я — в воду… Ловлю вас!

— Давайте прыгайте оба, — ухмыльнулся Паша. — А Мишку я вам спущу… Не боишься, парень?

— He-а… Дядя Паша, а это правда морской корабль? Настоящий?

— Настоящий, настоящий… Давай-ка иди сюда… Оп! Ну как?

— Все в порядке, поймали…

— Эй, Саша! Катрин! Давайте ребенка сюда! — закричал из лодки профессор. — Нгоно, скажи парням — пусть поднимаются в дом.

Эсминец исчез прямо на глазах, растворился, словно кошмарный призрак: вот только что был — и нету! И даже волны на озере не колыхнулись… Нет, все же кто-то еще кричал, барахтался…

— Кто-то плывет, — обернулся с мостков профессор. — Не все выбрались, что ли?

— Да вроде бы все. Может, кто из местных?

Подмигнув мокрому Мишке, Александр обернулся, присел у края мостков, протягивая руку… и удивленно присвистнул:

— Ну, соломенная башка! Ты-то как тут оказался?