Он дернул плечом. Подобный вопрос можно истолковать в тысяче разных смыслов. Но этот, Уилкс понял сразу, касался Спирса. Безумного генерала, бросившего своих солдат на верную смерть. А еще прежде убивавшего их собственноручно. А сейчас он пустился в еще одно чудовищное предприятие.

— Прямо сейчас — ничего. У нас нет никакого вооружения, не считая ручных карабинов, от которых нет никакого проку против такой махины, как «Макар-тур». Кроме того, еще надо найти возможность стрелять отсюда. Конечно, мы можем выйти в космос, у нас есть костюмы. Но мы тут же разовьем слишком большую скорость, поскольку регулировать ее нечем. Наше оружие не намного утяжелит нас. Я уже не говорю о том, что произойдет, если Спирс решит перескочить в подпространство как раз тогда, когда мы будем болтаться рядом с судном.

Билли растерянно заморгала. Уилкс не был уверен, что ее действительно интересуют все эти подробности, но он предпочитал думать, что да.

— Видишь, сопровождающие поля следуют за контурами корабля, генерирующего их. Если бы мы стали двигаться, цепляясь за корпус, то, может, и могли бы перемещаться. Но это слишком опасно...

Билли по-прежнему молчала, глядя на него ничего не выражающим взглядом.

— А поле — вещь превосходная. Гораздо лучше любого оружия, ты знаешь. Ничто не сможет пройти сквозь него. И мы не сможем вернуться обратно. Итак, даже если нас не разрежет пополам, что запросто может случиться, то нам придется витать вокруг судна, пока судно летит в подпространстве. Месяцы, годы, а то и дольше.

— Но, может быть, это не так уж и плохо...

— Может. Только если ты не забыла, что кислород когда-нибудь да кончится и ты задохнешься в своем же углекислом газе. А потом, когда судно перейдет в нормальное пространство и начнет постепенно тормозить, наши тела улетят вперед и навеки отправятся кувыркаться в космосе. Короче. Есть способы умереть и получше.

— Есть и похуже, — мрачно добавила Билли., — Да. Есть и похуже.

— Что же нам в таком случае остается?

— Ждать. Или испортить это судно. Не думаю, что Спирс очень этого хочет, особенно с его маленькой армией чудищ на борту. Мы можем попробовать начать ему угрожать. Вывести из строя, компьютеры, как-нибудь получить доступ к управлению и разделаться с сукиным сыном. Или, выйдя в космос, придумать еще что-нибудь.

— Например что?

— Черт, Билли, я не знаю. У меня нет ответов на все вопросы. Ты сидишь здесь точно так же, как и я. И, может быть, если бы ты поменьше страдала, то и сама что-нибудь да придумала бы!

Билли зло посмотрела на капрала:

— Ты же знал, что Митч был андроид. Знал еще до того, как я с ним встретилась. И ты промолчал. Уилкс посмотрел на нее не менее злобно:

— Ах, так я не пытался отвадить тебя от него? Да ты и слышать ничего не хотела. Так что не вали это на меня, детка. Я делал все что мог, чтобы ты держалась от него подальше. Только что не запирал тебя на замок. Но, конечно, где уж мне понимать в таких делах, мне, старому ворчуну, с головой, задуренной за двадцать лет различной наркотой!

Билли опустила глаза и почти беззвучно ответила:

— Ты прав. Ты ни в чем не виноват. Прости меня. Уилкс почувствовал, что гнев его испаряется. Здоровый наглый десантник бьет лежачую девочку.

— Ладно. Я тоже погорячился. Больше им нечего было сказать друг другу. Но прежде чем они смогли продолжить беседу, зазвучали зуммеры судового предупреждения.

— Черт! Десятиминутный сигнал. Входим в гиперпространство. Пошли-ка лучше в спальные камеры.

— Но почему такая спешка?

— Деформированный космос плохо совместим с разумом человека... Однажды я провел так полчаса, участвуя в эксперименте... Короче, все твои самые ужасные кошмары покажутся после этого цветочками.

Билли вздрогнула, и Уилкс понял ее. Слишком много и она, и он видели во снах чужих — сновидения эти и без того были достаточно чудовищными. Оба поспешно направились к спальным камерам.

* * *

Спирс имел три спальные камеры на выбор, все работали идеально. Обычно он не слишком перестраховывался, когда речь шла о его личной безопасности, но нынешняя миссия касалась не его одного. И ничто не должно помешать ему теперь.

Он лег в центральную. Все три кабины для гиперсна были снабжены специальной системой тревоги. Если хотя бы один из биоэлектронных приборов в системе жизненной поддержки оказался неисправным, он тут же был бы разбужен и перешел бы в другую кабину.

Конечно, такое вряд ли случится, но готовым надо быть ко всему. На Землю он должен прибыть в самой лучшей форме. Ради ее возрождения. И тщательнейшим образом выбрать место, откуда начнется новое завоевание родной планеты. Он уже давно решил, что это будет какой-нибудь известный исторический пункт — Геттисбург, Эламо, Ватерлоо, а возможно, равнина Джарса или развалины Эл-Сальвадора... Что-нибудь символическое, чтобы вдохновлять людей. Поначалу, правда, он намеревался выбрать место новое, еще не тронутое железной рукой войны, но потом передумал. То, что он встанет на плечи какого-нибудь исторического гиганта, только придаст ему величия. Кроме того, на Земле не так уж много мест, куда не добиралась еще война. Он, например, не может вспомнить ни одного. Так что лучше уж выбрать место, доподлинно овеянное славой:

Когда колпак камеры закрылся и медицинская техника пришла в движение, опутав его своими проводами, генерал Спирс продолжал размышлять о своем выборе. Айво Джима. Хиросима. Нормандия. Кэйптаун. Бункер-Хилл. Рио-де-Морте. Пирл-Харбор. Голландские высоты. Багдад. Тридцать восьмая параллель. Спарта. Рим...

Какой выбор! Какая замечательная вещь война...

Глава 25

Сон.

Мягкое обволакивающее вместилище укрывает три переливающихся жидкими нейронными токами человеческих разума, свитых некими загадочными химическими реакциями воедино.

Они грезят, будто каждый из них совершенно один в бескрайней, бездонной, простирающейся на сотни миллионов кликов вокруг пустоте. Один на один с нечеловеческими тварями.

Первый видит смерть и знает, что смерть все равно победит. Но все же продолжает героически бороться. Второй уже понял, что теперь будет вечно жить, глядя в глаза чудовища. Оба мечутся в когтистых объятиях ужаса. И только третий из них переполнен радостью.

И бесполезен вопрос: чей сон страшнее?

Глава 26

Билли проснулась и в первое мгновение не могла даже понять, где она и как здесь очутилась. Спина у нее болела, руки и ноги ныли, рот заполнила какая-то тягучая жвачка. Тем не менее, как ни удивительно, этот момент пробуждения был одним из самых счастливых в ее жизни. На душе не лежал груз воспоминаний.

Затем она все вспомнила.

Колпак камеры поднялся, заработали циркуляторы, и на нее пахнуло ветерком, отдающим стальным воздухом судна. Она услышала, как щелкнул, открываясь подобно гидравлической ракушечной створке, и колпак на камере Уилкса. Увидела его самого, вздрогнувшего и заметавшегося в момент пробуждения.

Через несколько секунд капрал сел, протер глаза и высунул язык. Затем поглядел на Билли и кивнул ей:

— Время подниматься и сиять. Еще один славный день в армии! — Голос его был натужным и хриплым. Билли улыбнулась.

— Эту фразу говаривал каждое утро мой старый взводный, когда сам я был еще молодым.

— А что с ним стало потом?

— Кое-кто, с кем он не согласился, съел его.

Они встали и пошли в душ. Билли почти бессознательно разделась и встала под воду. Струйка текла не сильней, чем из старой лейки, но зато вода была горячей. Девушка даже почувствовала некоторую боль в мышцах от упадка сил, совсем истощившихся за месяцы сна.

Уилкс внимательно посмотрел на нее и отвернулся, подставляя воде волосы, лицо и тело. Билли увидела шрамы на его торсе, гораздо более страшные, чем тот, что пересекал лицо. Следы былых сражений. Не важно, получены они на войне, в пьяных драках или еще где-нибудь. Она сначала удивилась, почему Уилкс не сделал себе пластической операции и не удалил все шрамы. Но затем подумала, что так он даже интереснее. Капрал находился в отличной форме, тем более для человека, годящегося ей в отцы. Зад по крайней мере великолепный.

Забавно, а ведь раньше она никогда не думала об Уилксе в этом смысле, не считая, конечно, ночных кошмаров. В них — да, он почти всегда являлся обязательным персонажем ее страшной эротики. Билли перевела глаза ниже. Но если и он подумал о ней сейчас как о женщине, то, вероятно, сумел себя сдержать.

Впрочем, ерунда, для мужчин спрятать свою реакцию трудно. Дело даже не в том, что Билли очень хорошо знала мужчин, у нее было всего несколько. Просто, живя в госпитале, она при всем своем желании не смогла бы уйти от познания анатомии и физиологии. И поэтому прекрасно представляла, как это должно выглядеть. Нет, со стороны плоти Уилкса никакого салюта в ее адрес не было.

— Как долго мы спали?

Уилкс, стоявший под горячей водой с закрытыми глазами, вздрогнул:

— Не знаю. Я не засекал. Но раз автоматика нас разбудила, значит, мы близки к цели путешествия.

— И что теперь?

— Заканчиваем принимать душ и находим чего-нибудь поесть. Все остальное — после. Нельзя делать десять дел сразу.

Билли молча согласилась и наклонилась, немного вперед, чтобы вода обдала ее спину. Может быть, это и вправду единственный способ прожить жизнь и не сойти с ума. Делать только одно дело за раз, откусывать кусок, который по силам.

* * *

Открытие свое Спирс сделал почти случайно. Он проснулся после шести месяцев сна, умылся, поел, надел рабочий судовой костюм и занялся проверкой бортовых систем. Это последнее дело было для него не особенно важным, ибо судовой операционный компьютер сам управлял всей аппаратурой «Джексона». Однако, будучи человеком предусмотрительным, Спирс периодически проверял все, чтобы убедиться в полной исправности системы.

На сей раз он обнаружил нечто странное: система слежения на грузовом корабле, плывущем в паре кликов за «Джексоном», сообщила, что две спальные камеры были задействованы во время прохождения корабля по гиперпространству. Из водохранилищ была взята и снова запущена в очистители вода. Потребление энергии тоже слегка превышало количество, необходимое для содержания его новых солдат в их подвешенных блоках. И расход кислорода также превышал норму.

На ум Спирсу пришло два предположения. Произошел сбой или в компьютере, или во внутренних приборах «Макартура» — это первое. Второе... кто-то незаконно находится на судне. Они спали в камерах, а теперь дышат воздухом, пьют воду и пользуются светом. Пищевые запасы, должно быть, тоже частично израсходованы.

Отправляясь в путешествие, Спирс не подумал о том, чтобы подключить к своему кораблю и внутреннее управление грузового судна, это не имело смысла. И теперь генерал не мог ни наблюдать за происходящим, ни отключить там воздух или энергию. Правда, на борту «Джексона» имелось некоторое вооружение, достаточное для того, чтобы искалечить и даже полностью уничтожить второй корабль, но потерять драгоценный груз! Это отнюдь не входило в планы генерала.

Он откинулся в жестком кресле и посмотрел на ползущую по экрану компьютера информацию. Все верно. Итак, на сопровождающем его корабле обосновалась пара зайцев. Невелика беда. Они не знают о том, что он знает о них, и потому, когда они приземлятся, генерал решит все их проблемы так быстро, что они не успеют даже догадаться, откуда и что на них обрушилось. Пара дезертиров из перепуганных человеческих войск не доставит ему много хлопот. Бросок гранаты в люк — и от них не останется даже мокрого места. Тактическое преимущество полностью на стороне Спирса. К тому же до посадки еще около двух недель, и у него уйма времени, чтобы обдумать план расправы с этими сопливыми судовыми крысами наилучшим образом.

Тем более сейчас есть дела и поважней. Он должен приготовиться к грядущей битве. Война неумолимо надвигалась.

Уилкс упражнялся, используя для своих тренировок части корабля, совсем для этого не предназначенные. Толстая труба — для подтягивания, пара стульев — для отжимания и тренировки пресса. А уж зацепиться ногами можно за все что угодно. Он работал до седьмого пота. Гораздо больше, чем если бы находился на судне один. Эпизод в душе с обнаженной Билли вызвал в нем бурю противоречивых эмоций. С одной стороны, он помнил ее десятилетним ребенком, заходящимся в крике, — это было в тот раз, когда он спасал ее от страшной смерти, уже постигшей родителей бедной девочки. С другой, стоя голым рядом с ней в душе, он вдруг увидел, что она уже взрослая и вполне привлекательная женщина... А с женщинами он не общался уже очень давно. Билли же занималась любовью с Бюллером, это Уилкс знал точно.

Но, Боже мой, ведь он ей в отцы годится! И какое-то время худо-бедно даже исполнял эти отцовские обязанности. Правда и то, что он не видел ее где-то лет десять после того, как спас. И теперь тот ребенок и эта женщина имели очень мало общего. И все же подобные мысли, пожалуй, стоит оставить. Оставить совсем.

Он закончил третий круг по пятьдесят подтягиваний. Тело горело, мускулы находились на краю спазма. Капрал лежал на полу, и пот заливал ему глаза. Ладно, он вкалывал больше часа, довольно. И на этот раз Уилкс включил в душе холодную воду.

* * *

Билли открыла пакет с едой. Восстановленная и подогретая в пластиковом контейнере, пища пахла мясом с подливкой и, кажется, овощами, хотя все это было сделано из соевого протеина.

Уилкс вошел в пищеблок и кивнул ей. Билли открыла второй пакет — для него.

Несколько минут они ели молча. С момента их выхода из спальных камер прошло три дня. Большую часть этого времени Уилкс провел, занимаясь физическими упражнениями.

— Ты что, меня избегаешь? — поинтересовалась Билли.

Он оторвался от еды:

— Нет. А почему ты так решила?

— Такое впечатление, что ты хочешь от чего-то отвлечься.

Уилкс уставился на коричневую смесь в своей коробке.

— Нет. Я просто разрабатываю план, вот и все. Думаю.

— Да ну?

— Ну да.

— Ты и мне позволишь участвовать?

— Хм... Он немного жестковат.

— Можно подумать...

— Ладно. Я совершенно уверен, что сейчас мы уже в Солнечной системе. С аппаратурой сделать ничего невозможно, она блокирована наглухо, но приборы работают исправно. Судя по ним, до Земли самое большее две недели. Мы будем двигаться на скорости, близкой к скорости света, еще какое-то время. Затем в последние несколько дней притормозим, а перед посадкой включатся тормозные двигатели для плавного снижения.

— Хорошо, я внимательно слушаю.

— Итак, как только Спирс включит торможение, мы соответственно тоже начнем замедлять ход. Таким образом, если мы наденем скафандры и выйдем в открытый космос, то сможем использовать для регулировки скорости портативные ускорители, которыми снабжены местные костюмы. Двигаться придется быстрее пули. Относительно, конечно.

— Короче, мы одеваемся, выпрыгиваем и добираемся до «Джексона». Дальше что?

— Ну, поскольку он и не подозревает о том, что мы здесь, возможно, нам удастся удивить его этим фактом. И навсегда.

— Возможно!

— Но, увы, у него уйма всяких засекающих детекторов плюс радары, допплер и светоулавливатели. И если ему посчастливится сидеть в тот момент у экрана датчиков, он непременно заметит, что мы приближаемся. Или завопит сирена, возвещающая о приближении неопознанных объектов, если ему случится в этот момент торчать в туалете.

— Он разнесет нас на куски?

— Может, и нет. Может, он просто вырубит торможение и оставит нас болтаться в вакууме — и деться нам будет некуда. Это в том случае, если наше собственное судно не раздавит нас, как букашек, когда он снова включит скорость и просвистит мимо.

— Что-то все это мне не нравится. Почему бы?

— Или мы можем подождать, пока доберемся до места, и дать ему по голове в тот момент, когда он откроет люки нашего корабля, чтобы выпустить своих ручных тварей пописать.

— И это на Земле, которая и так кишит чужими, причем далеко не ручными. Нет уж, увольте.

— Верно. Однако его детекторы скорее всего настроены на то, чтобы засекать крупные объекты типа кораблей или тел, несущихся на большой скорости. Или всяких там астероидов и прочего космического дерьма.

— И?

— И если мы сумеем двигаться действительно медленно, системы могут не сработать до тех пор, пока мы не окажемся у него на голове.

— Звучит не слишком правдоподобно.

— В конце концов, я могу спуститься в машинное отделение и хватануть по двигателю молотом. И если он не взорвется и не превратит нас в компактный шарик, то, может быть, я его просто испорчу и тем самым заставлю Спирса появиться здесь для проверки. Груз свой он потерять не захочет.

— Этот план мне и вовсе не нравится.

— Как и мне. Словом, если и ты не придумала ничего лучшего, нам остается просто сидеть и ждать, пока он сам не откроет нам свои объятья.

Билли вздохнула:

— Вечно происходит какая-то ерунда, Уилкс. С тобой никогда не соскучишься.

— Таков уж я. Предпочитаю веселую жизнь.

* * *

Спирс занимался подготовкой к первой битве на Земле. Достал старинную клювообразную фуражку с золотым галуном и звездой, уставной черный китель со всеми медалями и нашивками и роскошные высокие отливающие блеском сапоги из телячьей кожи. Затем примерил ремень с двумя антикварными пистолетами и уставную саблю. Признаться честно, черный мундир и церемониальное оружие носить в период военных действий не положено, но поскольку Спирс был намерен появляться только на экране, а не во главе своих новых войск, то он решил позволить себе эту маленькую вольность. Да, в первый раз он станет командовать армией издалека, нельзя слишком рисковать собой с самого начала. Хотя это и грустно. Спирс никогда не считал себя ни тыловой, ни штабной крысой. На сей раз он самый ценный человек на поле боя. И не только потому, что вообще единственный человек в своей новой армии, но еще и потому, что если он погибнет, война будет тут же закончена. Только генерал Спирс и королева могут управлять этими солдатами, а красотка вряд ли станет продолжать борьбу, когда с ним что-нибудь случится.

Итак, решено: он будет находиться сзади до тех пор, пока не соберет побольше войск, пока у него не появятся еще и человеческие войска. В конце концов, он боевой генерал Колониального Десанта и в данный момент, несомненно, командующий всеми вооруженными силами планеты. Почему бы и нет? Как только Спирс покажет на Земле записи своих побед всем еще оставшимся там в живых и как только они поймут, какую работу он проделал, кто отважится отказать ему в таком ранге? А если и найдется такая тупица, он уничтожит ее одним махом. Так их, мальчики!

Спирс улыбался. До сих пор все шло прекрасно, не считая пары инцидентов на Третьей Базе. Историки не смогут ни в чем упрекнуть его. Все идет гладко, как по маслу. Его победа теперь — только вопрос дней. Скоро он получит сполна за долгие годы своих терпеливых приготовлений.

Генерал снял саблю, мундир и сапоги.

Он решил приземлиться в Южной Африке, в северо-восточной ее части, которую когда-то называли провинцией Наталь. В конце девятнадцатого века место это управлялось неким аборигеном по имени Цечвэйоу, командовавшим огромной армией воинов, известных как зулусы. Они были свирепыми бойцами, эти зулусы. Их было очень и очень много, но, увы, у них не было и толики того умения, какое имелось у британцев, пришедших их завоевывать. В одной из известных теперь битв маленький отряд британских солдат выстоял в течение нескольких дней и одержал победу над несоизмеримо большим количеством зулусов — и только благодаря превосходству в тактике, в опыте и в оружии.

Спирсу это нравилось. Крошечная горстка солдат, отлично выученная и удачно выбравшая позицию, остановила целую армию. Все решает умение командиров. Чужие, например, кровожадны, жестоки, прочны, как броня, но сражаются, как муравьи. Эти твари совершенно не обучены военному искусству, не то что люди. А уж среди последних мало кто является таким знатоком дела, как генерал Спирс.

«Дайте мне рычаг, и я переверну галактику», — подумал он. И рычаг этот у него был. И рычаг этот летел теперь вместе с ним на грузовом корабле. Спирс едва не задохнулся от предвосхищения собственного триумфа.

Глава 27

— Ты проснулась?

Билли повернула голову и огляделась. Она лежала в нижнем белье, даже не прикрывшись простыней, ибо в каюте было достаточно жарко. Рядом стоял Уилкс в белье для скафандра, облегавшем его, как вторая белая кожа.

— Просыпаюсь.

— Мы замедляем ход.

— Ах черт.

— Вот именно. Пора одеваться на бал, детка.

* * *

Находящаяся теперь только в неделе пути Земля загадочно мерцала впереди «Джексона». Она мучительно манила Спирса. Генерал попытался было успокоиться, засев за чтение истории гладиаторских войн, но текст не мог удержать его внимания. Годами Спирс приучал себя к терпению и ожиданию, но теперь, когда цель оказалась столь близкой, терпеть уже не хватало сил. Это был свет в конце туннеля, финишная прямая после долгой и тяжелой гонки. Спирс поймал себя на том, что ему недостаточно изображения Земли на экране монитора, он поднял наружную броню и стал смотреть на далекую влекущую планету прямо сквозь толстое армированное стекло.

«Не переживай, я иду спасать тебя. Я буду уже скоро, очень скоро. Еще несколько дней — и твое освобождение начнется».

* * *

Уилкс знал — ни в коем случае нельзя думать о том, что все может пойти прахом. Тем более о том, каким образом это может произойти. Ибо если ясно и отчетливо представить себе все те ловушки, которые их ждут, можно и вообще никуда не пойти. Так что к черту. Если все время сомневаться и беспокоиться, никогда ничего не сделаешь. Задумал план, так выполняй его, как задумал.

Он и девушка — оба стояли в шлюзе, почти полностью одетые, держа в руках все то, что, как предполагал Уилкс, может им пригодиться. На ремнях висели баллоны с запасом кислорода, карабины и фанаты, которые им удалось найти на «Макартуре». Капрал для страховки скрепил себя с Билли трехметровым тросом, который, кроме того, еще и обмотал кольцом у себя на правом бедре, у нее на левом. Регулировать скорость по выходу за борт не было никакой возможности, но все-таки Уилкс надеялся, что они смогут передвигаться со скоростью около двух километров в час, не быстрее. Правда, у них хватит воздуха всего на три часа, и если они за это время не успеют добраться до «Джексона», будет плохо. Уилкс обвешал оба костюма гранатами от карабинов: если случится так, что они останутся без воздуха, умирать от удушья он не намерен. Снимаешь предохранитель, легкий щелчок — и конец всей истории.

— Билли?

Она все еще возилась с накладкой для промежности.

— Я никак не могу правильно одеть эту чертову штуку. Неужели она так обязательна?

— Ну, если ты хочешь, чтобы от нестерпимого желания пописать у тебя в глазах заплясали желтые шарики, то ради Бога.

— Да и вообще, это черт знает что. Сразу видно, что придумано мужчиной.

— Чистая сантехника, уж прости. Помочь? Повисло странное молчание.

— Пожалуй, лучше не надо. А не то... мы можем застрять здесь надолго...

— Да, пожалуй. — Уилкс кивнул и улыбнулся. Эта мысль пришла и ему в голову. Больше того, почему-то даже подбодрила его. Правда, почему именно, сказать он не мог.

Билли улыбнулась ему в ответ, и Уилкс понял, что они думают об одном и том же.

— Ну, вот я и готова. Тьфу, а она чертовски холодная.

— Ничего, согреется. Теперь готова?

— Как я полагаю, да.

— Вот и хорошо. Закрывай люк и отправляйся в полет. И постарайся проделать это безвоздушное шоу как можно лучше.

* * *

Билли усмехнулась Уилксу в спину, когда тот отвернулся, чтобы открыть шлюз. Так вот что значили все эти отжимания и висы! Он тоже думал о ней.

И, может быть, в их случае лучше не переходить от мысли к действиям. Во всяком случае сейчас. Возможно, потом. Как-нибудь однажды проснуться наутро рядом с Уилксом. Почему-то эта ситуация показалась девушке крайне странной. С другой стороны, может II быть, такой поворот событий снова вернет ее к нормальной жизни? Или это просто требование природы воспроизвести себе подобное существо перед тем, как можешь исчезнуть навеки? Она что-то подобное слышала в госпитале. И это было, как там утверждали, некой всеобщей реакцией в опыте общения со смертью. Особенно когда ухмыляющаяся старуха с косой стояла рядом. Нечто вроде лекарства для снятия стресса.

Люк плавно скользнул вверх. Стремительный поток воздуха вырвался из шлюза и превратился в белые сверкающие потоки. Уилкс вышел наружу и, используя магнитные ботинки, встал на борту судна. Он застыл словно веточка на стволе дерева. Билли последовала за ним.

Когда они оба оказались за пределами гравитационного поля судна, Уилкс повернулся спиной к плывущему впереди кораблю.

— Все в порядке? Молчи, просто качни головой — да или нет.

Билли кивнула. Он уже говорил ей, что они будут пользоваться лазерными рациями линейных изображений, действующих на короткой дистанции и сфокусированных на той стороне, куда смотрит говорящий. Словом, Спирс засечь их не мог. Если находишься в таком положении, что видишь «Джексон», учил ее Уилкс, молчи, не открывай рта. Рации рассчитаны не больше чем на две сотни метров, но мало ли что. Если Спирс обнаружит нас, то все приключение может окончиться очень быстро. Поэтому, когда говоришь, лучше повернуться к летящему впереди кораблю спиной.

Уилкс ковылял вдоль борта, где не за что было даже зацепиться, и испуганная поначалу Билли быстро зашагала за ним, зачем-то уверяя себя, что идут они не сбоку, а поверху.

Чтобы дойти до носа корабля им потребовалось не больше пары минут. Когда они уселись там, словно мухи на кончике банана, Уилкс внимательно посмотрел на девушку:

— Ну, помнишь всю мою выучку? Она кивнула.

— Отлично. Вырубай ботинки и врубай ракетный ускоритель на счет три. Раз... Два... Три!

Билли отключила магниты и включила ускоритель. Он выглядел почти так же, как комнатный пульверизатор для растений, узкое горлышко с уровнем, некая предохранительная петля на нем и маленький сосуд из толстой пластмассы со сжатым газом.

Он пытался вырваться у нее из руки, но, сжав его покрепче, Билли неожиданно легко оторвалась от корабля. Затем, оглянувшись, увидела, что Уилкс держит ускоритель сзади. Поместив свой так же, девушка вновь нажала на пуск.

Газ, разбрызгиваясь и замерзая, слабо мерцал.

Потребовалось некоторое время, чтобы они смогли приладиться друг к другу, но уже через несколько минут Билли и Уилкс летели бок о бок, а связывающий их кабель выгибался позади. Вперед в основном смотрел Уилкс, но и Билли краем глаза вполне могла видеть плывущий перед ними «Джексон». Их собственное судно все быстрее удалялось, постепенно превращаясь в игрушечную модель.

Уилкс сделал пару выстрелов из ускорителя и повернулся так, чтобы можно было говорить:

— Постарайся расслабиться как можно сильнее и наслаждайся путешествием.

Билли кивнула, подумав, что действительно дышит слишком судорожно, и постаралась унять дыхание до нормы. Ведь и вправду это плавание по бездне, парение, подобно двум магическим птицам во мраке, напоминает некое волшебство. И что бы далее ни случилось, этого наслаждения лишаться не стоило.

* * *

Будучи не в состоянии заснуть и одновременно понимая, что нельзя так изматывать себя на этой стадии завоевания, Спирс решился использовать сонный мак. Лекарство показалось ледяным, войдя в тело через вену на сгибе локтя. Через минуту Спирса начало клонить в сон, и он решил, что заснет, глядя на приближающуюся землю, теперь уже выглядевшую как половинка маленького мяча. Макушка у этого мячика светилась. Это означало, что солнце светит достаточно ярко. Так ярко, что даже на таком расстоянии приборы «Джексона» затемнили стекла на судне.

Снотворное разлилось по телу, и Спирс уплыл на волнах наркотического сна в штилевую зыбь Морфея.

* * *

Теперь Уилкс был в состоянии рассмотреть даже детали судна, к которому они приближались, — оно находилось теперь метрах в шестистах-семистах. Он уже два раза сбавлял скорость, но все равно казалось, что движутся они слишком быстро. Наступал самый опасный момент операции.

Капрал еще раньше сообщил Билли, что они попытаются пробраться в корабль через один из кормовых шлюзов. И если Спирс находится где-то впереди, в отсеке управления, где он и должен сидеть, вглядываясь в свои проклятые датчики, то переход с носа на корму займет у него никак не менее минуты. Судно, конечно, небольшое, но торчать на корме у генерала не было никакого основания, если только он не ждет, что к нему постучатся какие-нибудь гости. Это обстоятельство давало им достаточно времени для проникновения на борт. Относительно достаточно, разумеется.

А как только они попадут на корабль — если попадут, — то сбросят скафандры, возьмут оружие и вышвырнут Спирса за борт.

Это было самым лучшим развитием плана Уилкса и предусматривало, что Спирс на судне в одиночестве. Бюллер, кажется, говорил что-то об этом, но как знать. Может, рядом какая-нибудь подруга или еще кто похлеще. Надо быть крайне осмотрительными, даже если проникновение пройдет удачно.

И все же Уилкс был настроен оптимистически... Ведь добрались же они сюда, и даже, несмотря на всякие препоны, до сих пор живы. Может, у них есть бог-хранитель, которому и делать больше нечего, кроме как присматривать за ними? Или на их долю почему-то выпало везение всего мира? Ничего уже не узнать и не изменить, остается лишь идти к намеченной цели.

* * *

Подбираясь к судну в холодной пустоте, Билли неожиданно почувствовала, что ей совсем не хочется умирать. Ей удавалось избегать смерти десятки раз, начиная с Рима и до сих пор, а потому девушка была почти уверена, что постепенно свыклась с мыслью о смерти, подобно тому как ноги, опущенные в таз с очень горячей водой, через некоторое время перестают чувствовать жар. Надо только сидеть совершенно неподвижно, и плоть сама справится с нагрузкой.

Но так не получалось. Мощный приток адреналина, судорожное дыхание и слишком участившееся сердцебиение не собирались оставлять девушку. Внутри у нее все дрожало, рот пересох и... слава Богу, что Уилкс все-таки заставил ее надеть этот мочеприемник! Казалось, будто сам страх схватил ее и выжимает, как тряпку. И чем ближе они приближались к «Джексону», тем сильнее охватывало Билли желание развернуться и удрать обратно. Разумом она понимала, что они должны это сделать во что бы то ни стало, но какая-то темная глубокая часть ее существа, не подчиняющаяся сознанию, толкала Билли на то, чтобы найти какую-нибудь норку и глубоко там зарыться. «Уходи! Убеги! Спрячься! — кричала она. — Лети! Спеши, пока еще не поздно!»

Словом, с одной стороны, Билли с обреченностью смотрела на все их предприятие, а с другой — панически боялась смерти. Не самой смерти как таковой, а скорей ее вида. Одно дело — отойти в мир иной в сто десять или даже сто двадцать лет, окруженной любящей семьей, внуками и правнуками, это еще ничего. Но быть съеденной безмозглой злобной тварью или навеки болтаться в космосе — способы не лучшие для расчета с жизнью.

Но сделать ничего все равно уже было нельзя. Надо рисковать сейчас, рисковать и, может быть, умереть. Или умереть позже.

«Лучше позже! — визжал внутренний голос. — Умереть всегда успеется!»

* * *

Спирс стоял неподалеку от новой дороги, построенной королевскими инженерами в Ласвари, темная земля была затоптана и разрыта колонной пушек на конной тяге. Сэр Артур обернулся к нему и сказал: «Ну, старина, что ты думаешь? Сможем ли мы остановить этих кровавых содомитов?» Спирс кивнул. Сэр Артур еще не был герцогом Веллингтоном — насколько Спирс знал, что-то там было нечисто, — но он твердо был уверен, что в битве с Синдиа и Бонсли из клана Маранта индусы потерпят поражение. «Мы остановим их». — «Тогда начинаем, не так ли?» — И сэр Артур махнул офицерам, с напряжением ждавшим обещанного сигнала. Загрохотали пушки, заговорили мушкеты. Ах, Боже мой, как Спирс любил запах пороха на рассвете! Стоны умирающих индусов повисли над полем битвы. Особенно отличался один в гражданской одежде — он издавал серию стенаний, переходящих в исступленный визг, затем умолкал, словно для того, чтобы перевести дыхание, и снова с завидной регулярностью начинал кричать на одной ноте: «А-а-а! А-а-а! А-а-а!»

Спирс очнулся от звуков многочисленных сирен тревоги, бьющих по нервам. В его наркотическом сонном тумане этот звук казался бессмысленным. Он протянул руку и выключил систему тревоги. Потом снова прикрыл глаза, опять втягиваясь в свой дурман...

И все же усилием воли Спирс вырвался из объятий наркотика. В его сознании билась только одна мысль — общая тревога.

Однако за толстым стеклом перед собой генерал не увидел ничего угрожающего, все системы работали нормально. Тогда он кинулся к датчикам. Ни радар, ни допплер ничего не показали. Только компьютерный бортовой журнал мог объяснить, в чем дело. Два неких объекта человеческих размеров решили отдохнуть на корме «Джексона». Быстрая экстраполяция определила, что прибыли они с «Макартура».

Как будто было еще место, откуда они могли прибыть!

Так-так... Судовые крысы, значит, решили нанести ему визит. Да, они оказались храбрее, чем он предполагал. Странно, Спирсу и в голову никогда не приходило, что кто-то из его солдат способен на такое...

Но тут генерал ухмыльнулся. Ну конечно! Теперь он знает, кто это! Проклятый капрал! А поскольку Поувел мертв, то второй объект — девка, что была с ним и раньше. Удивительно. Если это действительно они, то они живучее кошек.

Спирс обрадовался их появлению. Так ему будет легче с ними расправиться, не подвергая опасности ценный груз.

Он быстро вскочил, схватил ремень с пистолетом и направился на корму. Спирс не знал, сколько времени он продремал после сигнала тревоги, но этого времени им, вероятно, хватило, чтобы пробраться внутрь. Шлюзы, естественно, не закодированы на то, чтобы не пропускать людей из открытого космоса — кто же мог ожидать подобных гостей?! Значит, они уже на судне. Надо убить их, пока они не натворили тут бед...

Генерал замедлил шаг. Даже остановился на мгновение. А если они вооружены, если знают, кто командует этим судном?.. Тогда его запросто могут пристрелить. Так дело не пойдет. Спирс замер на месте. Нет, ковбойское лихачество здесь не годится. Эта парочка — настоящие вредители, и так именно он с ними и расправится.

Генерал развернулся и пошел обратно к операционному пульту. Здесь не «Макартур», здесь он контролирует все. Воздух, электричество, даже гравитацию. Крысы попали в ловушку, только еще не подозревают об этом! Пора снова включать запись — военным историкам будущего эта сценка понравится.

Глава 28

— И что теперь? Можно вылезать из скафандров? — спросила Билли. Она уже подняла щиток шлема, как и Уилкс, чтобы разговаривать. Захлопнуть его и замкнуть вновь было делом секунды.

— Нет. То, что Спирс не лупит по нам сквозь дверь, еще не доказательство того, что он не знает о нашем здесь пребывании. Держи карабин наготове.

Сам Уилкс уже проверял свое оружие. Сухая смазка, используемая в механических частях карабинов и гранат, должна более или менее предохранять оружие от перепадов температур, но на всякий случай капрал дал пару очередей. Нельзя, чтобы эти игрушки отказали в тот момент, когда Спирс появится, размахивая своей винтовкой.

— Все нормально, мой тоже работает, — объявила Билли, проделав все то же, что и ее товарищ.

— Хорошо.

— А теперь что?

— Теперь мы немного подождем и посмотрим, что он предпримет. Если он уже знает, что мы здесь, то обязательно как-нибудь на это отреагирует.

— То есть, возможно, бросит еще одну гранату, как на базе, и подождет, пока нас можно будет взять голыми руками.

— Возможно, и так. Но мы немного подождем вовсе не для этого. Если в течение ближайшего часа ничего не произойдет, мы осторожно, очень осторожно начнем продвигаться вперед.

— Командуешь ты.

Уилкс кивнул. Эх, хорошо бы хоть вполовину так уверенно себя чувствовать, как стараешься изобразить.

* * *

Спирс закончил свои приготовления. Надо непременно удостовериться, что этот капрал — как там его? Уаттс? Вэтт? или как? — будучи все-таки вполне умелым солдатом, не предпринял никаких поспешных действий. Если бы он сам был на его месте, то несомненно принял бы в расчет, что его появление будет засечено и враг приготовится к отпору. Как, собственно, и есть на самом деле. Итак, на месте капрала Спирс закопался бы поглубже, нашел оборонительную позицию повыгодней и ждал бы возможности удачно напасть на противоположную сторону. Один-единственный точный выстрел — и с проблемой покончено. Вероятно, капрал смел надеяться, что он, генерал Спирс, сделает ложный шаг и предоставит ему такой удобный шанс.

Прошу прощения, солдатик, не в этот раз!

А все-таки жаль, что он больше не заинтересован в людских ресурсах: из этого капрала вышел бы неплохой офицер — храбрый, ловкий, стремящийся к победе. В иное время Спирс быстро повысил бы его в чине и радовался такому опытному помощнику. Да, генерал теперь уже не сомневался, что одним из прячущихся сейчас в кормовом отсеке был... Уилкс. Да-да, вот как его звали — Уилкс!

Спирс насмешливо отдал невидимому сопернику честь. Лучшей участи в другом воплощении, сынок!

И генерал изготовился к нападению.

* * *

Билли, стараясь принять максимально удобную позу в жестком скафандре, скрючилась напротив Уилкса и попыталась спрятаться за двойным грузовым контейнером, пустым, как ей показалось. И все же сделать этого ей не удалось. Скафандр не был предназначен для таких движений, и его сочленения сгибались с трудом.

Они притаились в таком месте, которое позволяло наблюдать за люком, ведущим в отсек. Это был единственный люк для входа и выхода, не считая, конечно, экстренных, которые Уилкс, несмотря на свою абсолютную уверенность, что Спирс ими вряд ли воспользуется, все-таки закодировал наглухо. Словом, тыл у них был обеспечен отлично, ни войти, ни выйти невозможно никому без того, чтобы не потратить на это как минимум десяти минут.

Непрерывное напряженное ожидание того, что неизбежно должно случиться, начало волновать Билли. Девушка ненавидела за это саму себя.

Неожиданно все погрузилось во тьму. И только она повернулась к Уилксу, чтобы узнать, в чем дело, как взлетела под потолок. Ах черт!

— Билли, закрой шлем, быстро!

Уилкс захлопнул свой щиток и потянулся к баллону с кислородом. В этот момент он услышал, что люк из коридора медленно открывается, и попытался удержать карабин в этом направлении. При отсутствии гравитации сделать это было очень и очень непросто. Спирс отключил электричество и гравитацию, это точно, может быть, и воздух, и теперь Уилкс гадал, просунет ли эта сволочь в люк только карабин или он поставил его на распорки еще до того, как отключил гравитацию. Или он швырнет внутрь фанату. Конечно же, какую-нибудь небольшую, чтобы не наделать сильных повреждений и тем более дыр в обшивке.

Бомба для сотрясения мозга или еще что похуже...

А их костюмы не смогут даже как-либо ощутимо погасить скорость осколков. Проклятье, проклятье, проклятье!!!

* * *

Когда таймер отключил на «Джексоне» воздух, свет и гравитацию, Спирс был уже наготове. Итак, нарушение гравитации несомненно подкинуло их вверх, мгновенная растерянность, и этого мгновения, разумеется, хватит, чтобы бросить туда гранату и разом покончить с непрошеными гостями.

Люк пополз вверх. Спирс, держась ближе к полу, бросил гранату и, рывком оттолкнув себя от проема, прижался рядом к стене. Часть осколков может брызнуть обратно в люк, поэтому никак нельзя оказаться на их пути. В безгравитационном пространстве фаната будет долго плавать по отсеку, прежде чем ударится о стену и взорвется, а может и вообще выплыть обратно через люк. Правда, последнее маловероятно, потому что предохранитель поставлен на короткое время, и через секунду...

Гравитация вернулась на место, и, судя по раздавшемуся внутри отсека взрыву, Спирс понял, что враги его приказали долго жить. Он злобно усмехнулся...

* * *

Свет на судне был в целом отключен, но крошечные красные и зеленые лампочки на панели управления дверями работали от батареек. Света они, конечно, давали мало, но все же его оказалось достаточно, чтобы Уилкс заметил, как что-то быстро двигается в дверном проеме.

Он находился в полуметре от пола, будучи никак не в состоянии навести карабин, и вращался, как маленькая ракета. И все же надо было что-то предпринимать.

Уилкс кое-как направил карабин на дверь, схватился за него покрепче и нажал поисковый лазер. В дверном проеме бешено заплясал маленький красный огонек, и, когда он исчез, Уилкс выстрелил.

Отдача швырнула его в воздух, словно шаткую планетку с орбиты...

* * *

Билли увидела короткую вспышку от выстрела Уилкса и голову, освещенную оранжево-красным. Свет этот дал ей возможность понять, где находится враг. Но вновь воцарившаяся в следующий момент темнота опять скрыла его. Шлем немного приглушал звуки, но все же Билли услышала, как пуля со шлепком вошла во что-то позади двери. Она подумала с надеждой... Но было слишком темно, чтобы убедиться...

И тут алмазная вспышка ослепила ее, оторвала руки от скобы контейнера, а затем толкнула чем-то тяжелым в спину. Билли взлетела, как птица с подбитым крылом, кувыркаясь в полете.

Гравитация снова включилась. Девушка резко упала на пол и, проскользив какое-то расстояние, замерла...

О Боже!..

* * *

Спирс понял, когда услышал выстрел, что стреляют из карабина. В ту же секунду пуля ударилась в стену где-то левей и сзади. Впрочем, он находился уже на вполне безопасном расстоянии. Выстрел и взрыв прозвучали почти одновременно. Надо немного подождать, а потом посмотреть, чем все закончилось...

* * *

Уилкс тяжело ударился о палубу, упав на одно плечо, но тут же откатился и лег в позицию, установил карабин и направил лазер на самую дальнюю стену с дверью. Чтобы исключить промах, он цепочкой красных точек прошелся по всем стенам рядом и для страховки выстрелил на полуавтомате. Уилкс надеялся, что у Билли хватит соображения замереть в эти мгновения, где бы она ни находилась.

* * *

Очередь прошила стену между туловищем и рукой Спирса. Несколько сантиметров правей — и он был бы трупом. Черт! Итак, граната их не задела!

Пули засвистели снова, двигаясь левей от Спирса, вырывая куски пластика и нарушая изоляцию.

«Время перегруппироваться», — подумал генерал. Первая атака провалилась, но у него есть и другие способы.

Он захлопнул люк и помчался дальше по проходу до следующего. Следующий люк был снабжен кодовым замком и закрывался герметически. Сделанный из толстого листа дюраля, он не пропустил бы пуль.

Из-за пояса Спирс вытащил ручной сварочный аппарат и, включив его, запаял все основание двери. Затем, для полной уверенности, проварил стену еще на полметра с каждой стороны. После этого, открыв коробку управления, распаял всю электронику. Наконец поднял ручной люк безопасности и приварил рукоять к стальной клетке. Теперь без лазерного резака дверь не открыть никому. У Уилкса же, надо полагать, его все-таки не было. Но даже на этот случай Спирс установил две разрывные гранаты в небольших выступах стены на уровне глаз и провел от них проводки. Если каким-то чудом им и удастся преодолеть дверь, первый же последующий шаг убьет их. Проволока была раскинута в радиусе трех метров от люка. Поблизости у них, может, и хватит ума быть осторожными, но уж не на таком расстоянии.

Впрочем, вряд ли они пробьются и через первое препятствие.

Пусть он не может постоянно держать гравитацию отключенной, зато он в силах держать этих крыс без отопления, света и воздуха. И даже если у них свои запасы кислорода, то хватит их никак не больше, чем на день-два.

Ну и отлично. Однако записывающие устройства лучше все-таки выключить. Операция прошла не так гладко, как он рассчитывал.

Впрочем, нет проблем. Победа — она все равно победа. Пусть и не блестящая, но все же враг изолирован, и это — его конец. У них был шанс победить. Тем не менее исход дела не дает противнику права даже на сигару.

Спирс тихонько рассмеялся своей шутке и пошел к пульту управления.

* * *

Уилкс и Билли одновременно включили лампы на шлемах и увидели друг друга вполне отчетливо. Вокруг стояла темень, и Уилксу показалось, что с каждой минутой становится все холоднее и труднее дышать.

— Надо дышать этим воздухом столько, сколько сможем. И только когда начнем совсем задыхаться, подключимся к своим баллонам. Ах, дело дрянь!

— Уилкс! Мы в ловушке?

— Да. Он закрыл пневмодверь там, впереди. Управление перекрыто. Должно быть, знал, что мы тут одни. Слава Богу, что хоть граната нас не достала. И тем не менее мы замурованы. Выйти отсюда невозможно.

— А можно ли выйти в космос?

— Может быть. Может быть, очень постаравшись, я и сумею распечатать тот люк, через который мы сюда проникли, но в ту же минуту, как мы выйдем наружу, он смахнет нас с борта, как блох с собаки. Мы даже не успеем рвануть обратно.

— Можно ли взорвать весь корабль?

Уилкс внимательно посмотрел на Билли, ибо понял, о чем она говорит. Если уж приходится умирать, то лучше прихватить с собой и этого подонка.

— Не думаю. «Джексон» — судно военного уровня. Можно взорвать все имеющиеся у нас гранаты, но это только разрушит кормовую секцию — вот и все. Военные суда построены сегментами, этакие воздухосоединяемые части. Можно убрать какую-нибудь внутреннюю переборку, но стенки между сегментами прочные и непробиваемые. Двигатели находятся в середине судна и потому нам недоступны. Да и в случае, если даже мы испортим их, только отправимся на тот свет сами, а Спирс переберется на «Макартур», чем дело и закончится.

— И значит?..

— Значит, мы все-таки можем добраться до запасов кислорода, находящихся в стенах этого отсека, и немного обмануть его. С этим воздухом мы сможем продержаться еще пару дней.

— Но не до прибытия на Землю.

— Именно так.

— Черт.

— Прости меня, малышка. Мы сделали попытку, но она оказалась неудачной. Иногда случается непоправимое.

— И сделать ничего невозможно?

— Ничего, если не сможем убедить Спирса все-таки предоставить в наше распоряжение спасательные капсулы.

— Но, может быть, если мы скажем «пожалуйста»... Уилкс на мгновение задумался.

— Хм. У меня появилась идея получше. Может быть, если мы скажем — «а не то...»

* * *

— Приветствую вас, генерал Спирс! — раздался голос в селекторе, расположенном прямо на костюме Спирса. Он откинулся в кресле и кивнул.

— Я ждал твоего звонка, сынок. Хороша попытка, но неудачна.

— Может, и так, а может, и эдак. Мы с Билли надеялись, что вы сами поймете, чем чревато для вас то, что вы нас заперли.

— Да чем, десантник? До дома еще далеко, и вам туда все равно не добраться.

— Мы добрались бы, если бы воспользовались одной из двух спасательных капсул. Спирс ухмыльнулся:

— Так-то оно так, но я не вижу, какая мне от этого польза. Мне выгадывать нечего.

— Мы поторговались бы с вами за это.

— Сынок, вам нечем торговаться.

— А что вы скажете насчет связки из девяти гранат М-40, которые рванут разом?

— Оторвете кораблю задницу и отправите себя к праотцам. Взрыв на межсегментной броне не оставит даже следов. Попытайтесь, но последствия стоило бы знать заранее и самим.

— Простите, вы меня не верно поняли, генерал. Я не говорил, что фанаты у меня здесь. Спирс подался вперед:

— На что вы намекаете?

— А на то, что мы с Билли вспомнили о вашем гостеприимстве, отправляясь сюда, и, учитывая наш опыт, решили, что вы непременно устроите нам какой-нибудь сюрприз.