— Не думаю, чтобы Мэг было уменьшительным именем от Марджори, — заметил Хейз.

– Если вообще кто-то дрючил, – вставил Тоби.

— Тогда остаются трое. Возьмите карандаш.

Старшина-артиллерист первого класса Анджело Перетти указал в качестве своей близкой родственницы мать Маргарет. В момент его демобилизации она жила в Бостоне, штат Массачусетс.

– Ей еще повезло, что я не беру с нее денег за эту маленькую услугу.

Лейтенант по имени Огден Пирс указал в качестве своей близкой родственницы жену Маргарет. Он жил с ней в Балтиморе, штат Мэриленд.

Матрос первой статьи, работавший на радиолокаторе, Рубин Шэнкс указал в качестве своей близкой родственницы жену Маргарет. После демобилизации они жили в Питтсбурге, штат Пенсильвания.

Никто из них не жил в этом городе.

– Не надо, – сказала Бренда. – Если тебе так приспичило пакостить, пакости лучше со мной.

Но Мейер и Хейз все равно просмотрели телефонные справочники всех пяти административных округов города, а потом перешли к телефонным справочникам окрестностей. Тех двоих стариков, которых вышвырнули раньше, привезли туда, где их нашли, на машине. В Спокойном Месте жил некий Виктор Перетти, но он не знал никакого Анджело Перетти.

Квен неуверенно посмотрел на Тоби.

В Айсоле обнаружился Роберт Пирс, но Огден Пирс не был его родственником.

– Нет, так не получится, – сказал Тоби. – А ты заткнись и лежи, пока кому-то не стало больно, – обратился он к Бренде и вновь повернулся к Квену: – Кажется, Фрэн готова к любви.

Шэнкса, Рубина Шэнкса, они нашли в телефонном справочнике округа Элсинор. Он жил на улице Мерриветер-Лейн.

Когда сыщики набрали номер, им ответила женщина, назвавшаяся Маргарет Шэнкс.

– Полностью с тобой согласен, Джек.

— Что он там еще натворил? — поинтересовалась она.

Они сказали, что хотели бы поговорить с ней. Не пригласит ли она их к себе.

Он встал перед Фрэн, потрепал ее короткие каштановые волосы и оторвал ее руки от лица. Она подняла голову и посмотрела на него красными, заплаканными, распухшими глазами.

Она пригласила.

И в этот самый момент дежурный, сидевший на первом этаже, получил очередное письмо от Глухого:

– Куда мне тебе засунуть? – спросил он.

Дорогой Стив!

Сожги это.

– Нет! – закричала она. – Пожалуйста!

С приветом

Сэнсон

Он резко дернул ее голову вперед и ткнул пальцем ей в глаз.

\"Ритм достиг безумной частоты, и с вершины башни, сложенной из камня, Анкара видел все увеличивающуюся толпу.

Он знал, что страх скоро перейдет в ярость, что сев пройдет хорошо и урожай будет обильным. Он слушал ритмичный топот ног, голоса, вопившие весело и яростно. Он улыбнулся четырем лунам и дал знак начинать посадку растений.\"

– Может, сюда?

* * *

— Все ясно, — произнес Браун. — Он замышляет какую-то гадость и совершит ее на концерте рок-музыки.

– Нет!

— Так почему же тогда он предлагает нам сжечь свое послание? — недоумевал Карелла.

— Не потому ли, что собирается устроить там пожар?

Бренда в ярости перевернулась на спину и уперлась в пол двумя руками.

— А вы заметили, на этот раз нет никакого постскриптума? Никаких сообщений о последующих посланиях.

— Значит, это последнее письмо.

Тоби решил не предупреждать Квена.

— Значит, пакость он спланировал на завтра.

— Завтра же состоится концерт.

– Давай вставай. – Квен дернул Фрэн за волосы и заставил ее подняться.

— Где реклама? — спросил Карелла.

Он снова осмотрел рекламу.

Потом он убрал руку. Она осталась стоять.

— Коровье Пастбище, — напомнил Браун.

— Начнется завтра в час дня.

– Снимай, – сказал он. – А то я ее разорву.

— Закончится в воскресенье в полночь.

— Что еще назначено на завтра? — спросил Карелла.

Она стянула кофту через голову, швырнула ее на пол и сложила руки на груди.

— Что ты имеешь в виду?

— Как ты думаешь, есть в его сообщениях хоть крупица правды?

Квен опустил ее руки вниз.

— Возможно, и нет. Но как бы то ни было, мы должны проверить, какую систему безопасности разработали устроители на время концерта.

– Классные буфера, – сказал он.

— Фирма «Виндоуз Энтертэйнмент», — подсказал Карелла и придвинул к нему телефонный справочник.

– Ага, неплохие, – согласился Тоби.

* * *

Маргарет Шэнкс носила очки, точно такие же, как у одного английского телевизионщика. Бог знает, как его звать. В общем, он ведет какую-то скучнейшую передачу. Эти очки приковывают к себе внимание, видишь только очки и ничего больше. Миниатюрная седовласая старушка в огромных очках предложила сыщикам кофе. Время приближалось к полудню, в окна маленькой гостиной отлично спланированного домика лился солнечный свет. Сыщики отказались от кофе и показали старушке сделанную «поляроидом» фотографию мужчины. Того самого, которого рано утром нашли на площадке для игр невдалеке от Речной Гавани.

Квен шлепнул ладонью по правой груди Фрэн. Потом – по левой. Потом – снова по правой. При каждом ударе Фрэн взвизгивала и дергалась. Ее груди болтались, стукаясь друг о друга. А потом он как будто почувствовал, что у него за спиной что-то готовится. Он развернулся как раз в тот момент, когда Бренда бросилась на него со слезами на глазах и искаженным болью лицом.

— Это ваш муж? — спросил Хейз.

— Да. Где он сейчас?

– Блин! – выдохнул он.

— Сейчас, мэм, он находится в Айсоле, в Морхаузской общей больнице.

— Несчастный случай?

Она вцепилась ему в горло.

— Нет, мэм, — успокоил ее Мейер. — Сегодня рано утром кто-то оставил его в парке на площадке для игр. Там его нашли полицейские и сразу же отвезли в больницу.

— С ним все в порядке?

Он сильно ударил ей по лицу – прямо по челюсти справа. Ее голова дернулась, губы дрогнули, в воздух полетела слюна. Она вся обмякла и стала заваливаться в сторону Тоби.

— Да, мэм. Он чувствует себя прекрасно.

— Я так беспокоюсь о нем, — проговорила старуха, и полицейские увидели, как опустились ее глаза за стеклами диковинных очков.

Тоби шагнул ей навстречу, схватил ее обеими руками и заехал коленом ей прямо в живот.

— Да, мэм, — сказал Мейер. — Мэм, знаете ли вы, как он мог оказаться на площадке для игр?

— Понятия не имею. На прошлой неделе он поехал в город и там забыл...

Она согнулась пополам и рухнула на пол.

— В центр города хотите вы сказать?

– Теперь не будет возбухать, – сказал Тоби.

— Нет, здесь. В Фокс-Хилле.

— И что же с ним случилось?

– Это точно, – сказал Квен. – Вау!

— Он забыл, где припарковал свою машину. По ошибке сел в чужую, и ее прикатили вместе с ним на станцию обслуживания... произошла ужасная путаница. К нам приходили полицейские, я кое-как все уладила. Слава богу, никто не обвинил нас в преступлении. Но хозяин машины сказал, что Рубин что-то там сломал. Врет он, и теперь от него покоя нет.

Ужас какой-то. Я больше не разрешаю Рубину садиться за руль. Так что откуда мне знать, как он очутился в городе.

– А теперь мы посмотрим, как ты отделаешь толстозадую.

— Когда это произошло? — спросил Хейз. — Когда он сел в чужую машину?

— Ровно неделю назад.

— Это значит...

— Двадцать седьмого марта, — подсказал Мейер, взглянув на календарь, вклеенный в его записную книжку. — В прошлую пятницу.

— И вы говорите, что с тех пор он не садился за руль? — уточнил Хейз.

— Я спрятала ключи.

— Видите ли, — продолжал Мейер, — он был одет в халат и пижаму. Так что он не мог приехать туда поездом.

Правда? В таком одеянии.

— Понятия не имею, как он там очутился, — повторила Маргарет.

— Когда вы видели его в последний раз?

— спросил Хейз.

— Прошлой ночью, — смутившись, ответила Маргарет.

— Она смутилась и выдала себя. Сыщики инстинктивно все поняли. Старуха это сделала или не старуха, но им все стало ясно — Прошлой ночью? Когда именно? — допытывался Мейер.

— Когда... он готовился ложиться спать.

— И одевал пижаму? — поинтересовался Хейз.

— Да.

— В котором часу это было?

— Около десяти.

— Говорите, он готовился ложиться спать.

— Да.

— Что же он при этом делал?

Перекрестный допрос. Они это проделывали тысячи раз прежде, и впереди у них тысячи таких вот перекрестных допросов. Сыщики были в своей стихии. Им нужно было докопаться, что же все-таки произошло.

— Я помогала ему купаться и... и чистить зубы. Он не может делать это сам... теперь.

— А неделю назад мог? Когда ездил на машине в город.

— Если бы я увидела, как он садится в машину, я не позволила бы ему это сделать. Понимаете? Он... с него нельзя спускать глаз ни днем ни ночью. Да разве за ним уследишь?

— А в прошлую ночь вы за ним следили? — спросил Хейз.

— Да, я старалась...

— И несмотря на это он прошлой ночью ушел из дома неизвестно куда. Верно?

— Я... я думаю, что он так и сделал. Если он сейчас в городе, значит, я думаю... я думаю... он как-то вышел... вышел из дома.

— А не отвезли ли вы его сами на машине в город, а? — поинтересовался Мейер.

Квен улыбнулся и сжал соски Фрэн большими и указательными пальцами.

— Нет.

– Не надо, пожалуйста, – заскулила она.

— И вы уверены в этом? Да?

— Разумеется.

Он сжал еще сильнее и потянул вверх. Она завизжала и встала на цыпочки.

— В котором часу вы легли спать?

– Подержи ее так, – сказал Тоби.

Он подошел поближе, схватил ее за шорты и резко стянул их вниз.

На ней были белые хлопковые трусы – страшные и мешковатые.

— Приблизительно в половине одиннадцатого.

Чудно, подумал Тоби. Вся такая сексуальная, лифчик не носит, а потом вдруг выясняется, что у нее под шортами старушечьи панталоны.

– Поди угадай, – пробормотал он и стащил их вниз левой рукой.

— Ваш муж в это время уже был в постели?

Она по-прежнему стояла на цыпочках.

— Да.

– Вылезай из своих трусов, – велел Тоби.

— Вы спите в одной комнате?

Она жалобно застонала, вышла из шорт и трусов и отпихнула их в сторону.

Тоби схватил трусы, скатал их в шарик и запихал ей в рот. Ткань заглушила все звуки.

Тоби взглянул на Квена:

— Нет. Он храпит.

– Так лучше?

– Гораздо.

— У кого-нибудь есть ключи от вашего дома?

– Давай, отымей ее. Она вся твоя. А я посмотрю – развлекусь. И если ты будешь стараться как следует, я тебе, может быть, разрешу немножечко повозиться с Брендой. Когда я сам с ней закончу.

— Нет.

Квен просиял.

— Когда вы обнаружили, что он исчез?

— Что?

— Мэм, когда вы обнаружили, что он исчез? Мы вам позвонили сегодня утром в начале одиннадцатого, и вы спросили, что он на этот раз натворил. Знали ли вы, до того, как мы позвонили, что он исчез?

Глава 57

— Да... знала.

Шерри с Джефом – и револьвером – остались дома у Пита, а сам Пит отправился на разведку в соседний дом. Он обошел вокруг дома, высматривая свежие следы на траве. Заглянул во все окна, подергал ручки всех дверей.

— Когда вы обнаружили его исчезновение, мэм?

Вернувшись к себе, он отрапортовал:

— Сегодня утром, когда проснулась.

– Все заперто. Никаких признаков постороннего вторжения. То есть, если он не исхитрился как-то открыть замок...

— В котором часу?

– Может, там было окно открыто или задняя дверь, – предположил Джеф.

– Может быть. Но я осмотрел все вокруг, только что в дом не вломился. Мне кажется, там его нет.

— Около семи.

Шерри, сидевшая прямо на кухонном столе, отхлебнула из очередного стакана «Кровавой Мэри».

— Как вы обнаружили, что он исчез?

– Наверное, мы его упустили. Мы уехали, и тут появился он с адресом этого пустого дома. Он далеко не дурак. Он только глянул и сразу же сообразил, что здесь что-то не так. Либо обычная путаница с адресами... либо его обманули. В любом случае он бы тут же уехал.

— Его не оказалось в постели.

– Если он вообще приезжал, – сказал Пит.

— И что же вы после этого сделали?

Она кивнула.

– Это тоже возможно. Хотя я не знаю, что ему помешало приехать... он же явно собирался.

— Я...

– Может быть, он подумал, что это ловушка, – предположил Джеф.

Ее глаза, глядевшие из-за стекол смешных очков, затуманились слезами.

– Сомневаюсь, – сказала Шерри. – Он же думал, что он так ловко узнал этот адрес...

— Так что же вы после этого сделали, мэм?

– Сочинил эту историю идиотскую о старом школьном приятеле, – добавил Пит.

— Ничего, — ответила старуха.

– Он вообще большой мастер истории сочинять. – Шерри тряхнула головой и отпила еще «Кровавой Мэри». – Знаете что? Может быть, заполучив адрес, он сообразил, что история действительно идиотская, и решил вообще не приезжать.

— Не позвонили в полицию и не заявили, что он исчез?

– Еслион решил не приезжать, – заметил Пит.

— Я не желаю иметь никаких дел с полицией.

– Все возможно, – вставил Джеф.

— Так, значит, вы не позвонили в полицию?

– Возможно все, но есть вещи более вероятные, – сказала Шерри. – Теперь он знает, что я жива, и ему просто необходимодо меня добраться. Хотя бы за тем, чтобы закончить начатое.

— Нет.

– Хотя бы? – переспросил Пит.

— Вы не нашли своего мужа в постели, и в доме его не было, а вы не...

– Это как бы уже немало, – хмыкнул Джеф.

— Вы не знаете, какой жизнью я жила, — проговорила старуха.

– Но не для Тоби. Я так понимаю, у него очень много планов насчет того, что ему со мной делать. Так что если он сюда не приезжал, то причины должны быть серьезные.

Сыщики не проронили ни слова.

– А может быть, он приезжал.

— Вы не понимаете, что это такое — день и ночь жить в одном доме с призраком. Он разговаривал со мной, но не осознавал, что говорил. Он был и его не было. На прошлой неделе, когда вышел этот казус с машиной, он по крайней мере помнил мое имя. Теперь же он даже его забыл. Изо дня в день его память становилась все хуже и хуже. На прошлой неделе он был в состоянии водить машину, а теперь он не может даже завязать шнурки своих башмаков! Он сдает день ото дня. Мне кажется, его мозг постепенно разрушается. Не знаю, я просто ничего не знаю. Я должна была водить его в ванную, купать, вытирать полотенцем. Понимаете вы, что это такое? Нет, я не позвонила в полицию. Не захотела звонить. Не хотела, чтобы его искали! Зачем вы его нашли? Почему не хотите оставить меня в покое? Будьте вы прокляты!

Шерри хмыкнула.

— Мэм...

– Сколько ты уже выпил?

— Оставьте меня в покое, — говорила старуха. — Оставьте меня в покое, пожалуйста.

– Поменьше, чем ты.

— Мэм, — спросил ее Мейер, — знаете ли вы, как ваш муж оказался в городе?

– У меня есть оправдание.

Она смутилась, не зная, что ответить.

– Мне кажется, – сказал Пит, – что нам никак не узнать, гдеон сейчас находится. Скорее всего здесь его нет... то есть у меня в доме. И в соседнем доме тоже. Но, с другой стороны... он может быть и здесь, и там, и вообще где угодно. Мы этого не узнаем, пока он сам не проявится. И если он где-то здесь,он выждет удобный момент, прежде чем проявиться. И для нас это может быть полной неожиданностью.

Снова увлажнились ее глаза, глядевшие из-за стекол безобразных очков. Она смотрела отсутствующим взором куда-то вдаль, мимо сыщиков, и, возможно, видела молодого матроса, вытатуировавшего на руке имя своей любимой женушки, имя, которое он теперь не мог вспомнить. А может быть, она думала, как разрушает людей старость.

– Ты прав, – сказала Шерри. – Если он здесь, а мы этого не знаем – выходит, что он нас сделал. Причем так конкретно.

– Тогда надо сделать так, чтобы мы его сделали, – сказал Джеф.

— Да, — наконец произнесла старуха. — Я знаю, как он оказался в городе.

Пит кивнул.

* * *

– Ударить первыми.

Нечистая четверка собралась в машине, которую Глухой взял напрокат сегодня утром. Рядом с ним на переднем сиденье за рулем была Глория. За время, истекшее с прошлого воскресенья, она поправилась на семь килограммов. На задних сиденьях расположились Картер и Флорри. Машина стояла на Серебрянорудной Дороге, напротив Речного шоссе и здания Департамента санитарии, высившегося на самом берегу реки.

– Офигительно точно, чувак! Упреждающий удар!

– Мы не сможем ударить, если мы его не найдем, – заметила Шерри.

— Сжигание назначено на завтра в час дня, — сказал Глухой. — Проникнем в здание в половине первого, отключим сигнализацию, чтобы обезопасить себя от полиции. Покинуть здание мы должны будем не позднее двадцати минут второго. И поедем в сторону центра города.

– Может, съездим к нему домой? – предложил Пит. – Он должен заехать туда. Не имеет значения, где он сейчас, рано или поздно он должен вернуться домой. А мы устроим ему засаду.

— Где мы сделаем пересадку? — спросила Глория.

– И порвем ему задницу.

— В самом конце бульвара, в паре километров от здания по течению реки. Там есть маленькая гавань и стоянка автотранспорта.

– Но мы же не знаем, где он живет, – напомнила Шерри. У нее в глазах появилось какое-то непонятное напряжение.

— Завтра мы поедем на этой же машине? — спросил Картер.

— Нет. Я взял напрокат еще четыре машины.

– Это можно узнать. – Пит поднялся из-за стола и подошел к шкафу. – Я тут кое-что посмотрел. – Он достал из ящика телефонный справочник. – Когда мы узнали фамилию Тоби, я сразу же заглянул сюда. – Он положил книгу на стол и открыл на странице, заложенной салфеткой. – Здесь только семь человек с фамилией Бумс. Ни одного Тоби. Но я подумал, что он, наверно, живет с родителями. Нам только останется выяснить...

— Думаете, что это гарантирует нашу безопасность?

– Он живет с братом, – сказала Шерри. – А его зовут Сид.

— Разумеется. Вот почему я...

Пит почувствовал, как в груди у него заныло от радостного возбуждения.

— На случай, если кто-нибудь увидит нас сегодня и запомнит. Я так думаю, — талдычил Картер.

– Сид?! ОГосподи, по-моему, там есть Сид. – Склонившись над книгой, Пит провел пальцем вдоль колонки фамилий. – Бумс, – пробормотал он. – Ну же, давай, я же знаю, что ты здесь. Бумс! -Он наклонился еще ниже и начал читать имена. – Сидни!Наверное, это он! Бумс Сидни.

— Да, я тоже так думаю, — поддержал его Глухой.

– Это брат Тоби, – сказала Шерри. – А это их телефон.

— Если мы поедем на четырех машинах, они обалдеют, гоняясь за нами, — не унимался Картер.

– Жалко только, что здесь нет адреса.

— Когда мы получим то, что нам причитается за работу? — спросил Флорри.

– Они почти никогда не дают адреса, – сказал Джеф.

По разумению Глухого, он не имел пока права задавать этот вопрос, потому что на его счету была только конструкция, которую он сам окрестил «маленький черный ящик». За него он уже получил от Глухого десять тысяч долларов.

– Да, больше уже не дают, – добавила Шерри.

– Жалко, что мы не копы, – сказал Пит. – У них есть обратный список. Мы могли бы по номеру...

Аванс под обещанные сто тысяч. Глория коротко постриглась и поправилась на семь килограммов — вот и все, что она сделала до настоящего момента. И получила уже за это десять тысяч долларов. За такую же сумму Картер купил униформы, в которых они пойдут на дело, выкрал пропуска и наметил мусоровоз, который он угонит завтра утром.

Джеф скептически посмотрел на него.

Итак, Глухой выплатил своим сообщникам тридцать тысяч долларов авансом в счет трехсот тысяч, остаток же они получат завтра за свое участие в деле. А пока «черный ящик» не был подключен к установленной в парке аппаратуре, мусоровоза у них не было и Глория выглядела слишком женственно, несмотря на набранный вес и короткую стрижку.

– Откуда ты это взял?

– Читал Эда Макбейна. Но я думаю, что теперь это все забито в компьютеры.

— Вы все получите остаток своего вознаграждения, как только мы, целые и невредимые, переедем через мост и доберемся до мотеля, — пообещал Глухой. — А потом разбежимся в разные стороны.

Только Глория останется со мной, подумал он. С ней он намеревался отметить успешное завершение дела. Расплатится со всеми, отошьет Флорри и Картера, а потом предложит Глории распить с ним бутылку шампанского в номере мотеля. Покутят и займутся любовью.

– Это точно.

Однако он никак не мог привыкнуть к ее новому облику, Волосы у нее теперь были короче, чем у него, почти совсем сняты на висках и затылке, только лоб украшал чубчик белокурых волос. Вчера вечером, после примерки спецодежды мусорщиков, из кафе принесли пиццу, и они все весело поужинали за кухонным столом. Глория повесила форменную куртку на спинку своего стула и сидела в мешковатых Зеленых брюках и плотно облегавшей ее тело майке. Вдруг она почувствовала на себе пристальный взгляд Глухого и отвернулась. Он не понял тогда, была ли она смущена его бесцеремонностью или же просто не хотела потерять работу.

Лишний вес изменил ее фигуру, она заметно располнела.

– Но нам от этого пользы ноль, – заключила Шерри. – Если, конечно, вы, по счастливой случайности, не крутые хакеры, которые запросто могут взломать полицейский компьютер...

— Вы уже сняли номер? — спросил Картер.

Пит с Джефом переглянулись и покачали головами.

– Не знаете никого, кто мог бы что-то подобное сотворить? – спросила Шерри.

— Да, — Ответил Глухой.

Они опять покачали головами.

— А то мы можем приехать туда, а там для нас не найдется места, — снова принялся ныть Картер.

– Такое только в книжках бывает, – сказал Джеф.

— Номер уже снят, — повторил Глухой.

– Ага, – поддержал его Пит. – Там они всегда знают кого-то,кто мог бы куда-товлезть.

— Эти мотели за мостом, — продолжал твердить свое Картер, — настоящие дома свиданий. Мужики приезжают туда после полудня со своими девками. Мы пригоним фургон, полный добычи, а остановиться нам будет негде.

– Причем этот кто-товсегда под рукой, – сказал Джеф.

Глухой пристально посмотрел на него.

Пит согласно кивнул.

— Но вы сказали, что уже сняли там номер, — пожал плечами зануда.

– Блин, я вообще никого не знаю, кто мог бы что-то такое сделать. – Он нахмурился. – Разве что Кейт. Может быть. Я слышал, у нее в прошлом году были большие проблемы, когда она взломала какую-то компьютерную систему. Ее чуть не отправили в тюрьму.

— Да.

– Точно, про Кейт я забыл.

– Она – компьютерный гений.

– А как ее фамилия? – спросил Джеф.

— Будем надеяться, что его никто не займет.

Пит пожал плечами.

— Ради Бога, пойдите позвоните по телефону своей матушке, — раздраженно посоветовала ему Глория. — Спросите у нее, будет ли у каждого из нас завтра своя машина, сняли ли для нас номер в мотеле, можно ли вам высморкаться или сесть на горшок. Ну, идите же, ради Христа!

– Не знаю. А ты?

– Понятия не имею. А у тебя есть ее телефон?

— Во всем должен быть порядок, — торжественно заявил Картер. — Когда я служил в театре, то даже если я исполнял какую-нибудь роль много дней подряд и, конечно, знал ее наизусть, все равно каждый вечер перед выходом на сцену режиссер проверял, не забыл ли я свои реплики. За всю свою актерскую карьеру я ни разу не провалился.

Пит покачал головой.

— И очень хорошо, что не провалились, — сказала Глория, нетерпеливо барабаня пальцами по рулевому колесу.

– Ты знаешь, где она живет?