— Я стою на вершине горы с лыжами, но если вам нужен Джордж, то он остался внизу, наслаждается коньяком в таверне «Аякс». Позвоните ему, посылаю вам его телефон.

Я ладони свои простираю с улыбкой,

* * *

— Мистер Вуд?

Словно море - больной, словно марево - зыбкой:

— Он самый.



— Мне очень неудобно беспокоить вас во время отдыха, но я звоню с разрешения вашей жены…

Шевелюсь на авось, подаянию рад...

— Так-так, и что же? — не слишком добродушно пробурчал доктор.

Будто пальцы мои не насквозь пролетят.

— Возможно, вы меня помните. Эмма Ловенстайн. Я была вашим сомелье, когда вы ужинали в прошлом году у нас в «Императоре».



При этом напоминании голос Джорджа Вуда повеселел.



— Я вас прекрасно помню. Мы провели восхитительный вечер, и не без вашей помощи. Вы посоветовали мне сказочный портвейн к моему рокфору.



— Очень рада.



— Кинто до Новаль, если не ошибаюсь.

— Да, Кинто до Новаль, 1987 года, местного разлива.

— Думается, что миллезиме 1964-го еще лучше.