Во-первых, изменилось положение человека в природе. Из собирателя и легкой добычи для плотоядных животных он стал постепенно превращаться в универсальный многофункциональный организм, в том числе хищника. Вспомним хотя бы известную сказку Киплинга. Завладев «железным клыком» и «красным цветком», мальчик Маугли из гарантированной пищи тигра Шерхана мгновенно превратился чуть ли не в грозу джунглей. То есть с появлением эффективного оружия беспрецедентно, качественно возрос уровень сытости и безопасности древнего человека, что привело к превышению рождаемости над естественной смертностью. С улучшением оружия человек уже не балансировал на грани выживания, а получил возможность глобальной экспансии, увеличения численности и расширения ареала обитания.

Во-вторых, любой конфликт за место в стадной иерархии или из-за самки теперь мог стать вооруженным. Следовательно, нередко один из самцов в результате конфликта был убит, а второй – покалечен. Так появление оружия создало два противоположно направленных процесса. С одной стороны, оно усиливало человека. А с другой – ослабляло, увеличив смертность в междоусобицах.

В-третьих, небольшая группа особей, отделившись от стада, теперь имела реальные шансы выжить и разрастись.

Таким образом, де факто, человек стал уже новым существом, новым биологическим видом, но еще со старым набором животных стадных инстинктов. Эволюционного времени на их полную замену просто не было. Но мешались они довольно сильно. И вот тогда эволюция нашего вида пошла в направлении устранения этого противоречия. Устранение это пошло несколькими путями.

1. Стали выживать не столько самые агрессивные и сильные особи (они то, как раз в первую очередь и погибали в междоусобных конфликтах), сколько те, которые могли подавить действие инстинкта и заменить его расчетом, разумом. Например, не самый сильный, но расчетливый и сдержанный самец уже мог в случае слишком жестокого обращения с собой для виду продемонстрировать покорность, уклониться от конфликта. Но выждав момент, во сне стукнуть сильного агрессивного обидчика ручным рубилом. Он мог занять его место вожака в иерархии. Или он мог украсть молодую самку, удрать из стада и стать основателем новой группы. В любом случае, его гены теперь были унаследованы потомством. Гены человека, который победил инстинктивную конфликтность расчетом. Так возникла низкая примативность. Способность человека вести себя вопреки инстинктивным программам, планировать, организовывать действия. Ослаблять, заменять инстинктивную мотивацию своего поведения рассудочной мотивацией. И это свойство еще больше усилило обучаемость и абстрактное мышление. А это привело к дальнейшему совершенствованию орудий труда и оружия.

Пошла цепная реакция. Человек начал свой все ускоряющийся путь к цивилизации. Царству разума.

2. Закрепление тех элементов поведения особей внутри группы, которые соответствовали новым условиям. Делали группу более жизнеспособной во все возрастающей конкуренции с соседними группами, число которых увеличивалось.

Выделим основные.

Во-первых, так как конфликты между самцами из-за самок стали смертельными, то любая одинокая особь любого пола стала являться источником нестабильности и смертельного риска в группе. Поэтому более жизнеспособными стали те группы, в которых наибольшее число особей было объединено в устойчивые пары. Стадный сексуальный рынок стал крайне невыгоден группе. Выживали те группы, где было больше устойчивых пар и соответственно меньше конфликтов. Так зародилась система моногамного брака.

Во-вторых, большей жизнеспособностью стали обладать те группы, в которых особи демонстрировали большую взаимопомощь и слаженность действий. Это помогало и на охоте, и на войне, и в хозяйственной деятельности. Так возникли очень слабые пока врожденные мораль и альтруизм – свойства человека, противоположные эгоизму как вредному для сообщества в целом проявлению иерархического инстинкта и инстинкта самосохранения отдельной особи. С математической точки зрения, устойчивость пирамидальной иерархии тем больше, чем жестче доминирование вожака. Но появился ограничитель жесткости доминирования – оружие, «уравнитель шансов», поэтому, чтобы пирамида не потеряла устойчивость и не развалилась, выход был один – уйти в область отрицательных значений. Так и произошло на практике. Альтруизм – это ранговые амбиции и эгоизм со знаком минус. Проще говоря, сообщество людей стало держаться не только на страхе, но и на понимании, и на самопожертвовании людей во имя общего блага. Наш первобытный предок становился все меньше животным и все больше человеком. И это начало закрепляться во врожденных поведенческих программах, но пока очень слабо и медленно.

Таким образом, человеческое стадо стало постепенно превращаться в модернизированную форму человеческого сообщества – племя. И каждое отдельное племя было тем жизнеспособнее, чем сильнее были подавлены инстинкты, характерные для первобытного стада.

Однако эволюционного времени на полное уничтожение инстинктов стадного животного уровня, а также на обретение сильных полноценных альтернативных инстинктов и врожденной морали у человека как вида не было. Поэтому они хоть и несколько ослабленные, но продолжали и продолжают работать, переплетаясь и конфликтуя с новообразованными парными и альтруистичными инстинктами нового уровня, и с рассудком.



Ну и самое главное. Естественный отбор пошел уже не только между отдельными особями, но и между целыми социумами. Началась биологическая эволюционная гонка нового типа: «какой социум лучше нейтрализует животные инстинкты, тот и победитель». Так как в вооруженных иерархических конфликтах принимали участие только самцы, то и врожденная мораль, и альтруизм, и способность подавлять рассудком действие животных инстинктов оказались присущи преимущественно самцам. Для самок по-прежнему осталась характерна инстинктивная животная эгоистическая мотивация поведения, так как их биологическому назначению она практически не противоречила.


1.5 Первобытное племя. Функциональная структура. Структура иерархии. Структура межполовых отношений

Даже самые примитивные народы живут в условиях культуры, отличной от первичной, во временном отношении такой же старой, как и наша, и также соответствующей более поздней, хотя и другой ступени развития. Зигмунд Фрейд
Теперь посмотрим внимательно на племя наших пращуров верхнего палеолита. Оговорим сразу, что древнее племя и племя современных дикарей где-нибудь в джунглях – не одно и то же, они совершенно различны и по генотипу, и по социальной организации. Не будем обманываться внешним сходством. Первобытное племя состояло практически из таких же людей, из каких состояло первобытное стадо. Оно было сырьем для последующей эволюции. Современное же племя – результат этой самой эволюции длиной десятки тысяч лет. Оно – либо результат неспособности данного конкретного этноса к развитию, либо осколок развившегося и вновь деградировавшего этноса. В любом случае, современные племена – это тупиковые варианты эволюции, своеобразная помойка человеческих сообществ.

Итак, перед нами первобытное племя. Мужчины ходили на охоту, добывали пищу и защищали женщин и детей от хищников и врагов. Женщины и старики оставались работать в пещере или стойбище или же занимались собирательством неподалеку. Возле них росли дети, впитывая информацию о жизни из пересудов болтливых женщин и воспоминаний словоохотливых стариков. То есть биологическая единица имела четкую внутреннюю функциональную, а следовательно, и организационную структуру. Разберем функции и тактико-технические характеристики каждого элемента этой структуры.



Рис. 5. Структура системы человек – окружающая среда. Эта система неизменна везде и во все времена, в том числе и сегодня. Мужчины взаимодействует с окружающей средой, защищая от ее воздействий женщин и детей и добывая ресурсы. Женщины – находятся в безопасном месте (пещера, дом, офис и т. п.) и взаимодействует с мужчинами, изымая, перерабатывая и перераспределяя добытые ими ресурсы



Самцы (далее по тексту, в тех случаях, когда не нужно будет акцентировать внимание на биологической природе взаимоотношений людей, также будем называть их более привычным термином «мужчины») осуществляли внешние, наиболее опасные функции. Охота, разведка, оборона. А также самое важное – добыча сырья и производство предметов материальной культуры. Для всего этого необходима большая физическая сила, смелость, ловкость, мощный ум, любопытство, способность к обучению, слаженность действий в группе, способность жертвовать собой ради интересов племени. Поэтому для мужчин обычно характерны такие особенности поведения, как дружба, взаимопомощь, склонность руководствоваться не только собственной выгодой, но и интересами соратников и племени в целом, способность к планированию действий, в том числе и на очень отдаленную перспективу и способность действовать в экстремальных ситуациях. По сути, мужчины выполняли буферную функцию между репродуктивной частью племени (женщины и дети) и агрессивной окружающей средой, являлись расходной частью человеческого социума и рабочим материалом эволюционных экспериментов естественного отбора. Разумеется, выживали и давали потомство самые сильные и жизнеспособные мужчины. Без мужчин в окружении дикой природы племени выжить было совершенно невозможно. Поэтому рождение мальчика, будущего охотника и воина, считалось очень большой удачей. Чем больше воинов и охотников, тем сильнее племя.

Дети, человеческие детеныши. С ними все ясно. Их функция – выжить и учиться. Поэтому они держались на подхвате среди женщин и стариков и «наматывали на уши» все их пересуды и рассказы. Специального воспитания дети не требовали, так как их врожденные инстинктивные программы соответствовали их образу жизни, а обучались они автоматически, слушая разговоры взрослых, наблюдая за их действиями и включаясь по мере взросления в жизнь племени. Точно также не проходят специального обучения дети диких племен в изолированных уголках нашей планеты.

Старики. С угасанием репродуктивной функции, а с ней и гормонального фона, люди становятся спокойнее (мудрее) и словоохотливее. Любят учить молодежь жизни и вспоминать вслух о своей молодости. То есть старики играли роль вместилища опыта племени, его информационно – обучающего центра. Поэтому стариков полагалось уважать и слушаться. При новом уровне сытости и безопасности племя уже могло себе позволить содержать выживших стариков. И более того, вместилище жизненного опыта предыдущего поколения добавляло конкурентоспособности племени, делало его сильнее.

Самки (женщины). Основная функция – репродуктивная, размножение. Для того чтобы ее осуществить (зачать, выносить выкормить и вырастить ребенка до относительно самостоятельного состояния), женщине нужно несколько лет. То есть женщина являлась очень ценной, репродуктивной частью племени. Поэтому она помещалась в самую безопасную сытную и уютную часть места обитания человека (пещера, дом, хижина) рядом с очагом и пищей. Женщина всегда охранялась мужчинами и была ценной военной добычей. Впрочем, при недостатке обеспечивающих и охраняющих племя мужчин женщина тут же теряла свою ценность, и социум в ряде случаев даже избавлялся от излишнего поголовья женщин как от «лишних ртов», путем убийства новорожденных девочек, захоронения женщин вместе с умершими мужьями и прочими варварскими с точки зрения современного человека способами. Поэтому, кстати, для нашего вида наряду с принципом незаменимости самки корректно говорить о принципе незаменимости самца. Женщина также несет и функцию дублирующего информационно – обучающего центра. Старики нежизнеспособны, их может и не стать. Кто тогда будет учить детей? Это одна из причин женской «болтливости». Биологическая и социальная функция женщины – во что бы то ни стало выжить самой и по возможности сохранить потомство. Для максимальной выживаемости и воспроизводства, естественно, женщинам были нужны совершенно иные качества, чем мужчинам для охоты и обороны. А именно: максимальная приспособляемость к изменениям в жизни и способность всячески избегать опасности. То есть забота прежде всего о себе. А значит эгоизм, эгоцентризм, хитрость, изворотливость, консерватизм, трусость. Нужно руководствоваться нуждами текущего момента, жить сегодняшним днем. Склонность к моральным критериям поведения и приверженность убеждениям, верность – напротив, вредны. Ведь если женщина станет военной добычей, она должна будет приспособиться и продолжить род победителя, как более сильного и генетически перспективного. Так нужно для процветания биологического вида Человек разумный. Высшая биологическая целесообразность. Женщина тогда будет должна полюбить победителя, принять его обычаи и поверить в его богов. Причем, искренне. Моральные принципы, обычаи, традиции и мужчины из прежней жизни должны быть как можно скорее забыты. Чтобы выжить и воспитать потомство женщине требуется еще одно очень важное качество. Она должна обладать способностью заставить мужчину, то есть более умное, сильное и самостоятельное существо, чем она сама, обеспечивать себя и потомство. А при необходимости она должна суметь поставить его между собой и опасностью. «Спрятаться за его широкую спину». То есть, попросту женщина должна уметь управлять мужчиной.

С особенностями разных элементов человеческого сообщества наших пращуров в общих чертах разобрались. Забудем пока о стариках и детях. Нас здесь интересуют прежде всего женщины в контексте их взаимоотношений с мужчинами. Итак, перед нами две разновидности совершенно различных существ с совершенно разными функциями, а следовательно, разными физиологией и поведением (и прежде всего – с разным врожденным, инстинктивным поведением). Не надо обманываться некоторым внешним сходством, тем, что женщина тоже умеет разговаривать и тем, что оба они называются людьми. Между человеческим мужчиной и самцом льва гораздо больше сходства, чем между мужчиной и женщиной.

А теперь, мой дорогой Читатель, поглядим, как же взаимодействуют друг с другом эти элементы нашего первобытного племени. Мужчины и женщины. Для начала решим основной вопрос – вопрос о власти. Кто кем и каким способом в племени управляет. Далее мы будем использовать также термин «доминирует». Этот термин нам встретится еще очень много раз. Доминирующим (высшим) существом является то существо, которое управляет другим (низшим) существом. Методы доминирования могут быть как физические, так и психологические. Например, дрессировщик использует для управления поведением животного как «метод кнута», так и метод поощрения пищей, лаской, похвалой. Целью же управления является приобретение дрессировщиком материальных благ для обеспечения собственной жизнедеятельности. Ну и жизнедеятельности животного, пока оно выполняет свои функции. Дрессировщик является высшим, доминирующим существом. Животное – низшим. Те же отношения существуют в системе босс – рабочий, крестьянин – корова и т. п.

Рассмотрим для начала минимальную ячейку человеческого общества – древнюю семью в окружении дикой природы.



Рис. 6.Области доминирования мужчины и женщины



Здесь все устроено предельно просто и рационально. Женщина с детьми находится в безопасной пещере рядом с огнем и запасами пищи. Область ее компетенции и доминирования – жилище, потомство и отношения с мужчиной. То есть если нужны шкуры для одежды или пища, то она сообщает об этом мужчине. А мужчина точно знает, что если он не обеспечит нужды семьи, то жена не будет с ним ласкова, а наоборот, будет его «пилить», то есть он лишится психологического комфорта в жилище и не получит удовольствия от секса. Кроме того, пострадает и она, и дети, которых он любит и не хочет потерять. Поэтому мужчина подчиняется женщине в области ее компетенции и обеспечивает нужды семьи. Таким образом, женщина успешно осуществляет доминирование в области своей компетенции. Методы доминирования – психологическое и сексуальное воздействие.

Область компетенции и доминирования мужчины – буферная зона между жилищем и окружающей средой. Он занимается отношениями семьи с окружающим миром. То есть, в случае опасности он дает команду женщине бежать или прятаться. А в случае недостатка дичи на охотничьем участке – забирать детей и переходить на другой участок. А женщина точно знает (боится), что если она не подчинится, то мужчина рассердится и поколотит ее. Кроме того, придет беда, враги, голод, хищники, и она вместе с детьми погибнет. Поэтому женщина подчиняется мужчине в области его компетенции. Кроме того, женщина знает, что если мужчина не будет отдыхать, то он не сможет принести много добычи или погибнет. А следом погибнет она и дети. Поэтому женщина очень боится потерять своего мужчину, старается быть с мужчиной ласковой и сделать пещеру для него удобным местом отдыха и удовольствий, стремится сделать пищу мужчины вкуснее, а отдых полноценнее. Таким образом, мужчина также успешно осуществляет доминирование в области своей компетенции. Методы доминирования – физические и психологические (страх).

Основной фактор, сдерживающий распространение доминирования мужчины на область доминирования женщины – инстинктивная концентрация его внимания на внешнем мире. Направленность действий вовне семьи. Мир в восприятии мужчины делится на две противоположных части – «тыл» и «фронт». «Фронт» – это окружающая среда, которую нужно покорять, изменять, отвоевывать у нее ресурсы. Это там, где «чужие». А тыл – это жилище, где можно отлежаться и зализать раны, и женщина с детьми, которым приносится и отдается добыча. Место, где его ждут и психологически поддерживают. Где ему хорошо. Где «свои». И этим тылом тоже нужно управлять, если тылу угрожает опасность. Мужчина без «тыла» более уязвим, так как не может полноценно восстановить силы. А также ему нет смысла отвоевывать у внешнего мира ресурсы, если эти ресурсы некому использовать.



Рис. 7. Мужчине плохо без женщины и логова



Основной фактор, сдерживающий распространение доминирования женщины на область доминирования мужчины – инстинкт самосохранения, попросту страх перед окружающей средой. Женщина должна выжить любой ценой и сохранить по возможности детей, это ее основная задача. Поэтому она не имеет права рисковать, вступая в борьбу с окружающей средой, на это есть мужчина. Наоборот, она обязана испугаться и убежать. Поэтому женщины и боятся инстинктивно всего на свете, даже абсолютно безобидных мышей и лягушек. Если женщина излишне интенсивно и жестко доминирует, то есть требует от мужчины слишком много, оказывает на него излишнее психологическое давление, отказывает в сексе – он может уйти, а она – оказаться лицом к лицу с трудностями и опасностями, которых она так боится. Инстинктивный постоянный страх перед окружающей средой и страх остаться без мужчины – это эмоциональный фон жизни любой женщины, в том числе современной. И это основной регулятор жизнедеятельности древнего племени. Если жизнь тяжела и опасна, например, во время войны или миграции, то женщины боятся, а мужчины – доминируют. Если случился краткий период изобилия и благополучия, то в интересах вида – сделать упор на размножение. Тогда женщины перестают бояться и заставляют мужчин обеспечивать себя и детей. Мир в восприятии женщины делится на две части, «мое гнездо» и «все остальное». Мужчина априори является частью «всего остального», но может быть использован в качестве буфера между «моим гнездом» и «всем остальным», для зачатия потомства и защиты и снабжения. Поэтому он в этот момент является элементом части мира «мое гнездо».



Рис. 8. Женщине плохо без мужчины



Попросту говоря, в древней традиционной сбалансированной семье каждый делает свое дело и не лезет в чужое. И очень сильно нуждается в партнере, и разумеется, ценит его (ее).

Подобная естественная схема массово сохранилась и в наше время в случаях, когда семья является производственной единицей в условиях достаточно тяжелого труда, например, крестьянская (фермерская) семья. Мужчина работает в поле и занимается снабжением, женщина – дома, в тепле и комфорте занимается более легкой работой – жизнеобеспечением мужчины и детей. Классическая сцена, когда мужчина приходит домой, а женщина кормит его приготовленной ею самой едой. Ситуация, которую городские изнеженные феминистки называют кухонным рабством, имеет на самом деле совершенно иной смысл. Мужчине нужно отдышаться и подкрепиться, прежде чем снова идти в поле. Это часть технологии сельскохозяйственного производства, обеспечение максимальной производительности труда производственной единицы. Автор знает, что пишет, так как много лет занимался сельскохозяйственным бизнесом. Мужчине не придет в голову доминировать в доме, если технология его кормления и отдыха соблюдена. Женщина не будет вмешиваться в дела мужчины, если семья нормально снабжается. И не будет чрезмерно давить на него, так как возникнет угроза голода, если он уйдет к другой женщине, и обеспечение семьи прекратится. Такая пара – это сбалансированная устойчивая система.

И еще. Заострим внимание на одном очень важном моменте. Представьте себя на месте Творца (Господь Бог, Мать Природа, все равно как назвать). Вам нужно сделать так, чтобы более умные сильные и активные существа обслуживали и защищали более слабых и трусливых. Как вы это организуете? Решение очевидно. Нужно сделать так, чтобы сильное и умное существо не могло обойтись без слабого. И еще, желательно, чтобы сильное и умное существо не очень-то понимало ни методов, ни целей слабого существа. То есть, было неспособно воспринимать его адекватно. И именно так и сделано. Женщина для мужчины – «загадка». И мужчина привязан к женщине сексом. И не только физиологически, через необходимость снятия сексуального напряжения, но и психологически, через инстинкт сексуальной востребованности, относящийся скорее к инстинктам иерархической группы. Это когда вроде бы все хорошо, но вдруг нападает беспричинная тоска, и мужчина идет «искать любовь». Ну не чувствует мужчина себя полноценным без женщины, и ничего с этим не может сделать. На самом деле, конечно, все сложнее и разнообразнее, и мы позже все механизмы подчинения разберем подробно, но привязка сексом – основная. Человек разумный – не единственный биологический вид в животном мире, самцы которого привязаны к самкам сексом и вынуждены его добиваться путем ухаживаний и кормления самки. Но есть важное отличие. У большинства других видов животных это явление эпизодическое и бывает только в краткий период брачных игр. Биологи называют его «инверсия доминирования в период спаривания». То есть в обычное время доминируют самцы как более сильные, могут и пищу у самки отобрать. А в период спаривания – все наоборот, доминируют самки, а самцы их кормят и ублажают в надежде на секс. Так вот, у нашего вида есть принципиальное отличие от большинства других животных видов – период спаривания длится почти всю жизнь взрослой особи. Вот и получают у нас самки, то есть женщины, возможность доминировать всю жизнь над самцами-мужчинами начиная с подросткового возраста. Видели ли вы, чтобы мужчина отнял у женщины пищу? Нет! Он ее угощает ужином в ресторане в надежде получить вожделенную порцию секса. Или обеспечивает всю жизнь за регулярный секс.

Привязка сексом, конечно, не односторонняя. Женщина также испытывает удовольствие от секса. Но эта сексуальная привязка иная, так как служит биологической цели выбора и удержания генетически перспективного осеменителя, поэтому и желание, и удовольствие женщины будет преимущественно зависеть от того, счел ли ее самочный инстинкт данного конкретного самца генетически перспективным.

Таким образом, кто над кем доминирует, у биологического вида Человек разумный зависит не только от места в иерархии, но и от обстоятельств. От того, в чьей области компетенции происходит действие. В условиях безопасности и благополучия доминирует самка, в условиях опасности и борьбы за выживание – самец. При изменении обстоятельств происходит инверсия доминирования. Либо при возникновении опасности самка, движимая страхом, уступает руководство самцу и прячется «за его широкую спину», либо при наступлении более благоприятных условий управляет им, направляя его действия в интересах обеспечения себя и потомства. Поэтому чем воинственней народ или чем труднее жизнь слоя общества, тем больше там доминируют мужчины. И наоборот, чем сытнее и благополучнее жизнь, тем больше доминируют женщины.



Итак: у вида Человек разумный в условиях отсутствия внешней угрозы самка занимает доминирующее положение в паре. При наличии внешней угрозы – самец. Переход доминирования из рук в руки, инверсии доминирования, происходят под действием инстинктивных механизмов как реакция на изменение внешних условий.


Теперь рассмотрим иерархию племени, состоящего из большого числа особей обоих полов с учетом этой его половой неоднородности. Первое, что принципиально отличает его от семьи – племя имеет достаточно мощную буферную часть, в племени много мужчин. То есть, потеря отдельного мужчины не так опасна для выживания племени в целом, да и на воспроизводство это никак не повлияет, самец-осеменитель найдется всегда. Второе – племя разнородно. Есть сильные и слабые, глупые и умные и т. д. Но что гораздо более важно для дальнейшего повествования – есть высокоранговые и низкоранговые, высокопримативные и низкопримативные.

Иерархическая структура мужской части подобна структуре стада – пирамидальная. Положение в иерархической пирамиде (ранг) определяется общей жизнеспособностью индивида. В древнем племени эта жизнеспособность определяется как и в человеческом стаде, ранговым потенциалом плюс физическими данными и агрессивностью. Хотя пирамида поддерживается уже не только за счет жесткости доминирования, но и за счет рассудочной мотивации и альтруизма нижних слоев.

На самом верху пирамиды власти находится вождь – самый агрессивный и сильный воин. Он проворнее всех орудует своим каменным топором, поэтому оспаривать его власть чревато неприятностями. Психологи называют такого мужчину «альфой». Этологи называют такого самца высокоранговым. Ниже вождя – самые сильные и агрессивные воины рангом пониже, среднеранговые «гаммы», но они имеют реальный шанс занять в случае чего место вождя. Еще ниже – все остальные, низкоранговые «омеги», которые о месте вождя могут и не мечтать, но мечтают и стремятся стать среднеранговыми.



Рис. 9. Естественная иерархия племени с половыми подструктурами



Высокоранговым достаются куски добычи побольше и получше. Их любят женщины. Коль скоро мы здесь рассматриваем биологические основы нашего вида и инстинктивные поведенческие программы, то далее логичнее и удобнее будет пользоваться терминологией этологов, изучающих животные инстинкты.



Признаки высокого ранга по Протопопову:

Высокая самооценка, склонность невысоко оценивать окружающих

Вера в свою непогрешимость, отсутствие сомнений

Решительная забота о своем комфорте, здоровье и безопасности

Оптимизм, уверенность в завтрашнем дне

Хвастливость, самодовольство

Склонность принимать решения быстро, без долгого обдумывания

Способность действовать невзирая на мнения и проблемы окружающих, асоциальность

Нерефлексивность

Высокий порог осознания своей вины

Болезненное восприятие критики, трудности с самокритикой

Решительность, предприимчивость, инициативность, настойчивость

Большие профессиональные, социальные и имущественные амбиции

Организаторские способности

Открытость, беззастенчивость, экстраверсия

Упрямство, навязчивость, конфликтная инициативность, эгоизм

Конфликтная устойчивость

Сексуальная успешность



Признаки низкого ранга по Протопопову:

Низкая самооценка, склонность к формированию комплекса не полноценности

Способность мириться с неудобствами, дискомфортом, и небезопасными условиями жизни

Склонность к пессимизму и депрессиям; неуверенность в завтрашнем дне

Нерешительность, долгие раздумья перед принятием решений.

Зависимость от мнения окружающих, боязнь обидеть кого-либо, рефлексивность

Низкий порог осознания своей вины, стыдливость (чувство виноватости возникает по малейшему поводу)

Готовность удовлетворяться существующим положением дел, конформизм

Отсутствие больших карьерных и имущественных амбиций

Низкие организаторские способности

Альтруизм, самопожертвенность, самокритичность

Склонность преклоняться перед авторитетами, верить им; религиозность

Скрытность, интроверсия

Застенчивость, уступчивость, скромность, робость, законопослушность

Обидчивость и щепетильность

Сексуальная неуспешность



Эта пирамидальная иерархическая структура по сей день копируется, например, в российской армии. Ранг самца в иерархии определяется определенными знаками на погонах, а рядовой состав искусственно подвергают унижениям, пыткам и лишают возможности секса, чтобы сбить ранговые амбиции и заставить беспрекословно подчиняться.



Женская иерархия благодаря большому числу пар уже отличается от стадной. Женщины находятся как бы немного в стороне, не входя явно в мужскую иерархию и не образуя явно своей четкой иерархической структуры. И одновременно держатся около своих мужчин. Статус женщины в иерархии равен рангу ее мужчины. Однако в остальном – все как в стаде. Например, когда нужно закатить мужчинам скандал, быстро объединяются. Женское сообщество образует репродуктивное ядро племени, поэтому оно необычайно сплоченное. И не только психологически, но и даже физиологически. У женщин группы обычно даже овуляции синхронизируются. И все женщины засматриваются на вождя и сильных воинов. И никому из них не нравятся слабые НР мужчины. В этом есть глубокий биологический смысл. Потомство должно быть жизнеспособно, поэтому отцом должен быть сильный жизнеспособный мужчина. Слабый же и нежизнеспособный размножаться не должен, даже несмотря на избыток женщин. Поэтому во многих, в том числе и некоторых современных культурах практикуется многоженство. Жизнеспособный (и поэтому – богатый) мужчина имеет много женщин и детей от них. Подобным образом организованы также сообщества многих животных. Сильные самцы имеют гаремы, а слабые – никаких шансов спариться с самкой. Все логично и рационально с биологической точки зрения.

Пока племя оставалось маленьким, все инстинкты людей в точности соответствовали их биологическому назначению и реальному образу жизни. Поэтому большинство в племени все же составляли сильные и достаточно агрессивные мужчины с высоким ранговым потенциалом и поведением, управляемым этими инстинктами. Попросту говоря, они не особо задумывались о смысле жизни и прочих высоких материях, а жили по-простому. Делали, что хотелось. А хотелось им того, что диктовал инстинкт. Так как желания и эмоции человека – не что иное, как проявление инстинктов, которые этим человеком управляют. Люди, живущие инстинктами, то есть желаниями и эмоциями, называются высокопримативными. Живущие разумом – низкопримативными. Нас особенно будут интересовать высокоранговые низкопримативные члены нашего племени. Психологи обозначают такого мужчину литерой «бета». Это те мужчины, которые больше думают головой, чем доверяют эмоциям. Это либо шаман, либо умелый охотник, который предпочитает азарт охоты борьбе за место вождя. В древнем племени высокоранговых низкопримативных было немного, так как инстинкт соответствовал образу жизни, и древнему человеку было выгоднее быть все же высокопримативным. Кроме того, низкопримативный высокоранговый очень не нравился высокопримативному высокоранговому вождю, самцовый иерархический инстинкт которого видел в нем конкурента. Ведь и шаман, и хороший добычливый охотник пользовались большим авторитетом соплеменников, имели собственное мнение и интересы, что неизбежно подрывало авторитет вождя, вело к конфликтам с ним. Но так как и шаман, и добычливый охотник были нужны вождю и не особо претендовали на его место, вождь их терпел. Ну и самочный инстинкт женщин не мог понять, почему они не такие как все, и принимал низкую примативность за низкий ранг. То есть далеко не все женщины были способны их любить. Немного их было в первобытном племени, совсем немного… Однако впоследствии по мере укрупнения социума роль низкопримативных резко возросла, они размножились и составили основу цивилизации.

Все это очень важно для нашего дальнейшего повествования, поэтому читатель должен запомнить все эти термины и их смысл, в тексте они будут встречаться очень часто. Более того, понимание дальнейшего текста немыслимо без понимания этих терминов:

Высокоранговый – уверенный в себе, успешный, авторитетный, крутой.

Низкоранговый – слабак и неудачник. Высокопримативный – живущий только эмоциями и желаниями (инстинктами).

Низкопримативный – способный к рассудочному поведению, способный противопоставить рассудок и расчет эмоциям и желаниям (инстинктам).

Ранговый потенциал – способность стать высокоранговым.



Типы самцов:

Высокоранговый высокопримативный – буйный самоуверенный необучаемый неуправляемый, постоянно в драке доказывающий, что он прав. В древности – вождь. В наши дни – либо алкоголик и неудачник, либо бандит.

Высокоранговый низкопримативный – уверенный в себе умный сильный самец. В древности – шаман или хороший охотник. В наши дни – успешный бизнесмен, начальник или высокооплачиваемый специалист.

Низкоранговый высокопримативный – неудачник, трус и подонок. Шестерка. Во все времена.

Низкоранговый низкопримативный – трус и слабак, но обучаемый. В древнем мире – корм для тигров. В современном мире – пожизненный мелкий клерк.

Среднеранговые сочетают качества высокоранговых и низкоранговых в разных пропорциях. Переходная форма. При взаимодействии с низкоранговыми они ведут себя подобно высокоранговым. При взаимодействии с высокоранговыми – подобно низкоранговым.

А теперь прочтите значения терминов еще минимум 5 раз, чтобы лучше их запомнить. Это важно. И сделайте на этой странице закладку на тот случай, если все же забудете. Я обещал не злоупотреблять научной терминологией, но без этих ключевых понятий дальнейшее повествование просто немыслимо. Они являются основой для понимания строения человеческих социумов, эволюции, истории и межполовых отношений.



Оговоримся сразу, что как бы ни был человек низкопримативен, полностью подавить инстинкты рассудком он не в состоянии. Только до некоторой степени. Высокопримативный – не способен вовсе. Более того, инстинкты способны отключать рассудок. Тогда говорят, что человек действует спонтанно, в состоянии аффекта, по наитию, обуреваем страстями, эмоциями, глупо и т. п. Если же инстинкт блокирует у человека каналы ввода информации, говорят, что человек тупой. Например, высокопримативный ребенок может не воспринимать информацию от учителя, так как иерархический инстинкт ребенка не считает учителя достаточно авторитерным, высокоранговым. Но стоит поднять авторитет учителя или внести элементы игры в обучение, как блокировка снимается, и ребенок начинает воспринимать информацию нормально. То есть, если учитывать игру инстинктов, то ими можно управлять. Например, рассудок мужчины говорит, что нужно похудеть. Но подавить пищевой инстинкт рассудком очень трудно. Есть хочется. В этом случае можно сделать установку, что похудеть нужно для того, чтобы нравиться молодым женщинам. В этом случае против пищевого инстинкта работает сильный половой инстинкт. Поэтому худеть легче. Эти методы использует психология и психотерапия. Если инстинкты взаимодействуют со слабым рассудком, то это называется тупостью. Если с сильным рассудком – эмоциональностью.



Итак, древнее небольшое племя состояло в основном из высокопримативных особей, обладающих относительно высоким ранговым потенциалом и управляемых врожденными инстинктивными поведенческими программами как уровня человеческого стада, так и уровня племени с парной внутренней структурой. Инстинктивные программы формировались в условиях жизни небольшого сообщества людей в окружении дикой природы, и этим же условиям соответствовали. Основные отличия набора человеческих инстинктов уровня древнего племени от стадных – появление слабых альтруистических инстинктов, элементов врожденной морали, низкой примативности а также инстинктов взаимодействия самца и самки в устойчивой паре.


Все то, что описано в этой главе, все сформированные за сотни тысяч лет эволюции нашего рода и за десятки тысяч лет эволюции нашего вида качества, элементы поведения и основы отношений, необходимые для выживания человека, были закреплены генетически в виде врожденных инстинктов. Вам трудно будет в это поверить, и в то же время любому биологу очевидна простая истина: С ТЕХ ПОР МЫ НЕ ИЗМЕНИЛИСЬ. Ну, там, набедренная повязка стала называться мини юбкой, шьется из другого материала и иначе украшается. И мамонтов всех уже съели. А все остальное осталось неизменным. То есть все то, что мы с таким интересом только что подсмотрели в племени наших пращуров – закреплено в наших с вами инстинктах (врожденных биологических программах) и по сей день. Вся наша сегодняшняя цивилизованная жизнь состоит из кусочков этих программ, а разум, воспитание и образование лишь обслуживают и слегка корректируют их работу.

Нам важно для дальнейшего изложения понимать одну очень важную вещь:



Наш биологический вид формировался, когда люди жили немногочисленными сообществами. Семья, небольшое племя. То есть в наших врожденных инстинктах закреплены поведенческие стереотипы, необходимые для выживания в условиях семьи или немногочисленной группы в окружении дикой природы в обстановке опасности и недостатка пищи. С тех пор мы сами и наши инстинкты не изменились, изменились только условия существования. И инстинкты не соответствуют измененным условиям существования. Другими словами, желания и эмоции управляют нами так, как будто мы живем в первобытном мире, только на дворе XXI век и техногенная цивилизация.


Такая эволюционная несуразность в животном мире встречается не только у нашего биологического вида. Например, всем известные медоносные пчелы, мед которых мы едим – тропический вид, лишь наспех приспособившийся к холодному климату во время ледникового периода. У них не было эволюционного времени, чтобы приспособиться к холоду физиологически. Любая северная муха имеет возможность замерзнуть на зиму, а весной оттаять и ожить. Медоносные же пчелы так не могут, они погибают от переохлаждения уже при +8 градусах Цельсия. Поэтому и вынуждены заготавливать мед в качестве топлива. А зимой – сбиваться в кучу, есть его и греться друг об дружку за счет работы грудных мышц на холостом ходу. А если меда слишком много, то пчелы заполняют им все соты, а сами гибнут, так как им негде выращивать личинок. И селятся они частенько в местах, заведомо непригодных для зимовки, но пригодных для жизни в условиях тропического климата. Таким образом, у пчел ни физиология, ни инстинктивное поведение не адаптированы полностью к тем условиям, в которых они оказались.

1.6 Баланс доминирования. Патриархат и матриархат

Каменный век. Мужик делает наскальный рисунок. Жена его спрашивает: – Зачем ты рисуешь человека с копьем? – Хочу, чтобы потомки видели, как я охочусь. Мужик рисует дальше. Жена его спрашивает: – Зачем ты рисуешь змей и тигров? – Хочу, чтобы потомки видели, что я никого не боюсь. Мужик продолжает рисовать. Жена его спрашивает: – Зачем ты рисуешь лодку? – Хочу, чтобы потомки видели, на чем плаваю. Мужик делает еще рисунок. Жена его спрашивает: – Зачем ты рисуешь хижину? – Хочу, чтобы потомки видели, где я жил. Мужик кладет краски и садится отдыхать. Жена его спрашивает: – А как же я? Почему ты меня не нарисовал? – Не хочу, чтобы потомки видели, как я мучался! Доисторический анекдот
Итак, мы убедились, что человеческое стадо и древнее племя, как и любая сформированная эволюцией естественная животная система, были хорошо сбалансированы и эффективны в естественной среде обитания. Развитие материальной культуры и как следствие, рост уровня сытости и безопасности привели к разбалансировке системы, к несоответствию врожденных инстинктов новым условиям и как следствие – к изменению этих инстинктов.

Однако, как только человек догадался приделать каменное рубило к палке, он получил небывало эффективное оружие, позволяющее наносить очень сильные удары на расстоянии большем, чем длина руки. В этот переломный момент своей эволюции он стал сверхопасным хищником, обладающим одновременно и смертоносным оружием, и развитым мозгом. Принципиально иным существом, которое оказалось способно обеспечить себе невиданный доселе уровень сытости и безопасности, но вместе с тем, обладающим крайне слабой врожденной моралью. Эти изменения пошли настолько быстро, что биологическая эволюция нашего вида уже не успевала изменять врожденные инстинкты, «прошивку» наших предков. Система человеческого социума все больше и больше разбалансировалась. Инстинкт «укради» заставлял одних людей отнимать добычу у других. Самочный инстинкт заставлял женщин усиленно провоцировать мужчин на кормежку и сталкивать их между собой. Все это приводило к вооруженным конфликтам и гибели большого количества мужчин, делая племя нежизнеспособным. Теперь любая ссора могла привести к смертельной схватке.

Таким образом, совершенствование материальной культуры приводило одновременно и к усилению, и к ослаблению социума. Усиление происходило в связи с повышением уровня сытости и безопасности. Ослабление – в связи с гибелью мужчин в конфликтах.

Но кроме того нарушился баланс доминирования между мужчинами и женщинами. Есть две причины возникновения матриархального перекоса в отношениях между полами.

С одной стороны, мы показали, что альтруизм и рассудочная мотивация присущи преимущественно мужчинам. Поэтому баланс доминирования, как эгоистичного инстинктивного животного поведения, оказывается смещен в сторону женского доминирования.



Рис. 10. Дисбаланс доминирования вследствие альтруизма мужчин и эгоизма женщин



С другой стороны, так как буферная мужская часть большого племени более мощная, то и уровень сытости и безопасности, который обеспечивает этот буфер для репродуктивной женской части, более высок. Это ослабило сдерживающее влияние страха перед

окружающей средой на поведение женщин, что привело к усилению их доминирования. Другими словами, чем больше воинов и охотников становилось в племени, чем лучше становилось их оружие, тем сытнее и безопаснее становилась жизнь женщин, и тем увереннее они себя чувствовали. И естественно, чем больше уверенность женщины в своей безопасности, тем сильнее ее стремление доминировать в отношениях с окружающими (она ничего не боится, начинает «наглеть», то есть идти на конфликт с целью повысить свой социальный статус). Облегчается этот процесс тем, что женщины сплочены, объединяются против мужчин. А мужчины напротив – конкурируют друг с другом за место в иерархии и доступ к женскому телу.



Рис. 11. Дисбаланс доминирования вследствие сытости и безопасности



То есть, возникает дисбаланс сил, перекос в отношениях в сторону матриархата. Женщины начинают воспитывать мальчиков такими, чтобы ими было легче управлять: чрезмерно альтруистичными, неагрессивными, слабыми, безынициативными, ориентированными на обеспечение сиюминутных желаний женщин. Ослабление мужчин означает прежде всего то, что инстинкт вожака с присущей ему активностью и ответственностью не включается ни у кого из мужчин. Напротив, у большинства мужчин племени работают наборы инстинктов среднеранговых и низкоранговых. С каждым новым поколением матриархат усиливается, а мужчины ослабевают. В конце концов, приходит отряд сильных агрессивных мужчин соседнего племени, убивает слабых мужчин, а женщин угоняет в свою пещеру. Все. Финита ля комедия. Матриархальное племя погибло. Этим и объясняется тот факт, что в реальной жизни матриархат в чистом виде не встречается нигде. А значительный матриархальный перекос в отношениях наблюдается крайне редко только у изолированных отсталых племен где-нибудь в джунглях.





А.





Б.



В.

Рис. 12. Отражение баланса доминирования в изобразительном искусстве различных эпох

А. «Венеры» палеолита. Самая древняя порнография. Изображения доминирующих женщин, страдающих ожирением в условиях высокого уровня сытости и безопасности. Примечательно, что фигурки безлики. Связано это с тем, что лицо доминирующей, агрессивной женщины не привлекательно для древнего мужчины, который изготавливал статуэтку. Современные художники это подтверждают

Б. Мужчина и женщина сбалансированного социума. Древнеегипетская скульптура. Коллекция Лувра

В. Гибель последнего крупного матриархального племени в столкновении с патриархальным. Античный барельеф, изображающий битву греков с амазонками. Коллекция Лувра



На эволюционной помойке человеческих социумов. Матриархат гибелен для человеческого общества. Поэтому и не получил распространения. Выжили и развились те человеческие социумы, в которых сложились культурные противовесы матриархату. Как только образовывался значительный матриархальный перекос в отношениях, племя погибало. Поэтому ошибочно вообще говорить, что был какой-то эволюционный период, когда господствовал матриархат. Не было такого и быть не могло. Был эволюционный период, когда матриархат встал на пути ускорившейся эволюции нашего вида. И этот период был преодолен. Последние племена с матриархальными пережитками были в основном истреблены приблизительно 20 тысяч лет назад.

Таким образом, при матриархате в обществе преобладают отношения, где слабые мужчины покупают дозированный секс за услуги, подарки и прочие формы передачи самкам своих ресурсов. Это строй СР и НР. При патриархате, наоборот, преобладают отношения, в которых мужчина выполняет функцию ответственного вожака, а женщина его любит. Это строй ВР.

Забавно, но матриархальные выверты бывают и у животных. Не могу здесь не рассказать историю, которая настолько наглядно иллюстрирует гибельность матриархата, что тянет на притчу. Как-то в имении автора для обеспечения рабочих яйцами были приобретены петух и несколько кур. Однако вопреки природной традиционной иерархии, одна из куриц, самая крупная, возглавила стаю вместо петуха.







Рис. 12 Г. Отражение баланса доминирования в изобразительном искусстве различных эпох. Карикатурные изображения доминирующих женщин. Россия, ХХ-ХХI в.в.н. э. Сравните изображения с палеолитическими «Венерами»



Возможно, петух оказался недостаточно агрессивен, возможно, крупная курица заразилась феминистическими веяниями от работниц птицефабрики, но именно она, а не петух, стала водить кур по территории имения. Петух, хотя и топтал кур изредка, остался без свиты и явно грустил. Даже не кукарекал. Однако курица-доминант оказалась неспособна полноценно осуществлять самцовую функцию вожака – следить за опасностью, так как слишком была увлечена самочной функцией – поиском и поеданием червячков. В итоге, когда работники ушли в лес за жердями, прилетел ястреб и съел феминистку. Петух занял подобающее ему место вожака, принялся водить оставшихся кур по территории, воспрял духом, стал голосист, горд и любвеобилен, начал задираться даже на людей. Зорко следил за небом и подавал сигнал об опасности. Природа все очень быстро и жестко расставила по своим местам. Замечательно, что этот случай произошел именно тогда, когда писалась данная глава.

Одним из естественных культурных противовесов матриархату является патриархальная внутренняя структура социума. Независимо от того, какую иерархическую структуру (пирамидальную, кастовую, демократическую) имеет социум в целом, каждая семья имеет иерархическую структуру, идентичную структуре маленького древнего племени с парной внутренней структурой. Во главе стоит патриарх – сильный мужчина с активным инстинктом вожака. Он принимает решения и управляет собственностью семьи. Остальные уровни иерархии формируются по старшинству. В патриархальную семью могут входить до четырех поколений мужчин. Каждый взрослый мужчина является главой своей семьи. И каждый стремится стать патриархом. В ряде культур такая патриархальная ячейка может разрастаться до размеров клана. Благодаря тому, что у каждого из взрослых мужчин активен инстинкт вожака, все они максимально ответственны, активны и добычливы. А социум, состоящий из активных мужчин – эффективен. Сильная патриархальная тенденция приводит к образованию сильного стабильного общества. Примером может послужить античная Спарта, успешно противостоявшая всему Пелопоннесу и процветавшая на протяжении 7 веков. Принцип построения патриархальной структуры и взаимоотношения внутри нее очень хорошо показаны в древнегреческой мифологии на примере клана богов олимпийцев. Кстати, при изучении греческих мифов не создается никакого впечатления, что Венера, Гера, Артемида или любая другая богиня женщина клана Зевса угнетена богами мужчинами этого клана. Напротив, все богини принимают живейшее участие в жизни клана и порой успешно конкурируют с мужчинами в решении вопросов.

Более того, перекос межполовых отношений в сторону чрезмерного доминирования мужчин и угнетения женщин вообще нигде не встречается. Причина невозможности такого гипертрофированного патриархата комплексная. Здесь складывается несколько составляющих. Это и мужской инстинкт защиты самки, и врожденная женская способность манипулировать мужчинами, и то, что воспитывают мальчиков до определенного возраста в любом случае женщины, успевая воспитать в них почтение к себе. Трудно себе даже представить существование такого общества, где все женщины находились бы на положении бесправных рабынь и трудились бы на тяжелых и опасных работах, а мужчины бы эксплуатировали их и пользовались результатами их труда, оставаясь дома в тепле и сытости. Реальная картина – всегда обратная. Мужчины создают и добывают ресурсы. А женщины находятся в самом выгодном месте – там, где эти ресурсы хранятся. Женщины и перерабатывают, и перераспределяют, и в первую очередь пользуются этими ресурсами. Ну, те читатели, которые прошли призывную армию, все поняли. На складе и на кухне всегда умудряются служить самые хитрые и пронырливые солдаты.

Вообще, термин «патриархат» в последнее время благодаря феминисткам стал чуть ли не ругательным. Обозначающим систему угнетения женщин. Хотя на самом деле он обозначает общественный уклад с четкой эффективной иерархией и разделением полоролевых функций, где оборона, снабжение и представление интересов семьи на уровне общества – мужская функция. Сбалансированную систему межполовых отношений.

К матриархату предрасположены крупные оседлые миролюбивые социумы. Мелкие кочевые и воинственные социумы – напротив, имеют от него иммунитет. Так как именно образ жизни социума определяет, в сфере доминирования какого из полов находятся общественные отношения.

Итак:



Значительное нарушение баланса доминирования в обществе в сторону женского доминирования гибельно для общества, а в сторону мужского – невозможно. Выживает и развивается только сбалансированный социум.


1.7 Рождение Человечества

Огонь, женщина и море – три бедствия. Эзоп
Ни для полноценной балансировки межполовых отношений, ни для балансировки социума в целом одной имитации племенной структуры в семьях и кланах было недостаточно. Мы помним, что матриархальная деградация социумов – только одна из проблем, порожденных развитием материальной культуры.

Инстинкты животного уровня сильны. Даже внутри патриархальной семьи, и между семьями точно также могут случаться и кражи, и грабежи, и смертельные междоусобицы. Точно так же, как и в разбалансированном племени вооруженных людей, почти лишенных врожденной морали.

Решение этой проблемы очевидно. Если врожденной морали недостаточно, значит нужна мораль искусственная. Закрепленная в виде традиции и базирующаяся на каком-нибудь сильном инстинкте. А лучше – сразу на нескольких. И для надежности – продублированная. Потому в этот самый эволюционный момент очень сильно потребовались религия и культурная традиция. Дальнейшая эволюция человеческих социумов и развитие материальной культуры без них стали просто невозможны.

В условиях соответствия инстинктов человека условиям обитания особо сильной их корректировки не требовалось. Поэтому религия носила поначалу характер сказок и преданий, выполняющих больше познавательно-обучающую функцию. Но при случае использовалась в качестве страшилки для воздействия через страх и иерархический инстинкт на другие инстинктивные программы человека. Ну как современная мать говорит расшалившемуся ребенку: «Если будешь баловаться, придет Бабай и унесет тебя». Не понятно, кто такой бабай, но уже страшно, и дитя успокаивается. А если шаман дикого племени наденет на себя шкуру, обвесится амулетами, наестся грибов-поганок и объяснит, выпучив глаза, дергаясь в экстазе и подвывая, что бабай – это злой дух, который живет в дуплистом дереве у реки и управляет грозой, то страшно станет уже взрослым членам племени. Таким образом в человеческом племени помимо вождя возник виртуальный супердоминант – божество. И с помощью образа этого божества, неплохо поддерживаемого инстинктом самосохранения и иерархическим инстинктом людей, стало возможно решить эволюционные проблемы зарождающегося Человечества.

Например, женщины племени, повинуясь животному самочному инстинкту уровня первобытного стада, стремятся образовать пару с высокоранговым и родить детей именно от вождя. А низкоранговых хотят водить за нос и дополнительно получать от них подарки. Но социуму выгоден моногамный брак. И не то что высокоранговых, а и среднеранговых мужчин на всех женщин не хватает. Поэтому многие женщины вынуждены образовывать браки с низкоранговыми. Однако их самочный животный инстинкт тут же вступает в сильное противоречие с действительностью. Хочется секса и детей с высокоранговым, а муж – низкоранговый. Вот тут, дабы избежать в племени бардака и поножовщины на сексуальной почве, и понадобился некий довесок к низкоранговому мужчине – покровительство супердоминанта с высочайшим рангом – бога или духов. «Муж – от Бога» – эта знакомая всем формула и служила для того, чтобы примирить животный инстинкт женщины с невысоким рангом ее мужчины в иерархии. Часть сверхвысокого ранга бога в человеческой иерархии, часть божественности как бы переносилась на мужчину.

Например, благодаря страху перед всевидящим и могущественным супердоминантом удалось ввести эффективную систему табу – запретов на какие-либо действия, противоречащие нуждам социума. Сделать пакость можно тайно от вождя. Но не скроешься от всевидящего ока божества. И наказание неминуемо настигнет преступника. Этот страх сверхъестественной неотвратимости наказания позволил ввести искусственную мораль в повседневнюю жизнь социума. Нужен был не простой смертный вождь, которого легко убить, а некий неуязвимый бессмертный всевидящий и всемогущий супервождь. И этот супервождь – появился. И занял высшее место в иерархии социума – прямо над смертным вождем. Бог или боги во главе с верховным богом.

Так родился величайший компенсационный механизм, призванный нейтрализовывать животные инстинкты людей – религия и культурная традиция. Именно благодаря религии удалось использовать блага и преимущества материальной культуры, но при этом нейтрализовать ее издержки. Именно благодаря религии Человечество и получило возможность молниеносного по биологическим меркам социального и технического прогресса.

Кстати, в отличие от древних людей, неандертальцы, которые не обладали воображением и поэтому оказались не способны создать религию как систему подавления своих стадных инстинктов, застряли в эволюционном тупике. Поэтому, не смотря на то, что появились на добрую сотню тысяч лет раньше, так и остались на уровне стада, пока не были вытеснены людьми.

Из эволюционного котла верхнего палеолита и мезолита вышли вновь сбалансированные социумы. Началась новая часть эволюции нашего вида. История Человечества.

Домашнее задание

Прочитать книгу А. Протопопова «ТРАКТАТ О ЛЮБВИ, как её понимает жуткий зануда», Если нет бумажной книги, то ее можно найти в Интернете по адресу: http://protopop. chat.ru/tl3.html



Прочитать статью В.Р. Дольника «Жизнь – разгадка пола или пол – разгадка жизни?» Химия и жизнь. №№ 9-12, 1995 г. В Интернете: http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/ECCE/SEX.DOL/ DOLSEX.HTM

Глава 2

Мужчина и женщина. Биологическая история цивилизации

Выбирая богов – мы выбираем себе судьбу. Вергилий
2.1 Культурные наслоения и компенсационные механизмы. Религии как системы противодействия стадным инстинктам и балансировки межполовых отношений

Лучше всего обращаются в ислам язычники, хуже – христиане и вообще никак – иудеи. Пророк Мухаммед
С уровнем стада и древнего племени мы в общих чертах разобрались. Но вокруг нас – разнообразный современный мир. Мы видим, что отношения между женщинами и мужчинами внешне очень отличаются в зависимости от времени, места, культурных традиций и прочих обстоятельств. И в то же время смутно угадываются какие-то закономерности, которые позволяют нам хоть как-то ориентироваться в реальной жизни. Но нам-то хочется разобраться до конца и все понять раз и навсегда. Для этого нам придется проследить развитие того самого древнего племени, которое мы понаблюдали в предыдущей главе, вплоть до наших дней.

Итак, перед нами растущее процветающее племя. Доминируют в нем и мужчины, и женщины в зависимости от обстоятельств. Причем в повседневной жизни параллельно одновременно выполняется и внутренняя репродуктивная функция, требующая управления племенем в интересах репродуктивной части, и функция добычи и охраны, требующая управления в интересах буферной части. Таким образом, система власти в племени, система управления должна быть двойной. Посмотрим, как это устроено.

Племя обязательно подчиняется нуждам центральной, репродуктивной, части, то есть женщин, и ими же управляется. Но кроме того, есть вождь и совет старейшин – мужское управление. Как же они делят властные функции? Вождь выбирается из молодых и сильных охотников. Он руководит отрядом на охоте или в бою, на нем – тактическое руководство в сфере мужской компетенции во время взаимодействия племени с окружающей средой. Мудрые старейшины, хранящие опыт и традиции племени, управляют племенем на совете, на них – стратегическое руководство. Но у каждого из них есть жена. И уж если жена вождя простонала во время секса, что мечтает о шкуре леопарда, то будьте уверены – вождь поведет свой отряд загонять кабана именно в тот район, где водятся леопарды. Чтобы при случае порадовать жену. И если жены старейшин, встретившись у ручья, решат, что детям племени будет веселее играть камушками на берегу реки, то мудрые старейшины на совете примут решение перенести летнее стойбище к реке потому, что там можно ловить рыбу и охотиться на антилоп на водопое. Принятое женщинами решение, доводится таким образом до мужчин, которые его «принимают» во второй раз. А если решение окажется неудачным, то ответственность за него будет нести тот, кто принял его во второй раз. Кстати, вы никогда не задумывались, почему на руководящие должности принято назначать, прежде всего, женатых мужчин? Более того, это должен быть «хороший семьянин». Правильно! Потому, что он должен быть управляем женщиной, подконтролен через нее всему женскому сообществу. Подобную систему отношений в чистом виде можно наблюдать в современном мире в военных структурах, копирующих иерархию древнего племени, например, в изолированных военных гарнизонах и пограничных заставах. Жена командира в таких гарнизонах является некоронованной королевой, решающей большую часть социальных проблем. Женщины гарнизона предпочитают обращаться не в официальные органы, а к ней лично. Так эффективнее. Таким образом, женщины образуют в обществе дополнительную, горизонтальную «ветвь» власти. Причем, когда есть мужчины, женское сообщество не имеет такой ярко выраженной иерархической структуры подчинения, как мужское. Хотя, конечно, статус женщины зависит от статуса мужчины, которого она контролирует. Между женщинами существует также конкуренция и конфликты. Но для женщин важно не столько выяснять, кто из них главнее, сколько заставить мужчин племени обеспечивать их и детей. Поэтому они поддерживают друг дружку и мигом объединяются против мужчин, когда дело касается их общих женских интересов, это явление называется корпоративной женской солидарностью. Мужчины на свою беду так не умеют.

Функция власти оказывается как бы размытой наличием параллельных связей, поэтому в двуполых группах иерархия не такая жесткая, как в однополых. Наличие разделения функций между полами неизбежно влечет за собой разделение управленческой, властной функции. Например, мы знаем, что в тюрьмах (как женских, так и мужских) и армии очень жесткая иерархия, идентичная животной. Однако, как только общество становится двуполым, жесткость иерархии и отношений уменьшается. Говорят, что присутствие женщины «облагораживает» мужское общество. Но это не совсем верно. Женщины просто отбирают у вожака часть власти.

Чем больше и могущественнее становится наше племя, тем в большей безопасности чувствуют себя женщины, тем надежнее легче и сытнее их жизнь, и как следствие, тем меньше они чувствуют страх перед окружающим миром, тем сильнее их доминирование, и тем больше власти они отбирают у вождя. В конце концов, вождь ощущает конкуренцию, противодействие своей власти. Например, вождь собирает отряд воинов на охоту, а жена не отпускает своего мужчину, ей хочется, чтобы муж поиграл с детьми. Или воин вместо того, чтобы быть максимально собранным в бою с врагами, переживает по поводу семейного скандала с битьем глиняных горшков, который закатила ему жена. Все это актуально и сегодня. Любой современный руководитель сразу поймет, о чем здесь речь. Всегда приходится учитывать влияние на подчиненного мужчину его женщины. Да вот хоть вспомним известную песню В. Высоцкого.

Полчаса до атаки. Скоро снова под танки.Снова слушать разрывов концерт.А бойцу молодому передали из домуНебольшой голубой треугольный конверт.И как будто не здесь ты, если почерк невестыИли пишут отец твой и мать.Но случилось другое. Видно, зря перед боемПоспешили солдату письмо передать.Там стояло сначала: «Извини, что молчала,Ждать не буду». И все. Весь листок.Только снизу приписка: «Уезжаю не близко.Ты ж спокойно воюй и прости, если что».Вместе с первым разрывом парень крикнул тоскливо:«Почтальон, что ты мне притащил!За минуту до смерти в треугольном конвертеПулевое ранение я получил».Он шагнул из траншеи с автоматом на шее.Он разрывов беречься не стал.И в бою над Сурою он обнялся с землеюТолько ветер обрывки письма разметал.

На данном примере мы видим, что в связи с воздействием женщины на мужчину армия потеряла солдата. То есть, по сути, женщина, не обеспечивающая мужчине ощущение тыла, сработала как вражеский солдат. Не в интересах победы, а наоборот. Вряд ли командир был доволен смертью своего бойца. Кстати, известная у некоторых народов традиция захоронения женщины вместе с безвременно скончавшимся мужем видится в этом смысле не таким уж и варварским обычаем. На женщине лежит реальная ответственность за жизнь ее мужчины. И она должна ее нести.

Естественно, наш вождь крайне не заинтересован в том, чтобы его отряд терял боеспособность в результате влияния на воинов их женщин. Однако на сплоченное женское сообщество воздействовать трудно. Поколотить чужую женщину – нельзя по понятным причинам. Чуть какой конфликт – сбегаются со всего стойбища и подымают гвалт, не рад будешь, что связался. Еще и мужчин своих накрутят, науськают против вождя. А мужчина, попавший под женино доминирование, сам с проблемой не справится, так как боится жены. Что делать? И вот тут оказываются весьма кстати совет старейшин и шаман. Старейшины с низким гормональным фоном мудры, то есть уже в значительной степени не подконтрольные женскому сообществу, и силой своего авторитета могут надавить на женщину. Они знают, как жили предки, они хранят обычаи племени. Шаман же может сказать ей, что она прогневила богиню домашнего очага своим недостойным поведением, да и духи предков ей тоже очень недовольны. А все знают, что с богами и духами шутки плохи. Это тебе не вождь, с которым в детстве вместе в камешки играли. Понятно, что за поддержку шаману и старейшинам нужно будет выделить по жирному куску мяса после охоты. Но это не проблема, если отряд охотников сплочен, и каждый охотник собран и проворен. Добычи будет много.

Таким образом, возникли основные компенсационные механизмы, противовесы матриархату – культурная традиция и религия. И в результате естественного отбора в борьбе за природные ресурсы и конкурентной борьбе с соседями выжили только те социумы, в которых эти компенсационные механизмы были достаточно сильными, чтобы обеспечить баланс сил внутри общества, ведя интенсивную каждодневную борьбу с животными инстинктами уровня стада. Поэтому в центре жизни каждого социума крупнее племени обязательно находилось святилище или храм какого-нибудь бога. Как только компенсационный механизм переставал справляться – женщины подминали мужчин, воспитывали мальчиков не как сильных воинов, а как свою прислугу, социум скатывался в матриархат, деградировал, становился неэффективным и погибал под дубинами, каменными топорами, а позднее – мечами сильных мужчин соседнего социума со сбалансированной системой.



Рис. 13. Иерархия большого племени. Дисбаланс доминирования и другие пережитки животного стада нейтрализованы религией, опирающейся на авторитет введенного в иерархию супердоми-нанта – бога



Однако если компенсационный механизм оказывался эффективен, то социум процветал.

Разумеется, функция компенсации и нейтрализации вредных инстинктивных программ касается не только отношений между мужчиной и женщиной.

Мы уже говорили, что сильно вооруженные биологические виды во избежание внутривидовых убийств наделены так называемой врожденной моралью. То есть врожденными инстинктивными программами, препятствующими убийству. Например, волк, легко вспарывающий брюхо и перекусывающий кость оленю, не станет пускать в ход свои клыки в полную силу, выясняя отношения с другим волком. Более того, если волк примет позу подчинения, открыв свое горло, то его соперник сразу же прекратит поединок. А ядовитые змеи дерутся между собой вообще не раскрывая рта и отвернувшись друг от друга, чтобы исключить ядовитые укусы.

Человек изначально эволюционировал как слабо вооруженный биологический вид. Поэтому врожденной моралью не обладал. Но с появлением оружия, то есть когда человек, по сути, превратился в иной биологический вид, эта мораль ему стала крайне необходима. И не имея эволюционного времени приобрести ее биологическим путем, человеческие социумы выработали искусственную мораль как аналог, заменитель врожденной морали и стали прививать ее в процессе воспитания и через религию. Мы все это повторяем снова потому, что это очень важно для понимания дальнейшего повествования.

Наблюдя за животными, например за стайкой воробьев, когда кормим их хлебом, мы замечаем, что как только один из них завладел крошкой, другие тут же пытаются ее у него отнять. Это инстинктивное животное поведение. Мы назвали его инстинктом «укради». Задумаемся теперь над рациональностью их поведения. Тратят время и энергию все воробьи, а наестся в лучшем случае только один. А чаще всего прилетает более крупная сильная птица, например голубь, и отбирает крошку у воробьев. Усилия потрачены впустую. Однажды я видел, как одна из кур поймала ящерицу. Однако ящерица была так велика, что сразу ее заглотить курице не удалось. Куры целый час бегали друг за дружкой и отнимали друг у дружки добычу. В конце концов, ее проглотил петух. Все в результате остались голодными, зря потратили силы и время. А если бы этот час был потрачен на поиск и собирание, червяков и иной пищи, то все были бы сыты. Хорошо еще, что куры – невооруженный вид и не перебили друг дружку из-за добычи.

Представим себе на минуту, что также ведут себя все люди вокруг нас. Нет ни морали, ни законов, ни полиции, ничего, нейтрализующего животные инстинкты. Все только и делают, что грабят друг друга, воруют и убивают. Представили, что будет? Общество тут же распадется на небольшие банды, в которых власть сконцентрирована в руках вожака. То есть на структуры, аналогичные первобытному стаду. Для того чтобы этого не произошло, религия и дает людям заповеди «не убий, не укради». То есть создает психологический барьер, не позволяющий убивать и красть. Чистый правовой запрет в отсутствие в пределах прямой видимости полицейского работать просто не будет. Кроме того, у полицейского работает тот же самый инстинкт «укради» и нет сильной врожденной морали.

Иная ситуация, если животные стадные инстинкты нейтрализованы. Тогда усилия каждого человека оказываются направлены не на вредный для социума путь – отъем ресурсов друг у друга, а на полезный – создание ресурсов и отъем их у окружающей среды. Это делает социум гораздо эффективнее и жизнеспособнее (многочисленнее, сильнее и богаче). Поэтому ни один социум в мире еще не смог полноценно развиваться без религии. Он просто-напросто не выдерживал конкуренции с соседями, у которых религия была.

Вот пример простейшего компенсационного механизма, который может быть неверно истолкован как дискриминация женщины. Рассказ знакомого геолога.

«Группа геологов, ведущих разведку земных недр в якутской тайге, наняла себе в проводники немолодую женщину из местного племени. Однажды случилось так, что они остались ночевать у ее соплеменников. Тогда они увидели, что мужчины племени позволяют их проводнице питаться лишь скудными объедками. Геологи были потрясены таким возмутительно бесчеловечным отношением к женщине и высказали свое возмущение. Тогда им и объяснили…


Мужчина – охотник и воин. Он может и отбиться от хищника. Женщина может только убежать или забраться на дерево. Если женщина будет толстая, то не сможет быстро двигаться, и любой зверь в тайге ее легко поймает. А женщина чаще всего не способна самостоятельно соблюдать жесткую диету. Заботясь таким странным образом о ней, они продлевали ее жизнь…»

А вот описание жизни аборигенов Тасмании в момент появления там европейцев:

«Также тасманийцы употребляли в пищу моллюсков и ракообразных, женщины ныряли за ними в море и обшаривали подводные скалы. У них не было ни сетей, ни крючков, ни лесок. К женщинам в племени относились без особенного почтения, и, пока мужчины охотились, им приходилось выполнять всю остальную работу. Во время трапезы женщины сидели позади своих повелителей, которые, опираясь на один локоть, подобно римлянам, передавали своим покорным супругам более жесткие куски.»


Здесь мы видим, что женщины тасманийцев могут принимать участие в добывании пищи. Если не охотиться, то хотя бы собирать моллюсков и готовить еду. В том случае, если от женщин есть польза кроме деторождения, социум в целом более жизнеспособен. Поэтому женщин оберегали от ожирения. Подумайте сами, смогла бы женщина с комплекцией «палеолитической Венеры» нырнуть в океан за мидией и добывать хоть какое-то пропитание, если мужчины, не дай бог, погибнут и не вернутся с охоты? Неповоротливая ожиревшая тетка также не способна ни полноценно выполнять бытовые обязанности, ни ухаживать за детьми. Она – балласт племени. Некоторые современные цивилизованные женщины уже способны сами себя ограничивать в потреблении пищи, соблюдать диету. Но высокопримативные женщины племен не способны противостоять сильному пищевому инстинкту. Поэтому им необходима помощь. Как бы дико это ни выглядело в глазах низкопримативных европейцев.

Традиции, которые изнеженные, живущие в мегаполисах, феминистки трактуют как рабство женщин, есть попросту освобождение древнего племени от балласта ожиревших, паразитирующих на нем особей. Повышение жизнеспособности социума. Борьба за выживание.

2.2 Эволюция социумов. Типы иерархий. Государства – дворцы. Пирамидальные монархии

Государство существует не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад. Николай Бердяев
У религии кроме компенсации вредных инстинктов в те далекие времена была еще одна крайне важная функция – поддержка иерархической структуры. Как вы думаете, сколько человек один вожак способен контролировать, удержать своей властью? За сколькими уследить лично? Ответ: около двух десятков. Таков максимальный размер стада или примитивного племени. Такова численность пехотного взвода в наши дни. Если очень сильный вожак – пусть будет вдвое больше, но все равно это очень немного. Иначе придется только тем и заниматься, что драться с другими сильными самцами, претендующими на место вожака. Но сила социума – в его численности. Как быть? А очень просто! Достаточно минимальной религии и культурной традиции, поддерживаемых шаманом и старейшинами, чтобы стадо превратилось в племя и выросло до полутора сотен (так называемое, «число Данбара»). Такова численность племен. И такова же численность современной пехотной роты, иерархия которой поддерживается, кроме командира роты, еще и командирами взводов, и комиссаром (капелланом, замполитом или армейским психологом, неважно как назвать – суть одна). Но как увеличить социум еще больше? Религия и тут пришла на выручку. Вождь договаривался с шаманом и объявлял себя наместником, а то и сыном бога. Таким образом, его ранг в иерархии поднимался вообще на недостижимую высоту. Все это мероприятие сопровождалось всякими шаманскими фокусами и внушало суеверный ужас соплеменникам. Одно дело конфликтовать просто с самым сильным воином, другое – с сыном бога. Авторитет вождя становился незыблемым. А племя получало шанс значительно увеличиться. Ни много, ни мало – на два порядка. Однако недостаточно просто запугать большое количество соплеменников. Нужно ими еще и управлять. Физически одному вождю это сделать было просто невозможно.

Возникла необходимость в передатчиках власти – чиновниках. Так возникли первенцы цивилизации, государства-дворцы. Вождь, жрецы и чиновники жили во дворце, являющемся по совместительству и храмом, и складским комплексом, и оборонительным сооружением. Внушительность размеров и убранства жилища бога, его сына (помазанника, наместника, и т. п.), а также его служителей, должны были внушать благоговейное почтение обитателям лачуг окрестных деревень и страх потенциальному агрессору. Поэтому на строительстве не экономили. Такие государства-дворцы археологи находят по всему миру, но наиболее известны – критские.

И вот тут возникает очень важный нюанс. Чиновник должен быть сносным исполнителем, выполнять волю властителя. То есть быть намного ниже по рангу, чем его начальник. Проще говоря, чиновник не должен быть слишком крут, иначе его не заставишь выполнять приказы. Однако, высокопримативный высокоранговый мужчина, например сильный воин, может не признать такого чиновника достойным отдавать ему приказы. Крутой выполняет приказы только того, кто круче него самого. И то, эту крутизну нужно еще доказать. Мы и сегодня видим, что одни люди воспринимают полицейского как представителя власти и подчиняются его требованиям, а другие воспринимают его как противника. Требования же полицейского они воспринимают как личное оскорбление, вызов самца на иерархический поединок и начинают с полицейским конфликтовать. Таким образом, в крупном социуме с системой передачи властных функций высокоранговый высокопримативный крутой самец, на котором раньше держалось выживание древнего племени и которого так любят самки, оказался источником очень серьезных проблем. И социум стал избавляться от чрезмерно крутых самцов. Они стали преступниками. По сути, стала проводиться искусственная селекция. Начался новый, еще более мощный виток естественного отбора среди людей: «кто лучше приспособится к новой системе иерархических отношений, тот и выживет». И естественного отбора среди социумов: «какой социум многочисленнее, организованнее, чья материальная культура (а значит и вооружение) совершеннее, тот и выживет».

Есть четыре способа ликвидировать противоречие между реальной ситуацией и не соответствующей ей инстинктивной прошивкой.

Проводить селекцию по признаку низкой примативности.

Проводить селекцию по признаку низкого рангового потенциала.

Противопоставить вредному инстинкту другой инстинкт.

Подстроить иерархическую и социальную структуру, а также традицию под этот инстинкт.

Все четыре способа в истории Человечества были широко реализованы в разных культурах – в различных пропорциях.

С первыми двумя способами все более-менее ясно. Тех, кто не подчиняется властителю, чиновнику или закону (высокоранговых высокопримативных) во все времена убивали, изгоняли, лишали свободы и возможности размножаться. Во все времена и во всех развивающихся социумах велась отчаянная бескомпромиссная борьба со всеми вредными инстинктами животного уровня. Носителей слишком сильных животный инстинктов, разваливающих структуру социума, а именно воров, убийц, жестко доминирующих женщин и бунтовщиков всегда изгоняли, вешали, обезглавливали, сжигали, сажали на кол, лишали гениталий и т. п.

Таким образом, в условиях цивилизации методом целенаправленной селекции снижаются средние уровни примативности и рангового потенциала составляющих общество индивидов. Однако разница в способах селекции вела к различным результатам отбора. Попросту говоря, если тупо рубить головы всем, кто выпендривается, то снижается в среднем больше ранговый потенциал, чем примативность. А если издать разумную систему правил (законов) и рубить головы только тем, кто их не соблюдает, то снижаться в среднем будет больше примативность, чем ранговый потенциал.

Противодействовать вредным проявлениям иерархического, полового и воровского инстинктов можно с помощью инстинкта самосохранения, испугав расправой. Можно столкнуть их с тем же иерархическим инстинктом, повысив до заоблачных высот статус властителя, чиновника или мужчины в семье с помощью распространения на них божественности. То есть, в иерархической системе человеческого социума появляется супердоминант – Бог, носитель сверхвозможностей и сверхвысокого ранга в иерархии. Властитель – это сын и наместник Бога на земле. Первый после Бога. Следовательно, его ранг недосягаем настолько, что претендовать на него просто немыслимо. Таким образом, достигается стабильность иерархической пирамиды.

Иерархическая структура общества под иерархический инстинкт подстраивалась методом фиксации элементов структуры. Семьи и кланы объединялись в касты. Положение же касты в иерархической пирамиде оставалось незыблемо. Таким образом, пирамида получала дополнительную стабильность, устойчивость.

Традиция также выстраивалась с учетом инстинктов и используя их на каждом шагу. Вообще, вся наша жизнь состоит практически сплошь из инстинктивных программ.

Разумеется, все это происходило стихийно, в процессе тяжелой многовековой борьбы и социума в целом, и людей, его составляющих, за хлеб насущный и место под солнцем. Для наглядности изобразим графически типичные иерархические структуры, получающиеся в результаты селекции.



Рис. 14. Эволюция и иерархические структуры сбалансированных человеческих социумов



Стадо и племя мы разобрали подробно ранее. Их иерархическая структура – пирамидальная. На рис. 14 они обозначены маленькими треугольниками. Но в структуру племени, в отличие от структуры стада, уже входит супердоминант (точка над треугольником). В обоих структурах преобладают высокоранговые высокопримативные самцы.

В растущих пирамидальных структурах в результате селекции в процессе их укрупнения в среднем снижается как ранговый потенциал, так и примативность мужской половины социума по сравнению со стадной. Племена, кланы и семьи, входящие в пирамиду, могут как свободно конкурировать друг с другом (классическая пирамида), так и быть разделены на касты с целью снижения напряженности внутри социума (кастовая пирамида). Для поддержания каждого типа пирамиды требуется специфическая религия. Типовыми примерами являются такие комбинации, как классическая пирамида – ислам и кастовая пирамида – индуизм.



Рис. 15. Состав мужской части стада и мелкого племени



Рис. 16. Состав мужской части крупного старого пирамидального социума



2.3 Античные демократии

Демократия – плохая форма правления, но ничего лучшего не придумано. Приписывается Уинстону Черчиллю
Наиболее эффективная иерархическая структура сложилась в ряде государств античной Греции. Наиболее известная из них – Афинская демократия. Эта структура не являлась строго пирамидальной и не имела полновластного верховного правителя. Основу структуры составляли свободные граждане, объединенные в семьи и кланы, обладающие собственностью, а следовательно, осознанными экономическими и политическими интересами. Религия имела менее мощную систему устрашения, чем религия пирамидальных иерархий. Интересы семей, кланов и племен представляли и защищали их главы на общем собрании (Агоре) методом убеждения и голосования. Так как главам кланов (высокоранговым мужчинам) приходилось договариваться, а не воевать в зоне прямого конфликта интересов, то в цене оказались высокоранговые низкопримативные мужчины. Это привело в большой плотности активных мужчин с рассудочным поведением, и как следствие, к небывалому расцвету науки, искусства, технологий и военного дела. Так как не пирамидальная структура не обладает стабильностью, временные разбалансировки приводили к более централизованному управлению, но демократия через некоторое время все равно восстанавливалась. Происходило это в связи с несоответствием пирамидального типа иерархии низкой примативности.



Рис. 17. Система поддержки неустойчивой не пирамидальной иерархии демократического социума



Рис. 18. Состав мужской части демократического социума



Следует также отметить изначально достаточно низкую примативность северных европейских этносов и связанную с ней предрасположенность к демократии. Дело в том, что для выживания в условиях умеренного климата необходимо и значительно более ответственное планирование, и синхронизация совместных действий активных индивидов, чем в условиях тропиков и субтропиков. Поэтому кроме искусственной селекции по признаку низкой примативности в этой климатической зоне присутствует и естественный отбор по тем же параметрам. С низкой примативностью связана также сравнительно низкая эмоциональность северян и склонность северных женщин к более партнерским, чем манипулятивным отношениям с мужчинами. Здесь просто иные критерии выживания, требующие иного поведения.



Итак, с переходом от пирамидальной структуры иерархии к демократической грибовидной и наоборот, происходит инверсия состава социума по признаку управляемости (примативности и ранговому потенциалу). Поэтому медленный переход всегда сопровождается селекцией в течение многих поколений, быстрый – массовым геноцидом.

2.4 Великая Римская империя

Не ставьте женщину между ее долгом и нарядами. Пифагор
Следующей, самой важной, вехой в истории человеческой цивилизации была Великая Римская Империя. Впитав в себя низкопримативный генофонд, переняв культуру, религию и технологии эллинов, Рим достиг небывалого могущества, создал совершенную по тем временам армию, гражданское общество, законодательство, технологии, завоевал все страны, до которых только смог дотянуться, достиг беспрецедентного уровня благополучия. И это его погубило.

Римскую Империю не спасли ни ее богатство, ни отлаженная, совершенная по тем временам военная машина, ни отлаженный как часы государственный механизм. Благополучие и безопасность породили матриархальный уклон, а традиционная религия с ним не справилась. Марк Катон Старший писал: «Везде мужи управляют женами, а мы, которые управляем всеми мужами, находимся под управлением наших жен». Самочный инстинкт римлянок не воспринимали римлян-подкаблучников как генетически полноценных самцов. А самка от слабака много детенышей заводить не будет, хоть убейся. Закон природы. В результате – демографический спад и гибель под мечами варваров. Как цезари ни призывали римлянок рожать детей, все было тщетно. Для компенсации спада численности римлян пришлось давать гражданство варварам и набирать в армию выходцев из стран потенциального противника. Жрецы древних языческих богов слишком увлеклись стяжательством и борьбой за власть. Другими словами, пошли на поводу у собственных животных инстинктов и не справились со своими прямыми обязанностями – контролем инстинктов соплеменников и противостоянием матриархальной тенденции. И как следствие, погибли вместе с согражданами. Стандартная ситуация.

Но это еще не все. Известен классический эксперимент. Подопытной собаке в мозг, в центр наслаждений вживляли электрод. Ей просто достаточно было слегка нажать на педаль, чтобы получить удовольствие. И собака нажимала на педаль до тех пор, пока не подыхала от истощения. Известен другой классический эксперимент «мышиный рай». Мышам создавали идеальные условия. Обильный качественный корм, чистота, безопасность, уютные теплые жилища. Первые поколения благоденствовали и плодились. Но спустя несколько поколений мыши уже скучали, не размножались, проявляли беспричинные приступы агрессии и в конце концов все передохли. Римляне вели себя точно так же. Купаясь в награбленных по всему античному миру богатствах, они концентрировали свою активность на смаковании удовольствий и развлечениях и теряли способность выполнять свои прямые функции – обеспечение воспроизводства и рабочего режима социума. Сотнями тысяч погибали на арене Колизея гладиаторы. Рекой лилось вино. Патриции обжирались изысканными яствами. Плебеи – бесплатным хлебом. А о безумствах и извращениях римских властителей ходят легенды и по сей день. Ни одно живое существо не рассчитано ни на постоянное неограниченное получение удовольствий, ни на абсолютное благополучие. Противоестественный режим – смертелен.

Как-то раз я бродил по Эрмитажу. «Какие-то не мужественные лица у этих римлян», – сказала тогда моя спутница, разглядывая античную коллекцию бюстов и скульптур. Чутьем самки она сквозь толщу веков безошибочно определила ослабленных благополучием подкаблучников. Точно также любой женщине одного взгляда, мельком брошенного на встречного мужчину, достаточно, чтобы определить, свободен он или под каблуком у жены. Кстати, это несложно. Я и сам потом научился. У мужчины подкаблучника затравленный вид, и в глазах читается страх.

2.5 Христианская цивилизация

Когда народ много знает, им трудно управлять. Лао Цзы
Взоры всего античного мира были прикованы к Риму. Смертельная болезнь Империи была прекрасно видна и абсолютно понятна современникам. Но особенно хорошо она наблюдалась из провинции, были видны и природа болезни, и возможные пути ее лечения, где сохранялся уклад жизни сбалансированного социума и где контактировали множество различных древних, веками опробованных культур. Не удивительно, что именно в одном из таких мест и возникло христианство. Самый эффективный из существующих компенсационных механизмов, вобравший в себя одновременно и опыт предыдущих религий, и понимание, как противостоять животным инстинктам в условиях очень высокого уровня сытости и безопасности. Настолько эффективный, что стал фундаментом, основой доселе небывалой по своему могуществу и величию христианской цивилизации. Чтобы не отвлекаться, биологический смысл основных положений христианства мы вынесли в отдельную главку. Упомянем лишь самое основное, напрямую касающееся отношений полов. Уже в самой основе христианства, в легенде о первородном грехе в самом поверхностном смысловом уровне мы ясно видим заложенное там прямое антиматриархальное содержание. Вот оно: Бог (высший разум) отдал распоряжение не рвать плод. Однако женщина (высокопримативное существо) под влиянием Змия (животной сущности, инстинкта «укради») сорвала плод. И не только сорвала, но и дала мужчине попробовать, чтобы не нести личной ответственности. Так женщины и поступают в реальной жизни, но расскажем об этом позже. Мужчина же, вместо того, чтобы принять самостоятельное решение, пошел на поводу у женщины и исполнил принятое ей и навязанное ему решение. Тем самым он взял на себя ответственность за ее инстинктивные действия. В результате и у него, и у нее, и у их потомства возникли глобальные проблемы. Самый очевидный вывод, который делал из этой легенды любой современник, наблюдающий дряблых римлян, которыми помыкали их жены: «Нельзя быть подкаблучником, потому что ответственность за несамостоятельное решение – громадна». Кроме того, одна из заповедей христианства – «не прелюбодействуй». Причем Иисус включил в понятие прелюбодеяния и помыслы о прелюбодеянии, и развод, и брак с разведенной женщиной. Таким образом осуществлялась максимальная поддержка пожизненного моногамного брака (устойчивого парного режима) и противодействие стадному сексуальному рынку. Ну и еще. На фоне демографического кризиса Рима, приведшего к его падению, в альтернативной оппозиционной религии не мог не возникнуть культ женщины-матери. Что и произошло. Как-то, гуляя по Лувру, я забрел в зал, посвященный искусству раннего христианства. Там были практически одни изображения Мадонны с младенцем. Очень показательно.

Основа христианства – свобода человека от животных инстинктов. Поэтому христианство было сначала встречено враждебно правящей верхушкой Империи, привыкшей управлять толпой, манипулируя ее животными инстинктами. И лишь когда эффективность новой религии стала очевидна (христиане не тратили свое время и ресурсы на удовлетворение животных инстинктов, а значит работали и жили лучше язычников), христианство постепенно стало доминирующей государственной религией на территории Европы.

Принципиальность католической церкви в антиматриархальном вопросе, а именно выведение ее полностью из-под женского влияния (обет безбрачия католических священников) дала изначально мощный толчок развития подконтрольным ей странам. Впоследствии святая инквизиция, проведя массовую «охоту на ведьм» и противопоставив женскому половому инстинкту инстинкт самосохранения, надолго отбила у женщин желание доминировать в обществе. Чем на несколько веков продлила жизнь европейской цивилизации. За века контроля инстинктивных программ европейцев католицизмом христианский мир успел начать научно-техническую революцию, провести мировую экспансию и взять под свой контроль полпланеты. Однако, к сожалению, католическая церковь, как и все предшествующие ей религиозные структуры, излишне увлеклась коммерческой стороной своей деятельности в ущерб основным обязанностям. Кроме того, встала на пути развития производительных сил. И как следствие, потеряла контроль над ситуацией. Это в свою очередь вызвало падение нравов и справедливое негодование паствы. Поэтому, в период Реформации XVI века католическая церковь была частично реформирована, а частично вытеснена более либеральными протестантскими конфессиями. Это еще больше ускорило экономическое развитие соответствующих стран и привело к преобразованию их иерархий в непирамидальные демократические структуры. Благо, низкопримативный генофонд был к тому времени накоплен, и состав европейских социумов позволял такой переход. В итоге уровень технологий и материальной культуры вырос настолько, что жизнь стала достаточно безопасна и сытна.

Однако к тому времени печальный опыт Рима был забыт, и протестантские конфессии формировались больше в угоду текущей политической и экономической ситуации без четкого понимания опасности освобождения инстинктов. Кроме того, они были лишены реальной власти, а значит эффективной системы устрашения. То есть, возможности противопоставить стадным животным инстинктам прихожан инстинкт самосохранения. Компенсационный механизм потерял реальную власть и стал беспомощен. Протестантское духовенство не давало обета безбрачия и стало уже подконтрольно женской части общества. Христианские заповеди больше не воспринимались также, как современниками падения Рима, как нечто очевидное. Требования традиционного христианства теперь во многом виделись как набор бессмысленных усложняющих жизнь ограничений, встающих на пути к получению удовольствий. И вот, под благородными лозунгами свободы личности, просвещения и борьбы со средневековым мракобесием культурная традиция была изменена, а животные инстинкты уровня человеческого стада выпущены из-под контроля. Довершили дело некоторые человеческие самцы, не обладающие пониманием роли религии в эволюции Человечества, но обуреваемые животным инстинктивным желанием получить наивысший ранг в ученой иерархии. Они не нашли ничего лучшего, чем для повышения собственного авторитета пнуть беззащитного теперь супердоминанта – Бога. Один из них объявил, что «Бог – умер». Другой, что «религия – опиум народа». Третий объяснил происхождение религии исключительно трусостью и невежеством древнего человека. А ее функциональное назначение представил исключительно как средство угнетения трудящихся. Попутно он нагородил столько околесицы, что потом сотни миллионов людей целое столетие расхлебывали последствия. Остальные бросились этим ученым самцам поддакивать, ломать «бессмысленные» догмы и нарушать культурные запреты. Так родились либерализм и свобода личности. То есть система освобождения инстинктов уровня животного стада. Эту тенденцию обычно называют падением нравов, морали, духовности. И с той поры чуть ли не каждый интеллектуал инстинктивно стремится выполнить ученый ритуал самоутверждения. Заявить о своем воинствующем атеизме и независимости свих животных инстинктов от нужд социума, т. н. «свободе личности». Церковь была отделена от государства и стала подвергаться регулярным нападкам со стороны «просвещенных» индивидов.

Логичным продолжением начавшейся разбалансировки европейских социумов было усиление ничем теперь не сдерживаемого доминирования женщин в обществе, вылившееся в движение суфражисток, и позднее – в феминизм. Стадный сексуальный рынок немедленно возродился и выплеснулся на улицы европейских городов разноцветьем модных женских нарядов, устанавливая культуру сексуальной провокации. Продвигая свой товар запланированного спроса – секс с помощью новейших технологий шоу-бизнеса, моды, стиля и СМИ, подчиняя себе политическую жизнь государств. Началась эра современного матриархата. Этап закономерной деградации половой и иерархической структур социума, лишенного системы противодействия животным инстинктам. Крах Римской Империи, дубль два.

2.6 Религия как система перепрошивки, видовой признак и параметр естественного отбора. Типы религий – три типа работы с инстинктами (запрет, приспособление и компенсация с помощью других инстинктов). Логика исторического процесса

Если бы Бога не было, следовало бы его выдумать. Вольтер
Видовая специфика биологического вида Хомо сапиенс состоит в том, что благодаря сильному разуму и анатомическим особенностям он способен создавать материальную культуру. То есть человек способен формировать искусственную среду обитания (ландшафт, жилища, условия сытости и безопасности и т. п.). Он, кроме того, может формировать искусственные дополнительные возможности своего организма (легко убивать, быстро передвигаться, общаться на больших расстояниях, переносить экстремальные температуры, плавать, перемещать грузы и пр.) К тому же человек способен создавать искусственные виды иерархий (производственные, государственные и т. д.).

Однако программы, прошитые в мозгу человека, формировались в естественных условиях опасной дикой природы, при отсутствии эффективного оружия, дефицита ресурсов и в стадной иерархии. Они предназначены для управления человеческим существом только в тех условиях, в которых формировались. И никак не предназначены для жизни в искусственно созданных условиях. Поэтому они требовали коррекции. Но эволюционного времени на естественное изменение этих программ не было. Поэтому потребовалось создание искусственного механизма приспособления человека к искусственной среде обитания, иерархии и собственным экстравозможностям. Поэтому люди были вынуждены создавать религии. Однако каждая религия способна служить таким адаптационным механизмом лишь в узком диапазоне условий, в которых создавалась. При значительном изменении условий она теряет эффективность.



Внимание, важное определение!
Религия – есть набор верований, правил и ритуалов, созданных в качестве противовеса животным инстинктам человека (т. н. страстям). Служит она для адаптации поведения и состояния человека к противоестественной для его биологической организации условиям крупного социума, сытости и безопасности. В качестве супердоминанта для давления на мотивацию человека через его иерархический инстинкт религия использует образ бога (богов).


Одной из основных функций (величайшей функцией, если быть точным) религии является противодействие чрезмерному доминированию женщин в противоестественных для существования живого существа условиях сытости и безопасности.

С религией тесно связана культурная традиция, позже закрепленная в виде законов, дополняющих и дублирующих функции религии. Обычно закон и традиция берут на себя регламентирующую и карательную функцию, а религия – текущую повседневную, в том числе индивидуальную психологическую работу с людьми.

Религия дает отдельным людям набор правил и алгоритм поведения, необходимые для поддержания эффективности общества в целом, а также эффективности индивида внутри общества.

У биологического вида Человек разумный с укрупнением племен и появлением материальной культуры естественный отбор пошел по принципиально новому пути. Основным параметром селекции стала способность компенсировать вредные в новых условиях инстинкты уровня животного стада. Главным образом, такой компенсационный механизм, как религия и традиция. У какого социума религия эффективней приводила поведение людей в соответствие с нуждами общества, тот социум и выживал в конкурентной борьбе с соседями.

Без религии, нейтрализующей первобытные животные инстинкты индивида, общество существовать не может, быстро деградирует и распадается на пирамидальные первобытные иерархии. Поэтому любой желающий выжить социум бережно хранит свою религию и традиции. Способ нейтрализации животных инстинктов, который уже доказал свою работоспособность, является гарантией жизнеспособности.