— Я полагаю, нам следует удалиться, — тихо, но настойчиво сказал Меридит.
— Садитесь, — предложил Банура с сильным африканским акцентом, показывая на импровизированный диван, образованный из двух ящиков и двух старых офисных стульев.
— О нет! — сказал Рикс и сделал два шага вперед; отступать он не намеревался. — Мы ведь только начали понимать друг друга.
Дуэйн сел.
Меридит схватил генерала за руку, но тот быстро высвободился.
— Зачем ты пришел с пистолетом? — спросил Банура, стоя спиной к Дуэйну. — Думаешь, он тебе понадобится?
— Я много слышал о тебе, парень, — спокойно сказал Маквайр. — Ты был арестован на так называемом марше мира, и твое лицо появилось в газетах. Что ж, позволь кое-что сказать. Твой отец — патриот, и если бы не такие люди, как он, мы бы ползали сейчас перед русскими на коленях и умоляли не рубить нам головы! Для того чтобы создавать оружие сдерживания, требуется больше мозгов, чем для того, чтобы маршировать на парадах хиппи! Хоть ты и остриг волосы, но ума у тебя от этого не прибавилось! — Он взглянул на Маргарет. — Прошу прощения за срыв, мэм. Всего хорошего. — Он коснулся рукой фуражки и быстро вышел из комнаты вслед за Меридитом.
— О чем ты?
Рикс пошел было за ними, готовый продолжить спор, но Маргарет сказала: «Не смей!» — и он остановился у двери.
— О пистолете, который у тебя в правом кармане. Я не собираюсь у тебя ничего отнимать. И ты не намерен ничего отнимать у меня. Это было бы глупо.
Она надвинулась на него, как грозовая туча.
— Да-да, конечно, — кивнул Дуэйн. — Просто я по натуре осторожный, понимаешь?
— Я вижу, ты гордый, — проскрежетала она. — Чувствуешь себя властелином мира! Ты что, сошел с ума?
Банура разложил лупы, готовясь к работе, и щелкнул выключателем. Стало еще светлее.
— Я просто выразил свое мнение.
— Давайте показывайте, что у вас.
— Тогда упаси нас бог от твоих мнений! Я думала, что научила тебя хорошим манерам!
Джан достала из сумочки мешочек. Дуэйн выудил из штанов свой и бросил его Джан. Она протянула оба мешочка Бануре. Тот аккуратно развязал их и высыпал содержимое на черный бархат. Внимательно изучил несколько камней. Каждый клал под яркий свет и рассматривал в лупу.
Рикс не сдержал короткий и резкий смешок.
— Ты уже просек, что товар стоящий? — спросил Дуэйн.
— Манерам? — недоверчиво переспросил он. — Боже мой!
— Да, — отозвался Банура.
Есть ли у тебя под белым шелком и бриллиантовыми ожерельями душа? Этот мерзавец разгуливает здесь с очередной машиной для убийства, о которой мечтает мой отец!
— И что скажешь?
— Я думаю, молодой человек, вам лучше уйти в свою комнату, — холодно сказала Маргарет.
— Подожди, пожалуйста.
В горле у Рикса застрял сдавленный крик. Неужели она не понимает? Неужели никто, кроме него, этого не понимает? Никакое количество одежды, мебели, еды или дорогих автомобилей не может изменить того простого и ужасного факта, что Эшеры сеют смерть!
— Дуэйн, не мешай человеку работать, — сказала Джан.
— Успокойся, — сказал он. — Я сейчас уйду отсюда, к дьяволу!
Банура закончил рассматривать последний камень и медленно поднял голову.
Он повернулся и вышел из комнаты. В спину ему летели крики.
— Хороший товар.
— Отличный! — воскликнул Дуэйн.
На середине лестницы он понял: началось. Боль поднялась по шее и застучала в висках. Восприятие цвета и звука начало обостряться. Рикс зашатался и был вынужден схватиться за перила. Он знал, что приступ будет сильным, но куда спрятаться? Биение сердца оглушало. В мозгу мельтешили размытые образы: истощенный отец, умирающий в Тихой комнате, открытая и ведущая в темноту дверь Лоджии, блестящий серебряный круг с мордой ревущего льва, медленно качающийся в дверном проеме скелет с кровавыми глазницами, плавающие в красной воде волосы Сандры, искаженное лицо Буна, его голос: «Никак, обмочился?»
— Откуда они у вас? Мне просто любопытно.
Кости у Рикса ломило так, будто они вышли из суставов.
— Ладно тебе, парень, давай не будем обсуждать, — проговорил Дуэйн с раздражением. — Это ведь не обязательно.
Он карабкался по лестнице, направляясь в Тихую комнату Кэт. Перила жгли кожу на ладонях.
— Да, — согласился Банура. — Иногда даже лучше не знать. Главное — качество товара. А оно у вас в полном порядке. К тому же камней много.
В спальне Кэт Рикс рывком распахнул дверцы большого гардероба. Внутри на металлических плечиках висела одежда, а на полках стояли сотни пар обуви. Он отшвырнул одежду от задней стенки. Боль усилилась, Рикса почти ослепило буйство красок. Он бешено шарил по стене. На лице выступил пот.
— И сколько, по-вашему, они стоят? — спросила Джан.
Пальцы сжали маленькую ручку, и он яростно дернул, моля, чтобы дверь не была заперта.
Банура внимательно посмотрел на нее.
— Готов предложить вам шесть.
Она открылась, и Рикс протиснулся в помещение размером с гроб. Стены и пол тут были покрыты толстым слоем пористой резины. Когда Рикс закрыл дверь, все звуки — грохот воды, текущей по трубам, свист и стоны ветра на улице, артиллерийская канонада тикающих часов — заметно притихли. Но от шума собственного сердца и дыхания он убежать не мог. Рикс застонал, зажал уши и свернулся тугим калачиком на полу.
Джан прищурилась.
Приступ усиливался. Под одеждой кожу покалывало, она покрылась потом.
— Я не поняла.
И к ужасу Рикса, под дверью прочертилась серебристая полоска. При обычных обстоятельствах увидеть ее было бы невозможно, но для Рикса она пульсировала, как ослепительный неоновый свет. Его жар опалил ему лицо. Серебряный луч превращался в лезвие меча, тянулся по полу, становясь все ярче и острее.
— Миллионов? — уточнил Дуэйн.
Рикс отвернулся, и в лицо ему с силой ударило ярко-красное сияние, похожее на свечение инфракрасной лампы. Свет отражался от предмета, стоявшего на полке прямо над его головой. Он протянул руку и нащупал затычки для ушей, бархатную маску с резинкой и маленькую металлическую коробку. Свет нагревал ее угол, и тот сиял, как новая звезда. Рикс натянул маску на глаза; он ждал, весь дрожа, усилится приступ или ослабнет.
Банура кивнул.
Сквозь стук сердца пробивался какой-то ужасный булькающий звук. Рикс не сразу догадался, что это такое. Звук становился все громче, и Рикс наконец понял.
— Мне кажется, это более чем достаточно.
Джан не ожидала, что будет предложена такая сумма. Шесть миллионов долларов. Она думала: ну два миллиона, самое большее — три. Дуэйн встал, стараясь подавить волнение.
Из Тихой комнаты несся безжалостный смех отца.
Рикс скорчился в тяжком приступе, и, когда он вскрикнул, голова у него едва не раскололась.
— Так это же мое счастливое число! — Он шлепнул себя по заднице, где была татуировка. — Мы согласны, не будем даже обсуждать.
— Да, мы согласны, — повторила Джан.
Глава 30
— Нью… — Голос был мягким, как черный бархат. Он настиг мальчика, когда тот спал, и теперь деликатно проникал в сознание. — Иди домой…
Банура повернулся к бриллиантам. Брал наугад один камень, другой и внимательно изучал.
Закутавшись в тонкое одеяло, Нью беспокойно ворочался на кровати.
— Качество у всех одинаковое.
— Иди домой…
Дуэйн не смог сдержать радостного смеха.
Из Лоджии сочился свет, золотыми полосками мерцал на поверхности озера. Ночь была теплой, в саду благоухали розы. Нью стоял на берегу озера, у края моста, и наблюдал за фигурами, двигающимися в залитых светом окнах. Легкий ночной ветер доносил тихую музыку. Целый оркестр играл среди прочих и танцевальную мелодию, которую любил слушать по местному радио его папа.
— И как с деньгами?
— Иди домой…
— Ну, вы понимаете, такие суммы я здесь не держу, — хмуро проговорил Банура, не отрывая взгляда от драгоценностей. — Мне нужно время, чтобы подготовить деньги. Пока забирайте свой товар, встретимся позднее. Здесь. И поскольку сумма большая, со мной будет помощник. А ты, — он посмотрел на Дуэйна, — с оружием больше не приходи.
Нью повернул голову. Музыка стала тише. Лоджия звала его. Прекрасная, волшебная, фантастическая Лоджия ждала: он был ей нужен. Он моргнул, пытаясь восстановить в памяти то, кажется, плохое, что говорила мама про Лоджию Эшеров. Вспомнить, однако, так и не смог, и мысли его плавно перешли на другое.
— Нет проблем, нет проблем, — закивал Дуэйн. — Я уверен: ты сделаешь все честно.
Банура взглянул на часы. Джан заметила, что они дешевые.
По камням зацокали копыта. Через мост ехала карета, запряженная четверкой белых лошадей. Кучер, одетый в длинное черное пальто и цилиндр, щелкал над лошадьми кнутом, чтобы они держали шаг.
— Приезжайте в два.
— Но мы хотим, чтобы ты расплатился с нами наличными, — сказал Дуэйн. — Никаких чеков.
— Добрый вечер, — сказал кучер. Он был в белых перчатках, а из ленты цилиндра торчало трепещущее перо. — Вас ждут, мастер Ньюлан.
Банура вздохнул.
— Меня… ждут?..
— Извините, — произнесла Джан. — Сами понимаете… мы немного взволнованы.
Ведь он знал, что спит в своей хибарке на горе Бриатоп.
— Разумеется.
Но все выглядело реально. Он дотронулся до моста и почувствовал шероховатость камня. Кучер смотрел на него, как старый друг.
Банура собрал камни и ссыпал в один мешочек, куда они легко поместились.
Нью осознал, что на нем то, в чем он лег в постель: длинная шерстяная пижама и отцовская фланелевая рубашка.
— Порядок?
— Лендлорд ждет, мастер Ньюлан. Он желает лично поприветствовать вас, — терпеливо сказал кучер.
— Да, — ответила Джан.
Нью покачал головой.
Он протянул ей мешочек, и она успела взять его прежде, чем до него смог дотянуться Дуэйн.
— Я… не понимаю.
— Значит, в два часа.
— Залезай, — сказал кучер. — Мы празднуем твой приход домой, которого давно ждали.
Банура проводил их по лестнице к двери, посмотрел в «глазок» и отодвинул засов.
— Но… Лоджия — это не мой дом. Я… живу на горе Бриатоп. В хибаре, вместе с мамой. Я единственный мужчина в доме.
— До встречи. И прошу вас, приезжайте без оружия. У меня его тоже не будет.
— Мы все знаем. Это не важно. — Кучер махнул рукой с хлыстом в направлении Лоджии. — Если пожелаешь, она станет твоим новым домом. Больше не придется жить на горе.
Они направились к машине.
Лендлорд хочет, чтобы тебе было удобно, чтобы у тебя было все, чего душа пожелает.
— Ты просекаешь? — воскликнул Дуэйн, не скрывая восторга. — Шесть «лимонов». Невероятно. — Он обнял Джан. — Ради этого стоило стараться. Стоило.
— Лендлорд? Кто это?
— Лендлорд, — повторил кучер. С его лица не сходила улыбка. — О, ты ведь знаешь, мастер Ньюлан, кто такой лендлорд. Пойдем, он ждет. Разве ты не хочешь присоединиться к нам?
Она улыбнулась.
Дверца кареты, щелкнув, распахнулась. Внутри были обитые красным бархатом мягкие сиденья.
Такая сумма не укладывалась в голове.
Нью приблизился к карете, провел пальцами по черному лаку и почувствовал утреннюю росу. «Я же сплю, — подумал он. — Это всего лишь сон!» Он посмотрел назад, на темную громаду Бриатопа, потом на сверкающую Лоджию.
— Хочешь править? — спросил кучер. — Давай помогу взобраться. Лошади послушные.
Сев за свой верстак, Банура достал мобильник и набрал номер.
Нью колебался. В Лоджии живет кто-то плохой, говорила мама. Он таится там в темноте. Мальчик вспомнил Короля Горы и его предостережение: обходить стороной Лоджию. Но сейчас она не была темной, и это был сон. Он спал на своей кровати, в полной безопасности. Кучер протянул руку:
— Слушаю, — раздалось в трубке после первого гудка.
— Позволь помогу тебе.
— Это они, — сказал Банура.
«Что в этом огромном доме? — размышлял Нью. — Ведь если я войду туда во сне, чтобы просто посмотреть, наверное, ничего не случится?»
— Когда?
— В два.
Оркестр заиграл громче, а потом музыка стихла.
— Это верно, — согласился кучер, хотя Нью вроде бы ничего не говорил вслух.
— Спасибо, — произнес Оскар Файн.
Нью ухватился за руку кучера, тот аккуратно подтянул его вверх и дал вожжи.
— Лендлорд будет рад, мастер Ньюлан. Вот увидите.
— Хей! — Нью щелкнул поводьями.
Глава тридцать седьмая
Лошади тронулись, развернули карету. Они поехали через мост. Копыта стучали по камням. Кучер мягко положил руку на плечо мальчику.
— Либо вы действительно убили свою жену, либо вас кто-то жестоко подставил, — сказала Натали Бондуран.
Я поерзал в кресле.
Мост перед Нью начал вдруг вытягиваться и настолько удлинился, что Лоджия скрылась вдали. Чтобы добраться до парадного входа, им предстояло проехать длинную дорогу, может, милю, а то и больше. Но все в порядке, решил Нью. Это сон, а он в безопасности на горе Бриатоп. Рука кучера одобрительно сжала его плечо. «Лоджия — это не зло, — подумал Нью, — а прекрасный дворец, полный света и жизни. Моя мать, вероятно, соврала насчет Лоджии, а тот сумасшедший старикашка на вершине горы давно выжил из ума. Как Лоджия может быть злом? — спрашивал он себя. — Это прекрасное волшебное место, и если захочу, я смогу там жить…»
— Да не убивал я ее, не убивал. Честное слово. Зачем мне это надо? Я понятия не имею, что с ней случилось.
— Вы правы, — согласилась Натали. — Ваша жена, вероятно, жива, но с ней что-то случилось.
— Вечно, — закончил за него кучер и улыбнулся.
Я рассказал адвокату все по порядку, даже о встречах с Элмонтом Себастьяном. Натали слушала, закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла. Насчет Себастьяна заметила, что это маловероятно.
Копыта мерно отбивали успокаивающую мелодию. Длиннющий мост продолжал вытягиваться, а в его конце стояла залитая ярким светом Лоджия, которая звала Нью и нуждалась в нем.
— Почему? — спросил я.
— Быстрее, — потребовал кучер.
— Не его стиль. Из того, что вы мне рассказали, я поняла, что Элмонт Себастьян человек прямого действия. Вначале он пытался вас подкупить. Предложил работу. Когда вы отказались, стал запугивать. Даже намекнул на ребенка.
Лошади пустились вскачь. Нью ухмылялся, в ушах свистел ветер.
— Верно, — кивнул я.
И тут будто с большого расстояния донесся крик:
— Так что он тут ни при чем.
— Нет!
Она открыла глаза и подалась вперед.
Нью моргнул. Внезапно его пробрал ледяной холод.
— Давайте перечислим странные моменты. Первый: билеты в парк «Пять вершин». По Интернету был заказан один детский билет и один взрослый, верно?
Кучер щелкнул кнутом.
— Да.
— Быстрее, — велел он. — Быстрее!
— Второй: никто не видел Джан с тех пор, как вы отъехали от магазина в Лейк-Джордже. Третий: она не была с вами, когда вы забирали сына у родителей. Четвертый: Джан сообщила владельцу магазина, будто не знает, куда и зачем вы ее везете.
Нью прислушивался. Он дрожал, и что-то было не так. Лошади бежали чересчур быстро, рука кучера крепко сжимала плечо мальчика, и тут в его сознание прорвался голос. Да с такой силой, что, казалось, ударил прямо в лоб:
Я кивнул.
— НЕТ!
— И Дакуэрт вам сказал правду, — продолжила Натали Бондуран. — Полицейские эксперты действительно обнаружили в багажнике вашей машины волосы и следы крови, а также чек на недавнюю покупку клейкой ленты, которая вам понадобилась, чтобы залепить жене рот.
Нью дернулся, его голова запрокинулась. Лошади встали на дыбы, поводья натянулись — кони искривились, изменили свои очертания и растаяли как дым. Кучер рядом с ним развалился на кусочки, похожие на черных ос, которые носились вокруг мальчика, пока тоже не исчезли. И сама карета изменила форму: в следующее мгновение Нью с удивлением обнаружил, что сидит в пикапе, а его руки лежат на руле.
— Я не покупал клейкую ленту!
Мотор был заведен, горели фары. Нью, в той же одежде, в какой ложился спать, окончательно перестал понимать, что происходит. Оглянувшись, он заметил, что отъехал от дома ярдов на пятьдесят. В свете фар, хромая, появился Король Горы.
— Значит, ее купил кто-то другой. И догадайтесь, что полицейские обнаружили в вашем ноутбуке?
Его единственный глаз сверкал, как изумруд. Свою трость он вытянул вперед, как меч, и, несмотря на то что губы старика не двигались, Нью услышал в своей голове голос: «Нет!
— Не знаю.
Ты не уедешь! Я не пущу тебя туда!»
— Оказывается, вы посещали сайты, где давались советы, как избавиться от трупа.
— Откуда вам известно?
Мотор продолжал работать, и Нью увидел, что все еще жмет на акселератор. Но машина не двигалась. Он убрал ногу с газа, и машина, яростно задрожав, со стуком заглохла.
— Перед вашим приездом я беседовала с детективом Дакуэртом. Он мне все откровенно рассказал.
— Нью? — Это был голос матери, она звала его из дома. Затем ее голос панически надломился. — Нью, иди домой! — Она побежала к пикапу, борясь с порывами холодного ветра.
— Какая дикость! — возмутился я. — Мне никогда не приходило в голову интересоваться подобным.
Король Горы твердо стоял на ногах, а его пальто развевалось на ветру. На тощей шее вздулись вены, а взгляд с яростной решимостью был направлен на Нью.
— Я сказала Дакуэрту, что слишком уж это все подозрительно. Неужели он не понимает, что вас подставили? Но детектив упирается. Для копов чем очевиднее дело, тем лучше. И опять же страховка жизни вашей жены, которую вы недавно оформили.
«О боже, — подумал Нью. — Я бы так и ехал вниз, прямо до Лоджии. Это был не сон… это был совсем не сон…»
— Что, и об этом они знают?
Он открыл дверь и начал вылезать из пикапа.
— Дакуэрт молодец, работает на совесть. Как видите, раскопал. Так что это за страховка?
И тут, выскочив на освещенное пространство, на Короля Горы со стороны его слепого глаза напала черная тень.
— Джан предложила. Настаивала, и я согласился.
— Берегись! — закричал Нью.
— Значит, предложила, говорите.
Но было поздно. Старик почувствовал движение и попытался обернуться, однако черная пантера была уже на нем.
— Да.
Она вцепилась когтями в плечо и повалила Короля Горы на землю. Его трость пролетела мимо Нью и упала в грязь. Жадная Утроба впилась в шею Короля Горы сзади. Глаза монстра сверкали в свете фар, как две луны.
— И до вас пока не доходит, верно?
Нью выпрыгнул из грузовика. Старик кричал, а Жадная Утроба рвала ему спину. В воздух летели брызги крови. Нью оглянулся в поисках оружия — палки, камня, да хоть чего-нибудь — и в нескольких футах от себя увидел сучковатый посох. Когда Нью поднял палку, его словно током ударило. Он побежал к пантере, которая отпустила Короля Горы и поднялась на задние лапы. Змеиный хвост угрожающе шелестел по земле.
Нью сделал ложный выпад, Жадная Утроба прыгнула на него и промахнулась. Нью отскочил в сторону и изо всех сил стукнул Жадную Утробу по треугольному черепу.
— Что я по уши в дерьме?
Из палки вырвалось синее пламя, раздался такой звук, что у него заложило уши. Он почувствовал запах паленой шерсти.
Адвокат покачала головой.
Жадная Утроба закружилась на месте, хватая когтями пустой воздух. На голове зверя, там, где ударил посох, появилась кровоточащая рана.
— Дэвид, вы хорошо знаете свою жену?
По посоху бегали голубые искорки, он жег руку Нью. Не успел мальчик прийти в себя и нанести новый удар, как Жадная Утроба прыгнула в густую листву. Нью слышал, как она ломится через чащу, а затем все стихло.
— Разумеется, хорошо, ведь мы прожили пять с лишним лет.
Когда Майра подошла к сыну, Нью склонился над Королем Горы. Вся спина старика была изранена, а кое-где пантера содрала мясо до костей. Сзади на шее остались глубокие отметины от клыков, которые сильно кровоточили.
— Однако вам неизвестны ее настоящие имя и фамилия. Совершенно очевидно, что она не Джан Ричлер, потому что та умерла в возрасте пяти лет.
— Боже милостивый! — вскрикнула Майра, увидев раны.
— Но этому должно быть какое-то объяснение.
— Да. Но как вы можете при таких обстоятельствах заявлять, будто хорошо знаете свою жену?
Король Горы застонал. Майра не могла поверить, что тот, кого так сильно порвал зверь, еще жив.
— Мама, — властно сказал Нью, — мы должны ему помочь!
Я задумался.
Иначе он умрет!
— Дакуэрт должен был проверить в ФБР. Может, она проходит по программе защиты свидетелей.
— Мы ничего не можем сделать. С ним все кончено. Послушай, он едва дышит!
— И он проверил?
Она огляделась, боясь, что пантера вернется, и попятилась от старика.
— Не знаю. Мне кажется, он уже тогда не верил ни единому моему слову.
— В Фокстоне есть клиника, — сказал Нью.
— А как вы объясните факт, что никто, кроме вас, не замечал депрессии вашей жены?
Она покачала головой.
— Вероятно, только со мной она вела себя совершенно искренне.
— Он умирает. Невозможно выжить с такими ранами.
— Искренне? — удивилась Натали. — И это вы говорите о женщине, которая скрывала от вас, кто она на самом деле такая?
Нью выпрямился в полный рост.
Я промолчал.
— Помоги положить его в кузов пикапа.
— А если эта депрессия была розыгрышем? — спросила адвокат.
— Нет! Я не притронусь к нему!
Я пожал плечами.
— Мама! — твердо сказал мальчик. Он хотел, чтобы мать перестала пятиться, готовая вот-вот сорваться и побежать. — Не уходи. — Он сказал это так резко, что женщина вздрогнула.
— Что, если это представление предназначалось лишь для вас?
Майра подчинилась. Она стояла неподвижно, полуоткрыв рот, с блуждающим взглядом. Мать походила на статую, и лишь темные волосы развевались на ветру.
Я вздохнул.
— Помоги мне положить его в кузов грузовика. — Нью опустил борт машины. — Бери его за руки, а я возьму ноги.
— О ФБР и программе защиты свидетелей забудьте. Эта организация не станет усложнять себе жизнь, давая свидетелям имена и фамилии детей, умерших в раннем возрасте. К вашему сведению, они придумывают их на ходу. Сотрудник берет чистый бланк документа и вписывает фамилию и имя, какие вы захотите. Хочет женщина стать Сьюзи Чизкейк? Нет проблем. Ей сделают документы на Сьюзи Чизкейк. Так вот, мне интересно, где добыла ваша жена свидетельство о рождении?
Она все еще колебалась.
— Меня другое мучает, — признался я. — Зачем ей это понадобилось?
— Давай, — сказал он и опять услышал и почувствовал в своем голосе ледяную силу.
— Дэвид, я бы не удивилась, если бы выяснилось, что как раз в данный момент в полиции оформляют ордер на ваш арест. Тот факт, что труп Лианн Ковальски обнаружен всего в паре миль от места, где вас видели с женой в пятницу, заставляет их торопиться. Им не хватало мертвеца — так вот он, пожалуйста. И не думайте, что они утихомирятся, выяснив, что это не ваша жена. Они наверняка решили, что Лианн стала невольной свидетельницей убийства Джан и вам пришлось ее тоже убрать. Теперь им даже не нужно искать труп вашей жены. Они сфабрикуют на вас дело и с Лианн Ковальски. А что, вы хорошо поработали, чтобы надежно спрятать Джан, а вот с Лианн поторопились — видимо, запаниковали. На их месте я бы рассуждала именно так.
Майра подняла Короля Горы за туловище, а Нью держал его ноги. Старик был немногим тяжелее большого полена. Вместе они погрузили его в кузов. Майра, которая, казалось, впала в какой-то транс, уставилась на кровь на своих руках.
— Но я не убивал Лианн Ковальски!
— Нужны одеяла. Не принесешь из дома пару?
Натали устало махнула рукой.
Она моргнула, вытерла руки о бока и покачала головой.
— Нет… не хочу… чтобы мои хорошие одеяла были в крови.
— Вы основательно влипли, Дэвид. И только один человек мог все это так ловко устроить.
— Иди и принеси! — сказал Нью. — Скорее!
Моя голова неожиданно отяжелела. Я с трудом ее поднял и посмотрел на Натали.
В его зеленых глазах полыхала ярость. Майра хотела еще что-то возразить, но слова застряли в горле. «Одеяла», — подумала она. Внезапно показалось, что принести из хибары одеяла и накрыть ими старика — это ее единственное предназначение. Она не могла думать ни о чем больше. Во всем мире для нее были важны теперь только одеяла.
— Джан?
— Быстрее, — поторопил Нью.
— Вот именно. Она заказывала билеты в парк «Пять вершин». Накормила вас одного историей о своей депрессии. Зачем? А затем, чтобы вы, когда придет время, рассказали об этом копам и сразу же навлекли на себя подозрение. Кто, кроме нее, имел доступ к вашему ноутбуку, чтобы оставить там следы посещения сайтов с советами, как избавляться от трупов? Кто мог бы подложить свои волосы и капнуть кровью в багажник вашего автомобиля? Кто заходил в магазин в Лейк-Джордже и неожиданно признался владельцу, будто понятия не имеет, куда и зачем везет ее муж в лес? Кто уговорил вас оформить для нее страховку, чтобы вы в случае ее смерти получили триста тысяч?
Я молчал.
Она побежала.
— Кто скрывал свою настоящую фамилию? — продолжила Натали. — Кто стащил свидетельство о рождении ребенка, погибшего под колесами машины много лет назад?
Нью потер пульсирующую на левом виске, прямо над ухом, жилку. Все его тело напряглось. Он сформировал в своем сознании образ матери, выполняющей его требование. Точно так же мальчик строил сверкающую голубую стену из камней, которая защищала его от Жадной Утробы. После короткой заминки мать подчинилась его мысленным командам.
Я почувствовал, как подо мной качается пол.
— Кто же, черт возьми, на самом деле ваша жена, и что вы ей такого сделали, что она решила посадить вас за убийство?
— Я ей ничего плохого не сделал.
Он понял, что это другой элемент магии, которая открылась ему в той яме с ножом. Он мысленно командовал матерью, и это было так же просто, как пугать воробьев, зная, что они улетят.
Натали Бондуран кивнула.
Какая бы магия в нем ни была — белая или черная, — она становилась все сильнее.
— Все равно за всем этим что-то кроется.
— Но почему она так поступила? — воскликнул я. — Если Джан меня разлюбила, можно было мирно разойтись. Сказала бы мне, что все кончено, и ушла. Зачем надо было городить все это?
«Пантера оторвала бы старику голову, если бы я не напал на нее с палкой», — подумал он.
— А затем, — сказала Натали, — что просто уйти для нее было недостаточно. Она не хотела, чтобы ее искали. Не хотела, чтобы кто-то знал, что она жива. А мертвеца искать никто не станет.
Нью поднял посох и внимательно осмотрел. От него пахло серой. Что это за палка, выглядевшая как старый сук на краю дороги, но способная извергать огонь?
— Но я все равно бы стал ее искать. Она это знала.
Настоящее волшебство. В нем была магия, и в Короле Горы тоже. В Жадной Утробе, в Страшиле, да и в Лоджии тоже была магия, но другой природы. Его сон был таким реальным! Если бы его не прервали, мог ли он, как кучер в черном, проехать по длинному мосту на пикапе до самой Лоджии?
— Вот-вот. Но наверное, вам было бы трудно искать, сидя в тюремной камере. А копы, засадив вас, закроют дело. Зачем им разыскивать труп? А ваша Джан тем временем отправится куда-то начинать новую жизнь.
Король Горы зашевелился.
Я сидел потрясенный, не в силах пошевелиться в кожаном кресле.
— Нью, — хрипло прошептал он. Старик говорил с трудом, его израненная голова лежала в луже крови. — Не… дай им победить… — Его слабый голос сорвался, а единственный глаз стал невидящим.
— Невозможно поверить, что она все так устроила. Неужели Джан намеренно уговорила меня взять ее с собой в поездку в Лейк-Джордж в пятницу?
Прибежала Майра, держа в руках три тонких одеяла.
Натали пожала плечами.
В сознание мальчика снова проникал шелковый голос. Он шел из ниоткуда и отовсюду и звучал громче, чем когда-либо раньше, более уверенно и с большей настойчивостью.
— Не знаю. А кто, интересно, увез коляску с Итаном в парке? Это же был отвлекающий маневр. И как во все это вписывается Лианн Ковальски? Пока не ясно. Но теперь я совершенно убеждена, что за всем стоит ваша жена. Она решила сбежать и сделала вас своим прикрытием, козлом отпущения. Потому что вы для нее лопух, простофиля. И надо отдать вашей жене должное, она проявила большую изобретательность, действовала талантливо. Предусмотрела все, не оставила ни одного пустого места.
— Иди домой…
— Но почему она так со мной поступила? — прошептал я. — И с Итаном тоже?
Нью знал, что кто-то из Лоджии пытается им управлять. Точно так же, как он только что с легкостью заставил мать сходить за одеялами.
Натали смотрела на меня, скрестив руки на груди.
— Иди домой…
— Наверное, потому, что вы для нее значили не больше, чем песок под ногами.
Он взял у Майры одеяла и накрыл ими старика. Ее задание было выполнено, и она освободилась. В полном ошеломлении она попятилась назад. Нью положил палку рядом со стариком и закрыл борт грузовичка.
— Садись в машину, мама. Мы едем вниз.