— Разве? Наверное.



— Конечно, нравится.



— Скорее всего. Приятно, когда копаешь, копаешь и в конце концов начинаешь что-то понимать. Но так бывает не всегда.

81 Декабрь 12 1913. В Исправленном Черновике: Игра Тайны. Первая ночь (стр. 34). Далее в Черной Книге 2: \"Прошлая битва была битвой с презрением. Видение из-за которого я не спал 3 ночи и три дня пытки уподобило меня аптекарю G. Keller (от начала до конца). Я знаю и я подтверждаю этот стиль. Я научился тому что надо отдавать сердце людям, но интеллект — духу человечества, Богу. Тогда Его работа может быть выше суеты, так как нет более лицемерной шлюхи чем интеллект когда он заменяет сердце\" (стр. 41). Gottfried Keller (1819–1890) был швейцарским писателем. См. \"Der Apotheker von Chamounix: Ein Buch Romanzen,\" в Gottfried Keller, Gesatmnelte Gedichte: Erz&hlungen aus dent Nachlass (Zurich: Artemis Verlag, 1984), стр. 351–417.

Мы уже добрались до десерта — какого-то липкого пирога с медом, слишком сладкого на мой вкус, я его даже не доел. Официантка принесла нам марокканский кофе — это примерно то же самое, что и турецкий, очень густой и горький, с гущей, которая занимает треть чашки.

82 Далее в Черновике: \"Карлик одетый полностью в кожу стоял перед этим, напоминая о входе\" (стр. 48).

Далее в Исправленном Черновике: \"Камень должен быть покорен, это камень мучения, красного света\" (стр. 35). В Исправленном Черновике: \"Это шестигранный кристалл который испускает холодный, красноватый свет\" (стр. 35). Albrecht Dieterich ссылается на представление преисподней в Лягушках Аристофана (которое он пон имал как Орфический источник) как имеющей большое озеро и место со змеями (Nekyia: Beitrage zur Erklcirung der neuentdeckten Petrusapokalypse [Leipzig: Teubner, 1893], p. 71). Юнг подчеркнул эти мысли в своей копии. Dieterich ссылался на его описание снова на стр 83, которое Юнг отметил скраю, и подчеркнул \"Темнота и Грязь\" Dieterich также ссылался на Орфическое предствавление потока грязи в преисподней (стр. 81). В списке ссылок в конце его копии, Юнг отметил, \"81 Грязь.\"

— Я сегодня хорошо поработал, — сказал я. — Это приятно. Но я занимаюсь не тем делом, которое мне поручено.

Далее в Черной Книге: \"Эта черная дыра — Я хочу знать куда она ведет и о чем это говорит? Оракул? Это место Питии?\" (стр. 43).

— А ты не можешь заниматься сразу двумя делами?

— Наверное, могу, но за расследование по поводу этого паскудного фильма мне никто не платит. Предполагается, что я выясняю, убил Ричард Термен свою жену или нет.

Юнг рассказал об этом эпизоде на семинаре в 1925, отмечая другие детали. Он сказал: \"Когда я вышел из фантазии, я понял что мой механизм работал удивительно хорошо, но я был в великом замешательстве относительно тех вещей которые я видел. Свет в пещере от кристалла был, я думаю, как камень мудрости. Тайный убийца героя чего я не понимал совсем. Я конечно знал что жук был древним символом солнца, заходящего солнца, светящегося красным диском было архетипично. Змеи я думал дожны были быть связаны с Египетским материалом. Я не мог тогда представить что это было так архитипично, мне не нужно было искать связей. Я был способен связать картину с морем крои о котором я перед этим фантазировал. / Хотя я не мог тогда схватить значимость убитого героя, вскоре у меня был сон в котором Зихфрид был убит мной. Это был случай разрушения героя идеала моей эффективности. Этим надо было пожертвовать чтобы могла быть сделана новая адаптация; короче, это связано с пожертвованием высшей функции чтобы получить либидо необходимое чтобы активизировать низшие функции\" (Аналитическая Психология, стр. 48). (Убийство Зигфрида происходит ниже в гл. 7.) Юнг также анонимно цитировал и обсуждал эту фантазию в его лекции ETH в июне 14,1935 (Современная психология, vols. 1. and 2, стр. 223).

В Исправленном Черновике, \"наука\" удалено (стр. 37).

— А ты этим и занимаешься.

В Исправленном Черновике, заменено на \"более священный\" (стр. 38).

— Разве? В четверг вечером я пошел на бокс под тем предлогом, что он — продюсер телепередачи, которая ведется оттуда. Я выяснил несколько вещей. Выяснил, что он из тех, кто во время работы снимает галстук и пиджак. И что он энергичный человек — скачет на ринг и с ринга и даже не вспотеет. Я видел, как он похлопал по заднице девушку с плакатом, и…

В Исправленном Черновике:, это предложение заменено но: \"Безумие усиливается\" (стр. 38).

— Ну, это уже кое-что.

— Это для него было кое-что. А какой толк от этого мне, не знаю.

Тема священного безумия имеет долгую историю. Ее locus classicus была дискуссия Сократа в Phaedrus: безумие, \"которое приходит как дар небес, канал по которому мы принимаем величайшие благословения\" (Plato, Phaedrus and Letters VII and VIII, tr. W Hamilton [London: Penguin, 1986], стр. 46, строка 244). Сократ различает 4 типа священного безумия (1) вдохновленное предсказание, такое как прорицательница в Дельфи; (2) примеры в которых люди, когда старые грехи приводили к бедам, предсказывали побуждали к молитве и преклонению; (3) владение Музами, так как технически подготовленный и нетронутый Музами никогда не будет хорошим поэтом; и (4) любовник. В Ренессансе, тема священного безумия была поднята Неоплатонистами такими как Фичино и гуманистами такими как Эрасмус. Дискуссия Эрасмуса особенно важна, так как она сплавляет платоническую концепцию с христианством. Для Эрасмуса, Христианство было высочайшим типом вдохновленного безумия. Как Плато, Эрасмус различает два типа безумия: \"Таким образом поскольку душа использует свои органы правильно, человек называется разумным; но честно, когда она разрывает свои цепи и пытается быть свободной, убегая из тюрьмы, тогда это называется безумием. Если это случается через болезнь или дефект органов, тогда по общему соглашению это, просто безумие. И все же людей этого типа, также, мы находим предсказывающими вещи, знающими языки и писания которые они никогда не изучали — все вместе показывающее нечто божественное\" (in Praise of Folly, tr. M. A. Screech [London: Penguin, 1988], стр. 128-29). Он добавляет что безумие \"случается через божественный жар, это может и не быть тем же типом безумия, но это так что большинство людей не видят разницы.\" Для мирских людей, две формы безумия представляются одной. Счастье которое искало христианство было \"ничем другим чем определенный тип безумия.\" Те кто переживал это \"переживали нечто что напоминает безумие. Они говорят несвязно и неестественно, прознося звуки без смысла, и их лица внезапно изменяют выражение… на самом деле они действительно рядом с сами собой\" (ibid., pp. 129-33). I*11815, the philosopher F.WJ. Шиллинг обсуждал священное безумие способом который близок к Юнгу, замечая что \"Древние не говорили напрасно о священном и божественном безумии.\" Шиллинг это относил к \"внутреннему само-терзанию природы.\" Он говорил что \"ничего великого не может быть достигнуто без постоянной просьбы безумия, которое должно быть всегда преодолено, но никогда не быть в недостатке.\" С другой стороны, были трезвые духи в тех у кого не было следов безумия, вместе с людьми понимания которые производили холодные интеллектуальные работы. С другой стороны, \"есть один тип человека который управляет безумием и точно в этой непомерности показывает высочайшую силу интеллекта. Другой тип управляется безумием и он тот кто действительно сумашедший\" (The Ages of the World, tr. J. Wirth [Albany: SUNY Press, 2000], стр. 102-4).

— Ты шутишь? Это ведь о чем-то говорит, если он может лапать девку через два месяца после смерти жены.

— Через два с половиной, — сказал я.

Применение понятия прагматического правила Уильяма Джеймса. Юнг читал поэму Джеймса Прагматизм в 1912, и она имела сильное влияние на его мысли. В предисловии к лекциям в университете Fordham, Юнг заметил что он взял прагматическое правило Джеймса как ведущий принцип(CW 4, стр. 86). См. Jung and the Making of Modern Psychology: The Dream of a Science, pp. 57–61.

— Это то же самое.

— Девку?

Далее в Черновике: \"Дух глубин был настолько чужд мне что это заняло 25 ночей чтобы понять его. И даже потом он был настолько чужд что я не мог ни посмотреть на него ни спросить. Он должен был прийти как странник издалека и из неслыщанной стороны. Он должен был позвать меня. Я не мог обратиться к нему, зная его и его природу. Он дал знать о себе громким голосом, как в военной неразберихе с разнообразными шумными голосами этого времени. Дух этого времени поднялся во мне против этого незнакомца, и произнес воинственный клич вместе с его многими рабами. Я слышал шум этой битвы в воздухе. Потом дух глубин прорвался вперед и привел меня к самому внутреннему месту. Но он уменьшил до размеров карлика дух этого времени который был умен и суетлив но все же был карликом. И видение показало мне дух этого времени сделанным из кожи, которая будучи спресованной суха и безжизненна. Он не мог предотвратить мой вход в темную преисподнюю духа глубин. К моему удивлению я понял что мои ступни погрузились в черную грязную воду реки мертвых. [В Исправленном Черновике добавлено: \"поскольку это то откуда смерть\", стр. 41] Тайна сверкающего красного кристалла была моей следующей целью\" (стр. 54–55).

— Девку, красотку, киску. Чем тебе не нравится «девка»?

Далее в Черновике: \"Моя душа это мой высший смысл, образ Бога, не самого Бога и не высшего смысла. Бог становится очевидным в высшем смысле человеческого сообщества\" (стр. 58).

— Да ничем. Только он ее не лапал. Просто похлопал по заднице.

В \"Трансформациях символизма в массе,\" (1942), Юнг прокоментировал идею идентичности жертвы и жертвоприносителя, особенно ссылаяся на видения Зосимоса из Панаполиса, философа и алхимика 3-го столетия. Юнг заметил: \"То чем я жертвую это мое эгоистическое притязание, и делая это я сдаюсь. Каждое пожертвование таким образом, в большой или меньшей степени, это самопожертвование\" (CW 11, § 397). Ката Упанишад, гл. 2, стих 19. Юнг процитировал следующие 2 стиха Каты Упанишада насчет природы себя в 1921 (CW 6, § 329). В копии Юнга есть линия на границе рядом с этими стихами в Священных книгах Востока, vol. XV pt. 2, p. 11. В \"Снах,\" Юнг заметил в связи со сном \"Мое интенсивное бессознательное отношение к Индии в Красной Книге\" (стр. 9).

— На виду у миллионов людей.

Юнг размышлял о теме коллективной вины в \"После катастрофы\" (1945, CW 10).

— Им бы очень хотелось, чтобы в зале были миллионы людей. А не пара сотен.

Ссылка на события первой мировой войны. Осенью 1914 (когда Юнг написал этог раздел \"слой второй\") была битва Marne и первая битва Ypres.

— Плюс те, кто смотрит дома.

В его лекции в ETH 14 июня, 1935, Юнг прокомментировал частично ссылаюсь на эту фантазию, анонимно): \"Лейтмотив солнца появляется во многих временах и местах и значение всегда одно и тоже — рождено было новое осознание. Это свет озарения который направлен в пространство. Это психологическое событие; медицинский термин \"галлюцианция\" не имеет смысла в психологии. / Катабасис играет очень важную рольв Средние Века и старые мастера полагали что восходящее солнце это новый свет в этом Катабасисе, lux moderna, драгоценность\" (Современная Психология, стр. 231).

— Им в это время показывали рекламу. И потом, о чем это говорит? О том, что он бесчувственный сукин сын, который не прочь потискать девку, когда его жену только что опустили в могилу? Или о том, что ему не надо притворяться, потому что он действительно ни в чем не виноват? Это можно толковать по-разному.

Далее в Черновике: \"Мои друзья, Я знаю что я говорю загадками. Но дух глубин дал мне видение многих вещей чтобы помочь моему слабому пониманию. Я хочу сказать вам больше о своих видениях ьтак чтобы вы лучше понимали какие вещи хотел бы дух глубин чтобы вы увидели. Пусть будет хорошо тем кто сможет их увидеть! Те кто не могут должны жить ими как слепой судьбой, в образах\" (стр. 61).

— Возможно, — сказала она.

В Отношениях между Я и Бессознательным (1927), Юнг ссылается на деструктивные и анархаические аспекты когорые образуются в обществах предписываемые пророчески склонными людьми через эффектные преступления такие как цареубийство (CW 7 § 240).

— Бокс был в четверг. Вчера я, со свойственной мне настырностью, пил содовую в той же забегаловке, что и он. Это примерно то же самое, что оказаться в разных концах битком набитого трамвая, но по крайней мере мы были в одно и то же время в одном и том же помещении.

Политические убийства были частыми в начале ХХ столетия Событие на которое ссылаются здесь это убийство герцога Франца Фердинанда. Мартин Гильберт описывает это событие, которое играло критическую роль в событиях которые привели к началу Первой мировой войны, как \"поворотная точка в истории ХХ столетия\" (История ХХ столетия: Том Первый: 1900–1933 [London: William Morrow, 1977], стр. 308).



— Это уже что-то.

Далее в Черновике: \"Когда я стремился к моему самому высокому мировому могуществу, дух глубин послал мне безымянные мысли и видения, которые смыли героические стремления во мне как наше время понимает их\" (стр. 62).

— А вчера вечером я обедал в ресторане «Радиккио» на первом этаже дома, где он живет.

Далее в Черновике: \"Все что мы забыли будет оживлено, какждая человеческвя и божественная любовь, черные змеи и красное солнце глубин\" (стр. 64).

— Ну и как?

9 июня,1917, была дискуссия по психологии мировой войны в ассоциации Аналитической Психологии последовавшая за презентацией Jules Vodoz на тему Песня Роланда. Юнг спорил что \"Гипотетически мировая война может быть поднята на субъективный уровень. В деталях, авторитарный принцип (действующий на основе принципов) сталкивается с эмоциональным принципом. Коллективное бессознательное входит в лояльность с эмоциональным.\" Относительно герой, он скаазл: \"Герой — любимая фигура людей, должен пасть. Все герои ломают себя неся героическое отношение выше определенного предела, и таким образом теряют свою опору\" (MAP, vol. 2, p. 10). Психологическая интерпретация Первой Мировой войны на субьективном уровне описывает то что развивается в этой главе. Связь между индивидуальной и коллективной психологией, которую он обозначает здесь, формирует один из лейтмотивов его поздней работы (Настоящее и Будущее [1957], CW 10).

— Ничего особенного. Макароны были вполне приличные. Как-нибудь попробуем с тобой.



— А он был в ресторане?



— Я думаю, его и дома не было. А если и был, то сидел впотьмах. Знаешь, я сегодня утром позвонил ему домой. Все равно занимался звонками и решил заодно позвонить ему.

— И что он сказал?

Глава 6 Расщепление Духа



— Там автоответчик. Я ничего не передал. — Надеюсь, это его так же разозлит, как всегда злит меня.

Но на четвертую ночь я закричал, \"Путешествие в Ад означает самому стать Адом.103 Это все ужасно запутанно и переплетено. На этом пустынном пути нет просто раскаленного песка, но также запутанные невидимые существа которые живут в пустыне. Я этого не знал. Путь только очевидно чист, пустыня только очевидно пуста. Она кажется населена волшебными существами которые смертельно прикрепляются ко мне и дьявольски изменяют мою форму. Я очевидно принял полностью монстрообразную форму в которой я больше не могу узнать себя. Мне кажется что я стал чудовищным животным ради которого я поменял свою человечность. Этот путь окружен злодейской магией, невидимые петли были наброшены на меня и я был пойман в ловушку.\"

— Будем надеяться. Знаешь, что мне следовало бы сделать? Вернуть Лаймену Уорринеру его деньги.

Но дух глубин приблизился ко мне и сказал, \"Опустись в свои глубины, утони!\"

— Нет, не надо.

Но я негодовал и сказал: \"Как я могу утонуть? Я не могу это сам сделать.\"

— Почему? Я не могу оставить их себе, если ничего не делаю, чтобы их отработать, а что для этого надо делать, никак не придумаю. Полиция уже перепробовала все, что только приходит мне в голову.

Тогда дух произнес мои слова мне которые представились нелепыми, и он сказал, \"Сядь, будь тихим.\"

— Не возвращай деньги, — сказала она. — Дорогой мой, да ему наплевать на эти деньги. Его сестру убили, и, если он будет считать, что предпринял что-то по этому поводу, он умрет спокойно.

Но я прокричал негодующе: \"Как ужасно, это звучит бессмысленно, ты это тоже требуешь от меня? Ты свергнул могущественных Богов которые значили самое большее для нас. Моя душа, где ты? Я что вверил себя глупому животному, я что пью как пьяница до гроба, я заикаясь произношу глупости как лунатик? Это твой путь, моя душа? Кровь кипит во мне и я бы задушил тебя если бы я мог поймать тебя. Ты плетешь самую густую темноту и я как сумашедший пойман в твою сеть. Но я жажду, научи меня.\"

— И что мне теперь прикажешь делать — втирать ему очки?

Но моя душа сказала мне, \"Мой путь светел.\"

— Если спросит, скажи, что все это требует времени. Ты же не собираешься просить у него еще денег…

Все же я возмущенно ответил, \"Ты называешь светом то что мы люди называем самой худшей тьмой? Ты называешь день ночью?\"

На это моя душа произнесла слова которые пробудили мой гнев: \"Мой свет не из этого мира.\"

— Еще бы.

Я крикнул, \"Я не знаю другого мира.\"

— …Так что у него не будет причины думать, что ты хочешь его подоить. Можешь не оставлять себе эти деньги, если считаешь, что их не заработал. Отдай кому-нибудь. Пожертвуй на борьбу со СПИДом. Или на просвещение неверующих. Мало ли на что можно пожертвовать деньги.

Душа ответила, \"Он что не должен существовать потому что ты ничего о нем не знаешь?\" Я: \"Но наше знание? Что наше знание также не хорошо для тебя? Что будет, если не знание? Где безопасность? Где твердая почва? Где свет? Твоя темнота не только темнее ночи, но также и бездонна. Если это не будет знанием, тогда это может будет также без речи и слов?\"

— Наверное, ты права.

Моя душа: \"Нет слов.\"

— Только я тебя знаю, — сказала она. — Ты уж придумаешь какой-нибудь способ их отработать.

Я: \"Прости меня, возможно я не расслышал, возможно я неправильно понимаю тебя, возможно я заманиваю себя в само-обман и мартышкин труд, и я жульнически скалюсь на самого себя в зеркало, дурак в собственном сумашедшем доме. Возможно ты спотыкаешься о мою глупость?\"

В кинотеатре «Уэверли» шел фильм, который она хотела посмотреть, но был субботний вечер, и в кассе мы увидели длинную очередь, стоять в которой ни ей, ни мне не хотелось. Мы немного прошлись, выпили по чашке кофе с молоком на Макдугал-стрит и послушали, как какая-то девушка поет народные песни в клубе под открытым небом.

Моя душа: \"Ты обманываешь сам себя, ты не обманываешь меня. Твои слова это ложь для тебя, не для меня.\"

— Длинные волосы и бабушкины очки, — сказала Элейн. — И ситцевое платье до полу. Кто сказал, что шестидесятые годы уже позади?

Я: \"Но я мог бы кататься в неистовой бессмыслице, и замышлять абсурдность и портить однообразие?\"

— У нее все песни на один манер.

Моя душа: \"Кто дает тебе мысли и слова? Ты сам их делаешь? Ты же не мой раб, получаетль который лежит у моей двери и подбирает мое подаяние? И ты осмеливаешься думать что то что ты замышляешь и говоришь может быть бессмыслицей? Ты что еще не знаешь что это идет от меня и принадлежит мне?\"

— Да ведь она знает всего три аккорда.

И я закричал полный гнева, \"Но мое возмущение должно так же приходить от меня, и во мне ты возмущаешься против себя.\" И моя душа произнесла двусмысленные слова: \"Это гражданская война.\"104

Я спросил Элейн, не хочет ли она послушать джаз. Она ответила:

— Конечно. Где? В «Милом Бэзиле»? В «Авангарде»? Выбирай.

Я был подавлен болью и гневом, и я ответил, \"Как болезненно, моя душа, слышать тебя использующую пустые слова; Мне плохо. Комедия и чепуха — но я сочувствую. Я также могу ползти через грязь и наиболее презираемую банальность. Я могу есть пыль; которая часть Ада. Я не уступаю, я непокорен. Вы можете продолжать выдумывать пытки, монстров с паучьими ногами, нелепых, отвратительных, ужасные театральные представления. Пдходите ближе, я готов. Готов, моя душа, ты которая дьявол, бороться с тобой тоже. Ты надела маску Бога, и я поклонялся тебе. Теперь ты надеваешь маску дьявола, ужасную, маску банальной, вечной посредственности! Только одно желание! Дай мне момент чтобы оступить и подумать! Стоит ли того борьба с этой маской? Стоила ли маска Бога поклонения? Я не могу это делать, страсть к битве горит в моих членах. Нет, Я не могу оставить поле битвы как проигравший. Я хочу схватить тебя, раздавить тебя, обезьяна, шут. Горе если борьба эта не на равных, мои руки хватают воздух. Но твои удары — также воздух, и я вижу обман\"

— Я думал — может быть, в «Матушке Гусыне».

Я нахожу себя снова на пустынном пути. Это было пустынное видение, видение одинокого который скитался по длинным дорогам. Там скрываются невидимые грабители и убийцы и стрелки отравленными стрелами. Предположите что смертельная стрела застряла в моем сердце?

— Угу.

Как первое видение предсказало мне, убийца появился из глубин, и пришел ко мне как в судьбе народов этого времени, появился безымянный и навел оружие убийства на принца.105

— Это что означает?

Я чувствовал себя превращенным в алчную тварь. Мое сердце накалилось в гневе против высоких и любимых, против моего принца и героя, также как безымянный, движимый жадностью на убийство, уколовший своего дорогого принца. Поскольку я нес убийство в себе, я предвидел это.106

— Ничего. Я люблю «Матушку Гусыню».

Поскольку я нес войну в себе, я предвидел ее. Я чувствовал себя преданным и оболганным своим королем. Почему я так чувствовал? Он не был таким каким я хотел бы чтобы он был. Он был другим чем я ожидал. Он должен был быть королем в моем смысле, но не в его смысле. Он должен быть тем что я называю идеальным. Моя душа представилась мне пустой, безвкусной и бессмысленной. Но то что я думал он ней на самом деле было действительно для моего идеала.

— Значит, хочешь туда?

Это было видение пустыни, Я боролся с зеркальными изображениями себя. Это была гражданская война во мне. Я сам был убийцей и убитым. Смертельная стрела застряла в моем сердце, и я не знал что это означает. Мои мысли были убийцей и страхом смерти, который распространился как яд по всему моему телу.

— Конечно. А мы останемся, даже если Красавчика Дэнни там не будет?

И такой же была судьба людей: Убийца одного был отравленной стрелой которая полетела в сердца людей и разожгла свирепейшую войну. Этот убийца это возмущение неспособности против воли, предательство Иуды которое каждый хотел бы чтобы сделал кто-либо другой.107 Мы все еще ищем козла, которые должен нести наш грех.108

Красавчика Дэнни там не было, но он появился почти сразу после того, как мы пришли. «Матушка Гусыня» находится на углу Амстердам-авеню и Восемьдесят Первой — это джаз-клуб, куда ходят и белые, и цветные. Там всегда полумрак, а ударник работает только щетками и никогда не играет соло. «Матушка Гусыня» и бар «Пуган» — вот два места, где можно встретить Красавчика Дэнни Белла.

Все что становится слишком старым становится злом тоже самое это правда ваших высочайших… Научись от мук распятого Бога которого каждый может предать и распять, а именно Бога старого года, если Бог прекращает быть путем жизни, он должен тайно упасть.109

Бог сам станет болен если он переступит высоту зенита. Поэтому дух глубин взял меня когда дух этого времени привел меня к вершине.\"0

Но где бы вы его ни встретили, вы непременно обратите на него внимание. Он негр-альбинос, кожа и глаза у него крайне чувствительны к солнечному свету, и он устроил свою жизнь так, что, когда солнце светит, он спит, а когда бодрствует, солнца уже нет. Он небольшого роста, одет всегда по моде и предпочитает темные костюмы и яркие жилеты. Пьет много русской водки, очень холодной и неразбавленной, и часто появляется с какой-нибудь женщиной, обычно такой же яркой, как и его жилеты. У той, с которой он пришел сегодня, были пышная шевелюра соломенного цвета и совершенно невероятного размера грудь.

В Превыше Добра и Зла, Ницше писал: \"Любой кто борется с монстрами должен позаботиться чтобы в процессе он сам не стал монстром. И если вы долго вглядываетесь в бездну, то бездна вглядывается назад в вас\" (tr. Marion Faber [Oxford: Oxford University Press], 1998, § 146, стр. 68).

Их провели к столику у самой площадки для танцев, где Дэнни сидит всегда. Мне показалось, что нас он не заметил, но перед перерывом к нам подошел официант и сказал, что мистер Белл был бы рад видеть нас за своим столиком. Когда мы подошли. Красавчик Дэнни сказал:



— Мэттью, Элейн, как я рад вас видеть. Это Саша — правда, она прелесть?

Далее в Черной Книге: \"Ты что неврастеник? Ты что неврастеник?\" (стр. 53).

Саша захихикала. Мы поболтали о том о сем, и через несколько минут Саша отправилась в дамскую комнату.

См. замечание 99, стр. 240.

— Попудриться, — сказал Красавчик Дэнни. — Так я и поверил. Это самый лучший довод, чтобы снять запрет с наркотиков, — тогда люди перестанут то и дело бегать в туалет. Когда подсчитывают, во сколько человеко-часов обходится американской экономике кокаин, надо бы эти прогулки в туалет тоже учитывать.

Далее в Черновике: \"Мои друзья, если бы вы знали какие глубины будущего вы несете внутри вас! Те кто смотрит в собственные глубины, смотрит на то что должно прийти\" (стр. 70).

Подождав, когда Саша в очередной раз отправится в дамскую комнату, я завел разговор о Ричарде Термене.

Далее в Черновике: \"Но также как Иуда — это необходимая связь в цепи работы искупления, то и это наше Иудовское предательство героя также необходимый проход к искуплению\" (стр. 71). В Трансформациях и Символах Либидо (1912), Юнг обуждал видение Abbe Oegger, в истории Анатоля Франса Lejardin d\'Epicure, который утверждал что Бог выбрал Иуду как инструмент завершения работы Христа по искушению (CW B, § 52).

— Я-то считаю, что это он ее убил, — сказал Красавчик Дэнни. — Она была богата, а он нет. Если бы этот тип был врачом, у меня бы вообще не оставалось сомнений. Как вы думаете, почему врачи все время убивают своих жен? Или им уж так везет на особо сварливых баб? Как бы вы это объяснили?

Cf. Leviticus 16:7-10: \"И он должен взять двух козлов, и представить их перед Богом у двери шатра собрания. И Ааарон должен бросить жребий на этих двух козлов; один для Бога и другой для козла отпущения. И Аарон должен принести козла на которого упал жребий Бога, и предложить ему как предложение греха. Но тот козел, на котрого упал жребий козла отпущения, должен быть представлен живым перед Богом, чтобы сделать искупление с ним, и позволить ему идти за козлом отпущения в пустыню.\"

Мы немного порассуждали на эту тему. Я сказал, что всякий врач, должно быть, привык чувствовать себя богом — он постоянно принимает решения, от которых зависит жизнь или смерть. У Элейн была более замысловатая теория. Она сказала, что люди, занимающиеся врачеванием, — это, как правило, те, кто пытается преодолеть собственное представление о себе как о человеке, причиняющем боль другим.

Далее в Черновике: \"это то чему древние научили нас\" (стр. 72).

— Они становятся врачами, чтобы доказать, что они не убийцы, — сказала она, — А стоит им испытать стресс, как в них пробуждается то, что они считают своей подлинной сущностью, и тогда они убивают.

Далее в Черновике: \"Те кто бродят в пустыне испытывают все что относится к пустыне. Древние описали это нам. Мы можем начиться у них. Откройте дресние книги и научитесь тому что прийдет к вам в одиночестве. Все будет дадено вам и ничего для вас не пожалеется, сострадание и мука\" (стр. 72).

— Это интересно, — сказал Красавчик Дэнни. — А откуда у них может появиться такая мысль?



— От рождения, — ответила она. — Ведь когда мать их рожает, она чуть ли не умирает или испытывает очень сильную боль. Вот у ребенка и появляется мысль: «Я причиняю боль женщинам» или «Я убиваю женщин». Он пытается перебороть ее, становясь врачом, а потом, когда ему становится невмоготу…

Глава 7 Убийца Героя

— Он убивает свою жену, — сказал Красавчик Дэнни. — Мне нравится эта теория.

[HI iv(v)]m Cap. vii.[69]

Я спросил, какими фактами она может ее подтвердить, и она сказала, что никаких фактов у нее нет, но есть множество исследований на тему о том, что думает человек в момент рождения и как это сказывается на его жизни. Красавчик Дэнни заявил, что факты его не интересуют, всегда можно подобрать факты, которые подтвердят все, что угодно, но он в первый раз встречает теорию, где, по его мнению, есть какой-то смысл, а на факты ему наплевать. Пока мы это обсуждали, вернулась Саша, но мы продолжали разговор, а она, кажется, не обращала на нас никакого внимания.

Следующей ночью, однако, у меня было видение:112 Я был с кем-то молодым в высоких горах. Это было перед рассветом, восточное небо было уже светлым. Потом горн Зихфрида раздался над горами ликующим звуком.\"3 Мы знали что наш смертельный враг идет. Мы были вооружены и скрывались около узкого каменистого пути чтобы убить его. Потом мы увидели его едущего высоко через горы на колеснице сделанной из костей мертвых. Он вел ее смело и великолепно через крутые скалы и прибыл к узкому пути где мы ждали прячась. Когда он подъехал к повороту впереди нас, мы выстрелили одновременно и он упал убитый. Я повернулся бежать и обрушился ужасный дождь. Но после этого114 Я прошел через муку до смерти и упал уверенный что я должен убить себя, если я не смог решить загадку убийцы героя.115

— Так вот, насчет Термена я ничего определенного не слышал, — сказал Красавчик Дэнни. — Правда, я не особенно прислушивался. А надо было?

— Было бы неплохо, если бы ты держал ухо востро.

Тогда дух глубин подошел ко мне и сказал такие слова: \"Высочайшая правда одна и такая же как абсурд.\" Это утрверждение спасло меня, и как дождь после долгой жары, это смыло все во мне что было слишком напряжено.

Он налил себе немного «Столичной». В обоих его излюбленных местах — и в «Пуганс», и в «Матушке Гусыне» — водку ему приносят в ведерке со льдом для шампанского. Он заглянул в свою рюмку и выпил ее залпом, словно воду.

Тогда у меня было второе видение:116 Я видел прекрасный сад, в котором формы ходили одетые в белый шелк, все покрытые цветным светом, одни красноватым, другие голубоватым и зеленоватым.\"7 [Image iv(v)]

— Он работает на кабельном канале, — сказал он. —Новый спортивный канал.

Я знаю, я шагал через глубины. Через вину я возродился.\"8

— Эф-би-си-эс.

[2] Мы также живем в своих снах, мы живем не только днем. Иногда мы заканчиваем наши величайшие деяния в снах.\"9

— Верно. О них идут кое-какие разговоры.

— Какие?

Этой ночью моя жизнь была в опасности так как я должен был убить моего господина и Бога, но не в единственной битве, поскольку кто из смертных может убить Бога на дуэли? Вы можете добраться до Бога только через убийцу,120 если вы хотите превзойти его.

Он покачал головой:

— Так, вообще. Какие-то темные дела, какие-то сомнительные деньги. Если что-нибудь услышу, обязательно скажу.

Но это самое горькое для смертных: наши Боги хотят превосходить, так как они требуют обновления. Если люди убьют своих принцев, они делают это поскольку они не могут убить своих Богов, и потому что они не знают что они должны убить своих Богов внутри себя.

Через несколько минут Саша снова вышла из-за стола. Как только она отошла настолько, чтобы не слышать, что мы говорим, Элейн нагнулась к нам и сказала:

Если Бог становится старым, он становится теневым, бессмысленным и падает. Величайшая истина становится величайшей ложью, ярчайший день становится темнейшей ночью.

— Нет, я больше не могу. У этой крошки такие сиськи, каких я в жизни не видела.

— Знаю.

Поскольку дню нужна ночь и ночи день, также и смысл требует абсурда и абсурд требует смысла.

— Дэнни, они же больше твоей головы.

День не существует через себя, ночь не существует через себя.

— Знаю. Это что-то необыкновенное, правда? Но боюсь, мне придется с ней расстаться. — Он налил себе еще. — Слишком дорого она мне обходится. Вы себе не представляете, сколько нужно денег, чтобы ублажить этот очаровательный носик.

— Так наслаждайся, пока можешь.

Реальность которая существует через себя это день и ночь.

— А я так и делаю, — ответил он. — Как все мы наслаждаемся самой жизнью.

Таким образом реальность это смысл и абсурд.

Когда мы пришли к Элейн, она сварила кофе, и мы уселись на диван. Она зарядила проигрыватель стопкой фортепианных соло — Монк, Рэнди Уэстон, Сидар Уолтон.

Полдень это момент, полночь это момент, утро идет от ночи, вечер превращается в ночь, но вечер идет от дня и утро превращается в день.

Итак смысл это момент и переход от абсурда к абсурду, и абсурд это только момент и переход от смысла к смыслу.\'21

— Вот это девица, — сказала она. — Я про Сашу. Не знаю, где только Дэнни их находит.

— Должно быть, на распродажах, — предположил я.

О этот Зигфрид, голубоглазый блондин, германский герой, должен был пасть от моей руки, самый преданный и смелый! Он имел все которое я ценил как более великое и красивое; он был моей властью, моей смелостью, моей гордостью. я бы потерпел неудачу в битве, и поэтому для меня было оставлено только убийство. Если бы я хотел продолжать жить, это могло бы быть только через обман и хитрость.

— Когда видишь такое, первая мысль — что это силиконовый протез. Но кто ее знает, может, они у нее, как у Топси в «Хижине дяди Тома», — сами выросли. Как ты думаешь?

Не судите! Подумайте о блондинах дикарях в германских лесах, которые должны были предать гром размахивающий молотом ради бледного ближневосточного Бога которого пригвоздили к дереву как курицу. Смелых превзошли определенным презрением к самим себе. Но их жизненная сила предлагала им продолжать жить, и они предали своих прекрасных диких Богов, свои святые деревья и свое благоговение перед германскими лесами.122

— Да я ничего особенного и не заметил.

Что Зигфрид означал для Германцев! Что говорит нам то что германцы переживают смерть Зигфрида! И поэтому я почти предпочитаю убить себя чтобы спасти его. Но я хотел продолжать жить с новым Богом.123

После смерти на кресте Христос пошел в преисподнюю и стал Адом. Таким образом он принял форму Антихриста, дракона. Изображение Антихрита, которое предстало перед нами от древних, провозглашает нового Бога, чье пришествие предсказывали древние.

— Тогда, пожалуй, тебе надо почаще ходить на собрания, — наверное, это все из-за водки, ты только о ней и думал. — Она подсела ко мне поближе. — А я бы тебе больше нравилась, если бы у меня были такие сиськи?

Боги неизбежны. Чем больше вы бежите от Бога, тем наиболее вероятно вы упадете ему в руки.

— Конечно.

Дождь это большой поток слез кторый падет на народы, слезное наводнение отпущенного напряжения после сжатия смерти обременило народы ужасающей силой. Это скорбь мертвых во мне, которая предшествует похорогам и возрождению. Дождь это плодотворение земли, он порождает новую пшеницу, молодого, растущего Бога.124

— Правда?

in Это относится к оплакиванию смерти героя.,

Я кивнул:

18 Декабря,1913. В Черной Книге: \"Следующая ночь была ужасна. я проснулся вскоре от страшного сна\" (стр. 56). В Черновике: \"могущественное видение поднялось из глубин\" (стр. 73).

— И ноги подлиннее тоже не помешали бы.

Зигфрид был героическим принцем который появляется в старом германском и скандинавском эпосе. В ХХ столетии Нибелунг описывается так: \"И в каком великолепном стиле ездил Зигфрид! Он нес большое копье, с крепким древком и широким наконечником; его красивый меч доставал до его шпор; и прекрасный горн который это господин нес был из красноватого золота\" (tr. A. Hatto [London: Penguin, 2004], стр. 129). Его жену, Брунхильд, обманом заставили открыть единственное место где он мог быть ранен и убит. Вагнер переработал эти эпосы в Кольце Нибелунга. В 1912, в Трансформациях и Символах Либидо Юнг представил психологическую интерпретацию Зигфрида как символа либидо, главным образом цитируя либретто Вагнера к Зигфриду (CW B, § 568f).

— Это точно. А как насчет лодыжек постройнее?

Далее в Черновике: \"После этого видения во сне\" (стр. 73).

— Тоже неплохо.

— Да? Ну-ка, скажи, а что еще?

В Черной Книге 2, Юнг заметил: \"Я шагал легко вверх по невероятно крутому пути и позже помог своей жене, которая следовала за мной более медленным шагом, поднимаясь. Некоторый высмеивали нас, но мне было все равно, так как это показывало что они не знали что я убил героя\" (стр. 57). Юнг подробно описывал этот сон на семинаре в 1925, делая ударение на разных деталях. Он представил это со следующими замечаниями: \"Зигфрид больше не был особенной фигурой для меня которой я сочувствовал, и я не знаю почему мое бессознательное было поглощено им. Зигфрид Вагнера, особенно, преувеличенно экстравертен и временами действительно нелеп. Мне никогда он не нравился. Тем не менее сон показал что он мой герой. Я не мог понять сильную эмоцию которая у меня была во сне.\" После пересказывания сна, Юнг заметил: \"Я чувствовал огромную жалость за него [Зигфрида], как будто в меня самого выстрелили. я должно быть имел героя которого не ценил, и это был мой идеал силы и эффективности который я убил. Я убил свой интеллект, в чем мне помогла персонификация коллективного бессознательного, маленький коричневый человек во мне. Другими словами, я сверг мою лучшую функцию. . Дождь был символом отпущения напряжения; силы бессознательного были отпущены. Когда это случилось, это вызвало чувство облегчения. Вина была искуплена потому что, как только главная функция низложена, есть шанс для других сторон личности быть рожденными к жизни\" (Аналитическая Психология, стр. 56–57). В Черной Книге 2, и в его более поздних заметках об этом сне в Воспоминаниях (стр. 204), Юнг сказал что он чувствовал что он бы убил себя если бы не разрешил эту загадку.

— Перестань, — сказал я. — Щекотно.

Далее в Черновике: \"и я снова заснул. Второе видение пришло ко мне во сне\" (стр. 73–74)-

— В самом деле? Давай, рассказывай, какие там у тебя еще пожелания. Как насчет дырки поуже?

Далее в Черновике: \"Эти огни напонили мой разум и чувства. И снова я заснул как выздоравливающий\" (стр. 74). Юнг подробно рассказывал этот сон Aniela Jaffe, и сказал что после того как он встретился с тенью, как во сне с Зигфридом, этот сон выражал идею что он был одной вешью и другой еще где-то одновременно. Бессознательное выросло выше его, как нимб святого. Тень была как слегка окрашенная сфера которая окружала людей. Он думал что это было видение свыше, где у людей есть полнота. (MP, стр. 170).

— Ну, уж это было бы слишком.

Далее в Черновике: \"Промежуточный мир это мир простейших вещей. Это не мир намерения и повелевания, но случайный мир неопределенных возможностей. Здесь следующие пути маленькие, неширокие, прямые шоссе, над ними нет рая, и под ними нет ада\" (стр. 74). В октябре 1916, Юнг говорил несколько раз в психологическом клубе, \"Адаптация, индивидуация и коллективность\" в которых он прокомментировал важность вины: \"первый шаг в индивидуации это трагическая вина. Накапливание вины требует искупления\" (CW 18, § 1094).

Здесь в Черновике есть дополнение: \"Ты что улыбаешься? Дух этого времени хотел бы заставить тебя верить что глубины это не мир и не реальность\" (стр. 74).

— Ах вот как? — сказала она. — Значит, и так хорошо?

Далее в Черновике: \"Иуда\" (стр. 75).

— Разве я это говорил?

— Надеюсь, что ты так думаешь, — сказала она. —Очень надеюсь.

Далее в Черновике: \"Мое видение во сне показало мне что я не был один когда я совершил это. Мне помог молодой, который был моложе меня; омоложенная версия меня\" (стр. 76).

Потом я лежал в ее постели, а она встала, перевернула стопку пластинок в проигрывателе и принесла две чашки кофе. Мы сидели, пили кофе и молчали. Через некоторое время она сказала:

Далее в Черновике: \"Зигфрид должен был умереть, как и Вотан\" (стр. 76). В 1918, Юнг написал об эффектах введения христианства в Германию: \"Христианство раздвоило германских варваров на верхнюю и нижнюю половины помогло им, путем подавления темной стороны, приручить светлую сторону приспособить ее для культуры. Но нижняя, темная половина все еще ждет осовобождения и второго приручения. До этого, она будет оставаться ассоциированной с остатками предыстории, с коллективным бессознательным, которое должно означать особенную и увеличивающуюся активацию коллективного бессознательного. (\"O Бессознательном,\" CW 10, § 17). Он развил эту ситуацию в \"Вотане\" (1936, CW 10).

В Черновике, это предложение такое: \"Мы хотим продолжать жить с новым Богом, героем выше Христа\" (стр. 76). Для Aniela Jaffe, он рассказал что он думал о себе как о преодолевающем герое, но сон показал что герой должен быть убит. Это преувеличение воли было представлено Германцами в то время, такими как линия Зигфрида. Голос внутри него сказал, \"Если ты не поймешь сна, ты должен застрелить себя!\" (MP, p. 98, Воспоминания, стр. 204). Подлинная линия Зигфрида была защищающейся основанной немцами в северной Франции в 1917 (на самом деле это была ветка линии Гиденбурга).

— Тебя вчера здорово заело.

Тема умирающего и воскрешающегося Бога заметно представлена в Золотом Суке Джеймса Фрейзера: Обучение в Магии и Религии (London: Macmillan, 1911-15), которую Юнг заимствовал в Трансформациях и Символах Либидо (1912).

— Меня? Когда это?



— Когда пришлось сматываться отсюда, потому что кое-кто должен был ко мне прийти.



— Ах, вот ты о чем.

— Скажешь — нет? Не заело?

Глава 8 Зачатие Бога

— Немного. Но потом прошло.



— Тебе это не нравится? Что я принимаю клиентов?

Потом на вторую ночь, я говорил со своей душой и сказал, \"Этот новый мир представляется мне слабым и искусственным. Искусственный это плохой мир, но горчичное семя которое растет в дереве, слово которое было зачато в матке девственницы, стало Богом для которого земля была предметом.\"125

— Иногда. Но редко.

— Рано или поздно я, наверное, это дело брошу, — сказала она. — Ничем нельзя заниматься слишком долго. Даже Томми Джону пришлось уйти из бейсбола, даром что у него вместо руки был биопротез. А у меня все натуральное.

Как я говорил это, дух глубин внезапно поднялся. Он наполнил меня опьянением и туманом и сказал эти слова мощным голосом: [OB iv (v)] \"Я принял твой побег, ты который должен прийти!

Она улеглась лицом ко мне и положила руку мне на ногу.

Я принял его в глубочайшей нужде и смиренности.

— Если бы ты попросил меня перестать, я, должно быть, так бы и сделала.

Я покрыл его потрепанной мозаикой и уложил на ночлего на бедные слова.

— А потом бы мне этого не простила.

Насмешка поклонялась этому, твой ребенок, твой удивительный ребенок, ребенок того кто должен прийти, кто должен обьявить об отце, фрукт который старее дерева на котором он вырос.

— Ты так думаешь? По-твоему, я такая неврастеничка? — Она задумалась. — Да, наверно, такая и есть.

В боли ты зачат радость это твое рождение.

— И вообще я тебя об этом просить не собираюсь.

Страх это твой вестник, сомнение стоит справа от тебя, разочарование слева.

Мы проходили в нашей смехотворности и бесчувственности когда мы поймали твой взгляд.

— Нет, ты предпочитаешь переживать про себя. — Она перевернулась на спину и некоторое время лежала, глядя в потолок. Потом сказала: — Я бы бросила, если бы ты на мне женился.

Наши глаза ослепли и наше знание упало безмолвно когда мы приняли твое сияние.

Наступила тишина. Из проигрывателя послышался каскад понижающихся нот, который завершился на редкость атональным аккордом.

Ты новая искра вечной жизни, в какую ночь ты был рожден?

— Если ты сделаешь вид, что ничего не слышал, — сказала Элейн, — я сделаю вид, что ничего не сказала. Мы даже о том, что на букву \"л\", никогда не говорили, а я сразу на букву \"ж\".

Ты отожмешь истинных молящихся от верующих в тебя, и они должны говорить о твоей славе языками которые чудовищны для них.

— Самое опасное место в алфавите, — сказал я. — Все эти буквы там рядом.

— Понимаю. Мне надо бы знать свое место и оставаться на букве \"е\". Я не собираюсь замуж. Меня вполне устраивает так, как сейчас. Ведь может все остаться как сейчас?

Ты зайдешь к ним в час их позора, и они узнают волю в том что они ненавидят, боятся и питают отвращение.116

— Конечно.

— Что-то мне грустно стало. Чепуха какая. И с чего это мне грустить? А я вот-вот разревусь.

Твой голос, редчайший приятный звук, будет услышан среди заикания несчастных, отвергнутых и осужденных как ничтожные.

— Это ничего.

Твое царство будет тронуто руками тех кто также преклонялся перед наиглубочайше смиренными, и чье стремление вело их через грязный прилив зла.

— Нет, не стану реветь. Но обними меня покрепче, пожалуйста. Эх ты, старый толстый медведь. Давай, обними меня.

Ты дашь свои дары тем кто молится тебе в страхе и сомнении, и твой свет просияет на тех чьи колени должны быть преклонены перед тобой безвольно и которые наполнены возмущением.

9

Твоя жизнь с ним кто превзошел себя / [OB v(r)] и который отрекся от преодоления себя.117

В воскресенье после обеда я все-таки нашел своего любителя кино.

Я также знаю что спасение милосердия дается только тем которые верят в высочайшее и предают себя без веры за тридцать кусочков серебра.118

Если верить списку, составленному Филом Филдингом, его звали Арнольд Левек и жил он на Коламбус-авеню кварталах в шести к северу от прокатного пункта. Дом был многоквартирный, и его прежних обитателей пока еще не вытеснила чистая публика. На ступеньках парадного сидели двое мужчин и пили пиво из банок, которые доставали из бумажных пакетов. У одного из них на коленях была маленькая девочка. Она сосала из бутылочки апельсиновый сок.

Ни на одной из табличек около звонков фамилии Левека я не обнаружил. Выйдя на улицу, я спросил у мужчин, сидевших на ступеньках, живет ли здесь Арнольд Левек. Они пожали плечами и мотнули головой. Я снова вошел в дом и поискал звонок к управляющему, но не нашел. Тогда я начал нажимать по очереди все звонки первого этажа, пока кто-то меня не впустил.

Те кто измажут свои чистые руки и изменят их лучшему знанию ради ошибки и возьмут достоинства из могилы убийцы приглашены на твой величайший пир.

В коридоре пахло мышами и мочой. В дальнем его конце открылась дверь, и из нее высунулся какой-то человек. Я направился к нему, но он сказал:

— Чего вам надо? Не подходите ближе.

Созвездие твоего рождения это больная и меняющаяся звезда.

— Полегче, — сказал я.

— Это вы полегче. У меня нож.

Те, о ребенок который должен прийти, есть чудеса которые будут нести доказательство что ты истинный Бог.\"

Я показал ему, что у меня в руках ничего нет. Потом сказал, что ищу человека по имени Арнольд Левек.

— Ах, вот как? — сказал он. — Надеюсь, он вам ничего не должен?

Когда мой принц упал, дух глубин открыл мое видение и позволил мне осознать рождение нового Бога.

— А что?

Божественный ребенок приблизился ко мне из ужасного двусмыслия, ненавидимый-красивый, злой-хороший, смеющийся-серьезный, больной-здоровый бесчеловечный- человечный и неправедный- праведный.129

— Потому что он помер, — сказал человек и рассмеялся собственной шутке. Это был старик с жидкими седыми волосами и запавшими глазами, и, судя по его виду, через несколько месяцев ему предстояло последовать за Левеком. Штаны были ему чересчур широки и держались только на подтяжках. Фланелевая рубашка тоже висела на нем, как на пугале. Либо он покупал себе одежду у старьевщика, либо за последнее время здорово исхудал.

Я понял что БогI3° которого мы ищем в абсолюте не может быть найден в абсолютной красоте, добре, серьезности, возвышенности, человесности и даже в набожности. Когда-то Бог был там.

Как будто прочитав мои мысли, он сказал:

Я понял что новый Бог будет в отношении. Если Бог это абсолютная красота и доброта, как он должен заключать в себе полноту жизни, которая красива и ненавистна, хороша и зла, смеющаяся и серьезная, бесчеловечная и человечная? Как может человек жить в матке Бога если Божественность сама присутствует только в его половине?131

— Я болел, но можете не опасаться, это не заразное.

— Я больше опасаюсь ножа.