Сурен Цормудян
ВОЛЧЬЯ СТАЯ
Говорите, первый ангел вострубил? Ни черта подобного. Эти мерзавцы вострубили все сразу. Хором. Это был воистину эпический концерт. А было бы неплохо записать эту музыку и включить погромче, да? Лучшей мести ненавистным соседям и не придумать…
Профессор Альберто Кавай. 2050 год
2013 год
Российские телевизионные новости:
…Как передали наши корреспонденты, в Юго-Восточной Азии сегодня официально подтверждены еще восемнадцать случаев заболевания вирусом NDM-13, более известным в средствах массовой информации как «пчелиный грипп», а также пять смертей от этой инфекции. Как заявил главный санитарно-эпидемиологический врач России, в нашей стране ни одного случая заболевания этой болезнью не зафиксировано. Службой санитарно-эпидемиологического контроля приняты все меры по недопущению проникновения возбудителя болезни на территорию Российской Федерации. Напомним нашим зрителям, что первый случай заболевания человека вирусом NDM-13 был отмечен весной этого года в портовом районе Гонконга…
…Нарастает напряжение в зоне Персидского залива, связанное с инцидентом вокруг авианосца ВМС США «Джордж Буш». В ночь с субботы на воскресенье, в 1.22 по Гринвичскому времени, атомный авианосец «Джордж Буш» с шестидесятью восемью боевыми самолетами на борту был атакован неизвестной субмариной, в результате чего у корабля оказались повреждены винт и киль. Вашингтонская администрация уже через четверть часа сообщила об агрессивных действиях со стороны Ирана. МИД Ирана заявил о необоснованности обвинений, не подтвержденных никакими доказательствами, а скороспелые заявления американской администрации назвал близорукой и провокационной акцией, которая опирается на сфальсифицированные данные о торпедной атаке субмарины. При этом МИД Ирана напомнил о печально известном инциденте в Тонкинском заливе, который некогда привел к кровавой Вьетнамской войне. Вдобавок Иран заявляет, что США сами спланировали и реализовали так называемую атаку на авианосец, чтобы расшатать и без того непростую обстановку в регионе и получить повод к военной акции на территории Ирана. Напомним, что авианосец «Джордж Буш» прибыл в Персидский залив 20 марта этого года, в десятую годовщину вторжения коалиционных сил в Ирак…
2014 год
Российские телевизионные новости:
…Противоречивые данные о судьбе экипажа американского самолета огневой поддержки АС-130Н «Спектр», потерпевшего крушение на территории Ливии…
…В Министерстве здравоохранения подтвердили факт двух смертей в Хабаровской краевой больнице от возбудителя инфекции NDM-13, однако опровергли факт смерти от этой болезни в городе Сочи, живущем в ожидании скорого открытия зимней Олимпиады…
…Поступают все еще противоречивые и отрывистые сведения о боевых столкновениях на афгано-иранской границе. Как уже говорилось ранее, катарский телеканал «Аль-Джазира» сообщил о начавшемся сегодня ночью вооруженном противостоянии в районе так называемого выступа Заболя, который является частью иранской территории и глубоко вдается в пустынный район Афганистана Нимруз. По сообщениям, переданным катарским телеканалом, первый огонь был открыт с территории Афганистана коалиционными силами США и союзников. Официальные лица Пентагона, а также МИД Афганистана и Ирана пока никак не прокомментировали эту информацию…
Информационные агентства Европейского союза:
…Как сообщил неназванный источник из штаб-квартиры НАТО, Иран в ближайшие две недели может испытать термоядерное устройство военного назначения…
…Полевые командиры бедуинов-каддафистов на севере Ливии заявляют, что крушение американского самолета АС-130Н «Спектр» вызвано не техническими неполадками, а действиями бойцов подразделений ПВО…
2015 год
Российские телевизионные новости:
…Согласно официальным данным, число жертв вируса NDM-13 в Китае составило порядка 12 000 человек; в США — 185 человек; в Канаде — 73 человека; в Индии — 2912 человек. В Европе скончалось более ста человек. В России рост эпидемии удается сдерживать, и за все время от так называемого пчелиного гриппа умерло всего 15 человек. В больницах все еще находится около 700 человек…
…Скандал разразился после публикации в газете «Либерасьон». Со ссылкой на неназванный источник в правительстве Франции в статье говорится, что вакцины, подготовленные крупнейшими мировыми фармацевтическими гигантами для тотальной иммунизации жителей развитых стран, не являются однотипными. Так, журналисты «Либерасьон» сообщают своим читателям, что так называемая вакцина «Вакка-ной», существующая во Франции и Германии, имеет две разновидности. Предназначение у разных типов одной и той же вакцины довольно странное. Как утверждает эта влиятельная французская газета, один тип вакцины был создан исключительно для представителей высших эшелонов власти, крупного бизнеса, закрытых элитных политических клубов и якобы даже составлены сверхсекретные списки таких лиц. Другая же вакцина предназначена для простых граждан. Данная информация уже вовсю обсуждается в Интернете, и блогеры высказывают самые невероятные предположения о том, почему для разных социальных слоев населения Германии и Франции были созданы различные вакцины из одинаковых, казалось бы, коробок…
…Набирает обороты скандал, связанный с нападением израильских кораблей на очередной конвой так называемой «Флотилии мира», шедший под турецким флагом…
…В пресс-службе Министерства обороны России подтвердили, что в ночь с субботы на воскресенье Северная Корея произвела два ядерных испытания с интервалом в 22 минуты и дистанцией между эпицентрами порядка 100 километров. Как сообщили в пресс-службе Министерства обороны, первый взрыв был наземным и мощность его составила около 20 килотонн в тротиловом эквиваленте. Второй взрыв был подземным и соответствовал 200 килотоннам в тротиловом эквиваленте. Сейсмическая активность в регионе…
…Массовые акции протеста в Вашингтоне, направленные против снятия на территории США запрета на проведение опытов по клонированию человека и ряд генетических экспериментов, непосредственно связанных с человеческим геномом. Несмотря на заявления о том, что это приведет к победе над вирусом NDM-13, раком, СПИДом и другими заболеваниями, подавляющее большинство американских граждан высказываются негативно…
Западные информагентства:
…В Великобритании информация по закрытому докладу конгрессу США о состоянии совместной аргентино-бразильской ядерной программы вызвала наибольшую озабоченность. Аргентина, как известно, продолжает отрицать права Соединенного Королевства на Фолклендские острова, особенно после того, как в прошлом году на шельфе были открыты крупные месторождения нефти…
…Положение с эпидемией вируса NDM-13 в России и ряде бывших советских республик продолжает ухудшаться. Поступают противоречивые сведения о четырех городах на востоке России, полностью закрытых карантинным режимом и блокированных войсковыми подразделениями. Полицейские силы русских жестко пресекают любые попытки к самостоятельному передвижению граждан в закрытых на карантин районах. Количество жертв эпидемии и полицейских акций исчисляется тысячами, и еще неизвестно, что убивает больше людей — полиция или инфекция…
2016 год
Российские телевизионные новости:
…Массовые акции протеста проходят в столицах Бельгии, Германии, Испании, Италии, Франции и Болгарии. Люди продолжают требовать объяснений от властей по поводу разных составов так называемых элитных вакцин и прививок для черни. После объявления Парижем обязательной вакцинации под угрозой лишения медицинской страховки и работы в столице Франции вспыхнул настоящий бунт. Уже третьи сутки Париж находится во власти анархии, и полиция не в силах унять разбушевавшуюся толпу. Масло в огонь подливают слухи о том, что выходцы из арабских стран и Северной Африки, уклонившиеся от вакцинации, будут интернированы через фильтрационные лагеря. Уже известно, что есть десятки погибших. По последним данным, массовые демонстрации в Риме также переросли в стихийные беспорядки…
…Официально опровергли муссируемые в различных СМИ слухи о том, что вирус NDM-13 образовался в результате неких мутаций, вызванных воздействием повышенного радиационного фона после катастрофы на японской атомной станции «Фукусима» в 2011 году…
…Израиль официально подтвердил, что разморозил свою ядерную программу. Напомним, что Израиль уже являлся обладателем ядерного оружия и имеет производственные мощности и технологии для его создания…
…Северная Корея продолжает настаивать, что гибель южнокорейского пассажирского лайнера, летевшего в Сеул из Аляски, является следствием американской провокации, целью которой было принести в жертву гражданский самолет с ни в чем не повинными людьми и обвинить в этом Пхеньян. Напомним, что минувшей ночью сбившийся с курса «Боинг-747» южнокорейских авиалиний был уничтожен силами ПВО КНДР над западным побережьем Северной Кореи…
…Как передает катарский телеканал «Аль-Джазира», локальное противостояние в Персидском заливе грозит со дня на день перерасти в крупномасштабную войну. С учетом наличия у Ирана по крайней мере трех готовых к применению ядерных зарядов, а также на фоне заявлений «Аль-Каиды» о том, что хаос и политическая нестабильность в Пакистане, которые сохраняются на протяжении последних восьми лет, привели к тому, что львиная доля ядерного потенциала Пакистана перекочевала в руки различных террористических группировок, в том числе самой «Аль-Каиды», такая ситуация может повлечь за собой…
…Станции радиационного наблюдения в Израиле продолжают фиксировать рост радиационного фона в регионе. Это может быть связано с недавней аварией на атомной станции в Бушере, которую иранские власти называют диверсией израильских спецслужб…
Западные информагентства:
…Именно нежелание Кремля принимать западную помощь и признавать существующую проблему с пандемией вируса NDM-13 привело к тем политической нестабильности и хаосу, которые сейчас имеют место в русских городах и тщательно скрываются как от собственного населения, так и от мировой общественности подконтрольными Кремлю СМИ. Напуганные антизападной и антидемократической пропагандой и неправдоподобной информацией о каких-то элитных вакцинах для избранных и низкосортных вакцинах для всех остальных, жители русских городов устраивают массовые акции неповиновения, граничащие с бунтами. Русские полицейские и военные формирования жестоко подавляют протесты населения, что приводит к еще более активному сопротивлению повстанцев. В таком положении весьма актуальным остается вопрос о том, как отразится происходящее на судьбе российского ядерного оружия. Мы уже столкнулись с ситуацией, когда ядерные боеприпасы Пакистана бесконтрольно переходят из одних рук в другие. Но это не идет ни в какое сравнение с тем ужасающей силы оружием, что может вырваться из-под контроля в хаосе российской нестабильности. И если противостояние власти и общества — внутреннее дело русских, хотя бы и попирающее основы демократии, то безопасность их ядерного оружия является делом общемирового значения. И если Кремль не в состоянии защитить свой арсенал апокалипсиса от разграбления, то это должны сделать…
…По последним данным, вирус NDM-13 унес более 2 000 000 жизней во всем мире. Операция по тотальной вакцинации населения земли признана запоздавшей и провалившейся…
…По последним данным, вирус NDM-13 унес около 7 000 000 жизней во всем мире…
…Информация о том, что авианосная группа ВМС США в Персидском заливе подверглась ядерному удару, официально подтвердилась…
…Войска России и Китая приведены в полную боевую готовность…
…Столкновение в нейтральных водах сторожевых катеров КНДР и японского эсминца «Фубуки» привело к затоплению последнего. Информации о выживших нет…
…Официальный Токио заявляет о тайной военной помощи, которую Кремль негласно оказывает Пхеньяну, подталкивая Северную Корею к войне с Японией ради мести за притязания Токио на северные территории и прошлогодний демонстративный полет японских истребителей над Курильскими островами…
…Противоречивые сообщения из зоны Персидского залива. Сведения о ядерном ударе по Тегерану пока не подтверждаются…
…Войска Южной Кореи пересекли границу на всем протяжении 38-й параллели…
…Беспорядки в приграничных с Китаем российских гарнизонах…
…В гвардейской танковой части был сорван российский флаг, убит заместитель командира по воспитательной…
…Был сбит российским МиГ-31 над Камчатским полуостровом…
…Массовые беспорядки в штатах Техас, Луизиана, Аляска…
…Вирус NDM-13 унес…
…Ядерный удар по…
2051 год
…Это радио Ендовище и я, его ведущий по прозвищу Шмель. Да-да, дорогие путники, впервые оказавшиеся в наших краях и имеющие такую роскошь, как радио. Ендовище — это не матерное слово, а наш замечательный вольный город. Милости просим к нам в гости, коли нет у вас мазы бесчинства вершить. Порядок у нас блюдется. Так что не вздумайте озоровать. А коли есть маза отдохнуть, развеяться, поторговать, поискать работенку аль прикупить чего, то милости просим. С вами Шмель, а сейчас музыка…
Артем усмехнулся. Вытянул за ниточку черного провода наушник из ушной раковины и, свернув его пальцем, сунул во внутренний карман. Мотоцикл «Урал-волк» приятно урчал, послушно двигаясь по растрескавшейся и разбитой дороге. Однако кусты и деревья еще не захватили этот участок пути, как было повсеместно. Здесь часто проходили различные транспортные средства, путники, караваны, и растения не успевали прижиться — не считая вездесущих сорняков, пучками выбивавшихся из трещин.
Мотоцикл свернул направо и, набирая скорость, понесся к населенному пункту с неблагозвучным названием.
Глава 1
ТРОЕ ИЗ ЧЕТВЕРЫХ
Теперь было трудно судить, как выглядел этот населенный пункт лет сорок или пятьдесят назад. Еще до войны. До Великой Смуты. Ныне он представлял собой типичное для ареалов поселение, тянувшееся несколько километров вдоль дороги. Климатические изменения, произошедшие в первой половине века и сопровождавшие мировой коллапс (либо бывшие его следствием), внесли свои поправки в незамысловатую архитектуру зданий и характер самого поселения. Наиболее крупные дома, до трех этажей в высоту, были построены вдоль центральной улицы, коей являлась пронизывавшая Ендовище трасса. Постройки были преимущественно из дерева и реже из кирпича и шлакоблоков. За могучими «спинами» центральных зданий ютились небольшие лачуги из тех же материалов, но возведенные людьми с меньшими возможностями и знаниями. Судя по обилию пастбищ — лугов, обкошенных зубами жвачных животных, да облюбованного мухами и слепнями дерьма на подступах к городку, основной статьей дохода местных жителей стали земледелие и скотоводство. И уже вблизи Ендовища взору являлось множество амбаров и загонов для скота, которыми был опоясан городок. Также по периметру виднелись мачты ветряных электрогенераторов и смотровые башни местных военизированных граждан, которых, по обыкновению, называли милицией. Наименование, прочно прижившееся в некоторых уголках современного мира вопреки кратковременному и нелепому переименованию в полицию на закате мира старого…
Лесов вокруг городка давно не осталось. Собственно говоря, никто и не обживал лесистые местности, зная, какую опасность таят в себе сумрачные чащи. Люди старались не пользоваться тамошними дорогами, где путников подкарауливали если не дикие животные, то кровожадные бандиты. И никто не селился возле лесов. В таких условиях не удавалось контролировать с вышек дальние подступы. Помимо прочего, случались пожары, и леса могли пожирать близлежащие города разбушевавшейся огненной стихией.
Несмотря на рокот мотоцикла, ездок уже отчетливо слышал ржание лошадей, мычание коров, блеяние мелкого скота, лай собак. Все это доносилось с ферм, окружавших город. Впереди на дороге возникла первая искусственная канава, пересекавшая и без того неприглядное полотно так называемого тракта. Канава эта появилась неспроста. Она вынуждала сбавить скорость. И хотя быстро ехать по такой дороге было трудно, пришлось замедлиться вообще до пешего темпа — только так получалось преодолеть первый ров. Метров через сто возник второй. За ним расположились две бетонные плиты. Одна лежала с левой стороны дороги; другая, чуть дальше, — с правой. Здесь транспорту приходилось сделать зигзаг и лавировать между блоками, чтобы достичь шлагбаума. Все это исключало стремительную вражескую атаку врагов с дороги — конечно, если не пользоваться танками. Напасть могли также со стороны лугов и лесостепей, но в этом случае агрессору досталось бы еще круче. Рукотворные рвы опоясывали город с фермами, дугами выпирали от тракта центральной улицы и трущоб. Эти рвы были наполнены грунтовыми или дождевыми водами, вдобавок будучи местом водопоя для скота. Там, где их не было, граница изобиловала массивными обтесанными и заостренными бревнами, торчавшими под углом в направлении предполагаемого противника. Кое-где вместо бревен стояли железнодорожные рельсы. Атаковать можно было, только спешившись, под приветственную ответную канонаду. И хотя регион был относительно спокоен и поселения, предпочитавшие торговлю и натуральный обмен, не вели между собой никаких войн, времена наступили такие, что подобные меры предосторожности не выглядели лишними. Все могло измениться в считаные минуты. Мог отдать концы глава соседней общины. Его преемник мог оказаться отмороженным на всю голову — новоявленным Македонским, мечтающим о создании империи до самых границ данного резервата. Ближайший Оазис вообще был способен санкционировать карательную экспедицию, наняв для этого корпоративную армию или варваров, что селились у границ сумеречных зон, которые еще называли Чертогами. В таком случае горожан не спасли бы никакие рвы и канавы. Но в том и заключалась прелесть ареала, что до Оазиса было очень далеко, а крупных месторождений чего-либо, способного заинтересовать корпорации, здесь не имелось.
Огибая бетонные заграждения, выкрашенные известью и гудроном в «зебру», мотоцикл медленно подкатил к шлагбауму и остановился.
— Спешиться и выключить мотор! — крикнули из дота на обочине.
Голос был строгим, но команда прозвучала не вызовом, а привычным, отточенным за долгие годы окриком, слышным при работающем двигателе мотоцикла.
Окружающий мир постепенно окутывался поздними сумерками, и лицо всадника скрывалось в тени. Зато был хорошо виден ствол автомата, торчавший из-за спины.
Мотоциклист заглушил двигатель. Спокойно спешился, ногой толкнув упор; похлопал железного коня по бензобаку. Тихо произнес:
— Отдохни пока.
— Подойти к свету! — велел постовой.
Человек сделал два шага вперед и очутился на пятачке, освещенном прожектором с ближайшей вышки. Теперь всем удалось рассмотреть высокого широкоплечего человека лет тридцати пяти. Его короткие черные волосы были примяты на лбу. Волевой подбородок очерчивала аккуратная бородка, сросшаяся с усами, огибавшими рот. Серые камуфлированные штаны были заправлены в высокие черные ботинки армейского образца. Под распахнутой черной кожаной курткой с массивной железной молнией виднелась того же цвета футболка с изображением большого железного креста на груди. Грудь от левого плеча до правого бока пересекал автоматный ремень. Под мышкой пряталась пистолетная кобура — естественно, не пустая. Все это не смутило постовых. Было бы более подозрительно, явись из пустошей человек без оружия.
Из дота послышался другой голос:
— Я его, кажись, знаю.
Говорили тихо, обращаясь к напарнику.
— Погоди, — возразил первый и снова обратился к пришельцу: — Покажи колор!
Человек перевесил автомат со спины на плечо и развернулся. Теперь стала видна нашивка на спине куртки: большая волчья голова с оскаленной пастью, явленная в полупрофиль и снабженная надписью готическим шрифтом — СТАЯ. Меж буквами вилась колючая проволока.
— Волчья стая? Как ваше имя? — Голос постового стал несколько почтительнее.
— Артем Полукров. — Мотоциклист повернулся лицом.
— Я же говорил, — возбужденно шепнул второй. — Точно он.
Из дота вышел человек, вооруженный видавшим виды АКСУ, и подошел к мотоциклисту.
— Здравствуйте. Не сразу признали в темноте.
— А прожектор мне в харю понапрасну светит? — прищурился Артем.
— Да это. — Постовой почесал затылок. — Вы же знаете правила. Не впервой у нас.
— Это верно, — кивнул гость.
— Надолго к нам?
— Там видно будет. Я ничего не планировал. Подельничков своих ищу. Как пересечемся, так и уедем.
— Вроде есть ваши, из стаи, в городе. Несколько дней как гостят.
— Вот за ними и прибыл.
— Ясно. Работенка намечается?
Полукров наклонил голову и снисходительно улыбнулся.
— Любезный, вы ведь тоже знаете правила. У рейтаров о работе не спрашивают.
— Да, простите.
Постовой отправился поднимать шлагбаум. Его напарник тоже вышел из дота и принялся сматывать шипованную металлическую ленту.
— Порядок простой, как обычно. В ста метрах прямо по улице справа — постоялый двор для вашего брата с гаражом для мотоциклов. Там же надобно и оружие сдать на время пребывания. Рейтарам можно носить пистолет и нож. Автомат нельзя, если не заключен контракт на работу в городе. Дронить попусту мотоциклом в городе запрещается. Горожан это беспокоит. Поселение у нас небольшое, посему перемещайтесь пешком или на рикшах. Техобслуживание и заправку можно организовать там же, на постоялом дворе.
— Да знаю, спасибо. — Артем снял «Урал» с упоров и покатил в гостеприимно распахнутые «врата» Ендовища. — Три месяца прошло — небось, ничего не изменилось?
— Ничего. — Постовой согласно кивнул.
— Вот и славно. Терпеть не могу перемены.
* * *
Постоялым двором со звучным названием «Король дороги» именовался огромный деревянный монстр, фасад которого был украшен изображениями байков и собранным из хлама муляжом мотоцикла над дощатыми воротами с железными полосами на болтах. Первый этаж был лишен окон, зато выше их было много. Второй этаж опоясывала веранда, опиравшаяся на глубоко вкопанные в землю бревенчатые сваи. Возле каждого деревянного строения в городе стояла емкость с водой на случай пожара. Это были либо железные бочки, либо кубической формы пластиковая тара в алюминиевом каркасе. Близ «Короля дороги» находилась цистерна, снятая с бензовоза. Ржавая труба водостока спускалась с крыши прямо в ее люк. Артем неторопливо приближался к зданию, ведя рядом верный «Урал-волк». Горожане отдыхали. Где-то звучала музыка. Смех. Пьяные песни. Из недр постоялого двора доносились раскатистый мужской гогот и стук пивных кружек. С нижнего этажа раздавалось иное: пневмодрель. Удары киянки по листовому железу. Скрип и скрежет. Не иначе там ремонтировали чей-то байк. Полукров повернул голову. Пожилой человек в широкополой соломенной шляпе шел мимо и лениво постукивал хлыстом по крупу пятнистой коровы. Их нагонял неуклюжий юноша. Он позвякивал колокольцем, сделанным из консервной банки. Человек мелко поклонился рейтару, почтительно приподняв шляпу. В тусклом свете редких настенных фонарей можно было разглядеть его усталую улыбку.
— Мир тебе, добрый человек, — кивнул в ответ Артем.
А.Н. Воронин
Инкассатор: Страшный рассказ
Рейтары пользовались уважением. И они действительно были королями дорог. Конкуренцию им могли составить разве что казаки. Они, наверное, и не отличались бы ничем, когда бы не выбор средства передвижения. Если для рейтара семьей являлись родной мотоцикл и братья по «колору», то тем же самым для казака были резвый жеребец и вся станица. Взаимоотношения казаков, рейтаров и простых людей давно подчинились неписаным законам и кодексам, которые строго соблюдались. Они не враждовали, однако встречались отступники и ренегаты — по сути, бандиты. Таких называли печенегами, если бандит был конный, и псами, если пользовался мотоциклом. Чаще всего на «псов» охотились сами рейтары, поскольку отступники порочили их культ дороги, чести и благородных зверей, к коим они относили медведя, ворона, сокола и самого почетного — волка. Те же меры применяли и казаки в отношении печенегов. Но если казаки сами держали общины, превращая их в крепости, где выполняли роль земледельцев, милиции, вооруженной дружины и погонщиков скота, то рейтары славились кочевым образом жизни. Они не имели постоянного дома и практически не обзаводились семьями. Рейтары путешествовали по ареалу и наносили визиты в различные города, форты и общины в поисках временной работы, топлива, запчастей и женского общества, по которому время от времени тосковали.
Глава 1
Артем знал, что в Ендовище оседают на длительные сроки многие рейтары. Они нанимались на различные работы — в пожарную дружину, милицию, внешний патруль, даже на земледельческие и животноводческие фермы, хотя это считалось не очень почетным делом. Однако община платила за это, давала кров и пищу, предоставляла льготные цены в борделе. Как правило, на все это рейтара толкала нужда — поломка мотоцикла, хворь или хронические неудачи в поисках бензина для верного железного друга. В таких случаях община брала на себя (в счет оплаты труда) услуги по поиску всего необходимого через внешние торговые связи. И пока рейтар месил компост на ферме, он мог не беспокоиться, зная, что община ищет запчасти и непременно найдет, ибо стоимость обслуживания мотоцикла, согласно правилам общины, с каждым днем падала. Быть благодетелем себе в убыток никто не желал. И рейтар знал, что община не обманет, затягивая сроки и утверждая, что запчастей нет. Снижение цены ремонта делало обман бессмысленным.
Дождь лил целую неделю, то припуская во всю прыть, то снова превращаясь в неприятную мелкую морось, липким туманом висевшую в воздухе. За эту неделю остатки сугробов, копившихся во дворе с самого января, почернели и осели, а потом и вовсе как-то незаметно пропали, оставив после себя только кучки почерневшего, неопределенного мусора, скучавшие на раскисших газонах в ожидании дворницкой метлы. За грязными, рябыми от дождя оконными стеклами с утра до вечера висела тусклая серая мгла, нагонявшая беспросветную тоску и пробуждавшая жажду, которую нельзя было утолить ни водой из-под крана, ни чаем, ни тем более кофе. Телефон молчал с тупым упорством глухонемого, у которого пытаются дознаться, куда он подевал зарплату; создавалось впечатление, что проклятая штуковина просто сдохла, превратившись в бесполезный неодушевленный предмет, но в трубке, стоило только ее поднять, раздавалось гнусавое гудение работающей линии.
Многих такой сбалансированный подход устраивал, и они брались за грязную работу. Но встречались и такие рейтары, которые готовы были сгинуть в Чертогах сумеречных зон, разыскивая необходимое, нежели заняться «колхозным ремеслом». У таких «всадников железных коней» существовал особый кодекс. Они могли выращивать растительную пищу и животных только для себя, и это не считалось зазорным. Но не в общинах. Эти рейтары слыли боевиками и наемниками. Но они брались не за всякую кровавую и пахнущую порохом работу, а только за ту, которая отвечала их кодексу чести. И все знали, что парни из «волчьей стаи» были именно боевиками.
Легче от этого не становилось — наоборот, в голову начинали лезть неприятные мысли о том, что жизнь, наверное, прожита как-то не так, раз в сорок лет тебе даже не с кем поговорить и телефон для тебя — просто бесполезная игрушка, за которую ты как дурак каждый божий месяц аккуратно вносишь абонентскую плату.
Артем постучал железным кольцом с приваренной к нему головкой от молотка по стальной пластине, державшей это кольцо. В воротах открылась дверь, и яркий свет изнутри заставил зажмуриться. На пороге стоял молодой худощавый парень, весь перепачканный смазкой, взъерошенный и с гаечным ключом в руке.
Всю эту дождливую неделю Юрий провалялся на диване — мелкими глотками потягивал водку, курил сигарету за сигаретой, бездумно пялился в экран телевизора и думал о том, что вот такие приступы беспричинной хандры в последнее время случаются с ним все чаще. Если бы у него была работа, хоть какое-то дело, которому он мог бы посвятить себя без остатка, на хандру просто не осталось бы времени. Но никакого дела не предвиделось, да и искать какую-то работу Юрию, положа руку на сердце, не хотелось. Он просто не ощущал в этом потребности — денег на жизнь ему хватало, да и не видел он вокруг ни одного дела, которым мог бы всерьез увлечься.
— Ой, здрасьте! — выдохнул он и, дернув внутренний засов, стал открывать ворота.
Во вторник, а может быть, и в среду — когда именно, Юрий уже не помнил — к нему забежал Серега Веригин из соседнего подъезда, с некоторых пор взявший манеру именовать Юрия Филатова другом своего детства, хотя никакой особой дружбы между ними сроду не было. Забежал он не просто так, а по делу чрезвычайной важности — пригласить Юрия на день своего рождения. Юрий пошел, хотя и знал, что делать этого не следует, — зная Серегу Веригина, можно было заранее предсказать, как будут развиваться события на этом, с позволения сказать, празднике. Тем не менее, Юрий решил внести в жизнь хоть какое-то разнообразие, соскоблил с лица трехдневную щетину, нацепил выходной костюм, выкопал на верхней полке шкафа новенькие, ни разу не надеванные часы, с виду точь-в-точь как швейцарские, в прозрачной пластиковой коробочке и даже с каким-то сертификатом, отпечатанным на английском с ужасными ошибками, заметить которые Веригин все равно бы не смог, и отправился в соседний подъезд.
Артем вошел в просторное и хорошо освещенное помещение. Оказалось, что окна на месте, и очень большие, но с тыльной стороны. Сейчас от них, правда, не было проку, поскольку на улице совсем стемнело. Несколько человек копошились вокруг пары мотоциклов, коих тут набралось около трех десятков. Закатив своего «волка», Артем улыбнулся при виде стальных коней, многие из которых являлись продуктом кустарного творчества. И, судя по виду машин, руки у некоторых умельцев были поистине золотыми.
Парень поспешно вернулся к ремонту, подгоняемый шиканьем старшего мастера. Из будки в дальнем углу, что скрывалась под лестницей, ведущей на второй этаж, вышел администратор постоялого двора и быстро направился к Артему.
Естественно, все вышло именно так, как он ожидал, и даже еще смешнее. Именинник встретил его на пороге в растянутых спортивных шароварах и застиранной тельняшке с дырой под мышкой, фальшиво обрадовался подарку и сразу потащил за стол. И сам Серега, и его гости (они же родственники) были уже порядком на взводе, хотя Юрий пришел точно в назначенное время. Трезвый Юрий в своем выходном костюме чувствовал себя дураком, и суета, которую устроила вокруг него нетвердо стоящая на ногах жена Сереги Людмила, только усилила это ощущение. Не прошло и часа, как все набрались по самые брови, и именинник затеял драку с шурином, к которой без промедления присоединилась Людмила Веригина, решительно принявшая сторону брата. Толстая теща Сереги наблюдала за дракой, подперев кулаком дряблую щеку, а потом пьяным голосом затянула какую-то песню. Юрий увидел, как пьяный в дым отец Веригина, перегнувшись через разоренный стол, ухватил тестя за грудки, и понял, что пора уходить. Пару раз Юрий уже пытался разнимать Веригина с женой, и приобретенный им горький опыт свидетельствовал: в семейные склоки встревать не только бесполезно, но и небезопасно. Кто бы из сцепившихся родственников ни был прав, виноватым в такой ситуации все равно окажешься ты, самозваный миротворец…
— Господин Полукров! — заискивающе улыбнулся он. — Рад видеть вас в добром здравии.
В прихожей, уже взявшись одной рукой за дверную ручку, а другой — за барашек замка, Юрий услышал, как в сортире с шумом обрушилась в унитаз вода. Стукнуло сиденье, щелкнула задвижка, и почти сразу на плечо Юрию опустилась чья-то рука — судя по виду, мужская. В высшей степени нетрезвый голос развязно поинтересовался у Юрия, куда это он намылился. Тот факт, что любопытствующий субъект даже не удосужился вымыть руки перед тем, как хватать его за одежду, оставил Юрия равнодушным, но с него было довольно: привычная тоска навалилась на него, как сброшенный из самосвала бетон. Сил на поиск дипломатичного ответа не осталось, и Филатов, не оборачиваясь, оттолкнул собеседника локтем. Позади послышался глухой деревянный удар, треск и шум рухнувшей вешалки; из гостиной доносились матерные выкрики, грохот мебели и звон бьющейся посуды. Потом там диким голосом заверещала Людмила Веригина, раздался грохот, а пол под ногами у Юрия вздрогнул, как от взрыва, — судя по всему, разошедшиеся не на шутку родственники опрокинули шкаф. Юрий открыл дверь и вышел, даже не обернувшись, чтобы взглянуть, кого на этот раз опрокинул он сам.
— Не дождетесь. — Артем подмигнул ему, одаривая скупой улыбкой.
— Ну что вы! Надолго к нам?
На следующий день Серега приходил извиняться, но Юрий, выглянув в глазок, не открыл дверь. Извинения у Сереги Веригина, как водится, не обходились без бутылки; пить с ним Юрию не хотелось, а разговаривать и подавно. Намеков Серега не понимал, даже самых прозрачных, спускать его с лестницы было, в общем-то, не за что, поэтому Юрий и решил притвориться, что его нет дома. Веригин трезвонил минут пять, вздыхал, шаркал ногами по резиновому коврику, а потом все-таки ушел. Выглянув в окно, Юрий увидел его на скамейке в компании двух бутылок пива. Скамейка была мокрая, сверху сеялся мелкий дождик, но домой Серега не торопился. Он ловко вскрыл бутылку с помощью обручального кольца, но выпить не успел: откуда-то справа — не иначе как из окна его квартиры, — хорошо слышный даже через плотно запертую и заклеенную на зиму двойную раму, раздался пронзительный окрик: «Веригин, домой!» Юрий невесело усмехнулся и совсем уже было отошел от окна, но его остановил прозвучавший снаружи комментарий, адресованный, как он понял, не столько Веригину, сколько ему, лично — так сказать, в собственные руки. «Ну что, не открывает? — гораздо громче, чем требовалось, прокричала из форточки Людмила Веригина. — Правильно. Я тебе, дураку, сто раз говорила: гусь свинье не товарищ! Шальные деньги кого хочешь могут испортить!»
— Надеюсь, что нет, — мотнул головой гость.
— Зачем же так категорично? Вам у нас не нравится?
Поделившись этим ценным наблюдением со всем двором, мадам Веригина с грохотом и дребезжанием захлопнула форточку, а ее супруг, уныло горбясь под моросящим дождем, побрел к своему подъезду. По дороге он замедлил шаг, покосился на свое окно и воровато отхлебнул из бутылки. Форточка немедленно распахнулась опять. «Веригин!!!» — послышалось оттуда, и Серега, ссутулившись еще больше, торопливо юркнул в подъезд.
— Причина в другом. У меня неотложные дела, и мне надо… — Артем не договорил.
«Быдло, — с неожиданным раздражением подумал Юрий. — И ведь возразить нечего, в чем-то она права. Пока на меня не свалились эти проклятые деньги, в жизни был хоть какой-то смысл, а теперь он исчез, пропал и даже не думает появляться. Так что деньги меня, несомненно, испортили. Другое дело, что ее, Людмилу Веригину, они бы испортили еще сильнее, не говоря уже о ее муже, который первым делом попытался бы их пропить. Впрочем, я ведь делаю то же самое…»
Он вновь окинул взглядом мотоциклы. Так и есть. У стены, что с окнами, стояли два таких же, как у него, черных «волка» с задранными вверх трубами глушителей. Оба, как и мотоцикл Артема, были оборудованы увеличенными баками. Фара одного из них украшалась по кругу медвежьими когтями. С бака смотрела волчья голова с окровавленной булавой в зубах. Второй «волк» имел высокую спинку на седле. Само оно было одето в чехол из лисьей шкуры, крыло переднего колеса — украшено пулеметной лентой с бутафорскими патронами. А на баке красовалась нарисованная голая девица, подставлявшая ездоку свой соблазнительный румяный зад с отпечатком большой пятерни.
Потом пришли выходные, которые для Юрия ничем не отличались от остальных дней недели — ну разве что тем, что программа телепередач, и в будни не блиставшая содержательностью, в выходные отличалась катастрофической глупостью и оставляла после себя ощущение хорошо спланированной акции по превращению населения в клинических дебилов. В воскресенье Юрий заснул перед телевизором со стаканом в одной руке и сигаретой в другой под монотонный стук дождя по жестяному карнизу, а в понедельник, проснувшись в той же позе и на том же месте, увидел за окном пронзительно-голубое небо. В комнате было полным-полно солнечного света, который беспощадно высвечивал каждую деталь царившего в квартире дикого, ни с чем не сообразного бардака.
— Вот они, — хмыкнул Полукров.
— Ё-моё, ну и помойка, — громко сказал Юрий, приветствуя новый день, и рывком поднялся с дивана.
Администратор проследил за его взглядом и уставился на эти два мотоцикла.
— Что, простите?
Прилив бодрости, случившийся с ним при виде чистого неба и солнечного света, нельзя было упустить, и для начала Юрий настежь распахнул форточку. В прокуренную комнату ворвалась струя прохладного весеннего воздуха, желтые от осевшего никотина тюлевые занавески испуганно колыхнулись, а обрывки бумаги, которой Юрий осенью опрометчиво заклеил не только окно, но и форточку, с громким шорохом затрепетали на сквозняке.
— Вон те два «волка». Как давно хозяева на постое?
Обеспечив приток кислорода, Юрий принял упор лежа и отжимался от пола до тех пор, пока не почувствовал одышку. Это случилось где-то в начале второй сотни отжиманий, и Филатов отметил про себя, что пребывает в отвратительной форме и что с этим необходимо что-то делать. Придя к такому выводу, он сбегал на кухню за веником и мусорным ведром и в течение добрых полутора часов вкалывал, как вол, разгребая свинарник, образовавшийся в квартире за то время, что он лелеял свою хандру.
— Третий день.
Только после того как вся квартира (восемнадцать квадратных метров жилой площади, тесная кухня и прихожая размером с задний карман дамских джинсов) засияла первозданной чистотой, прямо как казарма в конце парко-хозяйственного дня, Юрий принял горячий душ и побрился, вставив в станок новенькое лезвие. Приведя себя таким образом в приличное состояние и натянув новые, ни разу не надеванные трусы, лохматый после душа Юрий босиком прошлепал на кухню, закурил первую в этот день сигарету и стал варить себе кофе.
— Они здесь?
Форточка на кухне тоже была открыта настежь, по спине тянуло холодным сквозняком, снаружи доносилось пьяное чириканье воробьев. Следя за кофе, чтобы не убежал, Юрий вдруг подумал, что понятия не имеет, какова продолжительность воробьиной жизни. Очень может быть, вон тот, взъерошенный, который качается на ветке прямо за форточкой, точно так же качался на ней и в прошлом году, и в позапрошлом, и пять лет назад. Возможно, он знал Юрия Филатова как облупленного, изучил все его привычки и теперь рассказывал своим невидимым отсюда приятелям, чем занят этот странный тип из угловой квартиры, который неделями не выходит на улицу, а если и выходит, то лишь для того, чтобы ввязаться в очередную неприятность.
— Нет. Еще днем пошли на улицу.
Артем нахмурился.
Кофе закипел. Юрий перелил его в фаянсовую кружку, для порядка заглянул в сахарницу, хотя точно знал, что та пуста уже третий день, сунул окурок в глупо разинутый рот стоявшего на подоконнике синего фарфорового окуня, бывшего когда-то рюмкой, а теперь уже который год служившего пепельницей, и стал, стоя на сквозняке под открытой форточкой, осторожно прихлебывать обжигающую ароматную горечь, от которой по всему телу разливалось ощущение давно забытой бодрости.
— Напомните, где тут у вас бордель…
Прямо под окном, забравшись двумя колесами на низкий бордюр, стояла машина Юрия — изрядно подержанный, но пребывающий в неплохом техническом состоянии японский джип. Джип был старый, угловатый, с утратившими блеск белыми бортами и облезлыми защитными дугами на обоих бамперах. Юрий считал, что внедорожник должен выглядеть именно так. В самом деле, какой смысл переплачивать за полный привод и усиленную подвеску, если боишься поцарапать перламутровый борт или разбить сверкающий пластиковый бампер? С этой точки зрения привлекательнее всего выглядел «Хаммер», но «Хаммер» Юрий покупать не стал, потому что не хотел обращать на себя внимание. Запросы у него были скромные, и десятилетний «Ниссан» его вполне устраивал, тем более что бегал он еще вполне сносно, угонщиков не соблазнял, а лихачи на дорогих заграничных авто старались держаться от него на почтительном расстоянии — надо полагать, из чувства самосохранения.
Пухлое лицо администратора порозовело, и он широко улыбнулся.
За зиму борта машины основательно заросли грязью. Дождь, с переменным успехом ливший целую неделю, расписал их причудливыми полосами, потеками и мелкими крапинками, и на этом фоне чей-то преступный палец уже успел вкривь и вкось вывести: «ПОМОЙ МЕНЯ, Я ВСЯ ЧЕШУСЯ!» В этом воззвании определенно что-то было; пожалуй, приведя в порядок квартиру, не мешало бы заняться машиной, тем более что зима уже кончилась, асфальт подсыхал прямо на глазах, шансов снова запачкать свежевымытые борта было не так уж много, а куда девать остаток дня, Юрий все равно не знал.
— Полтора километра в ту сторону. Увидите — не ошибетесь.
— Странно, что рейтарская гостиница и вертеп не соседствуют, — хмыкнул Полукров.
Сварив вторую чашку кофе, Юрий соорудил многоэтажный бутерброд, подкрепился, привел в порядок прическу, оделся и вышел на улицу. После царившего в подъезде полумрака яркий солнечный свет больно ударил по глазам. Воздух пьянил, как молодое вино, воробьи бултыхались в подсыхающих лужах и громко ссорились в ветвях старой сирени. Юрий огляделся по сторонам, убеждаясь, что поблизости нет вездесущего Веригина с бутылкой портвейна за пазухой, открыл машину, кое-как протер тряпкой ветровое стекло и сел за руль.
— Не понял?
После мойки и чистки салона он заехал на заправку, залил бак бензином и пришел к неутешительному выводу, что парко-хозяйственный день можно считать благополучно завершенным и что постылый вопрос «чем заняться дальше?» вновь встает на горизонте во всей своей неприглядной красе. Времени было всего ничего — начало третьего пополудни, — а дела снова кончились. Можно было заехать в редакцию «Московского полудня», оторвать господина главного редактора от работы и немного поболтать о пустяках. Димочка Светлов — хороший парень и всегда рад видеть Юрия, но вот беда: у Юрия не было ровным счетом никаких новостей, о которых можно было бы поболтать, а раз так, то разговор рано или поздно свернул бы в привычное, давно проторенное русло. При всех своих хороших качествах Димочка был прирожденным журналистом — когда-то просто талантливым, а теперь еще и довольно опытным. И, судя по всему, он еще не расстался с мечтой когда-нибудь выпустить в свет подробное жизнеописание знаменитого Инкассатора, о котором по Москве ходили легенды, наполовину состоявшие из беззастенчивого вранья, а на вторую половину — из глухих отголосков реальных событий. В отличие от подавляющего большинства москвичей, Димочка точно знал, что Юрий Филатов и полулегендарный Инкассатор суть одно и то же лицо, и любой разговор между ними рано или поздно сводился к ненавязчивым попыткам Димочки вытянуть из собеседника что-нибудь интересное, лучше всего — сенсационное.
— Да нет. Ничего. Я ненадолго оставлю мои вещи?
— Конечно! Мы всегда вам рады!
Кроме того, в редакции, помимо Димочки, Юрию предстояло встретиться с его супругой Лидочкой, которая когда-то откровенно заглядывалась на плечистого редакционного водителя Филатова, что вызывало у ее будущего мужа жгучую ревность. Все это давно сгладилось и забылось, тем более что даже в разгар тех давних событий между Юрием и Лидочкой ничего не было, однако старая ревность забывается еще хуже, чем старая любовь, и Юрию не хотелось будить спящую собаку. К тому же, выйдя замуж и обзаведясь ребенком, Лидочка вместо платонической любви воспылала к Филатову материнским чувством и взяла себе за правило, глядя на него, украдкой вздыхать и сетовать на то, что он не женится. Господин главный редактор при этом всякий раз с шутливой угрозой интересовался, кого она прочит в жены этому троглодиту — уж не себя ли, — но Юрий отчетливо слышал сквозь шутливый тон отголоски старой тревоги…
— И сколько стоит ваша радость?
Словом, какими бы приятными ребятами ни были супруги Светловы, сил на общение с ними у Юрия сегодня не было. Он прислушался к своим ощущениям и понял, что пора обедать. У него немного отлегло от сердца: теперь, по крайней мере, можно было считать, что вернувшееся к нему дурное настроение хотя бы отчасти объяснялось обыкновенным голодом. Юрий расплатился за бензин, завел двигатель и выехал с заправки, с ловкостью бывшего таксиста вписавшись в плотный транспортный поток, катившийся в сторону Центра.
— Три бронзы, — ответил администратор, сводя ладони. Затем повернулся к парню, открывшему Артему ворота. — Гришка. Гришка, ятить твою!
Он ехал, выискивая глазами какой-нибудь приличный и вместе с тем не слишком великосветский ресторан, где можно заморить червячка, не чувствуя себя идиотом из-за того, что забыл надеть галстук. Как назло, все подобные заведения куда-то попрятались, прямо как грибы в траву. Юрий не спеша вел машину во втором справа ряду, попутно отмечая приметы наступившей весны — проклюнувшуюся сквозь черную грязь замусоренных за зиму газонов молодую травку, легкие плащи и куртки прохожих, стройные девичьи ноги в тонких колготках и их выпущенные на волю, развеваемые апрельским ветерком прически. От этого зрелища настроение стало подниматься. Юрий включил музыку, вынул из кармана сигареты и закурил. Он всего лишь на мгновение опустил глаза, чтобы попасть кончиком сигареты в пляшущий огонек зажигалки, а когда снова поднял их на дорогу, впереди зажегся красный.
— Чего?! — недовольно фыркнул тот. — Батя, ну занят же я!
— А ну, поди сюда, сопляк, щас огребешь отеческой любови! Прими вещи уважаемого господина и байк его припаркуй!
Это произошло как-то очень уж неожиданно — то ли Юрий чересчур увлекся разглядыванием очередной встречной красотки, то ли светофор был неисправен и красный зажегся на нем сразу же после зеленого, минуя желтый. Как бы то ни было, Юрию пришлось тормозить изо всех сил. Взвизгнули покрышки, джип встал как вкопанный в нескольких сантиметрах от шедшей впереди машины, и почти в то же мгновение сзади послышался глухой удар, от которого Юрия чувствительно бросило вперед. Пристегнуться он, как обычно, забыл, упереться руками не успел и оттого больно приложился ребрами к рулевому колесу.
— «Волка» я сам припаркую, — отрезал Артем и снял с седла свой увесистый рюкзак.
— Чертов чайник! — выругался Филатов, толком не зная, кого имел в виду — себя или водителя шедшей сзади машины.
Гришка взял его и тут же согнулся от тяжести. Полукров аккуратно провел своего железного друга сквозь ряды мотоциклов и поставил в соседстве с теми двумя. Шепнул: «Я скоро», вернулся к администратору. Протянул ему свой автомат с подствольником и оптикой, достал из кармана листок бумаги.
Потирая ушибленный бок, он по очереди посмотрел во все зеркала. В левом виднелся краешек заднего крыла, окрашенного в модный медно-коричневый цвет с перламутровым отливом. Крыло было блестящее, округлое; кроме этого крыла, Юрию не удалось разглядеть никаких других деталей, из чего следовало, что его джип протаранила какая-то импортная малолитражка, такая мелкая, что почти полностью спряталась за высокой кормой его старого «Ниссана».
— Вот опись. Проверять будете?
Красный свет впереди погас, и после коротенькой паузы включился зеленый. Желтый так и не загорелся.
Администратор замялся.
— Уроды, — пробормотал Юрий, хлопнул ладонью по кнопке аварийной сигнализации и полез наружу, предварительно выключив музыку, которая, с учетом обстоятельств, звучала чересчур жизнерадостно.
— Ну, вообще-то положено. Но мне известна ваша репутация, и как-то неловко…
— Короче. — Артем протянул ему четыре бронзовые монеты вместо трех. — У меня мало времени.
Эвакуатор хрипло зарычал дизельным движком, выпустил из выхлопной трубы густое облако черного, воняющего паленой резиной дыма и укатил, увозя перламутрово-коричневый «Опель» с разбитым вдребезги передним бампером, смятым капотом и пробитым радиатором, содержимое которого растеклось по асфальту широкой, курящейся горячим паром лужей. Проносившиеся мимо автомобили с характерным шипением разбрызгивали пролитый тосол, за ними тянулись влажные, постепенно исчезающие следы. Пахло выхлопными газами, бензином и пылью.
— Поверю вам на слово, не первый день знакомы! — радостно воскликнул толстяк, принимая деньги.
Юрий обошел свою машину сзади и еще раз осмотрел повреждения. Повреждений было — кот наплакал: царапина на крюке прицепного устройства да неглубокая вмятина на мощном тускло-черном стальном бампере. Сверху на бампере Филатов заметил треугольный осколок цветного пластика и смахнул его на асфальт, где было полным-полно точно таких же осколков.
* * *
Юрий закурил, не спеша спрятал в карман документы, которые, оказывается, все еще держал в руке, и посмотрел направо.
Паша Ходокири. Высокий, похожий на медведя гризли человек лет тридцати или чуть старше. Круглое лицо с узкими раскосыми глазами делало его похожим на древнего воина из Золотой Орды. Длинные черные волосы затянуты в тугой хвост, борода заплетена в косу. Неизменная улыбка на физиономии. Два засаленных черных локона спадают до широких азиатских скул.
Девушка стояла на бордюре в трех шагах от него. Ветер от проносившихся мимо машин трепал ее темные волосы, играл полами просторного плаща. Кусая губы и озабоченно хмурясь, девушка терзала мобильный телефон, нервно тыча наманикюренным пальчиком в панель и, судя по всему, поминутно попадая не в те кнопки. Как раз в тот момент, когда Юрий на нее посмотрел, она, видимо, отчаялась добиться от телефона толку, раздраженно сунула его в карман и, вытянув шею, огляделась с видом человека, не знающего, что ему предпринять: то ли попытаться поймать такси, то ли просто сесть на землю и заплакать. При этом взгляд ее каким-то очень странным и сложным манером все время огибал Юрия, скользил мимо него, как будто Филатов стоял под каким-то колпаком, от которого этот взгляд отталкивался. Было обидно: в конце концов, виноват в аварии был вовсе не Юрий. Впрочем, в подобной ситуации объективности, как правило, трудно дождаться даже от опытных мужчин, не говоря уже о девушке, только что разбившей дорогую и, без сомнения, любимую игрушку. К тому же девушка явно куда-то спешила.
— Это за что же я должен платить, если у нее даже зубов нету?! — воскликнул он, широко разведя огромные лапы.
— Может быть, вам помочь? — спросил Юрий, точно зная, каким будет ответ.
Его странная фамилия таковой не являлась. Это была «погремуха». Кличка. Высказывалось много версий о ее происхождении. Самая правдоподобная и логичная звучала так: за азиатскую внешность его называли то чукчей, то китайцем, то япошкой. Чаще японцем за комплекцию, которой он отчасти напоминал сумоистов с картинок в журналах давно ушедшей эпохи. Он отвечал: «Я русский!» — и бил в морду. Конечно, рост под метр девяносто выгодно отличал его от японцев, которых в этих краях и вовсе не видывали. Но все-таки порой его называли японцем, а заодно и словечком «харакири». Впоследствии это слово преобразилось в нечто иное. Никто уже не помнил почему, но настоятельниц борделей в русскоязычных ареалах величали Ирами. И всем было известно, что Паша — ходок. Его жадность до баб иногда затмевала даже чувство голода, притом что пожрать Паша был тоже любитель. Вот и получилось — «ходок к Ире». Именно такой, вероятно, была история его запоминающегося прозвания: Паша Ходокири.
— Спасибо, — не скрывая сарказма, огрызнулась девушка, — вы уже сделали все, что могли. Черт, и батарейка сдохла… Послушайте, — осененная новой идеей, сказала она, — раз уж вы такой рыцарь, то, может быть, одолжите мне на минутку ваш телефон? Мне срочно нужно позвонить, а мой совсем разрядился… Телефон у вас есть? — переспросила она, заметив появившееся на лице Юрия огорченное выражение.
— Погоди, родной! — Местная «мамаша», она же «Ира», сделала полшага влево и заступила дорогу. Ее обвисшие бледные щеки были натерты свеклой. Будучи едва ли не вдвое ниже этого медведя, она бесстрашно наступала. — Ты услугу получил? Получил. Она час отработала? Отработала. Гони деньги, падла!
— Есть, — честно признался Филатов. — Валяется где-то дома отключенный…
Ходокири не сдавался:
— Да за что я должен платить, а?! У нее зубов нету!
Девушка посмотрела на него как на сумасшедшего, открыла рот, но передумала и, сойдя с бордюра, вскинула руку навстречу пролетавшей мимо машине. Машина рявкнула и унеслась прочь, обдав тугим бензиновым ветром. За первой машиной последовала вторая, за второй — третья. Рычащее стадо проскочило мимо них, потом где-то позади, очевидно, загорелся красный, и поток транспорта иссяк.
«Мамаша» взвилась:
Юрий сунулся в кабину джипа, выключил аварийку, на мгновение задумался и вернулся. Девушка стояла к нему спиной, все еще держа правую руку вытянутой поперек шоссе.
— Нет, ну ты посмотри, упрямый какой, а! Ты что, китайская твоя рожа, нормального языка не понимаешь? Тебе отработали — гони монету! Что не понятно?
— Давайте я вас подвезу, — предложил Юрий. — Это будет быстрее.
— Да ведь она беззубая, — твердил свое Ходокири. — И харэ мне тут про китайскую рожу гнать!
— Отстаньте, — непримиримо огрызнулась девушка. Она даже не обернулась.
О Павле знали, что он далеко не дурак. Но сам он иногда охотно «включал дурака» в качестве тактической уловки. Это он пытался проделать и сейчас. Но местной «Ире» было откровенно побоку, дурак ее клиент, или сам Альфред Шнобель, или Альбрехт Ферштейн, или как там их звали. Главное, чтобы платил. Заплатить в состоянии даже конченый тупица.
Юрий еще немного постоял, переминаясь с ноги на ногу. Ему подумалось, что он уже дня три, если не все четыре, вообще не разговаривал с людьми, открывая рот только для того, чтобы чертыхнуться, споткнувшись в потемках о какую-нибудь табуретку, которую сам же и оставил на дороге. Впрочем, сейчас о каком-то там общении тоже вряд ли стоило думать — не тот был случай, не та ситуация.
— Слушай, тетяка, ты пела про качество — где оно? А ну как я тебе патроны продам, но с них будет порох ссыпан? Заплатишь как за боевые? Или вой подымешь, кидаловом назовешь?
Сердито пожав плечами, он вернулся к машине, сел за руль и закрыл дверцу, хлопнув ею гораздо сильнее, чем требовалось. Заводя машину, он покосился в зеркало заднего вида. Девушка по-прежнему стояла к нему спиной, голосуя проносившимся мимо машинам. Двигатель джипа завелся, наполнив салон едва ощутимой вибрацией. Юрий выжал сцепление и положил ладонь на головку рычага переключения скоростей. Снова посмотрев в зеркало, он не увидел там никого, а в следующее мгновение в правую дверцу коротко постучали.
— При чем тут патроны?
Юрий сдержал улыбку, отпустил сцепление и отпер дверь.
— Залезайте, — сказал он. — Куда вас отвезти?
— Я тебе про честный бизнес толкую, лярва ты чертова. Ты будешь платить за патроны без пороха?
— Нет!
— В «Старый погребок», — продолжая нервно кусать губы, отрывисто бросила она, устраиваясь на сиденье и демонстративно прикрывая полой плаща колени. — И побыстрее, если можно. Я очень тороплюсь.
— Ну так вот и я не собираюсь платить за беззубую твою телку.
«Тише едешь — дальше будешь», — подумал Юрий, но, разумеется, промолчал. Он включил указатель поворота и плавно тронул машину с места. Девушка сидела рядом, прямая и неподвижная, как манекен из магазина готового платья. От нее тонко пахло какими-то незнакомыми духами. Покосившись в ее сторону, Филатов заметил, что она украдкой обшаривает глазами приборную панель — видимо, слова Юрия ни в чем ее не убедили и она, вопреки очевидности, все еще пыталась отыскать мобильник.
— Ах ты, пес! Патроны без пороха не будут стрелять! А от девки тебе удовольствие!
— У вас правда нет с собой телефона? — не глядя на Юрия, спросила девушка.
— Правда, — ответил Юрий, обгоняя медлительный мусоровоз. — Я им не пользуюсь уже добрых полгода. Честно говоря, даже не помню, куда его засунул. Да вы не волнуйтесь, до «Старого погребка» отсюда минут десять езды, не больше. Опаздываете?
— Чисто физиологическое, и то сомнительное. А эстетического ноль. — Он сделал жест, словно отрезал что-то.
Девушка не ответила, но ответ был ясно написан на ее встревоженном лице, устремленном вперед, как лицо деревянной фигуры на носу старинного парусника. Юрий заметил, что она нетерпеливо тискает в ладони ключ зажигания. К ключу был прикреплен брелок с эмблемой «Опеля». Правая нога в изящном остроносом сапожке упиралась в пол с такой силой, словно хотела продавить его насквозь. Юрий не сразу понял, что это означает, а когда понял, ему стало смешно: его пассажирка инстинктивно давила на воображаемую педаль газа, пытаясь заставить машину ехать быстрее. Пряча улыбку, Филатов перестроился на третью полосу и придавил акселератор, хотя и знал, что при таком интенсивном движении толку от этого будет мало.
— Чего?!
— Я пошел, короче…
— Не расстраивайтесь, — стремясь хоть немного разрядить обстановку, сказал он. — Машина ваша не так уж сильно пострадала. И вообще, главное, что сами целы. Это, наверное, ваша первая авария?
— Я те пойду! Я те щас так пойду!
— Представьте себе, первая, — сердито ответила девушка, упорно глядя в сторону.
— Не ори, сиська лопнет.
— Все когда-нибудь происходит впервые, — философски заметил Юрий. — Ничего, привыкнете. У вас их еще столько впереди, этих аварий!
Ходокири невозмутимо повел плечами и, бесцеремонно отстранив «мамашу», пошел по коридору, чтобы спуститься на первый этаж.
Он хотел сказать, что в наше время проехать по Москве, ни разу не оцарапав машину, практически невозможно, но пассажирка, похоже, поняла его как-то не так. Она резко, всем телом обернулась в его сторону и прожгла Филатова свирепым взглядом больших серо-голубых глаз. Губы у нее были красивые, четко очерченные, очень выразительные. Сейчас они были сердито поджаты, а между тонкими бровями залегла морщинка.
* * *
— Спасибо, — уничтожающим тоном произнесла девушка, — вы меня так утешили! Вы, видно, из тех самодовольных типов, которые на каждом углу кричат, что женщина за рулем — это то же самое, что обезьяна с гранатой.
— Ничего подобного, — смутился Юрий. — Я совсем не то хотел сказать…
Его зовут Иван. Полностью — Иван Булава. Такое оружие с собой он, конечно, не носит, зато удар его кулака сопоставим с ударом булавой. Рост — два метра ровно. Ну а в берцах еще выше, и он обычно в берцах. Античное лицо, словно высеченное из мрамора, — с четкими скулами, мощным подбородком, высоким лбом, из-под которого сурово смотрит пара холодных голубых глаз. Волосы неприлично светлы и аккуратно острижены в «площадку».
— Знаю я, что вы хотели сказать! Смотрите лучше на дорогу. Вон, вон просвет, туда давайте! Да газу же!..
Во многих местах его знали не только как Ивана Булаву, но и как «чертовски мощного засранца» (он действительно был чертовски мощным), «молчаливого убийцу» (Булава отличался немногословностью), «ходячий арийский монумент» (и вправду напоминал при богатом воображении), «чертов русский танк» (русские танки, применяемые с умом, оставались довольно грозным оружием).
Юрий аккуратно притормозил, и почти в то же самое мгновение просвет, на который указывала ему пассажирка, исчез, заполненный пошедшим на обгон самосвалом.
Хотя Иван и находился сейчас в заведении злачном, первый этаж которого служил баром, а второй и третий — борделем, Булава не слишком любил шляться по девицам легкого поведения. Впрочем, и этому олимпийскому полубогу не были чужды человеческие слабости. Однако наибольшее удовольствие он испытывал от усталости в собственных мышцах. А он буквально был слеплен из мускулов, которые постоянно поддерживал в нужной форме отжиманиями, приседаниями, бегом, подтягиваниями тяжестей и сотнями ударов двадцатикилограммовой кувалдой по вкопанному в землю колесу от грузовика. Это отнимало у него уйму времени и физических сил. Очевидно, именно поэтому он редко удостаивал вниманием женщин, хотя многие из них мечтали возложить ноги на его широченные плечи, обтянутые черной косухой с волчьей головой на спине.
— Как хотите, — сказал Юрий. — На самом деле я думаю, что те, кто распространяется насчет обезьяны с гранатой, незаслуженно обижают ни в чем не повинных животных.
Забота о мышцах требовала массы калорий. Иван много ел. Вот и сейчас он сидел за столом, сосредоточенно пережевывая внушительную отбивную и запивая ее красным вином из глиняной бутылки. Обычно Иван трапезничал в одиночестве, так было и нынче. Тщательно прожевав пищу, он чуть приподнял голову, быстро осмотрелся, сделал пару глотков.
Мимо прошла официантка, бросая на него томные взгляды и вызывающе покачивая бедрами. На Булаву это не произвело никакого впечатления. Сейчас его интересовало мясо, которое едят, а не то, за которым поднимаются по скрипучей дощатой лестнице. Тем не менее зовущая походка официантки подействовала на других посетителей. За столиком напротив кто-то шлепнул девицу по заднице ладонью, издав при этом хрюкающий смешок.
Он тут же пожалел о сказанном. Все-таки, как ни крути, откровенность хороша далеко не всегда; бывают, наверное, случаи, когда правду-матку лучше придержать при себе, а не резать ее прямо в глаза. Да и не было в том, что он только что произнес, никакой правды, просто этой девчонке удалось-таки его разозлить. Увы, в последнее время разозлить его стало совсем нетрудно…
Иван, отправив очередную порцию жареного мяса в рот, смерил субъекта взглядом. Толстяк в черном балахоне, с длинными грязными волосами, росшими от блестящей круглой плеши, и черными усиками, загнутыми вверх. А еще морда лоснится. Сам он в изрядном подпитии. Вполне хватит удара ботинком по харе. Хотя… Девка заржала в ответ. Каждый получил свое — тем лучше. Меньше хлопот. Не хватало устроить мордобой из-за какой-то лошади.
— Извините, — поправился он. — Я не хотел вас обидеть. Все это ерунда. Перемелется — мука будет. Через месяц уже и не вспомните…
Еще глоток вина. Внушительный шмат мяса уменьшается с неимоверной быстротой. Можно заказать еще кусок. Интересно, сколько времени там проторчит этот…
— Хватит, — резко сказала девушка. — Я сама виновата, надо было поймать такси… Курить у вас в машине можно?
— Можно, — сказал Юрий. — Только мы уже, можно сказать, приехали.
По ступенькам быстро спустился высокий, похожий на медведя и одетый в черную кожаную косуху человек с длинными волосами, стянутыми в тугой хвост, и бородой-косичкой. От лестницы летели бабий ор и хамские возражения «медведя». Постояльцы бара, числом около двух десятков, зыркали на шум и моментально теряли интерес к перепалке местной «Иры» с посетителем, который явно принадлежал к рейтарской братии. В местной кантине и без того стоял гам. Тихие беседы здесь были не в чести. Кто-то гоготал, а прочие разговаривали громче, чтобы перекричать фон. В итоге шум нарастал. Кроме того, в подобных заведениях громовым голосом обозначали свой статус и уровень «крутизны». Ивану было незачем шуметь. Его статус явствовал из комплекции, а на лице читалось: «Не суйся, если ты не самоубийца». Поэтому его не баловали вниманием и не пытались подсесть за столик, чему он был рад, и удовольствие его выражалось в неизменно каменном выражении лица и сосредоточенном поедании пищи.
Она выпустила пачку сигарет, и та скользнула обратно в сумочку. Бросив быстрый взгляд на часы, девушка принялась нервно кусать губы. Филатов перестроился в крайний правый ряд и аккуратно причалил к высокому бордюру прямо напротив вывески «Старого погребка». Состоявшийся минуту назад обмен колкостями невольно обострил его восприятие, и он сразу догадался, что мужчина, топтавшийся возле двери заведения и то и дело нетерпеливо поглядывавший на часы, был тем человеком, на встречу с которым так торопилась его пассажирка. Был он высок, длинноволос, одет в длинный плащ нараспашку и модные туфли. Бледное после зимы лицо украшала аккуратно подстриженная русая бородка, а глаза прятались за стеклами темных солнцезащитных очков. Из-под плаща виднелись строгий деловой костюм и белоснежная рубашка с модным галстуком. В руке мужчина держал букет пышных голландских роз с длинными стеблями. Он повернул голову на шум подъехавшего к тротуару автомобиля, и Юрий увидел, как нехорошо изменилось выражение его лица, когда он разглядел за чисто отмытым ветровым стеклом ту, кого дожидался. Он еще раз демонстративно посмотрел на часы, а затем сделал то, от чего у Юрия буквально отвисла челюсть: швырнул букет в стоявшую поблизости урну, резко повернулся на каблуках и, не оглядываясь, зашагал прочь с гордо развевающейся шевелюрой и разлетающимися в стороны полами широкого плаща.
— А если я тебе патроны продам, из которых порох ссыпан?! — Сошедший по ступенькам здоровяк продолжал отбрыкиваться от «мамаши».
— Да что ты заладил со своими патронами, китаеза окаянный! — хрипела «Ира».
«Еще один психопат», — подумал Филатов и от души пожалел свою пассажирку: денек у нее сегодня выдался еще тот. Впрочем, милые бранятся — только тешатся; Юрий не сомневался, что парочка поцелуев поможет быстро уладить возникший на пустом месте конфликт.