— Кто-то, кто знает Ипполито?

— Да.

— Это очень неприятно.

— Слушай, мы можем предположить, что если Ипполито в курсе, то, возможно, Ригенштейн и Стармак тоже знают.

— И это означает, что и Вэнс знает тоже.

— Может быть. Думаю, ты должна быть к этому готова.

— Что мне ему сказать?

— Скажешь, что отвезла меня в аэропорт, и была уверена, что я улетел. А потом вчера вечером я оказался возле твоего дома и пригласил тебя пообедать. Это было единственно возможное время, когда мы могли быть вместе с тех пор, как я будто бы покинул город. Гримальди был раньше. И мы никогда не говорили об Аррингтон.

— Ну, а что тогда, после обеда?

— Ну, я довез тебя до отеля Биверли Хиллс и сказал, чтобы ты взяла такси и ехала домой, и с тех пор мы больше не виделись. Полагаю, что ты вне себя от того, как я с тобой обошелся.

— О\'кей.

— Правда, почему бы, тебе не выложить все это Вэнсу при первой же возможности? Не жди, пока он услышит об этом от кого-нибудь другого. В конце концов, почему бы, тебе не встречаться со мной, а?

— Думаю, ты прав. Только почему ты тогда не улетел в Нью-Йорк, как я рассчитывала? Мне нужно знать причину.

— Можешь сказать, что я сослался на личные дела, и потом заявил, что покидаю Лос-Анджелес сегодня.

— Предположим, что он позвонит тебе в Нью-Йорк, а тебя там не окажется?

— В том не будет твоей вины. Думаю, мне лучше сегодня же переехать в отель. Нехорошо оставаться у тебя после того, как нас видели вместе. Можешь мне порекомендовать спокойное, тихое место?

— Такое место есть в западном Голливуде под названием Ле Парк, отель с отдельными апартаментами. Место, где студии размещают приезжих авторов. Ни Вэнс, ни его друзья там не бывают. — Она отыскала адрес в телефонной книге и написала для Стоуна.

— Если я понадоблюсь, спрашивай Джека Смита.

— Почему Джека Смита?

— Так предложил мой друг, Рик Грант.

— О\'кей. Могу я позвонить тебе вечером?

— Давай пропустим одну ночь. Приглядись, чтобы никто не следовал за тобой по пятам на работу или с работы. Если все будет чисто, мы можем встретиться завтра и провести уик-энд вместе.

— О\'кей, дорогой. Во всяком случае, не теряй ключи от моего дома.

— Я воспользуюсь ими при случае.

Она крепко поцеловала его и удалилась.

Он поднялся, выложил одежду, чтобы одеться после мытья, упаковал другие вещи, побрился и пошел принять душ. Не успел он выключить воду и выйти из ванной, как услышал, как отворилась парадная дверь, и кто-то вошел в дом. Незваных гостей было двое. Он мог слышать их голоса. Одно дело, подумал он, быть преследуемым на хорошо освещенных городских магистралях, и совсем другое, оказаться пойманным в этом доме. И начал быстро одеваться.

20

Стоун быстро оделся, перестелил постель так, чтобы было видно, что в ней спал один человек, и схватил свои пожитки. Выглянул в окно, увидел, что находился на высоте второго этажа, то есть прыгать было опасно. Теперь он мог лучше разобрать голоса снизу. Они доносились из кабинета Бетти.

Неся свои вещи, он глянул в лестничный пролет. В дюжине футов внизу в коридоре находилась пара дверей, открывающихся гармошкой. Стоун на цыпочках спустился по ковровому покрытию вниз, поставил на пол свои вещи и очень медленно раскрыл створки дверей. Он попал в помещение, почти целиком занятое стиральной и сушильной машинами. Осторожно, стараясь не издать ни малейшего звука, он водрузил свой багаж на крышку стиральной машины, а сам уселся на сушилку и медленно закрыл створки дверей. Теперь он мог слышать шаги людей, поднимающихся наверх, и, оглядев свое убежище, тускло освещенное через матовое стекло, обнаружил утюг. Он держал его на уровне плеча и ждал, что в любую минуту может быть обнаружен. — По крайней мере лоб одного из этих типов я проглажу, — поклялся Стоун.

— Плевать я хотел, — раздался голос одного из незваных гостей, когда те поднимались наверх, в спальню.

— А кто нам нужен?

— Баррингтон.

— Но он тут не появлялся после того, как мы потеряли его из виду, никто не видел поблизости его машину.

— Ладно, тогда поищи то, что может подсказать нам, где скрывается этот сукин сын. Сегодня утром Оний был вне себя, когда утром я доложил ему обстановку.

— Да уж.

Они вошли в спальню, и голоса стали более приглушенными. Когда, через пару минут они вышли, Стоун снова услышал их разговор.

— А что тут внизу?

— Я сейчас посмотрю.

Голос послышался уже вблизи.

Тень промелькнула мимо, и Стоун еще крепче сжал утюг.

— Еще две спальни; весьма опрятно, словно ими никогда не пользуются. — Тень прошла мимо, на этот раз в другую сторону. — Ну, и что теперь?

— Давай прокатимся немного, и посмотрим, может, его машина где-то поблизости.

— Шутишь, он давно уже смылся.

— Ты сумеешь все это объяснить Онию?

— Хорошо, хорошо. — Они стали спускаться по лестнице вниз.

Стоун положил утюг на полку и осторожно раскрыл створки дверей. Он спустился с сушки на пол и на цыпочках поднялся наверх, желая хорошенько рассмотреть непрошеных гостей для возможных встреч в будущем. Он разглядел их спины, когда они выходили из подъезда. Потом сбежал вниз, и, держась ближе к стене, раскрыл жалюзи выходящих на улицу окон. На сей раз, ему удалось гораздо лучше разглядеть их, когда они садились в серебристый «линкольн». Его преследователи были хорошо упитанными, загорелыми, и по калифорнийским меркам, довольно консервативно одетыми. Он наблюдал до тех пор, пока они не укатили, потом, взглянув на часы, поднялся наверх. Он решил дать им полчаса.

Десятью минутами позже он перенес свои вещи в прихожую, высунулся из двери, и осмотрелся; никого намека на присутствие «линкольна». Он подумал, что стоит воспользоваться выходом через задний двор, но побоялся, что его могут увидеть соседи. Вместо этого, он покинул дом и спокойно, не спеша пошел по улице в сторону бульвара Вилшир. У Биверли Вилшир он вошел в отель через парадный вход, спустился в гараж на лифте и, заплатив за парковку, выехал на улицу, все еще поглядывая по сторонам в поисках «линкольна». Он медленно подъехал к дому Бетти, вышел из машины, забрал свои вещи и отъехал.

Через какое-то время, Баррингтон объявился в компании по аренде автомобилей на Биверли Хиллс.

— Привет, — сказал он, обратившись к молодому человеку, сидящему за стойкой, — возвращаю вам SL500; будьте любезны, дать мне другую машину.

— Вам что-то не понравилось в «мерседесе»?

— Мне нужно что-нибудь менее бросающееся в глаза.

— В Биверли Хиллс нет ничего менее бросающегося в глаза, чем SL500.

— Неплохо подмечено, только что вы скажете о красивом седане?

— Давайте, посмотрим, — сказал молодой человек, и повел Стоуна мимо рядов сверкающих машин.

— Вот этот, — показал Баррингтон. Это был тоже «мерседес», — седан, класса Е, нейтрального зеленого цвета.

— Е430? Превосходный автомобиль. У него восьмицилиндровый двигатель.

— Мне подходит.

Стоун подписал требующиеся бумаги, переложил багаж в новую машину, после чего заметил название агентства на номерах машины. Он достал сто долларовую купюру и вновь подошел к стойке.

— Возможно, кто-нибудь зайдет к вам и станет расспрашивать обо мне, — сказал он, положив купюру на поверхность стола, — если это случится, буду весьма признателен, если вы скажете, что сегодня утром я вернул автомобиль, и вы отвезли меня в аэропорт.

— Само собой, — сказал молодой человек, кладя купюру в карман, — какая авиакомпания?

— А какая выполняет рейсы в Нью-Йорк?

— Юнайтед; у них есть рейс, отправляющийся прямо сейчас.

— Скажете им, что я улетел именно им, ладно?

— Конечно же. Когда вы собираетесь вернуть Е430?

— Через несколько дней.

— И где вы остановитесь?

— У друзей, пока не знаю точно, у кого именно.

— Как скажете, мистер Баррингтон. Желаю получить удовольствие от нашей машины.

Стоун сверился с картой и отправился в Ле Парк, отель, который ему порекомендовала Бетти. Подойдя к стойке администратора, он спросил номер.

— Вам надолго, сэр?

— Два-три дня, может быть, дольше.

— Это можно. Ваше имя?

— Джек Смит.

— Можно вашу кредитную карточку, мистер Смит?

— Как вы смотрите на то, что в качестве аванса я предложу вам наличные?

— Это будет замечательно. Тогда внесите 1500 долларов.

Стоун отсчитал сумму сотенными купюрами.

Клерк позвонил носильщику, и вскоре Стоун разместился в чудесном номере, к тому же оборудованном небольшой кухней. Номер был не столь роскошный, как в Бел-Эйр, но тоже неплох. Он распаковал свои вещи, потом позвонил в полицейскую штаб-квартиру.

— Лейтенант Грант, — услышал он голос Рика.

— Это Джек Смит, — отозвался Стоун.

— Привет, Джек, чем могу быть полезен?

— Мне нужны служебный и домашний телефоны Луи Ригенштейна, Дэвида Стармака и Онофрио Ипполито.

— Куда тебе перезвонить?

— Я в отеле Ле Парк, что в западном Голливуде. Зарегистрирован, как незабвенный Джек Смит. — Он дал Рику адрес и телефон.

— Я знаю эту гостиницу. Перезвоню тебе через несколько минут.

— Спасибо. — Стоун разъединился и пошел завтракать в свою кухоньку. Он нашел слоеные булочки и апельсиновый сок, и сварил кофе. Зазвонил телефон.

— Джек?

— Да, Рик.

— Я сейчас говорю по телефону-автомату. Вот что я нарыл: Ригенштейн — на студии «Центурион»; Ипполито — в офисе главного отделения Сэйф Харбор, что в центре города, а Стармак в своем офисе в том же самом здании, что и Ипполито. — Он дал Стоуну адреса, плюс домашние адреса и телефоны. — Домашние телефоны всех троих не значатся в телефонной книге города, так что не говори никому, у кого ты их разузнал.

— Спасибо, Рик. Не выкроишь немного свободного времени поужинать? Я угощаю.

— Конечно.

— В каком-нибудь, не очень голливудском месте.

Грант назвал ему греческий ресторан на улице Мелроуз.

— Он очень неплох и там тебе не грозит встреча с людьми из кинобизнеса.

— Меня вполне устраивает. Восемь часов?

— Давай, лучше в семь.

— До встречи.

Стоун повесил трубку и позвонил своей секретарше в Нью-Йорк.

— Альма, привет, как дела?

— Неплохо. — Она передала ему несколько накопившихся сообщений.

— У меня сменился адрес, но ты можешь разыскать меня по мобильнику. — Он назвал ей отель и номер телефона. — Можешь сообщить об этом Дино и Биллу Эггерсу, но больше никому. Я зарегистрировался здесь под именем Джек Смит. Если мне будут звонить, особенно, Вэнс Калдер, скажи, что ждешь моего прибытия в Нью-Йорк сегодня поздно вечером, и, что я ему перезвоню.

— Поняла.

Баррингтон закончил завтрак, потом пошел в гараж и сел за руль своего нового авто. Затрещал мобильник.

— Хэлло?

— Это Альма. Только что звонил Вэнс Калдер, и просил тебя позвонить ему домой, как можно скорее.

— Понял. Что-нибудь еще?

— Дино; я сказала ему, что тебя можно поймать по сотовому. Он сказал, что позвонит тебе позже.

— Хорошо. Я хочу послать тебе письмо с кассовым чеком на сумму пятнадцать тысяч долларов. Положи его в банк и выпиши чек на десять тысяч на IRS и вышли его моему бухгалтеру.

— Где ты раздобыл пятнадцать тысяч в Лос-Анджелесе?

— Ты не поверишь, если я тебе расскажу.

— Торговал своим телом?

— Ну, все! Да, Альма, еще одно: если позвонит Аррингтон, дай ей номер моего мобильника. Скажи, чтобы звонила в любое время дня и ночи.

— Аррингтон?

— Не переспрашивай.

21

Пользоваться картой арендованной машины было крайне неудобно, поэтому Стоун остановился возле книжного магазина и купил атлас города, потом направился в центр Лос-Анджелеса, оказавшийся гораздо дальше, чем он предполагал. Территория центральной части города резко отличалась от цветущего Биверли Хиллс с его малоэтажной застройкой. Здесь стояли небоскребы из железобетона, и это было похоже на любой другой крупный американский город. Баррингтон не знал почему, но ему не терпелось взглянуть на здание, в котором находились офисы Ипполито и Стармака.

Здание ему не понравилось. То была двадцатипятиэтажная башня из черного стекла и анодированной стали, довольно зловещая на взгляд, хотя и с претензией на стиль модерн. Не успел он подумать, что делать дальше, как затрещал телефон.

— Хэлло?

— Стоун, это Рик Грант. Машину твоей девушки засекли еще в одном месте.

— Где?

— Марина Дел Рей. Она запаркована возле набережной, рядом со свечной лавкой. — Он дал Стоуну адрес.

— Выезжаю!

— На сей раз там будет патрульный автомобиль. Если ее машина тронется, я тебе перезвоню.

— Спасибо, Рик.

— Когда приедешь на место, передай копам, чтобы они отправлялись по своим делам.

— Непременно. — Стоун сверился с атласом и помчался к побережью.

Он потратил какое-то время, чтобы отыскать свечной магазин, но машина Аррингтон стояла на месте, так же, как и патрульный автомобиль. Ему удалось запарковаться рядом, и он подошел к копам, сидящим в патрульной машине.

— Ребята, спасибо, что подождали, — сказал он. — Лейтенант Грант просил передать, что вы можете ехать по своим делам.

Копы отъехали, не проронив ни слова, а Стоун огляделся. Здесь были тысячи плавучих средств — он не мог поверить, что столько — все, начиная от небольших яхт и спортивных рыболовных судов, до крупных моторных яхт, стоящих вдоль причалов, и он подумал, что Аррингтон могла находиться на борту любой из них. Он вошел в свечную лавку, и, держа автомобиль Аррингтон в поле зрения, купил дешевый бинокль.

Выйдя из лавки, он забрался на автомат по продаже льда и с высоты стал сканировать биноклем огромное морское пространство в надежде увидеть Аррингтон. Была вторая половина дня, к тому же пятница, стоянки для машин быстро заполнялись, сотни людей спускались вниз к причалам, направляясь к своим лодкам, чтобы провести выходные на воде. Людей было слишком много; это было все равно, что выхватить кого-то из толпы на танцплощадке. Стоун вернулся к своей машине и сел в нее. Он видел автомобиль Аррингтон и мог легко увидеть любого, кто бы приблизился к нему. Вновь зазвонил телефон.

— Хэлло?

— Это Дино.

— Как дела?

— У меня все нормально. Я кое-что разузнал об Ипполито. Я разыскал одного копа на пенсии, который помнит его еще со времен Лусиано. Ипполито был холостяком, и у него нет детей.

— Какие-нибудь другие родственники?

— Он не в курсе; это было до того, когда мы стали собирать досье на их частную жизнь, а тогда, если помнишь, никто не влезал в дела их семей. Просто не делали это.

— Понятно.

— Есть хоть какой-нибудь прогресс?

— Ну, сейчас я сижу и вижу перед собой машину Аррингтон. Рик Грант помог ее разыскать.

— Аррингтон не в машине?

— Нет.

— У тебя есть какие-нибудь соображения на этот счет?

— Хотел бы сказать, что они у меня есть. Сейчас я только пытаюсь въехать в ситуацию, но пока, за исключением того, что вижу ее машину, я практически бьюсь головой об стенку. Да, кстати, была еще пара неизвестных, севших мне на хвост вчера ночью, но, надеюсь, они думают, что я вернулся в Нью-Йорк.

— Я могу, будучи здесь, чем-нибудь помочь?

— Пока, не знаю. А вообще, мне очень помогает Рик.

— Рад слышать. Звони, если что обломится.

— Если только это не будет моя шея.

— Не смеши. Ну, пока. — Дино повесил трубку.

Стоун просидел битый час, следя за автомобилем. Наконец, ему стало скучно, он вышел, оглянулся и подошел к машине. Верх был поднят и заперт. На пассажирском сиденье валялся коробок спичек. От Элейн. Он подергал багажник, тот был заперт тоже. Стоун возвратился к своей машине. Миновал еще один час, и ему захотелось в туалет. Немного потерпев, он вошел в свечной магазин.

— Простите, нельзя ли воспользоваться вашим туалетом?

— Можно, — сказала девушка за прилавком. — Вниз по коридору, вторая дверь налево.

Баррингтон выглянул в окно, чтобы еще раз взглянуть на машину.

— Не сделаете ли мне минутное одолжение?

— Что именно?

— Не могли бы вы последить вон за тем белым «мерседесом» с откидным верхом, запаркованным рядом с магазином? — Он показал на машину.

— Ну, конечно.

Он быстро дошел до мужского туалета, облегчился и поспешил назад. «Мерседеса» не было.

— Его нет! — сказал он девушке.

— Да, только что в него села женщина и отъехала.

— Черт побери! — выругался Стоун.

— Что? Вы что, хотели, чтобы я проколола шины, или сделала что-нибудь в этом роде?

— Простите. Спасибо за помощь. А как она выглядела?

— Высокая, темноволосая, в бикини и в мужской рубашке поверх.

— Благодарю, — Стоун выбежал к стоянке и осмотрелся. Автомобиля нигде не было видно. Он подбежал к своей машине, и, озираясь в обе стороны, рванул со стоянки на улицу. Улица была полна автомобилей, но на ней не было ни одного белого «мерседеса». И Аррингтон.

Выругавшись, он изо всех сил ударил рукой по баранке.

22

Стоун разыскал греческий ресторан на улице Мелроуз, где его усадили за столик, и заказал выпить. Он прождал полчаса, пока показался Грант.

— Извини, что опоздал, — сказал тот, скользнув на сиденье стула и заказав себе скотч. — Некто зашел ко мне в офис и застрял на полчаса, в то время, как я уже собрался уходить.

— Это ничего. У меня было дополнительное время обдумать ситуацию, хотя это не сильно помогло.

— Ну, так что там с машиной Аррингтон?

— Твои ребята были на высоте. Когда я появился, они меня ждали. Марина Дел Рей слишком большое и чересчур многолюдное место. Я прождал более двух часов, и в ту секунду, когда отошел, она уехала.

— За рулем сидела девушка?

— Да, ее видели.

— Ты все это время находился поблизости?

— Большую часть времени я провел, сидя в машине; когда я только появился там, то немного погулял и осмотрелся.

— Мог ли кто-нибудь тебя опознать?

— Ну, я стоял с биноклем на автомате по продаже льда добрых пять минут. Наверно, меня трудно было не заметить.

— Если кто-то следил за тобой, она, вероятно, ждала, пока ты не скроешься в туалете, и тогда уехала.

— Не думаю, что Аррингтон избегает меня, — ответил Стоун. — В конце концов, она дважды пыталась мне позвонить.

— Вообще-то да. Был ли кто-нибудь с ней, когда она отъезжала?

— Нет, и, что интересно, под мужской рубашкой на ней были бикини.

— Похоже, она всего лишь загорала на чьей-то посудине, а потом решила уехать.

— Да, ее дважды видели одну в машине, и думаю, она могла ехать куда угодно, в том числе, и к Калдеру домой.

— Непохоже, что она в неволе.

Стоун вздохнул.

— Существует множество видов неволи.

Грант передал ему меню.

— Давай, заказывай.

— Нет, лучше ты. Я, кажется, сейчас не могу сосредоточиться на меню.

Грант сделал заказ на двоих, и вскоре Стоун наслаждался отличными патэ и муссакой, и запивал еду добрым Кипрским вином.

— Ну, как, тебе лучше? — спросил Грант.

— Да. Я чувствовал будто немного не в себе.

— Не без причины. У тебя тут действительно таинственная история.

Баррингтон огляделся. Ресторан был заполнен наполовину, и здесь было очень тихо.

— Не возражаешь, если я позвоню? — Он достал из кармана телефон.

— Валяй.

— Калдер звонил мне в Нью-Йорк. Он думает, что я вернулся домой.

Стоун набрал номер.

— Добрый вечер, резиденция мистера Калдера. — Голос принадлежал лакею филиппинцу.

— Добрый вечер, это Стоун Баррингтон. Мистер Калдер просил меня ему перезвонить.

— О, мистер Баррингтон, подождите, пожалуйста.

— Стоун?

— Привет, Вэнс.

— Ты нормально долетел?

— Да, спасибо.

— Я понял, что ты оставался еще на пару дней.

— Бетти чертовски привлекательна.

— Это точно. Не собираюсь винить тебя за это.

— Как Аррингтон, вернулась домой?

— Пока нет. Она все еще в Долине, но все в полном порядке.

— Вэнс, скажи, ты абсолютно уверен в этом? Должен тебе признаться, что, когда я был в ваших краях, у меня сложилось впечатление, что не все так уж и хорошо.

— Ну, мне легко понять, откуда у тебя такое ощущение, но, заверяю тебя, все именно так, как я сказал.

— Как проходят съемки твоего фильма?

— Сегодня мы закончили и думаю, это будет победа. Ты здорово помог.

— Спасибо. Будь добр, передай Аррингтон мои лучшие пожелания, когда она появится. Попроси ее позвонить мне, когда она сможет улучить момент.

— Конечно же. Пока, Стоун.

Баррингтон захлопнул крышку мобильника.

— Все это очень и очень странно, — обратился он к Гранту.

— Почему странно?

— Жена Вэнса исчезла. Не думаю, что он имеет понятие о том, где она, но он притворяется, что она проводит время у подруги в Долине и что он общается с ней по телефону.

— Чего странного? По-моему, звучит вполне резонно.

— Если ее видели в Марина Дел Рей во второй половине дня, значит, она не может находиться в Долине.

— Может, это то, что она сказала Калдеру.

Стоун моргнул.

— Думаешь, она с другим мужчиной?

— Это именно то, что я имею в виду. Если взглянуть на дело, как на местное происшествие, то все сходится. Они разругались, и она уезжает на несколько дней; такое случается не впервые. Калдер впадает в панику и звонит тебе. Ты приезжаешь, и Калдер чувствует, что поступил, по меньшей мере, глупо, и некоторое время развлекает тебя, затем посылает тебя обратно в Нью-Йорк. К настоящему времени, Калдеры не урегулировали все проблемы, одной из которых может быть другой мужчина, вот почему она еще не вернулась домой. Может быть, она готовит почву для развода.

— Но для чего они приклеили меня к картине Вэнса, заплатили мне столько денег, а затем заменили другим актером?

— Чтобы ты не маячил перед Кадлером с мыслями о его жене. У него, несомненно, достаточно влияния, чтобы попросить об этом продюсера. Может, он даже вернет студии деньги. Он ведь достаточно богат.

— Да, в этом я тоже уверен. Но, если объяснение столь простое, зачем же люди Ипполито преследовали меня вчера ночью?

— Может быть, Ипполито делает Калдеру одолжение. Слушай, я думаю, что твое присутствие очень смущало Калдера — это ставило его в неловкое положение — кинозвезды не любят попадать в двусмысленное положение.

— Тогда почему же преследовавшие меня парни, вломились в дом Бетти и обыскивали его?

— Чтобы убедиться, в городе ты или нет?

— Возможно. Я отцепился от них, сменив машину. — Он задумался на мгновение. — Почему Аррингтон звонила мне из Гримальди?

— Потому что хотела поговорить с тобой?

— Что она там делала?

— Может, она встречается с кем-то, кто является завсегдатаем этого места.

— Стало быть, ты заявляешь, что каждый ход, сделанный всеми на этой неделе, может быть объяснен семейной ссорой и любовником на стороне?

— Стоун, постарайся взглянуть на эти вещи как полицейский. Разве этот сценарий не отвечает на все вопросы? Если бы тебе дали задание расследовать подобную непотребную ситуацию, стал бы ты продолжать расследовать при таком раскладе?

— Нет, не стал бы, — признал Стоун.

— Тогда, скорее всего, в данном случае твои личные мотивы управляют твоими поступками. Я готов признать, что за столь короткое время произошло много всякой белиберды, но, в то же время думаю, что вся эта белиберда не имеет под собой никакой криминальной подоплеки, как ты считаешь?

— Конечно.

— Я не собираюсь недооценивать интуицию. Если у тебя есть подозрения, то это достаточная причина, чтобы двигаться дальше.

— Думаю, что интуиция — это все, чем я располагаю, — заметил Баррингтон. — А что бы ты сам предпринял на моем месте?

Грант на минуту задумался.

— Думаю, что решал бы эту головоломку до тех пор, пока не покончил бы с ней тем или иным способом. — Он рассмеялся.

Стоун тоже расхохотался. — Полагаю, именно это я и собираюсь делать, — сказал он. — Тем или иным способом узнаю, что происходит.

23

Баррингтон был разбужен звонком стоящего на тумбочке телефона. Он хотел проигнорировать его, но тот и не думал переставать звонить. В конце концов, Стоун поднял трубку.

— Хэлло? — зевая, сказал он.

— Проснись и пой! Сегодня ты мой, — раздался голос Бетти.

— Который сейчас час?

— Почти восемь утра.

— Я так не спал целую вечность, — сказал Стоун. — И мог бы поспать еще часа четыре.

— Сегодня мы играем, дружок. Вот что ты сделаешь сейчас: упакуй свои вещи, только не клади галстук. Хорошо бы взять плавки и одежду для тенниса, но, если ты не возьмешь их с собой, мы захватим их позже. Понял?

— Куда мы едем?

— В мое любимое место, это все, что тебе положено знать. Я заеду за тобой через час.

— Нет, не приезжай сюда. Возьми такси до отеля Биверли Хиллс, убедись, что за тобой нет хвоста, и через час я подхвачу тебя у въезда в отель.

— Как скажете, сэр, — ответила она, вешая трубку.

Стоун уселся на постели и пытался оценить, как он себя чувствует. Черт возьми, гораздо лучше, чем накануне, решил он. После того, как задал такого храпака, он больше не ощущал тяжести депрессии, преследовавшей его накануне вечером. Он соскочил с кровати и пошел под душ.

Когда он подъехал, убедившись, что сзади никого нет, Бетти стояла у входа в отель со своим чемоданчиком.

— Хэлло, моряк, — сказала она, садясь рядом и закидывая вещи на заднее сиденье.

— Куда ехать? — целуя ее, спросил Стоун.

— Ты только выполняй мои указания.

— Ты завтракала?

— Только выпила чашку кофе.

— Посмотри, там коробка на заднем сиденье. Я прихватил кое-что из своей кухни.

Они съели по слоеной булочке, выпили по пакетику апельсинного сока, и Бетти показала куда ехать. Скоро они оказались на хайвэе Санта Моника и поехали на восток.

— Итак, куда мы направляемся? — спросил он.

— Я сказала, никаких вопросов, — загадочно ответила она, — и вообще, не желаю ни о чем говорить. Все, чего я сейчас хочу, это ехать и расслабляться. К ланчу мы прибудем на место.

— Да, мадам, — послушно отреагировал он. Дорога, между тем, перешла в хайвэй Сан Бернардино, и он подумал, что они направляются в сторону Пальм Спрингс, но они быстро миновали этот город.