— Ты боишься, что она увидит что-то о вас двоих и сообщит другим копам, — предположил Итан.

— Да, — ответила я.

— Она настолько хороша? — спросил он.

— Если ее репутация заслужена, то — да, — ответила я.

— Вы сможете избегать ее? — спросил Итан.

Мне это нравилось в нем. Мы рассказали ему о ситуации, и он приступил прямо к поиску решения проблемы.

— Я не знаю.

— Тилфорд повез ее сейчас на место первого убийства.

— Ты имеешь в виду первое убийство в этом городе, — поправила я.

Эдуард кивнул, — Ты права, оно даже близко не походит на первое, но да, он повез ее на поле для софтбола.

— Быстро это они, — отметила я.

— Очевидно, что она и раньше работала с полицией. Она сказала им, что может помочь найти то, что они ищут.

— Похоже на обычную хрень, которую несут экстрасенсы, — заметил Итан.

— Действительно, — согласилась я и посмотрела на Эдуарда, — Может ее репутация не так уж и заслужена.

— Может быть, — ответил он. Мы смотрели друг на друга с минуту.

— Что от нас нужно Тилфорду?

— Он думает, что она даст им направление для охоты, так что он хочет, чтобы мы вернулись и помогли закончить охоту.

— Так много доверия, — сказала я.

— Думаю, Тилфорд больше доверяет нам прикрывать свою спину, чем Ньюмэну.

Я ухмыльнулась: — Ну, а кто доверит то?

— Ньюмэн не справляется с работой? — спросил Итан.

— Нет, — ответила я.

— Мы пока не знаем, — ответил Эдуард.

— Он буквально новичок в команде — сказала я.

— Как не опробованный товар, — сказал Итан.

— Он новичок, поступивший сразу же после учений, и никогда не был на настоящей охоте на вампира.

— Не хотел бы я чтобы он прикрывал мой тыл, — сказал Итан, — ну или, по крайней мере — не только он.

— Мы не можем повесить все на Тилфорда просто потому, что ясновидящая может увидеть что-то, чего не должна, — сказала я.

— Я знаю, — кивнул Эдуард.

— Что вы собираетесь делать? — спросил Итан.

— Поедем на место преступления, — ответила я.

— Что будете делать с леди Уильямс?

— Попробуем держаться на расстоянии, — ответила я.

— А это поможет?

Эдуард тоже спросил: — Поможет?

Я обдумала это: — Она будет находиться посреди сцены очень жестокого убийства. Если она похожа на большинство экстрасенсов, особенно хороших, то она будет поглощена жестокими картинками и реально плохими эмоциями. Скорее всего, она не отличит нашу дрянь от преступления.

— Скорее всего — согласился Эдуард.

— Ну, это лучшее, на что я могу рассчитывать, если, конечно, ты не хочешь отправить Тилфорда на охоту на тех парней без нас.

— Не хочу, — вздохнул Эдуард.

— Тогда поехали, — сказала я.

Он кивнул.

— Вы на самом деле думаете, что я в опасности? — спросил Итан.

Я посмотрела на Эдуарда, он неопределенно мотнул головой, — Я не уверена, — ответила я.

— Он не может пойти с нами на место преступления, — сказал Эдуард, — ему безопасней остаться здесь, просто подальше от подвалов, куда могут прорваться те типы.

— Если бы я была уверена, что цель — он, то может я и не согласилась бы на это, но так — это лучшее, что у нас есть.

Мы все были вынуждены с этим согласиться. Я убедилась, что те двое охранников снаружи комнаты увели Итана подальше от входа. Один из них спросил: — А что вы, ребята? Вы же всего лишь люди. А он — нет.

— Джордж, схватил именно мою пулю, хоть я и промазала, а не чью-то еще. Думаю, я хорошо справилась.

— Он прошел сквозь нас, как будто мы столбами стояли, — ответил охранник, и в его глазах были видны воспоминания, — Никто из нас не смог прикоснуться к нему. Ты справилась лучше, чем просто хорошо, и ты это знаешь.

— Спасибо, — сказала я.

Он кивнул Итану, и они втроем удалились вниз по коридору. Я расчехлила браунинг и сняла с предохранителя.

Эдуард посмотрел на меня.

— Я попала в него, только потому, что целилась. Если бы я заранее не вытащила пистолет, то промазала бы.

Эдуард не стал спорить, просто достал свой Глок, передернул затвор и приготовился к стрельбе. — Еще советы? — спросил он.

То, что он спросил меня об этом, было невероятной похвалой, — Ценю то, что ты спрашиваешь, но — нет.

— Давай посмотрим, так ли хороша Морриган, как ее репутация, и действительно ли Рэборн разрешит Тилфорду начинать полномасштабную охоту на основе видения экстрасенса.

— Держу пари, что не разрешит, — сказала я.

— Держу пари, что ты права, — согласился Эдуард.

— Вот еще одна причина, почему мы нужны Тилфорду. Если Рэборн на это не подпишется, тогда на охоту пойдем, лишь мы — маршалы, и кое-кто из местных.

— Ага, — ответил Эдуард, снова возвращаясь в образ Тэда. Он пошел вверх по туннелю, и я последовала за ним. Мы вышли с пушками наизготовку, чтобы при малейшей необходимости быть готовыми к стрельбе. Никто из плохих парней нас не ждал, но я не чувствовала себя глупо со стволом наготове, я просто чувствовала себе безопаснее.

Добравшись до джипа, мы на полной скорости помчались на охоту за монстрами. Пришлось надеть жилет, который я ненавидела больше всего. Он стеснял движения и совершенно не останавливал ни оборотня, ни вампира. Они сдирали его, как панцирь с черепашки, но по закону жилет был частью обмундирования. Мне пришлось снять кобуру, так как на бронежилете была предусмотрена своя. Браунинг остался, а вот Смит&Вессон пришлось убрать подальше. Только ножи остались на своих местах.

— Терпеть не могу жилет, — пожаловалась я.

— Думай о нем, как о подушке безопасности в машине.

Я посмотрела на него, — Ты часто носишь свой?

— Иногда.

И вот в таких случаях я знала, что Эдуард изменился. «Или дело во мне? Меня было сложнее убить, и я могла исцелить любую рану, кроме смертельной, а Эдуард так не мог. Он был более уязвимым, чем я; это казалось чертовски неправильным».

— Что? — спросил он.

— Ничего, — ответила я.

И, на самом деле, мне действительно нечего было сказать, но от этого веселее не становилось.

Глава 18

Переводчики: Sunriel, Светуська

Вычитка: Светуська

У Эдуарда зазвонил телефон. Он вытащил его из кармана и ответил, — Форрестер на связи.

Я слышала бормотание мужского голоса на другом конце провода, но ничего не могла разобрать. Эдуард немного по-угукал и наконец сказал, — Будем через десять минут — ждите.

Он послушал еще немного и повернулся ко мне, продолжая держать телефон у уха, — Экстрасенс определила, что вампиры находятся близко к первому месту убийства. Достаточно близко, чтобы копы смогли найти и заколоть их до наступления темноты. Некоторые полицейские давят на Ньюмэна, чтобы он стал настоящим мужиком и пошел в лес до нашего приезда. Очевидно, из-за того, что они думают, что мы трахались, они нам теперь не доверяют.

— Они хоть спецназ с собой прихватят? — спросила я.

— Они не думают, что вампиры будут в том лесу. И не станут собирать всех, а к тому времени, как заберутся в самые дебри, уже стемнеет.

— Вампиры все еще спят, но оборотни-то — нет. Около вампиров будет как минимум один оборотень, а может и больше — я точно знаю.

Эдуард передал мне трубку и поехал так быстро, что деревья, растущие вдоль узкой дороги, слились в одну сплошную линию, а это было совсем нехорошо. Выругавшись, я схватилась за ручку и надеялась, что не заработаю себе прозвище ссыкухи.

— Почему ты так уверена, что около вампиров будут оборотни? — спросил Тилфорд.

— Потому что они животные их зова, а значит их главная обязанность — помогать своим мастерам вампирам. Если вампиры просто засыпаны листьями в лесу, то оборотни ни в коем случае не оставят их без присмотра в дневное время. Любое крупное животное может выкопать их, подставив, таким образом, под солнечный свет. Так что оставлять вампиров одних слишком опасно. Ты видел, насколько он был быстр, Тилфорд. Ты действительно хочешь пойти в лес только с маршалами и местными копами?

— Нет, — ответил он.

— Тогда не ходите, — сказала я.

— Ты же знаешь, что остальные все равно пойдут, я не могу остаться в стороне.

— Тогда не давай им подначивать Ньюмэна, защити его, черт возьми, и защити остальных даже от них самих же самих.

— Остальные маршалы не думают, что вы с Форрестером сможете что-то изменить. Они не хотят упустить солнечный свет.

— Ты думаешь, что какие-то десять минут что-то изменят? — спросила я. Эдуард резко повернул, и меня занесло, одной рукой я держала телефон, другой крепче хваталась за ручку. — Господи, — вырвалось у меня.

— Что случилось? — спросил Тилфорд.

— Тэд пытается сократить время нашего прибытия. Мы приедем очень скоро, если конечно не слетим с дороги.

— Мы не слетим с дороги, — сказал Эдуард, по-прежнему не отнимая взгляда с дороги и утапливая педаль газа в пол, а я пыталась притвориться, что верю ему.

— Я бы предпочел, чтобы вы оба были здесь, но у остальных вы сейчас не особо в любимчиках.

— Потому что они думают, что мы спали вместе?

— Я этого не говорил, — сказал он.

— Тэд говорит, что из-за этого он потерял доверие некоторых маршалов. Хотя я знаю, что моя репутация и так давно уже подмочена.

— Сожалею, — сказал он и был искренен.

— Они просто завидуют, — сказала я. Я пыталась не пищать совершенно по-девчачьи, когда по крыше нашего джипа проскребли ветви деревьев.

— Что? — спросил Тилфорд.

— Или они хотят знать — почему я с ними не спала, или они ненавидят меня за то, что я трахаюсь с кем-то и до сих пор убиваю больше монстров, чем они.

— Насчет первого — не уверен, но насчет второго — все может быть.

— Это типичные мужские закидоны, Тилфорд; не то, чтобы они на самом деле хотели переспать со мной, просто если кто-то переспал, то почему бы и им не обломилось? Это просто ебучие мужские закидоны, — повторила я.

Он молчал пару вдохов: — Мы идем в лес.

— Мы почти приехали, клянусь.

— Если то, что изувечило Карлтон, здесь, то ваше присутствие не будет иметь большого значения, Блейк.

— Вы будете удивлены, — сказала я.

— Чего такого можете вы, чего не можем мы?

Я не знала, что ответить на это, но все-таки сказала, — Иногда я могу почуять оборотней и вампиров.

— Экстрасенс тоже может, — сказал он.

— Но может ли она застрелить их? — спросила я.

Он издал короткий смешок: — Вероятно — нет. Мы отправляемся.

— Тилфорд, пожалуйста, подождите.

Эдуард крикнул: — Мы почти приехали!

Джип свернул за угол и тут Эдуард вдруг так резко дал по тормозам, что если бы у меня были ноги похилее, и я не была бы уже вцепившись мертвой хваткой в ручку, то меня непременно бы размазало о приборную панель.

— Какого хера, Эд… Тэд?

— Что случилось? — спросил Тилфорд.

— Посреди дороги грузовик, — ответила я.

— Авария? — уточнил он.

Грузовик лежал на крыше, кабина частично смята, некоторые окна разбиты как будто он перевернулся, — Ага.

— Есть пострадавшие?

Мы с Эдуардом продолжали пялиться на грузовик, — Мы никого не видим, — ответила я.

— Если есть пострадавшие, мы можем вызвать патрульных, — сказал Тилфорд.

Эдуард держал руку на дверной ручке, но не выходил из машины. Я дотронулась до его руки, — Мы перезвоним, — сказала я и отдала Эдуарду телефон. Он убрал его, и мы продолжали смотреть на аварию, после чего оба, как по команде переключились на осмотр деревьев, растущих вдоль дороги.

— Грузовик выглядит как-то неправильно, — сказала я.

— На этой дороге нет места, чтобы такой грузовик смог перевернуться, — сказал Эдуард, — Он бы улетел в деревья, или просто завалился бы набок, но перевернуться он никак не мог.

— Ага, — согласилась я.

Я отстегнула ремень безопасности, Эдуард свой давно уже отстегнул. Я вытащила мой МР5, так чтобы он был уже у меня в руках и наготове. У Эдуарда в руках был FN P90. Еще один пистолет, М4, он поправил на ноге.

— Сомневаешься в выборе оружие? — спросила я, пока осматривала деревья со своей стороны.

— Р90 лучше подходит для машин, но так как мы собираемся стрелять сквозь деревья, то я бы выбрал М4. - даже не оборачиваясь, я знала, что он просматривают деревья со своей стороны.

— Мой до сих пор переделывают в оружейном магазине, — сказала я. Все, что я видела — деревья, сплошные деревья.

— Я бы переделал его для тебя, — сказал он.

— Ты в Нью Мехико — далековато, чтобы сдавать пушку в ремонт, — ответила я.

— Я думал, ты сказала — переделывают, а не ремонтируют.

— Ага.

— Ты следуешь правилам, я так понял? — спросил он, и голос его стал очень тихим.

— Ага, — ответила я таким же тихим голосом. Пока мы говорили, в тоже время старались прислушиваться. Ты всегда так делаешь, даже если оборотни, которые сейчас оказались на стороне противника, могут подкрасться совершенно бесшумно. Ты все равно стараешься их услышать, притом, что твои глаза болят от того, что ты отчаянно пытаешься их увидеть. Я пыталась расслабить взгляд и просто выискивать движения — все то, что не похоже на деревья. Нужно было найти тень, которая в лесу была совсем не к месту.

— Я ничего не вижу, — наконец сказал Эдуард.

— Я тоже.

— Они это сделали, чтобы просто преградить нам путь к другим маршалам, или это ловушка конкретно для нас? — спросил он.

— Я не знаю.

— Три варианта, — сказал он.

Я продолжала просматривать деревья. Тени уже были широкими. До полной темноты оставалось около полутора часов. — Мы выбираемся отсюда и присоединяемся к охоте, или остаемся здесь, либо разворачиваемся и уезжаем, — продекламировала я.

— Ага, — сказал он, и мне опять-таки не надо было оборачиваться, чтобы удостовериться, что он так же тщательно сканировал свою сторону леса, как я — свою.

— Мы не можем, просто отсиживаться на месте, — сказала я.

— Не можем, — согласился он.

— Они или атакуют нас, как только мы выйдем из машины посмотреть, что случилось с грузовиком или подождут, пока не зайдем в лес, чтобы присоединиться к другим маршалам.

— Я бы так и сделал, — сказал он.

— Дерьмо, — выругалась я.

— Бывают моменты, когда я ненавижу наши значки, — сказал он.

— Потому что нам нельзя просто развернуться и уехать, — сказала я.

— Что-то вроде того, — согласился он.

Мне пришла идея: — Что, если мы развернемся, как будто бы мы уезжаем?

— Ты к тому, если они подумают, что мы сбегаем, это вынудим их показаться.

— Ага, — подтвердила я.

— Хорошая идея, — я почувствовала, как он повернулся на сиденье и сказал, — Вообще то, я бы предпочел, чтобы ты вела, а я стрелял.

— Да я же спущу машину под откос, и не один раз, Эдуард. Я могу стрелять, а ты лучше водишь. Вопрос лишь в том, собираемся ли мы на самом деле уезжать, или все дело в стрельбе?

— Ты признаешь, что я лучше тебя стреляю?

— На расстоянии, из винтовки — да.

— Пристегнись, сейчас дело не в расстоянии и нам может понадобиться вести машину.

Я сделала, как он велел, и пыталась теперь держать во внимании всю местность. Что было невозможно, в принципе, но Эдуард был за рулем, так что мне придется стараться изо всех сил. Я даже приподнялась на одном колене, пытаясь удержать равновесие, пока просматривала дорогу и деревья на противоположной стороне.

— Позади нас, Анита — убедись, что они не отрезают нам путь.

Я сделала, как он сказал, но спросила, — Мы же не на самом деле уезжаем, правда?

— Мы должны сделать так, чтобы они в это поверили, — ответил он.

С этим я не могла поспорить, но не могла оставить наших коллег-полицейских в их собственном лесу, полном теней. Я пыталась изо всех сил держать все во внимании, пока он вез нас назад на скорости, с которой я даже не смогла бы справиться, особенно на заднем ходу. Чтобы стабилизировать себя и МР5, я положила руку на подлокотник, потому что будет пиздец, если я упаду и случайно застрелю Эдуарда. Раньше мне никогда не приходилось целиться и одновременно наблюдать за такой обширной территорией, пока средство передвижения, в котором я находилась, неслось задом наперед по узкой дороге. Сердце колотилось где-то в горле, и тоненький голосок кричал в голове «Это уже слишком!» Я не могла смотреть на все сразу. Отбросив прочь все сомнения, я продолжила следить за всем, и мне пришлось просто надеяться, что если появится плохой парень, я смогу его застрелить.

Я заметила движение справа, но чтобы прицелиться, мне пришлось бы спуститься с сиденья. Ремень безопасности охватывал мои ноги и был совершенно бесполезен. Я молилась, чтобы Эдуард не ударил по тормозам, и обхватила рукой подголовник, дабы удержаться на месте. Чтобы я там ни увидела, оно уже исчезло. Не было ничего, кроме деревьев, дороги, и упавшего дерева посреди нее… Чтобы осознать то, что я увидела, мне понадобилась секунда, после чего — я заорала: — Дерево на дороге!

Эдуард вдарил по тормозам. Я отчаянно вцепилась в сиденье, беспокоясь уже не о стрельбе, а о том, чтобы не вылететь через лобовое стекло. Автомобиль при торможении занесло, и на секунду мы задержали дыхание, слыша, как в ушах шумит кровь, и из-за выброса адреналина, казалось, что в теле ее слишком много.

— Пять минут назад этого не было, — сказал Эдуард.

— Я знаю, — ответила я. Я опять озиралась по сторонам, пытаясь найти цель для стрельбы, — Мы окружены, что теперь? — спросила я, прижав МР5 вплотную к щеке.

— Это ловушка, — сказал Эдуард, — Безопаснее всего оставаться в машине, как мы и сделаем. Вынудим их выйти на открытую местность.

Я отстегнула ремень безопасности, так что он больше не сдерживал мои ноги, и села нормально.

— До этого они использовали мечи, будем надеяться, что по наши задницы они пришли не осовремененными.

— Согласен, — он достал телефон, пока сканировал округу и ответил на мой вопросительный взгляд, — Я звоню Тилфорду, потому что если это ловушка для тебя, тогда это ловушка и для всех нас, а живой им нужна только ты.

Я понимала, что он прав. Меня они хотели живой, вот и все. — Дерьмово, Эдуард.

— Ага.

Он заговорил в трубку: — Тилфорд, это ловушка. Они заблокировали нам дорогу, а так же отрезали и обратный путь

Теперь я слышала голос Тилфорда немного громче, но все еще не могла разобрать слов.

— Разбили грузовик и повалили дерево на дорогу, — Эдуард слушал, издавая тихие звуки, а потом повернулся ко мне, — Они нашли вампира, одетого в полный комплект с маской. Ньюмэн уже заколол его, а теперь они собираются его обезглавить.

Я покачала головой: — Они ни за что бы не оставили своих мастеров в одиночку и без защиты, Эдуард. Я может и нужна им, но они не станут рисковать жизнями своих мастеров.

— Тилфорд, проверь зубы, — посоветовал Эдуард.

Тилфорд почти перешел на крик, но Эдуард перебил его: — Если над ним поработал дантист, тогда это не те вампы, которых мы ищем.

Я подумала об этом: — Не обязательно, — заметила я. — Заостренные клыки еще могут быть, я точно не знаю, но точно никаких пломб. Пусть проверят пломбы.

Эдуард передал мои слова. После чего стали ждать, пока Тилфорд сделает свою работу. Пушки мы все еще держали наготове, но неподвижность и растущие тени уже начинали действовать мне на нервы. Я поняла, зачем они нас окружили, все, что им оставалось делать — просто дождаться темноты.

— Дерьмо, — выругалась я.

— Что такое? — спросил меня Эдуард.

— Они выжидают темноты.

Он кивнул и ответил Тилфорду: — Четыре свежих пломбы; это может быть и вампир, но не один из тех, кого мы выслеживаем. Это — подстава, Тилфорд.

Эдуард отключился, а затем сказал: — Тилфорд согласен с нами.

— Что по поводу остальных?

— Не уверен.

— Эдуард, мы не можем просто сидеть сложа руки, пока совсем не стемнеет, а то нам придется иметь дело не только с двумя оборотнями, но и с двумя их мастерами вампирами. Нужно решать сейчас.

— Мы направляемся к остальным маршалам?

— Чем больше оружия — тем лучше, — согласилась я.

— Им нужна живой — только ты, Анита. Остальные — либо станут заложниками, либо всех перебьют.

— Если я двинусь в противоположном от всех направлении, то, возможно, они ни на кого не нападут, кроме меня.

— Ты не сможешь бороться со всеми ними, и ты не можешь выйти от сюда, после полного наступления темноты.

Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула: — Я знаю.

Он мгновение изучал мое лицо. — Куда ты — туда и я.

— Да, но что относительно всех остальных? Мы двинемся к ним — или подальше от них? Понадеемся, что плохие парни последуют за нами — или рискнем, что они пойдут на остальных копов, без нас, чтобы облегчить им работу — либо вырезать их, либо взять в заложники, чтобы заставить меня сделать все, что они захотят, как, уже проделали с Карлтон?

— Ты слишком много думаешь об этом, — сказал он.

— О\'кей, тогда скажи мне — о чем думать.

Я наблюдала, как его взгляд становятся отстраненными и холодными, и знала, что он далеко отгородился от всех эмоций, чтобы принять правильное решение, основываясь только на фактах. Это был чертовский полезный трюк, если вам это удается. Я никогда не умела быть столь беспристрастной, как Эдуард.

— Я все-таки думаю, что они последую за тобой. Таким образом — мы их заметим.

— О\'кей, — согласилась я.

— Мы должны разделаться с оборотнями, до того, как поднимутся вампиры, — сказал он.

— Знаю.

— У нас на это остался всего час.

— Знаю, — повторила я.

У нас был момент, пока мы смотрели друг на друга, когда между нами пролетели тысячи вещей. Без слов — в них не было нужды. Эдуард положил руку на дверную ручку; я сделала тоже самое, со своей стороны.

Эдуард начал отсчет в обратном порядке: — Три, два, одни. — Мы вышли.

Глава 19

Переводчики: Sunriel, dekorf, Kejlin

Вычитка: Светуська

Я обошла джип, пятясь боком, так что можно было просматривать деревья со своей стороны. Пытаясь смотреть слегка расфокусировано, выискивая только движения и тени, которых не должно было быть. Эдуард тронул рукой мою спину и не оглядываясь, я знала, что он осматривает свою сторону деревьев, вероятно, с FN P90 в правой руке. М4 — была двуручной винтовкой. Мы приближались к лесу, Эдуард следил за фронтом, я прикрывала тылы. Повсюду стоял сосновый запах, а под кроссовками шуршали иголки. Что-то пронеслось через дорогу. Я, должно быть — напряглась, потому что Эдуард тут же среагировал: — Что?

— Они идут.

Темные силуэты среди деревьев. Если бы они сбросили свои длинные черные плащи, то замаскировались бы еще лучше, и было что-то в движении их одеяния, что не походило ни на деревья, ни на животных — оно просто было не к месту.

— Сколько их?

— Двое.

Они были как те очертания, которые видишь боковым зрением; если смотришь прямо, их там не будет, но глядя рассеянно, понимаешь, что они всегда были там, мелькающие между деревьями, как если бы в том месте проносились сами их плащи. Я заметила вспышку белого — одной из масок, и это дало мне знать, что следующее появление будет достаточно близким, чтобы начать стрелять.

Эдуард шепнул позади меня: — Вижу их.

Я выдохнула, тише, чем шепот. — Левый.

— Правый, — выдохнул он, это не было даже словом, просто звуком. Он немного отошел от меня, чтобы при маневрах мы не стали друг другу помехой.

Я увидела, как промелькнула маска до того, как они появились и выстрелила. Я знала что промахнулась, потому что их скорость совершенно не уменьшилась. Я прицелилась в нижнюю часть туловища, когда моя цель добралась до края леса у дороги. Будь у меня даже все время мира, чтобы произвести выстрел, я все равно не попаду ему в корпус. Скорость, придававшая ему очертания смазанного пятна — замедлилась, и он прошмыгнул за джип, чтобы теперь нас разделял двигатель машины.

Другой Арлекин был позади грузовика, двигаясь за деревьями. Эдуард выстрелил еще раз, но фигура не запнулась.

— Мимо, — сказал он.

Я повернулась и заметила впереди фигуру. Это было скорее удачей, чем навыком, но, тем не менее — я выстрелила. Фигура осела и завалилась в сторону канавы, это все что я смогла увидеть — темная куча ткани почти затерялась в тени.

— Они слишком быстрые, — сказал Эдуард, когда двинулся к упавшей фигуре.

Я направилась к внедорожнику готовая стрелять во все, что покажется из-за грузовика. Ничего. Не было даже ощущения движения. Мой выстрел не был смертельным — и прекрасно это понимала. Я остановилась достаточно далеко от машины, чтобы меня не смог схватить тот, кто мог затаиться под ней. Я держала МР-5 на уровне плеча, напряженная, готовая в случае чего — открыть огонь. Я была в двух шагах от того, чтобы полностью обойти край капота и получить полный обзор, когда Эдуард выстрелил позади меня. Это заставило меня вздрогнуть, а затем — он стал шуметь. Я поспешила пройти эти последние несколько шагов, прежде чем позволю себе оглянуться на Эдуарда. За грузовиком никого не было. Я знала, что попала в него, но его там не было.

Развернулась, пробормотала себе под нос «черт». Я не могла видеть через крышу джипа. Потому бросилась вокруг него все еще с ружьем на плече. Эдуард лежал на земле, стреляя по фигуре над ним. У меня было время понять, что он стрелял не в грудь, а по ногам, и так же поняла, почему на дороге не было тела. «Бронежилеты». На них были пуленепробиваемые бронежилеты. «Дерьмо». Но одну вещь я знала точно — даже если пуля не пройдет через него, это все равно чертовский больно, поэтому я прицелилась в середину тела, используя выстрелы, чтобы вынудить его отступить от Эдуарда. Выстрелы его поколебали, и затем он двинулся от Эдуарда, и от меня прочь к деревьям, но не настолько высокой скорости, чтобы превратиться в размытое пятно. Он был быстрым, но не супер-быстрым. Не на много быстрее человека. Эдуард перекатился на живот и продолжил стрелять. Арлекин начал использовать деревья как прикрытие. Он был ранен. «Отлично».

Я почувствовала что-то позади себя, и бросилась на землю, прежде чем успела до конца развернуться. Я ударилась о нее сильнее, чем рассчитывала, но уже целилась, и произвела один выстрел до того, как мои глаза засекли фигуру в маске передо мной. Выстрел вышел неточным, и тогда он просто исчез, двигаясь размытой полосой скорости, с которой я уже видела в отеле.

Через дорогу раздались еще выстрелы, и мужские крики. «К вечеринке присоединились другие полицейские». Я перекатилась на живот и наткнулась на незначительный изгиб канавы, перекрывавший мне обзор. Мне нужно было достать нож, прежде чем я смогла бы осмотреть деревья и тени, которые нас окружали. Не в кого было стрелять; они были вне поля зрения, но один был ранен. «Вопрос в том, насколько сильно?»

Эдуард был на ногах; я еще карабкалась на другой стороне канавы, чтобы подняться на его стороне. Он держал свой ствол поднятым и скользил, на полусогнутых ногах, что было характерно большинству специальных подразделений и особенно отряду спецназа. Предполагалось, что такая походка поможет тебе хорошо двигаться, но, в то же время — давала тебе устойчивость, какую только возможно, для стрельбы. Я никогда не обучалась, но выросла среди лесов, охотясь. И знала, как перемещаться среди деревьев.

Я услышала еще полицейских позади нас, продирающихся сквозь деревья — как стадо слонов. И знала, что на самом деле они не были настолько шумными, но казались грозой позади нас, поэтому этот шум, как будто, делал даже более сложным поиск среди деревьев в тени для Арлекина, и шум все маскировал. Я боролась с желанием развернуться и заорать на них, чтобы были — потише.

— Прикрой меня, — сказал Эдуард.

Я двигалась, пока не оказалась рядом с ним, вглядываясь во все более сгущающиеся тени, в то время как он опустился на колени.

— Кровь, — сказал он.

Я взглянула на него, все еще ​​пытаясь держать периферийным зрением деревья и растущую темноту под ними. Позади нас на дороге было больше света, но здесь среди густо растущих деревьев — ночь наступала раньше.

— Вы ранили их? — послышался голос Тилфорда, когда он подошел с другой стороны к Эдуарду. Он навел свой М4 на деревья.

— Да, — ответила я.

Эдуард сказал: — Мы идем по кровавому следу.

— Скоро станет темно, — сказал Тилфорд.

Эдуард поднялся: — Станет.

К нам подошел Ньюмэн, — Я никогда не видел, чтобы кто-то двигался с такой скоростью.

— Нам надо убить их до полной темноты, — сказала я, и уже была готова двинуться через деревья.

— Почему? — спросил Ньюмэн.

— Потому что вампиры проснутся, — ответил Эдуард.

— Откуда вы знаете, что вампиры будут здесь? — спросил Ньюмэн.

Ответил Тилфорд: — Оборотни не носят маски и плащи. Они не крадутся. Они просто атакуют. Единственная вещь, которая может заставить их так себя вести — мастер вампир. Ночь означает, что мы встретимся с их мастером, и я скорее предпочту, чтобы оборотни были мертвы, прежде чем нам придется иметь дело с вампирами.

Эдуард и я обменялись быстрым взглядом. В этот момент мы оба стали лучше думать о Тилфорде. — Он озвучил наши мысли, — сказала я.

Мы шли по кровавому следу в постоянно растущей темноте. Мы следовали по свежей крови, хотя каждая частичка моего тела кричала мне бежать. Бежать до наступления темноты. Уносить ноги. Но я не побежала, как и не сделали этого другие маршалы. Мы шли по тропе, потому что это была наша работа. Мы шли по следу, потому что если они уйдут то убьют еще больше народу, и никто из нас не хотел смотреть на тело и объяснять — почему мы позволили темноте и вампирам поджать нам хвосты. Мы маршалы США. Мы охотимся и убиваем монстров, а не бегаем от них.

Глава 20

Переводчики: dekorf, Kejlin, Sunriel

Вычитка: Светуська

Стемнело настолько, что Эдуард и Тилфорд включили прикрепленные к дулу фонарики, которыми были снабжены М4. Что было палкой о двух концах. Это позволяло нам идти по кровавому следу, но перебивало ночное зрение. В конечном счете, я держала пристальный взгляд за пределами освещения. Хоть один из нас должен быть в состоянии видеть, что могло затаиться в сгущающихся тенях. Было важно идти по кровавому следу, но если Арлекин, истекающий кровью — обнаружил бы нас первым, то стало бы гораздо больше крови, часть которой, скорее всего, была бы именно нашей. «Не знаю — пессимизмом это или реализмом. Иногда я совершенно не могла определиться с выбором».

Ньюмэн последовал за мной прямо в расползающийся мрак. — Ты видишь что-нибудь?

— Еще нет.

— Бережешь свое ночное зрение подальше от света?

Это заставило меня взглянуть на него. — Да, как догадался?

— Я воспитывался в деревушке. Поэтому чувствую себя отлично в темноте большинство ночей.

— Я тоже, — сказала я.

— Девочка из провинции?

— Что-то типа того.

— Для меня ты всегда ассоциировалась с городской девочкой, — сказал он. Все время, что мы шли — постоянно вглядывались в наступающую тьму в поисках передвижения за деревьями. Винтовка была у него на плече, так же как и моя. Мне начал симпатизировать Ньюмэн, не смотря на то, что это было мне не по нраву, так как я предпочла бы быть с Карлтон, а теперь она была в больнице на искусственной вентиляции легких. Оборотень проткнул ее легкое. Они ждали, излечит ли ее тело само себя без оперирования. Если она подхватила вирус ликантропии, тогда она вылечится и станет как новенькая. Ожидание означало, что они думали, что тесты ее крови придут с подтверждением на вирус. Ликантропия обычно передается через глубокие колотые раны.

— Теперь я городская девочка, — сказала я.

Эдуард пошел в нашу сторону, направляя фонарик на землю, и, наконец, выключая его совсем, перед тем, как дойти до нас. Даже столько света за небольшое количество времени, казалось, делало густые сумерки еще гуще.

Взглянув ему в лицо, я спросила: — Что случилось?

— Следы крови изменились. Один из них несет другого, нет, даже бежит с ним. Он гнался через лес, пока мы ползли, потому то и не слышали его.

— Они ушли, — сказала я.

— Похоже на то, — сказал он, и было достаточно светло, чтобы я смогла разглядеть — какое он ощущал отвращение от всего этого.

— Если мы не можем идти за ними по следу, то Тилфорд прав — нам нужно выбраться отсюда до полной темноты.

— У нас нет достаточного количества людей, чтобы убрать грузовик Анита.

— Мы можем убрать дерево, — сказала я, — и мы все можем влезть во внедорожник.

Он кивнул: — Можем.

Тилфорд не стал спорить, а Ньюмэн даже пытаться не стал против нас троих. Он учился. Если мы сможем сохранить ему жизнь, может быть, он, в самом деле — будет хорошим сотрудником.