Так вот что значит быть как дети: не иметь веры в те людские учреждения, которые породили зло — вражду, блуд, обещания, суды, насилие и войны. У Матфея в главе XVIII, ст. 6, тут же, после указания на то, что надо быть как дети, чтобы войти в царство Бога, сказано: и горе тому, кто соблазнит, обманет, введет во зло этих невинных. Только понимая это, можно понять и значение слов: кто поймет, что такое ребенок по моему учению, тот поймет всё мое учение и волю отца. Понять надо то, что ребенок — это душа Божия, сын Бога, только знающий отца и не знающий еще заблуждений плоти; что всё учение Иисуса состоит в том, чтобы не делать зла, а ребенок еще не делает его.
Мф. XVIII, 10. Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что ангелы 1 их на небесах всегда видят лице отца моего небесного. 2
Смотрите же, не презирайте ни одного ребенка, потому что, говорю вам, души их всегда видят отца своего, Бога.
ПРИМЕЧАНИЯ
1) Άγγελοι я перевожу души. Во многих списках нет следующих за этим слов έν ουρανοις.
2) Стих этот, перенесенный за несколько стихов после, явно относится к определению отношения детей к царству Бога. Прежде сказано, что надо сделаться таким же, как ребенок, чтобы быть в царстве Бога. Надо смирить себя и понимать жизнь так же, как понимают ее дети. И он говорит: поэтому не презирать надо детей, а учиться надо у них. Дети — те, которые не испорчены злом людей: это души, которые всегда живут по воле отца.
Мф. XVIII, 14. Так нет воли отца вашего небесного, чтобы погиб один из малых сих. 1
Так что ни один ребенок не погибает по воле отца вашего Бога.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Стих этот, опять оторванный от речи вставкой притчи о потерянной овце, продолжает ту же речь. Он говорит: дети все в воле Бога и, не имея еще своей воли, всегда в царстве Бога; души их не разъединены с отцом, так что разъединение их от отца происходит не по воле отца, а по воле людей.
Мф. XVIII, 6. А кто соблазнит 1 одного из малых сих, верующих в меня, 2 тому лучше было бы, 3 если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его в глубине морской.
И тот, кто отманит от истины хоть одного из таких детей, верующих в меня, тот готовит ему то, чтобы надеть жернов на шею и потонул бы он в море.
ПРИМЕЧАНИЯ
1) Σκανδαλίση. Слово σκανδαλίζω встречалось несколько раз, но здесь оно встречается в первый раз в своем точном, определенном и особенном значении. Существительное σκάνδαλον (которое употребляется в евангельском языке вместо σκανδάληθρον) значит: приманка, ловушка. Значение глагола совершенно соответствует русскому мануть, как он употребляется в северном наречии, вместо обмануть.
Особенность глагола, по-гречески, — преимущественно в тех предлогах и падежах, с которыми он употребляется. Глагол σκανδαλίζω употребляется в евангельском языке в страдательном залоге просто и с предлогом έν и имеет значение быть отманутым от истины. Таково значение. Мф. XIII, 21:
Это значение глагола в страдательном залоге определяет и его значение в действительном залоге. Значение его не есть просто обмануть, но отмануть от истины.
Сказав, что дети, потому что они не делают зла, находятся в воле Божией, в истине, Иисус говорит: и потому горе тому, кто отманит их от истины или от меня.
2) Верующий в меня: дети, маленькие дети, те, которые и ничего не понимают и близко не подходили к Иисусу, эти дети верят в Иисуса или в его учение; что это значит? А это одинаково сказано и у Матфея и у Марка. Дети верят в Иисуса. Верить в то, что он второе лицо троицы — нельзя. Верить в его учение — им тоже нельзя. Одно, во что могут верить дети и во что они верят, это: что жизнь — добро. Вот это — и больше ничто — есть учение Иисуса. Тот, кто не соблазнен, тот верит в Иисуса.
Короткий стих XVIII, 6 по Матфею: И тот, кто отманит от истины одного из таких детей (IX, 42 по Марку), есть разгадка всего евангелия. Надо выбросить его или понимать всё евангелие так, что Иисус не учил никакой вере, кроме веры в жизнь.
3) На каком основании συμφέρει αύτώ переведено: тому лучше бы было, подразумевая под тем того, кто соблазнит, решительно нельзя понять.
Неловкая фраза XVII, 2, Луки только могла подать повод к этому:
Что у Луки эта фраза есть вставка, очевидно. Она ни к селу ни к городу и говорит не о детях.
Только у Матфея и Марка совершенно одинаково выражена мысль. У Марка: καλόν έστιν αύτω μάλλον, т. е. лучше было бы ему; у Матфея: συμφέρει αύτω, т. е. содействует ему. Συμφέρω значит содействовать.
Но почему ему значит тому, кто соблазнит, а не ребенку? Соблазненный ребенок, лишенный жизни, подобен человеку с жерновом, брошенному в море. Жернов — это соблазн. Но почему соблазнивший подобен человеку, брошенному в море, остается мало что непонятным, но грубым и глупым. Перевод этого места церковью есть один из многих примеров не одной злонамеренности перевода, но и обычной неряшливости, легкомысленности.
Мф. XVIII, 7. Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, чрез которого соблазн приходит.
Мир людей несчастен от обманов, потому что нельзя не быть обманам; но несчастен человек, кто делается обманщиком.
8. Если же рука твоя или нога твоя соблазняет тебя, отсеки их и брось от себя: лучше тебе войти в жизнь без руки или без ноги, нежели с двумя руками и с двумя ногами быть ввержену в огонь вечный.
Если рука твоя или нога вводит тебя в обман, отсеки их и брось, потому что хорошо жить хоть безрукому или хромому, а не с двумя ногами и двумя руками пропасть.
9. И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя: лучше тебе с одним глазом войти в жизнь, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную.
И если глаз твой вводит тебя в обман, вырви его и брось. Хорошо жить хоть кривому, а не с двумя глазами пропасть.
ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ
Сказано, что дети родятся верующими в учение Иисуса, что они в царстве Бога и что погибают они только оттого, что взрослые люди отманивают их от царства Бога и соблазняют.
Соблазны есть и будут, но надо бояться их, потому что они губят и детей и тех, которые сами соблазн для других. Соблазн — это то, что отманивает от добра и истины, это зло и ложь, которые кажутся добром и правдой, это та привада в западню, которая кажется птице и зверю добром до тех пор, пока обманутый не попадется в нее. Такие-то ловушки, обманы, составляют несчастие мира. Люди добры, но эти обманы губят их. Они есть в мире и не могут не быть, как не может не быть тьмы, если есть свет; не может не быть заблуждения, если есть истина. Но надо знать их, потому что в них главная беда людей. Берегитесь и того, чтобы не попасть в них, и того, чтобы, попавшись, не быть участниками в них. Есть же соблазны против пяти правил Нагорной проповеди:
Соблазн гнева — тот, который приводит человека к убийству, к обиде.
Соблазн блуда, который приводит человека к нечистоте телесной и раздору с ближними.
Соблазн клятвы, вовлекающий человека в поступки, противные воле Божией, под предлогом обещания.
Соблазн насилия, вызывающий человека к возмездию таким же злом, каково то зло, которое он потерпел от другого.
Соблазн различия между своим народом и чужим и признания необходимости защищать своих и вредить чужим.
Против этих правил расставлены западни по всему миру, и против них-то теперь остерегает Иисус Христос. Это соблазны того, что всеми принято, всеми считается хорошим и важным, то, что высоко перед людьми, но мерзость перед Богом. Он не называет их злом, но он называет их западнями, через которые зло входит в мир, и которых должны бояться люди. Разрушать их не нужно, они не важны, они ни зло, ни добро, но не надо в них участвовать.
ПОНЯТИЕ ВИНЫ
Лк. XVII, 3. Наблюдайте за собою, если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему и, если покается, прости ему. 1
Берегитесь же. Если обидит тебя брат твой, то выговори ему, а повинится — прости ему.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Место это стоит у Луки непосредственно после слов о том, что необходимо быть соблазнам, но беда тому, через кого они входят в мир. У Матфея точно так же место о прощении брата следует за словами о соблазнах, но вопрос Петра перенесен к концу. Для ясности речи я переношу вопрос Петра (стих 21–й Матфея) к началу и соединяю со стихом 3–м Луки, с которым он и связан по смыслу.
Мф. XVIII, 21. Тогда Петр приступил к нему и сказал: господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз?
Тогда подошел к нему Петр и говорит: сколько бы раз ни обидел меня брат, я всё буду прощать его до семи раз.
22. Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи, но до седмижды семидесяти раз.
И говорит ему Иисус: я говорю не семь раз прощать, а семьдесят раз семь.
ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ
Петр выставляет соблазн рассуждения о том, что месть есть противодействие злу. Он говорит: положим, простить можно один раз, но если я прощу один раз, он сделает непременно еще раз то же потому именно, что я простил его. Если прощать, то придется прощать беспрестанно, и люди беспрестанно будут обижать тебя. И Иисус предостерегает от этого обмана и отвода от истины и говорит: прощать не раз надо, не семь раз, а столько раз, сколько обидит, и не рассуждать о том, что это будет или не будет поощрять обидчика.
Мф. XVIII, 23. Посему царство небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими.
Поэтому царство Бога вот на что похоже. Человек богатый хотел счесться со своими приказчиками.
24. Когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов.
Только начал он считаться, привели ему приказчика одного. Должен он был десять тысяч денег.
25. А как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить.
Не было у него чем заплатить, и велел хозяин продать жену, детей и всё, что у него было, чтобы заплатить.
26. Тогда раб тот пал и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и всё тебе заплачу.
И вот пал тот приказчик в ноги хозяину, стал кланяться и говорил: хозяин, потерпи на мне, всё заплачу.
27. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему.
И сжалился хозяин на служителя этого, и отпустил его, и долг простил ему.
28. Раб же тот, вышед, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что должен.
И вышел приказчик и нашел своего работника, такого, который должен был ему сто копеек. И, позвавши его, стал душить и говорил: заплати, что должен.
29. Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и всё отдам тебе.
И вот пал тот работник в ноги и просил, говоря: сжалься надо мною, всё тебе заплачу.
30. Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга.
Но тот не согласился, отвел его и отдал в тюрьму, пока тот не заплатит ему долг.
31. Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, пришедши, рассказали государю своему всё бывшее.
И увидели то, что случилось, другие работники и очень опечалились и пошли открыли хозяину всё, что случилось.
32. Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня;
Тогда призвал хозяин приказчика и говорит: злой раб, весь долг тот простил тебе за то, что ты просил.
33. не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?
И тебе должно было помиловать раба твоего, как я тебя помиловал.
34. И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга.
И, прогневавшись, хозяин отдал его истязателям, пока не отдаст всего, что был должен ему.
35. Так и отец мой небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его.
Так и отец мой небесный сделает с вами, если каждый не простит брату своему от всего сердца его погрешностей.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Представление о том, что кто-нибудь из людей может быть виноват перед нами, есть обман. Если мы считаем других виноватыми перед собой, должными, то только потому, что мы забываем все вины наши, что мы забываем всё то, что мы должны были сделать и что мы не сделали. И потому не только не удивительно прощать 70 X 7 раз, но удивительно думать о том, чтобы кто-нибудь мог быть должным перед нами. Вина чья бы то ни было есть обман — отвод от истины. Чтобы не впасть в этот соблазн, надо исполнять первое правило Нагорной проповеди: не иметь гнева на брата и мириться со всеми.
Станислав Гагарин
Деревня Серебровка
Когда я был еще младенцем, отец мой погиб во время лесного пожара. Мать долго после того болела, да так и не выздоровела, умерла, оставив меня на попечение бабушки Дуни. А с пятого класса я перебрался в интернат районного села Бакшеева. Там закончил среднюю школу и в тот же год отправился на Дальний Восток.
Бабушка Дуня безропотно меня благословила.
Мф. XVIII, 15. Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего.
– Подавайся, Витюшка, в большой мир. Тосковать буду по тебе – знамо дело… Да ты у меня вырос парнем душевным и не забудешь бабке Дуне письмишко черкнуть.
Если обидит тебя брат твой, поди и уличи его с глазу на глаз. Если послушает тебя, то ты в барышах, ты добыл себе брата.
С тем и уехал я во Владивосток. Сдал экзамены в высшую мореходку и стал учиться на судоводительском факультете. А через пять лет закончил училище и остался в пароходстве. Год работал четвертым штурманом на ледоколе, потом послали меня третьим помощником капитана на контейнеровоз, так в свою деревню Серебровку и не мог больше вырваться ни разу.
Однажды ночью на пароходе из Мельбурна в Нагасаки, когда готовился сдать вахту второму штурману, мне показалось, будто меня позвала бабушка. Грустным таким голосом: «Витю-ша… А, Витюша! Ты слышишь меня?» Я даже оторвался от карты, на которой готовился нанести точку – место нашего судна на момент сдачи вахты, – поднял голову и ясно услышал вдруг, как кто-то рядом со мною вздохнул.
16. Если же не послушает, возьми с собой еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово.
В эту ночь мне приснилась бабушка… Стоим мы с ней на берегу нашей Уфалейки, у меня руки в карманах, вид праздничный. А у бабушки в руках удочка. Уйдет поплавок по течению, бабушка удилище вздергивает, червячка проверит и вновь закидывает в реку. Потом взглянет на меня лукаво и говорит:
Если не послушает, то возьми с собою еще одного или двух, чтобы двое или трое уговорили его.
«Не боись, Витюшка, счас мы ее изловим, золотую рыбку»… Сам сон меня встревожил. Наутро я дал радиограмму в Серебровку и тут же написал рапорт капитану об отпуске…
…От большака, по которому ходил из Каменогорска в Бакшеево автобус, до деревни нашей было километра два. И все чистым сосновым лесом… «Икарус» высадил меня рядом с указателем «Дер. Серебровка», я закинул на плечо японскую сумку с рисунком Фудзиямы, взял чемодан с заморскими подарками деревенским родичам и бодро зашагал по дороге.
17. Если же не послушает их, скажи церкви; 1 а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь.
Лес кончился метров за триста до высокого обрыва. Под ним тянулась долина, занятая избами Серебровки, а за деревней, у кромки синего заповедного бора, протекала речка. Я вышел из леса, пересек пространство, покрытое молодыми сосенками, – и взял влево, чтобы подняться на пологую скалу, нависавшую над обрывом. Со скалы открывался замечательный вид на родную деревню. Я задохнулся, поднимаясь на скалу, с грустью подумал о том времени, когда одним махом взлетал на верхушку. Мало приходится двигаться морякам. Из каюты на мостик, с мостика в кают-компанию… «Буду утром бегать по палубе», – мысленно сказал себе, одолевая последние крутые метры.
Огляделся с вершины и… не увидел Серебровки, подумал, что заблудился. Но скала была та самая, второй не существовало. Пригляделся и установил, что Уфалейка течет гораздо ближе к обрыву, чем прежде.
Если не послушает и их, скажи сходке; если же и сходки не послушает, так пусть будет он для тебя такой же, как чужой или как откупщик.
«Снесли Серебровку, – ахнул я. – Сейчас это модно – собирать всех в кучу на центральную усадьбу. Загнали мою бабку Дуню куда-нибудь на пятый этаж, и сидит она там, кукует на балконе…»
ПРИМЕЧАНИЕ
Я спустился со скалы на дорогу и остановился перед указателем, который безбожно врал, ибо там, куда направлял он путников, не было никакой Серебровки. И тут припомнилось, что в райцентре у меня двоюродный дядя, Паксеваткин его фамилия, дядя Вася, по отчеству Фомич, а по званию майор милиции и к тому же начальник райотдела. Кто же лучше его знает, где прописалась наша Серебровка…
Дядя Вася принял радушно, вызвался отвезти домой, даже не спросив, как это я попал в Бакшеево, которое лежит дальше Серебровки.
1) Εκκλησία я перевожу тем словом, которое вполне отвечает греческому. Можно бы еще вернее перевести выборным на сходке, но сходка и есть собрание выборных.
– Домой отвезти? – спросил я. – А куда деревню дели?
Василий Фомич остолбенело воззрился на меня.
– Что с тобой, парень? – спросил он. – О чем говоришь?
– Нету больше Серебровки, – пояснил я неуверенным голосом, – на прежнем месте нету. Куда ее перенесли? И бабку Дуню тоже…
Я увидел, как рука начальника милиции потянулась к виску, чтоб изобразить известное движение, но на полпути остановилась и медленно опустилась на зеленое сукно стола.
– Давай по порядку, Витя, – сказал он. – То ли ты путаешь, то ли я перетрудился на этой «тихой» службе.
Когда я закончил рассказ, дядя Вася вздохнул и, не произнося ни слова, потянулся, к телефону.
– Алена, – сказал он, – соедини с Серебровкой.
Мф. XVIII, 18. Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе.
Тут он выразительно глянул на меня и проворчал, прикрыв трубку ладонью:
– На прежнем месте они все проживают, дорогой товарищ штурман! Конечно, здесь не Тихий океан, здесь и заблудиться можно, опять же и приборов у тебя с собой никаких, не так ли, племяш?
Истинно говорю вам: всё то, что завяжете на земле, завязано будет и у Бога, и всё то, что развяжете на земле, всё то развязано будет и у Бога.
Я молча пожал плечами.
– Что? – громко спросил дядя Вася. – Не отвечает? Нет связи?.. А почему? Обрыв на линии? Уже третий час? Ладно…
Вот что говорит об этом церковь (Толк. Ев. Мф., стр. 333, 297, 298, 299):
Он положил трубку и странно посмотрел на меня.
– Ты когда был там?
– Около двенадцати местного. Примерно без четверти.
Что вы свяжете, на земле и пр.: что обещано было прежде Петру, то теперь обещается всем апостолам. Господь употребляет совершенно одни и те же выражения и в том и в этом случае, чтобы показать ученикам, что власть всем им дается одинаковая, что Петру не предоставляется исключительное или даже преимущественное право править церковью, что всё законное, утвержденное всеми ими и их преемниками в деле управления церковью, утверждено будет и божественным определением на небесах, по силе присущего в церкви и ее представителях духа истины.
– А сейчас ровно два чеса. Поехали!
Смотри, каким бедам он подвергает упорного: и здешнему наказанию и будущему мучению. А этим он угрожает не для того, чтобы сие так случилось, но чтобы устрашенный угрозою, т. е. и отсечением от церкви, и опасностью быть связану на небесах, стал кротчае, и, зная то, если не в начале, то по крайней мере после многих осуждений, оставил гнев. Так спаситель установил первый и второй и третий суд, а не вдруг отверг грешника, дабы, т. е. если он не послушает первого суда, то покорился бы второму; а если презрит и оный, то устрашился бы третьего; если же не уважит и сего, ужаснулся бы будущего наказания, определения и суда Божия.
Волнение и беспокойство, столь явственно проступившие на лице начальника милиции, передались и мне, но реакцию вызвали обратную. Меня вдруг охватила слабость, и я продолжал сидеть. Дядя Вася тряхнул меня за плечо:
– Чего же ты?! Поехали!
Если в словах: что свяжете и пр. содержится власть запрещать общение с нераскаянным и отлучать его от церкви, то в словах: что разрешите и пр., содержится власть прощать и вновь принимать в общение с церковью согрешившего, если он раскается.
За руль он сел сам. Гнал быстро. Скоро мы увидели указатель и свернули на дорогу, ведущую через сосновый лес. Промчали пару лесных километров, выскочили по дороге на обрыв и внизу увидели деревню Серебровку.
Ключи царства небесного: понятие царства небесного соответствует здесь понятию церкви; и как церковь представляется под образом здания, которое, конечно, имеет вход и выход, замыкаемый и отмыкаемый посредством ключей, то ключи означают здесь образно орудие допущения или недопущения в здание церкви или в общество верующих. Обладание ключами здания предполагает свободный доступ в здание и даже распоряжение в нем.
А потом все было, как полагается в таких случаях: плачущая от радости бабушка, набежавшие родичи, это самых близких у меня одна бабка Дуня, а дальних – добрая половина деревни. Был и праздничный стол, за которым дядя Вася сидел почетным гостем.
Перед тем как ехать домой, дядя Вася отвел нашу соседку – секретаря сельсовета – в сторону, спросил:
Вручение ключей поэтому есть дарование права входить в здание, распоряжаться там, допускать туда или не допускать других. Следовательно, выражение: дам тебе ключи царства небесного, означает то же, что последующее за ним изречение: что свяжешь на земле, будет связано на небесах.
– Что у вас с телефоном, Семеновна?
– Да ничего вроде, Василий Фомич, телефон исправно работает.
– Это сейчас работает… А днем? Я вам звонил, не было связи с Серебровкой.
Дам тебе: этим дается не одному Петру исключительное право допускать в церковь, как думают римские католики, но такое же право даровано впоследствии всем апостолам; здесь же оно дается Петру потому только, что он прежде всех исповедал Иисуса Христа сыном Божиим. Неужели ключи те получил Петр, а Павел не получил? Петр получил, а Иоанн, Иаков и прочие апостолы не получили? Не в церкви ли те ключи, где ежедневно отпускаются грехи? Эти ключи и право вязать и решить получил не один человек, но единая вселенская церковь. А что действительно церковь получила сие право, а не одно исключительное лицо, это видно из другого места, где господь то же самое говорит и ко всем своим апостолам.
– И в два телефон в исправности состоял. Помнится, я сама в райисполком звонила. Это уж ты с телефонисток ваших спрашивай.
Так церковь связывает, церковь разрешает: связывает и разрешает церковь, основанная на краеугольном камне, самом Иисусе Христе.
– Это верно, – поугрюмее, проговорил начальник милиции. – Только какой с них спрос, они больше о женихах мечтают.
С тем он и уехал.
Что свяжешь на земле и пр.: вязать и разрешать часто употребляется у иудеев в смысле запрещать и дозволять. Так, напр., говоря о собирании дров в день субботний, они выражались: школа Шаман связует это, т. е. запрещает; школа Гиллела разрешает это, т. е. дозволяет. Апостолу Петру, а впоследствии и всем апостолам этими словами дается право разрешать или не разрешать грехи, дозволяющие или не дозволяющие быть в церкви или в обществе верующих, и обещается, что недозволенное ими в церкви или в обществе верующих, не дозволено будет и Богом, а разрешенное будет разрешено и Богом. Такая власть даруется им потому, что после Христа апостолы и преемники их остаются на земле видимою законодательною властью в церкви, как представители управления церковью самим Иисусом Христом.
———
На второй или третий день я перестал думать о странной истории. Помогла этому встреча с Клавой Ачкасовой. В школе я совсем ее не замечал, а теперь подивился: в красавицу преобразилась Клава. Раньше она была просто девчонкой, хоть на мальчишеский взгляд и толковой – не ябеда, хныкать не умела, плавала хорошо. Но все одно – существо не нашего племени. Девчонка… Но теперь я смотрел на отношения полов иными глазами, и было мне по душе, когда баба Дуня сообщила, что «соседская-то Клавдия вернулась с городу после ученья и служит врачихой в Заборье».
…Мы сидели с Клавой в нашей избе у раскрытого окна, и я рассказывал ей все, что знал о медицинской службе в Японии и Австралии. В самый разгар беседы на улице показался велосипедист. Ехал он со средней скоростью, а когда поравнялся с сельсоветом, оторвал от руля правую руку и помахал нам с Клавой.
Трудно найти более смешное недоразумение, как это. Иисус говорит Петру (Мф. XVI, 19): «я тебе дам ключ к царству небесному», точно так же, как и теперь мы говорим: «я дам тебе ключ к тому, чтобы понять это», и тотчас же говорит, в чем состоит ключ: ключ в том, чтобы развязываться со всеми враждами здесь на земле, — то самое, что сказано много и много раз: притча двух должников, притча идущего на суд с соперником, — то, чем проникнуто всё Евангелие: прощать всем, не иметь врагов, — то, о чем идет речь теперь в главе XVIII-й Мф. Речь эта начинается с наставления о том, как развязываться с врагами в случае вражды и обид, и кончается правилом о том, чтобы прощать не семь раз, а семьдесят раз семь. В этом ключ. И вдруг оказывается, что Иисус этими словами попам велит исповедывать и собирать за это яйца. Это было бы смешно, если бы не было так ужасно.
– Послушай, Клава! – воскликнул я. – Так это же Антон… Он что, тоже здесь отдыхает?
С Антоном мы жили вместе в интернате. В школу он пошел на год раньше меня, потом болел, отстал, и в пятом классе мы сидели уже за одной партой. Не по возрасту сильный, выше любого из нас на голову, Антон был безобиднейшим существом. Трогать его боялись – мог ненароком пришибить задиру, но в игры, боевые мальчишеские игры, Антона принимали с неохотой. Он не умел разозлиться, а какая же война без злости…
И, как всегда, кощунственное, глупое перетолкование этой речи утвердилось, несмотря на то, что оно только в одном толковании Евангелия Матфея,[15] несмотря на явную ошибку и против смысла и против языка. На самом деле, место это у Матфея следует непосредственно за увещанием о том, чтобы не участвовать в соблазнах: это есть разъяснение того, как избежать соблазна.
Школу Антон закончил с золотой медалью и уехал учиться на физический факультет.
– Что же не сказала ничего о нем? – укорил я Клаву. – Старый корешок ведь в деревню приехал!
– Сказать нечего, Витя… Антон – наша общая печаль.
Клава рассказала мне, что Антон приехал в академический отпуск по болезни. Устроился сельским почтальоном, гоняет на велосипеде. С виду – здоров и работает исправно. Но ведь в физики ладил парень! Год прошел, а возвращаться Антон вроде не собирается. Все считают: перенапрягся Антон…
– А ты, доктор, что думаешь?
– Не верю я в эту болезнь. Светлая у него голова, у Антона. Ты бы посмотрел, какую он лабораторию у себя оборудовал!
– А чего же он мне не объявился? И ты молчала…
Мф. XVIII, 19. Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, 1 будет им от отца моего небесного.
– Говорила ему… Просил подождать. Не готов, говорит, к этой встрече, когда смогу, сам приду.
Опять же вы знаете, что если двое или трое сошлись на земле во всех делах, то кого они будут просить, исполнит им пред отцом моим на небе.
Назавтра была субботе. У Клавы нашлись дела в райцентре, и я, конечно, увязался с нею. В Бакшееве мы навестили Клавиных родственников и остались на концерт, а после него едва успели на последний автобус… Хорошо, что я захватил с собою фонарик. Он нам пригодился, когда двинулись от большака лесом. Медленно брели мы сквозь строй едва угадываемых в темноте сосен. Порой я включал фонарик, луч света выхватывал песчаное полотно дороги.
20. Ибо где двое или трое собраны во имя мое, там я посреди их. 2
Мы подходили уже к самому обрыву, когда неясное предчувствие охватило меня. Догадывался, что сейчас произойдет, но заботило прежде всего, как уберечь от потрясения Клаву.
Потому что там, где двое или трое соединены моим учением, то я перед ними.
ПРИМЕЧАНИЯ
Еще несколько шагов к обрыву – и мне уже видно, что внизу деревни Серебровки нет. Хотя и поздно, но на главной улице должны гореть фонари. Да и других огней в деревне полно…
– Мы заблудились, – сказал я, – пошли обратно.
1) Перевод в этом месте ου εάν αίτήσωνται через то, что просят, совершенно произволен. Контракции здесь быть не может и просить πραγμα нельзя. Οὖ значит кого. Смысл всего тот, что если двое или трое сойдутся, то, очевидно, всякий сделает то, что будет просить другой.
Мы отошли не больше двухсот метров, как вдруг услышали металлический лязг, глухой удар и болезненный вскрик. Бросились назад. В свете фонаря я увидел велосипед с мешком или сумкой на багажнике, лежащий на боку, а рядом силившегося подняться огромного человека. Клава первой подхватила его, а когда он поднял голову, я узнал в незадачливом велосипедисте Антона Мезовцева… Велосипед его наскочил на придорожный камень и был вполне целехонек, а вот седок сильно разбил колено.
2) Т. е. мое учение перед ними всегда, и потому не может быть раздора.
Мы отвели Антона в деревню и сдали на руки его деду, старому Захару Ивановичу, который тут же принялся заваривать корешки для примочек. В суматохе этих хлопот я забыл даже удивиться тому, что деревня оказалась на прежнем месте. И уже дома, размышляя о случившемся, решил съездить в Каменогорск, посоветоваться с одним из земляков. Он был опытным психиатром.
«Надо показаться ему, – подумал я, уже засыпая. – А то мало ли что может привидеться мне на мостике во время рейса…»
ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ
Рано утром меня разбудила бабушка Дуня.
– Там этот пришел, – ворчливо проговорила она. – «Разбуди да разбуди…» И отдохнуть парню не дадут. Колдун старый…
Это одно из главных и яснейших мест Евангелия совершенно потеряно по непостижимо нелепому толкованию церкви.
– Да кто пришел, баба Дуня?
– Захар Мезовцев, кто же еще… И не объяснит телком, молчун эдакий. «Разбуди да разбуди».
Сказав о том, что понятие вины есть обман, Иисус Христос учит о том, что для исполняющих его учение не может и представляться случая вины и наказаний, прощения, — что для исполняющих его учение не может быть раздора. Он говорит: если тебя обидели, один на один уговори брата, чтобы сойтись с ним; не послушает — других позови; их не послушает — всех жителей возьми в судьи; и их не послушает — оставь его, терпи обиду свою и не ссорься с ним, потому что всякое земное дело, в которое вы ввяжетесь, связывает и вашу душу и ваше отношение к Богу, и потому всякая развязка в земном деле — развязка и для души.
Я выскочил на крыльцо и поздоровался с дедом Захаром, высоким, несколько согнувшимся стариком с кустистыми бровями, из-под которых голубели зоркие еще глаза. У ног деда Захара ползал в умилении наш цепной Тарзан, самый свирепый пес во всей Серебровке.
– Антон тебя кличет, – сказал дед Захар. – Пойдем.
И вы сами знаете: если вы соединяетесь здесь на земле, во всем согласны, любовны, то тогда всякий отдает, что у него просят; потому что когда двое или трое соединены моим учением, то мое учение любви и правды и будет среди их, т. е. основанием их отношений между собою.
– Так не завтракал еще, – возразила бабушка. – Куда его тянешь спозаранку?
– Накормлю, – коротко бросил суровый дед, и мы пошли со двора.
Изба у Мезовцевых была большая, и всю ее Антон превратил в лабораторию. Я застал его уже на ногах. Прихрамывая, ходил он от прибора к прибору, подкручивал, включал и выключал их.
– Чем ты тут занимаешься? – спросил я.
– А ты знаешь, что такое топология? – в свою очередь спросил он.
– Это связано как-то с топографией? Или с математикой?.. Знакомое слово, а припомнить не могу.
О БРАКЕ И РАЗВОДЕ
– Ты дважды попал в точку, – улыбнулся Антон, – только не в десятку, а около… Верно, у топологии и топографии общий главный корень, греческое слово «оро» – место, местность. Топология – один из разделов математики, эта наука изучает наиболее общие свойства геометрических фигур. Но, представь себе, именно те свойства, которые не изменяются при любых преобразованиях этих фигур. Лишь бы при этом не производилось разрывов и склеек. Вот, скажем, окружность, эллипс, контур круга имеют одни и те же топологические свойства. Ведь окружность можно деформировать в квадрат, и наоборот. При этом вовсе не разрывая линии, ограничивающей занимаемое фигурой пространство…
– Погоди, – сказал я, – дай отдышаться. Что-то я недопонимаю… Значит, возможны изменения какой-либо геометрической фигуры без механического вмешательства?
– Вот именно, – удовлетворенно хмыкнул Антон. – Этим и занимается топология. Наука сия весьма мудреная, без особой подготовки в ее законах не разобраться. Одно ты уже уяснил: можно преобразовать любую геометрическую фигуру без производства, так сказать, «разрывов и склеек», того, что ты назвал «механическим вмешательством». Я и задумался над тем, как искусственно вызвать такое преобразование. Другими словами, из куба сделать многогранник, октаэдр превратить в тетраэдр, додекаэдр в пентаэдр, и наоборот. Начал работать с простейшими фигурами, увлекся, хотя дело вначале не пошло, знаний недоставало и опыта, ведь я физик-теоретик и с топологией был знаком поверхностно. Потом наладилось, о диссертации и думать забыл… Меня увещевали, но бросить задуманное уже не мог. Сидеть же на шее у государства было совестно. Тогда сказался больным и уехал в Серебровку, вызвав всеобщее недоумение и в университете, и в деревне.
– Еще бы, – проговорил я, дернув плечом, – блестящий аспирант-физик подается вдруг в сельские почтальоны. Я первым решил, что у тебя не все дома.
– Спасибо, – церемонно поклонился Антон. – У тебя нормальная реакция заурядного обывателя. Нет, нет, Витя, ты, конечно, не обыватель. Ты штурман дальнего плавания, но человек, извини, вполне нормальный…
– Знаешь, отсутствие ненормальностей в моей психике меня как-то не колышет.
Мф. XIX, 3. И приступили к нему фарисеи и, искушая его, говорили ему: по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею?
– И слава богу, – серьезно сказал Антон. – И это хорошо, что ты штурман. Потому начну свой рассказ с другой стороны. После года работы в деревне, вот здесь, в этом сарае, я собрал и испытал первую «мышеловку».
И подошли к нему фарисеи и, выпытывая его, сказали ему: можно ли человеку развестись с женою по всякой вине?
– Мышеловку? – изумленно спросил я.
– Так я называю свой прибор, – усмехнулся Антон. – Условно… Когда впервые опробовал его, мне пришла в голову мысль, что я заманиваю пространство, изымаю из обращения во вселенной так же легко и безвозвратно, как кошка ловит обреченную мышь.
4. Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их?
– Безвозвратно?!
Иисус отвечал им: разве не знаете, что тот, кто сделал сначала, самцом и самкой сделал их?
– Я оговорился… Не мог же начинать опыта с «мышеловкой», не обеспечив элементарной техники безопасности. Прибор сам восстанавливает статус-кво, если я заранее определяю временной индекс, это на случай, если со мною вдруг что-нибудь случится.
– А если не установишь этот самый индекс? – спросил я, стараясь говорить как можно беззаботнее, не хотелось показать Антону то смятение, в которое он вверг меня своим рассказом.
5. И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью.
– Если не установлю, значит, все останется так, как поработала с пространством «мышеловка».
– Интересно, – через силу улыбнулся я. – Но все же поясни: в чем физическая природа действия твоего прибора?..
И сказал: оттого оставит муж отца и мать и слепится с женою своею, и станут два тела одно.
– С учетом твоей штурманской профессии я начну с вопроса: какой формы наша Земля?
– Это вопрос вопросов, Антон. С него мы начинаем изучать судовождение. Навигацию, в частности. Для практических штурманских целей мы считаем землю шарообразной.
6. Так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает.
– Тут ты не оригинален, Витя… Еще великий грек Фалес Милетский, живший в седьмом веке до нашей эры, утверждал, что Земля имеет сферическую форму и изолирована в пространстве как самостоятельное тело. Гораздо позднее, когда были произведены обмеры Земли, выяснилось, что Земля вовсе не шар, а эллипсоид вращения, сфероид. Были определены размеры полуосей земного эллипсоида, эксцентритета и сжатия Земли.
– Земля никакой не эллипсоид, – возразил я. – У нее своя, неповторимая форма, присущая только нашей планете. Земля – геоид…
Так что уже не два, а одно тело. Так то, что Бог связал, того человеку не разделять
– Прекрасно, – сказал Антон. – Именно к этому я тебя и подводил. Рад, что ты сам сообразил. Значит, Земля – геоид. А что это такое? Геоид суть геометрическая фигура, поверхность которой во всех точках перпендикулярна действительному направлению отвесной линии, или, иначе, направлению отвесной линии, или, иначе, направлению силы тяжести. Улавливаешь?
– Это я уловил еще на втором курсе… Но какая связь между истинной формой Земли и твоей «мышеловкой»?
7. Они говорят ему: как же Моисей заповедал давать разводное письмо и разводиться с нею?
– Самая прямая, – несколько торжественно произнес Антон. – Видишь ли, я пошел дальше. Мне представилось, что Земля наша – гигантским, невообразимо сложный многогранник. А коли так, то ее поверхность подчиняется всем законам топологии. И как любую геометрическую фигуру можно изменить без «разрезов и склеек», так можно поступать и с поверхностью Земли.
– Ну ты даешь! – сказал я.
И сказали ему: как же Моисей сказал давать разводную книгу и развязываться с женой?
– Мы установили с тобой, – продолжал тем временем Антон, – что каждая плоскость геоида, его любая грань, перпендикулярна направлению силы тяжести. И смысл действия «мышеловки» в том, что она освобождает определенную грань геоида от этой самой силы. Понимаешь?
Я отрицательно мотнул головой.
8. Он говорит им: Моисей, по жестокосердию вашему, позволил вам разводиться с женами вашими; а сначала не было так.
– Ну, попросту исчезает перпендикуляр силы тяжести, гравитационная нить, которая удерживала данную грань в устойчивом положении по отношению к остальной системе многогранника. Что тогда происходит с этой частью земной поверхности?
Он сказал им: Моисей же по грубости вашей приказал вам разводиться с женами; по началу же не так сделано.
– Она исчезает…
9. Но я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние 1 и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует.
– Верно, Витя, исчезает… Освобождённая от перпендикулярного по отношению к ней действия силы тяжести часть земной поверхности, определенная этой гранью, попросту изымается из нашего мира, или, как говорят топологи, «схлопывается».