— Я знаю короткий путь. — Скайлар подождал, пока Джон перелезет через изгородь. — Ну, может, не такой уж короткий. Зато идет мимо дороги. — Скайлар побежал к деревьям. — Не отставай.

Джон последовал за ним.

Через двести ярдов спустя Скайлар обернулся:

— Ты не против того, чтобы немного прибавить, Джан-Тан? Может, успеем заткнуть те дырки, что появились в Дуфусе.

— К черту! — Джон пыхтел. — К черту Дуфуса. Что я здесь делаю?

— Заткнись и беги, — бросил Скайлар.

На освещенной луной полянке на вершине холма Джон остановился. Наклонился, уперевшись руками в колени, со свистом втягивая воздух.

— Какие проблемы, Джан-Тан? — Скайлар вернулся, обежал его кругом. — Дыхалка отказала?

— Я болен, — выдохнул Джон. — У меня мононуклеоз. Никто тебе не говорил?

— Я не могу оставить тебя здесь. Почему ты пошел со мной?

— Я не занимался спортом всю весну. Не мог бегать…

— Да кто она такая? Стоило хоть с ней целоваться?

— Что мы тут делаем, ночью, в лесу, кишащем людьми, которые мечтают о том, чтобы всадить в тебя пулю? И все ради сына городского пьяницы и главной местной… — Джон вскинул глаза на Скайлара.

— Я никогда не говорил тебе, что Дуфус — сын Тони Даффи.

— Ты сказал, что миссис Даффи замужем за городским алкоголиком.

— Это я сказал. Да.

— Так кто отец Дуфуса?

Глаза Скайлара превратились в щелочки.

— У Дуфуса тот же отец, что и у тебя, Джан-Тан. Мистер Уэйн Уитфилд.

Джон мгновенно выпрямился.

— Черта с два! — Он глубоко вдохнул. — Черта с два!

— Я ищу Дуфуса, потому что он мой кузен, Джан-Тан. И полагаю, тебе надо бежать чуть быстрее, потому что по отцу он твой родной брат.

— Что ты несешь? — Джон жадно ловил ртом воздух. — Дуфус мне не брат!

— Это, между прочим, факт. Он — твой брат.

Даже в лунном свете глаза Джона потемнели от ярости.

И вряд ли они что-то видели, когда Джон попытался ударить Скайлара.

Скайлар легко ушел от удара.

— Прекрати, Джан-Тан! У нас полно дел.

Джон прыгнул на Скайлара, схватил его за грудки, уперевшись кроссовками в землю.

Ноги их переплелись, они повалились на землю.

— Черт побери! — воскликнул Скайлар. — Джан-Тан, сейчас не время обсуждать семейные неурядицы!

Джон поднялся, сжав кулаки, согнув руки в локтях.

— Черт! — Скайлар остался на земле. — Мне это начинает надоедать. Почему всем охота меня бить?

Скайлар вскочил, ноги его разогнулись, как пружины. Плечом он ударил Джона под дых. Джона отбросило на несколько шагов.

Прежде чем Джон успел принять боевую стойку, левым кулаком Скайлар ударил его в нос. А потом правым, с силой, в челюсть.

Джон устоял. Согнув колени, выставив чуть вперед левую ногу, внезапно он бросился на Скайлара. Кулаки его летали с такой скоростью, что Скайлар не мог понять, откуда сыплются все эти удары. Когда он прикрыл локтями лицо, Джон переключился на живот. Опустил руки — досталось лицу.

— Черт, Джан-Тан. — Скайлар подался назад. — Я всегда знал, что любовник из тебя никакой. Но где ты научился так драться?

Скайлар имитировал удар левой, а ударил правой, в голову. А потом, усилив удар движением тела, той же правой, в живот Джона.

Когда колени Джона подогнулись, он схватил Скайлара за шею. Так что упали они вместе.

Лежа они продолжали мутузить друг друга.

— Черт! — раздался голос. — Я знал, что вы где-то здесь. Но что такое вы делаете?

Руки Скайлара и Джона застыли. Они оба взглянули вверх.

Над ними стоял Дуфус.

— Спасаем тебя, Дуфус. — Скайлар сплюнул кровью. — Разве ты не видишь?

— Кончайте ваше занятие и бежим отсюда. Боюсь, за мной кто-то идет.

— Кто-то тебя преследует? — спросил Скайлар.

Дуфус кивнул:

— Боюсь, что шериф.

Скайлар и Джон расцепились.

Дуфус оглянулся:

— Я от него оторвался, но ненамного.

— Что там случилось? — спросил Скайлар, сев. — С чего такая пальба?

— Вроде бы Саймсы легли спать. Свет погас везде, кроме кабинета. Я и сам уже собрался вздремнуть, когда из дома вышел мистер Джон Саймс со старым отцовским «винчестером» и начал стрелять по автомобилю, припаркованному на другой стороне дороги. Сам спрятаться или укрыться он даже не пытался. Стрелял и стрелял. А потом тому, кто сидел в автомобиле, это надоело, и ответным выстрелом он вышиб ему мозги.

— Мистеру Джону Саймсу? — спросил Скайлар.

— Да, ему.

— Мистер Джон Саймс мертв?

— Да, сэр. Мертвее зажаренного на сковородке кролика.

Сидя на земле, Джон-Тан кончиками пальцев осторожно коснулся челюсти. Кожа вокруг носа и рта потемнела от крови.

— А вы из-за чего подрались? — спросил Дуфус.

— Мы-то? — ответил Скайлар. — Он — наглый янки.

Глядя на Дуфуса, Джон промолчал.

— Как я понимаю, победитель еще не определился? — спросил Дуфус.

— Я уезжаю домой. — У Джона что-то случилось с дикцией.

— Тогда я победил, — уверенно заявил Скайлар.

— Ты победил еще до того, как я приехал сюда. — Джон сплюнул кровью.

Дуфус вновь оглянулся на лес.

— Короче, я двинулся прочь, зная, что мистер Саймс привлечет или полицию, или мух. Только вышел на дорогу, и знаете, кого там увидел? Шерифа, который стоял там с большим карабином. Как я понимаю, удивились мы оба. Я, однако, не забыл про уважение к старшим, сказал: «О, прошу извинить». Но к тому моменту красный автомобиль уехал, и мне пришло в голову: а не подумает ли шериф, что именно я оставил мистера Саймса на лужайке в таком состоянии. Поэтому я рванул в этом направлении, полагая, что поднимусь на холм быстрее, чем он, и поднялся, а тут вы катаетесь по земле, выясняя личный контретан.[17]

— Контретан, — повторил Джон. Голос его звучал не так, как обычно, из-за крови во рту и в носу, шатающихся зубов.

— Это по-французски, Джан-Тан. Означает, что ты сукин сын. — Скайлар поднялся. — Надо сматываться. Все идем в разных направлениях. Так? Дуфус, ты — вдоль вершины. Джон, ты вниз, к сараям. Я — чуть под углом, к дому Саймсов. Все шумим, чтобы запутать его. Громко кричим. Ты, Дуфус, можешь запеть ту песню о маленькой звездочке, которой они учили тебя, когда ты во второй раз остался во втором классе. Поешь ты ее отлично.

Джон покачал один зуб.

— Я иду к ферме тихим шагом.

— Ладно, Джан-Тан. Делай, что хочешь. Но я не советую тебе и дальше сидеть здесь, держась за щеку.

— Увидимся. — Взмахнув левой рукой, Дуфус двинулся к лесу.

Джон поднялся.

— Контретан, — пробормотал он.

Они слышали, как Дуфус, уходя, разговаривает сам с собой на два голоса.

Джон оглядел своего кузена:

— Ты сказал мне правду?

— Конечно. Это же факт.

— Мой отец знает?

— Как я слышал, ему говорили.

— Он что-нибудь делал? Для Дуфуса?

— Нет.

— Как по-твоему, почему нет?

— Потому что Дуфус не его собственность. Он его не купил и не заплатил за него.

— То есть ты думаешь, что я — его собственность?

— Не знаю. Ты сам как считаешь? Джон переминался с ноги на ногу.

— Ты думаешь, моей матери это известно? Насчет Дуфуса?

— Откуда мне знать?

Джон медленно зашагал к «Уитфилд-Фарм». Пройдя несколько метров, повернулся к Скайлару:

— Ты думаешь, мой отец, отправляя меня сюда, хотел, чтобы я узнал о Дуфусе?

— У тебя больше вопросов, чем у меня ответов, Джан-Тан, — ответил Скайлар.

* * *

— Ни с места, Скайлар!

Скайлар как раз приостановился, прежде чем войти в лес с залитой лунным светом поляны.

Остановился.

— Шериф?

В лесу он никого не видел.

— Руки над головой, Скайлар, — все тот же хрипловатый, размеренный голос.

— Шериф Пепп? — Скайлар поднял руки. — Как ваша простуда?

Пепп вышел из леса в лунный свет, нацелив карабин на Скайлара.

— Гораздо лучше, Скайлар. Спасибо, что спросил. — Он обошел Скайлара так, чтобы тот оказался между ним и лесом. — Я думаю, что нашел отличное лекарство от простуды.

— Рад это слышать, шериф. В его состав входит адреналин?

— У тебя даже нет ножа? Ах, я забыл. Твой нож у нас.

— Действительно, шериф, раз уж вы упомянули о нем, думаю, он мне еще пригодится.

— Где винтовка? Что ты с ней сделал?

— Какая винтовка?

— Из которой ты застрелил Джона Саймса.

— Я не стрелял в Джона Саймса, шериф. И вы это знаете. Мистера Саймса застрелил один из бандитов, что весь день сидели в красном автомобиле у его дома. В связи с его карточными долгами.

— Карточными долгами? Чьими?

— Мистера Джона Саймса. — Скайлар шумно выдохнул. — Черт побери, шериф! Не сочтите за критику, но, похоже, я один действительно постарался вникнуть в ситуацию!

— И у тебя есть все ответы, не так ли, Скайлар?

— Могу я опустить руки, шериф. У меня такое ощущение, что я — пришпиленная булавкой бабочка.

Скайлар опустил руки и повернулся лицом к Пеппу:

— Мистер Джон Саймс убил двух своих детей. Вы это понимаете, не так ли?

— Разумеется. А какой-то бандит убил Джона Саймса.

— А вы убили свою жену.

Пепп нацелил карабин в грудь Скайлару.

— Как получилось, Скайлар, что тебя со всеми твоими достоинствами не приняли в колледж? Ты же действительно умный парень.

— Я прав?

— Я не знаю, кто убил детей Саймса, — говорил Пепп медленно. — И почему. В последнее время я не могу сосредоточиться на работе. То одно отвлекает, то другое.

— Шериф Пепп, можно ли назвать убийство вашей жены «серийным»?

— Не знаю я и кто убил Джона Саймса. Я ехал по дороге, услышал выстрелы. Вылез из машины. Нашел лежащего на лужайке Джона Саймса. Увидел, как кто-то выходит из кустов. Может, ты…

— Вы знаете только то, что убили свою жену.

Пепп дышал через нос. Ему ничего не мешало. Верхние дыхательные пути прочистились.

— Да. Я знаю, кто убил Марту Джейн.

—  Вы.

— Скажу тебе одно, Скайлар. — Пепп убедился, что в казеннике есть патрон. — Без тебя дышаться здесь будет легче.

— Вы этого не отрицаете.

— Нет, сэр, не отрицаю.

— А если вы меня убьете, то на мертвого все и спишете. И убить вы меня хотите только потому, что убили вашу жену. Я прав?

— Ты абсолютно прав. На это я, во всяком случае, рассчитываю. Конечно, меня будет мучить совесть за то, что я убил такого умницу, как ты. Но… я обязан дать людям то, чего они от меня ждут. А ты всегда был не таким, как все, Скайлар Уитфилд.

— Черт побери, шериф Пепп! — выкрикнул Скайлар. — Мои родители голосовали за вас!

— Тогда придется обойтись с тобой по справедливости. Вот что мы сделаем…. Я дам тебе шанс спастись. Беги вон туда… — Стволом карабина Пепп повел в сторону купающейся в лунном свете поляны.

— И вы застрелите меня в спину. А потом скажете людям, что у вас был единственный шанс остановить меня.

— Что-нибудь такое скажу.

— Тут я вам не помощник, — покачал головой Скайлар. — Придется вам застрелить меня в грудь и с близкого расстояния, а потом объяснять, как это произошло.

— Ладно, — кивнул Пепп. — Я отойду сам. А ты стой на месте, раз тебе этого хочется. — Целясь Скайлару в живот, Пепп попятился.

— Не споткнитесь. — Скайлар расстегнул «молнию» на ширинке.

— Что это ты делаешь, парень?

— Никогда в жизни не дул в штаны, и сейчас не собираюсь.

Отойдя от Скайлара на приличное расстояние, Пепп поднял ружье к плечу.

— Хотелось бы мне послушать, как вы объясните людям, что побудило вас стрелять в человека, справляющего малую нужду.

Пепп прицелился Скайлару в лоб.

— Господи, ну и остряк же ты, Скайлар.

— Шериф, я же просил вас не упоминать имя Господне всуе.

Раздался выстрел.

Сжимая рукой пенис, Скайлар повалился вперед. Приземлился на правое плечо, откатился в сторону. Полежал на земле. Прополз пару метров. Еще полежал. Услышал движение в траве. Опять откатился, прополз еще метр-другой. Прислушался. Шаги к нему не приближались.

Наконец Скайлар поднял голову.

Около того места, где стоял шериф Калпеппер, теперь оказался другой мужчина. С винтовкой, нацеленной в землю. Смотрел он себе под ноги.

— А ведь я живу и дышу. — Скайлар поднялся, застегнул ширинку, направился к мужчине. — Хэй, Томми. Как поживаешь?

Мертвый шериф Калпеппер лежал на земле. Скайлар знал, что шериф мертв, хотя при лунном свете и не видел пулевого отверстия. Он решил, что пуля пробила шерифа насквозь, войдя в один бок и выйдя из другого.

— Ты все слышал? — спросил Скайлар.

— Достаточно. — Томми Баркер присел на лежащее рядом бревно.

Винтовку поставил на землю между ног, стволом кверху.

Дуло сунул в рот.

Скайлар перевел взгляд с лежащего на земле шерифа на сидящего на бревне Томми Баркера. Скайлару хотелось поговорить о странных поступках шерифа.

Вместо этого он закричал:

— Что вы делаете?

Палец Томми уже лег на спусковой крючок.

Скайлар прыгнул на Томми, двумя руками, ухватив под подбородок, закинул ему голову назад. Винтовка выстрелила в воздух. Томми повалился на спину.

— Что вы задумали? — спросил Скайлар, стоя над Томми.

Томми перекатился со спины на живот. Его протез развернуло под неестественным углом.

— Я говорил себе, следующим и единственным человеком, которого мне придеться застрелить, буду я сам.

— Вы ошиблись. Поверьте мне, мистер Томми Баркер, от меня вы не услышите ни одного дурного слова за содеянное вами.

— Я больше не хочу убивать людей. Я хотел лишить себя такой возможности. Ты это понимаешь, Скайлар?

— Мистер Томми Баркер. Вы нужны мне как свидетель.

Томми ответил не сразу.

— Да, конечно. — Он сел, развернул протез. — А об этом я забыл.

Сидя на земле, Томми покачал головой. Когда заговорил, в голосе его слышалась печаль:

— Пепп был хорошим человеком. Любил дочь. Что с ним случилось?

Глава 23

— Я выхожу замуж за Джимми Боба.

В четверг, ранним утром, Тэнди Макджейн стояла в спальне Скайлара. Уперевшись руками в бока, широко расставив ноги.

Скайлар, только что проснувшись, улыбался в кровати.

— В последние день-два я тебя совсем не видел. — Он откинул простыню.

— Я туда не пойду.

Скайлар мигнул. Дверь в ванную была открыта. За ней виднелась приоткрытая дверь в спальню для гостей.

— Ты уже говорила мне, что у меня разбито лицо.

— У тебя разбито лицо. У Джан-Тана разбито лицо, — Тэнди стояла все в той же позе. — Скайлар, ты слышишь, что я тебе говорю?

— Нет. Что ты мне говоришь?

— Я говорю, что выхожу замуж за Джимми Боба. Уже дала ему свое согласие.

Скайлар сел.

— Ты меня водишь сама знаешь за что.

— Отнюдь.

— Что ты такое говоришь?

— Я же говорила тебе, Скайлар. Он теперь водит восемнадцатиколесник.

— И что?

— Я уверена, что ты никогда не будешь водить восемнадцатиколесник.

— Не буду. Скорее всего, не буду.

— Скайлар Уитфилд, ты не из домоседов. Я это всегда знала.

— Так ты серьезно.

— Можешь поставить свое левое яйцо, что серьезно, — ответила Тэнди. — Пожалуй, даже и правое.

— Чертов Джан-Тан. — Скайлар выпрыгнул из кровати. — Чтоб ему провалиться.

Глаза Тэнди пробежались по обнаженному телу Скайлара. Голос ее заметно помягчел.

— Тебе надо уезжать отсюда, Скайлар. Получить образование. Такой, как сейчас, ты никому не нужен, парень.

Скайлар попытался обнять ее.

— Никому?

Она отбросила его руки, отступила на шаг.

— Кем ты собираешься стать? Скажи мне.

— Тэнди? Тэнди!

— Нечего раскатывать на меня губы, Скайлар Уитфилд.

— Тэнди, почему ты это делаешь?

— Я же сказала тебе. Для твоего же блага.

— Ты выходишь замуж за Джимми Боба для моего блага? Ты даже не знаешь, каков он в постели.

— Нет. Но думаю, что узнаю. В семейной жизни по- другому не бывает, не так ли?

Скайлар шагнул к ней:

— Тэнди, иди ко мне.

— Нет. — Она взялась за дверную ручку.

— Никогда не думал, что ты затеешь такую игру.

— Это не игра, Скайлар. Игры закончились. — Она открыла дверь. — Скайлар, ты должен написать в этот Найтсбридж мюзик колледж в Бостоне, штат Массачусетс, и сказать, что ты очень благодарен им за то, что они зачислили тебя на первый курс, и за стипендию, которую они предложили тебе, а обо мне не думай. Так или иначе, ты сведешь всех с ума, особенно твоих родителей, которые считают, что ты подавал документы в другие колледжи, чего ты делать и не собирался. А я проживу без тебя, как собака живет без блох и клещей! Напиши им письмо этим же утром! Прямо сейчас и пиши!

Тэнди Макджейн вышла из спальни Скайлара.

* * *

Вспыхнула лампа под потолком.

На пороге ванной стоял Джон. В брюках цвета хаки и синей рубашке. В руках он держал сложенные джинсы.

— Вроде бы ты хотел, чтобы я провалился.

Сидя на краю кровати, Скайлар посмотрел на кузена.

— У меня лицо такое же уродливое, как у тебя?

— Хуже. — Джон бросил джинсы на кровать Скайлара. — Миссис Джейн их выстирала. Еле оттерла всю грязь.

— Ты собрался?

— Да. — Джон сел на стул у письменного стола.

— Не терпится уехать отсюда, Джан-Тан? — Скайлар прошел в ванну, взял полотенце, обернул вокруг талии. — Дерьмо.

— Мои родители признали, что «Уитфилд-Фарм» вредна для моего здоровья.

Скайлар вернулся в спальню.

— Да, ты же чуть не сломал челюсть. Заработал обратный билет. И говоришь ты как-то странно, но этим ты отличался с самого начала.

— Даже мои родители отметили, что я говорю как-то странно, — Джон с трудом двигал челюстью. — Они мне так и сказали по телефону.

Скайлар вновь присел на кровать.

— Ты все слышал?

— Непредумышленно. Почти все.

— Все, что сказала Тэнди?

— Так это была Тэнди? — Джон улыбнулся. — Я то думал, тут играл квартет гитар, причем невпопад.

Без тени улыбки Скайлар смотрел на Джона.

— Тэнди высказалась. И, насколько я понимаю, на полном серьезе.

— Очень сожалею.

— Тут у меня было все. С чего у меня могло возникнуть желание уехать? Лошадь, собака, хорошая работа на свежем воздухе, друзья, любящие родители, Тэнди…

— Чтобы больше узнать о музыке…

— Может, чтобы научиться лучше писать музыку.

— Как ты вообще узнал о Найтсбриджской музыкальной школе?

Скайлар пожал плечами:

— Миссис Даффи навела справки. Ты бы удивился, узнав, какие знакомства у этой женщины.

— Могу себе представить.

— Музыканты… Я хочу сказать, помимо твоего отца, Джан-Тан.

— Ладно, Скайлар, я сдаюсь.

— Я написал в этот Найтсбридж. Они прислали мне какие-то бланки с вопросами. Я накорябал на них ноты… ты понимаешь, ту музыку, что играю в «Холлере», и отослал им. Я послал им и запись, какую-то мелодию Телеманна. Отец Джон достал нужное оборудование, и мы записали пленку в «Холлере».

Джон улыбнулся:

— Я потрясен! «Холлер», оказывается, местный культурный центр. Даже со своей студией звукозаписи!

— Ты совершенно прав.

— И на основании этих материалов тебя приняли в Найтсбридж?

— Я написал, что не смогу позволить себе учиться у них, потому что на Севере каждый выдох обходится в полтора доллара. Так они предложили мне деньги, если я поступлю к ним.

— Ты получил стипендию в Найтсбридже? — Джон расхохотался. — Ах ты, сукин сын!

— Я об этом никому не говорил, потому что еще не принял решения, — ответил Скайлар. — Наверное, по отношению к родителям я поступил нечестно. Я действительно не подавал документы в те колледжи, в которых они хотели бы меня видеть.

— И что? — спросил Джон. — Теперь ты принял решение, Скайлар?

Скайлар оглядел спальню.

— Теперь, когда решение приняла Тэнди, похоже, что да, — Скайлар вздохнул. — Она так любит меня, что готова заставить меня уехать. Ничего другого мне не остается.

— О боже, никак ты собрался сочинить песню?

— Джан-Тан! Сколько раз я должен просить тебя не упоминать имя Господне всуе?

Джон заговорил после долгой паузы:

— Отлично. Ты будешь в Бостоне. Встретишься с родственниками. Поближе познакомишься с ними.

— Я в этом сомневаюсь. После того как Дуфус побывает у твоих друзей и родственников в Бостоне, я сомневаюсь, что они устроят теплый прием еще одному южанину-деревенщине.

Джон встал:

— Ты думаешь, он уже собрался?

— Собирать ему только новый костюм. От так странно выглядит после того, как его подстригли в парикмахерской. Джан-Тан! — Скайлар занялся мозолью на ладони. — Не удивляйся, если Дуфус испугается самолета, в котором вы полетите в Бостон.

Джон потянулся.

— Я предполагаю, что он может испугаться.

— И не удивляйся, если Бостон ему совсем не понравится и он захочет сразу же вернуться домой.

— Меня уже больше ничего не удивит, Скайлар. Пожив в округе Гриндаунс, я готов ко всему.

— А вот для тех, кто прожил здесь всю жизнь, картина обратная, — пробормотал Скайлар.

— Просто подумал, что я должен всем дать шанс… И моему отцу…

Скайлар встал:

— Знаешь, наверное, сказать мне больше нечего.