— А что известно об участниках представления?

— Силач Хан, — начал перечислять Боб. — Сведений о том, что он раньше участвовал в представлениях, нет. Возможно, он мошенник.

Пока разыгрывали этот спектакль, Энди стоял молча. Наконец, он не выдержал.

— Кто вам это сказал? — выпалил он.

Тут Боб и Юпитер обернулись, словно пораженные тем, что видят Энди.

— А, Энди, и ты тут? — удивился Юпитер.

— Наверняка, кто-то вас навел на эту мысль, — пробурчал Энди сердито.

— Да нет, Энди, — покачал головой Юпитер. — Понимаешь, мы, детективы, просто установили факты. Итак, мы не ошиблись?

Энди кивнул.

— Ни в чем. И с Ханом все правильно. Точно. У него вымышленное имя, потому что ему нужны деньги. Но передвижные цирки не так престижны, как стационарные, поэтому он не хочет, чтобы кто-нибудь знал, что он работает здесь. Мы даже не знаем его настоящего имени, но он на самом деле силач.

— Допускаю, что это так, — заметил Юпитер. — Но одно мне ясно, Энди: кто-то нарочно вредит вам. Мы бы помогли вам узнать кто, если бы твой отец разрешил провести расследование.

Энди обвел всех взглядом.

— Если вам никто ничего не рассказал, объясните, как вы разузнали, я ведь уже не молокосос и в чудеса не верю.

— Элементарно, мой дорогой Энди, — хитро улыбнулся Юпитер. Боб и Пит тоже лукаво улыбались, пока Юпитер объяснял, что они сделали, чтобы разузнать о неприятностях, постигших цирк.

Когда Юпитер закончил рассказ, Энди был в полном восторге.

— Отлично, ребята, вы настоящие сыщики! Не сомневаюсь, вы бы смогли дознаться, что у нас тут творится. Но цирковые артисты — народ гордый, и мой отец не захочет посторонней помощи.

— Он может потерять свой цирк, Энди, — предупредил Юпитер.

— Я знаю. Но если нам нечем будет платить на следующей неделе… — Энди замолчал, и выражение его лица стало решительным.

— Идет! — согласился он. — Если отец не разрешит, чтобы вы занимались этим, я вам помогу. Понимаете, я, кажется, знаю — кое-кто пытается развалить наш цирк из-за меня!

Глава седьмая

Боб делает открытие

— Это все моя бабушка, — помолчав, сказал Энди. — Она ненавидит отца.

Лицо мальчика стало грустным.

— Моя мама умерла, когда я был еще маленьким. От несчастного случая. Я ее почти совсем не помню.

— Как жаль, что мы тебя расстроили, Энди, — сказал Боб.

— Это случилось давно, — продолжал Энди. — Но моя бабушка, мамина мама, никогда не любила отца и наш цирк тоже. Она не хотела, чтобы мама выходила замуж за него. Когда мама умерла, бабушка обвинила в этом отца и цирк. Она ненавидит наш цирк, считает — это не место для ребенка. Ну вот. После смерти мамы отец был в отчаянии, и дела в цирке шли плохо. Я был совсем маленький, понимаете? Бабушка хотела, чтобы я жил с ней. Она небогата, но деньги у нее есть. Отец все время разъезжал и оставил меня жить у бабушки.

Лицо Энди помрачнело.

— Когда я подрос, мне у бабушки надоело. Она меня любила, но всего боялась и ничего не разрешала делать. Такая скука! А мне нравится цирк, ну, в этом году я и сбежал к отцу. Бабушка была просто вне себя. Она за мной приехала, но у нее на меня никаких прав нет, и когда я сказал, что хочу остаться в цирке, отец велел ей отправляться домой.

— И она грозилась неприятностями? — перебил его Юпитер.

— Она сказала отцу, что никогда не позволит мне стать циркачом, чтобы со мной не случилось того же, что с мамой. Она грозилась на суде доказать, что отец не сможет меня воспитывать. Ну, отец и решил уехать сюда, в Калифорнию, подальше от бабушки, попробовать заработать и убедить всех, что в силах меня содержать. Но теперь из-за этих неприятностей отец может все дело потерять!

Юпитер больше не улыбался.

— Ты и вправду думаешь, что бабушка пойдет на то, чтобы развалить цирк?

— Не знаю, — сказал Энди неуверенно, — я как-то стараюсь не думать об этом. Она всегда ко мне так хорошо относилась, несмотря на то, что не любит отца. Никто другой мне в голову не приходит.

— Но от этих несчастных случаев ты тоже мог пострадать, Энди, — размышлял вслух Юпитер. — Не думаю, чтоб она на такое решилась. Может, у твоего отца есть враги, о которых ты не знаешь? Кто-то, кому очень надо, чтобы все развалилось?

— Не знаю, Юп, только их план может осуществиться, — забеспокоился Энди, — если мы не раскроем все. У нас в цирке все боятся следующего несчастья.

— Следующего? — удивился Юпитер. — Но теперь-то чего беспокоиться? Ведь три уже было!

Энди покачал головой.

— Говорят, что случай с Раджой не считается, потому что лев никого не тронул и ничего плохого не случилось благодаря Питу. Поэтому ждут третьего.

— Это опасно, — рассудительно заметил Боб. — Когда люди ждут несчастья, они становятся нервными, тут оно и случается.

— Вот они суеверия! — поддержал его Юпитер. — Чего люди боятся, то и происходит.

— Как ни крути, — прибавил Пит, — уж если кто-то специально подстраивает эти несчастные случаи, то жди следующего.

— Думаю, вы правы, — согласился Юпитер. — Мне вот что не нравится. Происшествие с Раджой не похоже на те два случая по своему характеру. Те произошли, когда цирк был закрыт, и там никто не пострадал бы, кроме самого цирка. Но здесь, если бы Пит не задержал Раджу, опасность угрожала людям.

— Может, лев в самом деле убежал случайно? — предположил Пит.

— Уверен, что нет, — стоял на своем Юпитер. — Видите ли, в том-то вся трудность. Когда что-то не подходит под схему, приходится искать другое объяснение.

Кажется, нам пора вернуться в цирк. Энди, ты нас сможешь впустить, когда нет представления?

— Конечно. Скажу, что вы хотите посмотреть репетиции и всю подготовку. Все ведь слышали про Пита с Раджой, никто не удивится.

— А что мы будем искать, Первый? — осведомился Пит.

— Пока не знаю, — признался Юпитер. — Связь между тремя происшествиями или какие-нибудь признаки, что готовится новый несчастный случай. Что-нибудь необычное или подозрительное. Надо быть осторожными, поэтому…

Тут все услышали голос, доносившийся снаружи. Он шел откуда-то издалека. Пит подбежал к «обзорнику».

— Тетя Матильда! — доложил он. — Боб, зовет тебя. Какой-то там прием.

— Ой, — простонал Боб. — Это мне к зубному врачу на прием! Я и забыл!

Юпитер вздохнул. Агент № 1 терпеть не мог, когда в его планы вмешивались.

— Ладно уж, иди, Реф, — сказал он. — Начнем пока без тебя. Если надо будет уйти или следить за кем-нибудь, возьмем новый маячок, чтобы ты мог нас найти.

— Новый — что? — не уразумел сразу Пит.

— Прибор, который передает сигналы, — Юпитер опять немножко заважничал. — Я над ним вчера работал, а сегодня утром, пока вас ждал, закончил. Еле успел сделать два блока. Один возьмем мы, другой дадим Бобу. Как раз то, что сейчас нужно. Наш старый приемопередатчик слишком велик. Не должно быть видно, что мы за кем-то наблюдаем.

— А как твой прибор работает? — заинтересовался Энди.

— Это одновременно приемник и передатчик, — начал объяснять Юпитер. — Устройство называется «почтовый голубь». Если ты приближаешься к человеку, у которого другой такой же прибор, то сигналы становятся громче и чаще. Шкала со стрелкой показывает, с какой стороны они идут, — справа, слева или спереди. На случай тревоги тут есть мигалка. Работает от голоса, даже притрагиваться не надо. Скажешь своему приборчику «на помощь!», а на моем замигает красная лампочка. Это лучше, чем переговорник, не так подозрительно. Кроме того, он маленький, в кармане умещается.

— Ничего себе! — Энди прямо замер от восхищения. — По-моему, ты, гений, Юп, раз такое можешь…

— Ну, это ты загнул, Энди, — как можно небрежнее сказал Юпитер. — Просто наша работа требует современных средств. Вот видишь, я сделал так, чтобы наш сигнал ловили только наши приборчики на расстоянии трех миль.

Он так увлекся, что Бобу пришлось прервать его.

— Так. Я, значит, забираю свой и лечу в цирк, как только освобожусь, — сказал он, исчезая в туннеле, из которого выскочил прямо к своему велосипеду, и помчался к зубному врачу.

Остальные выбрались вслед за ним и покатили в сторону цирка.

День, поначалу солнечный, померк, небо нахмурилось, поднялся ветер. Не будь это Южная Калифорния в начале сентября, можно было подумать, что вот-вот хлынет дождь, так все помрачнело и такие низкие тучи надвинулись, когда ребята подъехали к цирку.

— Энди, — негромко скомандовал Юпитер, когда они слезли с велосипедов, — иди работай. Как всегда, чтоб никто ничего не заподозрил. А сам поглядывай, что вокруг тира делается. Пит пусть гуляет вон там, где репетируют, а я буду ходить возле палаток. Если заметите что-то странное, или хоть слегка подозрительное — не проморгайте.

Пит и Энди молча кивнули, и все трое разбрелись по территории цирка.

Боб тем временем сидел в приемной у зубного врача и ждал, когда его вызовут. Из кабинета битый час доносились жуткие вопли, а пациент все не выходил. Боб нервно перелистал все журналы и уже закипал от нетерпения и досады, как вдруг ему пришла мысль посмотреть, нет ли в вечерней газете чего-нибудь о цирке и истории с Раджой. О льве там ничего не оказалось, зато цирк расхваливали до небес, обещая публике несусветные зрелища и развлечения. Боб, у которого отец работал корреспондентом в лос-анджелесской газете, сразу понял, что статейка была, что называется, туфтой. Репортер к цирку и близко не подходил. Он просто воспользовался рекламной информацией. В мелких газетах так нередко поступали, чтобы сэкономить время. А здешней нужно было только, чтобы цирк сделал хороший бизнес и местные торговцы сбыли побольше товара.

— Оно и к лучшему, — сообразил Боб. — Если бы газетчик сунул нос вчера на ярмарку, он бы мог налететь на льва или пронюхать о происшествии и растрезвонить. И власти запретили бы представления!

Тут Боб наткнулся на объявление:

ТРЕБУЮТСЯ ОДНОГЛАЗЫЕ КОТЫ
Для детского дома нужна игрушка — тряпичный кот с черно-красными полосками, одноглазый, с красным ошейником. Оплата гарантируется в размере 25 долларов за каждого кота. Звонить — Роки Бич, 7 — 2222.


Боб так и подскочил. Приметы те самые, что у кота, выигранного Питом! Выигранного и тут же потерянного… Боб оторвал уголок газеты с объявлением, и кинулся к двери, за которой не умолкали вопли терзаемого пациента.

— Доктор! Я ухожу! — крикнул он и, выскочив за дверь, бросился к велосипеду.

Глава восьмая

Кому нужен одноглазый кот?

Пит уже больше часа бродил по цирку. Было все так же пасмурно. Ничего необычного агент № 2 пока не заметил. Чтобы не привлекать к себе внимания, Пит слонялся по всему полю, где репетировали артисты.

Два клоуна отрабатывали новые трюки, которых ребята еще не видели. У высокого и грустного была в руках маленькая метелка и громадный совок с длинной ручкой. Он собирал мусор в совок, приподнимал его — дно у совка открывалось, и все, что он намел, вываливалось на землю. Высокий клоун печально смотрел на выпавший мусор, а маленький толстяк взвизгивал от радости и хихикал.

Пожиратель огня упражнялся с мечами, на концах которых горела вата. Пит с интересом поглазел, как он преспокойно совал горящие концы мечей себе в рот.

Силач Хан поднимал тяжести и рвал на части толстенные книги. Пит ничего в этом подозрительного не увидел.

Иван Великий работал в клетке с Раджой, обучая великолепного льва трюкам на новых тумбах в красно-бело-синюю полоску.

Два эквилибриста оттачивали свое мастерство на проволоке, натянутой между двумя высокими шестами.

Пит внимательно наблюдал за всем этим, делая вид, что его интересует только работа циркачей. Но ничего особенного не происходило.

Юпитер в это время расхаживал между павильонами и палатками, глядя, как подсобные рабочие и операторы аттракционов подновляли и укрепляли оборудование, готовясь к вечернему представлению. Он не пропустил ни одного киоска, ни одного балагана, по нескольку раз возвращаясь к одному и тому же месту. Нигде и ничего подозрительного не было. Когда Юпитер остановился посмотреть на вихрем вертевшуюся карусель, к нему подошел Энди. Он только что освободился.

— Энди, а чертово колесо вы не собираетесь проверить?

Агент № 1 показал на неподвижный аттракцион, гондолы которого были закрыты полотняными чехлами.

— Больно дорого вхолостую гонять, — деловито ответил Энди. — Запустим только перед самым открытием.

— А механик у вас есть, чтобы его обслуживать?

— А то! Мой отец и есть механик.

— Это у вас самый главный аттракцион, по-моему, — сказал Юпитер задумчиво, — вроде как символ всего цирка. Если…

— Юпитер! — перебил его Энди. — Гляди-ка! Чего это с ним?

В ворота влетел, бешено крутя педали велосипеда, Боб. Он подкатил к Питу, и оба тут же бросились к Юпитеру и Энди.

— Юп! Кому-то одноглазые коты понадобились! — крикнул Боб, слезая с велосипеда.

— Ага! Точь-в-точь, как у меня был! — подтвердил Пит.

— И вовсе Пит его не терял, — торопливо продолжал Боб, вытаскивая из кармана объявление, которое оторвал от газеты. — Его стянули! Вот, гляди-ка, Первый!

Ребята обступили Юпитера, который взял в руки обрывок газеты. Глаза его блестели.

— Такой же кривой, — согласился он. — Энди, а сколько всего таких котов у тебя было?

— Тут, в Роки Бич, пять. Последнего отдал Питу.

— А Пит его посеял! Или свистнули котика, как говорит Боб. А ведь его второй раз уводят. Помните того старика с усами? Ну, вроде картина проясняется.

— Какая еще картина, Первый? — не понял Боб.

— Кому-то понадобились эти коты, так? Может быть, все. Или только один. — Юпитер говорил все уверенней. — Теперь понятно, почему Раджу выпустили.

— Ну и почему же? — оторопел Боб.

— Да чтобы нас отвлечь, Референт, — взорвался Юпитер. — Этот старик, он же, наверно, вернулся. И высматривал тут, возле тира. Он видел, что Пит выиграл кота. Мы потом еще постреляли, а он в это время взял и выпустил Раджу. Отвел его поближе к прицепу, куда вы пошли с Питом и Энди, чтобы отвлечь Пита. Пит своего кота бросил и забыл про него. До того ли, когда лев рядом! Пока мы все занимались Раджой, дед схватил кота и смылся.

— Ну и ну! — засмеялся Пит. — Чего он в нем нашел?

— Что-то, видно, есть, — сказал Юпитер. — Энди, ты ничего такого не замечал в этих котах?

— Да нет, — Энди удивленно покрутил головой. — Обычные игрушечные коты. Для призов.

— Ага! — подхватили Боб с Питом. — Обычные!

— Тряпичные!

— Усатые!

— Полосатые!

— Одноглазые!

— Криволапые!

Они бы долго так веселились, но тут Юпитер, все это время хранивший серьезность, произнес с тем важным видом, который всегда предвещал что-то новенькое:

— Прошу обратить внимание на три вещи, джентльмены! Во-первых, коты нужны тому, кто дал объявление. Как будто для какой-то специальной цели. Во-вторых, их кому-то нужно собрать вместе.

— Ну, а в-третьих, ценность должна находиться внутри котов или на котах, но Энди про это не знает. Слушай-ка, — обратился он к Энди, — был ваш цирк в Мексике или у границы?

— Нет, — удивился Энди. — Только в Калифорнии.

— А при чем здесь Мексика? — опять не понял Боб.

— Там контрабандисты. Я вспомнил, как они прячут разные вещи. Ты где достал эти игрушки, Энди?

— В Чикаго! — ответил Энди. — Отец в магазине купил.

Юпитер нахмурился.

— Ладно. С этими котами еще надо выяснить. С ними что-то связано. Я одного не пойму — чего этот дед кинулся именно за последним котом? Энди, вы же третий день в Роки Бич?

— Ну да, мы только два представления дали. А из Сан-Матео приехали позавчера.

— А когда ты выдавал котов?

— Четырех в первый вечер, — сказал Энди, — а пятого вчера — Питу.

— Почему ты в первый же вечер отдал всех четырех? Не много ли для первого приза?

— Мы стараемся, чтобы именно в первый вечер было выдано много призов. Люди их получают и рассказывают, что это совсем не трудно. И делают нам рекламу. Если честно, я некоторые призы отдал так… Тем, кто был очень близок к выигрышу.

— Первым призом всегда были коты?

— Да нет, я их меняю. У меня самые хорошие сгорели в Сан-Матео. Вот я и сделал одноглазого кота первым призом здесь, в Роки Бич.

— А ты где их хранишь? В прицепе? Оттуда не воруют? — подумав немного, спросил Юпитер.

— Да нет, он же на запоре. Когда цирк закрыт, мы его прицепляем к грузовику, там есть сирена. Вообще-то у нас пытались воровать, пацаны в основном. Вокруг нашего грузовика всегда кто-нибудь крутится. Ну я, когда работаю, держу его рядом с тиром, чтоб видно было.

— Значит, незаметно стащить кота из прицепа нельзя?

— Нет, наверное, — неуверенно сказал Энди. — Взломать-то замок нетрудно, но сирена же сработает. Вор, конечно, может и убежать.

— Да-а, — протянул Юпитер, и ребятам показалось, что они видят, как в голове у агента № 1 медленно вращаются шестеренки. — Итак, — рассуждал он, — вы уехали из Сан-Матео с пятью одноглазыми котами. Приехали прямо сюда. По дороге их было трудно стащить. Вообще это нельзя незаметно сделать — вора бы сразу обнаружили. Как открыли тир, ты выдал четыре штуки. Вчера усатый дед стянул последнего. Но, сами знаете, — кот достался Питу. Потом Раджа вышел на свободу, а у Пита пропал кот. А теперь кому-то очень хочется собрать этих всех криволапых, даже объявление дали.

— Выходит, так, — уныло согласился Энди. — Ну и что все это значит, Юп?

Тут Боб и Пит заметили в глазах у агента № 1 блеск, всем им хорошо знакомый. Верный признак, что Юпитер о чем-то догадывается.

— Энди, — сказал предводитель сыщиков, — мне ясно одно — до вчерашнего вечера никто на твоих котов не покушался. Из прицепа их никто не крал. Отсюда я могу сделать два вывода: коты «подорожали» только в последние два-три дня. И еще, — тут он хитро прищурился, — человек, которому они нужны, работает у вас в цирке!

Глава девятая

У Юпитера рождается план

— Да ты что, — возразил Энди, — у нас таких нет, как этот дед с усами!

— Маска! Обычное изменение внешности: усы слишком густые, шляпу на нос натянул, очки черные надел. Чего их надевать, когда и так уж темно было!

— Слушай, Первый, а ведь здешний работник свободно мог вытащить котов из прицепа. В любое время, — предположил Пит.

— Верно, — поддержал Боб, — ему и маски не надо. Подкрался — и цап-царап!

— Нет, Реф. Ведь не было ни одной попытки пролезть в прицеп. Посторонний взломал бы дверь и смылся. И внешность менять не надо — ему все равно линять отсюда, а здесь его не знают.

— Ну и что? — не понял Боб.

— А то, что маскироваться надо как раз своему — чтобы не узнали. Он знает, что залезть в прицеп совсем непросто. А бежать не может, потому что его хватятся. А если он не сбежит, то могут застукать с краденым. К тому же, джентльмены, если красть из прицепа, то сразу станет ясно — тут что-то ценное!

— По-твоему, вор не хочет, чтобы кражу заметили? — догадался Пит.

— Верно! — быстро подхватил Юпитер. — Он не хочет привлекать внимания к этим котам, потому что это как-то связано с цирком! Вор боится: кто-нибудь догадается, что в котах что-то есть, и опередит его! А постороннему на это наплевать.

— Ох, — вздохнул Энди. — Ну, может, ты и прав.

Но в голосе его было сомнение.

— Ну да, прав, — решительно подтвердил Юпитер. — То, что вор ждал до самого последнего вечера, как раз это и подтверждает. Раз он тут работает, ему приходится быть осторожным, но он может позволить себе ждать. Вот он и ждал подходящего момента, чтобы не вызвать подозрений. Только ждал слишком долго.

— Долго? — удивился Пит.

— Конечно. Коты же не были первым призом до того, как цирк приехал в Роки Бич. А тут Энди выдал сразу четыре штуки. Вор этого не ждал, засуетился — хоть последнего раздобыть.

— Но он вообще-то ведь пошел на риск. Раджу выпустил!

— И потом подвел его поближе к Питу! — разозлился Энди. — Это мог сделать только кто-то из наших.

— Ясно, кто, — сказал Боб. — Тот, кто знал, что Раджа не опасен. Это Юп правильно говорит.

— Он просто из себя вышел, — повторил Юпитер, — а сейчас и вовсе. Даже объявление дал. Только неизвестно — этот кот ему не подошел или нужны все остальные.

— Кажется, я начинаю понимать. По-моему, ты прав, Номер Первый, — подумав, сказал Боб. — Только почему ты говоришь, что эти коты вдруг стали представлять ценность за последние три дня?

— Да потому, что за три недели до пожара в Сан-Матео ничего не случалось. Все стряслось-то сразу же после этого. Конечно, мог быть и в самом деле несчастный случай. Но, мне кажется, это был поджог — чтобы забрать котов. Они были у тебя в тире в Сан-Матео, Энди?

— Были, наверно. Я их выставил, но не выдавал.

— Но послушай, Юп, — размышлял Боб. — Ты говоришь, вор ждал удобного случая. Так если он хотел забрать котов из Сан-Матео, это противоречит тому, что ты говоришь.

— Нисколько, — Юпитер даже рассердился. — Да, он ждал. Может, и пытался в Сан-Матео, да не вышло. Он и затаился до следующего раза. Вообще-то пожар мог быть и по другой причине, это еще узнать надо. Надо выяснить, что тут происходит, и кому эти уроды так понадобились.

— А как мы это узнаем, Первый? — загорелся Пит. Он понял, что у агента № 1 уже созрел план. Юпитер сразу перешел к делу.

— Второй, ты остаешься здесь, — распорядился он. — Устройся так, чтоб тебя не видно было, и следи за всеми, кто выходит с территории цирка.

— Привет! — заупрямился было Пит. — Мне тут одному торчать? А вы?

— Поскольку вор — человек здешний, — невозмутимо продолжал Юпитер, — ему придется уйти отсюда, чтобы увидеться с теми, кто явится по объявлению. Если, конечно, у него нет сообщника. Но по тому, как он действует, я думаю, нет. Так вот, ты тут наверняка заметишь что-нибудь подозрительное. Референт, отдай Второму свой передатчик с указателем направления. У нас останется мой.

— Вы куда-то собираетесь? — спросил Энди. — А мне с вами можно?

— Давай, Энди, только быстро! — велел Юпитер, и не успел Пит узнать, куда они направляются, все уже бежали к велосипедам.

Как только у Юпитера появлялся план действий, он сразу бросался его осуществлять. Правда, ребята иногда не понимали его замыслов, но тут уж ничего не поделаешь. С характером агента № 1 приходилось считаться.

Пит огорченно глядел, как его друзья удалялись с территории цирка. Он остался один. Давно перевалило за полдень. Начинало темнеть. Пит осмотрелся. Спрятаться надо было так, чтобы видеть и главный, и боковые выходы с территории. Взгляд его наткнулся на тот самый забор, что окружал заброшенный парк. Он находился всего в двадцати ярдах от главного входа. Высоко над ним торчал остов старого аттракциона «американские горки». С этой стороны в заборе были дыры. То, что надо! Пит оглянулся по сторонам. Никто на него не смотрел. Все занимались своими делами. Тогда агент № 2 не спеша вышел с территории цирка и пролез в дыру.

Очутившись в парке, Пит еще раз огляделся. Никого. Обходя обломки аттракционов и ветхие полуразрушенные павильоны, он пробрался к «американским горкам» и по мачтам и перекладинам вскарабкался до площадки, где можно было устроить наблюдательный пункт.

Пит обхватил руками толстый брус, к которому прислонился, усевшись на прикрепленную к нему поперечину. Отсюда хорошо были видны оба выхода, в то время как сам он среди переплетений балок вряд ли был заметен из цирка, до которого было ярдов пятьдесят.

Скоро Пит почувствовал себя довольно неуютно. Вокруг было тихо, но как-то серо и мрачно. А тут еще подул холодный ветер — деревянные конструкции угрожающе заскрипели. Вышка аттракциона нависала над ним, как призрак. «Домик смеха», вход в который был размалеван, словно гигантский хохочущий рот, казался жутким. Справа у самой кромки океана дырами в стенах зиял «Туннель любви». Перед входом был узенький канал с грязной водой. Когда-то здесь маленькие лодки ждали влюбленных.

Вдруг Пит насторожился. У главных ворот цирка появилась какая-то фигура. Неизвестный, несколько раз оглянувшись, вышел и зашагал в сторону центра города. Пит беспомощно глядел вслед удалявшемуся. Что-то в этой фигуре показалось знакомым, но человек был не в цирковом костюме, а в обычной одежде, и в сумерках на расстоянии пятидесяти ярдов Пит не смог разглядеть его.

Вдруг это Хан? Пит подумал, что узнал бы силача по мощным плечам, бороде и всклокоченной шевелюре. Но человек был в шляпе. Вместо обтягивающего фигуру черного с золотом трико — брюки и пиджак. Кто же это?

Немного погодя Пит снова увидел, что кто-то еще выходит из цирка. Высокая фигура тоже показалась знакомой, но Пит снова не был уверен в этом до конца. Может быть, Иван Великий в своей обычной одежде? Пит сильно приуныл, когда понял, что не сможет узнать артистов без костюмов, в которых они выступали. Ведь он их не очень хорошо знал и лишний раз в этом убедился, когда из ворот вышли еще двое: один — старый, седой и высокий, другой средних лет и лысый. Второй, возможно, был пожирателем огня, первого Пит не узнал.

От огорчения агент № 2 чуть не выругался, но вспомнил, что находится на посту, и продолжал наблюдение. Когда из ворот стали выходить и другие люди,

Пит понял, что окончились репетиции. Если он и узнает их сейчас — это уже не имеет значения. Теперь все артисты выходят прогуляться в город.

Наконец, из бокового выхода выскользнула одна и вправду знакомая фигура — мистер Карсон собственной персоной. Отец Энди торопливо пробежал к маленькому автомобилю, стоявшему неподалеку, и уехал. Пит ерзал на своей вышке, раздумывая, оставаться на посту или бросить это дело и попробовать разыскать своих друзей. А старый парк с аттракционами в это время весь скрипел и трещал от ветра, который с каждой минутой усиливался.

Глава десятая

Человек с татуировкой

Тем временем Юпитер, Боб и Энди прямиком подкатили к складу Джонсов. Оставив ребят с велосипедами, Юпитер скрылся среди гор утиля.

— Что он там делает? — нетерпеливо спросил Энди. Боб вообще-то и сам не знал, но не хотелось показать этого Энди.

— Как тебе сказать? — отвечал он с загадочным видом. — Он тут задумал одну вещь… Но это пока секрет!

Из глубины двора послышался грохот, словно там ворочали горами, потом несколько раз глухо стукнуло. Наконец, из куч хлама с радостным криком возник агент № 1. Он победно улыбался, держа в руках какую-то рвань.

— Я же говорил — у Джонсов есть все! — объявил он, поднимая на всеобщее обозрение останки игрушечного кота — безногого, с ватой, вылезавшей со всех сторон. К тому же черно-белого.

— И на кой это? — разочарованно сказал Энди, но поступил неосторожно, потому что Юпитер сразу снова вошел в роль.

— Разве ты не видишь, сын мой? Разумеется, это кот, которого мы отнесем по объявлению.

Но тут и Боб не выдержал:

— Ничего себе!.. Какой же это…

— Спокойно, ребята, все будет о\'кей, — проговорил Юпитер, повернувшись к входу в туннель № 2. — Вперед, джентльмены!

Вынырнув в штаб-квартире, агент № 1 сразу прошел в угол к небольшому верстаку, на который бережно уложил свое сокровище.

— Слушай, Реф, — сказал он задумчиво, — позвони-ка по телефону. Ну, который в объявлении. Спроси, куда нам нести котика.

Пока Боб звонил, стараясь говорить как можно солиднее, Юпитер разложил на верстаке быстросохнущие краски, кисточки, иголку с ниткой, куски проволоки. Он работал молча, сосредоточенно, как врач во время операции. Боб положил трубку и вместе с Энди уставился на Юпитера.

— Ты узнал адрес, Реф? — спросил тот, не отрываясь от работы и не поворачивая головы.

— Это был телефон справочного бюро, — ответил Боб, глядя, как быстро и ловко работают руки агента № 1. — Они сказали, это на Сэн Рок Уэй. Кварталах в десяти отсюда.

— Блеск! У нас куча времени! Газета только что вышла. Они сами еще не знали адреса, когда печатали объявление. Поэтому дали телефон справочной, — безошибочно делал выводы Юпитер, быстро завершая работу. Еще несколько минут — и он, застегнув узорчатый красный ошейник у реанимированной игрушки, с довольным видом откинулся в кресле.

— Прошу вас, джентльмены! Лучший в мире одноглазый кот! Он черно-красный, и, по-моему, я правильно загнул ему руки-ноги?

— Знаешь, Юп, — осмотрев игрушку, все же придрался Боб, — он не совсем такой, как был у Энди.

— Увидим, — сказал Юпитер, — но думаю, наш — то, что надо!

Минут через пятнадцать Боб, Энди и Юпитер осторожно пробирались через заросли пальм возле дома 47 на Сэн Рок Уэй. Небольшой оштукатуренный домик прятался в глубине двора. О том, что когда-то здесь жил часовщик и держал мастерскую, говорила полинявшая вывеска. Света в окнах не было, занавесок тоже. Дом казался необитаемым, а серый осенний день усиливал впечатление заброшенности.

Зато на улице перед дверью толклась толпа девчонок и мальчишек. В руках у них были игрушечные зверюшки самой разной кошачьей наружности. Продавцы котов единодушно стремились попасть в дом, но дверь была закрыта.

— Они что, читать не умеют? — поразился Боб несуразности товара. — Это же не те коты!

— Вся эта орава надеется, что покупатель сделает для них исключение, — философски заметил Юпитер. — Они хотят получить двадцать пять долларов за то, что стоит только десять.

— Каждый хочет проехаться на дармовщину, — проворчал Энди. — Видали мы таких.

В эту минуту в переулке за оштукатуренным домом остановилась маленькая синяя машина. Из нее вышел человек и быстро направился к парадному. Ребята даже не успели хорошенько его разглядеть. Незнакомец открыл дверь, и толпа азартных продавцов устремилась за ним. Энди от волнения наполовину вылез из зарослей, где прятались ребята.

— Чего делать-то будем? — размахивая руками, спросил он.

— Во-первых, Энди, — хладнокровно осведомился Юпитер, — узнаешь ли ты синюю машину?

Энди вгляделся в голубевшую в отдалении легковушку.

— Нет, никогда раньше ее не видел. У наших, в цирке, большие машины с прицепами.

— Вот и я говорю, — кивнул Юпитер. — Давай немного понаблюдаем, а потом один из нас проберется к машине. Надо там все осмотреть, только незаметно. Вообще-то вор вряд ли знает, что мы за ним следим. Но на всякий случай, если я прав, что он из ваших, нужно быть осторожными, а то он может тебя узнать.

— Это и ребенку понятно, — сказал Боб. — А мне что делать?

— Тебе зайти в дом и попробовать продать нашего кота.

Юпитер отдал игрушку.

— Если мои выводы правильны, он, конечно, откажется купить, но зато ты его хорошенько рассмотришь и, может, узнаешь, чего там такого ценного в этих котах.

— О\'кей!

Зажав под мышкой подложного кота, Боб сел на велосипед. Он подрулил к парадной двери, у которой толпились девчонки и мальчишки, и потихоньку просочился вместе с другими продавцами в дом.

Они оказались в комнате с голыми стенами, где единственной мебелью были несколько стульев и длинный стол. Человека, сидевшего за столом, почти не было видно, так как его плотной толпой окружили дети, у которых он по одному брал котов и внимательно их осматривал.

— Сожалею, парни, — хрипло сказал он двум мальчикам постарше. — Эти три вообще негодные. Я же сказал — коты только одного вида. Этот тоже не пойдет. В объявлении ясно было сказано — особые тряпичные коты.

Вдруг он быстро протянул руку и схватил игрушку, очень похожую на ту, что выиграл Пит, а потом потерял. Боб так и впился взглядом в эту руку. Рукав на ней был закатан, и на предплечье ярко выделалась татуировка — большой корабль, плывущий на всех парусах!

— Так, сынок, вот это — то, что мне надо, — сказал человек с татуировкой и отсчитал владельцу игрушки двадцать пять долларов.

Боб замер. Ведь если этот человек был работником цирка, то Энди должен был знать эту татуировку! Как он мог пропустить такую отметину? А если… — Боб взглянул прямо в смуглое лицо человека с татуировкой. Тот почувствовал взгляд и нахмурился.

— Эй, ты, — позвал он, — ты, в красном свитере! Покажи-ка мне своего кота!

Боб подошел к столу, стараясь не выдать испуга, но покупатель даже не посмотрел на него. Он взял фальшивого кота, осмотрел и приветливо улыбнулся Бобу.

— Не новый, конечно, но починил ты его здорово, моим малышам понравится. Держи деньги, сынок.

Боб так растерялся, что вообще перестал соображать. Он взял деньги и остался стоять, уставившись на человека с татуировкой. К счастью, тот сразу же отвернулся, продолжая осматривать игрушки. Тут Боб опомнился и выбрался из толпы, окружавшей стол. В куче купленных игрушек он успел заметить своего кота, потом еще одного, вовсе не похожего на того, что был у Пита, и еще двух, точь-в-точь таких, как выиграл Пит. Ребят у стола становилось тем временем все меньше. Бобу хотелось еще понаблюдать, хотя он рисковал привлечь к себе внимание.

— Мне нужны такие, — объяснял между тем человек с татуировкой неудачливым продавцам, — которые похожи на большого кота у нас в детском доме. Много лет назад его сделали в Германии. Это наш талисман. Мы хотим подарить такие же маленькие талисманчики ребятишкам на рождество.

— Ой, — сказал мальчик, у которого купили кота, — я, кажется, знаю, у кого есть, какой вам нужен. Мой друг Билли Мота такого выиграл.

— Да что ты? — обрадовался человек с татуировкой. — Видно, не читал он моего объявления. Жаль, мне уже завтра уезжать.

— Он рядом со мной живет, — выпалил мальчишка, — на Челхэм Плейс, 39.

— К сожалению, сынок, у меня уже нет времени.

В какой-то миг Боб был просто уверен, что темные глаза смуглолицего скользнули по нему, но тот так рьяно занимался своим делом, что Боб подумал — все-таки показалось. Скоро в комнате осталось лишь несколько пацанов, и Боб сообразил: если сейчас же не уйти, наверняка, вызовешь подозрение. Он тихонько вышел, вскочил на велосипед и покатил к пальмовым зарослям, где прятались ребята. Те просто умирали от нетерпения.

— Ты чего так долго? — набросился на него Энди. — Ну, что ты узнал?

— Да… ничего особенного. Ничего в них особенного нет. Зато я видел вблизи этого человека, Энди! Высокий, лицо у него темное, на левой руке татуировка — большой парусник! У вас в цирке есть кто-нибудь похожий?

— Татуировка? Парусник? — Энди нахмурил брови. — Да нет, кое у кого из наших рабочих есть татуировки, но другие. На такого никто не похож.

Юпитер подумал вслух:

— Может, когда он в цирке, то прячет татуировку. А лицо — это маска. Энди осмотрел его машину. Там ничего нет. Но мы запомнили номер!

— Юп! А у меня кое-что поинтереснее, — не выдержал, наконец, Боб. — Он купил нашего кота!

Этого даже Юпитер не ожидал.

— Нашего?!

Боб показал двадцать пять долларов.

— Он пять штук купил — три, как у Энди, один — наш и один не такой, как в объявлении. Зачем они ему?

— Как ты думаешь, он тебя узнал? — спросил Юпитер.

— С чего бы это? Я его раньше в глаза не видел!

— Если только это не тот старый вор, — прищурился Юпитер. — Если он узнал тебя, мог нарочно купить этих двух, чтобы нас обдурить.

— Ты говоришь, он трех купил, как у меня? — спросил Энди.

— Ага, но один парень ему сказал, что знает мальчишку, который выиграл кота в тире. Дал ему адрес: Чэлхем Плейс, 39, Билли Мота.

— Молоток, Реф! — сказал Юпитер. — Если он в этих трех не найдет, чего ищет, погонится за четвертым. Едем скорей к Билли Мота! Только сперва заглянем, что он с этими делает…

— Мне кажется, все, последний парень оттуда ушел, — тихо сказал Энди.

Из дома вышел мальчик с бело-голубым матерчатым котом в руках, за ним показался человек с татуировкой. Он огляделся и скрылся в доме. Ребята услышали, как щелкнул замок.

— Пошли, — прошептал Юпитер.

В сумерках ребята незаметно подобрались к окну комнаты, где побывал Боб, и осторожно заглянули внутрь.

— Вот он, — прошептал Боб.

Смуглолицый мужчина сидел за длинным столом. Перед ним лежали три матерчатые игрушки — в точности, как та, что потерял Пит. Человек за столом брал их по очереди и пристально разглядывал.

— Точно, это мои коты! — вздохнул Энди.

— В угол посмотрите, — сказал Юпитер.

На полу, рядом со столом, валялись еще две игрушки — не похожие на те, что были у Пита и Энди.

— Он их выкинул! — сказал Юпитер. — Энди! Он только твоих собирает!

— Тихо! — зашипел Боб, дергая за рукав разгорячившегося Юпитера.

Человек в комнате отшвырнул последнего кота и встал. В руке у него блеснул большущий нож.

Глава одиннадцатая

В западне

Затаив дыхание, ребята уставились на человека с ножом, склонившегося над столом. Вдруг он размахнулся и всадил нож в первого кота, лежавшего перед ним. Разодрал одного, потом другого, третьего. Кровожадно глянул на разрезанных котов и принялся вытаскивать из них набивку и расшвыривать ее по столу. Лихорадочно обшарив каждый клочок, человек с татуировкой тяжело вздохнул и плюхнулся на стул. Некоторое время он сидел, с ненавистью уставившись на разодранные останки трех одноглазых котов.

— Не нашел он… — прошептал Боб, — не нашел, чего искал…

— Да, — соображал Юпитер, — не нашел в этих, а значит, оно должно быть в том, последнем! Который у Билли Мота! Мы еще успеем опередить его, только надо быстро!

— Юп! — громко прошептал Энди. — Он уходить собирается!

Человек в комнате снова вскочил на ноги. Он злобно огляделся и шагнул к стулу, на котором лежала его шляпа.

— Вон в те кусты! Живо! — шепотом велел Юпитер.

Они нырнули в заросли колючего кустарника неподалеку от дома и замерли. Человек с татуировкой вышел, закрыл дверь, обошел вокруг дома. Он даже не взглянул в ту сторону, где сидели ребята, быстро прошел в переулок и скрылся из виду. Немного погодя они услышали, как открылась и хлопнула, закрываясь, дверца автомобиля. Мотор завелся, и машина умчалась.

— Слушай, Первый, он же за последним котом поехал! — догадался Боб.

— Может, догоним? — поддержал его Энди.

— На велосипедах-то? — сказал Боб. — До Чэлхем Плейс пять миль, Энди. Это рядом с цирком.

Ребята в отчаянии глядели друг на друга.