— Переверни их… Подними вверх… Да, он мог воспользоваться ключом, но я вижу вот здесь свежие царапины. По-моему, замок открыли без ключа…
Лицо со шрамом, находящееся почти на одном уровне с лицом Шейна, было красным и искажено гневом или какими-то другими эмоциями, но его отнюдь нельзя было назвать страшным и ужасным, каким его ожидал увидеть Шейн со слов девушки. В самом деле, если не считать шрама на одной щеке и выражения обуревавших его в настоящее время эмоций, подумал Шейн, это было довольно приятное, почти красивое лицо хорошо сложенного человека лет тридцати с небольшим.
— Но ведь Бурке должен был обыскать его, — заметила Сакс. — Где же он взял отмычку?
Шрам шел по диагонали от левого угла рта до верхней скулы, и Шейн подумал, что, вероятно, он не так уж бросается в глаза. Но сейчас белый рубец ярко выделялся на покрасневшем лице.
— Он мог где-то спрятать ее. В волосах, во рту.
Шейн твердо и неподвижно стоял у двери, широко расставив ноги и бросая свирепые взгляды на своего визитера, который пытался, оттолкнув Шейна, ворваться в комнату.
— Во рту? — удивился Райм. — Пропусти наручники через АИС, Мел.
— Где она? Что случилось с Нелли? — с яростью выкрикивал он.
Надев специальные очки, Купер направил на наручники альтернативный источник света.
Шейн поднял свою громадную ручищу и слегка толкнул в грудь молодого человека.
— Да, вокруг замочной скважины просматриваются крошечные мазки и точки.
— Это означает, — объяснил Каре Райм, — наличие телесной жидкости, скорее всего слюны.
— Гудини постоянно это проделывал. Иногда он даже разрешал кому-нибудь из зрителей проверить его рот и подтвердить, что там ничего нет. Потом, непосредственно перед исполнением трюка, жена целовала его. Он говорил, что на счастье, но на самом деле она передавала ему ключ изо рта в рот.
— Но ведь у Кудесника руки были скованы за спиной, — заметил Селлитто. — Как же он мог дотянуться туда ртом?
— Вас сюда не приглашали, — прорычал он. — Какого черта вы устраиваете здесь эту глупую сцену?
— О, — засмеялась Кара, — любой эскапист способен за три или четыре секунды перевести скованные руки из-за спины вперед.
— Вы Шейн? Да? — вызывающе посмотрел на него молодой человек, сжимая кулаки. — Я все равно войду к вам — приглашаете вы меня или нет. И ни один паршивый частный сыщик меня не остановит.
Тем временем Купер изучал следы слюны — у некоторых лиц во всех телесных жидкостях есть специфические антитела, позволяющие определить группу крови. Кудесник, однако, к таковым не относился.
Суровые серые глаза Шейна внимательно изучали молодого человека. Он стиснул зубы, от чего впадины на щеках углубились.
Сакс также обнаружила маленький кусок металла с зазубренным краем.
— Готов в любой момент предоставить вам возможность попытать счастья, приятель, — сказал он.
— Ага, это тоже принадлежит ему, — сказала Кара. — Еще один инструмент эскаписта. Бритвенная пилка. Вероятно, именно ею он перерезал пластиковые путы у себя на ногах.
На какое-то время их взгляды скрестились: влажные глаза молодого человека, налитые кровью, и холодные, вызывающие глаза Шейна. Затем величайшим усилием воли визитер овладел собой, Он разжал кулаки, пару раз моргнул глазами, облизал пересохшие губы и с усилием прохрипел:
— Она тоже была у него во рту? Разве это не опасно?
— Многие из нас во время представления держат во рту иголки и бритвенные лезвия. При определенных навыках это вполне безопасно.
— Извините, что я так ворвался к вам. Я Берт Польсон, и я чертовски беспокоюсь о Нелли. Я буквально сошел с катушек от волнения.
Изучив последнее из найденных в проулке вещественных доказательств, они обнаружили кусочки латекса и следы грима, идентичного тому, что был найден раньше. И вновь масло «Так-пьюар».
— А возле реки, Сакс, там, где он съехал в воду, ты что-нибудь нашла?
\"Значит, теперь вас двое, сошедших с катушек\", — подумал Шейн, а вслух сказал:
— Только тормозные полосы. — Она приколола цифровые фотографии, распечатанные Купером. — Некоторые граждане затоптали все место происшествия. Тем не менее я полчаса ползала по этой грязи. Уверена, он не ронял никаких вещдоков и сам не выпрыгнул из машины.
— Вот так-то лучше. Продолжайте вести себя так же, и, может быть, мы до чего-нибудь договоримся.
— А как насчет жертвы — этой Мерстон? — спросил у Белла Селлитто. — Она что-нибудь сообщила?
Уроженец Северной Каролины кратко пересказал содержание своего разговора с Мерстон.
Он резко повернулся на каблуках и впустил Польсона, потом пошел к столику, держа в руках наполовину отпитый стакан коньяка. Он и не пытался спрятать стоявшие на столике бутылку хереса и стакан, из которого пила девушка. Он отхлебнул коньяк и повернулся к Польсону, который входил в комнату воинственной походкой и подозрительно посматривал на три закрытых двери, ведущих в ванную, спальню и кухню.
Она ведь адвокат, недоумевал Райм. Что за странный выбор? По какому принципу преступник выбирал свои жертвы? Музыкант, гример и адвокат.
— Мерстон разведена, — добавил Белл. — Бывший муж уехал в Калифорнию. Это был не самый тихий развод, но я не думаю, что он причастен к преступлению. Но все равно надо позвонить в управление полиции Лос-Анджелеса и проверить, где он был сегодня и во время того ленча в Бедфорде. По полицейской базе данных на него ничего нет. — Черил Мерстон описывала Кудесника как стройного сильного бородатого мужчину со шрамами на шее и груди. — Кстати, она подтвердила, что у него деформированные пальцы, как мы и предполагали. Сросшиеся вместе, по ее словам. Преступник не упоминал о том, где живет. Назвал себя Джоном. Как видите, он сообразительный парень.
— Значит, ее имя Нелли? — вежливо спросил Шейн. — Странно, я только сейчас вспомнил, что она мне его так и не назвала.
Пока ничего полезного, подумал Райм.
Далее Белл рассказал, как Кудесник подцепил Мерстон и что случилось потом.
— Где она? Что с ней случилось, Шейн? Что, во имя Бога, заставило ее так вести себя, когда она встретилась со мной?
— Что-нибудь вам знакомо? — спросил Райм у Кары.
— Вероятно, он загипнотизировал голубя или чайку, направил птицу на лошадь, а потом использовал какое-то устройство, для того чтобы лошадь вела себя беспокойно. Затем он отключил то, что использовал, и создал впечатление, будто сам успокоил лошадь.
— А как именно она вела себя? Хотите выпить, Польсон? — Шейн махнул рукой по направлению к открытому бару.
— Какой-нибудь свисток? — спросил Райм. — Вы знаете, кто их делает?
— Нет, скорее всего это сделано кустарным способом. Раньше фокусники использовали электроды или шило для того, чтобы заставить льва рычать в нужный момент. Но сейчас борцы за права животных не допускают ничего подобного.
— Нет, благодарю. А разве она вам ничего не говорила? Интересно, какую сумасбродную чушь она тут порола, чтобы объяснить свой приход к вам?
Белл рассказал, как Мерстон и Кудесник отправились пить кофе.
— Она упомянула одну странную вещь — по мнению Мерстон, он читал ее мысли. Мерстон показалось, будто он очень многое о ней знает.
— Чтение тела, — пояснила Кара. — Он что-то скажет и пристально наблюдает за ней, проверяет ее реакцию. Это позволяет ему узнать о ней очень многое. Это называется «продавать лекарство». В ходе самой невинной беседы хороший менталист может выяснить весьма интимные подробности.
— Она рассказала мне несколько вещей. — Все еще держа в руке стакан, Шейн опустился в кресло. — Уверяю вас, сейчас она в абсолютном порядке, и я предоставлю ее вам тотчас же, как только вы убедите меня, что это будет безопасно.
— Когда Мерстон почувствовала себя с ним свободно, преступник опоил ее наркотиком, отвел к пруду и подвесил там вниз головой.
— Это вариация на тему фокуса «Водяная камера пыток», — сообщила Кара. — Гудини. Один из его самых знаменитых номеров.
— Безопасно? — сердито фыркнул он. — Ради Бога, скажите мне, почему она боится меня?
— А бегство Кудесника с пруда? — спросил Райм у Сакс.
— Сначала я не была уверена, что это он, — ведь Кудесник переоделся. У него была другая одежда и, — Амелия бросила взгляд на Кару, — другие брови. Я так и не увидела его руки. Он отвлек меня с помощью чревовещания. Я смотрела ему прямо в лицо — и ничего не заметила.
— Может быть, об этом лучше расскажете вы сами. Садитесь, пожалуйста.
— Наверняка он подобрал такие слова, в которых нет звуков «б», «м» или «п», — сказала Кара, — чтобы не было заметно движений губ. А может, и звуков «ф» или «в».
— Ты права — так оно и было. Получился самый настоящий негритянский диалект. — Сакс поморщилась. — Я посмотрела туда, куда он указал, и все посмотрели туда же. Тут Кудесник поджег этот хло́пок и ослепил меня. Когда преступник поджег петарды, я решила, что он стреляет, и здорово испугалась.
Бросив еще раз внимательный взгляд на три ведущие из гостиной двери, Польсон сел на кончик стула перед креслом Шейна.
Райм заметил, что Сакс раздражена. Больше всего она злилась на себя.
— Не огорчайтесь. — Кара взглянула на Амелию. — Слух легче всего обмануть. Во время представлений мы не слишком нажимаем на звуковые иллюзии — это ведь просто дешевка.
— Я ничего не знаю. Если только на сей раз она действительно что-нибудь не натворила. — Польсон впился глазами в Шейна. — Как она вела себя? Абсолютно невменяема? — Он нервно стучал правым кулаком по левой ладони. — Черт возьми, приятель, разве вы не понимаете?
Сакс пожала плечами.
— Пока что я ничего не понимаю, — перебил его Шейн. — Пока что я могу только сказать, что вы проявляете ровно столько же здравого смысла, сколько и она. Успокойтесь и постарайтесь возможно более внятно рассказать мне все.
— Пока мы с Роландом были ослеплены, преступник сбежал, проскользнул на ярмарку ремесел. Через пятнадцать минут я снова увидела его — в образе байкера, с эмблемой «Харлей» на рубашке. Боже мой, он ведь был прямо передо мной!
— Да, — покачала головой Кара, — монеты у него явно не звенели.
— Она рассказала вам, что, встретившись со мной в коридоре отеля, она вдруг дико закричала и убежала от меня?
— Что это значит? — спросил Райм. — Какие монеты?
— Это профессиональное выражение. Оно означает, что при выполнении трюка с монетой не слышно никакого позвякивания, но в более широком смысле так говорят, когда кто-то здорово исполняет номер. Еще это называют аккуратной работой. — Подойдя к белой доске, зарезервированной для составления профессионального профиля Кудесника, Кара взяла маркер и дописала несколько фраз. — Итак, он может исполнять фокусы крупным планом, владеет техникой ментализма и даже чревовещанием. Умеет проделывать трюки с животными. Мы также знаем, — добавила она вслух, — что он, судя по второму убийству, открывает замки. Теперь выясняется, что он еще и эскапист. Есть ли такой вид магии, которым не владеет Кудесник?
Прихлебывая коньяк, Шейн кивнул.
Пока Райм наблюдал за тем, как она пишет, Том принес большой конверт и подал его Беллу.
— Это вам.
— Да. И она рассказала мне, как вы погнались за ней по пожарной лестнице, затем через темную аллею и как ей еле-еле удалось спастись от вас, когда она впрыгнула в проезжавшее мимо такси. Между прочим, как вам удалось найти ее след?
— Что такое? — Вытащив из конверта бумаги, Белл начал читать их, время от времени кивая головой. — Эй, Линкольн! Это отчет о дополнительном осмотре в офисе Грейди. Тот, который ты просил сделать Перетти. Не хочешь взглянуть? — Вверху стояла короткая пометка: «ЛР — Как ты просил — ВП».
— Я запомнил номер машины, разыскал шофера и спросил его. Но почему она меня так испугалась, Шейн? Она отлично знает, что я никогда в жизни не причинил ей никакого вреда. — В этот момент Берт Польсон казался моложе 30 лет. Молодой человек был явно смущен и опечален.
Райм читал отчет, кивком давая знать Тому, что пора переворачивать очередную страницу. Как и просил Райм, криминалисты провели подробную инвентаризацию приемной, идентифицировали и нанесли на план комнаты все следы. Эту часть Райм внимательно прочитал несколько раз, периодически закрывая глаза, чтобы представить себе всю сцену.
После этого он обратился к анализу найденных волокон. Большая часть белых волокон относилась к полиэстру и вискозе. Некоторые были скреплены с толстыми хлопчатобумажными волокнами — тоже белыми. В основном эти волокна тусклые и грязные. Черные волокна оказались шерстяными.
— Она осветила мне вашу встречу несколько иначе, — сухо сказал ему Шейн. — Она утверждает, что она вас совсем не знает, что она никогда в жизни не видела вас. Она подозревает, что вы убили ее брата...
— Мел, что можно сказать о черных волокнах?
Эксперт слез с табурета и осмотрел снимки.
— Ее брата? — В своем неподдельном удивлении Польсон был просто смешон. — Я ее брат. Она вам этого не сказала?
— Качество съемки не слишком хорошее. Какая-то плотная ткань типа саржи.
— Габардин? — спросил Райм.
Майк Шейн сидел молча, держа стакан с коньяком на расстоянии примерно четырех дюймов от губ, и внимательно рассматривал содержимое стакана, как будто он никогда не видел ничего подобного.
— Не могу утверждать этого, пока не увижу рисунка, но похоже на габардин.
Дочитав страницу, Райм обнаружил, что единственное красное волокно, найденное в приемной, относилось к атласной ткани.
— Нет, — медленно проговорил он. — Она мне этого не сказала, Польсон. Напротив, она уверяла меня, что видела труп своего убитого брата в комнате № 316 отеля \"Эдельвейс\" не более чем за десять минут до того, как вы наскочили на нее в коридоре, когда она выходила из комнаты.
— Ну-ну, — закрыв глаза, пробормотал он.
— Чарлз Грейди и его семья сегодня вечером отправляются на одно мероприятие, — сказал ему Белл, — и я хотел бы до их отъезда проверить, как там дела. Я должен что-нибудь сказать им в связи с этим отчетом?
Тело Польсона утратило напряженность, и он, развалясь на стуле, закрыл глаза, прикрыв их сверху левой рукой, как будто хотел защититься от слишком яркого света. Потом сдавленным голосом он сказал:
— Задержись еще на секунду, Роланд. До твоего ухода я должен выяснить кое-что еще.
— Хорошо.
— Кажется, мне действительно надо выпить.
— Что ты знаешь относительно тканей и одежды, Мел? — спросил криминалист у Купера.
Шейн налил коньяк в винный стакан, стоявший на подносе. Он всунул стакан в руку Польсона и спросил небрежно:
— Немного. Позволь, однако, процитировать тебя, Линкольн: вопрос заключается не в том, что ты знаешь о чем-то, а в том, известно ли тебе, где это можно найти. А вот этого я как раз не знаю.
* * *
— Можно чистого?
Польсон добавил немного воды и затем одним залпом выпил весь стакан, от чего слегка передернул плечами и сделал глубокий выдох.
КУДЕСНИК
МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ МУЗЫКАЛЬНАЯ ШКОЛА
• Описание преступника: каштановые волосы, фальшивая борода, без особых примет, возраст — около пятидесяти, среднее телосложение, средний рост. Мизинец и безымянный палец на левой руке срослись. Быстро сменил одежду и стал похож на старого лысого уборщика.
• Очевидных мотивов нет.
• Жертва: Светлана Расникова.
• Студентка дневного отделения.
• Опросить родственников, подруг, студентов, знакомых в поисках возможных зацепок.
• Нет любовников, нет известных врагов. Выступала на детских праздниках.
• Монтажная плата с динамиком.
• Отправлена в лабораторию ФБР.
• Цифровой магнитофон, возможно, с записью голоса преступника. Все данные уничтожены.
• Предназначен для имитации присутствия. Собственного изготовления.
• Старые наручники типа «дарби», использованы для удержания жертвы. Британского производства. Проконсультироваться в Музее Гудини в Новом Орлеане на предмет возможных зацепок.
• Часы жертвы разбиты ровно в 8.00.
• Хлопчатобумажные веревки, которыми были связаны стулья. Самые обычные. Слишком много возможных источников: трудно выяснить их происхождение.
• Петарда для создания эффекта выстрела.
• Слишком много возможных источников: трудно выяснить ее происхождение.
• Фитиль. Самый обычный.
• Слишком много возможных источников: трудно выяснить его происхождение.
• Очевидцы-офицеры сообщают о вспышке света. Никаких вещественных доказательств не обнаружено.
• Пиробумага.
• Слишком много возможных источников, чтобы выяснить ее происхождение.
• Обувь преступника: ботинки фирмы «Экко» 10-го размера.
• Шелковые волокна, окрашенные в матовый серый цвет.
• От комбинезона уборщика (иллюзионная трансформация).
• Неизвестный, возможно, носил каштановый парик.
• Красный земляной каштан гикори и лишайник пармелия консперса растут в основном в Центральном парке.
• Грязь, пропитанная необычным минеральным маслом. Отправлена на анализ в ФБР.
• Масло «Так-пьюар» для седел и кожаных изделий.
• Черная шелковая ткань, 72x48 дюймов. Использовалась для маскировки. Происхождение установить невозможно.
• Иллюзионисты часто используют ее.
• Применяет накладки, чтобы скрыть отпечатки пальцев.
• Накладки для пальцев.
• Следы латекса, касторового масла, грима.
• Театральный грим.
• Следы альгината.
• Используется при выплавлении латексных приспособлений.
• Орудие убийства: белая шелковая веревка с черной шелковой сердцевиной.
• Веревка применяется для фокусов — «Смена цвета». Происхождение проследить невозможно.
• Необычный узел.
• Отправлено в ФБР и Морской музей — информации нет.
• Такие узлы применялись Гудини, освободиться от них почти невозможно.
• Использовал для записи в журнале регистрации исчезающие чернила.
— Я брат Нелли, — медленно начал он, — и, как вы можете сами убедиться, я не умер. Теперь вы понимаете, в каком она состоянии? Почему я так беспокоюсь? Почему мне необходимо найти ее и позаботиться о ней?
МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ ВОСТОЧНЫЙ ВИЛЛИДЖ
• Жертва номер два: Тони Калверт.
• Гример, театральная компания.
• Известных врагов нет.
• Видимой связи с первой жертвой нет.
• Очевидных мотивов нет.
• Причина смерти: травма головы, нанесенная тупым предметом, посмертное расчленение поперечной пилой.
• Преступник сбежал, преобразившись в женщину семидесяти с лишним лет. Проверить окрестности на предмет брошенного костюма и прочих вещдоков.
• Ничего не найдено.
• Наручные часы разбиты ровно в 12.00.
• Почерк? Следующая жертва предположительно будет убита в 16.00.
• Преступник прятался за зеркалом. Происхождение проследить невозможно. Отпечатки пальцев отправлены в ФБР.
• Совпадений не обнаружено.
• Использовал игрушечную кошку («феке»), чтобы заманить жертву в проулок. Происхождение игрушки установить невозможно.
• Опять минеральное масло, идентичное тому, что было на первом месте преступления. Ожидается отчет ФБР.
• Масло «Так-пьюар» для седел и кожаных изделий.
• Опять латекс и грим с накладок для пальцев.
• Опять альгинат.
• Ботинки фирмы «Экко» брошены.
• На ботинках найдена собачья шерсть от трех разных пород. Найдено также собачье дерьмо.
• Навоз конский, а не собачий.
— Я все это понимаю, — сказал Шейн. — Но это все в том случае, если вы действительно ее брат и действительно говорите правду. Но, видите ли, из ее уст я слышал совершенно другую версию этой истории. Она пришла сюда нанять меня, чтобы я защитил ее от вас. И она точно описала вашу наружность, включая шрам. Она также попросила меня начать расследование и узнать, кто сегодня вечером разрезал горло ее брата и куда ему удалось спрятать труп. Теперь вы сами понимаете, перед какой дилеммой я стою, — закончил Шейн. — До тех пор, пока я не установлю, кто же из вас говорит правду...
РЕКА ГУДЗОН И СВЯЗАННЫЕ С НЕЙ МЕСТА ПРЕСТУПЛЕНИЙ
• Жертва — Черил Мерстон.
• Адвокат.
• Разведена, но муж вне подозрений.
• Мотивов нет.
• Преступник представился как Джон. Его шрамы на шее и груди. Подтверждается деформированная рука.
• Преступник выполнил трансформации и принял вид безбородого бизнесмена в хлопчатобумажных брюках и белой рубашке, затем байкера в хлопчатобумажной майке фирмы «Харлей».
• Машина упала в реку Гарлем. Преступник предположительно сбежал.
• Рот жертвы был заклеен клейкой лентой. Происхождение установить невозможно.
• Петарды точно такие же, как и прежде. Происхождение установить невозможно.
• Цепи и защелки обычные, происхождение проследить невозможно.
• Веревка обычная, происхождение не прослеживается.
• Снова грим, латекс и «Так-пьюар».
• Спортивная сумка, сделанная в Китае, происхождение проследить невозможно. Содержимое:
• Следы наркотика, применяемого при изнасилованиях во время свиданий, — флунитразепама;
• Применяемый фокусниками клейкий воск, происхождение установить невозможно;
• Медные (?) стружки. Отправлено в ФБР;
• Постоянные, неисчезающие, чернила — черные.
• Найдена синяя ветровка, без инициалов или меток из прачечной. В ней находились:
• Удостоверение кабельной телесети Си-ти-эн на имя Стэнли Саферштейна (к числу подозреваемых не относится — полицейские базы данных дали отрицательный результат).
• Пластиковая гостиничная карточка-ключ производства «Америкой пластик кардз», Акрон, штат Огайо. Модель «АПК-42», отпечатков нет.
• Генеральный директор просматривает документацию по продажам.
• Беддинг и Сол опрашивают служащих гостиницы.
• Счет из ресторана «Риверсайд-инн» (Бедфорд-Джанкшен, штат Нью-Йорк), свидетельствующий о том, что две недели назад, в субботу, за столиком номер 12 обедали четыре человека. Индейка, мясо, бифштекс, фирменное блюдо. Прохладительные напитки. Служащие не знают, кто там обедал (сообщники?).
• Проулок, где был арестован Кудесник.
• Взломал замки.
• Слюна (отмычка была спрятана во рту).
• Группу крови установить не удалось.
• Маленькая бритвенная пилка, чтобы перепилить путы.
• Место происшествия на реке Гарлем. Никаких улик, только в грязи остались следы от колес.
— Я могу доказать, что я говорю правду, — живо перебил его Польсон. Он достал из кармана бумажник и начал извлекать из него документы. — Вот мои бумаги. Я могу доказать, что я Берт Польсон. Посмотрите: вот мое удостоверение личности, кажется, это оно, я сам не вижу без очков.
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ПРОФИЛЬ ИЛЛЮЗИОНИСТА
• Преступник будет использовать прием отвлечения — против жертв и для того, чтобы спастись от полиции: физическое (для отвлечения внимания); психологическое (чтобы отвести от себя подозрения).
• Бегство из музыкальной школы похоже на трюк «Исчезнувший человек». Слишком распространен, чтобы установить личность подозреваемого.
• Преступник в первую очередь иллюзионист.
• Прекрасный манипулятор.
• Владеет также приемами протейской магии. Будет использовать костюмы для трансформации, нейлон и шелк, накладную лысину, накладки для пальцев и прочие латексные приспособления. Может выглядеть как представитель любого пола, возраста или расы.
• Убийство Калверта напоминает трюк Селбита «Распиливание женщины пополам».
• Искусен в открывании замков (возможно, владеет приемом «очистки»).
• Владеет техникой эскапизма.
• Имеет опыт обращения с животными.
• Для получения информации от жертвы использует приемы ментализма.
• Чтобы опоить жертву, использовал приемы манипулирования.
• Пытался убить третью жертву, имитируя эскапистский фокус Гудини «Водяная камера пыток».
• Чревовещание.
Шейн даже не взглянул на его документы.
Глава 22
— Что ж, я тоже легко могу доказать, что я Майкл Шейн. Но если я заявлю вам, что у меня есть сестра по имени Нелли, которая неожиданно сошла с ума и думает, что я собираюсь убить ее, это отнюдь не может являться доказательством того, что я действительно ее брат. Налейте-ка себе еще вина, если хотите, и давайте выслушаем до конца ту чепуху, которую вы мне здесь собираетесь наговорить.
Именно Гарри Гудини получил всемирную известность как эскапист, хотя в этом жанре выступали многие другие выдающиеся исполнители — и до него, и одновременно с ним.
От всех прочих Гудини отличало одно — вызов. Самым главным в его представлении было то, что он предлагал всем жителям того города, где собирался выступать, показать ему приспособление или помещение, не позволяющее освободиться или убежать — будь то наручники полицейского или же камера в городской тюрьме.
— Нет, благодарю, вина мне больше не нужно. — Польсон поставил пустой стакан на поднос. — Нелли и я живем в Джексонвилле (или, как мы его сокращенно называли, Джексе). Вернее, мы жили там, пока меня не призвали на корейскую войну. Пока я был в армии, мать умерла, и, когда я вернулся обратно, Нелли жила одна и, по всей видимости, была очень довольна своей жизнью. У нее в Джексе была очень хорошая работа, и она наслаждалась свободой.
Этот состязательный элемент и прославил Гудини, обеспечил ему известность и процветание.
Он помолчал немного, затем, не без некоторых колебаний, продолжил свой рассказ:
«И мне тоже», — думал Мальэрик, направляясь в свое жилище после того, как выбрался из реки Гарлем и произвел рекогносцировку. События сегодняшнего вечера все же потрясли его. До пожара, когда Мальэрик выступал регулярно, в его номера часто входил элемент риска. Настоящего риска. В свое время наставник убедил Мальэрика в том, что без риска нельзя удержать внимание публики. А для Мальэрика не было более тяжкого греха, чем наскучить тем, кто пришел к тебе, желая развлечься. Однако нынешнее представление оказалось более опасным, чем он предполагал; полиция действовала весьма эффективно. Каким образом они узнали, что Мальэрик выбрал своей жертвой женщину из школы верховой езды? И как выяснили, где именно он собирается ее утопить? На ярмарке ремесел его обложили со всех сторон. Потом, разыскав его «мазду», полицейские вновь стали преследовать его — причем подобрались так близко, что ему пришлось столкнуть машину в воду. Чтобы выбраться, Мальэрик совершил очень сложный трюк. Вызов вызовом, но сейчас его одолевала мания преследования. Кое-какие приготовления к следующему номеру он уже сделал, но вообще-то стоило бы подготовиться к нему более тщательно. Тем не менее Мальэрик решил до последней минуты оставаться у себя на квартире.
— Может быть, я был не прав, но мне казалось, что \"свобода\" это именно то, что ей было нужно. Мать у нас была, ну, немного деспотичная, можно так ее назвать. Даже и со мной. И при ее жизни Нелли никогда не могла распоряжаться собой. Когда ей было 16 лет, она перенесла сильное нервное потрясение и несколько месяцев провела в больнице. Мне всегда казалось, что в этом была виновата мать. Когда я демобилизовался из армии, я решил поселиться в Джексе, чтобы Нелли вела мое хозяйство. Но ей эта идея не понравилась. Скажу больше. Она категорически воспротивилась этому и стала обвинять меня в том, что я такой же плохой, как и наша мать, и что я тоже собираюсь ее угнетать. Что ж. Ей 20 лет, и у нее была хорошая работа. — Он развел руками и беспомощно посмотрел на Шейна. — Я не знал, как поступить. Я люблю ее, хотел ей помочь... но... я просто не знал, как поступить. И решил, что, может быть, лучше оставить ее в покое, пусть живет одна. Я нашел работу в Детройте и из ее писем знал, что у нее все в порядке. Но примерно две недели тому назад я получил от нее телеграмму, в которой она сообщила мне, что у нее большие неприятности.
Кроме того, ему нужно было сделать кое-что еще. Не для почтеннейшей публики, а для себя. Задернув шторы, он поставил свечу на каминную полку рядом с небольшой инкрустированной деревянной коробкой. После этого Мальэрик зажег свечу и присел на дешевую софу, обитую грубой тканью. Медленно сделал вдох, затем выдох. Вдох, выдох.
— Какие именно неприятности?
Медленно-медленно…
Сосредоточив внимание на пламени свечи, он начал погружаться в медитацию.
— Этого она не сообщила. Вообще, это была довольно странная телеграмма. Какая-то дикая... и совершенно непонятная. Я телеграфировал ей, чтобы она продержалась до моего приезда, и тут же выехал. Когда через 26 часов я приехал в Джеке, она исчезла. Никто не знал, куда она уехала. Я нанял частного детектива в Джексонвилле, и сегодня днем он сообщил мне, что нашел ее в Майами, в отеле \"Эдельвейс\", в комнате № 316. Мне это показалось очень странным, так как раньше, когда мы приезжали в Майами, мы всегда останавливались в отеле \"Тропикал Армс\", где ее все хорошо знают. Поэтому я прыгнул в машину и погнал сюда что есть сил.
Искусство магии всегда разделялось на две школы. К первой принадлежали престидижитаторы, жонглеры, иллюзионисты — люди, которые развлекали аудиторию, демонстрируя физическую сноровку.
Второе направление магии более неоднозначно — его можно назвать оккультным. Даже в нынешнюю эпоху торжества науки некоторые исполнители утверждали, что они действительно обладают сверхъестественными способностями — умеют читать мысли, усилием воли передвигать предметы, предсказывать будущее и общаться с духами.
— В котором часу вы выехали из Джексонвилла? — спросил Шейн.
Тысячи лет шарлатаны, называвшие себя колдунами и медиумами, заявляли о том, что способны вызывать дух умерших к их обезумевшим от горя родственникам. Еще до того как правительство начало бороться с подобного рода жульничеством, сами фокусники защищали легковерных, публично демонстрируя методы, с помощью которых достигаются «оккультные эффекты». Гарри Гудини потратил значительную часть жизни и состояния, сражаясь с теми, кто называл себя медиумами. По иронии судьбы одной из причин, побудившей его к этому, были безуспешные поиски настоящего медиума, способного установить контакт с духом его матери, с чьей смертью он так до конца и не смирился.
Сейчас Мальэрик смотрел на пламя свечи. Смотрел и молился о том, чтобы родственная душа явилась ему и подала соответствующий знак. Свечу как средство общения он использовал потому, что именно огонь когда-то отнял у него любовь.
— Часа в четыре или в начале пятого.
— А вы не очень-то торопились, — сухо проговорил Шейн. — Любой мог бы совершить это путешествие за четыре часа.
Погоди-ка, кажется, пламя дрогнуло! Впрочем, может быть, и нет — точно этого сказать нельзя.
— По дороге около форта Лодердэй у меня случилась авария. Какой-то сумасшедший водитель врезался в зад моей машины, когда я затормозил у светофора. — Польсон рассеянно почесал лоб. — От толчка я ударился о ветровое стекло, разбил очки и вообще чуть не загнулся. Без очков мне пришлось ехать очень медленно. Я потерял на это часа два и поэтому приехал в отель \"Эдельвейс\" только около 21.30.
Он пытался примирить оба направления магии. Талантливый иллюзионист, Мальэрик, разумеется, знал, что его фокусы — всего лишь искусное использование законов физики, химии и психологии. Тем не менее в глубине его сознания постоянно гнездилась мысль о том, что, возможно, магия все же таит в себе ключ к сверхъестественному: Бог словно иллюзионист заставляет исчезнуть наши слабеющие тела, а затем прячет души тех, кого мы любим, трансформирует их и возвращает нам, его печальной и все же на что-то надеющейся публике.
Это не столь уж невероятно, сказал себе Мальэрик. Он…
— Ну и?.. — подгонял его Шейн, так как Польсон опять замолчал, углубившись в воспоминания.
И тут пламя свечи затрепетало! Да, он видел это.
— В отеле я сразу поднялся на лифте на третий этаж. Когда я шел по коридору, то заметил, что в комнате № 316 дверь открыта и оттуда идет свет, а когда я был примерно в восьми футах от двери, Нелли выскочила из комнаты и побежала мне навстречу. Потом вдруг закричала и побежала в обратном направлении. Я все время думаю об этом, — закончил он устало. — Свет в коридоре был очень тусклый, а она вышла из ярко освещенной комнаты, и, может быть, она не узнала меня с первого взгляда. Это могло бы объяснить...
Пламя на миллиметр сдвинулось к инкрустированной шкатулке. Вполне возможно, это знак того, что душа любимого человека витает сейчас где-то неподалеку, вызванная не механическими ухищрениями, а благодаря той связи, которую помогает установить магия, если не закрывать свою душу.
— Ты здесь? — прошептал он. — Это ты?
— Это ничего не может объяснить, — резко оборвал его Шейн. — Во всяком случае, это не может объяснить, почему она сказала, что она вместе с братом остановилась в отеле \"Рони Плаза\", что в отель \"Эдельвейс\" она пошла в 21.30 по вызову ее брата, которого она нашла в кровати комнаты № 316 с горлом, перерезанным от уха до уха.
Он сдерживал дыхание, боясь, как бы оно не достигло пламени свечи и заставило его трепетать. Мальэрик желал точно знать, что он здесь не один.
В конце концов свеча догорела, и Мальэрик долго сидел, задумчиво глядя, как серый дымок поднимается к потолку и там исчезает.
— Но в комнате никого не было, ни мертвого, ни живого, — протестовал Польсон. — Я абсолютно уверен в этом. Когда я пробегал мимо открытой двери, я заглянул в комнату. Там никого не было. Комната была пуста.
Он взглянул на часы.
Пора готовиться к следующему номеру. Мальэрик отобрал костюмы и приспособления, упаковал их и тщательно оделся. Нанес грим.
Шейн медленно кивал головой. Потом допил стакан и поставил его на поднос.
Зеркало сообщило ему, что он «в роли».
Выйдя в подъезд, Мальэрик выглянул в окно. Улица была пуста. И он по вечерним улицам отправился исполнять очередной номер, который будет еще более захватывающим, нежели предыдущий.
— Я знаю. Это вполне соответствует ее рассказу относительно того, что труп ее брата исчез, пока она звонила по телефону из другой комнаты.
* * *
Огонь и иллюзия — вещи родственные.
— Но я действительно ее брат, — продолжал уверять Польсон. — Дайте мне возможность повидаться с ней, Шейн, и поговорить. Вы можете присутствовать при нашем разговоре, вы все услышите. Разве вы не видите, что ей нужно помочь, она находится в ужасном состоянии, болтает сумасшедший бред о том, что меня убили, а при виде меня убегает что есть силы.
Вспышки осветительной смеси, блеск свечей, газовые огни, над которыми раскачиваются эскаписты…
Огонь, почтеннейшая публика, — это забава дьявола, а дьявол был всегда связан с магией. Огонь освещает, и огонь затеняет, он разрушает и создает.
Огонь трансформирует.
— Да, кто-то из вас двоих действительно несет сумасшедший бред. — Шейн задумчиво барабанил кончиками пальцев по ручке кресла. — Пару вопросов мы можем проверить без особых затруднений.
Именно это и лежит в основе нашего следующего номера, который я называю «Обугленный человек».
* * *
— Тогда, ради Бога, начинайте скорее проверять, — воскликнул Польсон. — И вы еще называете себя детективом. Давайте сделаем основное: вы заявляете, что Нелли в абсолютном порядке и что вы можете предоставить ее мне в любое время. Докажите мне это.
Школа в Гринвич-Виллидже, возле Пятой авеню, расположена в старомодном, сложенном из известняка здании и внешне выглядит так же скромно, как и называется. Трудно даже представить, что именно здесь учатся читать, писать и считать дети богатейших семей Нью-Йорка, связанных с большой политикой.
Однако эта школа не только первоклассное образовательное учреждение (если так можно называть начальную школу), но и важный культурный центр района — например, она славится своими музыкальными концертами, проходящими по субботам в восемь вечера.
Именно на этот концерт и направлялся сейчас преподобный Ральф Свенсен.
— Тут вы должны поверить мне на слово, — спокойно ответил Шейн.
Свой долгий путь через китайский квартал и «маленькую Италию» он проделал без всяких приключений — если не считать периодических приставаний уличных попрошаек, на которые преподобный почти не обращал внимания. По дороге он зашел поужинать в маленький итальянский ресторан, где съел тарелку спагетти (кроме них и равиоли, Ральф Свенсен не нашел в меню знакомых названий). А так как сейчас рядом с ним не было жены, преподобный заказал еще и бокал красного вина. Пища оказалась чудесной, поэтому он просидел в ресторане еще некоторое время, отхлебывая запретный напиток и наблюдая за беспечно играющими детьми.
Он подошел к телефону, позвонил в отель \"Эдельвейс\" и спросил дежурную телефонистку:
Испытывая чувство вины за то, что тратит на спиртное церковные средства, преподобный оплатил счет и продолжил свой путь. Через некоторое время он достиг места, называвшегося Вашингтон-сквер. Сначала оно показалось ему еще одной разновидностью Содома, однако, углубившись в этот хаотично расположенный парк, преподобный обнаружил, что грешниками здесь были только юнцы, запускающие чересчур громкую музыку, да взрослые, пьющие вино и пиво из бумажных пакетов. Хотя он считал, что нарушители моральных запретов должны отправляться прямиком в ад (например, шумные проститутки-гомосексуалисты, мешавшие спать), здешние грешники были явно не из тех, кому гарантирован бесплатный проезд в большую печь.
Однако, пройдя по парку еще немного, Свенсен вдруг начал нервничать. Он снова вспомнил встреченного им у гостиницы мужчину в комбинезоне и с инструментами. Преподобному показалось, что он видел мужчину еще раз, вернее, его отражение в витрине магазина неподалеку от отеля. Чувство, что за ним кто-то следит, снова охватило Свенсена. Он быстро обернулся. Людей в спецовке преподобный не обнаружил, но заметил элегантного мужчину в серой спортивной куртке, явно наблюдавшего за ним. Небрежно отвернувшись, мужчина направился к общественному туалету.
— Скажите, пожалуйста, у вас остановилась мисс Польсон? Нелли Польсон из Джексонвилла?
Паранойя?
— Комната № 316, — немедленно ответила Эвелин. — Но мисс Польсон сейчас нет дома.
Наверное, да. Этот человек ничем не напоминал того рабочего. Но когда преподобный вышел из сквера и по Пятой авеню направился дальше на север, то снова почувствовал, что за ним следят. Он снова обернулся. На сей раз за ним наблюдая блондин в толстых очках, тенниске и коричневой спортивной куртке. Преподобный Свенсен также заметил, что блондин последовал за ним на другую сторону улицы.
— Я знаю. Слушайте, а что, больше никаких трупов не появлялось и не исчезало из ее комнаты?
Теперь Свенсен уже не сомневался, что страдает манией преследования. Три разных человека никак не могли следить за ним. Успокоившись, он шел по Пятой авеню, где сейчас гулял народ, наслаждавшийся прекрасным весенним вечером.
К школе преподобный Свенсен подошел ровно в семь вечера — за полчаса до того, как должны были открыться ее двери. Опустив свой кейс, он скрестил на груди руки, но тут же снова поднял его. Прислонившись к окружавшей школьный сад кованой ограде, Свенсен с беспокойством посмотрел в ту сторону, откуда пришел.
Продолжительная пауза. Потом Эвелин ответила невинным голоском:
Никого. Ни рабочих с инструментами. Ни мужчин в спортивных куртках. Должно быть…
— Прошу прощения, отец!
— Я не понимаю, о чем вы говорите, сэр. Кто это говорит?
Вздрогнув, Свенсен быстро обернулся и увидел перед собой крупного смуглого мужчину с двухдневной щетиной на лице.
— Да?
— Неважно кто, — повесил трубку Шейн.
— Вы пришли на концерт? — Мужчина кивнул в сторону школы.
— Вы угадали, — ответил преподобный, стараясь, чтобы его голос не дрожал от напряжения.
Он кивнул в сторону Польсона, который встал и с нетерпением вглядывался в лицо Шейна.
— Когда начало?
— В восемь. Двери открываются в семь тридцать.
— Спасибо, отец.
— Да, это многое подтверждает. Мисс Польсон действительно остановилась в комнате № 316, и сейчас ее нет дома.
— Не за что.
Улыбнувшись, мужчина направился к школе. А Свенсен нервно сжал ручку кейса. Он взглянул на часы: 7.15.
— Ну так чего же вы ждете?
И тут, после бесконечных пяти минут ожидания, преподобный наконец увидел то, ради чего прошел все эти мили, — черный «линкольн» с правительственными номерами. Не доехав до школы одного квартала, машина остановилась. Прищурившись, священник с трудом разобрал в сумерках номер машины. Все верно… Спасибо тебе, Господи!
Из передних дверец вылезли двое молодых людей в темных костюмах. Оглядевшись по сторонам и бросив взгляд также на Свенсена, они явно обрадовались тому, что улица безопасна.
— Еще одна деталь. — Шейн позвонил в отель \"Рони Плаза\" и спросил:
Затем один из них нагнулся и что-то сказал через приспущенное заднее окно.
Преподобный прекрасно знал, что тот говорил с прокурором Чарлзом Грейди, ведущим дело против Эндрю Констебля. Грейди вместе с женой приехал на концерт, в котором должна участвовать его дочь. Именно из-за прокурора Свенсен и появился в этом Содоме. Подобно святому Павлу, преподобный Свенсен пришел в мир безбожников, дабы указать им ошибочность их пути и принести правду. Но в отличие от апостола он собирался сделать это более решительным образом: выстрелив в Чарлза Грейди из тяжелого пистолета, лежавшего в его кейсе.
— Скажите, пожалуйста, у вас остановилась мисс Польсон? Мисс Нелли Польсон из Джексонвилла?
Глава 23
На сей раз ответ последовал не столь быстро и был отрицательным.
Наблюдая за улицей, преподобный тщательно изучал возможные пути отхода, количество идущих по тротуару пешеходов, интенсивность движения транспорта по Пятой авеню. Он не должен провалиться. От его успеха зависит многое; он лично заинтересован в том, чтобы Чарлз Грейди умер.
В прошлый вторник, около полуночи, на пороге дома, служившего преподобному Свенсену и жилищем, и церковью, появился Джедди Барнс, местный «ополченец». После полицейских рейдов, проведенных несколько месяцев назад, Барнс, по слухам, скрывался в каком-то трейлере, в самой гуще лесов.
— Извините, но мисс Польсон у нас не останавливалась.
— Приготовьте мне кофе! — Барнс посмотрел своими горящими глазами на испуганного священника. — Мне нужно, чтобы вы кое-что для меня сделали, Ральф, — подавшись вперед, сказал под стук дождя Барнс — тощий, стриженный под ежик мужчина с холодным взглядом.
— Что именно?
Шейн повесил трубку и сказал Польсону:
Вытянув ноги, Барнс посмотрел на изготовленный Свенсеном алтарь из клееной фанеры, густо покрытый лаком.
— Есть человек, который охотится за нами. Подвергает нас гонениям. Он один из них.
— Кажется, настало время все выяснить. — Без дальнейших объяснений он направился к двери кухни и постучал. — Нелли. Это Майкл Шейн. Все в порядке. Можно выходить.
Свенсен знал, что под «ними» Барнс имеет в виду не совсем четко определенный нечестивый союз федеральных и местных властей, средств массовой информации, нехристиан, членов любой организованной политической партии и интеллигенцию — это для начала (к «нам» относились все, кто не подпадал ни под одну из вышеуказанных категорий, но только белые). Преподобный не был таким фанатиком, как Барнс, а его неистовые дружки-«ополченцы» вызывали у Свенсена страх. Тем не менее, преподобный полагал, что в их словах есть немалая доля истины.
С вновь вспыхнувшим гневом Берт Польсон бросился на него.
— Мы должны остановить его.
— Черт бы вас побрал. Значит, все это время, пока вы тут болтали, она была у вас? Почему вы?..
— Кто он?
— А ну заткнитесь, — сердито огрызнулся Шейн. — Я обещал ей, что позову ее только после того, как выпровожу вас, и если она услышит, что вы еще здесь... — Он повернулся и несколько громче постучал в дверь.
— Прокурор из Нью-Йорка.
— А, тот, кто преследует Эндрю?