— Он вампир? — удивился Шустер.

— Нет. Он сексуально озабоченный придурок, который судит об окружающих с широко закрытыми глазами. Любой, кто видел женщин в чёрном, мог понять, что они получат всё, что захотят от большинства из живых людей. Одна разбила сердце педика-портного на примерке.

— Хочешь сказать, она не одна?

— Само собой. Первую ранили в «Огне и Льде». Она не могла исцелиться ко времени вылазки против нас здесь.

Но если у нее был беспрепятственный доступ к магии жизни, она пользовалась им, чтобы оставаться молодой…

— Эта, первая, скрывается в Учебнике с Принцем Рупертом и Королём, — напомнила мне Палёная.

— Ты думаешь, они по очереди появляются, старуха и молодая? — поинтересовался Морли.

— Что-то вроде этого, — я над этим ещё не задумывался.

— А причём здесь Король?

— Думаю, он увидел и возжелал. Возможно, ему внушили, что они могут принести много пользы, если будут под контролем главы государства.

Морли не проронил ни слова, но я практически чувствовал его вопрос, как он оказался связан с этим.

— Подозрение о Маленьком Угрюмом возникло уже давно. Вы сказали, что проверите его. Что-то сделано? — спросил я.

— Проведены аресты. Будут ещё после того, как бухгалтера проверят отчёты. Спецы взяли управление на себя. Нечестивцы не окажутся у этой кормушки снова, — ответил Туп.

— Превосходно. Тогда всё, что нам нужно сделать, это добраться до их штаб-квартиры и выкорчевать всех.

— Их штаб-квартиры.

— Это заброшенный склад на Причале.

— Какой ещё заброшенный склад?

— Тот самый, о котором я послал Джона Растяжку сообщить вам на днях.

Шустер зарычал:

— Ты послал крысюка с сообщением?

Упомянутый крысюк присутствовал в комнате и был очень недоволен.

— Сообщение было передано в Аль-Хар через дверь. Дежурный констебль заверил меня, что оно будет передано. Она и охранники не позволили мне передать сообщение лично.

Туп хмуро сказал Шустеру:

— Мы только что нашли добровольцев для патрулирования Дна.

— Пришло время вступить в бой, — воскликнул Шустер.

Прежде, чем кто-либо успел предложить лучший или более осторожный порядок действий, эти двое промчались мимо искалеченной парадной двери.

Я был зол. Существовали ещё вопросы, нуждавшиеся в обсуждении и разрешении.

Даже моя новая милашка сбежала, заявив о необходимости встречи с коллегами на Холме.

Эта сторона наших отношений испугала меня до судорог. Я мог иметь отношения с Неистовым Приливом Света, запросто. Но якшаться с её классом? Думаю, это не для меня.

102

Пришли дамы из заведения «Огонь и Лёд». Следом за ними приволокся Джон Спасение. Страсть бурлила.

— Это было так здорово, мистер Гаррет!

Майк усмехнулась за её спиной, молча иронизируя над этим «мистером».

Спасение заявил:

— Эта малышка умеет петь!

В словах было и удивление и констатация факта одновременно.

— Ты обязан сочинить пьесу, в которой будут много петь, — сказал я.

— И танцевать, — добавила Диди. — Я хорошо танцую, Джон.

Спасение вздрогнул. Выглядел он так, словно сейчас растает.

Майк продолжала веселиться. Танцы Диди, вероятно, относились к постепенному переходу к наряду «в чём мать родила».

— На днях мне пришла в голову мысль, над которой ты мог бы подумать. Что если ты отправишь дублёров, чтобы играть твои пьесы в другие города? Они могли бы идти по многу лет, — сказал я Спасению.

Он уставился, а затем сказал:

— Мне кажется, что Тинни прошла проверку. Она, в самом деле, увлеклась. Это выглядит, как попытка забыться в работе.

Он взглянул на Кару, как раз спускавшуюся по лестнице после возвращения с Холма. Она, глядя на меня, отрицательно покачала головой.

На девушек она смотрела без всякого пренебрежения, что ещё больше поднимало её в моих глазах. Для неё не составляло труда влиться в круг людей окружающий меня. Мне же придётся приложить усилие, чтобы поладить с людьми входящими в её круг общения.

Это будут своеобразные взаимоотношения.

Кара спросила Майк:

— Вы готовы идти ко мне домой?

Та кивнула.

— Мистер Спасение. Вы уверены, что готовы предоставить нам карету?

— Всё хорошо. Я привык ходить пешком. И мне нужно побеседовать с Гарретом.

Майк снова тихонько ухмыльнулась.

Решила, что Спасение увлёкся одной из её подопечных.

Она спросила Кару:

— Мы можем заехать в одно место по пути? Ни у кого из нас совершенно ничего нет, кроме одежды, в которой мы выбежали из дома.

— Конечно.

Диди и Страсть были не в своей рабочей униформе, но вкус Диди имел тенденцию к дешёвой показухе.

— Поболтаем перед уходом, — сказала Майк и потащила меня на кухню. Дин и Доллар Дан сморщились, но впустили нас, Дин, на автомате, начал греметь чайными чашками. Он уже успел отремонтировать окно.

Майк крепко прижалась ко мне.

— Я весьма польщён, но… — начал я.

— Ещё бы. Расскажи о Спасении.

— А чего рассказывать?

— Он, на самом деле, такой наивный, каким кажется?

— О, да. И даже более того. Он хорошо умеет притворяться невозмутимым.

— То есть, он не знает о нас?

До меня, наконец, дошло.

— На самом деле знает. Он считает, что это всё происходящее отчасти романтично.

Она покачала головой и слабо улыбнулась. Часть моей натуры, оказывается, лояльна не ко всем женщинам.

— В конце концов, вы остались в живых.

Она сдалась и отступила на шаг назад. Я оказался не настолько возбуждён, как ей хотелось. Она спросила:

— А в чём его интерес? Для парня его возраста это обычно бывает Страсть. Но он относится к ней так, словно не знает, что она девушка.

— Гарантирую, он знает. Но не хочет, чтобы она знала, что у него на уме. Если он и заинтересовался кем-то в этом отношении, то, по моему мнению, только вами, — какую ерунду я несу.

— И поэтому, как мне кажется, все плечи Диди сейчас в его слюнях.

— Он стеснительный очень. Не знает техники общения с изысканной дамой.

— Остряк хитрозадый.

— Он хороший человек, Майк. Не связывайтесь с ним.

— Ни с кем не связываться. Это одно из моих правил, — она развернулась в сторону двери и продолжила свою нехорошую мысль. — Но я позволю себе нарушить его в этот раз.

Она отошла от меня и немного замешкалась.

— Когда разведётесь с Седлающей Ветер, заходите.

Посмеиваясь, она подмигнула Дину и пошла прочь с кухни.

— Если ты не хочешь её, я займусь ей, — сказал Дин.

— Ты старый злодей.

У меня ушло полминуты, чтобы отдышаться и снять возбуждение, а затем отправился зал попрощаться.

103

Морли заявил мне:

— Я должен присутствовать при этом. Помощи от меня никакой не будет, но… Это войдёт в историю.

К делу приступили на следующий день. Мистер Малклар уже закончил ремонт двери, но она оставалась открытой из уважения к специфической особенности людей. У них бывает несварение. Не помогает, даже если питаться камнями. Здесь оно после себя оставляло предположение о питании исключительно перебродившими бобами и столетними яйцами.

За прошедшие двадцать с лишним часов начальники успели обсудить личные и политические вопросы, поссориться из-за сфер влияния и вообще вели себя как банда четырёхлеток. Директор и Генерал Туп провели собрание с некоторыми высокопоставленными военачальниками и уговорили их оставаться в стороне, если начнутся беспорядки, с которыми не сможет справиться гражданская гвардия.

Люди в Учебнике продолжали упрямиться. Коллеги Кары с Холма искали отговорки для своего бездействия, хотя сами готовы были иметь дело с любыми негодяями, которым было по пути с ними.

Я был убеждён, охота на ведьм вещь неизбежная, но держал язык по этому поводу за зубами.

Все люди Тупа и Шустера трудились над поддержанием секретности.

Белинда где-то затаилась, зализывая раны, в обиде придумывая, как свершить кровавое возмездие и заодно помочь сохранить общественный порядок.

Её войска тоже были все мобилизованы.

Битва у «Огня и Льда» закончилась. Несколько хороших парней выжило. Из публичного дома все убежали. Белинда своим продолжающимся существованием была обязана сверхчеловеческим усилиям Джоила, который этим доказал свою любовь.

Джоил остался жив, но вряд ли надолго.

Я страдал от небольшого приступа похмелья и неуверенно различал границу между сном и явью. Тем не менее, в карету, нанятую гвардией, я сел и поехал в ней вниз к Причалу. Причал называют так, потому что когда-то в стародавние времена путешественник впервые вступил здесь на землю города. Город уже существовал, но был диким, языческим и нецивилизованным. Горожане не говорили на языке путешественника и не поклонялись его богу.

Окрестности кишели от гражданской гвардии и солдат Синдиката.

— Не думаю, что это разумно, — сказал я Палёной.

— Тогда труби отбой.

— Шутишь. Думаешь, от меня что-то зависит? Кроме того, уже слишком поздно.

— Ты мог бы полностью остановить все действия, приведя весомый аргумент о необходимости задержки для сбора более надёжных доказательств.

Я буду убедительно призывать к сдержанности? Безнадежный случай. Кроме того, слишком много людей желало добиться хоть каких-нибудь результатов. Необязательно полезных, лишь бы клочья летели во все стороны.

Палёная устроилась слева, рядом со мной, а Кара справа. Она так плотно прижалась ко мне, я даже начал жалеть, что вышел из дома. А потом она немного отодвинулась и превратилась в Седлающую Ветер, Неистовый Прилив Света. Столь резкая перемена была впечатляющей.

Генерал Туп, директор Шустер и Белинда Контагью находились на виду. Морли был неподалёку, в окружении своей старой команды. Джон Растяжка привёл дюжину своих самых крепких парней, трое из которых прикрывали меня и Палёную. Остальные были снаружи для ненужного сейчас вынюхивания. Воздух был неподвижен и свеж. Я и сам чувствовал этот запах.

Седлающая Ветер взлетела в небо. Мы с Палёной догнали Генерала Тупа.

— Гвардия спугнула их, — сказал он.

— Думаешь, мерзавцы успели смыться, да?

В нескольких метрах от нас что-то прохрипел Морли.

— Что случилось? — спросил я Саржа.

— Он что-то вспомнил.

— Запах, — сказал Морли. — И это здание, которое прямо перед нами. Сложено из кирпича необычного цвета. Это то самое здание.

Кирпич, о котором шла речь, был серым. Большая часть используемого в Танфере кирпича имеет какие-либо оттенки красного.

Лазутчики согласились. Серое кирпичное здание было тем самым. Запах усиливался по мере нашего приближения. В нём чувствовался смрад бацилл смерти, перекрывающий зловоние мочи и кала.

Гвардейцы, головорезы Синдиката и все остальные сжимали круг, пока не создали кордон с трех с половиной сторон. Оставшаяся половинка стороны выходила к реке, и состояла из двух бетонных стен, заиленных каналов, где когда-то армады барж загружались со склада. Кто-то начал работы по очистке от ила.

— Вот чем занимаются сшитые люди, когда их не используют для поджигания чужих домов? — сказал я.

— Там, — сказал Морли, указывая на небольшие сломанные деревянные двери, которые выходили на шлюз между каналами. Едва живая деревянная лестница, ведущая на крышу, висела на ближайшей стене склада. — Вот где я выбрался.

— Ты сумел подняться по этой лестнице? — удивилась Палёная.

— Да. Снизу доверху. Под дождём. Я сидел на крыше полтора дня. Нужно было дольше. При спуске я поскользнулся и что-то громко сказал, они услышали меня. У меня была фора, но это не принесло мне пользы.

Генерал Туп спросил, раздавая при этом указания гвардейцам жестами:

— А как вы попали туда первоначально?

Шустер заявил:

— Наши люди перекрыли все входы. Скажи только когда.

— Когда.

Морли сказал:

— Я пока ещё не всё вспомнил.

— Как у тебя сейчас дела обстоят? Ты ещё можешь двигаться?

— Рохля на закорках таскать будет, когда я не смогу больше управляться сам.

Рохля высказал своё мнение об этом довольно ёмко.

Гражданская гвардия взломала двери. Костоломы Синдиката ворвались внутрь. Кто-то проорал что-то про идиотов, не забывших чёртовы цветные фонари, чтобы друзья не проломили черепа в темноте друг другу.

Я посмотрел вверх.

Кара поднялась ввысь, следя за всей округой. Её одежда сливалась цветом с тучами. Едва разглядишь, где она.

Палёную вырвало.

— Ты чего?

— Они там что-то вскрыли. Мне нужно отойти подальше. Это уже чересчур.

Она направилась к каретам. Большинство крысюков поступили так же. Джон Растяжка выдержал только несколько секунд больше Палёной.

— Это слишком мерзко.

Слишком мерзко для крыс?

Наконец я тоже почуял запах. Ничего нового в нём не было, просто в сто раз хуже, чем обычно.

Гвардейцы посыпались наружу в ближайшие двери, отчаянно стремясь на свежий воздух. Один направился к Тупу. Он облевал самого себя.

— Неужели всё так плохо? — спросил Туп.

— Хуже, чем вы может вообразить, сэр. Гораздо хуже.

Его снова вырвало.

— Предлагаю, никого не отправлять туда без особой необходимости, — сказал я.

— Помнишь запах, когда мы проводили рейд в гнезде вампиров? — спросил Морли, опираясь на палку вместо трости.

— Да. Здесь, возможно, даже хуже.

Спустя десять минут появилась пара красных фуражек с вялым телом между ними. Человек заорал, когда они вынесли его на свет.

— Фактов, что здесь гнездо стало больше, — сказал Морли.

Света для тех, кто привык находиться на поверхности земли, было не так много. Тучи сгущались. Скоро должен был снова начаться дождь.

Седлающая Ветер, подобно ястребу, спикировала вниз. Впереди себя она выпустила стрелу сине-фиолетового света.

104

Я принялся орать Тупу. Необходимости в этом не было. Он уже отчалил, прихватив наиболее крепких ребят.

— Я ненадолго отлучусь, — сказал я Морли.

— Не спеши. Я тебя подожду здесь.

Цель стрелы Седлающей Ветер находилась в двух кварталах отсюда. Я запыхался, когда присоединился к уже присутствующим. Седлающая Ветер стояла, наступив правой ногой на горло женщины в чёрном. Последняя была в серебристом парике и, бесспорно, находилась на пике своего совершенства, полностью оправившись от моего грубого поведения. Она получила ожоги и сильное сотрясение.

Седлающая Ветер проворчала:

— Может кто-нибудь из вас прекратит пялиться на её сиськи и займётся чем-нибудь полезным?

Я уже упоминал, как хорошо выглядела женщина, пытавшаяся сбежать. Порванный верх её одежды открывал ещё более захватывающий вид спереди.

Я перевернул её. Это помогло. Красные фуражки связали ей руки сзади и стреножили её. Шустер снял с неё парик. Это тоже улучшило ситуацию.

Седлающая Ветер сказала:

— Если понадобится, можете засунуть её в мешок из-под картофеля, — она приблизилась ко мне, приглушила немного образ Седлающей Ветер и ударила по мне малой дозой собственной магии. — Ты хорошо поработал. Я горжусь тобой. Сегодня ночью ты найдёшь в своей постели нечто особенное.

Сзади раздался сильный грохот, там, откуда мы пришли. Седлающая Ветер вернулась в образ. Она взмыла вверх.

— Да! Чего-то подобного я и ожидала.

Она выстрелила в том направлении, сделала мёртвую петлю и спикировала вниз. Я рванул за ней, пыхтя и отдуваясь. Она налетала и отскакивала, как мелкие птицы, преследующие ворона, нападавшего на их гнёзда.

Нечто под ней беспрестанно кричало.

Слова Морли о гнезде вампиров напомнили мне, что я уже слышал подобный крик раньше. В его основе лежало внезапное осознание предательства бессмертием.

Щупальца пытались схватить Седлающую Ветер. Та легко уворачивалась.

Пробегая последние оставшиеся сто пятьдесят футов до цели, я заметил, что у монстра осталось всего два щупальца, свободных для отражения воздушных атак. Остальные держали в плену людей, среди которых самым заметным был Морли. Несколько человек безрезультатно кидали в него всё, что попадало им под руку. Никто не готовился иметь дело с чем-то подобным. Но и оно не могло сбежать, пока имело форму кальмара.

Когда я приблизился на расстояние пятидесяти футов, мои легкие горели, к сожалению, у меня не было камней, чтобы внести своё вклад в смертельный бой. Седлающая Ветер провела резкий заход на цель.

Она метко забрасывала зверя горстями каменной соли.

Чудовище, наконец, прекратило борьбу. Оно начало трястись, как в лихорадке, при этом отпустило Морли и остальных. Я подошёл ближе, схватил за руки Саржа и начал оттаскивать. Другие парни занялись остальными жертвами, некоторых из них основательно помяло.

Седлающая Ветер приземлилась возле меня. Она превратилась снова в Кару Алгарду. Я запыхался гораздо сильнее её.

— У меня кончилась соль! — раздражённо воскликнула она.

— Но её хватило.

Она взялась правой рукой под мою левую и поволокла вперёд.

Монстра разорвало в последней, неистовой, необычной агонии, сопровождаемой странным, громким, предсмертным хрипом. Оно переродилось в Натана с портрета Птицы, только выглядевшего лет на двадцать, облагороженным массой косметических средств.

Это был мужской эквивалент милашки в чёрной коже, за исключением ран, пропорционально появившихся от его альтернативной формы в местах посыпанных солью.

Наконец добежал Туп. Он схватил меня правой рукой за левое плечо и повернулся лицом ко мне, при этом с трудом хватая ртом воздух.

— Мы схватили их. Всё кончено.

— Не всех. Пока ещё нет.

Морли споткнулся и схватился за Тупа. Он не сводил глаз с нашего пленника.

— Я почти всё вспомнил, — он указал на Натана, который проходил лечение связыванием по рукам и ногам, несмотря на и так слабое здоровье. — Его. Это он запер меня там. Мне кажется, из-за того, что я видел, как доставляли туда заключённых с баржи.

В этот момент он вдруг сильно смутился.

Я задал вопрос, который беспокоил его:

— Что ты делал здесь посреди ночи?

— Не помню.

Но он вспомнил до того, как закончил свою речь. И это было тем, что он не осмелился бы обсуждать в присутствии Вестмана Тупа.

Поблизости от реки после наступления темноты, удобней всего заниматься контрабандой. В случае с Морли, это, несомненно, была попытка избежать уплаты ввозных пошлин. Он нацепил на себя широкую, неуверенную улыбку.

— Этот раунд мы выиграли, — сказал Туп. Его люди завернули Натана в кокон из веревок на случай, если он решит вернуться к жизни. — Но нам предстоит ещё многое сделать.

105

Идти к воротам Учебника для вызова принца Руперта выбрали меня. Кара решила сопровождать. Ворота открылась. Мы вошли внутрь.

Кроме слуг, впустивших нас, другого персонала не наблюдалось. Дом находился на полпути к превращению в руины. Слишком много лет своевременному обслуживанию здания не уделялось должного внимания.

Я был на взводе, готовый защищать свою возлюбленную. Несколько минут спустя мой рассудок стал более рациональным. Я понял, кто кого будет защищать.

Слуги отвели нас к принцу Руперту. Он был в состоянии абсолютно противоположном счастливому. Мое сообщение было кратким:

— Люди снаружи желают, чтобы вы увидели кое-что прежде, чем нынешняя ситуация ещё более усугубится.

У него не было выбора. Мы видели, что происходило в стенах Учебника и унесём эти знания с собой, потому что Седлающая Ветер может обеспечить это.

— Что именно?

— Вы должны увидеть это с ясным сознанием.

Кара сказала:

— У вас нет выбора, Руперт. Взгляните на то, что вы должны увидеть. Тогда мы сможем покончить с этим делом.

— Дождь на улице ещё идёт? — спросил он.

Принц Руперт поделился с нами каретой. Мы достигли Причала. Армия Генерала Тупа развернула полевой госпиталь. Морли, Белинда и Дил Шустер остались на месте и мешались у них под ногами. Все крысюки ушли. Никто не встретил наследного принца приветливой улыбкой.

Сам Руперт бодро улыбался. Жизнь была кошмаром, который, без сомнений, станет ещё ужасней.

Дождь усилился.

Когда мы подошли к ним, трое доблестных красных фуражек появились из ближайшей двери с освобождённым пленником. Человек был едва жив. Один из гвардейцев сказал:

— Это последний из живых, Генерал. Там осталось ещё с дюжину трупов.

— Оставьте их. Ваше Высочество, чувствуете, чем пахнет?

— Чувствую, — не стал отрицать он и притворяться дурачком.

— Внутри ещё хуже. Я не буду принуждать вас лично убедиться в этом. Не хочу давать вам дополнительных поводов для ненависти ко мне. Здесь была их штаб-квартира. Именно тут они возвращали себе молодость. Уровнем ниже находится лаборатория, такая же, как была на окраине Квартала Эльфов, ателье и лесопилке. Ещё ниже подвалы, где они держали свои человеческие ресурсы.

Шустер присоединились к нам.

— Я приказал Берри проломить заднюю стену, так мы сможем затопить подвалы.

— Это должно помочь. Седлающая Ветер, мистер Гаррет, Его Высочество осознал истинную чудовищность ситуации. Вы можете вернуть его в Учебник.

Я не был здесь частью общего коллектива, только временной рабочей силой.

— Есть, сэр.

Туп и Шустер с сильным подозрением посмотрели на меня.

— Послезавтра мы поставим об этом в известность общественность, — сказал Туп.

— Вы же не хотите делать этого, — произнёс Руперт.

— Вы правы. Не хочу. Но я сделаю это. Хочу напомнить, именно наследный принц Руперт объявил о создании новой гражданской гвардии и начале эпохи, при которой никто не будет стоять выше закона.

Возразить Руперту было нечем. Мы вернули его в Учебник, в результате чего мы остались без кареты. Я и Седлающая Ветер полетели ко мне домой. В такой ливень.

Хотя ещё было не так поздно, все кроме Пенни отправились спать. Пенни помогла приготовить ужин на скорую руку. Остались незаконченными отдельные дела на этот день, но мне было всё равно. Кроме набитого желудка и тёплой постели меня ничего не интересовало. Кара выдохлась сильнее меня. Она выложилась целиком в этот тяжелый, трудный день. Я отнёс её наверх. Мы рухнули на покрывало прямо в мокрой одежде. Палёная и Дин с утра устроят нам скандал.

106

Я просыпался пару раз, чтобы воспользоваться горшком и скинуть промокшую насквозь одежду, и снова ложился спать. Голод достал меня через четырнадцать часов.

Кара полностью отключилась от реального мира. Как легла, ни разу не шелохнулась,

Ночь раскрыла мне одну её особенность. Когда была обессилена, она храпела, как грузчик.

Дин накормил меня посредственной стряпнёй. Он думал о другом, предчувствуя, что скоро здесь соберётся толпа народу. Я сказал ему:

— Если ты не откроешь дверь, то и развлекать их тебе не придётся.

— Без сомнения, ты прав. Однако мне недостаёт твоих способностей к прагматичной грубости.

Ворча, он отправился смотреть, кто стучит в дверь.

Через минуту он вернулся с Плейметом.

— Не так уж и плохо. Пристрой его к делу. Как дела, Плей?

— На удивление хорошо, но мне нужно найти Колду. У меня почти кончилось лекарство.

— Мы поймаем его, как только… — поев, я вышел в прихожую. Пенни смотрела в дверной глазок. Выглядела она довольно привлекательно.

Я пока ещё живой человек и обращаю внимание на такие вещи.

Пенни открыла. Джон Растяжка и Доллар Дан вползли внутрь. Палёная вошла за ними. Парни работали у неё за грузчиков. Она ограбила канцелярский магазин.

— Что за чертовщина?

— Я выходила за бумагой и чернилами. Покойник что-нибудь сказал?

— Сколько бумаги ты?.. Он ничего не говорил. У него нет привычки разговаривать во сне.

— Он проснулся несколько часов назад, Гаррет. Точно заткнулся, странно для него, однако. Что ты наделал? — внезапно заподозрила она.

— Ничего я не делал. Просто проснулся. Зачем тебе столько бумаги?

— Я веду фамильную хронику.

«Гаррет, будь любезен, составь мне компанию».

Он вернулся. Я почувствовал изменение состояния. Дом ощущается немного не так, когда он не спит. Хотя Палёная была права. Чувствовалось это едва-едва.

Я вошёл в его комнату. Там горели несколько свечей. Холод стоял жуткий. Свет нужен был для Пенни. Она занималась рисованием.

Когда-то сюда успел прийти Плеймет. Он растянулся в углу и храпел.

— Хорошо получается. Ты даже изобразила бородавки Саржа, — сказал я Пенни.

Малышка вздрогнула, но улыбнулась. Она создавала коллаж из лиц, работая по памяти. Любого из нарисованных я без труда мог опознать.

«Ты справились без меня».

Я ощутил и гордость и разочарование.

— Меня тоже это постоянно беспокоит.

«Заметно. При этом ты до сих пор не решил окончательно своих проблем с женщинами», — виртуально съязвил он.

— Тут всё немного сложнее. Я хочу поступать правильно.

«Уверен? А может, ты не хочешь, чтобы люди, считающие тебя плохим парнем, увидели, как ты начнёшь реветь».

— И это тоже.

«Мистер Дотс может, не опасаясь уйти, когда пожелает. Угрозы больше не существует. Члены королевской семьи выдали последнего злодея. Страх перед толпой пересилил их. Король, при краткой встрече с Генералом Тупом, выглядел шестнадцатилетним. Процесс антистарения, скорее всего, очень непредсказуем. И хотя он был стар ещё до того, как ты с мистером Дотсом впутались в это, сейчас оказался моложе на десять лет, чем планировал».

«Кстати, вполне вероятно, что мистер Морли был похищен изначально не потому, что видел перемещение заключённых, а потому, что видел карету Короля. Я обнаружил мимолётное видение, незамеченное и неосознанное, в тёмных глубинах того, что он смог вспомнить о той ночи».

— Резкие возрастные изменения? Это могло бы объяснить существование детской комнаты на складе в Квартале Эльфов? Одну из злодеек отбросило в детство до предела?

«Теоретически возможно. Я считаю, что непредсказуемость процесса проявилась, когда они начали использовать живые тела. Мёртвые были ближе к стандартному состоянию и очень походили друг на друга, а живые могли располагаться в более широком диапазоне».

Звучит хорошо, но для меня бессмысленно. Я перестал слушать. При этом я не обращал внимания на препиравшихся между собой из-за приготовлений к победной вечеринке Дина и Палёную. В комнату Покойника вошла Кара. Она привела себя в порядок и оделась, чтобы быть готовой сражать наповал. Ей не пришлось подключать свою женскую силу.

«Так. Полагаю, что этот вопрос тоже решён».

Возможно. Выбор сделан, а вопросы остались. Я всё же должен набраться мужества, предстать перед лицом Тинни и сказать ей, что больше она ничего не сможет с этим поделать. Я должен был сказать «Прощай».

Я не хотел смотреть на неё ни храбрым, ни печальным, ни покорным взглядом. Но я не мог проявить неуважение, после того что между нами было, просто повернувшись к ней спиной.

Я хотел, чтобы мы остались друзьями. Но так, как между Кеванс, Кипом и Кирой у нас не получится.

Старые Кости окончательно вернулся и окружил всех домочадцев теплыми лучами своего удовлетворения.

Он дождался, его мальчик, наконец, повзрослел.

Даже Пенни отозвалась скупой улыбкой.

Об авторе

Глен Кук родился в 1944 в Нью-Йорке. Служил во флоте Соединенных Штатов и жил в городах Колумбус, штат Индиана, Роклин, штат Калифорния и Колумбия, штат Миссури, где и пошёл в местный университет. В 1970 году он принимал участие в Кларионовском семинаре, где встретил свою жену, Кэрол. «В отличие от большинства писателей, я не занимаюсь никакими странными вещами вроде ощипывания цыплят и не топлю в болоте отслужившие свое термометры. Только каждодневная работа в General Motors». В настоящее время он оставил работу в «GM». По его словам: «по-прежнему собираю марки и коллекционирую книги, но в основном, сейчас болтаюсь по дому и пишу». У него три сына — армейский офицер, архитектор и студент-музыкант.

Кроме цикла «Приключения Гаррета», он также является автором популярной серии «Чёрный Отряд».

О переводчиках

Переведено на сайте «Нотабеноид»

(http://notabenoid.com/book/22699).