Мф. XXII, 15. Тогда фарисеи пошли и совещались, как бы уловить его в словах.
Тогда фарисеи пошли советоваться, как бы им его поймать на речах.
16. И посылают к нему учеников своих с иродианами, говоря: Учитель! мы знаем, что ты справедлив, и истинно пути Божию учишь, и не заботишься об угождении кому-либо, ибо не смотришь ни на какое лицо.
И послали к нему своих учеников с иродианами. И сказали ему: Учитель! знаем, что ты правдив, и что ты пути Божьему учишь на деле, и что ты ни на кого не посмотришь. Ты не смотришь на лица.
17. Итак, скажи нам, как тебе кажется: позволительно ли давать кесарю, или нет? 1
Скажи же нам, как, по-твоему, следует платить подати кесарю или нет?
ПРИМЕЧАНИЕ
1) По всему учению Иисуса Христа, отрицающему суды, власть, войны, то самое, на что шла и идет всегда подать, ясно было, что он никак не мог считать нужной уплату подати. Самый вопрос явно указывает на то, что учение Иисуса так и понималось, что подати платить не нужно. Фарисеи, пригласив служащих Ирода, спрашивают у него это, желая, чтобы он прямо при народе высказался. Толкование этого текста церковью исполнено высокого комизма.
Текст этот, явно отрицающий власть, читается в царские дни и служит главной опорой власти. Они толкуют, что Иисусу предложен был хитрый вопрос, чтобы уловить его. Но в чем же хитрость, если Иисус Христос признает власть? Ему только сказать то, что сказал апостол Павел: всякая власть от Бога, и всё хорошо. Но дело в том, что Иисус не только не признает власти, не только презирает ее, но считает ее по существу своему злом, становится сам и ставит людей выше ее. Всё учение его, признающее каждого человека своим судьей и свободным, прямо исключает всякую власть, считая ее злом и потому тьмою.
Мф. XXII, 18. Но Иисус, видя лукавство их, сказал: что искушаете меня, лицемеры?
И догадавшись об их хитрости, Иисус сказал: что вы меня выпытываете, хитрецы?
19. Покажите мне монету, которою платится подать. Они принесли ему динарий.
Покажите мне податную монету. Они подали ему динарий.
20. И говорит им: чье это изображение и надпись?
Он и говорит им: чье это обличие и чья надпись?
21. Говорят ему: кесаревы. Тогда говорит им: итак, отдавайте 1 кесарево кесарю, а Божие Богу.
Они говорят: кесаря. Тогда он сказал им: так и отдайте назад кесарю кесарево, а Богу отдайте Божие.
22. Услышав это, они удивились и, оставив его, ушли,
И, услыхав это, они удивились, оставили его и ушли.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Άπόδοτε — самое употребительное значение и, очевидно, у места здесь: отдайте назад.
По учению церковников, и православных, и свободных выходит, что это место значит то же, что сказано в послании Рим. XIII, I; 1 Тим. II, 2; 1 Петра II, 13. И место это всегда читается в царские дни. По их понятиям, место это значит то, что надо исполнять свои обязанности к царю так же, как к Богу.
Вот что говорит Рейс (Нов. Зав., т, I, стр. 571):
Однако мы были бы не правы, если бы остановились на этом истолковании ответа. В сущности, он мог бы показаться недостаточным, в том смысле, что им скорее устранялся, чем решался, предложенный вопрос, который в конце концов имел огромную важность. Но ведь Иисус не входит в обсуждение права; его миссия не была политической, его царство было не от мира сего. Он не задается сопоставлением великих начал народности и светской власти. Он ограничивается указанием на то, что человек (так же как общество) имеет здесь отношение к двум различным сферам: к сфере политической и гражданской и к сфере нравственной и религиозной. Каждая из них налагает на него обязанности, от которых никто не может считать себя свободным. Он мог допускать, хотя он и не выражает здесь этого открыто, что первая сфера является низшей пред второй; но поскольку ею не стесняется исполнение обязанностей, налагаемых второю, ничто не может избавить человека от обязанностей, налагаемых также и ею. Раз Бог получает то, что ему следует, нет никакого основания восставать против порядка, установленного в мире (Римл. XIII, 1 и сл.; 1 Тим. II, 1 и сл.; 1 Петр. II, 13 и сл.), и есть средства более действительные для обеспечения судьбы народа, чем те, от которых он тщетно ждет желаемого результата, когда пренебрег другими.
———
Церковь говорит (Толк. Ев. Мф., стр. 409):
Впрочем, когда ты слышишь: отдавайте кесарево кесарю, разумей под сим только то, что нимало не вредит благочестию; ибо всё противное благочестию не есть уже дань кесарю, но дань и оброк диаволу.
Они удивились: мудрости ответа господа на лукаво предложенный вопрос: ответ превзошел и обманул их ожидания. По-видимому, ответ был в пользу иродиан, но вторая часть ответа не только не представляла никакого предлога к обвинению господа со стороны фарисеев, а, напротив, указывала прямо на необходимость или долг воздавать и Божие Богу, при дани кесарю. Одна обязанность не противоречит другой, а, напротив, они удобно совмещаются и совокупно должны быть исполняемы.
———
Но того, каким образом могут соединяться эти обе обязанности, они не объясняют. В лице Иисуса они не соединились, как не могут соединиться для всех, понимающих его учение. По учению Иисуса выходит, что тот, кто верит в жизнь и Бога, тот не будет противиться злу, не будет судиться, не будет воевать, не будет собирать именья для себя, и потому, очевидно, и не будет платить подати, потому что не из чего будет платить, да и незачем платить человеку, не признающему судов, государств и народностей. Но фарисеи думают, что он только этому и учит, и с иродианами подходят к нему и спрашивают: следует ли давать подати кесарю? Он говорит: что такое давать подати? покажите мне, какие подати, чем платите? Они показывают деньгу. Он глядит на изображение кесаря и спрашивает: что такое тут вычеканено? Он даже не знает и знать не хочет, что есть какой-то кесарь. Они говорят: это кесарь. Кесарь? его монета? Ну, так отдайте ему назад, что его. А то, что Божье, то Богу отдайте назад. Иисус говорит, что человек не может быть ни в какой зависимости от кесаря, а всегда находится в зависимости от Бога. Один и тот же глагол άπόδοτε кесарю — кесарево, а Богу — Божье ввел в заблуждение толкователей. Но стоит только иначе понимать Бога, чем царя, чего попы не могут сделать, и тогда различие смысла той и другой фразы уяснится. Отдать назад кесарю то, что его, значит разделаться с ним, не иметь с ним сношений, не брать от него ничего. Отдать же назад Богу Божье — значит отдать Богу разумение, которое он дал человеку.
Выбора не может быть: или надо понимать так, как понимают попы, что царь почти Бог и надо воздавать царю и Богу почти равное, или надо понимать, что надо презирать одно, а другое чтить. Смысл всей беседы, заведенной фарисеями только для того, чтобы ввести в соблазн Иисуса, тот, что он, как при требовании подати в Капернауме, отстраняет соблазн, исполняя свое учение. Чтобы не соблазнить их, отдай, по правилу непротивления злу, не поддаваясь соблазну закваски фарисейской и иродовой, ни противясь, ни участвуя в нем.
Лк. IX, 52. И послал вестников пред лицом своим; и они пошли в селение самарянское, чтобы приготовить для него.
И по дороге зашли ученики Иисуса в одну деревню самарянскую, чтобы ему приготовить ночлег.
53. Но там не приняли его, потому что он имел вид путешествующего в Иерусалим.
И в деревне не приняли его.
54. Видя то, ученики его, Иаков и Иоанн, сказали: Господи! хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их, как и Илия сделал? 1
И, увидев это, ученики, Яков и Иоанн, сказали: согласен ли ты, что надо сказать: пусть громом с неба убьет их за это?
55. Но он, обратившись к ним, запретил им и сказал: не знаете, какого вы духа,
И на ответ сказал им Иисус: не понимаете вы, какого вы духа,
56. ибо сын человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать. И пошли в другое селение.
потому что сын человеческий пришел не губить жизнь людей, а спасать. — И пошел в другую деревню.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) «Как сделал Илья» — нет во многих списках.
О БЛУДНИЦЕ
Ин. VIII, 3. Тут книжники и фарисеи привели к нему женщину, взятую в прелюбодеянии и, поставив ее посредине,
Привели книжники и фарисеи к Иисусу Христу женщину, взятую в блуде, и, поставив ее перед ним,
4. сказали ему: учитель! эта женщина взята в прелюбодеянии;
сказали ему: наставник, женщина эта поймана на деле в блуде.
5. а Моисей в законе заповедал нам побивать таких камнями. Ты что скажешь?
В законе Моисея нам приказано побивать таких камнями. Ты что скажешь?
6. Говорили же это, искушая его, чтобы найти что-нибудь к обвинению его. Но Иисус, наклонившись низко, писал перстом на земле, не обращая на них внимания.
Говорили это, выпытывая его, чтобы было им за что обвинить его. Иисус же, нагнувшись, пальцем писал на земле.
7. Когда же продолжали спрашивать его, он, восклонившись, сказал им: кто из вас без греха, первый брось в нее камень.
А они всё спрашивали его. И, приподнявшись, он сказал им: кто из вас без греха, тот пусть первый швырнет в нее камень.
8. И опять наклонившись низко, писал на земле.
И опять нагнулся и стал писать на земле.
9. Они же, услышав то и будучи обличаемы совестью, стали уходить один за другим, начиная от старших до последних; и остался один Иисус и женщина, стоящая посреди.
Они поняли, и совесть обличила их, и один по одному от старших до младших, все ушли. И остался один Иисус и женщина перед ним.
10. Иисус, восклонившись и не видя никого, кроме женщины, сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто не осудил тебя?
Приподнялся Иисус и видит, — никого, кроме женщины. И он сказал ей: женщина! где же те обвинители твои? разве никто не осудил тебя?
11. Она отвечала: никто, господи! Иисус сказал ей: и я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши.
Она сказала: никто, господин! Сказал ей Иисус: и я не присуждаю тебя: поди, да смотри, больше не греши.
ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ
В этом рассказе фарисеи прямо с вызовом на соблазн приступают к Христу: привели блудницу и спрашивают, что скажешь? Ему нечего говорить. Ну, блудница, ну, согрешила, ну что ж? Жалко, что согрешила, — вот всё, что он может сказать. Он и молчит. Они не спрашивают его прямо, что им делать, и потому он молчит. Но когда они прямо спросили, что им делать: побивать или не побивать? он сказал: кто без греха, пусть бьет женщину. И они ушли. Они поняли, что творить казнь мог бы только тот, кто без греха, но так как таких нет и не бывает, то и казнить некому. И когда они ушли, он спросил: что ж, никто не присудил? Никто. И я не могу присудить, поди, не греши. И ты не греши, и те пускай не грешат, вот всё. И соблазн суда уничтожен.
Удивительна судьба этой притчи. Несмотря на то, что она полуапокрифическая, притче этой особенно посчастливилось. Ее почему-то очень любят и находят в ней что-то особенно чувствительное и поэтическое. Божественный учитель — блудница… Он в задумчивости чертит пальцем на песке. И картины и стихи на это пишут. Но видят в этом только что-то чувствительное, а не видят того грубого здравого смысла, по которому выходят невозможны своды законов, сенат, окружной, мировой, уездный суды. Возможны они только тогда, когда у людей нет даже той правдивости, которая была у фарисеев. Фарисеи ни один не решился сказать, что он без греха, и понял, что казнить мог бы только тот, кто имел бы дерзость сказать, что он без греха.
Удивительная судьба этой притчи. Как яснее еще и рассуждением и в образе показать невозможность суда, как показана она в этой притче? Невозможно. И что же? Чувствительность, черчение пальцем на земле, все это очень нравится: а значение, смысл тот, для чего она сказана, совсем как будто не существует. И чувствительность приятна, и жалование получать приятно, а смысл — это так, это значит, что в разговоре не осуждай ближнего, не говори про М. И., что у нее любовники; а вешать и головы рубить — это можно, это совсем не об этом.
Лк. XII, 13. Некто из народа сказал ему: Учитель! скажи брату моему, чтобы он разделил со мною наследство.
И из народа сказал один человек Иисусу: Учитель, прикажи брату моему, чтобы он разделил со мною наследство.
14. Он же сказал человеку тому: кто поставил меня судить или делить вас?
Иисус сказал ему: человек! или кто меня поставил судьей и разбирателем между вами?
ПРИМЕЧАНИЕ
Человек просит Иисуса разделить его с братом по справедливости. Иисус отвечает, что делить наследство ни его, ни чье дело, кроме тех, которые делят. И как делить, это известно: отдать всё. Самому же быть судьею других есть соблазн.
ОБ ИСТИННОЙ ЖИЗНИ
Лк. X, 25. И вот один законник встал и, искушая его, сказал: учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?
И вот встал законник один и, выпытывая Иисуса, сказал: учитель, что мне делать, чтобы получить жизнь вечную?
26. Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь?
Иисус сказал ему: в законе что написано, как читаешь?
27. Он сказал в ответ: возлюби господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всей душою твоей, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя.
И законник на ответ сказал: люби господа твоего всем сердцем твоим, всей душой, всей силой и всем разумом твоим, и ближнего, как самого себя.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Во многих списках стоит вариант εαυτόν. Я оставляю здесь обычное чтение, так как значение слов законника здесь не важно, а важна та притча, к которой Лука один присоединил эти слова. Значение этого варианта разобрано в своем месте. Здесь надо не забывать, что Лука весьма неудачно присоединил эти слова к притче, во–1–х, тем, что он ослабил значение их, и во–2–х, тем, что он вложил их в уста законника. Законник не мог знать этой заповеди, так как эта заповедь не заповедь, а вырванные слова из двух разных книг Моисея:
Второзаконие VI, 5. И люби господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими.
Левит XIX, 18, Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего, но люби ближнего твоего, как самого себя, я господь.
Лк. Χ, 28. Иисус сказал ему: правильно ты отвечал; так поступай и будешь жить.
Иисус сказал ему: верно отвечал. Делай это и будешь жив.
29. Но он, желая оправдать себя, сказал Иисусу: а кто мой ближний?
А законник хотел себя оправить и говорит Иисусу: да кто ближний-то мой?
30. На это сказал Иисус: некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым.
Иисус и говорит ему: один человек пошел из Иерусалима в Иерихон. И попал он к разбойникам. Разбойники обобрали его, избили и ушли, а он остался полумертвым.
31. По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо.
Случилось идти той дорогой священнику. Увидал он человека, повернулся и ушел прочь.
32. Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо.
Также и левит один, тоже проходя тем местом, увидал и отошел прочь.
33. Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился.
Самарянин же один дорогой нашел на него, увидал и сжалился.
34. И, подошед, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем.
И взял перевязал ему раны, примочил маслом, вином, посадил его на свою лошадь, привез его на постоялый двор и позаботился о нем.
35. А на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе.
Наутро поехал в свою дорогу самарянин, а гостинику дал две деньги и говорит: ты поблюди этого человека. Если же на него истратишь что, я на обратном заплачу.
36. Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?
Ну, как же ты считаешь, кто из трех этих, священник, левит или самарянин, кто ближний тому, кто попался разбойникам?
37. Он сказал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: и ты поступай так же.
Законник и говорит: понятно, тот, кто его пожалел. Иисус и говорит: ну и ты так же делай.
ПРИМЕЧАНИЕ
Законник возражает Иисусу против его учения о том, что все люди дети одного отца Бога и что потому человек не должен делать различия между людьми. Он сказал: положим, надо любить ближнего; но эти слова ничего не доказывают, всех любить нельзя. Я люблю жену, детей, и все также одних любят, других не любят. Хорошо сказать: люби ближнего. А кто ближний? А если не сказано, кто ближний, то ничего не сказано, и остаются одни слова.
На это Иисус отвечает притчей о самарянине. Он не говорит, кто ближний, а избирает самого дальнего для иудея — самарянина и говорит, что сделал самарянин, и на ответ говорит: делай то же.
Рассуждение о том, кто мой ближний, — ловушка, отманивающая от истины, и чтобы не попасть в нее, надо не рассуждать, а делать. Это соблазн закваски саддукейской и иродовой.
Мф. XVI, 21. С того времени Иисус начал открывать ученикам своим, что ему должно идти в Иерусалим.
И начал Иисус говорить ученикам своим, что ему надо идти в Иерусалим.
Лк. IX, 22. Сказав, что сыну человеческому должно много пострадать, и быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками, и быть убиту, и в третий день воскреснуть. 1
Надо, чтобы сын человеческий многое испытал и был отвергнут старшинами, священниками и учеными, чтобы его мучили и убивали и чтобы он восстал после трех дней.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) У Матфея сказано, что Иисус объявил, что ему должно идти в Иерусалим, и ему должно там пострадать, быть убитым и т. д. У Марка сказано, что пострадать, быть убиту и восстать должно сыну человеческому.
Иисус называет себя сыном человеческим тогда, когда он под собою разумеет свою божественную сущность, общую всем людям. Так надо понимать и здесь.
Иисус говорит вместе и о том, что прежде он сам, Иисус, должен много пострадать и быть убитым и восстать в значении духовном, и о том, что разумение сына человеческого, еще прежде, чем восстать и быть принятым, — будет отвергнуто.
Мр. VIII, 32. И говорил о сем открыто. Но Петр, отозвав его, начал прекословить ему.
И с уверенностью говорил эти слова. И, взявши его за руку, Симон Петр начал удерживать его.
33 и Мф. XVI, 23. Он же, обратившись и взглянув на учеников своих, воспретил Петру, сказав: отойди от меня, сатана! ты мне соблазн! 1 потому что ты думаешь не о том, что Божие, но что человеческое.
Он же, повернувшись, глядя на учеников своих, запретил Симону — Петру и сказал: да отступит от меня соблазнитель! Ты отманиваешь меня от истины, потому что думаешь не о Божеском, а о человеческом.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Объяснение перевода слова σκάνδαλον смотри в начале этой главы.[16]
Ин. XI, 9. Не двенадцать ли часов во дне? кто ходит днем, тот не спотыкается, потому что видит свет мира сего;
Двенадцать часов света в сутки. И если ходишь днем, то не спотыкаешься, потому что светло.
10. а кто ходит ночью, спотыкается потому что нет света с ним. 1
Если же ходишь ночью, спотыкаешься, потому что не видишь света.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Стих этот у Иоанна прямо относится к тому же случаю шествия Иисуса в Иерусалим и опасениям учеников:
Ин. XI, 7. После этого сказал ученикам: пойдем опять в Иудею.
8. Ученики сказали ему: равви! давно ли иудеи искали побить тебя камнями, и ты опять идешь туда?
———
И на замечание Петра Иисус отвечает: ты меня хочешь отманить от истины и света. Если я буду соображать, что мне опасно или не опасно, буду думать о том, что в плотской жизни выйдет для меня из моего поступка, то я уйду от света во тьму, и тогда только я погибну, потому что кто ходит при свете, тот не спотыкается. Вот первый образец отманивания от истины. Иисус называет его соблазном. Это соблазн закваски саддукейской. И на этот соблазн Иисус отвечает, что, напротив, то, что выходит разумным по нашим плотским соображениям, только это и есть тьма, а что только дух есть свет, для которого не может быть ошибок и преткновений.
Мр. VIII, 34. И, подозвав народ с учениками своими, сказал им: кто хочет идти за мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за мною.
И, подозвав народ вместе с учениками своими, сказал им: тот, кто хочет по мне идти, пусть откажется от самого себя, возьмет крест свой и следует за мной.
35. Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради меня и евангелия, тот сбережет ее.
Потому что кто хочет свою земную жизнь спасти, тот погубит истинную жизнь, а кто если и погубит земную жизнь из-за меня и истинного блага, тот спасет ее.
О ВОСКРЕСЕНИИ
Мр. XII, 18. Потом пришли к нему саддукеи, которые говорят, что нет воскресения, и спросили его, говоря: 1
И подошли к нему саддукеи; они говорили ему, напротив, что не быть пробуждению жизни, и стали спрашивать его.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) У Матфея (XXII, 23) сказано: οί λέγοντες μη είναι άνάστασιν. У Марка (ХII, 18) οίτινες λέγουσιν άνάστασιν μή είναι. По Матфею надо бы перевести: они говорили, что нет. По Марку: те, которые говорят. По Луке (XX, 27, у Грисбаха и Тишендорфа): οί άντιλέγοντες άνάστασιν μή είναι. Эта версия Луки определяет значение слов: пришли саддукеи, чтобы опровергнуть его учение о воскресении.
Слово воскресение никак не может быть оставлено так, как оно у нас значит: оживление после смерти: по-гречески же оно не значит этого, и не значит этого потому, как понимают это слово саддукеи, и по тому определению, какое дает ему Иисус.
Mp. XII, 19. Учитель! Моисей написал нам: если у кого умрет брат и оставит жену, а детей не оставит, то брат его пусть возьмет жену его, и восстановит семя брату своему.
Они сказали: учитель! Моисей сказал, что если кто умрет и не оставит по себе детей, то пусть брат возьмет за себя жену умершего, чтобы восстановить потомство своему брату.
20. Было семь братьев: первый взял жену и, умирая, не оставил детей.
Было у нас семь братьев. Первый женился — умер и не имел потомства и оставил жену брату.
21. Взял ее вторый и умер, и он не оставил детей; также и третий.
Также и второй, и третий, и так до седьмого брата.
22. Брали ее за себя семеро и не оставили детей. После всех умерла и жена.
После всех умерла жена.
23. Итак, в воскресении, когда воскреснут, которого из них будет она женою? ибо семеро имели ее женою.
Чья же из семерых она будет жена в восстановлении жизни, когда восстанут к жизни? Все имели ее.
24. Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение, не зная писаний, ни силы Божией?
И на ответ сказал им Иисус: путаете. Не понимаете писания и силы Бога.
Лк. XX, 34. Чада века сего женятся и выходят замуж;
Люди этой жизни женятся и замуж выходят;
35. А сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых ни женятся, ни замуж не выходят.
36. И умереть уже не могут, ибо они равны ангелам 1 и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения.
те же, которые сделаются достойными той жизни и восстановления к жизни от смерти, не женятся и замуж не выходят, потому что они и умирать уже не могут, потому что они делаются волей Божией, делаются сынами Бога и сынами восстановления.
Мф. XXII, 33. И, слышав, народ дивился учению его.
И народ удивлялся его учению.
Лк. XX, 39. На это некоторые из книжников сказали: учитель! Ты хорошо сказал.
И многие из ученых сказали: учитель, твоя правда.
40. И уже не смели спрашивать его ни о чем.
И не смели более спрашивать его.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) У Матфея (XXII, 30): как ангелы Бога в небе; у Марка (XII, 25): как ангелы на небесах; у Луки ίαάγγελοι γάρ εισι равны ангелам. Я перевожу: делаются волей Божией.
ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ
Что бы ни разумели саддукеи под восстановлением άνάστασις, которое переводят воскресением и переводят неправильно, так как во многих других местах и здесь άνάστασις значит поднять потомство; что бы они ни разумели, Иисус ясно и точно говорит, что он разумеет под άνάστασις — того, кто ούτε γαρ άπουανείν ετι δύνανται не могут уже и умереть.
Жизнь в духе есть единое пробуждение жизни, про которое говорит Иисус. Саддукеи знают и понимают это, но они хотят показать ему противоречивость его учения. Опираясь на букву закона Моисея и на слова Моисея о браке, по смыслу которых он не мог не допускать брак вдовцов, они говорят Иисусу, что воскресение бессмысленно, потому что нельзя представить себе жизни всех воскресших. Они говорят по мысли то же самое, что сказал бы теперешний материалист на учение о воскресении. Частицы материи не могут возвратиться во все тела, потому что одни и те же частицы составляли тела многих. На это возражение материализма, на этот-то самый материалистический довод Иисус отвечает тем, что объясняет, что он разумеет под восстановлением жизни.
Восстановление жизни состоит в том, что жизнь людей сливается с волей Божией, человек становится волей Бога, и потому нельзя говорить о брачных отношениях воли Бога. Для человека духа, воскресшего так, как понимает воскресение Иисус, не может быть вопроса о брачных отношениях. И, объясняя понятие о восстановлении жизни, он говорит:
Мф. XXII, 31. А о воскресении мертвых не читали ли вы реченного вам Богом:
О мертвых же, что они пробуждаются, разве не читали слово Бога к вам? Он сказал
ПРИМЕЧАНИЕ
У Матфея сказано о восстановлении мертвых, у Марка и Луки сказано: έγείρονται οί νεκροί, т. е. то же понятие о воскресении выражено словом пробуждение от сна, тем самым словом, которым выражено много раз у Иоанна понятие перерождения духом. Обыкновенно место это понимается так, что Иисус спорит о каком-то понятии воскресения, существовавшем у фарисеев. Не входя в исторические исследования, доказывающие то, что такого понятия не было, самая речь, как в начале беседы, так и в этом месте, показывает, что беседа ведется об учении Христа о восстановлении из мертвых, а вовсе не о каком-то нам неизвестном учении фарисеев. И в этом месте Иисус разъясняет свое учение с помощью писания.
Мф. XXII, 32. Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова? Бог не есть Бог мертвых, но живых.
Я бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова. Бог не есть Бог мертвых, а Бог живых.
Лк. XX, 38. Ибо у него все живы.
Потому что ему все живы.
ПРИМЕЧАНИЕ
Место это, одно из самых значительных по ясности изложения и по единству мысли со всем учением, изложенным в Евангелии Иоанна, пропадает совершенно по грубому пониманию его церковью. Коренная ошибка в том, что предполагается, будто фарисеи верили в воскресение, а саддукеи не верили, и будто вся речь идет о разъяснении этого различия воззрения фарисеев и саддукеев.
Как ни привык к нелепости церковных толкований, всякий раз нельзя вновь не ужасаться над проявлениями этого непонимания. Всё место толкуется по отношению к разногласию фарисеев и саддукеев. А что такое фарисеи и саддукеи — никто не знает. В Деян. Ап. есть место (XXIII, 7 и 8):
Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось.
Ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни ангела, ни духа; а фарисеи признают и то и другое.
———
И на этом месте, которое вовсе не значит того, что вера в бессмертие составляла особенность фарисейского учения, а означает только то, что фарисеи (какие-то) тогда, так же как и Павел, поверили в воскресение, на этом стихе основывается толкование такое, что речь Иисуса идет не об учении жизни, а что Иисус вдруг становится защитником фарисейского учения. И ясное, глубокое место, несомненно отрицающее и уничтожение в смерти и будущую жизнь, понимается как учение о будущей жизни и об ангелах.
Вот что говорит церковь (Толк. Ев. Мф., стр. 409–413):
Саддукеи, которые говорят, что нет воскресения: воскресение есть чудесное воззвание мертвого тела к жизни чрез соединение с душою умершего тела, каковое всеобщее воскресение будет при кончине мира. Саддукеи отвергали не только самое воскресение, но и жизнь будущую, и бытие души по смерти в отдельности от тела, и существование духов и ангелов. Они были грубее фарисеев, были совершенно преданы вещам чувственным. Закон Моисеев об ужичестве, указанный здесь саддукеями, имел целью предупредить пресечение рода, что считалось тяжким несчастием у иудеев. По этому закону брат умершего должен взять за себя вдову его, и первенец их мужеского пола считался сыном умершего брата, и, таким образом, восстановлялся род.
Было у нас семь братьев и пр.: саддукеи, приступив к спасителю, не прямо начинают говорить о воскресении, но вымышляют какую-то басню и рассказывают о происшествии, по моему мнению, небывалом, думая привести его в недоумение и опровергнуть и то и другое, — и то, что будет воскресение, и что оно будет такое, какое разумел спаситель… А дабы он не спросил, почему семеро имели одну жену, саддукеи ссылаются на Моисея, хотя весь их рассказ, по моему мнению, был вымышлен. Ибо третий не взял бы ее за себя, видя, что уже два мужа ее умерли; а если бы взял ее за себя третий, то не взял бы четвертый и пятый; если бы и сии согласились, то, верно, уже не решились бы на это шестой и седьмой, но отвратились бы от нее, опасаясь той же участи. Ибо к таковым опасениям склонны были иудеи… Для чего же саддукеи выдумывают, что не двух или трех, но семь мужей имела жена? Чрез сие они надеялись еще более осмеять учение о воскресении. Потому-то и говорят: все имели ее, думая, что после этого ему уж нечего сказать. Указывая на закон Моисеев и выставляя затруднение согласить этот закон с понятием о воскресении, саддукеи, таким образом, дают знать, что, по их мнению, понятие о воскресении несообразно (если не находится в противоречии) с самим законом, богодарованным в руководство для веры.
Заблуждаетесь и пр.: Господь в разрешение недоумения указывает, что, по-видимому, основанное на законе отрицание саддукеями воскресения мертвых есть заблуждение их, происходящее от того, что они не разумеют, как должно 1) писания, 2) силы или могущества Божия. Они ссылаются на Моисея и закон, как знающие оный, а спаситель, напротив, показывает, что самый вопрос их обличает их в неведении писания. Потому-то и искушали его, что не разумели писания надлежащим образом и не знали силы Божией, которой столько опытов вам (саддукеи) представлено, и между тем вы не познали оной ни из писания, ни из общих начал разума. Ибо и из общих начал разума можно знать, что Богу всё возможно. Это неведение писания выражалось в том, что они думали, будто бы порядок вещей всегда будет таков, каков он ныне, будто всегда надобно будет жениться и выходить замуж, например. В Ветхом Завете нигде не говорится, чтобы по воскресении это так же продолжалось: саддукеи сами это выдумали и нашли в этом несообразность с писанием. Господь и обличает это ложное их представление, указывая, что по воскресении будет другой порядок жизни. Неведение силы Божией саддукеями выразилось в том, что они отвергали, чтобы можно было воскресить истлевшее и превратившееся в землю тело. Господь обличает их в этом заблуждении, указывая им из писания на действительность воскресения.
Ни женятся, ни выходят замуж: там не будет продолжения рода, следовательно нет нужды ни жениться, ни замуж выходить, хотя, конечно, сохранится различие полов.
Как ангелы Божии: так же будут жить люди по воскресении и взаимно относиться друг к другу, как ангелы Божии. Впрочем, не потому сыны воскресения называются ангелами, что не женятся, а потому не женятся, что будут подобны ангелам.
А о воскресении мертвых и пр.: доказательство действительности воскресения мертвых, отвергаемого саддукеями, господь заимствует из писаний Моисеевых, так как и саддукеи в своем вопросе указали на Моисея. Место взято из книги Исхода и содержит слова самого Бога, сказанные Моисею при купине.
Бог не мертвых, но живых: Бог не есть Бог несущих и совершенно уничтожившихся, которые никогда уже не воскреснут. Ибо не сказал о себе: я был; он сказал: я есмь Бог сущих и живых. Как Адам, хотя и жив был в тот день, как вкусил от древа, но тотчас после изречения суда Божия повергся смерти; так и праотцы, хотя и умерли, но остались живыми по обетованию воскресения. Есть в Ветхом Завете и другие ясные места, в которых говорится о воскресении, но Спаситель указывает на одно только место из книг Моисея, так как саддукеи ссылались только на Моисея.
———
Для Рейса место это тоже кажется странным, и он с осторожностью высказывает возможность того, что слова эти имеют значение не бессмысленное. Рейс (Нов. Зав., т. I, стр. 573):
Ответ Иисуса двойной. Он высказывается сначала по тому частному вопросу, какой был ему предложен; затем он утверждает верование в будущую жизнь, как вытекающее из священного писания, которого не могли отвергнуть и сами саддукеи. В добавление он указывает на силу Божию, как на долженствующую и могущую устранить все возражения неверующих.
И вот он провозглашает, что половые отношения существуют лишь в этом мире и для этого мира. Будущая жизнь уже не подчинена смерти и для нее нет уже необходимости сохранять человечество путем распространения личностей и наследования поколений. Вопрос, предложенный его собеседниками, оказывается, таким образом, совсем праздным. Что же касается его замечания, будто воскресшие подобны ангелам, то слова эти надо понимать в смысле бессмертия. Мы очень погрешили бы, если бы вывели из них то заключение, будто ангелы не имеют пола. Относительно этого предмета Иисус ничего не имел в виду им утверждать, ни оспаривать. Что же касается второй части ответа, которая прямо не вызывалась вопрошавшими, то всегда было искушение счесть ее за относящуюся к другому случаю, или по меньшей мере допустить, что ею указывается на какой-то пробел в существующем рассказе. Однако без больших затруднений можно признать, что вопрос саддукеев был внушен не богословской щепетильностью, не сомнениями касательно приложения принципа, а главным образом легкомысленным неверием, распространившимся на самые основы верования. Таким образом, Иисус не только получал право коснуться самой сущности дела, но прямо должен был поступить так ради полноты и убедительности своего ответа.
Эта последняя часть ответа замечательна во многих отношениях. На первый взгляд может показаться, что в ней не доказывается ничего важного. Кто не знает, что приведенное им библейское изречение (по Исх. III, 6) означает собственно: «Бог, уже почитаемый отцами и остающийся навеки тем же для их потомков»? По буквальному и историческому смыслу этого выражения в нем ничего не говорится о бессмертии, того менее о воскресении. Более того. То обстоятельство, что Иисус во всем Ветхом Завете не нашел ни одного места, где с большей ясностью говорилось бы о несомненности будущей жизни, доказывает, что эта идея, столь важная для религии, на самом деле была чужда сознанию пророков.
Невзирая на это, нам кажется, что его истолковательное рассуждение, как бы оно ни было вольно и субъективно, всё же имеет огромную важность. Прежде всего надо иметь в виду, что он в конце концов доказывает не воскресение, а бессмертие, нечто отличное и принадлежащее к порядку идей, свойственных более христианству, чем иудейству. Иисус не говорит и не мог сказать, что патриархи были воскрешены; он утверждает, что они не мертвы. Восходя затем к самой сущности его рассуждения и исследуя его с богословской точки зрения, видишь, что он провозглашает неуничтожаемость всякой жизни, находящейся в общении с Богом; ведь патриархи, как для народа, так и для учителей, были как раз людьми, осуществлявшими религиозный идеал, и потому могли входить элементом в богословское доказательство вышеупомянутого рода. Идея эта была развита позднее Павлом.
ОБЩЕЕ ПРИМЕЧАНИЕ
Опять как и на подвох фарисеев и иродиан о подати, на который бы нельзя ничего больше ответить, как да или нет, так и на соблазн саддукеев Иисус отвечает прямо на вопрос и высказывает всё свое учение. И мало того, что высказывает всё свое учение, — высказывает его, не осуждая никого, обращает вопрос против спрашивающих; они сами видят, что виноваты и достигли совсем противного — того, чего они не хотели. Фарисеи с Иродом думали: ему не вывернуться. Осудит царей и власть, он виноват и перед царями и перед своим учением, осуждая; одобрит покорность власти и — разрушит свое учение. Но он отвечает, не хитря, прямо всё, что думает: о том, чтобы отдавать гривну или не отдавать кому-нибудь, я никогда ничего не говорил, как и не хотел судить вас в спорах о наследстве. Вопросы земные решают по-земному, но вопрос Божий, это тот, про который один я учу: Божие никому не отдавай, кроме Бога, следовательно и царю, если требование его против Бога. И вопрос обратился против них.
Саддукеи подтрунивают над воскресением и доказывают ему, что воскресение из мертвых — глупость. Он говорит им, что значит восстановление от смерти. Восстановление от смерти есть жизнь в Боге. Для жизни в Боге ничего не значат браки, и понимать восстановление жизни, как пробуждение мертвых, не надо; а надо понимать его, как пробуждение жизни истинной в жизни плотской и соединение ее с Богом. Для Бога нет времени, и потому, соединяясь с Богом, человек уходит от времени, следовательно от смерти. Если умерший Авраам соединился с Богом, то он и остался с Богом. И если есть Бог, — то есть и Авраам. И если Иисус, как он сказал в беседе Ин. X, соединился с Богом, то он мог сказать, что прежде, чем был Авраам, он есть. Это — положительная сторона учения, выраженная в этом месте; но есть еще и другая сторона, отрицательная — разрушение соблазна, закваски саддукейской; она тоже выражена в этом месте, и ее опускают, а она-то и уничтожает все те заблуждения, которые основаны на ложно понятом учении Иисуса.
Саддукеи представляют себе возобновление жизни, которое проповедует Иисус, как продолжение во плоти, во времени и пространстве той самой плотской жизни, которую мы знаем.
Это-то самое представление о будущей жизни, которое составилось во всех церковных мистических учениях, и это-то представление есть та самая закваска саддукейская, против которой предостерегал Иисус. Он твердо и ясно отвергает это учение. На учении Христа, после этого места, уже нельзя основывать учение о будущей жизни в теле. Можно верить в такое учение, но нельзя связывать его с учением Иисуса. Во всех учительных местах Иисус, определяя то, что он разумеет под жизнью истинной, говорит о жизни, не зависящей ни от времени, ни от пространства; но здесь он ясно и прямо говорит о том, что нельзя и не должно понимать его учение, как учение о жизни во времени и пространстве. Вопрос саддукеев выражает только в грубой форме то самое, что говорят мистики и церковь, описывая будущую жизнь в царстве небесном.
На это представление о будущей жизни Иисус отвечает: вы заблуждаетесь о смысле моего учения истинной жизни. Для тех, кто получит истинную жизнь, о которой я говорю, нет уже плотской жизни.
Одна сторона учения в том, чтобы отвергнуться плотской жизни, потому что истинная жизнь есть жизнь в воле Божией. Жизнь состоит в том, чтобы слиться с Богом. А тот, кто слил свою жизнь с жизнью Бога, для того нет ни прошедшего, ни будущего. А другая сторона та, что всякое представление о будущем показывает то, что человек не понял того, что значит истинная жизнь.
Мф. XXII, 34. А фарисеи, услышав, что он привел саддукеев в молчание, собрались все вместе. 1
И фарисеи, услыхав, что он заставил замолчать саддукеев, соединились.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Συνήχθησαν έπί το αύτο, собственно, значит сошлись в одно место; здесь значит соединились, т. е. что прежде искушали его одни фарисеи, потом одни саддукеи, теперь же следующий вопрос они делают ему вместе.
Целый ряд соблазнов представлялся Иисусу:
1. Ученики хотели отмстить тем, которые не приняли Иисуса. Он сказал им: вы не понимаете смысла учения.
2. Петр умолял его обдумать опасность шествия в Иерусалим. На это Иисус ответил, что рассуждать об опасности есть соблазн, что волос с головы не упадет без воли Божией, а руководиться человек может только светом внутренним, а не рассуждением; рассуждение есть тьма.
Это ответ первый, и он относится ко всем другим соблазнам, включая их.
3. Сборщики податей могли ввести его в соблазн и всех тех нищих, которые живут в воле Бога по учению Иисуса. И Иисус сказал, что по пятому правилу — не делать различия между народами, сыны Бога ничем никому не обязаны, но тут же говорит, что для того, чтобы не быть соблазнам, надо исполнить правило непротивления злу, и чтобы избавить от соблазна других, лучше пойти поработать и дать, что требуют, чем отказать.